Текст книги "Во власти Скорпиона. Большая игра (СИ)"

Автор книги: Гриша Громм

Соавторы: Александр Майерс
сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 16 страниц)

– Никто! – орёт человек ещё громче, будто от одного только намёка на прикосновение его начинает физически жечь. – Отойдите!

Но Цыпа, движимый чувством вины и врождённым упрямством, решает, что нужно довести благородное дело до конца.

– Ну давайте я вам всё-таки помогу! Извините ещё раз, что так получилось!

Он делает шаг вперёд и снова тянется, чтобы стряхнуть обёртку с плеча незнакомца. И тут начинается почти комичный танец. Человек в костюме извивается, отскакивает, уворачивается с гибкостью и скоростью, которых я от него никак не ожидал.

Он похож на змею, которая спасается от попыток её схватить. Цыпа, в свою очередь, пытается его поймать, но его движения слишком прямолинейны для такого юркого противника. Они кружат по обочине, поднимая пыль: Цыпа – как медведь, человек – как уж на сковородке.

Я наблюдаю за этой сценой сначала с недоумением, потом с нарастающим интересом. Это уже не просто попытка помочь. Это противостояние.

И оно перерастает в конфликт мгновенно. Видя, что от Цыпы не отделаться мирно, человек вдруг замирает. Его белые перчатки вспыхивают тусклым, серебристым светом. От него исходит волна… чего-то холодного, скользкого, отталкивающего. Любопытно…

Цыпа, почувствовав магию, реагирует рефлекторно. Его собственный дар, грубый и яростный, вспыхивает в ответ. Он выхватывает кастеты и стучит одним о другой. Гулкий БУМ сотрясает воздух.

«Вот дерьмо», – проносится у меня в голове. На пустынной дороге, посреди бела дня, член моего отряда и странный тип в перчатках собираются устроить магическую дуэль из-за обёртки от колбасы.

Я не раздумываю. Моё жало вырывается из кольца почти само собой. Тонкая, ядовито-зелёная нить пронзает пространство между ними, но не цепляется ни за кого. Я просто впускаю в неё импульс подавляющей силы.

Оба вздрагивают, как от удара током. Оборачиваются на меня, оба с выражением шока на лицах.

– Всё, хватит, – говорю я спокойно, убирая жало. – Алексей, отойди на шаг. А вы успокойтесь. Мы не хотим вам зла. Просто хотели помочь после… нашего неудачного броска.

– Ну что, мальчики, раз разобрались, мы едем или как? – Иришка снова высовывается из окна.

Я же смотрю на незнакомца ещё пристальнее. Его реакция, его магия, его внешний вид… Вспоминаются слова Котова: «Мимо не пройдёшь».

– Дайте угадаю, – говорю я, и улыбка сама появляется на лице. – Вы от графа Котова.

Незнакомец медленно выпрямляется, всё ещё с опаской поглядывая на Цыпу, но его лицо выражает уже не панику, а крайнее удивление.

– А… а как вы узнали?

– Он сказал, что мимо не пройдёшь, – пожимаю я плечами. – А вы, и правда, человек уникальный. Как зовут?

– Даниил, – отвечает он, всё ещё немного нервно. – Даниил Ужин.

– Что? – переспрашивает Цыпа, нахмурившись. – Да не ел ужин? Я тоже не ел. Ещё и обеда не было. И при чём тут это? У тебя имя спросили. Кстати, когда мы поедим, господин?

Даниил снова возмущённо вздрагивает, видимо, приняв это за издёвку.

– Алексей, успокойся, – останавливаю я его. – Я тебе потом объясню, как его зовут.

Про себя же думаю: «Фамилия и правда забавная. Ужин. Хотя тут явно имеется в виду покровитель – Уж. Отсюда и гибкость, и, видимо, эта брезгливость к прикосновениям. Интересно».

– А вы, я полагаю, граф Всеволод Скорпионов? – уточняет Ужин.

– Именно. Рад знакомству.

Я смотрю на Даниила, на его испачканный костюм.

– Давайте так, – предлагаю я. – Мы довезём вас до нашей усадьбы. Там вы сможете привести себя в порядок, отмыться, переодеться, если нужно. А заодно поговорим. Вы же, наверное, не просто так шли пешком по этой дороге?

