Текст книги "Список желаний (ЛП)"

Автор книги: Хелен Харпер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 15 страниц)

Я потерла лоб. У меня определённо начиналась головная боль.

– Вы не пленница, – сказала я.

– Тогда отпусти меня!

– Не раньше, чем мы разберёмся со всей этой неразберихой. Вместе.

– Значит, я твоя грёбаная пленница!

Я на мгновение задумалась, а потом пожала плечами.

– Да, – сказала я. – Хорошо. Вы моя пленница. А теперь делайте, что я говорю, и не шумите.

Она громко хмыкнула и поправила халат.

Я прибавила скорость; чем скорее мы доберёмся до Колчестера, тем лучше. Единственное, что было хорошего во всех тех часах, что мне пришлось провести на автостраде вместо того, чтобы заняться чем-то более продуктивным – это то, что у меня было достаточно времени подумать и спланировать. При условии, что в какой-то момент Тыква и Роуз будут достаточно милостивы или достаточно устанут, чтобы даровать мне немного покоя.

***

Проехав большую часть пути на большой скорости, около полудня я, наконец, добралась до места назначения. Голова Роуз была запрокинута назад в том же положении, в котором она находилась последние два часа. Её седые кудряшки падали на лоб, а из уголка рта змеилась струйка слюны. Тыква уже некоторое время не двигался со своего места, свернувшись калачиком на заднем сиденье, но, благодаря непрекращающемуся храпу, я не могла забыть об его присутствии.

Моя шея затекла и болела, и я была, по выражению одного темноволосого Адвоката Дьявола, очень, очень раздражительной. Хорошо, что я успела позвонить Винсенту по дороге, и он уже ждал меня на пороге своего дома.

Оставив Роуз и Тыкву подремать ещё немного, я отстегнула ремень безопасности и вылезла из машины. Каким-то образом бывший наркоторговец выглядел намного старше, чем когда я видела его в последний раз, но, по крайней мере, на его щеках появился румянец, и он немного располнел. Регулярное питание оказывает на человека такое влияние.

– Мисс Крёстная Фея! – проревел он. Я вздрогнула. – Как поживаете?

– Было бы лучше, если бы ты не афишировал на весь мир, кто я такая, – сказала я ему. – Крёстные феи должны оставаться инкогнито. Если я облажалась в прошлом месяце, и магия памяти, которая заставляет других людей забывать, кто я такая, на тебя не подействовала, это ещё не значит, что ты можешь кричать о моём существовании всем своим соседям.

Он пренебрежительно махнул рукой.

– Пффффф. Даже если бы кто-нибудь из моих соседей услышал меня, они бы не поверили. И не из-за того, кто ты, а из-за того, кто я, – он одарил меня широкой, желтозубой улыбкой. – А теперь расскажи подробнее об одолжении, которое я могу тебе оказать.

Очевидное удовольствие, отразившееся на его лице, стало для меня более чем достаточной причиной, чтобы нахмуриться.

– Хотя я ценю твою помощь во многих отношениях и по многим причинам, я не исполню твоё желание в обмен на это единственное одолжение, Винсент. Я могу дать тебе денег или как-то помочь, но ты уже получил от меня одно желание, которое не должно было исполняться. Второго ты не получишь.

– Ооо, Саффрон.

Я скрестила руки на груди.

– Я серьёзно. Я ценю твою помощь, но всему есть предел.

Винсент захлопал ресницами. Полагаю, он думал, что это придаёт ему очаровательный вид, но, к сожалению, это придавало ему больше сходства с серийным убийцей.

– Даже если бы моим желанием было помочь кому-то другому?

– А это так?

Он ухмыльнулся.

– Не-а. Я хочу знать, какие лотерейные номера будут выигрышными на этой неделе.

– Не бывать этому, – я порылась в кармане и вытащила несколько смятых банкнот. – Восемьдесят фунтов. Хочешь соглашайся, хочешь отказывайся.

Винсент быстро выхватил деньги у меня из рук.

– Спасибо, милая, – прежде чем брать у меня деньги, ему следовало спросить, чего я от него хочу. Ему не потребуется много времени, чтобы понять, что я заключила потрясающую сделку.

