Текст книги "Черный козерог"
Автор книги: Франсуа Бальзан
сообщить о нарушении
Текущая страница: 14 (всего у книги 17 страниц)
Способнее басото к музыке. Они используют любой слушай, чтобы потанцевать под монотонный аккомпанемент бесконечных песен. Но лучше всего выражают их душу сказители, а за последние сто лет и писатели. Многие рассказы и сказки, пословицы и поговорки басото даже напечатаны. Самые древние из этих текстов – «литоко» – эпические фрагменты о великих деяниях знаменитых вождей и их воинов. Некоторые литоко читают по вечерам на древнем языке старики, хотя и им далеко не все и тексте понятно. Фольклор басото содержит большое число элементов, достойных войти в сокровищницу человечества.
В XX веке появились настоящие писатели, которых печатают газеты и журналы Южной Африки. Самый известный из них Томас Мофоло. Он печатается с 1907 года; некоторые его романы переведены на европейские языки.
Наука и медицина
Как и другие африканские народы, басото обладают весьма обширными практическими знаниями о природе. Их словарь содержит сотни названий растений, а наблюдения привели басото к констатации сходства между многими растениями, получившими у них видовые имена. Многие люди глубоко знают лечебные свойства растений. Эти знания передаются в семьях знахарей от отца к сыну. Снадобья делают из корней, коры, листьев. Чтобы усилить крепость лекарств, в смесь добавляют всякого рода магические ингредиенты: толченых ящериц, насекомых или ракообразных, желчь животных, львиные экскременты… Эта странная рецептура удивительно напоминает французские рецепты XVII века! Но независимо от добавок целебная сила применяющихся снадобий несомненна.
Имеющие мрачный вид и сметную внешность, ловкие костоправы успешно лечат вывихи, переломы, нехронические болезни.
Обрезание
Каждый случай обрезания окружен тайной. Те, кто перенес, операцию, должны поклясться никогда не раскрывать другим людям никаких сведений о ней, следовательно, нельзя в точности узнать, как она происходит.
Когда в деревне наберется достаточное количество еще необрезанных мальчиков в возрасте от двенадцати до шестнадцати лот, для них устраивают лагерь – «мофато». После различных очищающих церемоний туда приводят детей. Их сопровождают несколько взрослых, которые под руководством знатока ритуала принимают участие в обряде инициации целиком.
Операцию делают в первый же вечер совершенно неожиданно для молодых людей, потому что правило молчания, действительное и для взрослых, оставляет мальчиков в полном неведении относительно того, что с ними произойдет. Они только знают, что должны страдать, и только те станут мужчинами, кто не шевельнется, не крикнет.
В течение последующих шести месяцев они проходят курс специального обучения и живут в спартанских условиях, чтобы закалиться. По любому поводу их секут до крови. Они ходят голыми и спят раздетыми на открытом воздухе. Им преподают традиции племени, генеалогию великих вождей, гимны древним героям, которые они должны уметь произнести без ошибки, несмотря на архаизм языка. Наконец, они получают уроки полового просвещения.
В перерывах устраивают физические тренировки, военные игры; юношей учат обращению со старинным оружием. Изнурительные переходы по горам чередуются с метанием дротиков, уроками владения топором, охотничьими упражнениями.
Пищу обычно приносят женщины из их родной деревни. Но во время поста юноши должны сами позаботиться о том, чтобы не умереть с голоду. Дозволены все средства при условии, что испытуемых не поймают: и вот они воруют кукурузу, кур, мелкий, а иногда и крупный скот. Но горе тому, кто позволит раскрыть себя или не выдержит, слушая жалобы потерпевших, – его жестоко побьют.
Не все выносит столь бесчеловечное обращение. Кое-кто сдается. Некоторые убегают; если их поймают, вождь лагеря имеет право убить их. Надо сказать, что в ваши дин народ склонен осуждать такие крайности. Случаи смерти менее выносливых исключительны. Однако общественное мнение все еще разрешает наказывать проходящего инициацию. Правосудие в такие дела не вмешивается.
Перед возвращением в деревню мальчики получают (или выбирают) новое имя. Перед тем как покинуть лагерь, они натираются с ног до головы жиром, им дают маленькую набедренную повязку и новый плащ, в который они закутываются. Потом посвященные вереницей отправляются в обратный путь. Оборачиваться им запрещено. Хижины и все, что служило им в течение шести месяцев, сжигаются воспитателями.