Он колеблется, оглядывая свою запачканную одежду. Видно, что для него это – настоящее мучение. Чистота, очевидно, для него не просто понятие, а навязчивая идея.

– Я… – начинает он, потом кивает. – Да. Спасибо. Я согласен.

– Тогда прошу, – открываю я дверь пассажирского сиденья. – Алексей, ты рядом с Иришкой поедешь.

Цыпа, всё ещё ворча что-то про ужин и обед, послушно забирается на пассажирское, уступая мне место за рулём. На переднее садится наш новый знакомый. Причём делает он это крайне осторожно, стараясь не касаться сиденья спиной.

Едем. Несколько минут в машине царит неловкое молчание. Потом Даниил, отряхивая последние крошки с рукава, говорит, не глядя на меня:

– Знаете, граф… у меня для вас новости.

Я поворачиваю голову, заинтересованно.

– Какие?

– По дороге меня пытались сначала подкупить, а потом ликвидировать.

– Серьёзно? Кто?

– Не знаю. Хорошо вооружённые людей, с артефактами. Сначала предложили деньги. Очень большие. Чтобы я работал на них и докладывал обо всём, что увижу у вас. Когда я отказался… они попытались взять силой.

– И? – интересуюсь я.

– Ничего, – ледяным тоном отвечает Даниил. – Им же хуже. У меня… специфические способности. К тому же я не люблю, когда ко мне прикасаются без спроса. Особенно с дурными намерениями.

Я верю ему на слово. По его реакции на Цыпу видно, что «никто не трогает» – это не каприз, а часть его природы.

– Но самое интересное, – продолжает он – это то, что нашлось при этих людях…

Глава 5

Цыпа с любопытством придвигается поближе, Ирина тоже навостряет свои симпатичные ушки. Ну и я жду продолжения. А Даниил наслаждается эффектом и не спешит отвечать. Стряхивает с рукава пылинки и брезгливо морщится, видя жирное пятно на манжете.

– Чего там было-то при них? – не выдерживает Алексей.

Ужин неприязненно смотрит на него через плечо. Видать, до сих пор не простил за попытку отряхнуть.

– Не тяни, Даниил, – поторапливаю его я.

Он медленно поворачивает ко мне голову, проводит пальцами по усикам и произносит:

– Пистолет. Пневматический.

– Тоже мне, диковинка, – фыркает Цыпа.

– Не обычный пистолет, – назидательным тоном поясняет Ужин. – Со специальными пулями, предназначенными против магов. Серьёзных ран, само собой, не нанесут, но зачарованы так, что на несколько секунд способны парализовать ядро.

Я присвистываю. На Даниила натравили крутых ребят. Ну, кто бы сомневался. Вопрос лишь в том, кто их послал… Есть как минимум два варианта.

– Значит, они точно знали, на кого нападают, – констатирую я. – Кто-то заранее пронюхал, что ты едешь именно ко мне и какими способностями обладаешь.

– Никаких сомнений. За вами пристально следят, граф, – кивает Ужин.

Сзади раздаётся шум. Цыпа просовывает свою голову между передними сиденьями, его лицо выражает искреннее любопытство.

– И как ты справился с этими ублюдками? – спрашивает он.

Даниил поворачивается к нему с таким выражением, будто Цыпа только что предложил ему поесть из одной тарелки. Он морщит нос и отодвигается подальше.

– Эффектно.

– Чего? – не догоняет здоровяк.

– Ты спросил, как я с ними справился. Отвечаю: эффектно.

– Всё равно не понял…

– Размотал он их, как щенят, – объясняю я.

– А-а. По тебе не скажешь, что драться умеешь, – Цыпа тянет лапу, чтобы пощупать бицепс Даниила.

Я шлёпаю его по руке и рявкаю:

– Не лезь к человеку! – затем поворачиваюсь к новому товарищу и уточняю: – Значит, пистолет у тебя?

– Само собой.

Ужин достаёт из-за пазухи своего немного помятого пиджака небольшой пистолет. Выглядит как обычная пневматика с длинным стволом, но ствол у него шире. И магией разит – будь здоров.

– Я подумал, что улика может пригодиться, – поясняет Даниил.

Я смотрю на оружие, потом на его невозмутимое лицо. Мужик и правда не из робкого десятка. Умудрился не только отбиться, но и трофей забрать.

