Текст книги "Желаемое за действительное (ЛП)"
Автор книги: Хелен Харпер
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 16 страниц)
Странный румянец появился у основания шеи Алисии и начал подниматься вверх.
– Что? – заикаясь, спросила она, резко протянула руку и выхватила у меня кружку. – Я сама вымою её, – прошипела она. – Я не знаю, кем ты себя возомнила и почему ты думаешь, что можешь так со мной разговаривать, но я Бошан. Бошаны были самыми успешными крёстными феями на протяжении многих поколений. Я здесь кое-кто. Ты никто. Если я захочу упереть руки в бока, то, чёрт возьми, я так и сделаю! – она повысила голос. С некоторым запозданием до меня дошло, что я совершила ещё одну катастрофическую ошибку. В отличие от Билли и миссис Джардин, Алисия совсем не притворялась. Она действительно была той, за кого себя выдавала.
Внезапно из-за её спины появилась Аделина.
– Алисия, – сказала она, – можно тебя на пару слов наедине?
– Ты слышала, как это существо разговаривало со мной? – взвизгнула она.
– Саффрон, оставь нас.
С удовольствием. Я взяла свою новую кружку и попыталась выскользнуть из комнаты, пока вопли Алисии не достигли такого уровня, что можно было разбивать керамику.
– О, и Саффрон? – пробормотала Аделина. – Это моя кружка.
Да ёбушки-воробушки. Я отказалась от кофе в принципе и протянула чашку ей. Затем я почти бегом бросилась к мнимой безопасности своего стола.
***
Я бы совсем забросила работу в офисе и сбежала через комнату Метафоры, как только смогла, вот только Директриса появилась в дверях и поманила всех вперёд.
– Ну вот, – сказала мне Далила, снимая пальто, – настало время для ободряющей речи.
– Прошу прощения?
Она наклонилась ко мне.
– Это преподносится как утренний инструктаж. Вчера ты его пропустила, но это происходит каждое утро. Предполагается, что это поможет нам подготовиться к предстоящему дню. Знаешь, чтобы мы рвались в путь, были полны энтузиазма и снабжены всей необходимой информацией, чтобы быть хорошими маленькими крёстными феями. Это, безусловно, самая удручающая часть дня, – она усмехнулась про себя. – Хотя сегодня мне не терпится услышать, как она выставит в положительном свете то, что случилось с ухом Лидии.
Я начинала проникаться симпатией к своей соседке-сплетнице. Она оказалась гораздо более благоразумной, чем казалось на первый взгляд. Следуя её примеру, я поднялась на ноги и прошла в переднюю часть помещения. Я вынуждена была признать, что мне также было любопытно, что Директриса собирается сказать о вчерашних событиях, особенно учитывая то, как долго меня держали в неведении.
Группа крёстных фей, стоявших в конце небольшой толпы, всё ещё болтала. Директриса смерила их строгим взглядом, но, как ни странно, им потребовалось некоторое время, чтобы это заметить. В конце концов ей пришлось чрезмерно громко откашляться, чтобы заставить их замолчать.
– Всем доброе утро.
В ответ раздался невнятный хор. Я добавила свой собственный голос к этой смеси, немного отстав от всех остальных и отозвавшись значительно громче. Возможно, из-за этого я выглядела немного по-идиотски, но это вызвало слабую улыбку Директрисы в мой адрес. После вчерашнего фиаско что угодно казалось улучшением.
– Я знаю, что многие из вас чувствуют себя неуютно после того, что произошло вчера. У нас нет оснований полагать, что Лидии нет в живых, и я хотела бы заверить вас, что мы активно занимаемся расследованием исчезновений всех наших любимых коллег. Мы найдём виновных в этом, и они предстанут перед судом.
Пожилой мужчина, стоявший в нескольких шагах от меня, повысил голос.
– А как же наша безопасность? Вы не можете этого гарантировать. Нам не следует выходить на улицу в одиночку. Уже нет. Если бы у нас была система напарников…
Выражение лица Директрисы оставалось спокойным.
