Текст книги "Список желаний (ЛП)"

Автор книги: Хелен Харпер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 15 страниц)

Джаспер скрестил руки на груди. Выражение его лица было непроницаемым.

– Забава – это не то слово, которое обычно ассоциируется со мной.

– Ну, – сказала я, – это потому, что большинство людей не очень хорошо тебя знают. Они думают, что ты большой, страшный волк, хотя на самом деле ты просто милый парень по соседству.

Он приподнял брови.

– Парень по соседству? Таким ты меня видишь?

Чёрт возьми, нет. Джаспер был таинственным мужчиной из замка по ту сторону леса, который вторгался в твои сны и мысли, и чьё подтянутое тело ты представляла себе потным и обнажённым в самые неподходящие моменты. Я сглотнула. Тпру. Мне действительно не следует думать в этом направлении. Он практически прямым текстом сказал мне, что мы должны быть просто друзьями. Я могла это сделать. Конечно, я могла. Я не какая-то сумасшедшая преследовательница. Я не испытывала к этому мужчине настолько сильного вожделения. Ну серьёзно.

– Ага, – мне удалось выдавить улыбку. – Держу пари, что, если бы у меня закончился сахар, ты был бы идеальным человеком, который одолжил бы мне стаканчик.

– У меня дома нет сахара. Я им не пользуюсь.

– Это потому, – сказала я с невозмутимым видом, – что ты и так достаточно сладкий.

– Сладкий.

– Ты прислал мне букетик одуванчиков. Это было очень мило.

– Угу, – на его челюсти дрогнул мускул. – А наш поцелуй в парке? Он был… милым?

Ну ёбушки-воробушки… Я не смогла бы убедительно солгать на этот счёт, у меня просто не хватило бы духу.

– Нет, – призналась я. – Это было так возбуждающе и сексуально, что у меня поджались пальцы на ногах.

Впервые с тех пор, как мы начали задавать вопросы, уголки губ Джаспера тронула лёгкая улыбка.

– Конечно, так оно и было.

Я нахмурилась. Подождите минутку. Он здесь, чтобы сказать мне, что мы должны быть просто друзьями, но он всё равно эгоистично доволен тем, что я призналась, что он меня завёл? Может быть, он сильнее похож на других мужчин, чем я думала.

– Ты ведь понимаешь, как высокомерно это звучит, правда?

– Это не высокомерие, если это правда, – он по-волчьи улыбнулся. – У меня никогда не было претензий.

– Для того, чтобы танцевать танго, нужны двое, приятель. Наш поцелуй был хорошим, потому что я была его второй стороной. Как ни странно, у меня тоже никогда не было претензий.

Улыбка исчезла с его лица.

– Значит, у тебя был большой опыт.

– Очевидно, у тебя тоже.

– Я… – в его зелёных глазах промелькнула череда противоречивых эмоций. – Я думаю, – натянуто произнес он, – у нас с тобой противоречивые цели. Я не хочу с тобой спорить, Саффрон.

– Ты хочешь, чтобы мы были друзьями.

Прошла секунда. Когда он заговорил, его ответ был тихим.

– Да.

Я фыркнула. Ну и всё тогда.

– Хорошо, что мы оба серьёзно относимся к своей работе, поэтому можем вести себя как взрослые люди и не обращать внимания на то, что произошло между нами. Мы не позволим этому повлиять на нашу работу.

– На самом деле, между нами ничего не было.

– Полагаю, нет, – я всмотрелась в его лицо, но оно ничего не выражало. – Что ж, – сказала я, – в интересах дружбы, могу я предложить тебе что-нибудь выпить?

Джаспер поднялся на ноги.

– Нет, я лучше пойду. Мне ещё многое нужно подготовить до начала аудита.

– Я не могу дождаться, – сухо сказала я.

Он нахмурился, глядя на меня.

– Это серьёзное мероприятие, Саффрон.

Как будто я этого ещё не знала.

– Тогда тебе лучше хорошенько выспаться, – сказала я. «И, – добавила я про себя, – не проводить ночь, занимаясь безудержным, бурным сексом с Лидией Дюшан». Я неловко протянула ему руку. – Друзья.

