Текст книги "Звезданутый Технарь (СИ)"

Автор книги: Гизум Герко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 16 страниц)

Внутри у меня все похолодело быстрее, чем если бы я вышел в космос без скафандра.

«Марк-7» был стандартным скрытым маячком, который использовали профессиональные охотники за головами и крупные бандитские синдикаты для отслеживания своего имущества. Видимо, тот амбал, которого я выкинул в трюм, успел активировать его или же маячок был вшит в саму систему катера как часть противоугонного комплекса для своих. Это означало, что банда «Черепов» не просто знала, в каком секторе мы находимся – они вели нас за руку через весь путь, позволяя мне сделать всю грязную работу по прорыву оцепления.

– Они нас выследят, – констатировал я очевидное, и мой голос прозвучал удивительно спокойно для человека, который только что осознал, что он ходячая мишень.

– Капитан Очевидность, вы как всегда вовремя со своим докладом, – фыркнула Мири. – Только вот «Черепа», это не те ребята, которые придут просить вежливых извинений за неудобства. Они придут за своей «игрушкой» и твоей головой в качестве бонуса.

Я не успел ответить, потому что внешний сенсор движения вдруг сошел с ума, заливая кабину тревожным желтым светом.

На мониторах внешних камер я увидел, как из теней складских контейнеров и технических ниш дока выныривают фигуры в тяжелой черной броне без всяких знаков различия. Они двигались слаженно, как стая волков, окружая «Лишний Процент» по периметру и беря под прицел каждый дюйм нашего корпуса. В их руках я узнал импульсные винтовки «Каратель-6» – штуковины, которые прошибают гражданские щиты и легкую обшивку, как картон. Вся сцена до боли напоминала какой-нибудь старый космический вестерн, где герой оказывается в ловушке в самом конце первого акта, и у него нет ни патронов, ни шансов на спасение.

– Ой, мамочки… Роджер, их тут целая толпа, – прошептала Мири, и в ее голосе впервые за долгое время послышался настоящий страх.

Глава 18
Смертельная мыльная вечеринка

Они не были похожи на обычных наемников-неудачников. Их движения, снаряжение и то, как они блокировали выходы, выдавало в них профессионалов высокого класса. Центральная фигура, облаченная в более массивную броню с красными вставками на шлеме, шагнула вперед и подняла руку, призывая своих бойцов к полной готовности. В этот момент мой коммуникатор ожил, настроившись на открытую частоту.

– Вылезай, Форк! – Громкий, хриплый голос ударил по ушам, усиленный динамиками шлема наемника. – Не заставляй нас вскрывать это корыто, как консервную банку. Главарь «Черепов» очень расстроен, что ты украл его любимую игрушку, и поверь мне, он хочет поговорить с тобой лично.

– Форк? Он серьезно назвал меня Форк? – Я нервно усмехнулся, глядя на Мири. – Неужели я похож на кого-то с таким дурацким именем?

– Сейчас не время для лингвистических споров, Роджер! – Мири возбужденно закружилась в воздухе. – Нас окружили профессиональные убийцы, которые думают, что ты какой-то Форк, укравший их катер. И судя по тому, как они сжимают свои пушки, они не собираются проверять твое удостоверение личности!

– Верни игрушку, парень, и, может быть, мы оставим тебя в живых до встречи с Боссом! – Наемник сделал еще шаг, и его импульсная винтовка теперь смотрела прямо в стекло моего иллюминатора. – Выходи наружу с поднятыми руками. У тебя десять секунд, прежде чем мы начнем термальное бурение шлюза.

Мне казалось, что я слышу, как металл вокруг меня буквально плачет. Это не было преувеличением – после того как мы в режиме «космического камикадзе» пришвартовались к «Пожирателю Миров», а потом еще и пережили жесткую посадку на «Вавилон-4», катер превратился в набор стонущих от усталости деталей. Обшивка издавала звуки, подозрительно похожие на скрежет несмазанных качелей в фильмах ужасов, а из-под ног периодически вырывались облачка едкого дыма. Моя правая рука все еще покоилась на рычаге, который вибрировал в такт умирающему реактору, и я чувствовал себя так, словно меня только что пропустили через центрифугу вместе с мешком битого стекла.

– Роджер, я тут провела экспресс-анализ наших шансов, и у меня для тебя сюрприз, – голос Мири прозвучал подозрительно бодро.