– Это один из шагов, которые мы рассматриваем. Однако у нас уже накопилось много клиентов, о которых нужно позаботиться, и я уверена, что вы все со мной согласны, когда я говорю, что мы не хотим, чтобы пострадала наша работа. Я подробно консультировалась по этому вопросу с Адвокатом Дьявола. К концу недели все крёстные феи получат тревожную кнопку. Сигнал с неё будет направляться прямиком сюда. Мы не ожидаем дальнейших исчезновений.
Она произнесла это так, словно мы обсуждали удаление пятен, а не жестокие похищения. Я кивнула сама себе. Ага. Я могла понять, почему она была Директрисой.
В воздух взметнулось несколько рук, но она проигнорировала их все до единой.
– Теперь, – улыбнулась она, – идём дальше, и мы можем сообщить о некоторых успехах. Вчера Марк проделал отличную работу, удовлетворив потребности восьми клиентов. Это почти рекорд. Я должна напомнить вам, что крёстная фея или фей, которые исполнят больше всего желаний в этом квартале, получат потрясающую и вполне заслуженную премию. Ещё есть время догнать Марка по показателям, поэтому я хочу, чтобы вы все старались как можно усерднее.
Далила, стоявшая рядом со мной, подтолкнула меня локтем.
– Он получал эту премию каждый квартал на протяжении последних двух лет. Либо он исполняет дурацкие желания, которые ничего не значат, либо трахает её. Или Аделину, – она поджала губы. – Возможно, их обеих.
Директриса продолжала говорить.
– У нас на горизонте также есть несколько более сложных клиентов. Было отобрано значительное количество пожилых людей. Для меня большая честь исполнять пожелания тех людей, которые находятся на закате жизни, и я ожидаю, что к каждому из этих клиентов будет проявлена такая же должная осмотрительность, как и ко всем остальным.
Я взглянула на Далилу.
– А почему к ним могут относиться иначе?
– Попробуй исполнить желание человека, страдающего слабоумием, – прошептала Далила. – Или того, кто хочет продлить свою жизнь до предела возможного. Это кошмар.
Ах. Теперь я понимала, с чем тут возникали сложности.
– И наконец, – монотонно произнесла Директриса, – независимо от того, кто ваши клиенты, пожалуйста, убедитесь, что вы действительно стремитесь к тому, чего желает их сердце. Возможно, вам придётся мыслить нестандартно, чтобы дать им то, что они хотят, но никогда не забывайте, что предел – только небо. Мы крёстные феи, – она подняла кулак.
Я моргнула. Все вокруг последовали её примеру, а затем проскандировали те же слова в ответ.
– Мы крёстные феи!
– Ещё раз! – взревела Директриса.
– Мы крёстные феи! Мы крёстные феи!
Я прищурилась. Это должно было что-то значить? Помимо очевидного, во всяком случае.
– Видишь? – пробормотала Далила себе под нос. – Это как митинги нацистов в Нюрнберге.
Директриса хлопнула в ладоши.
– За работу, люди!
Толпа почти сразу же рассеялась. Все разошлись по своим столам, пока я не осталась стоять одна. Это было… странно. Я пожала плечами, заметив Аделину, направлявшуюся к комнате Адвентуса. Я расправила плечи и побежала за ней.
– Простите, – позвала я.
Она меня не услышала. Я попробовала ещё раз.
– Аделина! Простите?
Она продолжила идти. Я слегка нахмурилась. На самом деле, мне показалось, что она услышала меня и просто решила проигнорировать. Не бывать этому. Я прибавила скорость, пока не оказалась с ней нос к носу. Быстрым движением и особенно изящной работой ног я встала прямо перед ней. Теперь она не сможет выйти из офиса, пока я не освобожу ей дорогу.
– Я хочу извиниться, – сказала я, – за то, что произошло ранее. Я не хотела брать вашу кружку. И кружку Алисии я тоже не хотела брать. Я принесу свою завтра.
– Хорошо, – она посмотрела на меня ледяным взглядом. – Что-то ещё?
– С Алисией всё в порядке?
– С ней всё нормально, – она притопнула ногой. – Однако, возможно, было бы разумно пока не попадаться ей на глаза. Ещё один подобный инцидент, и я, возможно, буду вынуждена сделать вам устное предупреждение.
