Текст книги "Газлайтер. Том 41 (СИ)"

Автор книги: Григорий Володин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 16 страниц)

– «Астрал-2»… – задумчиво тянет Гепара. – Звучит неплохо. Технологично.

– Мелиндо, но почему ты… то есть сам полубог Астрал не применил такой подход раньше? – удивлённо спрашивает Лакомка.

– Если верить памяти Дымоголового, Астрал слишком любил своих братьев и сестёр-полубогов, – отвечаю я, чувствуя, как ноги слегка подгибаются от колоссального напряжения. – Он хотел, чтобы они жили вечно. Но благими намерениями… В итоге Океан Душ превратился в гигантскую свалку. Умершие боги обросли астральными отходами, мутировали и стали Демонами. Астрал хотел создать вечный рай, а создал гниющую помойку.

Я делаю глубокий вдох, восстанавливая равновесие после масштабного перенаправления энергии.

– Чёртов мальчишка… – обречённо выдыхает Михаил. – Думаешь, это остановит Астральных Богов? Наивный! Гора будет мучить меня веками за твою упёртость.

– С чего ради ты решил, что достанешься Горе, дедушка? – искренне удивляюсь я, разминая пальцы. – Филиновы своих не бросают. Даже таких ворчливых, как ты.

– Что?.. – он вскидывает голову, но поздно.

Я обрушиваю на него пси-ливень, мгновенно прибивая к полу. Михаил пытается сопротивляться, задействуя остатки власти над своим Расширением. Крыша кабинета с грохотом срывается в небо, открывая вид на холодные, чужие звёзды, стены идут трещинами, реальность дрожит…

Но я быстрее.

Мои ментальные цепи оплетают его сознание коконом, сжимая и изолируя от внешнего мира. Рывок – и я затягиваю его суть прямо в Жартсерк на своём браслете. Благо после повышения Шельмы там как раз освободилось местечко.

Расширение Михаила схлопывается мгновенно. Роскошный кабинет рассыпается прахом, и мы оказываемся в реальности: пыльная, заброшенная комната с выбитыми окнами, сквозь которые тянет сыростью. Хорошо хоть крыша на месте.

– Я так и не поняла… Всё закончилось, Даня? – голос Светки возбужденный, она озирается по сторонам.

– Нет, Светочка. Ещё остался Гора, – тихо замечает Лакомка. И альва права.

Да и, кроме того, телепат не может существовать, когда его Расширение оторвано от него. Моё-то теперь стало Астралом-2 и ушло в глубокие слои бытия. Тут нужно еще покумекать.

– Гора – это моя забота, – я поворачиваюсь к Змейке, которая замерла в углу. – Пора, Мать выводка, получить четверочку.

– Мазака⁈ – в ужасе выдыхает хищница. Её зрачки сужаются в иголки. – Нет… нет-нет, Мазака! Не прррроси!

Она в панике пытается нырнуть в стену, сбежать. Но я перехватываю её ментальным лассо. Это единственный раз, когда я применяю прямое внушение против своих близких. Жестко, но необходимо.

Как только она замирает, я тут же отпускаю хватку и говорю уже мягче:

– Мать выводка, не капризничай. Помнишь, что я говорил? Всё это – лишь часть пути. Мне нужно пройти дальше.

– Боги! – ахает Гвиневра, прижимая ладони к губам. – Неужели ты… Даня, я могу вылечить тебя после ранения!

– Лечить нельзя, – я качаю головой. – Иначе ничего не сработает. Мне нужно именно в Астрал.

– Но ты же создал Астрал-2 и перекрыл им старый Океан Душ! – вмешивается Гепара, хмуря лоб. – Как ты попадешь в старый, если мосты сожжены?

– Клятва Троегласа, – усмехаюсь я. – Помните трех братьев-уродцев? Я взял в Легион члена ордена Троегласа, погрузив его в анабиоз, а их клятва обязывает душу после смерти возвращаться к хозяину – к Горе. Это мой билет.

Я снова смотрю на хищницу:

– Итак, Мать Выводка?

– Мазака… – по её щекам, покрытым чешуей, текут слёзы. Змейка подходит на дрожащих ногах и нерешительно поднимает руку с бритвенно-острыми медными когтями.

– Мы будем ждать тебя, мелиндо, – у Лакомки лицо становится грустное, а Светка, сбросившая огненный доспех, уже не скрывает слез.