– Не за что. Всё, что тебе нужно сделать – это присмотреть пару дней за милой старушкой и её милой дворняжкой. Она в опасности, и мне нужно, чтобы она была в безопасности и не попадалась мне на глаза.

Винсент кивнул.

– Я могу это сделать. Вот только…

– Вот только что?

Он указал вниз по улице.

– Ты имеешь в виду ту пожилую леди? – спросил он. – Ту, которая только что вышла из твоей машины и улепётывает в ту сторону?

Да ёбушки-воробушки. Я повернула голову налево и сразу же заметил Роуз метрах в тридцати от себя, её халат развевался вокруг икр, пока она бежала. Я пробормотала проклятие и вытащила свою волшебную палочку, раздражённо взмахнув ею в направлении Роуз. Мгновение спустя хлопковый пояс на её талии развязался. Она споткнулась об него и раскинула руки, когда тротуар ринулся ей навстречу.

На долю секунды у меня возникло искушение предоставить ей самой разбираться с последствиями, но затем я снова взмахнула палочкой и смягчила её падение. Тыква, которого она держала на руках, выбрался из-под неё и развернул своё упитанное тело в мою сторону.

– Этот пёс только что наградил тебя недовольным взглядом? – с любопытством спросил Винсент.

– Меня уже ничто не удивит, – я закатила глаза и направилась к несчастной парочке.

– Роуз, – сказала я, – бегством от меня делу не поможешь. Я здесь, чтобы помочь вам.

– Мне не нужна твоя помощь, – она всё ещё лежала лицом вниз на асфальте, поэтому её слова были несколько приглушёнными. Тыква заскулил и ткнулся носом в её руку, прежде чем вернуться и свирепо посмотреть на меня.

– Ваша жизнь в опасности, Роуз. Я могу что-нибудь с этим сделать, если вы хотите.

Не меняя своего распростёртого положения, она фыркнула.

– Потому что ты моя чёртова крёстная фея?

Я улыбнулась.

– Вот именно.

– У таких людей, как я, не бывает крёстных фей. Жизнь попросту устроена не так.

– Жизнь устроена именно так, – я наклонилась, чтобы помочь ей подняться на ноги. Тыква зарычал и оскалил зубы, так что я передумала и отступила. – Я не могу никого убить ради вас, Роуз, но я могу заставить этих убийц прекратить преследовать вас, если вы этого хотите.

Она фыркнула и махнула рукой.

– Руку дай.

Я попробовала ещё раз. На этот раз Тыква отступил и позволил мне поднять её. Она отряхнулась и затянула пояс на халате.

– Я не хочу, чтобы они отступали, – сказала она, избегая моего взгляда. – Я хочу, чтобы они напали на меня, чтобы я могла убить их сама. Я сама могу сделать свою грязную работу, – она посмотрела через моё плечо. – Кто этот мутного вида парень, который пялится на нас?

– Мой… э-э-э… – я поморщилась. Винсент не был моим другом или коллегой. И он определённо был мутным с виду. – Мой знакомый, – неуверенно закончила я. – Он присмотрит за вами, пока я не вернусь.

Она резко повернула голову в мою сторону.

– Почему? Куда ты идёшь?

Я вздохнула. Моя жизнь была бы намного проще, если бы я могла разобраться с Роуз и её проблемами прямо сейчас, но у меня были другие дела, которые я должна была сделать.

– Мне нужно вернуться в свой офис. Как только я уйду, вы не вспомните, кто я такая, и нам придется повторить всё сначала, когда мы увидимся в следующий раз, – однако я надеялась, что её подсознание дрогнет ровно настолько, чтобы сказать ей, что она может начать доверять мне.

– Мне не нравится, как он выглядит.

– Он не такой изворотливый, каким кажется, – я, конечно, солгала.

Не помогло и то, когда Винсент подошёл, размахивая руками и с маниакальной улыбкой на лице.

– Привет, дорогуша, – проворковал он. – Меня зовут Винсент, и я собираюсь присмотреть за тобой некоторое время.

– Я не чёртов ребёнок, – огрызнулась Роуз. – Не нужно говорить со мной так, будто я только что в первый раз справила нужду самостоятельно.

Улыбка Винсента стала ещё шире.

– Она мне нравится, – просиял он.

Полагаю, это уже что-то.