На главном обзорном экране, который мерцал и шел полосами, внезапно всплыла огромная, анимированная в стиле 8-битных приставок надпись, «GAME OVER».

– Остроумно, Мири, просто предел мечтаний для искина с имперским ядром в башке, – проворчал я, пытаясь рассмотреть через мутный иллюминатор то, что происходило снаружи. – А можно без спецэффектов из прошлого века? У нас тут, вообще-то, гости, и они явно не пиццу привезли.

Снаружи, в тусклом освещении ангара номер семь, творилось форменное безобразие, которое не снилось даже самым бюджетным боевикам про наемников. Наемники банды «Черепов» облепили мой катер, как мухи упавшее мороженое, и их черная матовая броня в свете аварийных ламп станции выглядела чертовски угрожающе. Они не церемонились, двое крепышей уже устанавливали на обшивку магнитные захваты для принудительного вскрытия, а остальные взяли на прицел каждый видимый выступ моего «Лишнего Процента». Станция «Вавилон-4» всегда считалась нейтральной территорией, где Торговая Гильдия заставляла всех вешать пушки на гвоздь, но эти ребята явно решили, что сегодня правила – это всего лишь рекомендации для слабаков.

– Эй, ты, в консервной банке! – Главарь наемников со всей дури саданул прикладом своей винтовки по бронированному стеклу шлюза. – Вылезай, Форк! Мы знаем, что ты там, и мы знаем, что «игрушка» Босса у тебя! Если мы вскроем этот хлам сами, я лично скормлю твои остатки переработчику отходов на нижних уровнях!

Я не стал отвечать, потому что был слишком занят поиском того самого «подарка», который привел их прямо к моему порогу. Планшет все еще был подключен к диагностической панели, и именно на его экране пульсировала маленькая красная точка – тот самый скрытый маячок «Марк-7», о котором предупреждала Мири. Эта дрянь была вшита в программный код системы безопасности катера так глубоко, что обычным форматированием ее было не вывести, а сигнал шел на частоте, которую не глушили даже стены дока. Если я прямо сейчас не заткну эту пищалку, то через десять минут сюда подтянутся основные силы «Черепов» на тяжелых крейсерах, и тогда нам точно не поможет даже второе пришествие императора.

– Мири, детка, мне нужно три минуты тишины и вся мощность твоего вычислительного блока на подавление помех, – я уже лихорадочно свинчивал панель под лобовым стеклом, используя мультитул как рычаг.

Я выудил из-под завалов инструментов свой старый плазменный паяльник «Искра-М», который пережил со мной еще академию, и включил его на максимальный прогрев. Запах разогретой канифоли мгновенно заполнил тесную кабину, смешиваясь с ароматом жженой проводки и моим собственным потом. Мне нужно было не просто перерезать провод, а создать короткое замыкание в шине данных Z-уровня, чтобы импульс выжег передатчик маячка, но при этом не превратил в пепел остальную электронику. Это была ювелирная работа, тончайшие SMD-компоненты на плате выглядели как крошечный город, в который я собирался направить удар молнии.

– Роджер, ты сейчас похож на безумного профессора из тех старых фильмов, где все взрывается в конце, – Мири вывела на мой визор схему цепей, подсвечивая нужные дорожки. – Если ты заденешь конденсатор С-14, мы получим обратный ток такой силы, что твой питбой превратится в очень дорогой браслет-гриль. Давай аккуратнее, ковбой, я еще хочу посмотреть, чем закончится этот сезон моего существования.

– Меньше слов, больше дела, штурман, – я осторожно коснулся жалом паяльника медной перемычки.

Раздался сухой щелчок, и между контактами проскочила злая синяя искра, от которой у меня на мгновение потемнело в глазах. Шина данных на экране монитора вспыхнула каскадом ошибок, но красная точка маячка, издевательски мигавшая до этого, наконец-то погасла навсегда. Я почувствовал почти физическое облегчение, когда фантомный гул высокочастотного передатчика в моих наушниках сменился благословенным белым шумом. Мы стали невидимы для радаров их флота, но проблема с кучей вооруженных мужиков за дверью никуда не делась, а они уже начали прогревать свои резаки.

– Маячок все, но насущные проблемы все еще никуда не делись! – Мири внезапно сменила иконку на «веселого Роджера». – Как насчет тактики «Лирой Дженкинс»? Я могу направить остатки энергии из накопителей в маневровые двигатели, и мы просто вылетим из ангара сквозь закрытые ворота! Вероятность успеха, три процента, зато сколько просмотров набрал бы такой ролик в ГалНете!