Красивая молча превращается в девушку и бросается ко мне, впиваясь в губы страстным, отчаянным поцелуем.

– Я – амазонка, помнишь? – шепчет она, отрываясь.

– С тобой «можно всегда и везде», – повторяю ее слова, стирая слезу с её щеки.

Следующей меня целует Лакомка – нежно, как в первый раз. Затем Гвиневра – с надеждой. Гепара – с преданностью. Светка – с горячей любовью. В комнату влетает запыхавшаяся Настя, видимо, услышав ментальный зов бывшей Соколовой, и тоже припадает к моим губам, всхлипывая.

В дверях застывает бледная Жанна, прижимая руки к груди, но я не смотрю на неё. Сейчас не до тёщи.

Я киваю Змейке. Она приближается, не смея ослушаться своего мазаки. Закрывает глаза, чтобы не видеть того, что делает, и…

Резкий удар. Медные когти входят в моё сердце. Глубоко, по самые костяшки.

Я предварительно отключил регенерацию и приказал своим целительным легионерам не вмешиваться. Сознание угасает рывками. Но перед тем, как окончательно уйти в Астрал, я становлюсь свидетелем чуда.

Змейка преображается. Её змеи-волосы сплетаются в тяжелые черные пряди, чешуя тает, превращаясь в бархатистую кожу. И вот я ощущаю на своих губах последний поцелуй – не хищницы, а прекрасной, заплаканной девушки.

– Мазака… Даня…

Напоследок, усилием воли, я развоплощаю своё тело. Не хочу, чтобы жёны видели мой труп. Да и всё моё наследие привязано к сознанию: Легион, Чакра, Пустота, Банк памяти, матрица Высшего Грандмастера – всё это я забираю с собой. Прихватываю и деда Мишу из Жартсерка, правда, в спрессованном виде как ментальный кусок, да и ладно. В последнюю секунду кидаю еще один «крюк» к Световому Дереву. Рывок – и финальная гигантская порция магсинтеза вливается в матрицу моего сознания, цементируя её перед переходом.

Тьма смыкается.

Моё сознание, подхваченное зовом Клятвы Троегласа, стрелой летит сквозь реальности. В самый низ. В старый Астрал.

Уже на глубоких уровнях я натягиваю поводок Клятвы, замедляя свое падение. Раз уж я оказался в «старом» Астрале, грех уходить, не закончив дела. Здесь время течет иначе, растягиваясь в вечность, так что я успею всё.

Я не могу бросить миллиарды душ, что веками мучаются здесь. Мой Легион разворачивается, и мы начинаем жатву. Я безжалостно развоплощаю Демонов, которые навсегда потеряли человечность. Разбитые стаи Демонов неплохо и сами между собой грызутся.

Правда, тут приходит и новое открытие: от долгого пребывания в Океане Душ мое подсознание пробуждается. Я осознаю себя как полубога Астрала.

Ощущается это как дополнение. Я – это не Астрал, я просто был им и вижу теперь прошлое как бы со стороны. Полубог разочаровался в себе и ушел в бесконечное перерождение, но я умирать не собираюсь. Самое интересное, что, став смертным, я так получил способ избежать пресловутого угасания полубогов. Ведь я сменил тело и обретал силу другими способами, не божественными, – так и получил Дар Легион и Пустоту. Первое – по наследству, второе – благодаря труду и удаче. И тут всё встаёт на свои места. Раз Океан Душ – это, по сути, Расширение полубога Астрала, а я принял его суть, значит, я здесь не гость. Я – администратор. Я начинаю видеть скрытые механизмы этого мира, его «исходный код». А то, что ты понимаешь, ты можешь и подчинить.

Но хватит рефлексии. Я сворачиваю к знакомому склепу.

Внутри забинтованная с ног до головы Демонесса поднимает на меня тяжелый взгляд:

– Молодой Филинов?

– Привет, бабушка, – улыбаюсь я Черной. – Знаешь, я здесь в последний раз. Хотел предложить тебе покинуть это болото и пойти на перерождение. Хочешь?

– Нет, – её забинтованная голова качается из стороны в сторону. – Это не по мне. Я буду искать его.

– Дедушку? – уточняю я. Она молча кивает.

– Кстати, о нем…

Я извлекаю спрессованный ментальный слепок – душу Михаила, которую захватил перед уходом, – и бережно передаю в её когтистые руки.