Он поколебался мгновение, затем взял её, сжав сильнее, чем я ожидала.

– Конечно. Друзья, – он резко отпустил мою руку и ушёл.

Глава 3

На следующее утро я первым делом надела свой лучший костюм, который подчёркивал мои формы во всех нужных местах. Я хотела, чтобы Джаспер увидел, что он упускает. Затем я сняла его. Я не собиралась наряжаться только ради него. Меня больше не волновало, что он подумает. Кроме того, важно, чтобы он был хорошего мнения обо мне как о профессионале, поэтому я должна была приложить усилия, чтобы выглядеть как можно лучше. Я снова надела костюм. И снова сняла его.

В конце концов, я пошла на компромисс, надев не самую лучшую, но и не самую плохую рабочую одежду, и попыталась перестать думать об этом. Я сосредоточу все свои усилия на работе. Это сделает меня счастливой. Кроме того, у меня много дел; я была занятой, важной крёстной феей, не говоря уже о руководстве оперативной группой по троллям. Такими темпами мне потребуется придумать свою собственную музыкальную тему.

Я вышла из автобуса в конце улицы и последние несколько сотен метров до офиса прошла пешком. Я намеренно старалась держаться с важным видом, потому что это помогало мне чувствовать себя увереннее. Если я смогу ходить так, как будто моя жизнь принадлежит мне, и полностью контролировать каждую мелочь, возможно, рано или поздно это станет правдой. К сожалению, я была так очарована своей походкой, что столкнулась с шаркающим парнем, который без предупреждения свернул на мою дорогу.

Я моргнула.

– Извините, – сказала я и тут же пожалела о своих извинениях – я здесь та, кто придерживался прямой линии. Я пристально посмотрела на него, отмечая его неопрятный вид и общую растрёпанность. Мою кожу странно покалывало.

– Не беспокойтесь об этом, – пробормотал он, прежде чем продолжить свой путь.

Я посмотрела ему вслед, и что-то кольнуло меня в глубине души, затем я пожала плечами. Он, наверное, напомнил мне одного из моих старых клиентов фей кайфа. Он выглядел как тот тип людей. Я встряхнулась и продолжила свой путь.

Офис Крёстных Фей располагался посреди улицы, которая представляла собой странную смесь офисных зданий и жилых домов. По правде говоря, это не имело бы значения, даже если бы над дверью висела огромная мигающая неоновая вывеска; магия, окружавшая здание, означала, что здание почти не фиксировалось в сознании проходящих мимо людей. Так было безопаснее. В конце концов, крёстным феям полагалось оставаться инкогнито.

Неудивительно, что миссис Джардин уже была на ресепшене, когда я вошла. Она сидела, выпрямившись в кресле, без обычного глянцевого журнала, который всегда лежал перед ней. Приёмная всегда была сверкающей и свежей, но сегодня она выглядела ещё чище, чем обычно. Я чувствовала себя виноватой из-за того, что осмелилась пройти по залу, опасаясь, как бы подошвы моих ботинок не оставили следов. Очевидно, из-за скорого приезда Джаспера были применены максимальные меры.

Я посмотрела на часы. Он скоро должен был прийти, и меньше всего мне хотелось снова застрять с ним в лифте. Я ускорила шаг.

– Доброе утро, – прощебетала я.

– Доброе утро? Что в нём доброго? – миссис Джардин смотрела мимо меня, как будто ожидала, что Джаспер может появиться в любой момент. Учитывая, что именно так он и поступил, когда мы впервые встретились, я бы не удивилась, если бы он материализовался из воздуха.

Я бросила на неё сочувственный взгляд.

– Проверка закончится раньше, чем вы успеете оглянуться. Я уверена, что беспокоиться не о чём.

Она закатила глаза.

– Есть о чём беспокоиться. Почему вы так опаздываете?

Я посмотрела на часы. Едва пробило семь. Я приехала почти на целых два часа раньше.

– Все уже здесь, – сообщила она мне. – То, что у вас хорошие отношения с Адвокатом Дьявола, и вы спасли его от троллей, вовсе не означает, что вы можете порочить репутацию отдела.

Так, ну хватит уже.

