Текст книги "Я увожу к отверженным селениям том 2 Земля обетованная"

Автор книги: Григорий Александров

сообщить о нарушении

Текущая страница: 22 (всего у книги 23 страниц)

– Игорь? – прошептал Орлов.

– Кажись он...

– Убил?

– Упал... Может, в темноте и промашку дал.

– Раненого немедленно в дом. Возьми в помощь охрану.

Двоих пошли за врачами. Осторожно неси. Умрет – голову

сниму.

– Да я... – пролепетал испуганный майор.

– Поживее! Бегом, – сохраняя внешнее спокойствие, распорядился Орлов. Зотов сорвался с места и опрометью бро сился выполнять приказание хозяина.

Пойти самому? Проследить?.. Майор знает... Но охрана...

Вдруг они добьют Игоря... Как медленно тянется время... часы

что ли остановились! Идут... Зачем я приказал нести Игоря

сюда? В больницу бы... Далеко... нет носилок... На моей шине ли? Невозможно – козырь Осокину. Какой же вы подлец, генерал-майор Орлов! Все взвешиваешь... А на каких весах?

Дрожишь, как премудрый пискарь... Жил дрожал, умирал

дрожал, и в могиле со страхом трясется... Что они тянут вре мя? Их только за смертью посылать! За смертью?! Может, Игорь...

– Сюда! Сюда! Не оступись, медведь! Экая досада, – причитал майор, – обмишулился в темноте: думал беглец, а

это главврач. – Едва сдерживая себя, чтоб не ударить испол нительного служаку, Орлов вслед за Зотовым и лейтенантом

из охраны, они несли Игоря Николаевича, вошел в комнату.

– За врачом послал? – на ходу спросил Орлов.

– Двое убегло. Как велели, товарищ...

– Всем освободить помещение! – приказал Орлов, ко гда раненого или убитого Игоря Николаевича положили на

кровать. Увидев, что майор медлит, Орлов закричал срываю щимся голосом: – Тебе особая команда нужна?!

– Я если помочь что... Кажись, жив он...

– Бинты, йод есть?

372

– Только в больнице, товарищ генерал...

– Убирайся! – Орлов осторожно, на цыпочках, словно

боясь разбудить спящего, подошел к кровати. – Игорь, – тихо позвал он.

БОМ! БОМ! БОМ! БОМ!

Игорь Николаевич дышал тяжело, со свистом. Орлов, второпях отрывая пуговицы, расстегнул набухшую от крови

рубашку. Куда он ранен?.. Наверно, в спину... Точно... Навы лет... Слава Богу, кажется, ниже сердца. Кровью истекает...

И никто из моих остолопов не умеет делать перевязку...

– Игорь! – громче позвал Орлов.

БОМ! БОМ! БОМ! – раненый с трудом приоткрыл глаза.

– Игорек! Потерпи!.. Придут врачи... Спасут... Прости

меня!... – бессвязно лепетал Орлов. Губы раненого что-то

беззвучно шептали, он силился выговорить какое-то слово и

не мог. – Воды? Нет? Чего же, Игорь?

– Этап... – прошептал Игорь Николаевич.

– Отменить этап?

– Да... И никого... не трогать... или... я... не приму... по мощь... – каждое слово давалось Игорю Николаевичу с тру дом. Он собрал остаток сил и вложил их в эти несколько, быть может, последних слов в своей жизни.

– Все исполню! – через несколько секунд Орлов уже

был за дверыо. – Зотов!

– Я вас... – Орлов, не дав договорить майору, схватил его

за руку и с силой увлек в комнату.

– Беги в зону сам. Отменить этап! Не трогать ни одного

человека! За каждый синяк на теле заключенного – под суд!

– Орлов говорил громко, с тревогой глядя на Игоря, слышит

ли он, а если слышит, поверил ли ему, хотя сейчас, впервые

за многие годы службы, генерал-майор вполне искренно за щищал жизнь заключенных и приказ его не таил никакой

скрытой угрозы.

– Как прикажете вас понимать? – опешил Зотов.

– В буквальном смысле! – рявкнул Орлов.

– Если зеки дрались...

– Не трогать! Я сам разберусь! Скажи дежурным, что за

побои под суд. Это мой приказ!

373

– Слушаюсь! – майор на секунду заколебался. Ему по казалось невероятным, что сам хозяин грозит судом за избие ние заключенных. Но многолетняя привычка выполнять при казы не рассуждая взяла верх.