Она всматривается в суть подарка своим магическим зрением и замирает.

– Мой любимый Миша… Ты вернулся! – в её голосе звучит безумная нежность.

Она начинает баюкать кричащий, корчащийся образ старика, не обращая внимания ни на что вокруг. Черная ушла в свои грезы. Последние Филиновы воссоединились. А я покидаю склеп и иду дальше. Перед встречей с Горой меня ждет еще одно важное дело.

Банк Памяти – великая вещь. Я пропустил через себя воспоминания сотен дроу, гомункулов и прочих иномирян, которых пускал «на запчасти» для Легиона. И вот, сопоставив разрозненные фрагменты, я нашел то, на что даже не думал наткнуться.

Промежуточная цель – замок Демона по прозвищу Коллекционер.

Мой Легион берет цитадель штурмом, сметая охрану, и я ступаю в главную галерею. Здесь, среди стеллажей, стоят «статуэтки» – матрицы разумных, закованные в вечный стазис. Коллекционер замораживал их сразу после поимки, не давая Астралу исказить их суть. Жертвы чисты и не стали Демонами.

Я бережно беру в руки одну матрицу: маленькая светловолосая девочка с острыми ушками.

Решаю, что могу позволить себе потратить немного магсинтеза ради улыбки своей жены-альвы. Вливаю энергию, пробуждая душу, и отправляю образ из глубин Астрала по тому самому секретному «черному ходу», который нащупал ранее. Пусть жены встречают маленькую гостью.

Остальные законсервированные матрицы – тысячи и тысячи сознаний – я без колебаний добавляю в Легион. Им лучше служить мне, чем пылиться здесь.

Дело сделано. Я отпускаю поводок Клятвы Троегласа, позволяя зову утянуть меня дальше, в самую бездну.

Огромный мрачный замок вырастает из пустоты. Это даже не архитектура – это спрессованная гравитация, монолитные стены из окаменевших душ, уходящие в бесконечность.

И вот я в чертогах Астрального бога.

Туша размером с Эльбрус вздымается передо мной. Бесформенная гора, чьи складки жира напоминают горные хребты, а единственное око сияет, как жерло вулкана.

– Ты⁈ – грохот его голоса вызывает камнепад с потолка. Кажется, Гора просто опешил от моей наглости. – Явился сам⁈ Прямо в пасть⁈ После того как разрушил все мои планы и отрезал меня от живых⁈

– Да, жирдяй, – я хищно улыбаюсь и одним ментальным импульсом раздавливаю последнего Троегласа. Свою миссию проводник выполнил. – Соскучился по братику⁈

– Я тебя изничтожу, букашка! – ревет Гора, и весь Астрал сотрясается от его ярости. Гигантская ладонь-плита начинает опускаться, заслоняя своды.

Я хмыкаю, глядя на это убожество.

А ведь когда-то эта куча мусора была легконогим Веером. Самым стройным и быстрым из пантеона, повелителем ветров и воздушных потоков. Он был неуловим, как бриз, и свободен, как сама стихия. До чего же докатился младший братец Астрала и Багрового Властелина.

– Не получится, жирдяй, – смотрю в его пылающий глаз. – Я еще не узнал секрет кофе моей хищницы, так что умирать мне рано. Но прощальный подарок я оставлю.

Гора уже почти опустил свою лапу, чтобы размазать меня в астральную пыль, но я раскрываю щиты своей матрицы, выпуская наружу чистый, концентрированный магсинтез. Ослепительный свет, невозможный в ментальном мире, заливает всё вокруг.

– Ты притащил ЭТО⁈ – в голосе Горы впервые звучит первобытный ужас. Он пытается отдернуть руку, но поздно.

– Я сделаю тебе одолжение и упокою тебя, Веер. Спи спокойно.

Никакого сложного преобразования. Никаких плетений.

Просто детонация.

Магический взрыв чудовищной силы разрывает измерение. Цитадель, туша бога, ближайший Астрал вокруг – всё исчезает в белой вспышке очищающего огня. Всё сгорает дотла.

Но не я.

У меня еще есть дела дома.

* * *

Мазаки, свершилось!

Глава 19

Усадьба Филиновых, Москва

В окружении «сестер» Лакомка стоит ни жива ни мертва, остекленевшим взглядом уставившись на пустой, запыленный паркет, где только что исчез её муж.

Но мелиндо не был бы мелиндо, если бы позволил своим женам просто стоять и грустить.