В деревне уже подготовлена встреча этих «новых мужчин», Лагерный вождь подводит их одного за другим, и они произносят свою первую речь: теперь они мужчины, они имеют право выступать публично. Новички называют свое новое имя и клянутся в верности вождям и традициям.
С этого момента они начинают взрослую жизнь, проводят свои дни в лехота и, пока еще скромно, вмешиваются в дискуссии. До свадьбы они остаются как бы личной гвардией вождя. Из их числа вождь выбирает своих вестников.
Большинство европейцев, особенно миссионеры, видят только жестокую сторону инициации. Действительно, часто она неизлечимо травмирует мальчиков. По басото приписывают этому обычаю важное значение. Это необходимо объяснить подробнее.
Человек, не прошедший мофато, обесценивается; ему почти невозможно жениться, он останется в изоляции. Наоборот, товарищи по выпуску образуют фалангу друзей. Их дружбу выковали совместно перенесенные испытания. В дни, когда беспрестанно свирепствовали войны, эти группировки посвященных составляли военные единицы, где каждый член слепо верил в своих братьев. Настоящий басото должен пройти через мофато.
Девушки тоже проходят в течение нескольких недель очень тяжелые испытания. В противоположность тому, что говорят плохо информированные люди, я узнал, что вырезание у них не проводится. Однако тайна их инициации («леболло») сохраняется еще строже, чем в случае мофато, настолько строго, что абсолютно невозможно описать ее детали.
КЛИН СВАЗИЛЕНДА
Свазиленд – совсем маленький клинышек! Но какой заметный: двести километров с севера на юг, сто двадцать пять километров с запада на восток, примыкающий с одном стороны к Мозамбику, с другой – к Южно-Африканской Республике. Живет в этой стране 375 тысяч человек.
Англичане позволили Свазиленду пользоваться весьма ограниченной независимостью, но в сентябре 1968 года эта страна получила полную свободу.
Несмотря на превратности своей судьбы, вопреки тяготам протектората Свазиленд сумел сохранить свои специфические особенности: древнюю династию, курьезный монархический строй, национальное самосознание, патриотизм. Наконец, сохранились характерные традиции и врожденная воля к непрерывному самосовершенствованию.
Эти соображения побудили нас отвести Свазиленду в этой книге место, явно несоразмерное его малой площади. Мы воспользуемся бесценным опытом миссис Хильды Купер, ныне профессора Калифорнийского университета, которая родилась в Родезии, специализировалась по антропологии в Иоганнесбурге, в Витватерсрандском университете, потом в университете Наталя и провела целых два года в Свазиленде.
Она любезно позволила мне изложить здесь содержание ее книги «Свази, южноафриканское королевство»[45] – итог ее многочисленных ранних работ. Из этой книги я позаимствовал все, что я напишу про Свазиленд. Поблагодарив этого выдающегося автора, я прошу извинить меня за ошибки в переводе или интерпретации, которые я невольно мог совершить.
Вот случай охватить под руководством ученого все аспекты – исторический, социальный и политический – жизни народа. И притом с такой строгостью, какой я самому себе, вообще говоря, не позволял, чтобы не увлечься и не сделать из книги этнологический трактат.
Пусть Свазиленд будет исключением! Тем более приятным, что даже мельчайшие подробности исследования Хильды Купер увлекательны.
Прекрасное убежище
Свази, по происхождению нгони, прибыли издалека на место своего теперешнего расселения, нашли его соответствующим своему вкусу и закрепились здесь.
Страна расположена в узком интервале между 26-м и 27-м градусами широты, уступами от 1000 до 1860 метров и пересечена с запада на восток тремя реками: Комати, Усуту, Мапуто. Неплохо орошаемая земля плодородна. В западной, самой возвышенной, части страны расположены богатые пастбища. В зимние месяцы туда устремляются из Трансвааля огромные стада. Центральная часть хорошо возделана. Покрытая зарослями песчанистая восточная часть годилась бы под обработку, не будь здесь нездорового климата и будь здесь побольше воды.
В стране разводят крупный рогатый скот, коз и немного лошадей; выращивают апельсины, грейпфруты, табак, кукурузу, хлопчатник.
