Текст книги "Красавица и свекровище (СИ)"

Автор книги: Евгения Серпента

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 18 страниц)

Глава 12

Людмила

День обещал быть прекрасным. Солнце, улетный секс и манго на завтрак – хороший задел. Но Ник умудрился все испортить.

Накануне мы ездили в Натон, гуляли по городу, и я обратила внимание на экскурсионного зазывалу. Он приглашал в какой-то сафари-парк, где можно покататься на слоне. Сразу как-то не зацепило, а сегодня вдруг присрался мне этот слон. Вот хочу и все! Но Ник заявил свое категорическое фэ. Типа, ты беременная, тебе нельзя. Тряска, можно упасть и все дела. Никаких слонов. Если так хочется, поедем, но только посмотреть.

А то ж я слонов в зоопарке не видела! Блин, да мне, походу, ничего нельзя. Как будто от секса тряски меньше.

В общем, разозлилась страшно. Сижу в шезлонге под зонтом, тяну из банки холодную кокосовую воду. Спасибо хоть ее можно, интернетик разрешил. Ник с надувной лодки сосредоточенно удит рыбу.

Если думает, что я буду ее готовить, то крепко ошибается. Из меня и так-то повар хреновый, никто особо не учил. А уж рыбу чистить и потрошить – да лучше застрелиться. И вообще я ее не люблю, она воняет. Так что если хочет – пусть сам с ней и трахается.

Рядом на столике пищит смартфон. Не глядя протягиваю руку и, уже взяв, соображаю, что это не мой, а Ника. Успеваю прочитать кусок пуша на экране: «Отец. Никита, у бабушки сегодня день рождения. Ей будет…»

Наверно, ей будет приятно, если ее поздравят. Или он так думает, что будет. Но поздравить рил стоит. Я всерьез собираюсь взять ее в союзницы, надо же с чего-то начинать.

Ник вытаскивает здоровенную рыбину и едва не пляшет с ней в лодке. Детсад, ясельная группа. Ну поцелуй ее еще!

– Люсь, смотри!

– Ты будешь ее готовить? – интересуюсь, открутив сарказм на максималку.

– Я?!

Он пырится на меня очумело, выпятив губу. Вообще-то, готовит Ник лучше меня, но все равно не шеф-повар. Видимо, рыба ему не по зубам.

– Я тоже не буду. Говорят, можно обмазать глиной и запечь в углях.

– Здесь нельзя жечь костры, – возражает он. – Штраф двадцать тысяч батов. Сорок кило в рублях, даже больше.

– Тогда делай с ней что хочешь.

Ник подгребает к пирсу и просит подать ему телефон. Фотографирует добычу со всех сторон, вздыхает так, словно это золотая рыбка, и отпускает. Наверняка запостит во все соцсети. Я наблюдаю за этим как за бесплатным цирком.

– Черт…

– Что? – вяло пугаюсь я. На всякий случай.

– Отец написал. У бабушки сегодня днюха. Намекает, что не мешало бы поздравить.

– Ну и что? Поздравь. – Аккуратно подбираюсь на бархатных лапках. – В чем проблема? Тебе несложно, ей приятно. Как моя мазер говорит, ласковое теля двух маток сосет.

– Да не умею я все это. Поздравляю, желаю… Тем более фактически постороннему человеку.

– Давай сюда. – Цокаю языком, притворно вздыхаю и протягиваю руку за телефоном. Как будто делаю великое одолжение. – Хотя нет, не надо. Лучше я со своего. Диктуй номер. Она ведь Валентиновна, да?

Ник послушно диктует, я забиваю в контакты, быстро нахожу какую-то няшную открытульку. Набираю в вотсапе сладенький текст, отправляю.

– Вот и все. Делов-то.

– Ты это серьезно? – спрашивает, заглянув через плечо и прочитав мое сообщение. – Что надеемся исправить? В гости набиваешься?

