Текст книги "Газлайтер. Том 41 (СИ)"

Автор книги: Григорий Володин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 16 страниц)

Ольга Валерьевна переплела пальцы.

– Избранницы Дани ведут круглосуточное наблюдение за объектом. У них связь с Астралом куда лучше, чем у телепатов Охранки.

– Почему?

– Это уже секреты Дани и его рода, дядя.

– А, ну да.

– И они говорят, что ситуация критическая. Их вердикт однозначен: лучше бы нам начать готовить эвакуацию.

Царь Борис приподнял бровь.

– Эвакуацию предместья усадьбы? Выселить ближайшие посёлки?

– Лучше всего – города, – абсолютно ровным, лишённым эмоций голосом произнесла Ольга Валерьевна.

Царь Борис моргнул, словно не веря своим ушам.

– Всей столицы? Москвы? – переспросил он. – Ну ничего себе заявочки…

Ольга Валерьевна не отвела взгляда, выдерживая давление.

– Эпицентр нестабильности слишком мощный. Надо быть готовым ко всему, дядя. Абсолютно ко всему.

Царь Борис тяжело вздохнул, откидываясь на спинку кресла. Он махнул рукой, словно сдаваясь перед неизбежностью грядущего кошмара.

– Лучше бы мы о свадьбе и дальше говорили, – с тоской произнёс он. – Там хоть понятно, чего бояться.

* * *

– Не тебе судить меня, Филинов! – гаркает Пламеноподобный, окутанный ярко-оранжевым огнем. Его голос дрожит от ярости, но он неуверенно ерзает под взглядом моих глаз, в которых пульсирует чистая псионика. – Почему ты не надеваешь доспех⁈ Ты что, настолько самоуверен, чтобы стоять передо МНОЙ без доспеха?!!

– Люблю без защиты, – усмехаюсь я, даже не думая призывать броню. На самом деле я уже достаточно освоился с энергией Пустоты, чтобы в любой момент окутать себя и жен непроницаемым коконом. Мне бы еще поднатареть в материализации, как это умел Хоттабыч, и тогда я стану вообще неуязвимым.

– Я не понимаю! – вскрикивает Масаса. Она – одна из немногих, кто, накинув доспех Тьмы, не принимает боевую стойку. Напротив, она делает шаг к пылающему огневику, и в её голосе звучит искренняя боль: – Почему, милорд⁈ Вы же великий ратник! За вашей спиной столько подвигов, столько спасенных жизней! Зачем всё это?

– Иди к черту, теневичка! – грубо бросает Пламеноподобный, и огонь вокруг него вспыхивает ярче. – Знаешь, когда ты еще была ученицей Лорда Тени, он звал меня к себе «развлечься» с тобой в обмен на мой голос на заседании. И я почти пришел, но ты слишком вовремя от него сбежала, дрянь ты этакая!

Масаса замирает, оглушенная этим признанием, а Светка емко и громко характеризует личность высшего огневика одним словом:

– Мудак!

– Полностью поддерживаю, «сестра», – холодно бросает Камила, а Змейка, вынырнув из стены, согласно поддакивает своим коротким «Фа-ака!», да и Лакомка скалится. Женская солидарность, не иначе.

Масаса, Асклепий, Норомос, Спутник, Вихрь и даже Гвиневра смотрят на того, кого еще минуту назад считали своим верным соратником, с выражением смеси брезгливости и неверия. Пламеноподобный застыл, напряженный до предела в своем огненном коконе.

Мне чертовски интересно, что он предпримет. Его связь с Кубком Перелива сейчас активна, и у него вполне есть шансы размотать здесь верхушку Организации. Но я вижу, как его лихорадочно мечущийся взгляд то и дело возвращается ко мне. Огневика явно сбивает с толку то, что я стою перед ним без доспеха, абсолютно расслабленный и открытый. Ну и, конечно, чета Кровавой Луны добавляет веса на чашу сомнений. Грандик с супругой – это вам не в тапки сходить.

Вихрь не выдерживает. Окутанный ревущими потоками воздуха, он встает прямо перед предателем.

– Пламеноподобный, немедленно сдавайся! – чеканит он. – Ты же сам видишь расклад. Тебе нас не одолеть, чистая математика не на твоей стороне. Ты слишком хорошо знаешь возможности каждого из нас, чтобы понимать – это конец.