Довольно значительны месторождения золота и асбеста в западных районах, антрацита – на прибрежной низменности[46].
Предвидели ли такие возможности свази, когда они пришли сюда? Как бы там ни было, они остались. Они легко покорили племена, обосновавшиеся здесь ранее, и, смешавшись с ними, так же как и с иммигрантами-зулусами, создали народ, полный решимости жить самостоятельно.
Двуглавая монархия
Этот очень редкий случай «двуглавой» власти стал одним из мотивов, побудивших нас подробнее описать Свазиленд.
Власть там разделена между королем и королевой-матерью. Он – «ингвеньяма» (лев). Она – «индловукати» (госпожа слониха). Два животных, которые в джунглях не дружат между собой!
Она славится своим «влиянием на выпадение осадков» – славную заботу Африки. Ее народ не считает дождь или засуху простыми природными явлениями: он верит, что так выражается удовлетворение или недовольство династических духов, на которых может воздействовать индловукати.
В противоположность владыкам других стран, которые, чтобы задобрить облака, полагаются на третьих лиц, королева-мать считает необходимым лично исполнять эту роль, представляющую к тому же один из лучших козырей монархии.
Монархия наследственна внутри гордого клана нкоси дламини. Свази утверждают, что у них было двадцать пять следовавших один за другим королей, но только восемь не вызывают споров. Первым достоверный правитель – Нгвана II (следовательно, до него был еще Нгвана I?). Он появился в конце шестнадцатого века – я несколько сомневаюсь в столь отдаленной датировке. Как бы там ни было, только его имя сохранилось в преданиях и упоминается во время ритуальных церемоний.
Неясная мечта увлекла его на юг и, заставив удалиться от побережья, направила к тому месту, где он основал новую родину. Каждый год паломники посещают его могилу в поэтичном месте на залесенной возвышенности.
Вознесение
Его внук Собхуза I сначала вел борьбу за пастбища с могущественным соседом Зидзе на клана ндванде. Он действовал последовательно. Дабы избежать прямого противоборства, он сначала отступил на север, к подножию гор Мдзимбе, которые и сегодня остаются центром королевского домена, вотчиной «настоящих свази», сердцем страны. Там он укрепил спою власть, покорив несколько мелких кланов нгони или сото, живших в этих местах до него, – предшественников. От них он набрался опыта традиционного «воздействия на дождь», военного искусства. Потом он затеял два крупных брачных маневра.
С одной стороны, он попросил руки дочери своего старого врага Зидзе, тотчас согласившегося на эту сделку. С другой – он послал двух своих дочерей в гарем зулусского вождя Чаки, обеспечив ого нейтралитет.
Когда, около 1830 года, Собхуза умер, он оставил королевство своему наследнику Мсвати, который сплотил страну и создал весьма эффективную для тогдашнего времени военную организацию. Оружие он получал из нынешней Южной Родезия. Его мощь привлекла под его покровительство окружающие племена: это были «пришедшие позднее» – третья категория населения свази. По большей части эти племена состояли из нгони, частично – из сото; совсем немного было среди них тонга.
Параллельно Мсвати, может быть легкомысленно, установил связи с англичанами и особенно с бурами, стада которых все чаще и чаще переходили границу Свазиленда, чтобы воспользоваться хорошими пастбищами. Задаренный скотом и товарами (Timeo Danaos et dona ferentes…[47]), он даже заключил пакт, имевший опасные последствия: практически Мсвати открыл свою страну белым, и в такой степени, что почти уступил ее им, сам того не ведая.
Зависимость
Царствование Мсвати окончилось около 1860 года. Его сын Лудонга был малолетним, и бабка принца, дочь Зидзе, на которой женился Собхуза I, стала регентшей вдвоем со сводным старшим братом маленького принца.
Внезапная и, как показалось, ненормальная смерть короля-ребенка вызвала волнения. Его сводного брата обвинили в том, что он приказал убрать мальчика, чтобы захватить его трон. В конце концов верхушка согласилась выдвинуть другого сироту из королевской фамилии – Мбандзени, оставив регентство матери Лудонги.
Узнав об этих событиях и последовавшем восстановлении династии, буры спешно послали четыреста человек на церемонию коронации… И сразу же после того, как церемония окончилась, буры заставили новое правительство ратифицировать кабальные соглашения, под их нажимом заключенные покойным Мсвати.