– Мири, «Лирой Дженкинс» закончился тем, что всю группу съели, если ты не помнишь классику, – я вытер руки о штаны и огляделся по сторонам в поисках хоть чего-то, что могло бы послужить оружием. – Нам нужно что-то более тонкое, чем самоубийственная атака на ворота станции, которые, на минуточку, сделаны из усиленного сплава титана. К тому же, жизнь пилота в реальности куда скучнее, чем в голофильмах про мудрых рыцарей с лазерными палками. Нам нужен блеф, причем такой, чтобы эти шкафы в броне сами захотели от нас подальше отойти.

Я начал лихорадочно копаться в груде хлама, которую натащил в кабину из трюма во время ремонта, надеясь на чудо. Под руку попадались только пустые гильзы, обрывки проводов и какой-то ржавый крепеж, пока мой взгляд не зацепился за предмет, валявшийся под сиденьем второго пилота. Это был старый, полуразбитый пульт управления климатом от этого самого катера, который я отключил еще в первый день нашего «знакомства» с судном. Корпус его был черным, угловатым и выглядел на удивление массивно для обычной бытовой электроники, а главное, на нем все еще мигал ярко-красный светодиод, сигнализирующий о критической ошибке питания.

– Роджер, ты ведь не серьезно? – Мири увеличила масштаб изображения пульта на моем визоре. – Это же просто пульт от кондиционера. Он даже температуру выше двадцати градусов выставить не может без того, чтобы не зависнуть.

– Для тех, кто не разбирается в технике, это выглядит как портативный детонатор антиматерии, – я хитро улыбнулся, прикидывая пульт в руке. – Посмотри на него, черный матовый корпус, куча кнопок с непонятными символами и этот зловещий красный мигающий глаз. В дешевых боевиках про космических пиратов именно так выглядят штуковины, которые превращают планеты в пыль. Если я правильно подам это блюдо, эти наемники решат, что лучше отпустить меня, чем стать частью расширяющегося облака плазмы.

– Ты безумен, – констатировала Мири, но я почувствовал в ее голосе нотки искреннего восхищения. – Ладно, я подкручу настройки твоего внешнего динамика, чтобы он звучал максимально пафосно и с легким металлическим эхом. Добавим немного драматизма в этот фарс.

Я глубоко вдохнул, проверяя герметичность воротника своего скафандра и поправляя сбившийся шлем, который все еще пах озоном после моей прогулки по обшивке. Адреналин снова начал бить в виски, но на этот раз это был не страх, а холодный расчет игрока, который идет ва-банк с парой двоек на руках против фулл-хауса. Я крепко сжал пульт, положив большой палец на самую большую кнопку и решительно шагнул к рычагу открытия шлюза.

– Ну что, Мири, пора показать этим любителям легкой наживы, что случается, когда они пытаются зажать в углу выпускника академии с богатым воображением, – прошептал я.

Пневматика шлюза зашипела, выпуская облако пара, и я медленно вышел на аппарель, стараясь сохранять максимально невозмутимый вид. Передо мной стояли десять вооруженных до зубов профессионалов, но в этот момент я видел только их неуверенность и то, как они синхронно сделали полшага назад, завидев в моей руке «страшное оружие». Моя рука не дрожала, хотя внутри я молился всем богам космоса, чтобы у этого пульта не сели батарейки в самый неподходящий момент.

– Внимание всем постам, – мой голос, усиленный Мири, прогремел над ангаром, как глас судьбы. – Кто сделает еще один шаг, узнает, как пахнет сингулярность в закрытом помещении!

Я поднял пульт высоко над головой, стараясь, чтобы мигающий красный диод был виден каждому в этом чертовом ангаре.

– Видишь это, здоровяк? – я направил «детонатор» в сторону главаря, который замер с поднятым кулаком. – Это прототип термобарического заряда со встроенным квантовым триггером. Если мой палец соскользнет с этой кнопки, от этого сектора останется только воспоминание и очень много дыма. Ты готов сдохнуть ради куска железа и старого планшета? Лично я, всегда готов, у меня сегодня все равно настроение паршивое!

На мгновение в ангаре воцарилась такая тишина, что было слышно, как капает масло из поврежденного шланга «Лишнего Процента».