– И как ты думаешь, кто это был? – спрашиваю я, возвращаясь к главному.

Даниил пожимает узкими плечами, прячет пистолет обратно.

– Вам виднее, граф. Я здесь чужой. Надо полагать, только вы можете знать, кто тут охотится на вас и ваших людей.

Логично. Пересмешниковы? Султан? Кто-то ещё из сети, которую мы начали трясти? Мысль, что за мной уже следят настолько плотно, что перехватывают моих гостей, неприятна, но не удивительна.

На ходу у меня созревает идея. Раз уж у нас тут такой спец, присланный Яриком, нужно испытать его в деле. И посмотреть, как он работает. Нет у меня желания ждать. Мы же ехали разлом закрывать, вот и надо придерживаться плана.

– Предлагаю поехать в ближайший разлом, – говорю я, глядя на дорогу. – Как и планировали. Подерёмся с монстрами, наберём ништяков и закроем. Как обычно.

– Да! – радостно соглашается Цыпа.

– Разомнёмся, а ты заодно посмотришь, с чем тут имеем дело, – заканчиваю я, глядя на Даниила.

Но тот резко мотает головой. С брезгливым ужасом смотрит на свои белые перчатки, на которых остались следы от нашего «мусорного инцидента».

– Нет. Не могу. Пока я не помоюсь и не сменю одежду, никуда не поеду. Это невозможно.

Я вспоминаю его реакцию на попытку прикоснуться. Да, у человека явно серьёзный пунктик на чистоте и всем, что с ней связано. Тяжёлый случай, конечно, но что поделать. В мой отряд, где уже есть бедовая порталистка и безбашенный громила, он отлично впишется.

– Тогда предлагаю поехать в мои гостевые дома, – говорю я. – Я их как раз недавно вернул. Там есть баня и всё необходимое, чтобы привести себя в порядок.

«Заодно не придётся тащить Гордеевых в поместье, чтобы поговорить. Убьём двух зайцев одним выстрелом», – добавляю про себя.

Цыпа, услышав про бани, приходит в неописуемый восторг.

– Баня! Ура! Чур я первый в парилку! – он начинает радостно ёрзать на заднем сиденье, от чего машина слегка раскачивается.

Ира, сидящая рядом, тихо ворчит:

– А я-то зачем туда поеду? Мне неохота…

– Там есть женское отделение, – успокаиваю я её. – Отдохнёшь, попаришься. Полезно для здоровья и для красоты.

Ира, кажется, не слишком убеждена, но не протестует. Даниил после короткой паузы кивает.

– Это… приемлемо.

Разворачиваемся и едем к моим гостевым домикам на побережье. Подъезжаем, останавливаемся. Место по-прежнему выглядит ухоженным. Отдыхающие купаются в море, жарят шашлык, гуляют по территории. А в прошлый раз место показалось безжизненным. Значит, Гордеевы всё-таки ведут дела.

Как только мы выходим из машин, они всем скопом выбегают из главного здания. Бледные, глаза вытаращены от страха. Кланяются мне чуть ли не в ноги.

– Ваше сиятельство! Мы не ожидали! Всё в порядке, всё готово! – лепечет Гордеев-старший.

– Спасибо за вашу… снисходительность, – добавляет его жена, чуть не плача.

Видимо, опыт общения со мной и перспектива тюрьмы сделали своё дело.

– Мне надо с вами побеседовать, – говорю я спокойно. – Но сначала мы сходим в баньку. Приготовьте, пожалуйста, мужской и женский залы.

Они снова кланяются и несутся выполнять распоряжения, едва не сбивая друг друга с ног.

Вскоре всё готово. Мы с Даниилом и Цыпой проходим в мужское отделение. Просторно, чисто, в тазике распаривается дубовый веник, пахнет нагретым деревом. Ира с недовольным видом отправляется в женскую половину.

Раздеваемся. Цыпа, не стесняясь, скидывает всё одним махом и, поигрывая своей могучей грудой мышц, первым несётся в парилку.

Даниил же проявляет невероятную, почти ритуальную аккуратность. Он снимает одежду, аккуратно складывает каждую вещь, включая перчатки, и только потом направляется к душу, явно стараясь не касаться стен без надобности.