Свазиленд был крайне важен для буров. Он открывал им выход к океану, делая независимыми от англичан, отношения с которыми у буров постепенно обострялись. Англичане в свою очередь весьма хотели захватить Свазиленд, чтобы расширить свое господство на юге Африки.
Все это не предвещало ничего хорошего…
Вскоре Мбандзени поссорился с королевой-матерью. Отняв у нее власть, он принялся истреблять оппозицию. Буры и англичане ограничились протестами. Но положение Мбандзени было не из лучших, и он позвал на помощь типичного авантюриста того времени – оффи[48] Шепстона, которого назначил советником, национальным агентом и уполномочил вести переговоры с белыми.
Фактически оффи еще больше открыл двери в страну. Концессии, которые он предоставлял, стали формой мирного захвата. Однако король слепо верил ему, оставляя в его руках бразды правления, пока неожиданная, как и у его предшественника, смерть не унесла его в 1889 году.
В смерти Мбандзени заподозрили колдунов. Стало правилом, что после кончины монарха убивали подозрительных. И регентша уже потрясала мечом…
По на этот раз принцы воспротивились «чистке», которую регентша намеревалась провести за один день! Они находились под влиянием англо-бурских предупреждении. Объединившись, принцы свергли подстрекательницу и назначили новую королеву-мать – одну из вдов Мбандзени, известную своим умом Гвамиле Мдлули, сын которой, шестилетний Буну, должен был впоследствии стать королем.
Но соперница предупредила события. Начались беспорядки. Рассказы о зверствах, происходящих в Свазиленде, проникли через границу… На этот раз многочисленные белые поселенцы, беспокоясь за вложенные в Свазиленд капиталы, поняли необходимость установления стабильного правительства в этой стране.
Протекторат
Итак, в 1894 году они пришли к соглашению, даже не консультируясь со свази, что… провозгласят страну протекторатом Трансвааля.
Вскоре за этим последовало обложение жителей страны налогом с хижины. Им сказали, что они должны оплачивать вторжение белых…
Тогда возникло движение сопротивления. Страна разделилась на непреклонных и коллаборационистов. Когда ассамблея сторонников белых была перебита в столице Свазиленда, правительство Трансвааля решило привлечь к ответу малолетнего короля Буну, но тот укрылся у одного англичанина в Зулуленде и обвинил буров во всех своих несчастьях.
Отношения между бурами и англичанами ожесточались со дня на день, хотя их интересы в Свазиленде совпадали. Англичане в конце концов уладили дело, приговорив Буну к штрафу в 500 фунтов и вновь отправив его на свой пост, отныне ставший чисто номинальным. Независимость ушла в забвение.
В следующем году (1898) вспыхнула англо-бурская война, однако спали в нее по вмешивались. К тому же Буну умер, Гвамиле и младший брат умершего – Малунге взяли правление в свои руки, а одна из вдов, Ломана, была названа будущей королевой-матерью. Ломаву избрали потому, что она принадлежала к известному клану ндванде, откуда великий король Собхуза I некогда взял себе супругу. Ее сын Мона, который получил имя Собхузы II, правит и в наши дни… В момент, когда я пишу эти строки, ему семьдесят лет!
Волей неволей страна подчинилась британскому контролю, хотя и тягостному. После 1902 года административная машина удвоилась за счет маленького полицейского соединения, на которое возлагалась обязанность предупреждать волнения среди свази и собирать непопулярный налог.
В 1906 году страна перешла под власть верховного комиссара Южной Африки. А в 1907 году повое правительство Свазиленда было подчинено непосредственно резиденту-комиссару.
Было обнародовано следующее решение, не подлежавшее обжалованию: треть территории оставалась у свази, но две другие передавались белым, которые получили право в течение пяти лет заставить свази выселиться со своих участков.
Это решение вызвало только словесные дебаты! Впрочем, все оружие белые давно реквизировали. Когда король Мбандзени позволил своему другу и правой руке оффи населить Свазиленд множеством англо-буров, он надеялся получить взамен прибыль от их хозяйств и спекульнуть на этом. Он уговаривал себя, что традиционная система не будет нарушена. Ссылаясь на факты, Гвамило и Малунге, большие реалисты, перестали питать иллюзии; констатировав, что секрет силы оккупантов заключался в образовании, они решили распространить в своем лагере эту силу.