– Беги! Кто из конвоиров не подчинится, разрешаю при менить силу и оружие. Всех докторов сюда! Медикаменты!

Инструменты! Даю десять минут.

– Ивлеву... – выдохнул Игорь.

– Ивлеву сюда! – подхватил Орлов. – Без нее не возвра щаться! – майор исчез. – Мы одни, Игорь. Скажи мне, не

говори, если трудно, ты меня прощаешь?

– Если... никого... не убили...

– Зачем ты позвал Ивлеву?

– Она расскажет, что натворили...

– Я позову солдат, порвем простыни, перевяжем, как су меем... Может, остановим кровь... К утру пришлю лекарства, любое, какое скажут врачи. Y тебя в больнице много опыт ных хирургов.

– Без Ивлевой... помощь... не нужна...

– Ну почему же?! Почему?! Она – терапевт! Тебе ну жен хирург!

– Мне... нужно... знать... живы ли люди... Иначе... я... – Игорь Николаевич замолчал. Голова его бессильно склонилась

на бок, щеки залила восковая желтизна, и только едва слыш ное дыхание говорило, что жизнь еще теплится в этом могу чем теле. Но с каждой секундой дыхание становилось сла бее и тише. Веки дрогнули и плотно прикрыли глаза.

– Игорь! Игорь! – со слезами позвал Орлов. Но лишь гне тущее безмолвие, более страшное, чем грохот близких вы стрелов, было ответом на его запоздалый призыв.

Зотов, неотступно глядя себе под ноги, трусил к зоне. Ши рокие в поясе брюки, они некогда облегали объемистое брюш ко Орлова, упрямо сползали вниз, они не желали держаться на

поджаром животе майора и ежеминутно грозили упасть. Вспо тевшему от натуги Зотову приходилось одной рукой придер живать трижды проклятые штаны этого откормленного боро

374

ва, а поэтому он не мог быстро бежать, хоть и торопился изо

всех сил. В доме хозяина он не посмел сказать, что брюки ему

широки, а выйдя от Орлова, он стянул их тонкой бичевой, случайно найденной в кармане фуфайки. Под кителем, да еще

ночью, веревку не видно, но сейчас, в самую нужную минуту, спасительная бичева лопнула, а брюки, словно обиженные

тем, что их посмел натянуть захудалый майор, вновь и вновь

пытались расстаться с тщедушным телом фальшивого хо зяина.

БОМ! БОМ! – и все смолкло.

Кто дал подъем? Проклятые брюки! Чтоб тебе сдохнуть, харя твоя е... – Перед глазами Зотова всплыло лицо Орлова.

– В БУР за подъем! В побег! – неистовствовал Зотов, рука вом кителя вытирая мокрый лоб. – Пошлешь их!.. Ни одного

синяка... Взбесился хозяин! «Силу и оружие...» За зеков! Хуже

скотов нас считает! Ну и денек! На гражданку бы... Доски

грузить легче! Зека не тронь! Молиться на них? Халтурят все!

Веревки гнилые! Жулики! Руку в карман суну... из кармана

сподручнее держать их... Он нажрал брюхо, а я терпи... Сам

велел начисто! Теперь спасай... Головой ответишь! Он затоп чет, бугаюга! С костями слопает! Давно не бегал... Все из-за

нее исхудал... Жена называется! Пилит, пилит! Разведусь! В

зону ее загоню! А что как самого в зону? Я много знаю о хо зяине... Они свои, дотолкуются псы, а на мне отоспятся...

– Стой! Кто идет?

– Свои! Майор!

– Три! – прокричал часовой.

Какой же пароль сегодня?! Забыл, мать честная! Десять

или одиннадцать? Будь они все неладны!

– Семь, – наугад ответил майор.

– Ложись! – приказал часовой. – Стрелять буду!

– Ошибся я! – плачущим голосом взмолился майор. – Восемь! Одиннадцать! Одиннадцать сегодня! Не узнаешь ме ня, Сазонов?

– Проходи! – смилостивился часовой.

Y самой вахты человек пять надзирателей топтали ногами

троих заключенных, неподвижно лежавших на земле.

– Отставить! – заревел майор, явно подражая разгне ванному хозяину.

375

– – Так они же подъем вдарили, – попытался объяснить

один из дежурных.

– Под суд отдам за избиение заключенных!

– За зеков под суд?! – возмутился надзиратель.