Я наблюдаю за ним краем глаза. Тело у него действительно худое, но жилистое. Сила точно имеется, хотя главное в нём, конечно, магия, а не физическая мощь.

Пока паримся, болтаем ни о чём. Я рассказываю о поместье, о делах, в общих чертах. Ужин немного рассказывает о том, как охотится на монстров в Сибири, о работе с Котовым, но очень скупо, общими фразами.

После пары заходов в парилку окунаемся в ледяную купель. Цыпа фыркает и смеётся, как ребёнок. Даниил предпочитает не лезть в ледяную воду, ограничивается тем, что слегка смачивает макушку.

И только тут до меня доходит. Он очень хотел сменить грязную одежду, но у него ведь нет с собой никакого багажа. Ни сумки, ни чемодана. Только та одежда, что была на нём и жутко испачкана.

– Погоди, а где твои вещи? – спрашиваю я. – Может, нужно что-то привезти? Одежду, снаряжение?

Ужин качает головой, и на его лице появляется тень улыбки.

– Благодарю, ваше сиятельство. Мне ничего не нужно. Всё необходимое – с собой.

Он поднимает руку, на которой надето кольцо с тёмным, непрозрачным камнем. Концентрируется. Камень вспыхивает тусклым фиолетовым светом, и в воздухе перед ним появляется что-то вроде микропортала.

Даниил засовывает в него руку и не спеша достаёт чистую рубашку, новые белые перчатки и всё остальное.

Цыпа выпрыгивает из купели, поднимая тучу брызг, и таращит глаза.

– Во даёшь! Это как? Я тоже хочу такое кольцо! – он подходит ближе, разглядывая артефакт. – Это же можно с собой еду носить! Курочку там, или даже кастрюлю с супом! Или больше снаряжения брать на вылазки! Господин, закажите мне такое!

Даниил задирает нос, явно довольный произведённым эффектом.

– Такое кольцо может получить далеко не каждый, – высокомерно говорит он. – Это особая благодарность от графа Котова. За выполнение одного… очень сложного задания. Это пространственный карман – небольшой, но достаточный для одного человека.

Я киваю, тоже впечатлённый. Дорогущий артефакт. Ярослав явно не поскупился. Это говорит и о ценности Даниила, и о серьёзности намерений моего сибирского союзника. Раз он прислал не просто охотника, а такого крутого парня – значит, серьёзно относится к нашему сотрудничеству.

После мытья Даниил приходит в более приятное расположение духа и начинает задавать уже профессиональные вопросы:

– Какие виды монстров чаще всего встречаются в ваших разломах в Крыму? Они часто лезут наружу, нападают на мирных жителей? Как часто приходится выезжать? Нужно ли какое-то специфическое оборудование для их нейтрализации? Возможно, здесь особые типы разломов или аномалий?

Я отвечаю в общих чертах, описываю сороконожек, летающих тварей, упоминаю здоровенного кальмара, которого мы победили с Котовым. Рассказываю про работу отряда, про способности Иры, про сбор ресурсов.

Отмечаю про себя, что вопросы заданы грамотно, по делу. Даниил явно профессионал, привыкший системно подходить к угрозам. И это хорошо.

После бани, ощущая приятную лёгкость, мы заходим в комнату отдыха. Там нас уже ждёт травяной чай, пахлава и другие закуски. Гордеевы стоят у стены и при виде меня подобострастно кланяются.

Я присаживаюсь на лавку, даю знак и им присесть. Они осторожно опускаются на краешек. Гордеев-старший выдавливает идиотскую улыбку.

– Итак, насчёт управления домами, – начинаю. – Я принял решение оставить вас здесь на хозяйстве. Ваш опыт мне пригодится. Но я пришлю своего человека. Он будет заниматься продвижением услуг, рекламой, бухгалтерией и будет своего рода… контролёром.

Гордеевы быстро, синхронно кивают.

– Конечно, ваше сиятельство! Мы только за! Мы будем работать как никогда!

– В целом, своего места вы не потеряете, – продолжаю я. – Но платить теперь будете не какому-то Султану, а хозяину комплекса. То есть мне. Все документы будут оформлены в самое ближайшее время. Для этого к вам приедет моя личная помощница, Ольга Дмитриевна. Вы с ней со всеми бумагами и разберётесь. Вопросы?

Вопросов, разумеется, нет. Они снова начинают благодарить, чуть не падая в ноги. Я останавливаю их жестом.