Я сглотнула. Алисия была той, кто безнадёжно переусердствовал с реакцией. Однако это она здесь давний сотрудник со стабильным положением в коллективе. Пока что я уступлю ей из уважения.
– Принято к сведению.
Выражение лица Аделины смягчилось.
– Я понимаю, что у вас было не самое гладкое начало. Мы все сейчас находимся под большим давлением. Обычно здесь всё намного спокойнее и счастливее, и я уверена, что скоро всё вернётся на круги своя.
– Буду ждать с нетерпением, – пробормотала я.
Она поджала губы.
– Ммм, – она сделала шаг в сторону. – Теперь я должна сделать шаг…
– Подождите, прежде вы уйдёте, мне нужна помощь. Вчера я встретилась со своим первым клиентом, и всё прошло не совсем так, как я планировала. Мне нужно навестить его ещё раз.
– Всё в порядке. Вы можете приходить к нему так часто, как захотите, прежде чем исполнить его желание, – она сделала паузу. – Однако вы не должны слишком долго раздумывать. Вы слышали Директрису. У нас накопилось много клиентов, с которыми нужно разобраться. Аудит начинается в следующем месяце, и меньше всего мы хотим, чтобы Адвокат Дьявола подумал, что мы все бездельники. Помните, что вам нужно справиться со своим списком до конца недели. Мы и так предоставляем вам значительную поблажку, поскольку вы новичок.
Это не предвещало ничего хорошего. Я всё равно послушно кивнула.
– Да. Я постараюсь как можно быстрее. Дело в том, что я, возможно, уже исполнила его желание. Он попросил кофе, и я наколдовала кофе. С этим не будет проблем, не так ли?
– Если он чего-то хотел, Саффрон, и вы дали ему это, то это дело закрыто. Переходим к следующему.
– Но он не получил того, чего хотел, – я поправилась. – Я не дала ему того, что он хотел. Мне нужно попробовать ещё раз.
Она скрестила руки на груди.
– Заново открыть закрытое дело невероятно. Есть бланки, которые нужно заполнить. В трёх экземплярах.
Я взывала к её лучшей натуре.
– Он мой первый клиент. Я хочу хорошо выполнить свою работу. Я пробыла в его библиотечной кабинке всего несколько минут. На самом деле у меня не было возможности что-то сделать, – у потенциального похитителя не было ни малейшего шанса напасть на меня. Надеюсь, Аделина поймёт это и будет более склонна помочь мне вернуться к Люку. – Предел – только небо, – добавила я, повторяя слова самой Директрисы. – Верно?
– Это вряд ли сработает. Повторное открытие дела – это… – она замолчала и посмотрела на меня внимательнее. – Библиотечная кабинка? Как зовут вашего клиента?
– Люк Уэллс, – мгновенно ответила я. – Из Оксфордского университета, – «и, – добавила я про себя, – он был последним клиентом теперь уже безухой Лидии до того, как она пропала». Он был выбран мной в качестве клиента по очень веской причине. Которая не приведёт к моему собственному похищению и расчленению. Нет, если у меня будет право голоса.
На её лице промелькнуло странное выражение. На мгновение это действительно было похоже на чувство вины. Возможно, она всё-таки способна на какие-то искренние эмоции.
– Что ж, хорошо, – сказала она в конце концов. – Я посмотрю, что можно сделать. Однако, это единичный случай. Я не буду делать это каждый раз. Вы должны стараться лучше. После вашего собеседования я ожидала, что вы сможете разобраться со всем на бегу, Саффрон.
Да, я так и думала. На бегу от таинственного похитителя, который хотел отрезать мне части тела. Я мило улыбнулась.
– Большое вам спасибо.
Она фыркнула и отошла. Моя улыбка стала более искренней. Маленькими шажками. Я всё же кое-чего добивалась.