– Постарайся, чтобы её не убили. Я вернусь завтра утром, и мы разберёмся со всем этим раз и навсегда, – я сделала паузу. – И постарайся не убить её сам.

– Саффрон, дорогая, тебе не о чем беспокоиться. Между нами всё вспыхнет как горящий дом, – он обнял Роуз за плечи. – А теперь скажи мне, дорогая. У тебя есть дети? Внуки? Ценный антиквариат, который ты собираешься кому-то завещать в ближайшем будущем?

Я закатила глаза. Я уже знала, что это очень плохая идея, но сейчас это лучшая плохая идея, которая пришла мне в голову.

***

Я чувствовала себя грязной и усталой, когда прошла через зал Метафоры в офис. Чего мне хотелось, так это хотя бы пять минут побыть в тишине и покое с чашкой горячего чая и чем-нибудь шоколадным. К сожалению, оказалось, что это последнее, на что я могла рассчитывать.

Анджела, которая, должно быть, следила за дверью, как ястреб, ожидая, когда я вернусь, бросилась ко мне и преградила путь.

– Где ты была?

– Работала, – устало сказала я. – Я весь день была с клиентом.

Она поджала губы.

– В мой кабинет. Сейчас же.

У меня возникло искушение отказаться. Анджела, как, впрочем, и любой другой сотрудник отдела кадров, была в самом конце моего списка вещей, о которых я переживала. Затем я краем глаза заметила Джаспера; он стоял у моего стола, скрестив руки на груди, и выражение его лица говорило о том, что он хочет серьёзно поговорить со мной. Я не думала, что у меня хватит сил дважды за один день вести себя хорошо рядом с ним, поэтому вместо этого вздёрнула подбородок и улыбнулась Анджеле.

– Конечно. Как скажешь.

Она прищёлкнула языком, давая понять, что моё согласие ей ни в малейшей степени не понравилось. Вероятно, она надеялась, что я откажусь, чтобы она могла назначить соответствующее наказание. Но я пыталась ладить со всеми в офисе, и я не добьюсь стремительного взлёта к директорскому креслу, которого заслуживала, если не останусь на хорошем счету в отделе кадров, поэтому я последовала за ней.

Анджела села, поманила меня к себе и показала, что я должна встать перед её столом. Я сделала, как она велела, затем сложила руки и постаралась изо всех сил казаться кроткой и готовой исправить те недостатки личности, на которые она упорно указывала.

– Сегодня ты должна была посетить тренинг по тайм-менеджменту, Саффрон.

– Прошу прощения. У меня не было времени.

Взгляд Анджелы стал жёстким.

– Ты пытаешься шутить?

– Это просто происходит само собой, – слова сорвались с моих губ прежде, чем я успела их остановить. Я вздрогнула. – Я имею в виду, нет, Анджела, я не пытаюсь пошутить. У меня сейчас очень сложный клиент. Честно говоря, мне бы не помешало кое-какое наставление. Видите ли, есть некоторые покуше…

– Мне не нравится, когда из меня делают дуру! – прошипела Анджела. – Я отправила тебя на этот курс с большим риском для себя. Адвокат Дьявола слышал, как я это делала! Он был в этой чёртовой комнате! Если ты пытаешься выставить меня в плохом свете, то поздравляю! Ты достигла своей цели, – её нижняя губа задрожала, и на один ужасный момент мне показалось, что она вот-вот заплачет. Несколько запоздало до меня дошло, что моё непосещение тренинга действительно плохо отразилось на ней. Аудит, проводимый Джаспером, оказывал на неё такое же сильное давление, как и на всех остальных. Даже больше.

– Мне жаль, – начала я.

– Анджела, – позвала её одна из коллег. – Ты не могла бы взглянуть на это для меня?

На лбу у неё запульсировала крошечная вена.

– Подожди здесь, – выплюнула она, с трудом поднимаясь со стула, прежде чем подойти к несчастной фее, которой требовалась её помощь.

Я вздохнула. Пару дней назад мне казалось, что всё в мире находится под моим контролем, но за какие-то сорок восемь часов всё пошло прахом. Я сидела верхом на сумасшедшей лошади, бешеным галопом несущейся в хаос.