– Во-первых, – сказала я, – мои отношения с ним, вероятно, не такие хорошие, как вы думаете. Во-вторых, я пришла рано. Если все остальные захотят прийти ни свет ни заря, это прекрасно, но аудит продлится четыре недели. То, что мы делаем сейчас, должно сохраняться в течение всего этого периода. Я понимаю, что мы все должны вести себя наилучшим образом, но если мы хотим, чтобы этот отдел действительно был лучшим, мы должны дать ему правдивую картину, а не то, как, по нашему мнению, всё должно быть на то короткое время, пока он здесь. Если мы не покажем ему правду, мы потерпим провал. Колоссальный.

Миссис Джардин посмотрела на меня как на сумасшедшую.

– Правда – вещь податливая. Мы должны показать ему нашу лучшую правду. На протяжении многих поколений этот отдел считался лучшим. Я не буду участвовать в том, чтобы менять чьё-либо мнение по этому вопросу. Вы тоже не должны этого делать.

– Даже если он не самый лучший и о нём никогда не следовало думать в таком ключе? – поинтересовалась я. Наша репутация может быть белоснежной, но мой недавний опыт показал, что репутация может быть очень обманчивой.

Лицо миссис Джардин приобрело завораживающий оттенок красного.

– Что бы ни случилось в прошлом, крёстные феи по-прежнему остаются лучшими среди всех фей!

Ну-ну. Спорить с ней было бессмысленно. Я слегка пожала плечами в знак согласия, оставила отпечаток большого пальца на регистрационном листе, вписала своё имя и направилась к лифту. Месяц обещал быть долгим.

Когда я добралась до своего этажа, стало очевидно, что я действительно пришла последней. Все остальные крёстные феи уже сидели за своими столами, опустив головы. В каждой кабинке царила атмосфера напряжённой самонадеянности. Возможно, мне следовало постараться прийти сюда ещё раньше; в конце концов, я всё ещё пыталась произвести хорошее впечатление. Затем я напомнила себе, что мне не обязательно приезжать посреди ночи, чтобы выполнить всю свою работу и сделать её хорошо. На самом деле, полноценный сон принесёт мне гораздо больше пользы. Я хотела быть лучшей, но не собиралась при этом убивать себя.

Я бросила сумку рядом со своим столом и быстро поздоровалась с Далилой, которая была одета в нехарактерный для неё чёрный костюм; она выглядела так, словно собиралась скорее на похороны, чем на работу. Затем я направилась на кухню, чтобы приготовить себе кофе. Однако, когда я открыла шкафчик, чтобы взять свою кружку, то обнаружила, что там пусто.

– Что за…?

– Аделина убрала все кружки, – протянул Руперт, стоя в дверях. – Она думает, что из-за случайной чашки чая или кофе мы все будем выглядеть бездельниками.

– Это нелепо, – мне, как и всем остальным, нужен был кофеин, чтобы нормально функционировать. Я предвидела, что до обеда произойдёт несколько эмоциональных взрывов.

– У меня в ящике стола есть немного контрабандного «Ред Булла», – подмигнул мне мой коллега, помешанный на сексе. Его взгляд прошёлся вверх и вниз по моему телу. – Или есть другие способы, которыми я мог бы дать тебе заряд энергии, в котором ты нуждаешься.

Я боялась даже подумать, какие именно.

– Я ценю твой порыв, – сухо сказала я. – Но я справлюсь.

– Вполне справедливо, – он продолжал улыбаться мне. – Ты сегодня прекрасно выглядишь, Саффрон, – он кивнул вниз. – И у тебя самые красивые ноги в этом офисе.

Я задумчиво постучала пальцем по губам.

– Знаешь, – сказала я, – такие замечания явно рассчитаны на то, чтобы заставить меня почувствовать себя неловко.

Он посмотрел на меня обиженным щенячьим взглядом.

– Я стараюсь быть милым, – запротестовал он. – Это комплимент.

– Это грязно, – я откинулась назад и заметила Билли, который шёл по другой стороне офиса. – Эй! – крикнула я. – Билл! Какова политика в отношении сексуальных домогательств в этом отделе?

Руперт начал заикаться.

– Что ты делаешь? Ты не можешь этого сделать!