– Не я, а мы. Людмила и Никита.

Он смотрит на меня как на опасную сумасшедшую, забирается обратно в лодку, отгребает подальше – как будто спасается бегством.

Беги, кролик, беги!

Интересно, откуда это прилетело в голову? Фильм? Или песня? А, неважно. Если хранить всю ненужную информацию, мозг просто треснет. Поэтому большую часть всего потока я пропускаю мимо ушей и глаз. Есть же люди, которые гребут под себя все – вещи, знания. Вдруг пригодится.

Я покупаю шмотки, надеваю пару раз и толкаю однокурснице Аське. Она что-то оставляет себе, что-то перепродает, мне уже нет дела. Так же и с информацией. Посмотрела кино, прочитала что-то и тут же забыла. К чему держать в голове лишнее?

Ник смеется, говорит, что у меня память как у рыбки, а я просто не храню шлак. Все в порядке у меня с памятью. На то, что нужно, она очень даже хорошая. Как у слона. Не дай бог кому-то меня обидеть. Никогда не забуду и не прощу.

Отплыв подальше, Ник прыгает с лодки в воду, плавает, ныряет, отфыркивается, как морж. Наблюдаю за ним, а сама думаю, какой у нас получится ребенок. Хорошо бы девочка. Вырастет подружка, хоть поговорить с ней можно будет. Мы с мамой, правда, не особо дружим, но я постараюсь не быть такой занудой. Лучше такой мамой, какую в детстве хотела себе.

Хотя, если честно, я вообще не представляю, как со всем этим справлюсь. Чувствую себя совершенно беспомощной. Мама обещала поддержать, но, боюсь, вся поддержка сведется к нравоучениям. Ник? Какой он отец, если сам без отца вырос.

Ладно, интернетик есть, не пропадем. Только не форумы мамские, там конченые куры-дуры сидят, которым гормоны мозг выжрали. Буду видюхи всякие смотреть. Типа инструкций. А если пойму, что не вывожу, ну тогда придется бабушек звать. Иначе для чего они нужны? У меня-то их фактически не было. Одна работала, другая еще до моего рождения умерла.

Хотя мамашу Ника я точно на помощь звать не буду. Да и вряд ли она захочет. А то еще возьмет и сама родит, как замуж выйдет.. У престарелых теток сейчас прямо тренд какой-то рёхнутый – рожать после сорока. Плодят даунов всяких. Одна такая у нас в доме живет. Думала, с внуком гуляет, оказалось, с сыном. Без слез не глянешь. Три года – еле ходит и не говорит. А потом они помрут, а с этим овощем кому-то возиться.

Если у меня вдруг такой родится, не знаю, что делать буду. Господи, только не это!

Глава 13

Ирина

– Ирка, давай зарулим куда-нибудь поесть? – предложил Змей. – А то у меня это овсяное печенье поперек глотки встало. Мамочка его покупает для своей подружки Инги. Та беззубая, а печенье дубовое. Размачивает в чае. Одной штуки на пару кружек хватает. Прикинь, какая экономия?

– А зачем ел тогда? – хмыкнула я. – Если такое ужасное?

– Потому что «Родные просторы» еще хуже. – Он скорчил страшную рожу. – Пластилин в опилках. Наверняка Ингин подарок на днюху, сама она такое точно не купила бы.

– Давай. Неохота готовить. Завод кончился.

– Почему я не удивлен?

Змей кивнул понимающе и спросил Алису в навигаторе про общепит в радиусе километра. Та предложила несколько точек, из которых мы выбрали тратторию в «Петръ Отель». С трудом приткнули машину на платную стоянку, но были вознаграждены свободным столиком. Я заказала ризотто с грибами, Змей – каре ягненка.

– А можно тебе задать один нескромный вопрос, Ир? – спросил он с опасным прищуром, когда официант поставил перед нами тарелки и пожелал приятного аппетита.