– Молчать! Не разговаривать! Все за мной! – надзира тели, ничего не понимая, последовали за майором. Y второго

барака сгрудились надзиратели, а чуть поодаль – толпа боль ных, вооруженных чем попало.

– Вперед! – горланил лейтенант, но охранники не тро гались с места.

– Лейтенант! Ко мне!

– Товарищ майор! Заключенные...

– Вижу! – перебил Зотов лейтенанта. – Уведи всех

надзирателей!

– Но заключенные...

– Не твое дело, лейтенант! Всем надзирателям разойтись

по местам! За неподчинение я применю силу и оружие – это

приказ начальника управления лагеря. Заключенным вернуть ся в барак! Сегодня этап не пойдет.

– Вы не имеете права! Зеки угрожали нам! – лейтенант

рванулся к Зотову.

– Приказ командира не обсуждается! Повторяю: началь ник управления генерал-майор Орлов за зоной. Я действую по

его приказанию. С ним объяснитесь, лейтенант! Всем надзира телям разойтись! – Дежурные с видимой охотой выполнили

приказ Зотова. Каторжники расступились и пропустили майора

к землянке. Увидев Андрея с топором в руках, Зотов хотел

прикрикнуть на него, но, вспомнив, зачем пришел, прикусил

язык.

– Доктор Ивлева! Прошу вас выйти! – майор был твер до уверен, что она в землянке.

– Не выходите, Любовь Антоновна! – Андрей прыгнул с

крыши и прислонился спиной к двери. Он преграждал дорогу

и тем, кто попытается ворваться в землянку, и тем, кто захо тел бы выйти оттуда.

– Брось топор, Петров! – приказал Зотов. Андрей вместо

ответа еще крепче сжал в руках топорище. Приказать взять

его? Порубит... Охрана ворвется, покалечит всю землянку... Хо376

зяин не простит... Уговорю... скажу об Игоре, – решил Зотов.

– Ивлева! Главврача поранили за зоной. Несчастный слу чай. Он зовет вас.

– Пусти меня, Катя! – раздался из землянки громкий

требовательный голос Любови Антоновны.

– Обдурят изверги!

– Не баламуть, Болдина. Я распустил надзирателей. Никто

близко не прячется. Спросите у Петрова. Я стою один. – Майор

развел руками, желая показать, что возле него никого нет.

Брюки, лишившись поддержки, медленно поползли вниз. Увле ченный переговорами, Зотов не заметил, какую предательскую

шутку сыграли с ним хозяйские штаны, а когда спохватился, было уже поздно. Как назло, оторвалась верхняя пуговица и

все увидели грязные кальсоны, натянутые на худые ноги

майора. Из-под лопнувшей левой штанины кальсон нахально

выглядывала нога начальника больницы, поросшая густыми

рыжими волосами. Сперва кто-то хихикнул, потом громко рас смеялись каторжники, а через минуту злорадный смех загрохо тал над зоной. Майор метнулся в сторону гогочущей толпы и, запутавшись в брюках, упал. Он лежал на земле, нелепо дрыгая

ногами, разъяренно рыча и ругаясь. Смеялись жители землян ки, улыбнулся даже Андрей, а Катя задорно кричала: – Кальсоны держи! Не потеряй! Казенные они! – под

общий хохот майор поднялся, кой-как привел себя в порядок, сунул руки в карманы кителя, пальцы Зотова намертво вце пились в брючный пояс, и жалобно заговорил: – Пошли, Ивлева, хозяин требует. Помирает Игорь Нико лаевич. Кровью истечет, ты одна в ответе будешь.

– Отойди, Андрей! – решительно потребовала Любовь

Антоновна, открывая дверь.

– Куда же вы?

– Зовут, Андрей.

– Они обманут... не ходите.

– Пропусти! – Андрей шагнул в сторону. Y него не хва тило сил противиться старому доктору. Любовь Антоновна ско рым шагом подошла к Зотову.

– Молодец, Ивлева! – похвалил майор. – Собирай врачей.

И разные там лекарства бери и эти самые инструменты. Выле377

чишь Игоря – особый паек назначу, под завязку жирами кор мить буду.

– Поторопитесь, гражданин начальник, – оборвала Лю бовь Антоновна расщедрившегося майора.

Y ПОСТЕЛИ ИГОРЯ

Сержант и старший лейтенант из охраны Орлова, порвав

простыни, перевязывали Игоря Николаевича. Кровь обильно

текла из сквозной раны.