Пламеноподобный поворачивает голову к воздушнику. В его глазах, где пляшет безумное пламя, клокочет первобытная ярость.

– Неужели? – цедит он сквозь зубы.

Норомос пророкотал:

– Зачем ты продался Демонам? Почему предал всё, чему мы служили, ради тварей из нижних планов⁈

Я качаю головой.

– Ошибаешься, лорд, – я дожидаюсь, когда йети оглянется на меня. – Этот Огонек не продавался Демонам. Его мотивы куда прозаичнее. Он просто хотел выкосить как можно больше высших чинов Организации чужими руками. Его цель – единоличная власть над Правящим советом. Радикальная чистка кадров, так сказать, чтобы никто не мешал ему подмять под себя всю Организацию вместе с Хранилищем.

Пламеноподобный скалится, и его огненный шлем прорезает алая, хищная полоса рта.

– Всё-то ты знаешь, Филинов, – процедил он недовольно, даже не пытаясь возражать. – Везде успел сунуть свой ментальный нос.

Я решаю дожать его, окончательно выведя из равновесия:

– Но есть, конечно, ещё один забавный аргумент, почему ты подставил именно леди Гвиневру, а не другого Целителя. Личная обида, верно? Видимо, ты так и не простил ей того, что она когда-то наотрез отказалась пойти с тобой на свидание. Мелочно и жалко для члена Правящего совета, не находишь?

Гвиневра, до этого стоявшая с большими круглыми глазами, расстроенно всплеснула руками:

– Ну, если он мне не нравился как мужчина, что я могла поделать? Насильно мил не будешь! – возмутилась блондинка.

Забрало шлема Пламеноподобного полыхнуло багрянцем.

– Слушайте меня! – прорычал он. – Я не предавал Организацию как идею! Я и есть Организация! И я вам всё ещё нужен, идиоты. Я лучший боевик, которого вы когда-либо видели. Да, Гвиневра меня достала своим высокомерием, но эта девка сама виновата…

Я прерываю его пафосную болтовню:

– Кончайте слушать этот бред. Он сейчас просто тянет время, накапливая заряд для массового удара. Мочите его, коллеги, пока вы еще живы и здесь не всё превратилось в лужи расплавленного камня.

Вихрь среагировал первым – рефлексы у воздушника всё же отменные. Он резко выбросил руку вперед, и с его пальцев сорвался колоссальный вихрь из тысяч невидимых лезвий, способных перерубать танковую броню. Но Пламеноподобный не собирался защищаться – он швырнул в ответ плотный, ослепительный сгусток концентрированного белого пламени.

Удары достигли целей одновременно.

Сноп лезвий накрыл огневика, с жутким скрежетом рассекая каменные плиты пола рядом с ним, но доспех выдержал, лишь осыпавшись снопом искр. А вот Вихрю повезло куда меньше. Огненный снаряд буквально впечатал его в стену с такой силой, что по массивному камню во все стороны поползли глубокие трещины. Воздушник, охваченный не гаснущим белым огнем, с коротким вскриком сполз на пол, пока его доспех отчаянно пытался нейтрализовать жар.

– Ого! – опешила Светка, непроизвольно подавшись вперед. – Это еще что за техника?

– Вечное пламя, – коротко бросаю я.

Не дожидаясь, пока Вихрь превратится в горстку пепла, я швыряю в него побольше ледяной пурги. Белое пламя с яростным шипением разрывается и гаснет, оставляя после себя лишь клубы пара и обгоревшего, но живого мага воздуха.

Гвиневра тут же бросается к раненому воздушнику. Блондинка принимается латать его, совершенно не обращая внимания на то, что этот человек только что собирался вершить над ней суд, да и возможно приговорить ее к смерти.

– Ладно, – невольно признает Светка, дернув стальными крыльями. – Признаю, она не совсем стерва.

– Ладно, с меня хватит, – проворчал я, разминая затекшую шею. – Видимо, грязную работу снова придется делать самому.

Сильнейшие маги мира, элита Организации, а в критической ситуации ведут себя как новички. Нет, конечно, Норомос с Асклепием в теории могут устроить Пламеноподобному образцово-показательную взбучку, но тогда от этого зала не останется даже фундамента, а у меня здесь жены. Не теряя ни секунды, я вхожу в сознание Масасы по каналу прямой мыслеречи.