Не успевает его тело развоплотиться, как воздух дрожит, и на том же самом месте соткавшись из света, возникает маленькая фигурка. Светловолосая девочка в бирюзовом платье. С острыми ушками, которые растерянно подрагивают.

Она крутит головой, не понимая, где оказалась.

– Сиэль⁈ – Лакомка чувствует, как земля уходит из-под ног. Сердце пропускает удар, а потом начинает биться как сумасшедшее. Слёзы брызнули из глаз. – Дочка⁈

Девочка резко оборачивается на голос. Огромные голубые глаза распахиваются в узнавании.

– Мама! – звенит детский голосок.

Она раскидывает маленькие ручки и бросается к упавшей на колени альве.

– Мамочка!

Лакомка перехватывает её, прижимая к себе изо всех сил, зарываясь лицом в светлые волосы. Слёзы текут ручьем, смывая вековую боль утраты.

– Он вернул тебя мне… Вернул…

– Кто, мама? – лепечет девочка, гладя её по мокрым щекам.

– Твой папа, дочка. Наш мелиндо.

Лакомка удочерила Сиэль, дочь своей лучшей подруги, погибшей в войнах с дроу, когда та была совсем крохой, но любила как родную. Затем маленькая Сиэль погибла.И сейчас, спустя века, эта девочка была здесь, точно такая же как и сотни лет назад. Чистая. Незапятнанная Астралом, словно время для неё остановилось. Никаких следов демонической скверны – только свет.

– У меня нет слов… – всхлипывает Светка. Она садится рядом на пол и обнимает их обеих – мать и дочь, искренне радуясь за «сестру». – Я без понятия, как Даня это делает, но пусть только попробует задержаться там надолго! Я его сама прибью!

Гепара вдруг настораживается. Она подходит к разбитому окну и выглядывает наружу, вглядываясь в небо.

– Воронки над крышей больше нет, – констатирует она. – Небо чистое.

– Конечно, нет, – Красивая даже не удивляется, вытирая влажные глаза. – Даня ушел к Демонам. А значит, им сейчас не до вторжений. Им бы свои шкуры спасти.

Настя, уперев руки в бока, звонко смеется:

– О, это им точно не удастся!

– И не поспоришь, – усмехается Гвиневра. – От нашего телепата не уйти ни Демонам, ни мужчинам, ни женщинам. По себе знаю, – гладит она свой живот, пока еще плоский.

– Мазака может, фака, – мечтательно протягивает ослепительная черноволосая красавица с фигурой богини, совершенно нагая. Четыре руки увенчаны медными когтями. Она смотрит в небо затуманенным взглядом. – Хочу его.

– Хм, Змейка, может, тебе всё-таки одеться? – деликатно предлагает Гепара, краснея.

– Хочу Мазаку голой.

– Эм… но его пока нет.

– Дождусь, фака.

– Ну, как скажешь… – теряется гепардоухая королева.

Пока Лакомка продолжает прижимать к себе обретённую дочь, поднявшаяся Светка вытирает влажные от радости глаза и вдруг меняется в лице. В ней просыпается прежняя Соколова – жесткая и решительная.

– Так, девочки, а чего мы застыли? – громко хлопает она в ладоши и смотрит на стоящих «сестер». – У нас с вами дочек не прибавилось, а работы – вагон! Астральный Прорыв схлопнулся, усадьба пуста. Гепара, брось клич Лене – пусть гонит сюда уборщиков, проектировщиков, ландшафтников, дизайнеров… Ей с Камиллой и Машей виднее, кого именно, они умные. Настя, займись своей мамой, – кивок на застывшую соляным столбом Жанну в дверях. – Уведи её, отпои валерьянкой. Красивая, свяжись с Великогорычем – периметр надо брать под регулярную охрану прямо сейчас. Гвиневра, ты у нас теперь королева, но корона не свалится: проверь материализованное зверье во дворе. Зови наших лекарей, пусть осмотрят каждую тварь на предмет блох и всяких хворей. А ты, Змейка…

Света строго смотрит на нагую красотку:

– Прикройся хотя бы чешуей, бесстыдница. Тут сейчас рабочие ходить будут.

– Фака, – вздыхает брюнетка и послушно покрывает тело до шеи мерцающей голубой чешуей, создавая подобие облегающего комбинезона.