Я опустила плечи и сделала глубокий вдох. Мне нужно было вести себя с Анджелой более корректно. Я не хотела настраивать её против себя каждый раз, когда мы разговаривали, но почему-то, когда она смотрела на меня, у меня язык поворачивался сам собой, и в итоге я именно так и поступала. Мне нужно вести себя более корректно.

Пытаясь отвлечься, я сосредоточилась на предметах на столе Анджелы. Её обширная коллекция безвкусных безделушек, которые одновременно озадачивали и забавляли меня, была такой же яркой, как и всегда. Я потянулась за снежным шаром, не в силах устоять перед искушением встряхнуть его. Я смотрела, как белые блёстки плавают вокруг того, что казалось крошечной копией Букингемского дворца. Я вздохнула, затем вернула шар на стол Анджелы и засунула руки в карманы.

– Я хочу, чтобы ты знала, – прошептал Билли мне на ухо, заставив меня подпрыгнуть, как испуганного котёнка, – что украшать свой рабочий стол таким образом – это против правил. Так что даже не пытайся ничего замышлять. Тебе разрешается поставить одну маленькую семейную фотографию, и всё.

Я повернулась, чтобы посмотреть на него. Если бы я не знала его лучше, то решила бы, что мрачная искренность на его круглом лице была страшным предупреждением.

– О, да? – я ухмыльнулась. – Если это так против правил, почему Анджеле это сходит с рук?

Он наклонился вперёд, перенеся вес тела на носочки.

– Потому что она единственная достаточно пугающая и устрашающая фея в этом офисе, чтобы это сошло ей с рук. Если я ей что-нибудь скажу, боюсь, что от взгляда, который я получу в ответ, у меня волосы на голове дыбом встанут.

– Ты и так лысый, Билли.

На его лице отразился ужас.

– И как ты думаешь, почему?

Я усмехнулась. Шутки Билли не помогут мне привлечь Анджелу на свою сторону, но это было забавное развлечение.

– Раз уж ты здесь, – сказала я, – я хотела спросить тебя, что ты знаешь о магии памяти.

Его улыбка исчезла.

– О, нет. Речь ведь не об этом человеке, не так ли? О том, кто помнит, кто ты такая? – он зловеще покачал головой. – Для него это плохо кончится, если он будет создавать проблемы. Тебе это тоже не понравится.

– Ты имеешь в виду Винсента. И нет, он тут ни при чём. Это насчёт моей нынешней клиентки.

Теперь уже насторожившийся, Билли скрестил руки на груди и слегка выпрямился.

– Дай-ка я угадаю, – сказал он. – Тебе трудно понять, в чём заключается её желание. Ты хочешь убрать магию памяти, чтобы она помнила, кто ты такая, и тебе было легче исполнить желание её сердца.

Я просияла.

– Да! Как ты узнал?

Билли вздохнул и недовольно фыркнул.

– Это то, через что проходит каждый новичок. Они осваиваются, а потом думают, что смогут повысить эффективность своей работы, если немного похимичат с системой. Не знаю, почему я думал, что с тобой всё будет по-другому.

Я нахмурилась.

– Но это было бы эффективнее! Это значительно упростило бы весь процесс.

– Саффрон, ты когда-нибудь пыталась остановить магию памяти, когда была феей кайфа?

Я скрестила руки на груди.

– Нет, но на той работе не было необходимости. На этой, если бы я могла заставить своих клиентов временно запомнить меня, я бы смогла заставить их больше доверять мне и…

– И ничего, – голос Билли звучал ровно. – Я знаю, что моя зацикленность на правилах обычно чрезмерна и нелепа. Ты знаешь, почему я так поступаю. Но ты также должна понимать, что некоторые правила не следует нарушать.

Я нашла нужную мне лазейку.

– Не следует нарушать, но нарушить его возможно? – настаивала я.

– Даже не думай, Саффрон, – предупредил он. – Оно того не стоит.

– Да, но…

Билли вскинул голову и посмотрел через моё плечо.

– Она возвращается. Я ухожу отсюда, – он быстро зашаркал прочь. У меня было такое чувство, что это связано не столько с его предполагаемым страхом перед Анджелой, сколько с его желанием прекратить наш разговор.