«Накрывай зал Завесой, леди. Живо!»

Масаса среагировала мгновенно. Клубы абсолютной, неосязаемой тьмы в один миг затопили зал заседаний. В этой черноте ослепли все, кроме меня и самой Масасы. Я короткими импульсами передал остальным ориентиры, чтобы они не перебили друг друга, а Пламеноподобный тем временем попытался зажечь «солнце», чтобы разогнать мрак. Но я уже подключился к разуму Норомоса. Огромный йети застыл в растерянности, не понимая, куда бить.

«Он в десяти шагах слева от тебя, – передал я, транслируя картинку прямо ему зрительную кору мозга. – Беги со всей дури, лорд!»

– Отличная идея, король!!!

Йети взревел так, что задрожали стекла в соседних помещениях. Ориентируясь исключительно на мою ментальную наводку, он рванул с места подобно живому тарану. В темноте раздался оглушительный глухой удар и хруст сминаемого стихийного доспеха. Норомос невероятно могуч – этот мохнатыш способен обрушивать башни голыми руками. Вот и сейчас он просто снес Пламеноподобного, впечатал его в стену и вместе с тяжелыми каменными блоками вышвырнул наружу с семидесятиметровой высоты.

Как только силуэт предателя исчез в проломе, я гаркнул по мыслеречи, отдавая приказ на поражение:

– Искра, чего стоим⁈ Жарь его!

Светлане дважды повторять не пришлось – она только и ждала момента, чтобы сорваться с цепи. Её стальные крылья с хищным лязгом развернулись, и она пулей вылетела в образовавшуюся брешь вслед за падающим огневиком. Ей, как Мастеру огня, доставляет особое удовольствие мочить себе подобных, тем более целого Высшего. Пунктик у нее на огневиков, даже не знаю почему. Я через глаза блондинки слежу, как она в пике швыряет в беспомощно кувыркающегося Пламеноподобного сгустки перегретой плазмы.

Впрочем, я не питаю иллюзий. Пламеноподобный летит вниз с огромной высоты, но он Высший Грандмастер. Падение с высоты его не убьет, тем более Кубок Перелива, к которому он присосался, будет восстанавливать в мгновение ока.

Пока Масаса развеивает темноту в зале, я шагаю к Норомосу и крепко хватаю его за могучее мохнатое плечо.

– Прогуляемся, лорд? – спрашиваю с коротким смешком.

– Ха? – йети скалится в предвкушении доброй драки. – Я только за!

– Мой король? – подает голос Грандик, чей доспех уже окутался багровым туманом, готовый рвануться в бой следом за мной.

– Оставайся здесь. Охраняй моих жен и свою женщину.

– Слушаюсь! – четко чеканит кровник.

Вспышка телепорта – и пространство вокруг нас с йети схлопывается, чтобы через мгновение развернуться во внутреннем дворе, прямо у места приземления предателя. Пламеноподобный уже поднимается из груды обломков и битого камня, окутанный густым паром. А сверху, заложив крутой вираж, над ним парит Светка, готовая к новому заходу.

– Искра, отступай.

– Что? Даня, уже? – трепещет блондинка, а так как я не отвечаю, ей остается только быстренько упорхнуть обратно в зал, а иначе такого ремня отведает, уж она-то знает, и я знаю. Вот правда, откуда мы это знаем – загадка, ведь ни разу еще не хватал этот самый ремень.

Светке здесь действительно делать нечего. Когда-нибудь она дорастет до полноценных битв с высшими рангами, раз уж ей так неймется и вечное шило в одном месте велит лезть на рожон, но точно не сегодня. Сейчас ставки слишком высоки.

– Филинов! Как ты вообще понял, что я хочу подмять под себя Правящий совет? – хрипло спрашивает Пламеноподобный, медленно поднимаясь из кратера, оставленного после его падения. Его огненная аура пульсирует в такт бешеному ритму сердца.

– Раз ты не продался Демонам, то остается только один логичный вариант, – хмыкаю я, разминая плечи. – Власть – самый сильный наркотик, а ты на нем плотно сидишь. Всё, закончили лирику, теперь играем по-взрослому. Норомос, готовь кулаки.