Остальные королевы тут же разлетаются выполнять инструкции. Бывшая Соколова дело говорит: к возвращению мелиндо родовое гнездо должно сиять.

Лакомка поднимается, ласково держа за руку дочь, и с тихой радостью кивает Светке. Гепара, уже на связи с Леной, вдруг оборачивается и взволнованно спрашивает:

– А успеем ли мы всё подготовить до его прихода?

Лакомка загадочно улыбается, нежно поглаживая Сиэль по золотистым волосам:

– Не факт. Зная нашего мужа… он может явиться в любой момент.

* * *

Спустя полгода.

Бывший Астральный Прорыв, окрестности Сторожевого города, Херувимия

– Дорогу Гранд-Королеве! – громогласный клич разрезает гул лагеря.

Гвардейцы расступаются, образуя живой коридор. Это удивительное, спаянное боями воинство: люди плечом к плечу с дроу, изящные альвы рядом с крылатыми херувимами и могучими зверолюдьми. Все они почтительно склоняют головы перед своей правительницей.

Лакомка стремительно проходит сквозь строй к шатру военного совета. Сегодня на альве нет шелков – стройное тело облачено в боевую экипировку, украшенную гербами с багровым филином. Густые золотые волосы убраны в тугую, тяжелую косу.

Внутри уже ждут. Красивая, также одетая в черный кожаный костюм с филинами, с распущенными по плечам огненно-красными волосами, стоит у карты. Вокруг собрались преданные военачальники: Ауст, Булграмм, Зела, Алкмена, Студень, Грандик и Норомос, Эйрик Великобурый, а также союзник король Феанор и «сестра» Айра.

– Моя Королева, – Габриэлла склоняется в поклоне, золотые крылья за её спиной подрагивают от напряжения. – Астралососы на подходе. По последним разведданным, их несколько миллионов.

– Это последние материализованные Демоны, – кивает Лакомка, подходя к столу. – Когда мелиндо создал Астрал-2, твари потеряли доступ к нашему мирозданию. Но те, кто успел просочиться раньше, всё ещё здесь, и они собираются для рывка. Наша задача – выжечь эту заразу навсегда.

Альва обводит взглядом соратников:

– Дорогие друзья, основной очаг – бывший Астральный Прорыв Херувимии. Именно поэтому все армии Багровых Земель собраны здесь. Мы обязаны поставить точку и завершить то, что начал король Данила Первый.

Военачальники синхронно кивают.

– Организация с вами, гранд-королева, – чеканит Норомос.

– Как и громары, племянница, – гудит Феанор, и глаза его горят магмой.

– Как и Дома Херувимии, Ваше Величество, – кивает Габриэлла.

– Как и Лунный Диск с Кузней-Горой, – басит Грандик.

– Как и монархи Земли, – кивает Эйрик.

– Как и ваши Лорды, Ваше Величество, – отзывается Ауст.

– Как и Боевой материк! – Айра тряхнула своим новым красным ирокезом, оскалив клыки в предвкушении. – Мы готовы, «сестра».

– Принимай командование, «сестра», – Лакомка поворачивается к Красивой. Именно правнучка полубогини, самая опытная и яростная воительница среди королев Вещих-Филиновых, ответственна за тактику величайшей битвы.

Сама же Лакомка отходит в тень шатра. Кольцо мидасия теплеет – пришел вызов по мыслеречи.

Сейчас, в самый темный час перед рассветом, в Багровом дворце Камилла рожает. Гвиневра, Лена и Маша – все они там, рядом с брюнеткой. Плюс, многие из них сами уже с приличными животиками, и королевам в таком положении не место на передовой. Исключение – только Настя: её звериная натура и бешеная выносливость позволяют игнорировать такие нагрузки. Гвиневра поступила мудро, за полгода подготовив полк лучших Целителей, которых обучала лично – они прекрасно заменят блондинку на поле боя.

– Данила Данилович родился! – звонкий, счастливый голос Лены в голове заставляет Лакомку выдохнуть.

Напряжение отпускает. Еще один сын мелиндо появился на свет. Жизнь прекрасна!

– Астралососы уже здесь! – резко бросает Ауст, получив сигнал от разведки по мыслеречи.

– На позиции! – приказывает Красивая. В её глазах загорается хищный огонь.