– Не получается, товарищ генерал-майор, – с виноватым

видом доложил старший лейтенант. – Если бы в ногу или в

руку ранило его, тогда бы можно. Мы бинтуем, а кровь так и

течет. Поворачивать раненого надо умеючи, а нас не обучали

такому.

– Он жив?

– Не могу знать, товарищ генерал-майор. Только если

кровь течет, значит жив, из мертвого не станет хлестать.

– Оставьте его в покое до прихода врачей.

– И чего о нем заботиться? – удивленно развел руками

старший лейтенант. – Заключенных врачей в лагере, что собак

нерезаных. Свистните – сто штук на его место прибегут. – Орлов скрипнул зубами. Старший лейтенант съежился под его

яростным взглядом. Не понимая, почему рассердился хозяин и

что плохого сказал он, офицер исполнительный и преданный

своему генералу.

– Вы свободны. Оставьте меня одного.

– Есть оставить вас одного, товарищ генерал-майор. А

этого лепил у тоже вытащить на улицу? На предмет вашего спо койствия.

– Не трожьте его, старший лейтенант, – теряя терпение, закричал Орлов. Увидав, что лицо офицера удивленно вытяну лось, генерал поспешил пояснить вспышку непонятного охране

гнева. – Почки расшалились. Я только поэтому и за врачами

послал. Иди им навстречу и поторопи.

378

– Есть поторопить! – лицо старшего лейтенанта просвет лело. – «Заболел хозяин... а я-то голову ломал, чего он бесится?

Он еще в дороге жаловался, а мне невдомек», – раздумывал

лейтенант, покидая вместе с сержантом дом Зотова.

Кровь течет, значит жив, – вспомнил Орлов слова стар шего лейтенанта, напряженно вглядываясь в осунувшееся лицо

Игоря. – Жив? Откуда ему знать? Какую ошибку я допустил!

Не тронет меня Агапов. Я мог бы сам поговорить с ним. Шансы

полететь у нас одинаковые. Министр подозрителен, дурацкую

выходку с шифром он принял бы как выпад против себя... Не

похоже это на работу Агапова... Скорее Осокин... Перемудрил

полковник... Умный мужик, а в самодеятельность ударился, как

Зотов. Какой же я балбес! Обвел вокруг пальца Зотова... ну, эту скотину обмануть не трудно... Обезопасил Осокина... Вы играл и... перестраховался... Домоклов меч? Не то. Буду искре нен сам с собой... Я знал, что Игорь рыцарь, знал и до конца

не верил в такое благородство. Не должен был он идти. Что

делать? Я отменил этап... Заключенные несомненно наломали

дров... Теперь попробуй убереги их... Игорь умрет вместе с ни ми... Сейчас я не сомневаюсь... А раньше? Все ж е надеялся, что

хоть какая-то червоточинка в нем есть. Ну почему, почему я к

нему так привязан?! А кто у меня, кроме него?! Кто?! Осокин?

Зотов? Охрана? Жена?! Первая донесет на меня. Тетя Оля? Бо жий одуванчик... Узнала бы она всю правду, в глаза бы плю нула и ушла. Верит, что мы с врагами воюем... и ей забили го лову. Я сам скоро поверю всему. Все к черту! Лишь бы спасти

Игоря. Пусть как угодно поступят со мной, ни одного на этап

не отправлю. А если кто из них взял топор или нож? В другой

лагерь переведу, к тому же Герасимову. Черкну несколько слов

– и на сельхозкомандировку их. Не это главное... Спасти бы

Игорька. Как он был привязан ко мне в детстве! Все-все рас сказывал мне. От отца утаивал, от матери, а со мной делился.

Сколько я искал его! Встретились... Я, как последний идиот, пригрозил ему и получил оплеуху... «Опричник»... Помирились

бы мы... Ничего человеческого у меня не осталось... Нашел, кому отдать Игорька! Зотову... Такая мразь и Игорь... Не идут

врачи... у них заварушка в зоне... Сумеет ли Зотов привести их?

Игорю необходимо кровь влить. Хорошо, я догадался этот ап парат для переливания крови прислать в больницу. А крови-то

379

все равно нет. Где возьмешь? Y Игоря третья группа... он как-то

сказал мне невзначай... Y меня первая... кажется, она годна для

всех... Охранники и слушать не захотят... Голову потеряю, если

заикнусь: для зека, контрика, а ведь Игорь в их глазах фашист, кровь отдать? Сто доносов в один день напишут. Не удержусь

я, если кровь свою отдам – прямая улика против меня. Случая

такого не было, чтобы генерал-майор отдал свою кровь заклю ченному, расценят как вражеский выпад. А заключенные?