– Они всегда готовы и всегда чешутся, король!

Я активирую технику Высшего Грандмастера, которую приобрел с новым рангом. «Расширение сознания», конечно же! Давно пора было опробовать её в деле. Раньше я не рисковал, опасаясь за некалиброванные меридианы, но теперь, когда я чувствую в себе готовность, можно и позволить – хотя бы ненадолго.

Мир вокруг мгновенно преображается. Привычный Лунный Диск тает, уступая место величественной и грозной крепости, превосходящей его размерами в десятки раз. Норомос озирается с искренним изумлением, пытаясь осознать масштаб перемены.

– Где мы⁈ – почти пискнул Пламеноподобный, его голос сорвался от первобытного страха.

– В Бастионе, – усмехаюсь я, наслаждаясь его замешательством. – А это – мои легионеры.

Из теней материализуются призрачные когорты. Безмолвные воины обрушиваются на огневика, слаженно работая боевыми техниками. Пламеноподобный в панике выставляет один огненный щит за другим. Он держится, но мои легионеры методично, слой за слоем, сносят его защиту. Я вижу, как он утомляется: дыхание становится рваным, а пламя – тусклым. Но я не собираюсь делать всё сам.

– Ну что, лорд? – бросаю я, отходя в сторону и освобождая пространство. Демонстративно хлопаю Норомоса по плечу, передавая ему эстафету. – Вперед и с песней!

– Расцветали яблони и груши…! – неожиданно на весь Бастион загремел Норомос, чеканя слова с диким восторгом.

Йети бросается на бывшего товарища. Интересно, где он умудрился услышать «Катюшу»? Впрочем, какая разница. Под аккомпанемент песни Норомос буквально вбивает Пламеноподобного в брусчатку Бастиона. Начинается мощный махач. Чтобы ускорить финал, я подкидываю в эпицентр удары Пустоты, и вскоре стихийный доспех огневика разлетается на куски. Против разъяренного йети это означает верную смерть. Кубок Перелива отчаянно пытается лечить хозяина на расстоянии, но его зов не пробивается сквозь мое «Расширение» – я жестко блокирую любые внешние потоки энергии.

Когда всё кончено и предатель превращается в бесформенную кучу, я развеиваю технику. Вспышка – и вот мы с тяжело дышащим, но довольным Норомосом уже возвращаемся в зал Совета через телепорт.

Теневая завеса окончательно спала. Вихрь сидит на полу, вылеченный и обескураженный. Масаса переводит взгляд с меня на Норомоса, её глаза широко распахнуты от немого вопроса:

– Пламеноподобный? Где он?

– Мы с королем Данилой его размазали, – грохочет йети и от души хлопает меня по спине, как лучшего другана. Удар такой силы, что не будь на мне активного слоя Пустоты, мои внутренние органы точно перемешались бы.

Масаса облегченно выдыхает, прижимая руку к груди, а вот Спутник предсказуемо корчит недовольную рожу:

– И что мы теперь, по-вашему, будем делать? Пламеноподобный, конечно, оказался редкостной скотиной, но он был нашим главным боевиком. Без его мощи Организация стала еще слабее перед лицом внешней угрозы.

Асклепий, тряхнув рыжей шевелюрой, смотрит на меня.

– У нас теперь есть король Данила, – произносит он, и в его голосе звучат подозрительные нотки. – А он владеет Багровыми Землями и Кузней-Горой. Если посмотреть на ситуацию под этим углом, то Организация не просто ничего не потеряла, а даже приобрела новые территории и целые армады!

– Присосаться решил, – тут же звучит у меня в голове голос… нет, не Светки, а Лакомки. И альва абсолютно права. Ишь, чего удумали стратеги кабинетные – уже на мои владения мысленно инвентарные номера наклеили.

– Так что, Ваше Величество, вы нам очень пригодитесь, – продолжает заливать рыжий соловей. – Именно как полноправный член Организации.

Масаса, подхватив подачу Целителя, добавляет:

– Или даже как её Председатель! – Спутник тут же награждает магиню ядовитым взглядом, но она невозмутимо пожимает плечами: – А что? Место теперь вакантно.