Военачальники мгновенно покидают шатер. Красноволосая оборотница и уже на пороге трансформируется. Короткий разбег – и наружу взмывает не девушка, а исполинская яростная тигрица. Полгода адских тренировок, полгода жестких медитаций не прошли даром: она пробудила целых семь Даров. Она готовила этот сюрприз к возвращению Дани, чтобы встретить его не как обуза, а как равная. И сегодня враг на своей шкуре узнает, что такое гнев жены Высшего телепата.

Оставшаяся в тишине шатра Лакомка, превратившаяся в «мозговой центр» операции, закрывает глаза. На неё обрушивается поток ментальных донесений.

Бесчисленное, колышущееся море астралососов накатывает на горизонт, словно живая грязь. Над этой массой возвышаются гигантские осадные башни-Пыхтуны, извергающие из своих жерл потоки ядовито-зеленого пламени. Жертвы неизбежны, но отступать некуда. Позади – всё, что им дорого.

Живые Доспехи Грандика смыкают световые щиты на правом фланге, превращаясь в монолит. Слева в атаку с ревом бросаются громары Феанора и лорды-дроу Ауста.

Алкмена со своими амазонками поддерживает натиск с фланга сил Ауста. Зверолюди под началом Айры действуют хитрее: они заходят по дуге и бьют чуть ли не в тыл Демонам. В гуще схватки свирепствует исполинский Пес под управлением Насти.

Небо – наше. Херувимы смертоносным клином пикируют на врага. Там же, среди них, сияет Света. Бывшая Соколова несется настоящей огненной кометой. А с другого края небосвода Золотой Дракон обрушивает на землю ливень пламени.

Лакомка бросает взгляд на ментальную проекцию боя. Вдали, среди полчищ врагов, мелькает четырёхрукая валькирия. Змейка рубит направо и налево, создавая вокруг себя зону смерти. Она всегда предпочитала бой в одиночку – благо, чудовищная сила позволяет хищнице не оглядываться на тылы.

Но, несмотря на мощь войска Вещих-Филиновых, общая картина не радует. Демонов слишком много. Они давят массой, и защитные ряды армии начинают проседать.

Вдруг полог шатра резко отлетает в сторону, и внутрь вихрем врывается Гепара. На гибкой девушке её любимая «легкая броня»: короткие кожаные шорты и майка с гербом Багрового Филина на груди.

– Лакомка, ты должна это видеть! – кричит она, задыхаясь от бега. – Снаружи небо кипит! Это Астрал!

– Что ты говоришь такое? – хмурится альва. – Мелиндо закрыл старый Астрал.

– Я знаю! Но фонит именно оттуда! Это точно старый Океан Душ! Я его ни с чем не спутаю!

Сердце Лакомки пропускает удар. Неужели?..

Забыв о грации и статусе гранд-королевы, она выбегает из шатра, едва не запутавшись в ткани полога. Вместе с Гепарой альва вскидывает голову к небу.

Прямо над лагерем закручивается гигантская черная воронка. Точно такая же зловещая дыра висела над старой усадьбой Филиновых полгода назад.

– Материализация! – выдыхает Гепара, в ужасе и восторге округлив глаза.

Воронка с хлопком сжимается в точку и исчезает. А на её месте в небе зависает фигура. Черноволосый мужчина в простых джинсах и черной футболке. Такой земной и такой родной.

– Успели соскучиться?

Его мыслеречь касается сознания мягкой, властной волной. Лакомку накрывает эйфория, граничащая с экстазом. Ноги чуть не подкашиваются. Это он. Телепат, вернувший ей дочь и подаривший сына.

– Мелиндо!!! – крик вырывается из груди сам собой. Слезы счастья застилают глаза. Да и кто еще мог прийти из закрытого Океана Душ?

– Смотрю, весело у вас тут, – усмехается Даня, с высоты окидывая хозяйским взглядом поле битвы, кишащее врагами. – Ладно, принимайте подкрепление. Освободите место под полки. Вон тот холм с плоской вершиной подойдет идеально.

Тот холм занят резервами, но большая их часть уже втянута в битву, так что вершина почти пуста. Лакомка реагирует мгновенно. Ментальный приказ летит к Студню, тот отдает команды по цепочке своим гвардейцам, и за пару минут остатки отрядов освобождают плацдарм.

– Муж сказал – Лакомка сделала, мой мелиндо! – смеется она. Альва объята эйфорией. Ей должно быть стыдно за этот неуместный смех, когда вокруг кипит кровавая бойня и смерть, но она ничего не может с собой поделать. Стыда нет. Есть только торжество. Даня вернулся, а значит, скоро всё это прекратится.