Гвамиле учредила школьный налог. Дети знатных семейств получали образованно у преподавателя-зулуса. И будущий король маленький Собхуза II занял место среди его учеников. Потом воспитание наследника доверили южноафриканским миссионерам, которые занимались с королем, пока тому не исполнился двадцать один год.
Тогда Гвамиле в напыщенном письме объявила резиденту-комиссару, что молодой монарх полностью созрел для задач верховного вождя свази.
Вступив на престол, Собхуза II принялся оспаривать концессии, противозаконно предоставленные белым. Колониальный суд отказал ему, и он в 1922 году отправился защищать свое дело в Лондон. Конечно же, ему не удалось выиграть спор! Но он произвел хорошее впечатление на англичан, что равнялось успеху. Пирровыми зовем мы победы, когда, выигрывая, теряют. Он же выиграл, потерпев поражение – остались надежды на будущее…
Небанальный социальный кодекс
Мы видели, что с точки зрения этнической свази делятся на «настоящих», «предшественников» и «пришедших позднее». С точки же зрения иерархической они образуют четыре группы.
Высший клан составляют нкоси дламини – колыбель королевского рода, хранилище драгоценной наследственной крови. Вторую группу составляют кланы, поставляющие королеву-мать. Третью – тот, откуда выходят различные официальные лица. Четвертую… все остальные. И это разделение возникло в глубине времен!
Но наибольшая оригинальность общества свази состоит в его матримониальных законах.
Ни один мужчина не имеет права жениться в своем собственном клане, кроме короля, если такова будет его воля. И в то время как аристократии у многих народов банту не запрещено кровосмешение в буквальном смысле слова, здесь такую возможность одновременно предупреждает и порицает трогательная священная песня на ежегодном великом королевском празднике.
Всякая избранница владыки, взятая среди его родни, не может претендовать на титул первой жены. А ее отец будет исключен ipsofacto[49] из нкоси дламини: он должен будет организовать свой собственный подклан. Эта мера ограничивает численный состав высшего класса и сохраняет его элитный характер.
Экзогамия, как общее правило, обеспечивает обновление крови и умножает социальные связи. Ее рекомендуют самому монарху, несмотря на исключительные льготы, которые, как мы увидим, ему предоставлены, потому что это хорошее средство расширить свое влияние, свой блеск и тем самым лучше представлять всю нацию.
Как и у большинства банту, претендент предлагает своим будущим теще и тестю скот. Это – лобола. Мелкий собственник доходит до дюжины голов, принц – до шестидесяти, а король – до нескольких сот в обмен на ручку хорошенькой девушки…
Однако в Свазнленде лобола нисколько не приравнивается к покупке жены: она означает приобретение права отцовства и освящает надежду основать семью. Это гораздо более возвышенное значение свадебного подарка.
Некоторые коренные африканцы вовсе не верят в родительскую роль супруга; они считают, что ребенок рождается в результате непорочного зачатия… У свази мужчина путем лоболы торжественно освящает свои отцовские обязанности. Если по какой-либо причине, в частности из-за нехватки средств, отец не может дать скот, ребенок, который от него родится, становится собственностью семьи тестя, а жена такого человека снова выходит замуж.
Бедняга избежит этой двойной экспроприации только в том случае, если соберет с запозданием лоболу, – тогда он сможет законным образом получить обратно малыша… с женой или без нее, если он больше ею не дорожит! Он становится, таким образом, «полным отцом» своего ребенка, и этот ребенок считается принадлежащим к отцовскому клану.
Если незамужняя девушка забеременеет «по недосмотру», она должна раскрыть имя своего любовника, которого ставят перед таким же выбором: либо уладить положение накладным платежом, либо отказаться от всех прав на ребенка.
Случается, но редко, что внебрачный ребенок, достигнув зрелости, сам выплачивает лоболу, которую не выплатили матери при его рождении. Мы видим в этом желание искупить прошлое и создать себе восходящую линию.
Если замужняя женщина нарушит супружескую верность и забеременеет, она обязана в этом сознаться, иначе ей суждены болезненные роды или смерть. Искренность в наши дни почти безопасна, но когда-то смертная казнь наказывала обоих партнеров преступной любви.