– Свободны. Работайте. И помните: здесь должен быть порядок и чистота. Я это ценю.

Обещания сыпятся градом. Гордеевы, пятясь, выходят из комнаты, ну а мы приступаем к чаю. Точнее, Цыпа-то уже приступил, успев уничтожить почти всю пахлаву.

Вскоре к нам присоединяется Иришка – с полотенцем на голове и расслабленной улыбкой на лице она выглядит очень милой. Замечаю, что Ужин даже засматривается на неё время от времени.

Закончив с чаем, я поднимаюсь и говорю:

– Ну, погнали! Надо успеть закрыть разлом, чтобы до вечера в усадьбу вернуться.

Прыгаем в «Вепря» и едем. Я за рулём, Цыпа рядом, уже поигрывает своими кастетами. На заднем сиденьи Ира и Даниил, который сидит у самого окна, будто пытаясь максимально отдалиться ото всех.

Машина мчится по живописной пустынной дороге вдоль скалистого берега. Где-то здесь, судя по координатам, должен находиться небольшой, но активный разлом.

Но доехать до планируемого разлома не успеваем. Цыпа вдруг тычет пальцем в лобовое стекло и вопит:

– Господин, смотрите! На скале!

Снижаю скорость, всматриваюсь. Ох, ничего себе. Вот это картина.

На скале висят люди. Не в смысле висельники какие-нибудь, а скалолазы. И висят они не просто так, а отбиваются от монстров.

Снизу до них с рычанием пытаются допрыгнуть несколько тварей, напоминающие собак с крокодильими мордами. Их шкура сливается с камнем, делая их почти невидимыми. А сверху пикируют другие существа – помесь грифа и летучей мыши.

Бедные скалолазы отмахиваются своими кирками и истошно вопят, зовя на помощь.

Даниил, молчавший всю дорогу, вдруг произносит с язвительной усмешкой:

– Говорили, на простых людей монстры нападают редко? А это тогда что? Птички прилетели поздороваться?

– Хороший вопрос, – соглашаюсь я, нажимая на тормоз и съезжая на обочину. – Один момент.

Достаю мобилет, быстро пролистываю базу данных по зарегистрированным разломам, которую Оля для меня настроила. Нахожу этот участок. Да, разлом здесь есть. И зарегистрирован он за отрядом «Косатка».

Листаю дальше. Они сейчас на первом месте в рейтинге. Крутые ребята, судя по всему.

Ну и где они тогда ходят, раз у них здесь опасный разлом?

Ситуация, по сути, безвыходная. Монстры атакуют прямо сейчас. «Косатки» рядом не видно. Скалолазы явно сами не вывезут, ещё немного – и станут обедом для этих тварей. Один парень уже висит на одной руке, вторая окровавлена – видимо, коготь грифоподобного достал.

– Выбора нет, – говорю я. – Надо спасать бедолаг. Все на выход, быстро!

Мы выскакиваем из машины.

– Эй, там, на скале! Мы сейчас! – кричу я, доставая из багажника свою биту.

– Слава всем богам! Спасите! – вопят бедняги.

Наше появление мгновенно переключает на себя внимание части монстров. Несколько «собак» разворачиваются и с рыком несутся к нам. Грифы с визгом отрываются от скалы и летят в нашу сторону.

Я с ходу бью битой первого пса, ломая ему переднюю лапу. Монстр скулит, отступает, но тут же на его место приходит другой. Я кружу, отбиваюсь, стараясь не подпускать их к Ире, которая уже начинает готовиться к закрытию разлома.

В пылу схватки не забываю наблюдать за Даниилом. Я же должен посмотреть, на что он способен.

И он впечатляет. Его манера боя полностью отражает его характер.

Он постоянно движется – изящно, плавно, и невероятно быстро. Почти скользит по земле, уворачиваясь от когтей и зубов с такой лёгкостью, будто заранее знает траекторию атаки. Ни одна тварь не может даже близко к нему подойти.

Создаётся ощущение, что пространство вокруг него немного искажается, заставляет атакующих промахиваться.

Цыпа, как всегда, идёт в лобовую. Его кастеты со свистом рассекают воздух, и каждый удар отбрасывает собаку на несколько метров. Он ревёт от азарта, но от его ударов во все стороны разлетаются волны силы. Скалу чутка трясёт, и альпинисты чуть не срываются со своих позиций, крича, что-то не очень вежливое.