Глава 13
Аделина справилась быстрее, чем я ожидала. Менее чем через сорок пять минут я снова стояла перед комнатой Метафоры, и она заверила меня, что я смогу вернуться к Люку Уэллсу и исполнить его настоящее желание, каким бы оно ни было. Без сомнения, она пошла к Директрисе, чтобы ускорить процесс, несмотря на её бормотание о бюрократических сложностях. Они действительно отчаянно хотели, чтобы меня похитили как можно скорее. Я стряхнула с себя вновь нахлынувшую ярость. Я не собиралась позволять себе терять концентрацию – и я собиралась решить эту проблему. У меня нет другого выбора. Я даже взяла с собой этот ужасный розовый плащ. Я пока не стану его надевать, но взяла на всякий случай. Всё или ничего, детка.
На этот раз я перенеслась не в тихий литературный рай главной библиотеки Оксфордского университета. Вместо этого я оказалась где-то снаружи, ступив на грязный тротуар убогой, заваленной мусором улицы. Интересно. Я свернула в ближайшую подворотню, давая себе наилучшую возможность осмотреться и понять, что происходит. Затем я огляделась по сторонам, осматривая каждый ближайший уголок в поисках других таинственных теней. Я хотела точно знать, сколько времени потребуется моим наблюдателям, чтобы догнать меня. Кто бы из фей ни следил за мной, они не захотят оставлять меня одну надолго. В конце концов, ублюдочный похититель мог появиться в любой момент. Я не была уверена, насколько быстро они смогут появиться после того, как моя подпись активировала комнату Метафоры. В течение нескольких минут, само собой. Честно говоря, я надеялась, что это произойдёт чуть быстрее. Вполне возможно, на карту поставлена моя жизнь.
Поначалу не было никаких признаков ни маньяка с ножом, ни каких-либо мерцающих волшебных теней. Я уже начала думать, что нахожусь здесь совершенно одна. Затем я заметила женщину, толкавшую детскую коляску по другой стороне дороги. Её голова была повёрнута в другую сторону, а лицо скрыто от моего взгляда. Впрочем, мне не нужно было видеть её черты. В её походке не было усталости, свойственной измученной матери. Она скользила. Я фыркнула про себя и перевела взгляд налево. Чуть дальше по улице, у неряшливо выглядящего газетного киоска, стояли двое мужчин. На обоих были капюшоны, их лица были одинаково неразличимы. А ещё я почувствовала странное покалывание в затылке. Используя периферийное зрение, я мельком увидела ещё одну фигуру позади себя, не слишком далеко. Это означало, что за мной, возможно, следовали четыре феи. Они не хотели рисковать. Полагаю, я должна быть благодарна за внимание. Однако я знала, что они не заинтересованы в моей безопасности. Они просто хотели, чтобы появился отрезатель ушей, чтобы они могли разобраться с ним и спасти остальных. Очевидно, меня должны были рассматривать как сопутствующий ущерб.
Сделав глубокий вдох, я притворилась, что никого из них не заметила, и сосредоточилась на своей предполагаемой цели. Люк Уэллс должен быть где-то здесь. Я прикусила нижнюю губу и выдохнула, когда увидела, как он выходит из другого дверного проёма чуть дальше. Ага. На этот раз я буду умнее и подожду, пока у меня не появится лучшее представление о том, что он задумал, а также о том, что он из себя представляет как личность. Мои наблюдатели могут делать всё, что захотят. Я всё равно позабочусь о Люке, как подобает, каким бы говнюком он ни был.
Он засунул руки в карманы и повернул направо, удаляясь от меня. Я немедленно последовала за ним, гадая, что он делает в этой части города. Учитывая то, что я узнала о своём новом клиенте во время предыдущего визита, без сомнения, это какая-то грязная сделка. «Возможно, наркотики», – подумала я. Было бы забавно, если бы я столкнулась лбами с кем-нибудь из моих бывших коллег-фей кайфа, ищущих того же человека. Однако это маловероятно. Магия обычно не допускала таких случаев. Кроме того, я не могла припомнить ни одного наркоторговца, который жил бы поблизости. Я поджала губы. Возможно, меня отвлекали мои собственные преследователи, но мне было искренне любопытно, куда мог направиться Люк. Он жил не поблизости. Из моего предыдущего разговора с ним и из досье, которое у меня на него имелось, я знала, что у него нет девушки, к которой он мог бы пойти в гости. Он определённо не производил на меня впечатления человека, который время от времени просто выходит прогуляться, чтобы подышать свежим воздухом.