Я скрестила руки на груди и спокойно посмотрела на него.

– Конечно, могу. Или ты пытаешься запугать меня, чтобы я не могла постоять за себя?

Аделина появилась из ниоткуда. У этой женщины была хитрая привычка появляться без предупреждения, когда она была меньше всего нужна.

– Саффрон, – сказала она. – Можно тебя на пару слов?

Я слегка улыбнулась Руперту.

– Конечно, Аделина. Но только если это означает, что ты вернёшь мне мою кружку.

Она бросила на меня сердитый взгляд и, не ответив, зашагала прочь. Очевидно, я должна была последовать за ней. Я вздохнула и побрела за ней, оставив Руперта пыхтеть у меня за спиной.

Кабинет Аделины был намного меньше, чем у директрисы, и в нём царила спартанская атмосфера. Я огляделась. Это первый раз, когда мне был предоставлен доступ, поэтому я предположила, что должна чувствовать себя особенной, а не беспокоиться о том, что вот-вот получу строгий выговор за какой-то пока ещё неназванный проступок.

Я задавалась вопросом, убрала ли она все свидетельства своей индивидуальности из комнаты из-за аудита или так было всегда. Я надеялась на второе. Мне не хотелось думать о том, что Аделина резко изменила своё поведение только из-за предстоящего приезда Джаспера. Если твёрдолобая ассистентка директрисы чувствовала, что должна играть роль напоказ, то у остальных из нас не было никакой надежды.

– Я понимаю, что ты, возможно, считаешь, что у тебя есть особое право поступать так, как тебе заблагорассудится, – ледяным тоном произнесла она. – Но, пожалуйста, помни, что ты не единственная фея в этом отделе. Мы все находимся под большим давлением, чтобы добиться хороших результатов, и если ты перевернёшь всё вверх тормашками, это повлечёт за собой последствия. Ты должна быть лояльна к нам.

Я склонила голову набок.

– Я всегда была предана этому отделу, – сказала я. – Независимо от аудита, я всегда буду делать всё, что в моих силах. Может, тебе стоит поработать над тем, чтобы все расслабились, и посоветовать таким феям, как Руперт, заниматься своими делами, а не создавать проблемы?

Аделина уставилась на меня; запоздало мне пришло в голову, что ей, возможно, не нужны мои предложения.

– Я знаю, что Руперт может раздражать, – сказала она, – но он происходит из уважаемой семьи, и его место здесь обеспечено. Есть некоторые вещи, которые мы не можем изменить.

– Вы уже посадили его в комнату Адвентуса, чтобы он не создавал проблем клиентам, – заметила я. – Возможно, Адвокат Дьявола собирается обратить внимание на такого рода семейственность.

Она застыла в тревоге.

– Он так сказал? Это то, на чём он планирует сосредоточиться?

– Я понятия не имею, что он планирует. Я просто высказываю предположение.

– Ты близка к Адвокату Дьявола. Он должен был обмолвиться о том, на чём сосредоточит свои усилия в первые несколько дней.

Я сделала шаг назад.

– Мы с ним не близки.

– Саффрон…

Я выдохнула.

– Я не пытаюсь указывать тебе, как выполнять твою работу, Аделина. Если уж на то пошло, я думаю, что обычно ты делаешь это очень хорошо. Однако прямо сейчас ты согнала всех сюда ещё до восхода солнца. Ты лишаешь меня кофе и усугубляшь общий стресс. Я понятия не имею, на чём сосредоточен Адвокат Дьявола, но я точно знаю, что в последнее время на этот офис было оказано достаточное давление. То, как все ведут себя в данный момент, в конечном счете только усугубит ситуацию. А Адвокат Дьявола не дурак. Он мгновенно раскусит любые попытки притворства.

– Я знаю, что у всех до сих пор стресс, – отрезала Аделина. – Как ты думаешь, почему у нас вчера была обязательная медитация?

Я вздохнула.

– Ты же понимаешь, что принуждение всех к медитации, скорее всего, раздражает их и вызывает ещё больший стресс? Ты крёстная фея, Аделина. Ты выше этого.

– Мы крёстные феи, – прошептала она.