– Отлично, – кивает Даня. Его фигура в небе вспыхивает насыщенным синим светом псионики. Концентрированный луч ударяет точно в плоскую вершину холма, пробивая ткань реальности. Земля дрожит, и из сияющего портала начинают выходить материализованные когорты. Четкий шаг, стальной блеск глаз. Лакомка узнает идущих в авангарде: Воронов, Егор-кровник, Стоеросов, Аврал… А за спинами командиров маршируют тысячи и тысячи новых, незнакомых бойцов. Бесконечная река магов.

Гепара в шоке округляет глаза:

– Сколько же их⁈

– Легион! – выдыхает Лакомка с благоговейным трепетом.

* * *

Мои перепончатые пальцы! Я вернулся!

Бросаю взгляд вниз, на счастливых Лакомку и Гепару. Девушки еле стоят, колени дрожат, бедра судорожно сжимаются. Да уж, судя по реакции моих благоверных, «ночную смену» я прогуливал слишком долго. Заждались! Придётся отрабатывать в тройном размере.

Тем временем когорты моего Легиона, разросшегося в сотни раз, с ревом кидаются на Демонов. Материализация прошла на ура.

Здесь, в реальности, пролетело всего полгода. А там, в старом Астрале, время не поддается исчислению. Для меня это была вечность. Но я вытерпел. Взломал древнее мега-Расширение, именуемое Океаном Душ, переписал код и ввел новые протоколы. Теперь Астральные боги заперты навсегда, а я получил доступ к энергии системы для материализации Легиона.

Пополнение знатное – миллион чистых душ. Тех, кто сумел не оскотиниться в Астрале: пленники из стазис-коллекций, отшельники, спрятавшиеся в пустоте. Я просто не мог оставить их там гнить вечно. Это, кстати, и была главная причина моей задержки.

Добрый ли я? Лакомка наверняка заверила бы что так. Но если глянуть с практической стороны: теперь вся эта армада вольется в мой Род, в мое королевство. Да и сам я стал несоизмеримо сильнее. Так что запишите меня в здоровые эгоисты, хех.

Легион получил второй шанс и щедро благодарит меня за это, истребляя последних Демонов мироздания. Орды тварей в панике пытаются бежать, но куда там – капкан захлопнулся наглухо. Королевская гвардия, не ждавшая поддержки, ликует, видя, как их врагов перемалывают в фарш.

Мои легионеры всегда были хороши, но сейчас они вышли на совершенно иной уровень. Века непрерывной войны в Астрале превратили их в идеальные машины убийства. Взять хоть Воронова – теперь он полноценный Грандмастер. Его черные сферы перемалывают врагов тысячами, оставляя лишь пустоту. А Егор-кровник? Этот вообще вымахал в настоящего кровавого спрута-кайдзю! Пусть он и уступает кайдзю Грандику пару метров в холке, но мощь просто колоссальная. Сильны, чертяки!

Бастион, кстати, при этом совсем даже не опустел, но об этом позже. Битва ведь кипит!

– Скоро буду! – помахав Лакомке, я срываюсь вниз, к своим центурионам. Лечу, создавая опору прямо в воздухе. Материализацию я освоил в абсолюте – куда там старику Хоттабычу. Жить захочешь – и не так раскорячишься в Астрале.

Внизу всё кончено. Орда разбита, последние стаи Демонов добивают, а осадные башни-Пыхтуны уже догорают в магическом пламени солнечников.

Я мягко приземляюсь рядом с Вороновым.

– Ну как, нравится дышать полной грудью?

– Знаешь, шеф, в твоем Бастионе было не хуже, – удивляет меня темник. – Ты хороший телепат. И заботливый.

– А то. Ты получил второй шанс, легат. Не подведи.

– Обижаешь, шеф, – Воронов качает головой. – Теперь я живу исключительно по твоим заветам.

– Это по каким?

– Спасай людей, а красавиц еще вдобавок и тра…

– Не продолжай, – качаю головой.

Нас плотным кольцом окружают зверолюди: тавры, шакхары, ликаны… Великогорыч с ревом бросается ко мне и сжимает в медвежьих объятиях. Ребра трещат. Я аж пожалел, что при создании тела не армировал скелет титаном.

– Конунг! Конунг! – слезы счастья текут по его густой бороде. Сентиментальный он мужик, наш воевода.