– Нескромные вопросы надо было задавать до того, как сделал предложение. – Я слизнула кристаллик соли с ржаной булочки. – Мало ли что. Ну ладно, валяй.

– Скажи, а почему ты тогда меня отфутболила? В Сочи? – Я открыла было рот, но Змей остановил, приподняв ладонь. – Только не надо снова, что случайно ошиблась. Можно ошибиться, набирая свой номер на клаве или в телефоне. Но не когда пишешь на бумажке.

Я даже не очень удивилась. Так уже бывало не раз: стоило мне о чем-то подумать, и Змей заговаривал об этом. А я как раз на днях вспоминала наши три дня в Сочи. Как все было.

– Дим, тебе правда это надо знать? Через двадцать с лишним лет?

– Не то чтобы прямо умру, если не узнаю, но… хотелось бы. Для полноты картины. Что я тогда сделал не так. Ведь все могло иначе сложиться.

– Могло. – Я пожала плечами. – Но не сложилось. Что толку пережевывать?

– И все-таки?

Он мог быть очень упертым, я это уже поняла. Удивительно, сколько общего обнаружилось у них с Китом. Понятно, что отец и сын, но ведь Змей его не воспитывал. Видимо, что-то передалось на более тонком уровне.

– Хорошо. – Я зачерпнула из своего тазика ложку риса с горкой и отправила в рот. Прожевала тщательно, запила гранатовым вином. – Во-первых, я тогда была не одна, и меня грызла совесть. Во-вторых, я твердо верила, что курортные романы должны начинаться и заканчиваться в одном месте – на курорте. Ну а в-третьих…

Тут я заколебалась, говорить или нет. Хватило бы и этих двух причин. Хотя третья была главной.

– И? – не дал соскочить Змей.

– В-третьих, Дим, ты мне показался слишком…

Тут я снова запнулась. Потому что показался он мне тогда ебанутым во всю голову. Именно так.

– Ну, продолжай, – усмехнулся он. – Каким? Слишком борзым?

– Да, пожалуй. – Я с готовностью подхватила предложенный вариант. Потому что слишком борзым он мне тоже показался. – Ты так себя вел, как будто… Не знаю, как провинциальный король школы. Как будто тебе не двадцать три было, а шестнадцать. И ты умыкнул папашину банковскую карту и ключи от тачки.

– А я-то хотел произвести на тебя впечатления. Как пацан. Лез из кожи вон.

– Ну да, – вздохнула я. – Произвел. Но не совсем такое, на которое рассчитывал. Или совсем не такое.

Димка заявился к нам в номер, когда я еще спала, а Вика собиралась на пляж. Она попыталась его не пустить и сказала, что будить меня не станет. Но тот просто отодвинул ее в сторонку, вошел и бесцеремонно потряс меня за плечо.

– Ты кое-что забыла, – заявил он.

Спросонья я не сразу сообразила, кто это такой и что я могла забыть. Потом поняла, и стало жарко. И неловко – когда вспомнила обо всем, что случилось вчера вечером. И ночью. Хмель выветрился. Да, было круто. Но – в моем тогдашнем понимании – я вела себя как шлюха.

– Плед, – подсказал он. – Который спасатель дал.

– А ты не мог бы его отдать? – попросила я. – Спасателю?

– С хрена ли? Тебе дали, ты и отдавай. А ты что, спать собираешься? – возмутился Димка и попытался стащить с меня одеяло.

– Я вам не мешаю? – с сарказмом поинтересовалась Вика.

– Есть маленько, – на самых серьезных щах кивнул он.

Та не нашлась что ответить, взяла сумку и вышла. Димка сел на кровать и запустил лапы под одеяло.

– Слушай… – беспомощно пробормотала я.

Живот налился горячей тяжестью, между ногами запульсировало. Да, я его хотела – и страшно злилась на себя за это.