Я обвожу притихших лордов взглядом.

– Лорды и леди, вы, кажется, что-то путаете, – хмыкаю. – Мои земли – это исключительно мои земли, а не достояние Организации. И тот факт, что я занял кресло в Совете, не дает вам права распоряжаться моими ресурсами.

– Но по уставу любой член Совета обязан предоставить свои домены в общее пользование в случае угрозы… – тут же вставляет свои «пять копеек» Спутник, пытаясь зацепиться за формальности.

– Значит, мы просто перепишем ваш устав. Тоже мне проблема, – отрезаю я, не давая ему развить мысль. – Более того, в связи с последними событиями и вопиющей некомпетентностью службы безопасности ваша штаб-квартира переходит под внешнее управление. Лунный Диск, – я делаю весомую паузу, – официально переходит под контроль моих вассалов.

Я указываю рукой на чету Кровавой Луны. Грандик тут же выпрямляется, его доспех отзывается на жест хозяина коротким рыком, а рядом замирает Принцесса Шипов, чей взгляд теперь полон холодного торжества.

– С этого момента вы можете арендовать Лунный Диск у них, – добавляю я

деловито.

Принцесса Шипов внешне сохраняет невозмутимость, но по закрытому каналу мыслеречи я чувствую её недоумение:

«Владыка, зачем нам это? Зачем сдавать нашу законную вотчину этим извергам?»

Я перевожу взгляд на Грандика, надеясь, что Принц сам додумается до очевидных выгод такого маневра, но тот хранит молчание. Приходится вкладывать им в головы расклад:

«Сами подумайте. Ваше родовой замок сейчас лежит в руинах. Если вы будете сдавать Диск в аренду Организации, вы обеспечите себе стабильный доход, который пойдет на восстановление ваших земель. К тому же, это идеальный способ легально и круглосуточно следить за вашим бывшим противником прямо у него дома».

Принц Кровавой Луны едва заметно склоняет голову:

– Мой король… Ты, как всегда, зришь в самый корень. Это по-настоящему мудрое решение.

Организаторы тем временем пребывают в полнейшей растерянности – их только что лишили собственности в их же собственном зале. На самом деле я просто восстановил историческую справедливость и позаботился о своих верных вассалах. Лунный Диск изначально принадлежал роду Грандика, и возвращение вотчины законному владельцу – жест правильный и логичный. При этом я вовсе не собираюсь вышвыривать Организацию на мороз. Напротив, я даю им возможность находиться здесь легально, на правах арендаторов. А то, что за это придется платить… Что ж, с Организации не убудет. Она колоссально, неприлично богата.

В этот геополитический дележ внезапно врывается звонкий голос Гвиневры. Блондинка выходит на самую середину зала, уперев руки в боки и гневно сверкая глазами.

– Вы что-то, кажется, совсем позабыли! – восклицает она, обводя присутствующих взглядом. – Ради чего мы вообще здесь собрались? Я всё понимаю, но этот фарс с судом затевался надо мной! Меня здесь взглядами казнили битый час!

Асклепий виновато поворачивается к ней, пытаясь сгладить углы:

– Успокойся, Гвиневра. Теперь-то мы все знаем, что ты не виновата. Доказательства сфабрикованы предателем, все претензии к тебе официально сняты…

– Это вы теперь знаете, – резко обрывает его Целительница, и в её голосе внезапно звенит холодная сталь. – А вот чего вы ещё не знаете, так это моего решения. Мне плевать на ваши запоздалые извинения. Я больше не член вашей прогнившей Организации. С меня хватит ваших интриг и подстав. Теперь я служу только королю Даниле! Лично!

И в этот самый момент я слышу под коркой мозга едкий комментарий Светланы: «Ну, я же говорила – теперь точно не отделаемся».

Глава 3

Кузня-Гора, Та Сторона

В мастерской стоял густой запах канифоли и разогретого металла. Гумалин возвышался над верстаком, время от времени тяжело переступая на стальных ходулях, которые удлиняли его ноги. За спиной казида, подобно стальным змеям, мерно извивались манипуляторы. Они жили собственной жизнью: одни удерживали тончайшие резцы, другие подавали заготовки, а третьи с ювелирной точностью вырезали рунические орнаменты на остовах будущих артефактов.