Я уставилась ему вслед. Я на время закрою тему, но не стану забывать об этом. Моё предложение о том, чтобы поиграть с магией памяти, было связано не с тем, чтобы я проблемная или хочу создать кому-то неприятности, а с желанием создать оптимальную среду и ситуацию для моих клиентов. То, что крёстные феи всегда поступали определённым образом, вовсе не означало, что это правильно. Перемены могут быть полезными. Для всех нас.

Мой взгляд расфокусировался, когда я представила, как Директриса вручает мне награду за самую инновационную и новаторскую работу. «Пока не появилась ты, Саффрон, – гордо заявила она в моей голове, – мы и не подозревали, что может быть другой способ добиться успеха. Ты показала нам свет. Без твоих усилий мы бы до сих пор пребывали в Средневековье и следовали старым путям. Ты великолепна во всех отношениях».

– На чём я остановилась? – спросила Анджела, возвращаясь к своему креслу и снова садясь. Она подняла на меня глаза. Я поспешно стёрла мечтательную улыбку со своего лица и посерьёзнела. – О да. Твоё поведение. Твоё желание выставить всех остальных в этом офисе в самом негативном свете, насколько это возможно.

– Я этого не желаю! – запротестовала я.

Она приподняла бровь.

– Руперт заходил сюда чуть раньше. Он был очень расстроен тем, что ты сказала о нём Билли.

У меня сердце ушло в пятки.

– Ладно, но он это заслужил.

– Ты даже не представляешь, какой удар я получу, если он пожалуется своему отцу, – отрезала она. – Мир не вращается вокруг тебя, Саффрон.

Я прикусила губу.

– Я буду стараться изо всех сил, Анджела.

– Лучше бы ты так и сделала, – она открыла ящик стола и порылась там, в конце концов достала маленький белый бумажный пакетик и достала из него леденец. – Я знаю, что Руперт – засранец. Все знают, что Руперт – засранец, – она отправила конфету в рот. – Но нам от него никуда не деться. Тебе нужно научиться… – её глаза широко раскрылись, и она начала задыхаться.

– Анджела? – встревоженно спросила я. – С тобой всё в порядке?

Она не ответила – и с ней определённо было не всё в порядке. Её лицо приобрело тревожный багровый оттенок, а руки в тревоге затрепетали.

С этим я могла справиться. Не колеблясь, я подскочила к её столу, подняла её извивающееся тело со стула и обхватила руками, готовая выполнить маневр Геймлиха.

Анджела резко ткнула меня локтем под рёбра.

– Что ты делаешь? – воскликнула она.

– Я… – я потерла лоб. – Я подумала, ты подавилась.

Она посмотрела на меня.

– Я и подавилась, идиотка. Из-за тебя я проглотила свою конфету целиком.

Я не могла понять, в чём моя вина. Тем не менее, я решилась спросить нерешительно:

– С тобой всё в порядке?

Анджела схватила снежный шар и слегка погладила его, прежде чем вернуть на стол.

– Да, теперь, когда мой шар вернулся на своё место, я в порядке, – я уставилась на него: он не мог сдвинуться больше чем на сантиметр. – Не трогай мои вещи!

– Э-э… извини.

Она фыркнула.

– Просто уходи, Саффрон. Возвращайся к тому, что ты делала. Я запишу тебя на тренинг заново. В следующий раз обязательно приходи.

Я осталась на месте.

Анджела сердито посмотрела на меня.

– Я думала, что сказала тебе уходить.

Я облизнула губы.

– Анджела, – сказала я, – ты слышала о группе, которую я возглавляю?

Глава 11

Гарри пододвинул ко мне ещё один напиток, и выражение его лица было завороженным.

– Но почему именно она? Из всех крёстных фей, с которыми ты могла бы работать, ты выбрала сумасшедшую сотрудницу отдела кадров?

Я ухмыльнулась.

– В моём безумии есть метод.

– Я поверю в это, когда увижу собственными глазами.

Я погрозила ему пальцем.

– Ты не видишь того, что вижу я. Во-первых, Анджела безжалостна. Она украла мою идею Радужных Пятниц и присвоила себе все заслуги.

Гарри отхлебнул пива.

– Ты же знаешь, что это действительно глупая идея, не так ли?