– Ну так что? – Пальцы резко развели мои ноги. – Ух ты, какая мокрая! Будем трахаться? Или пойдем куда-нибудь?

Пока я обалдело шлепала губами, как выброшенная на песок рыба, он подошел к двери и повернул «собачку» замка. Быстро разделся, натянул резинку, которую достал из кармана, и тут-то я с ужасом поняла, о чем действительно забыла вчера.

Вот об этом самом!

Где-то с полминуты я пыталась вспомнить, когда были последние месячные, но эти мысли буквально вымело из головы потоком совсем других ощущений. Успокоив себя, что было безопасно… кажется, я нырнула в них, как в водоворот.

Потом мы пошли в ресторан – завтракать. Администраторша уже сменилась, другая без вопросов выдала мне дубликат ключа, записав его стоимость в счет оплаты.

– Чем ты занимаешься? – спросил Димка, когда нам принесли блинчики с айвовым джемом и кофе.

– Учусь. В универе. На рекламщика, – ответила я, ковыряя блин. – А ты?

– В Макаровке [6]6
  Государственный университет морского и речного флота имени адмирала С. О. Макарова (ранее Государственная морская академия имени адмирала С. О. Макарова)


[Закрыть] .

– Ого! – присвистнула я. – Мореман?

– Речник. Сначала Речку окончил, потом уже туда поступил.

– Речка? Это техникум, что ли?

– Училище. – Он чуть поморщился. – Речное.

– А чего не морское?

– Потому что. Ты когда уезжаешь?

– В понедельник.

– Нормально, три дня еще, – кивнул Димка. – Чего делать будем? На пляж? Или поедем куда-нибудь? В Дагомыс? Или на Красную поляну?

– Не знаю.

На пляж мне что-то не хотелось. Ехать куда-то – тоже. Я вообще была в полном раздрае. От его пристальных взглядов становилось не по себе. С одной стороны, пекло в животе, с другой, сильно раздражало.

Да ты что вообще о себе возомнил, Дима? Еще один секс-гигант на мою… э-э-э… голову?

Хотелось послать его куда подальше. И не хотелось.

Похоже, всю соображалку он вытряхнул – вытрахнул? – из меня через уши.

В итоге мы все равно поехали на Красную поляну. На такси. Денег у него явно было немерено, и он швырял их направо и налево. И это тоже раздражало. Навидалась я таких мажоров, сорящих папиным баблом. Даже спрашивать не стала, а кто у нас папа. И про своего ничего не сказала.

В общем, это были три дня дорогостоящих развлечений и премиального секса. После чего я на вокзале записала ему неправильный номер своего сотового – тогда говорили именно так. И попрощалась, как мне думалось, навсегда.

– Идиотка! – сказала Вика. – Такого парня отшить.

– Оборони создатель, – отмахнулась я. – Одни понты и папашины деньги. Больше ничего.

Глава 14

Ксения Валентиновна

Я все-таки не думала, что они побегут в загс сразу. Ну решили – и что? Тем более только что сыну свадьбу отгрохали. Хоть Дима и говорил, что большую часть оплатили родители невесты, но и он неплохо вложился. Интересно, насколько поучаствовала в этом мамаша, тоже ведь дама небедная. Пробовала спросить деликатно, но Димка сделал вид, что не услышал. Было у него такое – не отвечать на неудобные вопросы, словно пропуская их мимо ушей.

Да, так вот я втайне надеялась, что намерение это полежит, полежит, а там и рассосется само собой. Он передумает. Или она. Или оба.

Ну правда, смешно же. Переспали когда-то на курорте, не позаботившись о предохранении, а через двадцать лет решили вдруг пожениться. Зачем? Сын уже взрослый, сам скоро папашей станет. Любовь, которая столько лет тлела и теперь вспыхнула? Ну слишком такое… из сериалов.