Иногда рунописец замирал и прихлебывал из пивной кружки. Пиво, конечно, безалкогольное – шеф не зря прозвал казида Трезвенником.

Процесс был в самом разгаре, когда тишину мастерской нарушил громовой голос Ледзора. Одиннадцатипалый ввалился в дверной проем, заполняя собой всё пространство.

– Хо-хо, железноногий! Всё копаешься в своих побрякушках? – осведомился он, с любопытством оглядывая заваленный деталями стол. – Бросай свои железки, пошли лучше в баню, косточки погреем. Зря я, что ли, из Херувимии вернулся так скоро?

Гумалин недовольно натопорщил косматые брови, не отрываясь от линзы.

– Какой еще отдых? Рано расслабляться, – он раздраженно развел в стороны пару свободных щупалец. – Работа не ждет. Думаешь, раз Херувимия свободна, так и беды кончились? Еще осталось несколько боевых колоний.

Ледзор удивленно почесал бороду, издав озадаченный хмык.

– Еще осталось? Хрусть да треск! Я-то грешным делом думал, что граф уже со всеми разделался.

– Шеф-то разделался с главными, а вот «союзнички» его никак не разберутся, – проворчал Гумалин, продолжая манипулировать тонкими инструментами. – Основная засада сейчас в Фантомной зоне. Шеф отдал приказ: подготовить партию специализированных сканирующих артефактов. Нужно забросить их за занавес, чтобы понять, чего там Багровый Властелин возится.

Он указал одним из манипуляторов на магический короб – Печать Фантомной зоны. Ледзор разочарованно вздохнул, подпирая плечом дверной косяк. Мечты о горячем паре и ледяной купели таяли быстрее снега на солнцепеке.

– Эх, а я-то уже раскатал губу… Думал, отпразднуем победу как полагается. А эти Демоны всё никак не угомонятся, хрусть да треск!

– Праздновать будешь, когда мир перестанет трещать по швам при каждом чихе, – отрезал казид, затягивая гайку на приборе. – Усадьба Филиновых сейчас тоже кипит, как потревоженный улей. Туда мне и требуется изготовить партию следящих артефактов. И вдобавок ко всему, эта блондинка совсем распоясалась, мешает работать.

Ледзор оживился.

– Что еще за блондинка, хо-хо?

– Да появилась какая-то новая медичка из Организации, – с явным раздражением в голосе ответил Гумалин, пока его щупальца затягивали болты на очередном приборе. – Через королеву Камилу запросила подробные инструкции к тем медицинским артефактам, которые я уже передал в распоряжение нашего лазарета. Будто у меня нет дел важнее.

Ледзор лишь понимающе усмехнулся, покачав головой.

– Хо-хо, ну тут всё ясно. Граф-то наш, видать, тот еще сердцеед, раз к нам в тыл такие кадры попадают.

– Все верно, только шеф – король.

– А мне лично дали поблажку. Мы с Данилой столько передряг пережили, когда он был графом, что для меня он и останется графом, хо-хо.

* * *

Я выхожу из мерцающего марева портала под высокие своды Багрового дворца. За спиной звучит поступь моих спутниц: Света, Камила, Лакомка и Змейка, а вместе с ними и Гвиневра. Леди Целительница успела заскочить в свои покои в Лунном Диске и прихватила небольшой чемоданчик.

В портальном зале нас встречают остальные жены. Лена, Маша и Настя, только что прибывшие из Темискиры, застывают с немым вопросом в глазах. Красивая в облике тигрицы тоже тут и даже обнажает клыки, глядя на Гвиневру, словно зверь, почуявший чужака на своей территории.

– Зубки хорошие, киса, – заявляет блондинка, ничуть не испугавшись. Заметив недоумение оборотницы, она снисходительно поясняет: – Я теперь ваша главная Целительница, так что буду временами заглядывать в твой ротик, так и быть. Он ведь служит нашему королю?

– Служит?.. – Красивая опешила. Будь она в человеческом облике, наверняка бы густо покраснела.

– Растерзывает врагов, – уточняет Гвиневра с едва уловимой усмешкой.

– А, это… Ну да, – выдыхает тигрица, явно сбитая с толку.