– Лёха, осторожнее! Люди на скале! – кричу я.

– А, точно! – он смущённо кивает, а затем хватает одного грифа за хвост и лупит им о камень, как ссаной тряпкой.

Ира сосредоточенно создаёт заклинание. Её лицо спокойно – она уверена, что ни один монстр не прорвётся к ней, пока мы рядом.

Даниил продолжает проявлять чудеса гибкости, и не только в обороне. Он выхватывает из своего пространственного кармана длинную шпагу. И что это за шпага!

Её клинок отливает чёрным, и гравировка на нём напоминает змеиную чешую. И по «поведению» тоже напоминает змею.

Шпага в руках Ужина проявляет немыслимые свойства. Один взмах – и клинок вытягивается, превращаясь в длинный, гибкий хлыст. Другой взмах – и он закручивается в тугую спираль, пронзая собаке горло под неожиданным углом. Даниил не просто сражается, а будто танцует. Кажется, даже насвистывает под нос какую-то мелодию.

«Отличный работник», – проносится у меня в голове.

Крупная псина вдруг проносится мимо меня и Цыпы и несётся на Иру.

Как же, размечталась!

Резко бросаюсь наперерез, преграждая монстру путь. Тварь прыгает, распахивает полную зубов пасть, собираясь откусить мне лицо.

Я не отступаю. Бита со всей силы врезается в грудь собаки, прямо в область сердца. Рёбра с хрустом ломаются, кровища из развороченной грудины монстра брызжет во все стороны. Псина отлетает и замирает.

И тут я вижу нечто странное. На моей бите что-то осталось. Не кровь и не клочья шкуры. Небольшой, тускло поблёскивающий кристалл, прилипший к тому камню, что мне подарили муравьи.

Офигеть, это же макр!

Вспоминаю, что подаренный камень обладал магнитными свойствами. Выходит, если хорошенько вдарить, я смогу добывать макры вот так? Неплохо. Не придётся париться после битвы.

Вот это плюшка. Надо будет отблагодарить муравьишек.

Тем временем Ира заканчивает ритуал. Дыра разлома сжимается и исчезает, оставив после себя лишь рябь в воздухе. С исчезновением источника, монстры, оставшиеся в живых, начинают метаться, теряя агрессию. Уйти живым никому из них не удаётся – Цыпа превращает собак в котлеты, а Даниил сбивает летунов.

Скалолазы, бледные и трясущиеся, начинают осторожно спускаться. Мы помогаем тому раненому – оказывается, просто глубокий порез, не смертельно. Они благодарят, заикаясь от страха и облегчения.

Мы собираем трофеи и уже идём к машине, как вдруг со стороны дороги доносится рёв двигателей. К нам подъезжает, поднимая тучи пыли, целая колонна – три бронированных чёрных внедорожника. Они резко тормозят, и из них вываливается человек десять. Все в полной амуниции, обвешанные артефактами и с крутыми винтовками.

Сразу ясно – профессионалы. И явно не в настроении.

Один из них, повыше ростом, выходит вперёд. Лицо жёсткое, с холодными голубыми глазами и шрамом через бровь.

– Эй, вы! – его голос режет воздух. – Это что за хрень? По какому вы праву лезете в чужие разломы⁈

Я в это время спокойно шарюсь в мобилете, быстро оформляю отчёт о закрытии разлома, отмечаю факт спасения гражданских. Система принимает, присваивает номер, засчитывает очки нашему отряду.

Только после этого я поднимаю голову и смотрю на главаря.

– Пока вы там, видимо, прихорашивались, дамы, – говорю я ровно. – Из разлома, за который вы отвечаете, полезли монстры. Которые чуть не поубивали ни в чём ни повинных скалолазов. По закону, если ответственный отряд не реагирует на угрозу вторжения монстров в зоне своего разлома, любой другой зарегистрированный отряд имеет право вмешаться. Что мы и сделали. Ещё вопросы есть?

Лицо главаря искажается злостью. Он явно не ожидал такой осведомлённости и такой оперативности.

– Это наш участок! А значит, и наша добыча! – скалится он. – Так что макры на землю и валите, пока я добрый. Иначе…