Я кивнула.

– Всё верно.

– Ты права. Мы все должны вести себя нормально.

– Не вести себя нормально, – сказала я. – Быть нормальными.

– Хорошая мысль, – она посмотрела на меня. – Спасибо за откровенность, Саффрон. Мне следовало знать, что я могу на тебя рассчитывать.

Аделина едва ли осознала, что сказала, но от этого комплимента у меня запело сердце. Я улыбнулась про себя. В конце концов, все должно наладиться.

***

Ко времени утреннего инструктажа атмосфера в офисе стала гораздо более непринуждённой. Ко всеобщему облегчению, Аделина вернула кружки на место. Несколько галстуков были ослаблены, и в офисе слышался тихий говор. Обстановка была не такой расслабленной, как могла бы быть, но определённо наблюдалось улучшение.

Я поборола искушение сказать всем, что именно благодаря моему вмешательству мы все теперь чувствуем себя лучше, но, когда мы собрались в центре зала, чтобы выслушать объявления директрисы, это было непросто. Я напомнила себе, что никто не любит показушников.

Передо мной стояли Фигги и Алисия. Даже в обычный день они обе излучали безупречный, гламурный блеск. Сегодня они были так приукрашены, что у меня глазам было больно на них смотреть.

– Я слышала, – сказала Фигги чересчур громким шепотом, – что если мы провалим аудит, то все потеряем работу.

Алисия вскинула голову, слегка фыркнув для пущей убедительности.

– Ты можешь потерять работу, но со мной точно этого не случится. Никто не посмеет уволить меня. Я Бошан.

Стоявшая в нескольких футах от них Анджела из отдела кадров повернулась к ним.

– В последний раз, когда отдел провалил аудит, это были зубные феи. Это было в 1999 году.

– Видишь? – сказала Алисия. – Зубные феи всё ещё существуют. Их отдел по-прежнему силён.

– В течение нескольких недель после получения результатов аудита все до единой зубные феи были переведены, – категорично ответила Анджела. – Всё было переделано по-новой.

– Может быть, это потому, что там требовались капитальные изменения, – сказала я, игнорируя насмешливые взгляды всех трёх фей в ответ на мою дерзость присоединиться к их разговору. – Я никогда не слышала никаких жалоб на зубных фей. Возможно, это потому, что они научились на своих ошибках и теперь стали лучше.

Анджела скривила губы. Несмотря на всё, чего я достигла за короткое время, проведённое здесь, она презирала меня.

– Я уверена, ты слышала о Салморах? Трое членов их семьи были зубными феями. Хорошими феями, между прочим, – она сердито посмотрела на меня. – Мы все знаем, что с ними случилось.

– А я не знаю, – сказала я, повысив голос. – Но я не слушаю злобные сплетни.

Анджела бросила на меня злобный взгляд и отвернулась. Я толкнула Далилу локтем.

– Что случилось с Салморами? – спросила я вполголоса.

– Канализационные феи, – прошептала она. – Их работа – следить за тем, чтобы водные пути у нас под ногами не были засорены. Каждый раз, когда мы слышим об этих мерзких фатбергах, это потому, что Салморы что-то напортачили.

(Фатберг – слово, образованное по аналогии с «айсберг», но если айсберг – это глыба льда, то фатберг – это глыба застывшего пищевого жира в канализации, – прим)

Я скорчила гримасу. Фу. Тем не менее, мне казалось, что это важная работа. Иногда самая грязная работа является самой важной для общества.

– Это напряжённая работа, – добавила Далила. – Люди вполне способны сами позаботиться о канализации. Салморы проводят дни по локоть в дерьме, хотя им даже не обязательно там находиться. Они продолжают это делать, потому что думают, что им снова позволят стать зубными феями. Этого никогда не случится. Я это гарантирую.

Директриса прочистила горло, и мы все замолчали.

– Всем доброе утро. Я надеюсь, что вы все хорошо спали прошлой ночью и готовы ко всему, что может принести сегодняшний день. Я знаю, что многие из вас обеспокоены аудиторской проверкой, но я должна напомнить вам, что это марафон, а не спринт.

Билли наклонился к моему уху из-за моей спины.