Ауст, стоящий неподалеку, коротко хмыкает. Некромаг бросает на меня выразительный, многозначительный взгляд в сторону Гвиневры. В его глазах застыл немой вопрос: «Серьезно? Главная Целительница?» Лорд-протектор ждет от меня подтверждения её амбициозного заявления. Леди, конечно, поспешила – я еще не настолько доверяю этой стервочке, чтобы отдавать ей в руки всё медицинское крыло.

Я лишь едва заметно отмахиваюсь, пресекая лишние расспросы:

– Леди Гвиневра – наша почетная гостья, а дальше жизнь покажет, лорд-протектор. Давай лучше к делу. Докладывай обстановку на фронтах.

Ауст вдруг слегка розовеет.

– Темискиру отбили, мой король, – и отбил он явно не только Темискиру, но и пышногрудую Алкмену. Наш «сильнейший лорд-дроу» зря времени не терял. – Одержимые окончательно растоптаны. Наши «Бураны» в целом уцелели, хотя сейчас несколько единиц загнаны в ремонтные боксы. Повреждения там не критические, обычное обслуживание и замена узлов, но время на восстановление потребуется.

Я слушаю его внимательно, затем уточняю по ментальному каналу детали, которые не предназначены для ушей нашей «гостьи» в соблазнительном платье. Например, состояние Дианы, да и потери среди амазонок и нашего личного состава. Слава Астралу, все очень даже неплохо.

Ауст продолжает доклад, и следующая фраза заставляет меня помрачнеть:

– Есть и плохие новости. Золотой Дракон серьезно отравился. Проглотил одержимого некроманта. Теперь жалуется на живот.

– Бедненький Золотой… – Настя грустно вздыхает, теребя край майки, и Лена кивает согласно.

– Говорил же этому желточешуйчатому – не ешь что попало на поле боя, – досадливо вздыхаю я. Затем перевожу взгляд на Гвиневру, которая с интересом прислушивается к нашему разговору. – Леди, у нас неприятность. У нашего прожорливого дракона несварение желудка. Могли бы вы помочь просто советом? Лично лечить я вас не заставляю, вы изрядно выложились, пока латали Организаторов на поле боя. Но ваша консультация как Грнадмастера была бы очень кстати.

Гвиневра коротко, но ослепительно улыбается, явно довольная тем, что её навыки уже востребованы.

– Конечно, я посмотрю, что можно сделать для вашего питомца, Ваше Величество, – отвечает она, слегка склонив голову.

– Камила, – я киваю жене, – будь добра, проводи леди Гвиневру к этому проглоту. Помоги ей сориентироваться в наших лабиринтах.

Когда они уходят, я наконец остаюсь в узком кругу жен и Ауста. Мы перемещаемся в мой кабинет. Настя не выдерживает первой:

– Даня, а почему леди Гвиневра вдруг сменила свою привычную строгую мантию на платье?

Я усаживаюсь в кресло, зевая. Расширение сознания сильно утомило, но оно того стоило. Теперь я знаю, что создаю карманное измерение с целым Бастионом. То есть мой враг попадает в созданную мной крепость и сталкивается лицом к лицу с Легионом, ее населяющим.

– А Лакомка вам еще не рассказала? – удивляюсь, взглянув на лукавую альву.

– О, точно! – Маша всплескивает руками, и в её глазах вспыхивает узнавание. – Это же твоё платье, Лакомка! Теперь я припоминаю этот фасон.

– Надо же… – тянет Настя.

Света хмыкнула:

– А эта медичка, Настенька, к нам перевелась. На постоянную основу.

Бывшую Соколову вот-вот прорвет как плотину, потому я бросаю:

– Обсудим гардеробы и кадровые перестановки позже. – Поворачиваюсь к Аусту: – Продолжай отчет. Что в остальных колониях?

Ауст:

– Феанор до сих пор сражается с одержимыми на дне. Багровый Властелин застрял в той же ситуации в Фантомной зоне.

– Всё еще возятся? – я вскидываю бровь. Новость кажется мне странной, учитывая уровень их сил.

– Даня уже успел две колонии развеять под ноль, – подает голос Маша, искренне удивляясь медлительности союзников. – Да и мы с Настей и Леной тоже справились с колонией в Темискире. А Феанор и Багровый все еще топчутся на одном месте.