Перейдем теперь к обычным союзам, и прежде всего к сватовству.
Оно сопровождается комическими сценами: девушка притворяется безутешной, ее будто бы принуждают, она зовет на помощь братьев, которые и ведут ее в новую семью. Эта новая родня настаивает… Наконец красотка сдается. Немного позднее тонкий слой красной глины на ее лице объявляет, что вскоре она потеряет девственность. А парень, которого сажают возле нее, свидетельствует, что у нее будет потомство.
Никогда первая по времени супруга не бывает первой по титулу. Для этого ранга важны лишь социальные соображения: происхождение, качество родственников. Например, сестра короля или принца имеет преимущество перед соперницами.
Большинство браков происходит по сделкам – не без того, правда, чтобы позаботиться о взаимных склонностях молодых людей. Но пылкие девушки, которые слушают только голос чувства, торопятся к своим адонисам и пренебрегают предварительным согласием своей семьи! Такую любовь выравнивает хорошая лобола, но, если семье вздыхательницы в этом отказывают, все кончается сладкой грезой..
Разве не менее сложно жениться в Париже или Лондоне?
Розовая пора после возмужания
Обрезание мальчиков после царствования короля-воина Мсвати больше во применяется, так как обрезанию приписывали рост смертности в эпоху, когда число солдат имело больше значении, чем неукоснительное соблюдение обычая. Только периодически перед монархом производят коллективное обрезание символического характера. А для девочек вообще по предусмотрено никакой специальной инициации.
Тем более достижение половой зрелости не дает повода для церемоний. Но оно начинает странное «розовое время»…
В этот период всякое любовное познание, порой приводящее к рождению семьи, сразу становится дозволенным для молодежи обоего пола. До тех нор о подростках заботились мало: девочки держались за материнские юбки, мальчишки бегали под ногами отцов. Теперь все позволено, но при одном строгом условии: не делать непоправимого.
Мальчики могут продолжать забавляться, пока их возрастная группа не получит королевского разрешения, почти приказа, жениться. Они, впрочем, принимают это бремя без большого сожаления, хорошо зная, что, только основав собственный домашний очаг, они получат право на все мужские привилегии.
В случае споров
Кодекс законов и суды свази уже сами по себе не очень простые, иногда сверх того подвергались влиянию правосудия белых. Люди могли выбирать, куда им лучше обратиться! Комичный случай произошел в 1936 году с одной девицей, которую трудно было смутить…
До брака у нее был любовник, к которому она в поспешила вернуться, потому что семейная жизнь очень быстро ей разонравилась. Прошло около двадцати лет. Неожиданно старый супруг обвинил незаконную чету перед судом вождя Ндебанкулу. Он потребовал или возвращения лоболы, которую он когда-то дал за неверную, или возвращения жены.
Любовник, тоже уже старый, думал увернуться от удара, сам предложив лоболу семье своей дамы сердца. Семья ему вежливо отказала: она не могла получить две лоболы… и потом, если бы она приняла этот подарок, она как бы скрыто ратифицировала развод – решение крайнее, принимаемое лишь в исключительных случаях.
Пройдоха предложил тогда свой скот мужу, надеясь от него откупиться. Новая неудача!
Он знал, чти от незаконной связи родилась дочь, и она приближается к брачному возрасту. Теперь он задумал подождать этот момент, чтобы предъявить иск матери, а особенно девушке, свадьба которой ему могла принести лоболу, хотя он фактически не был ее отцом.
Так как выхода из создавшегося положении не было, обвиняемые перенесли дебаты в суд белых. Там мужу отказали в иске под предлогом «гнусной проделки».
Он поспешно вернулся к вождю Ндебанкулу, который вынес приговор в его пользу. Более того, на этот раз обманутый муж получил право выдать замуж свою побочную дочь и получить скот, который подарит жених! Это было то, чего он и добивался!
Как смаковали в народе живописные подробности этой истории, терпение противников, их хитрость и упорство!
Суд под председательством короля является высшей инстанцией. Кражи, клевета, прелюбодеяния, ссоры из-за земельных участков просто подлежат штрафу, который целиком присуждается в пользу потерпевшей стороны. Если пролилась кровь, король, олицетворяя нацию, принимает возмещение убытков. Убийства и акты колдовства влекут за собой смертную казнь, подлежащую исполнению немедленно.