– Глупые идеи – самые лучшие, – беззаботно ответила я. – Наряжаться – это весело. В любом случае, если мы хотим остановить троллей от дальнейших актов насилия, мы должны быть готовы действовать коварно, – я сделала глоток, прежде чем продолжить. – Во-вторых, Анджела отлично подмечает детали. Её снежный шар был сдвинут со своего места всего на сантиметр, и она всё равно заметила, что его передвинули. Наконец, как бы она ни презирала меня, она любит офис Крёстных Фей. Она сделает всё, чтобы добиться успеха. Она искренне заботится об этом отделе. И она не такая, как большинство других. Она видит недостатки и признаёт их такими, какие они есть, а затем либо использует их в своих интересах, либо полностью игнорирует, потому что они не вписываются в её планы. Честно говоря, – закончила я, – именно поэтому я ей не нравлюсь. Я нарушаю её планы и не позволяю ей использовать меня. В этом есть много достойного восхищения.

– Ну и оперативная группа. Ты и ещё один сотрудник? Далеко вы не продвинетесь.

Я не позволила пессимизму Гарри повлиять на меня.

– О, ты, неверующий. Многие другие тоже работают на меня. Руперт прочёсывает зал Адвентуса, сосредотачиваясь на желаниях, исполненных примерно в то время, когда у троллей всё пошло наперекосяк. Он ищет всё, что хоть как-то упоминает их.

Гарри фыркнул.

– По-моему, это напряжённая работа.

Моя улыбка стала шире.

– Напряжённая работа, в которой Руперт превосходен.

– Это всё?

– Нет, – я протянула руку и демонстративно похлопала себя по спине. – Я привлекла всех, кого только могла. Все, кто хочет быть в оперативной группе, уже в ней. Далила лучше всех из тех, кого я когда-либо встречала, разбирается в сплетнях. Она ходит по улицам и прислушивается ко всему, что может намекнуть на местонахождение троллей. Если кто-то и услышит какие-то слухи, то только она. И ещё есть Алисия. Она, должно быть, одна из самых потенциально опасных фей, которых я когда-либо встречала, – я покачала головой. – Честно говоря, она упустила своё призвание. Она должна была стать ниндзя, раз уж так умеет подкрадываться к людям и наносить удары в спину.

Гарри наклонился вперёд.

– Так чем же она занимается?

– Тренировки атак, – я самодовольно кивнула. – Мы ищем наилучшие способы атаковать троллей и защищаться от них.

– А что насчёт Билли? – спросил он. – Разве он тоже не хотел участвовать?

– Да, хотел, – я огляделась по сторонам, стараясь, чтобы нас никто не подслушал. – Ты не должен никому об этом рассказывать, – сказала я.

– Ты можешь мне доверять.

– Я серьёзно, Гарри. Никто не должен знать.

Он прижал руку к сердцу в притворной обиде.

– Саффрон. Всё, что ты мне скажешь, я унесу с собой в могилу. Клянусь честью лепрекона.

– Ты ненавидишь лепреконов.

Его глаза сверкнули.

– Маленькие вороватые ублюдки, – проворчал он. – Они должны охранять чёртово золото в конце моей радуги, а не брать его, когда им вздумается.

– Гарри, – напомнила я ему, – половина твоей семьи – лепреконы.

Он кивнул.

– Вот почему я могу причислять себя к их числу и в то же время презирать их. Ты знакома с моими кузенами. Ты знаешь, о чём я говорю, – он усмехнулся. – В любом случае, я никому не скажу. Что ты заставляешь Билли делать?

Я наклонилась вперед.

– Он просматривает архаичные книги правил. Не только для крёстных фей, но и для всех фей. Он ищет что-то, что могло бы помочь мне снять с троллей ответственность за то, что произошло с похищениями.

У Гарри отвисла челюсть.

– Снять ответственность?

– Шшшш, – прошипела я. – Говори потише, чёрт возьми!

– Саффрон, – произнёс Гарри с болезненным выражением на лице, хотя он, по крайней мере, говорил тише, – тролли похитили пятерых фей. Семерых, если считать Директрису и Адвоката Дьявола. Они искалечили их на всю жизнь, и было бы гораздо хуже, если бы ты их не остановила. Они замышляют уничтожить всех крёстных фей, ради всего святого. Они злые.