Мои перепончатые пальцы! Согласен с бывшей княжной Морозовой: со стороны это выглядит более чем странно. Мы имеем два могущественных существа: Феанора с его громарами и сильнейшего полубога, чья мощь должна стирать горы. А они до сих пор не могут развеять свои боевые колонии. Непонятно, что именно их так тормозит.

Я задумчиво глажу подбородок.

– Ну, идти им на выручку прямо сейчас будет шагом опрометчивым, – произношу я, глядя на Ауста. – Честно говоря, это будет даже лишним и вредным. Вы же знаете этих двоих: они оба гордые и обидчивые. Если я явлюсь туда и решу их проблемы за пять минут, они решат, что я считаю их слабаками. Потом хлопот не оберешься – доказывай им, что ты не «рыжий» и не пытался их унизить своей помощью. Пусть пока барахтаются сами, подождем еще немного.

– Хорошо, мой король, – коротко кивает Ауст, нисколько не расстроенный. – Будем следить за их успехами.

С моего разрешения Ауст покидает кабинет, а Лакомка уводит жен и Красивую со Змейкой. Светка, конечно, пытается задержаться, предлагая перенести остаток «совещания» в спальню, но альва мягко, но настойчиво выпроваживает её, положив руку на талию. Наконец-то тишина. Я приступаю к своей калибровке.

Теперь моя личная мощь – это не просто вопрос выживания, как было раньше, это фундамент нашего общего процветания. Хотя, кого я обманываю? Раньше я просто лез из кожи вон, чтобы не сдохнуть в очередной мясорубке, а теперь статус обязывает. Я обязан поддерживать ранг Высшего, чтобы каждый, кто идет за мной – от надменных лордов-дроу до прожженных прагматиков из Организации – видел: они сотрудничают с по-настоящему крутым перцем, за спиной которого не пропадешь.

Я погружаюсь в глубокую медитацию, периодически прихлебывая ядреные энергококтейли, которые восстанавливают магический фон. В голове всплывают последние распоряжения, отданные перед уходом из Лунного Диска. Я велел Грандику взять крепость под жесткий контроль. Оборона должна быть идеальной. Принц Кровавой Луны теперь лично отвечает головой за сохранность Хранилища – это наш важнейший стратегический узел. Мой приказ был предельно прост: черпать ресурсы из Кузни-Горы без оглядки на лимиты. Живых доспехов там хватит на небольшую армию. У нас теперь в распоряжении и специализированные ремонтные модели для латания стен, и тяжелые охранные юниты, заряженные Солнечным Даром гелионтов. Безопасность мироздания – это не то, на чем я собираюсь экономить.

Помимо дел в Багровом дворце, я распорядился, чтобы Принцесса Шипов немедленно приступила от моего имени к инвентаризации в главном Хранилище артефактов. В напарники ей я определил Масасу и Асклепия. Это тонкий ход: пусть Организация спит спокойно и не дергается, боясь, что Принцесса утянет то же Лассо Дианы в мою личную сокровищницу. Я специально выставил лояльное для Организаторов условие: Принцесса сможет ходить в Хранилище только вместе с Организаторами. Но при этом я аккуратно подрезал крылья и самим «балахонщикам». Отныне они лишаются монополии и единоличного контроля. Я решил: пора завязывать с этой вольницей. Теперь охрану и учет ведут совместно мои доверенные вассалы и их маги. Так у них не будет повода ныть, что их отодвигают. Все же Организация – это Высшие Грандмастеры с огромным войском магов. С такими нужно сотрудничать и интегрировать их в свою систему, а не загонять в угол, превращая в озлобленных крыс.

Дверь в медитативную комнату тихо приоткрывается. Лакомка вместе с Леной и Камилой заглядывают внутрь и видят, что я закончил сеанс и просто, сидя на татами, отдыхаю. Альва тут же подходит и мягко обнимает меня со спины, кладя подбородок мне на плечо. Как выяснилось, её острый ум тоже вовсю анализирует мои последние ходы.

– Мелиндо, ты уверен, что Организаторы так просто это проглотят? – тихо спрашивает она. – Ты ведь фактически отодвигаешь их от кормушки, к которой они привыкали столетиями. Для них это болезненный удар по самолюбию.