Вообще было в этом что-то даже не фатальное, а, скорее, ироничное. Инга сказала бы, что это родовое проклятье. Мы с Толиком поженились, когда я была на третьем месяце, Димка ребенка заделал и даже не знал о нем двадцать лет. Теперь вот уже и внук по залету женился. И вроде как все грамотные, знают, откуда дети берутся, но вот поди ж ты!

Надеялась – и пролетела. Позвонил Дима и обрадовал: заявление подали, свадьбы как таковой не будет. Распишутся, а на следующий день ресторан для своих.

– Хорошо, – сказала я, чувствуя, как давит в груди и сжимает затылок.

Вот так и умирают люди от инфарктов или инсультов.

– Признайся, Ксю, ты просто не хочешь отдавать ей сыночку, – подкусила Инга, складывая тонометр. – Немного повышенное, но не критично. Ну а свадьба – подумаешь! Погуляли же у Никиты.

– Не хочу, – пожала плечами я. – Одной курве уже отдала, а эта, боюсь, еще похлеще. Ты бы на нее посмотрела!

– Ты мне фотки показывала. Вроде, на вид вполне приличная женщина.

Я глянула на нее с подозрением.

– Ин, ты меня позлить хочешь? Специально?

– С ума сошла?!

У нее были очки с большим плюсом, глаза и так-то казались вытаращенными, а тут и подавно – как в мультфильме.

– Не обижайся, Ксюш, но ты слишком драматизируешь. – Она примиряюще погладила меня по руке. – Никто не предлагает тебе ее любить. Просто держи нейтралитет. А будешь с ней ругаться, так и Димку от себя оттолкнешь.

Вот что бы она понимала, курица! Замужем не была, детей нет. Откуда ей знать, каково это – когда растишь ребенка, всю себя ему отдаешь, а он раз – и уходит. И какая-то посторонняя девка становится важнее всего на свете. А ты остаешься где-то на заднем плане пыль глотать. Из-под ее копыт.

Когда Дима женился в первый раз, я попыталась с этим чувством справиться. Уговорила себя, что Светочка хорошая девочка, мы с ней будем дружить, ничего не изменится.

Ага, как же!

Она только притворялась милой и сладкой. А Димка, дурачок, потерял голову и забыл, что у него есть мать. Тогда я звонила ему чаще, чем он мне. А то еще и дозвониться не могла.

Ксю, отстань от парня, говорил Толик, у него теперь своя семья, не лезь к ним.

Ну да, все вы такие – давалка с дыркой важнее той, которая родила, выкормила, вырастила. Кобели, одним словом.

Потом Дима сам понял, что мамочка была права, что женушка его оторви да брось, но так вслух этого и не признал. Хотя я видела, как тяжело он пережил развод. И вовсе не хотела для него повторения.

Ну да, у мужика должна быть интимная жизнь, это нормально. Ненормально, когда ее нет. Но жениться-то зачем?

– Инга, ты свекровью не была и не знаешь, что это такое, – сказала я сухо. – Так что не надо тут.

– Не была, – согласилась она. – Но у тебя ведь тоже была свекровь когда-то. Разве нет? Знаешь, каково быть невесткой.

– У меня-то? – хмыкнула я. – Свекровь?

Со свекровью мне повезло – ее просто не было. То есть была, конечно, но жила на другом конце света, в Канаде, со вторым мужем. За всю жизнь я видела ее один раз, на нашей свадьбе. Так что ничего такого представить я себе не могла.

И слава богу!

– Инга, давай закончим, – попросила я. – Не хватало только из-за этого поругаться.

Мы с ней ссорились, конечно, но так… не всерьез. Потому что были нужны друг другу. У нее вообще никого, кроме меня, не было, а я уже лет двадцать дружила только с ней одной. С тех пор, как по примеру бессмертной Людмилы Прокофьевны [7]7
  имеется в виду героиня фильма Э. Рязанова «Служебный роман»


[Закрыть] , ликвидировала всех подруг.