Игорь для них столько сделал! Неужели они не помогут ему?

Как знать... Многие его считают сексотом, моим любимчиком, проходимцем... Но землянка? И они не согласятся? Люди себя любивы: нужен им Игорь, они перед ним на задних лапках хо дят, не нужен – наплюют на него... А те, кто подъем ударил?

Ну, им хоть самим кровь вливай: охрана поработала с ними...

Ивлева? Она отдаст. Сестра Игоря, такая же, как он. Много

ли крови у старухи? И подойдет ли ее группа? Ytpom прислать

из управленческой больницы? Не успею. Игоря следовало бы

сразу в зону... А донесли бы его? И все я... Есть ли предел моей

подлости? Раскаиваюсь? Скорее жалею себя, боюсь одиночест ва... Сил нет... Шумят... Отойду от кровати... – Орлов маши нально пошарил по карманам, ища зажигалку и папиросы, но, взглянув на Игоря, он тут лее подавил в себе желание закурить.

– Разрешите доложить, товарищ генерал-майор! Врачи по

вашему приказанию прибыли, – отрапортовал Зотов.

– Заведи их сюда! – Первая вошла Любовь Антоновна.

Она обвела взглядом комнату, глаза ее скользнули по лицу Ор лова как по пустому месту. Yb^hcb Игоря Николаевича, она

склонилась над ним.

– Вам подать стул, доктор?

– Молчите! – приказала она. Любовь Антоновна встала на

колени, нежно прижалась щекой к груди Игоря, чуть выше

крохотной ранки, из которой обильно струилась кровь. – Сте тоскопа нет.

– Чего нет? Пульса? – глухим, изменившимся голосом

спросил Орлов.

– Медицинской трубки, – пояснила Любовь Антоновна. – Прикажите впустить врачей и удалите посторонних.

– Пусть зайдут. Yвeдитe охрану, майор. – Врачи окружи

380

ли Игоря Николаевича. Орлов со страхом и надеждой смотрел

на Любовь Антоновну. Прошла долгая томительная минута.

– Травматический шок. Большая потеря крови. Пульс

аритмичный. Необходимо операционное вмешательство, физио логический раствор и кровь. Не меньше одного литра. Яков

Абрамович! – Любовь Антоновна повернулась к пожилому лы сому мужчине, одетому в поношенную фуфайку и ватные брю ки. – Больной не транспортабелен. Считаете ли вы возможным, – но Орлов перебил ее:

– Я просил привести врача! Хирурга!

– Это лучший хирург. Профессор. Он прибыл со вчераш ним этапом.

– Понятно, Ивлева. Делайте, что найдете нужным. Но ин фекция...

– Да, у меня грязные руки... До вчерашнего дня я рыл

канавы и убирал отхожие места. – Яков Абрамович виновато

взглянул на потрескавшиеся черные ладони. – Можно про мыть спиртом... если не жалко...

– Я буду вашим ассистентом. Доверяете?

– Конечно, конечно, доктор Ивлева! Хорошо бы напоить

больного... И физиологический раствор, и кровь... – в глазах

хирурга мелькнула мольба: послушают ли его?

– Вы больны, Яков Абрамович. Как донор не пригодны.

Нас двое. Может быть, у кого-нибудь из нас совпадет группа

крови. Следует немедленно проверить совместимость.

– Нас трое, – негромко сказал Орлов.

– Кто же третий? – растерянно спросила Любовь Анто новна.

– Я. Если об этом не узнает охрана, – тихо добавил Ор лов. Яков Абрамович от неожиданности чуть не выпустил бу тылку со спиртом, а молодая женщина врач удивленно ойкнула

и с опаской посмотрела на Орлова, в своем ли уме генерал. – Y главврача третья группа. Y меня первая. Я знаю из его лич ного дела, – неловко солгал Орлов.

– И у меня третья! – радостно воскликнула Любовь Анто новна. – Берите у меня! А вы, Галина Алексеевна, – Любовь

Антоновна повернулась к молодой женщине, – возвращайтесь

в зону и объявите в каторжном бараке и... в землянке, – помед

381

лив, добавила она, – что необходима кровь. Распорядитесь, гражданин начальник.