В любом случае, пока другие феи следили за мной, я продолжала следить за Люком. Надеюсь, я смогу узнать больше о его образе жизни и желаниях. Я притворилась, что я совершенно одна. Как бы я ни была взбешена всей этой затеей, я вынуждена была признать, что слежка со стороны других фей была для меня прекрасной возможностью показать, на что я действительно способна. С таким же успехом я могла убить сразу нескольких зайцев и доказать своим наблюдателям, что я такая же достойная, как и любой другой сотрудник. Я могу быть и отличной крёстной феей, и приманкой для злобных ублюдков.
Хотя плечи Люка были сгорблены от холода, и он шёл лёгкой походкой, которая, похоже, характерна для студентов старших курсов, у меня возникло ощущение, что он знал, куда идёт, и у него есть весьма конкретная цель. На следующем перекрёстке он не остановился. Он вышел на дорогу, едва не попав под колеса маленькой машины. Он проигнорировал раздражённый сигнал водителя и продолжил движение. Я ускорила шаг и поспешила за ним. Мне не показалось, он правда шёл быстрее, чем раньше.
Я прошлёпала по грязной луже, не обращая внимания на моросящий дождь, который начался снова. Мои волосы и так были вьющимися настолько, насколько позволяли законы биологии. Хуже быть уже не могло. К сожалению, из-за того, что я шла быстрее и не отрывала взгляда от спины Люка, я не заметила шаркающего мужчину, который вышел из маленького паба слева от меня, чтобы закурить. Я столкнулась с ним, и моё тело врезалось в его тело.
– Извините! – я потёрла лоб в том месте, где ударилась о его костлявое плечо. Чёрт, как больно.
– Смотри, куда прёшь, чёрт возьми, – ответил мужчина, прежде чем с шумом отхаркнуть комок мокроты и сплюнуть его в направлении моих ног.
Я тут же ощетинилась.
– Отвали, – рявкнула я.
Если бы я столкнулась на улице с кем-нибудь другим, на этом инцидент завершился бы. Мы бы оба разошлись в разные стороны. У этого парня, однако, выдался плохой день. Или, возможно, он не более чем враждебно настроенный придурок. В любом случае, он был крайне оскорблён тем, что я осмелилась пробормотать в его адрес ругательство. Он грубо схватил меня за руку, причиняя боль.
– Никто не смеет так со мной разговаривать, – прошипел он мне в лицо, и изо рта у него вырвалось облако перегара и пива. На самом деле это удивительно напоминало вонь в библиотечной кабинке, где я впервые обнаружила Люка.
Я была не в том настроении, чтобы мной помыкали. Просто в моей жизни происходило слишком много другого дерьма, чтобы закрыть на это глаза. Я выпятила грудь и впилась в него взглядом.
– О, да? – сказала я. – По-моему, я только что разговаривала с тобой именно так. И что ты собираешься с этим делать? – мой взгляд стал жёстче. – Собираешься меня ударить?
Будь я мужчиной, моя бравада не сработала бы. На самом деле, если бы не было других прохожих, это бы тоже не сработало. Однако парень-хулиган, стоявший передо мной, понял, что он не добьётся успеха, ударив женщину вдвое меньше себя. Он резко отпустил меня.
– Я увижу тебя снова, – сказал он мне тихим голосом, – и ты так легко не отделаешься, – он бросил окурок на тротуар, не выкурив и половины, и повернул обратно в паб. Ха. Я усмехнулась про себя, безмерно довольная. Так было до тех пор, пока я не заметила фальшивую мать с коляской, наблюдавшую за мной с противоположной стороны улицы. Она отвела взгляд, как только я взглянула на неё. Впрочем, это не имело значения. Вместо того, чтобы изображать из себя хладнокровную, собранную фею, которая разряжает обстановку, а не создаёт напряжение, я выглядела как какая-то маньячка.
– Стресс, – пробормотала я. – Я в сильном стрессе, – затем я посмотрела вниз по улице. Ну ёбушки-воробушки. Люк Уэллс бесследно исчез.