Я утешающе хлопаю тавра по плечу, но тут из толпы пулей вылетает горячая брюнетка в черном топе. Без лишних слов и предупреждений она впивается в мои губы жадным поцелуем. Вокруг гремит уважительный рев толпы:

– Хищница! Хищница!

Я даже сообразить ничего не успеваю, как чувствую на языке отчетливый вкус лучшего на свет кофе. Ох, этого божественного напитка мне в Астрале не хватало больше всего! Когда воздух заканчивается, брюнетка нехотя отрывается от меня, и я снимаю с языка маленькую голубую чешуйку.

– Так секретный ингредиент был в чешуе? Всё гениальное просто, – усмехаюсь я.

– Мазака… Ты вернулся! – Змейка прижимается ко мне всем телом, и я по-хозяйски обнимаю её за обнаженную талию. Конечно же, это она. Моя личная хищница.

– Смотрю, Мать выводка, ты времени зря не теряла. Говоришь чисто, носишь подобие одежды… – я киваю на узкий черный топ и ленту, едва прикрывающую её бедра. Комплименты пришлись Змейке по душе – вон как замурлыкала.

– Даня! – радостный вопль сверху.

Не только Змейкой мы богаты. С небес пикирует крылатая огненная комета. Приземление, вспышка – и вот уже Светка виснет у меня на шее, едва не сбивая с ног. Я еле устоял, отшатнувшись от четырехформационной Горгоны, – инерция у этой «ракеты» будь здоров.

– Данечка! – а это уже Настя. Она несется верхом на Псе. В шортиках, футболке, обтягивающей небольшой животик, а мордашка вся в крови – явно успела перекинуться в волчицу и знатно попировать. Она кубарем скатывается с черного бока зверя, спотыкается на бегу, и мне приходится ловить её в охапку, чтобы она не пропахала носом землю.

Целуемся, обнимаемся.

– Великогорыч, я смотрю, Боевой материк объединен? – киваю я на разномастную толпу зверолюдей, но тут раздается звонкий окрик:

– Это моя работа, мой Король!

Айра возникает словно из-под земли. Кроваво-красный ирокез, пояс из черепов разной формы и размеров… Ликанка перехватывает мой взгляд и гордо выпячивает бедра:

– Вожди, несогласные с твоей политикой.

– Айра в своем репертуаре, – хихикает Светка.

После жаркого, с привкусом железа, поцелуя с ликанкой, я усмехаюсь:

– Пойдемте в лагерь. Здесь бойня закончена.

– Да, отряды зачистки добьют подранков, – кивает Айра своим командирам. Я тоже даю знак Воронову помочь дружине.

Возвращаемся обратно пешком – тут недалеко. По дороге нас нагоняет свирепая тигрица, летящая на теневом облаке.

– Кто-то освоил сразу несколько Даров? – смотрю я с усмешкой на сильнейшую магиню, которую когда-либо видел.

Тигрица мягко спрыгивает и на лету преображается в красноволосую красавицу. Она делает шаг ко мне, в глазах полыхает огонь нетерпения, тело дрожит от желания броситься на шею… но она усилием воли выпрямляет спину и вскидывает подбородок:

– Я амазонка, помнишь?

– Свой гонор оставь на врагов, киска, – хмыкаю я, бесцеремонно притягиваю её к себе и целую. Вся её напускная гордость тут же тает, как воск от огня.

В таком составе мы входим в лагерь.

Лакомка и Гепара уже места себе не находят от нетерпения, бедняжки. Рядом с альвой теперь еще стоит, держась за мамину руку, светловолосая девочка. Я видел её единственный раз в старом Астрале. С момента материализации малышка заметно подросла.

– Сиэль, познакомься со своим папой, – мягко подталкивает её Лакомка.

Девочка делает нерешительный шаг ко мне. Я улыбаюсь и протягиваю руку. Она хватается за мои пальцы обеими маленькими ладошками и смотрит доверчиво, распахнув огромные глаза. Я легко подхватываю её на руки и кружу в воздухе. Малышка заливисто смеется.

– И почему ты в военном лагере, принцесса? – спрашиваю я улыбаясь.

– Я потребовала, чтобы мама взяла меня с собой, иначе всё равно сбегу! – гордо вскидывает подбородок маленькая бунтарка, сидя у меня на руках. – А так я пообещала сидеть тихо у неё в шатре и играть в раскраски.