■

– Сию минуту, Ивлева. – Орлов вызвал старшего лейте нанта и Зотова. – Старший лейтенант! Отведите доктора в зо ну, не отходите от нее ни на шаг, она возьмет кровь у заключен ных или приведет их сюда. Если заключенных будет много, от

моего имени потребуйте охрану.

– Есть! – Старший лейтенант и Галина Алексеевна вышли.

– А ты, майор, отгони надзирателей за пятьдесят метров от

дома. Я сам лично отвечаю за сохранность заключенных. – Майор нерешительно крякнул. – Не понял?!

– Понять-то понял, да не положено, – робко заикнулся

Зотов.

– Не рассуждать! Выполнять!

– Есть не рассуждать и выполнять! – повторил Зотов и, тяжело вздохнув, покинул комнату.

ПРОЩАНИЕ, НО НЕ КОНЕЦ

– Как вы сегодня себя чувствуете?

– Благодарю вас. Вашими молитвами... – Игорь Николае вич улыбнулся и вопросительно посмотрел на Любовь Антонов ну. – Вы хотели мне что-то сказать?

– Да, то есть нет, – смутилась Любовь Антоновна.

– Пожалуйста, не скрывайте от меня ничего. За две недели

после ранения я окреп. Выслушаю все, даже самое неприятное.

– С вами пришел проститься Андрей. Сегодня его отправ ляют на этап...

– Я это знал.

– И не смогли помешать?

– Орлов объяснил мне, да я сам понимаю. Мне придется

проваляться еще месяца два...

– Но пока я временно главврач...

– Именно временно. Охрана не боится вас. Они не простят

Петрову. Орлов – не бог, за всем не уследит. Я не успею под

382

няться – и мы потеряем Андрея. Выстрел в затылок – и его

отнесут в запретную зону... Или суки... Вопреки вам в больницу

приняли четверых. Мало ли вариантов, чтоб избавиться от че ловека.

– Вам вредно много говорить... Все ж е я вынуждена вас

спросить, что ждет Андрея? Ненашева? Шигидина?

– Шигидина – иркутская психбольница, Ненашева – дру гой лагерь....

– А Петрова?

– Хозяин твердо пообещал мне, и он на этот раз не обма нет, – Игорь Николаевич устало закрыл глаза, – извините, слабость, головокружение.

– Я после зайду...

– Кончим разговор сейчас. Хозяин сказал, что замять де ло Петрова невозможно: нападение на охрану... топор...

– И как же накажут Андрея? Он будет жить или умрет, как Аметов?

– Полагаю, оставят в живых. Его в наручниках отправят

в центральный изолятор. Там дело незаметно замнут. Орлов

передаст Андрея своему другу в Марлаг. В деле проставят не большую приписку...

– На общие работы?

– Да, но в сельхозкомандировку. Там заключенные сыты, приносят с работы картошку и еще кое-что. Охрана – не стро гая. Через год Петрова расконвоируют. Вот и все, что удалось

мне добиться от хозяина.

– Он не обманет?

– Ручаться не могу, но не должен... Как Елена Артемьевна?

Что с Тимофеем Егоровичем? А Катя? И ваша любимица?

– Кто?

– Рита, конечно.

– Она тоскует. Переживает... Боится за Андрея. Вчера ска зала мне такую глупость...

– Что же еще она выдумала?

– Просит отправить ее на этап вместе с Андреем.

– Невозможно. Женщины и мужчины вместе только на

пересылке и в больнице. На сельхозкомандировке не было и не

будет ни одного политического... А как остальные?

383

– Катя очень плоха... Боюсь, не доживет до осени... Елена

Артемьевна прихварывает, но держится. Тимофей Егорович...

– Любовь Антоновна запнулась.

– Ну-ну... не щадите меня. И, пожалуйста, не смотрите на

меня, как на маленького ребенка. Он... умер?

– Жив... пока... Все решится на этой неделе.

– Надежда есть?

– Почти никакой...

– Еще один уходит... А Шигидин?

– Состояние тяжелое, но, кажется, выкарабкается. Сотря сение мозга третьей степени. Сделала пункцию... Спиномозговая

жидкость окрашена кровью... Ненашев не вызывает у меня

опасения: у пего могучий организм, победит.

– Печальные вести... Дорого досталась нам та ночь...