Злясь на себя, я сорвалась с места. Он не мог уйти далеко. Я побежала туда, где видела его в последний раз, проверяя каждую улочку и заглядывая в витрины каждого магазина. Это нелепо. Я никогда раньше не теряла клиента физически. Я перешла на шаг. Я предположила, что могла бы вернуться в офис, а затем воспользоваться комнатой Метафоры, чтобы снова перенестись в его точное местоположение. Однако мне почему-то казалось, что так я признаю своё поражение. У меня было слишком много гордости, чтобы выставлять себя настолько глупой перед всем офисом. Я также не осмеливалась посмотреть в сторону своих наблюдателей. Без сомнения, они все хихикали про себя, посмеиваясь над моей отчаянной некомпетентностью. Я сама попала в эту глупую ситуацию. Я сама из неё выпутаюсь.
Я прикрыла глаза. Что я знала о своём клиенте? Он любил выпить. Вот только он проходил мимо паба и даже не взглянул в его сторону, значит, он не искал пива. Он спал со всеми подряд. Но ему нравилось притворяться, что у него есть принципы, так что он не станет слоняться по улицам в поисках какой-нибудь случайной девушки. Он был достаточно умён, чтобы поступить в Оксфордский университет и получать хорошие оценки, несмотря на все вышеупомянутые недостатки характера. Возможно, он посещал секретную учебную группу где-то здесь. Если я поищу какую-нибудь квартиру, похожую на студенческую, то, возможно, найду его. Впереди было несколько многоквартирных домов. Возможно, я могла бы попытать удачи там.
Не имея другого выхода, я снова двинулась вперёд. Мгновение спустя я остановилась. Там, на противоположной стороне улицы, был тату-салон. Окна в нём были зарешёчены, а фасад вызывал такое отчаяние, что любой здравомыслящий человек обошёл бы это место стороной, а не забрёл бы внутрь, чтобы нанести на кожу перманентные чернила. Но в библиотечной кабинке Люк заснул поверх каких-то каракулей. Это вполне могло быть татуировкой. Я почувствовала мимолётный проблеск надежды и немедленно перешла улицу.
Дверь туго вращалась на петлях, и её было трудно открыть. В конце концов мне пришлось толкнуть её плечом, чтобы создать достаточную щель и протиснуться внутрь. Она захлопнулась за мной с глухим стуком. Даже едва уловимого аромата пачули, витавшего в воздухе, было недостаточно, чтобы улучшить атмосферу тату-салона. Единственная люминесцентная лента, висевшая над головой, освещала крошечное пространство, что, как я предположила, было необходимо, учитывая отсутствие естественного освещения. Каждый клочок пространства на стенах был увешан примерами татуировок. Ни одна из них не выглядела привлекательно. Не говоря уже о том, что я увидела три примера фотографий с ужасными ошибками в написании слов. Ближайшая из них гласила «Никаких Сажалений». Какой-то бедолага реально сделал такую татуировку на руке. Я передёрнулась. Прийти сюда было хорошим предчувствием, но не было ни малейшего шанса, что Люк Уэллс сделает татуировку в этом месте. У него слишком много нарциссической гордости.
Я развернулась на пятках, чтобы уйти так же резко, как и вошла, как только услышала шаркающие шаги.
– Помочь вам?
Я обернулась. На меня уставился крупный мужчина в майке, которая была как минимум на два размера меньше, чем нужно, и, вероятно, когда-то была белой. Мой взгляд невольно упал на его руки. Пальцы у него были пухлые и приземистые, ногти обкусаны до мяса. Они не были похожи на руки художника.
– Нет, – начала я. – Я хотела взглянуть, но…
Из глубины магазина, скрытой от посторонних глаз внутренней дверью со зловещей надписью «Здесь происходит волшебство», раздался настойчивый и знакомый голос:
– Я заплачу вам столько, сколько вы захотите, – Люк Уэллс всё-таки был здесь.
Я кашлянула.