– Возможно, – тихо ответила я, – зло зависит от того, по какую сторону баррикад ты находишься.

– Сафф…

Я подняла руки.

– Я не оправдываю то, что произошло в прошлом месяце. Эти похищения были жестокими и отвратительными действиями. Но они были организованы не только одним троллем, которого больше нет с нами, и они произошли из-за того, что мы с ними сделали. Тролли были уничтожены из-за нас, Гарри. Это крёстные феи виноваты в том, что вся их раса практически вымерла.

– Ты сказала мне, что это был несчастный случай.

Я сглотнула.

– И я верю, что так оно и было. Но если бы большинство из нас, фей, было убито одним махом, разве ты не хотел бы, чтобы виновные были наказаны?

Гарри заёрзал на стуле, явно смущённый моими доводами.

– Возможно, – сказал он. – Но то, о чём ты говоришь, было несчастным случаем, и это древняя история. Нас не было в живых, когда тролли были почти полностью истреблены! Это не наша вина, что так случилось. Чёрт возьми, до прошлого месяца мы даже не знали, что это произошло!

– Да, – согласилась я, – потому что в то время крёстные феи скрыли это. Они сделали это, потому что знали, что их поступок постыден, неправилен и, откровенно говоря, совершенно ужасен. Не забывай, – добавила я, – что ты знаешь об этом только потому, что я тебе рассказала. Даже сейчас мы всё ещё скрываем то, что произошло.

Он тяжело вздохнул, признавая это, но не сдаваясь окончательно.

– А как насчёт того, что тролли сделали вчера?

– Никто не пострадал, – заметила я. – Мы просто ненадолго эвакуировали людей из здания. Это было сделано для того, чтобы заставить нас понервничать ещё больше. Они хотят, чтобы мы думали, что вся власть в их руках.

Гарри в смятении покачал головой.

– А что, если у них действительно есть вся власть? Их нужно как-то остановить, Саффрон. Ты предлагаешь разрешить троллям отомстить? Мы должны позволить им продолжать терроризировать крёстных фей до тех пор, пока весь ваш офис не закроется навсегда?

– Конечно, я не предлагаю такой вариант, – я пыталась найти правильные слова, чтобы объяснить. – Но какова здесь конечная цель, Гарри? Мы убьём всех оставшихся троллей, чтобы больше не было угрозы? Завершим геноцид, который мы начали, случайно или нет?

– Нет, но…

– Но что? Либо мы найдём способ привлечь оставшихся троллей на нашу сторону, посмотрим на вещи с их точки зрения и предотвратим дальнейшие зверства, либо рано или поздно выбора не останется, и нам придётся убить их всех. В противном случае это никогда не прекратится. Единственный путь вперёд – это достижение какого-то прочного мира, такого, в котором мы искупим вину за прошлое, и они тоже. «Око за око» никогда не приведёт ни к чему иному, кроме как сделает нас всех слепыми.

Гарри скрестил руки на груди, скрывая свои эмоции в нехарактерной для него манере. Я нервно наблюдала за ним; впервые за всё время нашего знакомства я не была уверена, о чём он думает. Затем он поднял на меня глаза.

– Я беру свои слова обратно, – сказал он наконец. – Тебя не обрекли на провал. Ты, безусловно, лучший кандидат, который мог бы возглавить эту оперативную группу.

Я выдохнула с облегчением, что он смог принять мою точку зрения. Если бы я не смогла убедить своего лучшего друга взглянуть на вещи с точки зрения троллей, я не смогла бы убедить никого другого.

– К сожалению, – сказала я полушёпотом, – убедить троллей прекратить их вендетту будет нелегко. Пожалуй, это даже невозможно. Но мы должны попытаться – это единственный способ выжить. Если Билли сможет найти какие-нибудь старые правила, которые помогут мне воззвать к лучшей натуре троллей, все, возможно, выйдут из этой ситуации с некоторой долей удовлетворения. У меня пока нет плана. Мне нужно сосредоточиться на том, чтобы найти троллей и помешать им сделать что-нибудь ещё, что настроит нас, фей, против них. Я придумываю всё это дерьмо по ходу дела.

Гарри одарил меня быстрой улыбкой.

– Честно, Сафф? Если кто-то и может это сделать, то только ты, – он чокнулся со мной своим бокалом.