– А куда отправили Васильеву? Этап уходил ночью. Меня

не оповестили о конечном пункте.

– Точно не знаю. Но, по-моему, Орлов на нее сердит...

– За что же? Она предупредила вас?

– Но она же толкнула Зотова к самодеятельности, а ре зультаты... Результаты вы видели сами...

– Мстить девчонке? Ее обманули...

– Орлов был непреклонен. Он сказал, что место Васи льевой в глубинке, и пообещал, что пока он начальник лагеря, не выпустит ее оттуда. Я боюсь, что Орлов пойдет и дальше...

– Попытка к побегу?

– БУР месяцев на шесть...

– И ничего нельзя было изменить?

– Не желая меня волновать, Орлов пообещал бы отпра вить ее на сельхоз, но тайком все равно отправил бы в БУР.

– А Петров?

– С Андреем он поступит так, как сказал. Андрей помешал

расправиться с вами и только поэтому я остался жив. К тому

же, как это ни странно, Орлов уважает смелых людей и не

мстит им. По этой же причине он обязательно отправит в боль ницу Шигидина. Кажется, все выяснили... Зовите Андрея...

– Он ждет в коридоре и караулит, чтоб нас не подслуша ли. Я.утомляю вас...

– Договаривайте, Любовь Антоновна.

384

– Как поступят с каторжниками из второго корпуса? И с

Седугиным...

– Оставлять их в больнице нельзя. В нашем лагере – то же. Орлов отправит их к своему дружку...

– Что их ждет?

– Каторжников – на общие работы. Седугина – бытовая

зона. Позовите Андрея.

– Андрюша! – крикнула Любовь Антоновна, приоткрывая

дверь.

– Здравствуй, герой, – улыбнулся Игорь Николаевич, уви дев Андрея. – Присаживайся.

– Я постою. Сегодня меня на этап. Я пришел вам сказать

большое спасибо. Для меня никто, никто столько не сделал...

– Ну хватит! – грубовато перебил Игорь Николаевич.

– Y меня к вам просьба... Большая... Последняя...

– Смогу – исполню.

– Поберегите Риту. Меня убьют. Но она... она...

– Мальчишка! – сердито прикрикнул Игорь Николаевич.

– Не волнуйтесь... Я не хотел... Я виноват, – смущенно и

растерянно заговорил Андрей.

– Слушай меня! Не перебивай! Тебя никто не убьет. От правят в другой лагерь на сельхозкомандировку. И больше по-глупому в петлю не лезь. Один с суками не справишься. При дешь на место, организуй вокруг себя ребят, крепких, надеж ных, честных. В драку не лезьте как молоденькие петушки. А

разгуляются суки – осадите их, чтоб их в больницу положили, а не вас. На сельхозе сук не жалуют, они там не нужны. О Рите

не беспокойся. Пока я здесь, я о ней позабочусь. Мы с тобой

теперь кровные родственники, – пошутил Игорь Николаевич.

– Как так? – удивился Андрей.

– Y тебя брали четыреста грамм крови?

– Брали. В ту ночь.

– А кому влили? Мне.

– Так мне же повезло, Игорь Николаевич, что у нас с вами

одна группа крови. Когда врач сказала, что вам кровь нужна, знаете, какая очередь выстроилась? Переругались все. Я чуть

не подрался с одним каторжником, он вперед меня хотел... Ум ный какой! – с возмущением закончил Андрей. Игорь Нико лаевич притянул к себе Андрея и крепко расцеловал его в щеки.

385

– Ступай! И помни, что я тебе сказал. И вы идите, Любовь

Антоновна. Проводите Андрея...

Y вахты собрались заключенные. Катя, опираясь на плечо

Риты, всматривалась в лица тех, кого отправляли на этап. Лю бовь Антоновна и Елена Артемьевна, исхудалые, старенькие, стояли как два полузасохших деревца, а руки их переплелись

как тонкие упадите ветви. Со стороны нельзя было понять, то

ли прощаются они, то ли взялись за руки, как малые дети.

– Ведут, – сказала Катя. Рита оглянулась. Между двумя

надзирателями шел Андрей. Его руки были закованы в простые

наручники. Он все время оборачивался, кого-то искал глазами.

Увидев Риту, Андрей улыбнулся и кивнул ей головой.

– Андрюша! – закричала Рита и рванулась к нему.

– Назад! Осади! – прикрикнул надзиратель и захмахнулся

на девушку кулаком.