Наемники переглядывались, и я видел, как их уверенность тает быстрее, чем лед в короне звезды. Мой блеф был настолько наглым, что в него невозможно было не поверить, особенно когда перед тобой стоит взмыленный пилот в грязном комбезе с безумным блеском в глазах. Главарь медленно опустил винтовку, и я понял, что первый раунд этой безумной партии остался за мной, хотя мой палец на кнопке «Турбо-охлаждение» уже начал неметь от напряжения.

– Ты блефуешь, мусорщик! – Голос главаря, искаженный динамиками, звучал как скрежет камней в бетономешалке. – У такого оборванца, как ты, не хватит кредитов даже на батарейку для такого заряда, не говоря уже о самой антиматерии. Положи эту игрушку, пока я не решил проверить, насколько быстро плавится твой скафандр под воздействием плазмы. Мы знаем, что ты украл катер «Черепов», и поверь, Босс очень не любит, когда его вещи меняют владельца без его ведома.

Я криво усмехнулся, надеясь, что через визор это выглядит как оскал безумного подрывника, а не как судорога испуганного кролика.

– Думаешь, я купил эту крошку в супермаркете за углом? – я сделал шаг на трап, демонстративно положив палец на кнопку «Турбо». – Этот заряд, подарок от одного очень старого и очень мертвого имперского инженера. Я зациклил систему сдерживания прямо на реактор катера, так что если вы выстрелите, произойдет каскадный резонанс, который схлопнет этот док быстрее, чем ты успеешь сказать «ой». Станция «Вавилон-4», штука большая, но антиматерия не знает жалости, она просто превратит все это в очень яркую, но очень короткую сверхновую звезду!

– Мири, солнце, твой выход, добавь немного спецэффектов в наш цирк.

– Поняла тебя, Роджер, включаю режим «Драматический финал»! – весело отозвалась она в моем сознании, и я почувствовал, как нейроинтерфейс защекотал виски.

Внезапно все внешние динамики «Лишнего Процента» ожили, наполняя пространство дока зловещим, мерным тиканьем, которое пробирало до самых костей. Это не был обычный звук часов, Мири добавила туда низкочастотный гул, от которого у наемников, должно быть, начали вибрировать внутренности вместе с их крутыми доспехами. На крошечном экране моего пульта, который я выставил напоказ, замелькали цифры кроваво-красного обратного отсчета, стремительно летящие к нулю.

– Роджер, я еще взломала их шлемы и транслирую туда звук счетчика Гейгера, – шепнула Мири. – Пусть думают, что у нас еще и утечка радиации.

Наемники заметно занервничали, их стволы начали едва заметно подрагивать, а один из бойцов в заднем ряду даже сделал инстинктивный шаг назад. Главарь замер, его шлем поворачивался то в сторону пульта, то к своим людям, пытаясь оценить реальность угрозы в этом хаосе. Тиканье становилось все быстрее и громче, отражаясь от металлических стен ангара и создавая иллюзию надвигающейся катастрофы, которую невозможно остановить.

– Отставить огонь! – взревел главарь, поднимая руку в предупреждающем жесте. – Всем стоять! Не стрелять, мать вашу!

– Вот это правильный подход, – я одобрительно кивнул, продолжая сжимать свой «детонатор» так сильно, что пластик жалобно скрипел. – Теперь мы будем разговаривать на моих условиях, или мы все станем частью одного большого фейерверка. Я не шучу, мужики, у меня сегодня выдался просто отвратительный день, сначала за мной гонялись копы, потом сервисные дроиды пытались сделать из меня нарезку, а теперь вы портите мне настроение своим присутствием.

Ситуация в доках накалилась до предела, воздух казался наэлектризованным, и казалось, что достаточно одной искры, чтобы все взлетело на воздух.

– Чего ты хочешь, безумец? – спросил главарь, и в его голосе теперь отчетливо слышались нотки сомнения, которые были мне дороже золотых слитков. – Если мы тебя отпустим, ты все равно не уйдешь далеко на этом корыте, оно едва держится на честном слове. Сдайся, и я обещаю, что мы доставим тебя к Боссу живым, он оценит твою наглость и, возможно, просто заберет катер и планшет.