– …но теперь, кажется, я знаю, какую татуировку я бы хотела, – я наугад ткнула пальцем в ближайшую картинку. Пожалуй, могло быть и хуже. Я показывала на маленького мультяшного кота. Надо признать, это был бесформенный кот, который выглядел бы уместно в фильме ужасов, но всё равно это кот. Вроде как.
Мужчина приподнял бровь.
– Вы хотите записаться? – спросил он.
Я покачала головой.
– Нет. Я растеряю храбрость, если не сделаю этого сейчас, – я ухмыльнулась. – Кроме того, не откладывай на завтра то, что можешь сделать сегодня, верно?
Он пожал плечами, как будто ему было всё равно. Тем не менее, он указал мне на дверь, о которой шла речь. Я не стала терять времени и поспешно вошла внутрь. Мне нужно выяснить, что задумал Люк.
Задняя комната была ещё страшнее, чем основное помещение. Похоже, здесь было три отдельных кабинки, хотя сама мысль о том, что в этом заведении могут быть посетители, не говоря уже о трёх одновременно, почти не укладывалась в голове. Не дожидаясь, я направилась прямиком к ближайшей кабинке – той, которая, как я знала, была уже занята Люком.
К счастью для него, он, похоже, на самом деле не собирался делать татуировку. Он был на ногах, всё ещё в своей куртке с капюшоном, и, размахивая руками, отчитывал ещё одного крепкого парня, чьи черты лица были настолько похожи на черты лица первого мужчины, что они должны быть родственниками.
– Просто проверьте свои записи, – настаивал Люк, прежде чем повернуться ко мне и нахмуриться. – Кто вы такая?
Я помахала ему в знак извинения и отступила.
– Вот эта, – сказал первый мужчина, кивнув головой в сторону соседней кабинки. – Где вы хотите сделать тату?
Я её нигде не хотела. Я придумаю предлог и уберусь отсюда до того, как ко мне приблизится какая-нибудь игла. Но сначала мне нужно было подслушать разговор Люка.
– Эм, на моей руке, – сказала я и указала на случайную точку в нескольких дюймах ниже своего плеча.
Он хмыкнул.
– Оплата вперёд.
Я кивнула и полезла в карман за бумажником, одновременно откидываясь назад, чтобы продолжать подслушивать.
– Мы не ведём таких записей, – услышала я голос другого мужчины.
В голосе Люка послышались нотки отчаяния.
– Я тебе не верю.
Я протянула ему пятидесятифунтовую банкноту и отступила назад, желая подойти поближе к другой кабинке и услышать больше. Что бы здесь ни происходило, это явно важно. К сожалению, другой татуировщик, сидевший передо мной, казалось, тоже был полон решимости продолжать свою работу. Он сунул деньги в карман и смерил меня тяжёлым, подозрительным взглядом.
– Вам нужно снять пиджак.
Я выдавила улыбку.
– Да, конечно. Я просто немного нервничаю, – я пожала плечами.
Он продолжал пристально смотреть на меня.
– Либо снимите пиджак, либо закатайте рукав.
Я не собиралась раздеваться. У меня были пределы, независимо от того, насколько я была полна решимости добиться успеха в этой миссии. Я потянулась к рукаву и медленно задрала его, стараясь не торопиться.
– Послушай, приятель, – снова раздался другой голос, – мы не будем передавать чужие данные. Ты можешь быть кем угодно, не так ли?
– Я ценю это, – ответил Люк. – Но я могу компенсировать вам потраченное время.
Тяжёлая рука опустилась мне на плечо, почти силой усадив меня в кожаное кресло. Почти сразу же татуировщик взял свою машинку и включил её. Я бы запротестовала или, по крайней мере, нашла бы способ остановить его, но Люк перешёл к главному.
– Не двигайтесь, – проворчал татуировщик.
Из-за шума машинки становилось всё труднее подслушивать. Я откинулась назад, чтобы слушать внимательнее.
– Я сказал, – повторил он, – не двигайтесь.
– Сколько? – раздался бестелесный голос.
– Сколько вы хотите? – спросил Люк. – Мы можем как-нибудь договориться. Я знаю, что он раньше жил в этом районе. Просто у меня нет его адреса. Раньше был, но всё потерялось, когда моя мама переехала в другой дом. Я заплачу вам, сколько скажете.