Но все больше и больше европейское законодательство противостоит традиционному и порой оказывает на него свое влияние. Произошло некоторое разделение дел между одним и другим. Но не без тайной мысли свази отказываются a priori признавать случаи нарушений в уплате налога и споров между туземными слугами и белыми чиновниками. Англичане вынуждены устраивать процессы по делам, касающимся этих последствий оккупации.
Уточним, что никогда не было процессов по делам о рабстве, потому что рабства давно не существует. Оно было уничтожено в стране задолго до прибытия белых.
И закончим, как начали, забавной историей об одной увертке в кодексе законов.
Около 1935 года королевский декрет мобилизовал всех холостяков на военную службу. Те проворно женились или сделали матерями своих подружек, думая таким образом избежать набора. На них посыпались штрафы. Однако среди них были христиане, которые попросили поддержки реформатских миссий. И им удалось создать оппозицию. Они осмелились назвать декрет вмешательством властей в их личную жизнь!
Переносные хижины
и большая хижина королевы-матери
Окруженная изгородью конюшня под открытым небом занимает центр обитаемой площади. И насколько возможно вход в нее ведет со стороны восходящего солнца – с востока.
Хранилища с зерном находятся внутри скотного двора, под рукой у главы семьи, чтобы он мог в случае необходимости снабдить провизией своих супруг.
Хижины свази выпуклые, без окон, с одной-единственной низкой дверью вровень с почвой; они построены из тонких изогнутых ветвей. Хижины очень легки и удобны для транспортировки на руках в случае изменения места жительства их хозяев. Тогда кажется, что хижины передвигаются на нескольких парах ног, движущихся под ними, словно лапки жука. Похоже, что хижины «гуляют»…
Такое переселение происходит обычно после смерти главы семьи. Вслед за погребением отца на пороге крааля выбирают поблизости повое место жительства, а старое засевают сельскохозяйственными культурами.
Большая хижина бабушки («индлункулу») или хижина ее заместительницы, если бабушка покинула уже этот мир, окружена плетнем. Посвященные предкам шкуры животных украшают интерьер хижины. Это почетное место, где живет отец, где он принимает родственников, угощает их пивом. Здесь благоговейно хранят предметы, обладающие ценными свойствами. К этим реликвиям не могут приближаться лица в состоянии «нечистости»: носящие траур, беременные женщины или взрослые, только что имевшие половые сношения.
Жены обычного ранга должны обходить большую хижину, но их дети и дети их невесток, облагороженные кровью отца или его братьев, свободно входят туда и даже проводят там ночь. В самом деле, самые маленькие спят у бабки. Девочки-подростки спят с матерями, а мальчики – в шалашах, которые они строят сами, следуя своему вдохновению (я видел подобный же обычай в племенах мамбукушей в Калахари).
Женщины после испытательного срока у свекрови получают свои личные хижины. Тростниковые ширмы охраняют их от нескромных взглядов. Женщины живут недалеко одна от другой со своими малышами. Их господин и хозяин приглашает жен по очереди в специально для него выделенную на женской территории хижину, чтобы исполнить свой супружеский долг.
В столице другие масштабы. Великолепная большая хижина – резиденция королевы-матери – постоянно поддерживается в порядке. Огромный купол хижины опирается на ритуально обработанные деревянные столбы. В стенах у входа сделаны дыры, через которые во время торжеств король прежде раздавал почетные плевки. В этой хижине король при поддержке матери просит у предков благополучия своих подданных, здесь же они совершают обряд призывания дождя. Династические реликвии тщательно убраны в футляры из плетеной тесьмы.
Супруги монарха живут группами во многих районах Свазиленда. И принцы в определенной мере подражают этой привычке: Ндебанкулу, например, разместил своих супруг – а их было только десять – в трех различных местах. Число жен Собхузы II вынудило его смотреть дальше. В 1935 году было сорок королев, а в 1961 их стало на восемь больше. Конечно, у короля свои удовольствия в любви, потому что он волен остановить свой выбор на любой молодой девушке при условии, что она не просватана. Если девушки хотят уклониться, то почему они не прибегают к той же хитрости, что холостяки-белобилетники при наборе 1935 года?