Я не любила вспоминать то время. Очень уж тяжело оно далось. Измена Толика с Дианой – моей лучшей на тот момент подругой. Он и до этого тихонько погуливал, но я никак не могла поймать его на горячем. А тогда… все вышло так, что сомнений не осталось. Ни малейших. Дима в то время уже жил отдельно. Я подала заявление на развод, собрала вещи и уехала на дачу.

Толик долго умолял простить, вернуться. Уверял, что любит одну меня. Разумеется, бес попутал, Дианка соблазнила, не устоял. Я понимала, что врет, но… все-таки вернулась. И простила – хотя и не до конца. Но уже больше не доверяла.

Конечно, материальное было решающим фактором. Я привыкла к безбедной жизни. Привыкла, что не надо думать о деньгах, о работе. Ясное дело, при разводе голой-босой не осталась бы, но все равно это уже был бы не тот уровень.

Срочно искать другого мужа? А где гарантия, что другой будет лучше? Этот хоть привычное зло.

Так мы прожили еще десять лет. За фасадом идеальной семьи, любящих супругов. У нас по-прежнему был широкий круг общения, активная светская жизнь, но теперь я уже никого не подпускала к себе близко. А когда Толика не стало, постепенно отошла от всего этого. Предпочитала общество Инги и Димы. Если и выходила куда-то в люди, то обычно с ним.

Но теперь и об этом тоже можно было забыть.

Глава 15

Ирина

– Змей, только умоляю, никакой свадьбы, – попросила я, разглядывая запоздалое колечко на пальце.

Сначала он сделал мне предложение, потом мы подали заявление, а потом уже подъехало кольцо. У нас же все не как у людей. Не в той последовательности.

Колечко было красивое. Обманчиво скромное – если не знать, сколько стоит. Я знала. Одно время за мной ухаживал ювелир Станúслав. Именно так, с ударением на «и», потому что пóляк. Нет, он не заваливал меня драгоценностями и вообще был на редкость прижимист, но кое-какие познания я за те несколько месяцев получить успела.

Не серебро и даже не белое золото. Платина. С сапфиром. От привычки сорить деньгами Змей за эти годы так и не избавился. Правда, теперь они были не папиными – своими. Бизнес его цвел пышным цветом. Я бы удивилась, если бы нет.

– Совсем-совсем никакой? – уточнил он, и я захлопала глазами, потому что уже успела забыть, о чем говорила. – Свадьбы? Совсем никакой?

– Ну уж точно не такой. Ты знаешь, о чем я.

– Догадываюсь, – хмыкнул Змей. – Не бойся, такой точно не будет. Предлагаю компромисс. В субботу ресторан для самых близких, а в пятницу – только мы с тобой. И больше никого. Но…

– Мне уже страшно!

– Но будет сюрприз. Мой.

– Димка, блин! – я бросила в него подушкой, промахнулась и сшибла со стола вазу. К счастью, пустую и небьющуюся. – Давай без сюрпризов! Умирать буду, а цыганей, медведя и обезьяну не забуду.

– Ну надо же, какая ты злопамятная. – Он поднял вазу и поставил на место. – Цыган помню, медведя помню, обезьяну нет.

– Да там же, в Дагомысе. Ты взял ее на час в аренду у фотографа и уговаривал меня с ней сфоткаться. И эта сволочь меня чуть не укусила. Ненавижу обезьян!

– Серьезно? – расхохотался он, и я не удержалась тоже. – Хоть убей, не помню. Но ладно, если ты говоришь, что было, значит, было. Не бойся, Ир, все будет… без обезьян. Хорошо будет. Красиво.

– Змей, вот правда, без шуток. Хорошо, пусть будет сюрприз и красиво. Но я тебя умоляю – чтобы мне не пришлось краснеть. Как тогда.