Я сделала глоток и улыбнулась в ответ, но заметила тень на лице моего старого друга. Несмотря на его ободряющие слова, я знала, что в глубине души он считал, что у меня нет ни малейших шансов на успех. К сожалению, в глубине души я была с ним согласна.

***

Несмотря на оперативную группу по троллям, у меня всё равно были другие обязанности крёстной феи. На следующее утро я поставила будильник на абсурдно раннее время и, спотыкаясь, выбралась из постели с ноющими конечностями и затуманенным взором. Я чувствовала себя недостаточно бодрой, чтобы тратить время на беспокойство о своём гардеробе; я просто надела первую попавшуюся одежду, которую вытащила из комода, выпила чашку крепкого кофе и направилась прямиком проведать Роуз и Винсента, прежде чем заявляться в офис.

Теперь, когда старушка была в Колчестере, мне не нужно было использовать магию Метафоры, чтобы перенестись к ней. Пока они с Винсентом не поубивали друг друга, я могла поздравить себя с такой отличной предусмотрительностью.

На улицах было тихо, лишь изредка можно было увидеть прохожих, совершающих утреннюю пробежку, и дворников. Хотя я сомневалась, что Винсент любил вставать рано, я предположила, что Роуз, вероятно, вставала ни свет ни заря. Именно с этой мыслью я уверенно постучала в дверь Винсента, пока местный почтальон не вышел из отделения сортировки. Когда дверь открылась буквально через несколько секунд, я поняла, что мои инстинкты меня подвели.

Винсент выглядел так, будто вообще не спал. Одетый в поношенный халат необычного розового оттенка, он моргал, глядя на меня.

– Слава богу, бл*дь, ты здесь, – сказал он, и на его лице отразился непривычный страх. – Я не могу этого сделать. Я больше не могу этого выносить. Эта старуха чокнутая, и я хочу, чтобы она убралась из моего дома.

– Винсент! – я услышала, как Роуз рявкнула откуда-то изнутри. – Кто это? Чего они хотят?

Он вздрогнул.

– Честно говоря, – пробормотал он, – я думал, что моя мать – страшная женщина. Она вообще не смогла бы тягаться с этой старой цыпой.

Раздался звук открывающейся двери. Мгновение спустя пухлое белое тело Тыквы метнулось к нам. Я отскочила назад, не желая ещё больше подставлять свою плоть под острые зубы пса, но он резко затормозил у ног Винсента. Его маленькое тельце задрожало от нерастраченной ярости, но, к счастью, пока он предпочёл остаться на месте.

Роуз, шаркая, направилась к нам. Она явно одалживала вещи из гардероба Винсента; вместо вчерашнего гостиничного халата на ней были джинсы слишком большого размера и футболка, которая советовала мне «Сохранять спокойствие и скрутить косячок».

– Винсент! – рявкнула она. – Сейчас не время принимать дам в гости! Мы ещё не начинали убирать кухню. И если ты думаешь, что я собираюсь драить твой отвратительный пол, пока ты будешь трахаться с этой, – она с презрением оглядела меня с ног до головы, – личностью, то подумай ещё раз.

– Чёрт возьми, – простонал он. – Ты сказала мне, что у тебя всё в порядке с памятью. Это Саффрон. Она была здесь вчера. Она привела тебя сюда вчера.

– Не будь смешным. Я никогда в жизни её не видела. Вряд ли я смогу забыть кого-то с такими волосами, не так ли? Я думала, в семидесятые и восьмидесятые всё было достаточно плохо, но я никогда не видела такой ужасной химической завивки, как эта.

Я сморщила нос. Да, мои кудри можно было бы назвать густыми и неопрятными, но они были совершенно натуральными.

– Приятно снова видеть тебя, Роуз.

– Откуда, чёрт возьми, ты знаешь, как меня зовут? – она повернулась к Винсенту. – Ты рассказал ей обо мне? – она оглядела меня с ног до головы, и я сразу поняла, что она проверяет, нет ли на мне предательской выпуклости пистолета. Что-то неуловимо изменилось в языке её тела. В этом не было никаких сомнений: Роуз всё ещё была в полной боевой готовности, ожидая появления своих потенциальных убийц.