Я невольно вскрикнула, когда игла коснулась моей кожи. Чёрт возьми, это больно.
– Подождите! – пискнула я. – Мне нужно немного времени! Я больше не уверена, что хочу этого…
Татуировщик предпочёл не слышать меня. Я бы рванулась прочь так быстро, как только смогла, если бы он не удерживал меня на месте, предположительно, чтобы я не вырывалась. Возможно, он сделал это потому, что привык к тому, что покупатели с криками выбегают из его салона. Он продолжал водить иглой по моей обнажённой коже. Я стиснула зубы. Оно того стоило, сказала я себе. Как только я услышу достаточно, я покину эту адскую дыру, сохранив хотя бы большую часть кожи нетронутой. Я попыталась снова сосредоточиться на разговоре за соседней дверью.
– Мне всё равно, сколько ты предложишь. Может, мне и нужны деньги, но я тебе ничего не скажу. Это было бы неправильно. А теперь убирайся отсюда к чёртовой матери.
– Это важно! – запротестовал Люк. – У меня много денег. Клянусь, я так и делаю! Просто…
– Убирайся нах*й, – послышались звуки короткой потасовки, а затем всё стихло.
Я мотнула головой в сторону тату-мастера.
– Прекратите! Я больше этого не хочу. Вы должны остановиться!
Он не поднял глаз.
– Если я сейчас остановлюсь, это будет выглядеть дерьмово. Это искусство, леди. Я начал, я и закончу.
– Но… – я посмотрела на свою руку. Там, где игла проткнула кожу, выступили капельки крови. Татуировка представляла собой лишь расплывчатые очертания, и выглядела она пока что отвратительно. Ублюдки. Может быть, когда он закончит, это будет выглядеть лучше. Мои плечи поникли. В конце концов, хотела я того или нет, на моей коже появится жуткий кот.
Глава 14
Моя рука словно горела огнём. Я не осмеливалась ещё раз взглянуть на саму татуировку, но татуировщик выполнил её так быстро, что у меня возникло очень плохое предчувствие относительно того, какой она будет. Я была абсолютной идиоткой, раз не придумала, как ещё подслушать разговор Люка. Это, безусловно, из-за стресса, сказала я себе. Казалось, что лучше уже не будет. Весь отдел крёстных фей был полон несчастных людей, которые находились под таким же давлением. К несчастью для меня, некоторые из них продолжали вымещать своё недовольство на мне как на новичке. Я едва успела вернуться к своему столу и перепроверить информацию в личном деле Люка, как услышала насмешки.
– Несправедливо, когда к другим относятся по-особому, – сказал кто-то чересчур громким голосом из другого конца комнаты. – Остальные из нас могут нанести нашим клиентам только один визит. Мы не получаем повторных шансов, если лажаем с их желаниями.
Я скривила губы. Единственная причина, по которой мне было позволено нанести ещё один визит к Люку Уэллсу, заключалась в том, что злобный похититель и отрезатель ушей потенциально мог нанести визит ко мне. Если я прокричу это в ответ и дам понять, что понимаю, зачем я на самом деле здесь, то вполне возможно, что Директриса выгонит меня прежде, чем у меня появится шанс проявить себя. Вероятно, она полагалась на теорию, что моё невежество ещё больше подтолкнёт ублюдка напасть на меня. И у меня никогда не будет другого шанса стать крёстной феей. Несмотря на стук в голове и жгучую боль в руке, я должна была продолжать вести себя прилично.
– Я иду куда-нибудь пообедать, – бодро объявила я. – Кому-нибудь что-нибудь принести?
– Да, – съязвила другая фея, стоявшая неподалеку. – Дозу особенного отношения, как к тебе, пожалуйста. Не говоря уже о стопроцентном повышении зарплаты, о котором ты договорилась с отделом кадров ещё до того, как приступила к работе.
Хорошо. К чёрту вежливость. Я развернулась, нашла задиру, о которой шла речь, и подошла к ней. Я не топала. Я просто прогуливалась. На моём лице была всё та же идеальная улыбка.