– Она собирается метить в золото, – прошептал он, – и вставить как можно больше идиотских фразочек руководства.

– Это будет непросто, но я знаю, что могу на вас положиться. В конце концов, этот аудит принесёт только пользу. Мы будем действовать сообща, как команда, которой, я знаю, мы являемся, и это напомнит миру, почему мы – лучшее, что могут предложить феи. Всё, что нам нужно делать – это продолжать следить за мячом.

Я с трудом подавила смешок и толкнула Билли локтем. Он ткнул меня в ответ.

Директриса обвела всех нас взглядом.

– Адвокат Дьявола пробудет здесь четыре недели, в основном наблюдая, но иногда и участвуя. Самое лучшее, что вы можете сделать – это просто вести себя как обычно и быть замечательными феями-крёстными, какими, я знаю, вы и являетесь.

– В последнее время мы все переживали трудные времена. Отвратительные похищения и злобные тролли подвергли нас огромному напряжению. Однако бояться не стоит никому. Я создала специальную оперативную группу, которая выследит оставшихся троллей и привлечёт их к ответственности. Наша новая сотрудница, Саффрон Сойер, – она кивнула на меня, – возглавит оперативную группу, поскольку она уже успешно сталкивалась с различными троллями. В ближайшие несколько недель ей понадобится помощь. Я знаю, что если она попросит вас принять участие, вы примете вызов.

Все головы повернулись в мою сторону. Я улыбнулась и постаралась выглядеть скромной по поводу своего повышения и уверенной в успехе. Судя по ухмылкам на одних лицах и искреннему удивлению на других, я не была уверена, что мне это удалось.

– И наконец, – сказала директриса, – я хочу, чтобы вы помнили, что у меня политика открытых дверей. Если вас что-то беспокоит, если вы испытываете стресс или вам нужна помощь, вы можете обратиться ко мне в любое время. Адвокат Дьявола скоро увидит, что мы действительно одна большая счастливая семья.

Аделина отчаянно махала из дверного проема своего кабинета. Директриса кивнула и сделала глубокий вдох.

– Он здесь, – сказала она. На мгновение её взгляд стал жёстким, и она посмотрела на нас в последний раз. – Не подведите ни меня, ни славу этого замечательного офиса.

Словно слаженная танцевальная группа, мы одновременно повернулись к лифту, подняв головы и наблюдая, как поднимаются цифры на светодиодах. Я скрестила руки на груди, и по моим обнажённым рукам побежали мурашки. Я нервничала только потому, что хотела, чтобы у нас всё получилось. Вот и всё. Затем лифт достиг нашего этажа, и двери открылись.

Джаспер вышел вперёд, выражение его лица было мрачным и серьёзным. Если он и был удивлён, что все крёстные феи до единой стояли перед ним, он этого не показал. Он взглянул на нас, скользнув взглядом по мне. Он не пошевелился и не улыбнулся. Честно говоря, если его работа как Адвоката Дьявола когда-нибудь провалится, ему стоит серьёзно подумать о том, чтобы превратиться в живую статую. Он бы заработал чёртово состояние.

– Доброе утро, – сказал он. – Хотя я понимаю, что вы можете не разделять мои чувства, я с нетерпением жду возможности провести время со всеми вами. Я понимаю, что вы, возможно, нервничаете, но, пожалуйста, поймите, что это не охота на ведьм. Это возможность для каждого из вас продемонстрировать, что вы делаете. Моя роль заключается в том, чтобы просто искать способы совершенствовать то, что уже происходит, и помогать вам внедрять новые методы и идеи, которые улучшат ситуацию как для вас, так и для ваших клиентов.

Билли снова наклонился к моему уху.

– И, – прошептал он, – понизить вас всех на хрен, если вы не будете делать в точности то, что я вам скажу.

Я поморщилась.

Джаспер повернул голову, и взгляд его зелёных глаз остановился на Билли. Возможно, я и не могла видеть лица моего друга, любящего правила, но я почувствовала, как он вздрогнул.