– Живым? Чтобы он скормил меня своим ручным кракенам? – я рассмеялся, и этот смех прозвучал на удивление натурально и жутко благодаря фильтрам Мири. – Нет уж, я лучше закончу все здесь и сейчас, забрав вас всех с собой в бездну. Посмотри на счетчик, время уходит, и если ты не уберешь своих цепных псов, через тридцать секунд этот разговор станет совершенно бессмысленным для всех присутствующих!

Я стоял в центре внимания, ощущая себя главным героем какой-то эпической космо-оперы, где финал зависит от того, насколько убедительно я смогу врать.

В этот момент тишину ангара, нарушаемую лишь тиканьем Мири, взорвал резкий, пронзительный вой сирен тревоги, от которого заложило уши даже через шлем. Сверху, со стороны потолочных технических галерей, ударили мощные лучи прожекторов, выхватывая из темноты нашу живописную группу и заливая палубу мертвенно-белым светом. Станция «Вавилон-4» наконец-то сообразила, что в ее седьмом доке происходит несанкционированная сходка вооруженных людей с подозрительными чемоданчиками.

– Внимание! Всем оставаться на своих местах! – прогремел голос автоматической системы безопасности, перекрывая все остальные звуки. – Вы нарушили протоколы безопасности станции! Немедленно сложите оружие и идентифицируйте себя!

Из вентиляционных шахт и грузовых люков, словно рой разозленных механических ос, начали вылетать тяжелые дроиды службы безопасности серии «Миротворец-5». Их массивные корпуса, окрашенные в желто-черную полоску, угрожающе гудели, а выдвижные турели сдвоенных импульсных пушек уже вовсю искали цели. Дроиды летели слаженным строем, мгновенно беря в кольцо и меня на трапе «Лишнего Процента», и наемников «Черепов», которые явно не ожидали такого оперативного вмешательства властей.

– Ой-ой, Роджер, кажется, кавалерия прибыла, но она не на нашей стороне! – Мири на экране визора изобразила панику, прикрыв лицо руками. – Эти железки не понимают шуток про антиматерию, у них в программе прописано сначала стрелять, а потом… а нет, только стрелять. Нам нужно срочно что-то придумать, пока они не решили, что мы все тут террористы-смертники!

– Блестяще, просто блестяще! – я проорал это в сторону дроидов, не опуская пульта. – Эй, жестянки! У меня тут бомба! Слышите? Один выстрел в мою сторону и вся ваша станция превратится в пыль! Передайте это своему главному, пусть включает мозги, если они у него еще остались!

Ситуация превратилась в классический мексиканский тупик, где каждый держал на мушке каждого, а посреди всего этого стоял я с пультом от кондиционера.

Дроиды зависли в воздухе, их красные сенсоры-глаза синхронно мигали, обрабатывая информацию о «заряде антиматерии», которую Мири любезно подсунула в их локальную сеть через открытый порт. Наемники «Черепов» теперь выглядели не такими уж грозными, зажатые между «сумасшедшим с бомбой» и боевыми роботами станции, которые не знали пощады. Я чувствовал, как время замедляется, и каждый мой вздох казался громом в этой напряженной тишине, где жизнь и смерть разделяла лишь одна программная ошибка или дрогнувший палец.

– Роджер, они запрашивают подтверждение подписи заряда у центрального сервера СБ, – быстро заговорила Мири, ее пальцы на виртуальной клавиатуре летали со скоростью света. – Я создаю фальшивый лог и подменяю данные, но это долго не продержится, максимум пару минут. Тебе нужно выторговать нам выход, пока они не поняли, что твоя «антиматерия» умеет только менять режим обдува на средний!

– Слышали дроидов⁈ – я снова обратился к наемникам, чувствуя, как кураж возвращается ко мне. – У вас есть ровно одна минута, чтобы свалить в свои норы, пока СБ не решило, что вы мои сообщники! Или мы взрываемся все вместе, или вы даете мне уйти, и я обещаю не нажимать кнопку, пока не покину радиус действия станции! Решайте быстрее, время тикает, а мой палец очень устал!

Я стоял на трапе, высокий и гордый, как капитан исследовательского крейсера в своих мечтах, хотя под ногами у меня было дырявое корыто, а в руках – кусок дешевого пластика. Жизнь в космосе определенно была веселой штукой, если у тебя хватало наглости смеяться в лицо смерти и верного искина, способного превратить любой провал в грандиозное шоу. Теперь оставалось только надеяться, что мой блеф продержится еще немного, иначе этот день станет последним не только для меня, но и для всего седьмого дока «Вавилона-4».