Это позорище я и правда помнила до сих пор. Ему нравилось эпатировать публику, что двадцать лет назад, что сейчас. А вот мне хотелось провалиться сквозь землю. Когда Димка плясал с медведем то ли гопак, то ли трепак, над ним ржали даже ко всему привычные цыгане. А я умирала от стыда и отбивалась от обезьяны. Вот тогда-то и сказала себе: нет уж, нам такого счастья не надь. И даром не надь, и с деньгами не надь тоже [8]8
  Известная фраза из мультфильма Л. Носырева «Волшебное кольцо»


[Закрыть] .

И как же вышло-то, что вдруг стало все-таки надь?

Да вот как-то так. Оказалось, что все это пена. Настоящий Димка под ней. Может, он и тогда таким был, но я не дала себе шанса узнать. Нам обоим.

И вспомнилась наша вторая встреча. Случайная – если, конечно, случайности случайны, в чем я крепко сомневалась. Особенно если учесть, что произошло это в день святого Валентина, к которому я всегда относилась с известным скепсисом. Трудно относиться всерьез, не шкурно к дате, которая делает тебе изрядную долю месячной кассы. Тем более если ее не с кем праздновать.

Я не назвала бы свою личную жизнь бурной. Или хотя бы активной. Она просто была… временами. Кит работал как естественный модератор. Ни один из тех мужчин, с кем я встречалась, не годился на роль отчима. Кто-то сам не рвался, кого-то не считала подходящим я.

Только однажды случился по-настоящему серьезный роман. С серьезными намерениями. Киту тогда было лет тринадцать. Я познакомила его с Вадимом, и они вполне нашли общий язык. Только обрадовалась я рано. Добрые люди – как же без них! – доложили, что Вадим бросил жену с двумя маленькими детьми и не платит алименты. Когда я осторожно попыталась прояснить ситуацию, на бывшую был вылит ушат такого густого и пахучего дерьма, что всю мою любовь как отрезало.

В общем, на тот исторический момент я была категорически одна. Сидела у себя в кабинете и просматривала январские отчеты.

– Ирина Григорьевна, к вам Смеян, – щебетнул селектор голосом Алены. – Ну, кораблики. «Нева-тур».

– О боже, – тихонько простонала я. И добавила громче: – Пропусти.

«Кораблики» были нашим давним клиентом. И таким же хроническим гемором.

Экскурсии и прогулки по рекам и каналам – солидный кус питерского туристического пирога. Вся акватория поделена на сферы влияния, похлеще мафиозных. Самонадеянные новички, взявшие в аренду катерок и получившие лицензию, даже не подозревают, во что влезают. Выжить удается единицам.

«Нева-тур» пожирала мелкую рыбешку, как самая настоящая акула. У них был немалый собственный флот и еще больше аренды. А еще они вечно были недовольны нашими рекламными кампаниями, однако в другое агентство почему-то не уходили. Их рекламщики каждый сезон доводили до истерик наших креативщиков, заставляя переделывать проекты по двадцать раз, а потом требовали скидку.

Осенью мое терпение лопнуло, и я написала их генеральному, по совместительству владельцу, что на новый сезон мы продлять договор с ними не будем. Клиент, конечно, жирный, но очень уж проблемный, мы вполне могли позволить себе с такими не работать. И вот теперь, когда надо было готовиться к открытию навигации, он заявился лично.

Ну правильно, с новым агентством все надо начинать сначала, и не факт, что получится. Лучше пойти на компромисс и договориться. А может, другие из топа их уже успели послать.

Чтобы найти в базе его данные, хватило нескольких секунд, пока открывалась дверь.

– Добрый день, Дмитрий Ана… тольевич, – запнулась я, посмотрев него.

Да ну, не может быть. Так не бывает. Просто похож – учитывая двадцатилетнюю разницу в возрасте.

– Ирина?!

Отвисшая челюсть и вытаращенные глаза красноречиво утверждали обратное. Что может. И даже бывает.