– Лучшее, что вы все можете сделать, – сказал Джаспер, – это вернуться к своим рабочим обязанностям в обычном режиме. Садитесь за свои столы и продолжайте свою работу. В течение следующего месяца, когда придёт время, я поговорю с вами лично и познакомлюсь должным образом. А пока я не хочу вам мешать, – впервые он посмотрел прямо на меня. – Будьте уверены, я отношусь к своей роли так же серьёзно, как и вы к своей. Я приложу все усилия, чтобы быть справедливым и уравновешенным. Я на вашей стороне, – он отвернулся от меня и жестом показал, что мы можем расходиться.

Никто не пошевелился. Я чуть не рассмеялась вслух.

Директриса неловко кашлянула.

– Мы крёстные феи! – сказала она с несколько меньшим энтузиазмом, чем обычно.

Мы все, как один, хором ответили:

– Мы крёстные феи! Мы крёстные феи! Мы крёстные феи!

Джаспер повернулся к ней с озадаченным выражением лица.

– Это должно что-то значить? – спросил он.

Я усмехнулась. Затем присоединилась ко всем остальным и направилась в свою кабинку.

Глава 4

Я недолго просидела за своим столом. Несмотря на все мои усилия по сохранению спокойствия, присутствие Джаспера делало меня дёрганой – и это без учета напряжённой атмосферы, вызванной нервозностью моих коллег. В любом случае, я не стану самой блестящей крёстной феей, которую когда-либо видел мир, если буду неумелой в ведении записей.

Менее чем через двадцать минут я взяла досье на свою следующую клиентку и отправилась на встречу с ней через сверкающий зал Метафоры. Транспортная магия была доступна всем работающим феям, независимо от того, в каком отделе они трудились. Это определённо лучше, чем поездка на автобусе. Надеюсь, сэкономленное время также позволит мне сосредоточиться на моей новой оперативной группе.

Моей клиенткой была 79-летняя женщина по имени Роуз Блэрмонт, которая жила в Лейк-Дистрикт. Я понимала, что это сельская местность, но ничто не подготовило меня к тому зрелищу, которое предстало передо мной, когда магия Метафоры сотворила свои чудеса и я обнаружила, что стою перед её коттеджем.

Там была однополосная дорога. Если не считать ветхого каменного фермерского дома чуть дальше, в котором, похоже, никто не жил с девятнадцатого века, поблизости не было других зданий. Тем не менее, пейзаж был потрясающим. Вдалеке мерцали голубые воды озера Баттермир, их переливчатые цвета контрастировали со множеством оттенков зелёного – от тёмной листвы на некоторых деревьях до более светлого шартреза на близлежащих полях.

Я вдыхала свежий воздух и любовалась видом. Несмотря на уединённость и то, как трудно, должно быть, здесь достать пинту молока, я могла понять, почему кто-то решил жить в таком месте. От красоты перехватывало дух.

С тех пор как я устроилась на эту работу, я быстро поняла, что информация в досье на моих клиентов практически бесполезна. Чтобы найти что-нибудь, что я могла бы использовать для исполнения желаний, мне приходилось потратить время на выслеживание и расследование. К сожалению, слоняться вокруг дома Роуз Блэрмонт и следить за ней, когда она в конце концов выйдет из него, здесь не получится. Местность слишком сельская. Если только я не пойму, как воспользоваться волшебной палочкой, чтобы замаскироваться под овцу, я буду выделяться, как бельмо на глазу.

У меня не оставалось другого выбора, кроме как постучать в её дверь и встретиться с ней лицом к лицу. Это не вызовет проблем. Магия памяти, которая срабатывала автоматически всякий раз, когда я заступала на работу, означала, что она не вспомнит обо мне при каждом визите, так что я могла сколько угодно раз приходить и разговаривать с ней, чтобы получить нужную информацию. Тем не менее, я напомнила себе, что не стоит выпаливать глупости; так я поступила со своим самым первым клиентом, когда исполнила его желание выпить кофе, прежде чем задуматься о том, что делаю.

Я подняла руку и резко постучала в её дверь. Никто не ответил. Я нахмурилась и постучала сильнее. Я знал, что она дома; магия Метафоры не перенесла бы меня сюда, если бы её не было. Может быть, она вставала поздно и была ещё в постели, а может быть, она вставала рано и уже отправилась вздремнуть. В любом случае, я не собиралась уходить, пока не поговорю с ней лично и не составлю хорошее первое впечатление. Как только у меня будут какие-то базовые детали, я смогу вернуться в офис и продолжить расследование, не вставая со своего рабочего места.