– Не смей ее трогать! – Глаза Андрея сверкнули, а зако ванные руки взметнулись вверх.

– Я те дам «не смей»! – пригрозил надзиратель и ткнул

Андрея в спину.

– Я запрещаю бить заключенных! – Любовь Антоновна

вплотную подошла к надзирателю.

– Потише, лепила! Сама на штрафняк угодишь!

– Гражданин начальник лагпункта! Прикажите прекра тить! – потребовала Любовь Антоновна. Майор, он только сей час зашел в зону, поморщился, но, очевидно вспомнив о хо зяине, процедил сквозь зубы:

– Сержант Козин, не трогайте заключенных.

Андрея подвели к воротахМ. Вот сейчас они распахнутся, и

он навсегда уйдет из жизни Риты. «Андрюша... Милый... – ду мала Рита, глотая слезы, – мне хорошо... За меня заступится

Любовь Антоновна... А за тебя кто?! Куда они тебя? Любовь

Антоновна говорит – на сельхоз... А может и нет? В БУР? Лишь

бы не убили... Ладно, пусть мы не встретимся, пусть я тебя

больше не увижу, но живи... Ты у меня один... Пусть лучше

меня в БУР, к воровкам... Не троньте Андрюшу... Господи! Ведь

есть ты! Тебе молюсь я, – Рита взглянула в голубое безоблач ное небо. – Ты добрый! Заступись за Андрюпгу! А если там

никого нет? Тогда зачем ж е я его встретила? Зачем?! Чтобы

его кувалдой, как Клаву? Не будет этого! Люди же они! Не

386

отнимайте у .меня последнее! Не отнимайте!» – беззвучно мо лила Рита.

– Петров!

– Я!

– Выходи! – Андрей пошел к воротам. Не доходя, он

оглянулся еще раз.

– Прощай, Андрюша! – закричала Рита.

– До свидания, Рита! Мы еще увидимся! – Андрей вновь

поднял закованные руки и призывно взмахнул ими над голо вой. – Жди меня, Рита! Жди!

– Андрюша-а-а! – крик Риты слился с голосом надзира теля.

– За зону выходи! – Как в полусне Рита смотрела на ухо дящих заключенных. Вот еще раз она увидела Андрея, он, не

обращая внимания на конвой, повернулся лицом к больнице.

Тяжелые ворота захлопнулись. Рита, не стыдясь слез, плакала

громко, навзрыд.

Перед Ритой лежал длинный печальный путь. Еще долго

будет брести она по тернистой дороге лагерной жизни. День – шаг, день – шаг. До конца срока оставалось восемь лет десять

месяцев и семнадцать дней. Три тысячи двести двадцать шесть

дней-шагов. И на каждом шаге-дне ее ждут неожиданные ухабы

и рытвины, глубокие пропасти и острые камни. Пройдет ли она

этот путь или упадет, не сделав и ста шагов, – об этом не знала

ни Рита, ни Любовь Антоновна, ни лагерная охрана.

Ташкент.

387

СОДЕРЖАНИЕ

Том II.

ЗЕМЛЯ ОБЕТОВАННАЯ

Глава 1. ИГОРЬ НИКОЛАЕВИЧ...................................................

9

Первые ш а г и ...............................................

11

Тайна Игоря...................................................

28

За восемь лет до встречи.........................

34

Кому разрешено болеть?..............................

40

Лекарство для охранников.........................

45

Разные судьбы...............................................

49

Мысли и с о н ...................................................

58

П р об у ж ден и е...............................................

64

Глава 2. ВЕНЗОНА.............................................................................

71

Вечернее деж у р ств о..................................

73

П охи щ ен и е...................................................

80

Васек и П узырь..........................................

83

Неисполненное поручение.........................

94

На в а х т е ................................................... ,

106

Беспокойная ночь................................................109

Глава 3. КЛАВА...................................................................................... 121

Андрей и Р ита.................................................... 123

Плата за песню.................................................... 135

Тимофей Егорович............................................138

Клава и Седугин................................................150

И г р а ..................................................................... 157

Встреча с д р у г о м ............................................171

Застольная беседа................................................ 174

Зотов и О сокин................................................ 181

В о л к ......................................................................198

На ч ердаке.........................................................202

Буров

................................................................. 211

Прощай, К л а в а ................................................ 215

Просьба Р и ты .................................................... 221

Выговор за неудачу............................................ 227