Когда Роуз так и не открыла дверь, я решила поберечь кожу на костяшках пальцев от дальнейших издевательств и обойти коттедж с другой стороны. Я перешагнула через колючие сорняки, едва не раздавила нескольких жирных слизней и заглянула в окна. Я не заметила никаких признаков жизни, но внутри коттедж выглядел ухоженным. Он был опрятным, но казался обжитым, чему способствовали свежие цветы, которые я заметила на одном маленьком столике, и несколько вскрытых писем, которые я заметила на другом.

Прикусив нижнюю губу, я выглянула из-за угла в сад за домом. Роуз явно умела выращивать растения. Несколько лоз и лиан, которые мой нетренированный глаз не смог бы опознать, были аккуратно привязаны к бамбуковой шпалере. Перед ними было множество различных трав, каждая из которых была аккуратно помечена изящным почерком. Яркие цветы, заботливо посаженные вдоль задней стены, создавали потрясающий калейдоскоп красок.

Сад, как и окружающий пейзаж, был прекрасен. Я протянула руку, и мои пальцы задели единственную нежную розовую розу, которая запоздало распускалась в конце сезона. В этот момент я услышала глухой стук в доме и выпрямилась. Я направилась к задней двери.

– Роуз? – позвала я. – Роуз Блэрмонт?

Ответа не последовало.

Я попробовала ещё раз.

– Роуз? – может быть, она упала и получила травму. Семьдесят девять лет – это по человеческим меркам ещё не древнее ископаемое, но она может быть хрупкой. Я наклонилась и повернула дверную ручку. Она задребезжала, но не сдвинулась с места.

Несмотря на аудит, мне всё ещё нужно было выполнять свои задачи. Отбросив всякую осторожность, я достала волшебную палочку и направила её на дверь. Раздался громкий щелчок. Удовлетворённая, я кивнула сама себе и снова взялась за дверную ручку. На этот раз она легко повернулась.

Я приоткрыла дверь на несколько дюймов и позвала ещё раз.

– Роуз? Вы в порядке?

Не было ничего, кроме тишины. С каждой секундой ситуация становилась всё более странной. Я полностью распахнула дверь и вошла в тёплую кухню. Приятный запах пчелиного воска щекотал мне ноздри, пока я осматривалась. В старой, с выщербленными краями раковине у окна, выходящего в сад, лежало несколько грязных тарелок.

Я подошла к плите и протянула руку, чтобы дотронуться до полосатой кружки, стоявшей рядом. Недопитый чай в ней был ещё горячим. Ах. Она, вероятно, запаниковала, решив, что я какой-то сумасшедший незваный гость. Она не совсем ошибалась.

– Роуз, – громко позвала я. – Меня зовут Саффрон Сойер. Я из полиции. Я здесь, чтобы убедиться, что с вами всё в порядке. В данном районе произошла серия краж со взломом, поэтому мы опрашиваем всех наших местных жителей, чтобы узнать, не пострадали ли они или не замечали ли они чего-нибудь странного в последнее время, – я сделала паузу. – Эй? Вы здесь?

Она по-прежнему не отвечала. Доводить пожилую женщину до паники не входило в мои обязанности, поэтому я не стала настаивать; лучше всего будет отправиться в ближайшую деревню и поговорить с жителями, чтобы узнать, не удастся ли мне что-нибудь узнать от них.

Я начала отступать. Есть несколько способов достичь желаемого.

– Я собираюсь оставить вас, Роуз, – сказала я. – Я загляну в другой раз. Вам не о чем беспокоиться.

Я обернулась как раз в тот момент, когда на меня бросилось маленькое белое тельце. Я едва успела среагировать, выставив вперёд палочку и остановив его на полпути, заставив застыть на середине броска. Я только успела заметить, что это Джек-Рассел-терьер с оскаленными зубами и тёмными глазами, сверкающими чистой ненавистью, как раздался безошибочный звук взводимого курка.