Текст книги "Жертва ума (СИ)"

Автор книги: Евгений Кострица

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 14 страниц)

  "Что угодно" на этот раз оказалось ладной и на вид несколько нагловатой красавицей с волосами медно-медового цвета, забранными в хвост. Ее одежда была украшена атрибутикой, обычной для людей, желающих четко обозначить всю степень своей духовной продвинутости и дать ясно понять окружающим о том, кто они такие и каким непростым делом тут занимаются.

  Круглое зеркальце и четки на шее, разноцветные шнурки на запястьях, какие-то непонятные буквы и эмблемы, но каким-то чудом, все это было оформлено с хорошим вкусом, что вероятно заняло немало времени и сил. Судя по всему, здесь очень терпимо относились к дресс-коду, хотя стандартный серебряный значок лотоса все же присутствовал.

  Хану, виновато вздохнув, отметил для себя немалое количество яда, которым было нашпиговано его первое впечатление. Девушка же возможно решила, что этот вздох говорил о несовпадении явленного и ожидаемого. Она не была до конца в этом уверена, но на всякий случай эффектно нахмурилась и спрятав до лучших времен, заранее уже было приготовленную версию улыбки – 'очаровывающую и подавляющую остатки всякого сопротивления', просто произнесла:

  – Доброе утро, мистер Хану, меня зовут Инна. Завтрак ждет вас в комнате справа, а ко мне вы можете обратиться с вопросами в комнате слева.

  Поочередно взмахнув ручками в направлении дверей с жестами, которыми стюардессы обычно показывают аварийные выходы и надувные трапы, она изящно повернулась на носочках в направлении ее комнаты, дав возможность оценить стройность и всю красоту ее изящной, но видимо сильной фигурки.

  Впрочем, Хану было уже не до этого. Он вдруг понял, что еще ничего не ел в этом мире и, к тому же, не помнил, ел ли вообще в мире прошлом. У него ранее, почему-то не возникло вопроса, едят ли они тут вообще. Но теперь, его не слишком заботили даже мысли о том, что именно они тут едят.

  Старательно излучаемые девушкой в его направлении ферромоны, были безжалостно истреблены и разорваны в клочья, буквально взвизгнувшими от голода, мгновенно проснувшимися и оголенными пищевыми рецепторами. Не уделив и положенной секунды внимания, он мгновенно развернулся и чувствуя спиной сверление уничтожающего и разочарованного взгляда Инны, без малейшего стеснения помчался в указанную ему комнату.

  Завтрак был, как это почему-то обычно стыдливо описывается в рекламных описаниях дешевых семейных отелей – "континентальным". То есть, никаким по сути, ассортименту, весу и содержанию. Хану остался полуголодным и потому достаточно злым, а его ум сохранил ясную прозрачность, которую он сейчас с удовольствием бы заменил, на простое и тупое переживание сытости. Требовалось сделать паузу и подождать, пока не догонит хоть какое-то подобие чувства насыщения. Может вчера, как раз и был в голодный обморок?

  В комнате слева, тактично, но отчетливо и настойчиво прокашлялись. Видимо, давали понять, что его время уже было расписано, а возможно, девушка уже не видела в нем перспективы и хотела побыстрее сплавить его по инстанциям далее, после чего спокойно продолжить заниматься своей духовностью.

  Пришлось поднять и вытолкать недовольное и слегка раздраженное псевдо-завтраком тело в соседнюю комнату, где его уже ждала, наверняка сытая Инна, которая за это время уже справилась с временным, как она надеялась, отсутствием к ней интереса. Начистила перышки и уверенно излучала в пространство нежные и ласкающие лучи добра и света. Кипа книг, свитков и справочников на ее столе выглядела угрожающе и не обещала для Хану легкой жизни, по крайней мере, на первую половину этого дня.

  – Итак, садитесь пожалуйста. Нам необходимо сейчас провести первичное тестирование, чтобы определить... – бодро начала она, подвинув поближе к себе какие-то бумаги, а к нему стул.

  Хану болезненно поморщился и сел. Все шло по самому нежеланному для него сценарию. Что-то подозрительно похожее на гороскоп, составляемый на жутком чиновничьем сленге верхушкой местечкового ЖЭКа и явно не по положению планет. Далось им это "тестирование". Под прессом этих бестолковых процедур, его мозг высохнет до объема грецкого ореха и при каждом движении, будет больно биться о стенки уже слишком большой для него, черепной коробки. Или нет, скорее он изящно растает грустным укором, словно прыгнувшая через костер Снегурочка, следуя нелепым административным инструкциям.

  Яркие образы мягко и незаметно перетекали друг в друга. Увлеченный ум смог вернуть себе способность к восприятию речи лишь через несколько минут беспрерывного выступления разошедшейся не на шутку Инны. Разрумяненная в приступе красноречия девушка, тем временем беззвучно шевелила губами, следуя ритму покачивающего головой, в такт ее речи, Хану.

  "Пока космические корабли бороздят просторы Большого Театра..." – всплывший откуда-то из недр памяти образ, занял ум еще на пару минут. Следовало бы поберечь силы девушки и попытаться вернуть ее к простой и понятной человеческой речи.

  – Инна, извините, но нельзя ли как-то кратко и менее формально вернуться к сути? – прервал он ее.

  Лучи добра и света испускаемые ей во все стороны света и до этого только мягко и одобрительно щекотавшие Хану, теперь обжигающе ввинтились в его наглые и бесстыжие глаза, посмевшие столь бесцеремонно прервать ритуал "первичного тестирования". Девушка замолчала и сделала паузу, явно считая про себя до пяти, чтобы вспышкой разрушительного гнева, не спалить вокруг дотла и нежные ростки своей духовной практики.

  Ей необходимо было срочно найти ключ и подход к нему, чтобы не спугнуть его окончательно и не запороть работу многих людей, что грозило для нее большими неприятностями. Инна напряженно думала о причинах такой реакции.

   'Для того, чтобы повести себя так, учитывая его обстоятельства, надо быть либо очень тупым, либо очень смелым и совершенно отмороженным авантюристом, а можно объяснить и наличием обычных для них проблемам с памятью, а значит и с нервами. Это могло быть вызвано и неприязнью, чувством опасности или еще чем-то подобным, поднимающимся из глубин его подсознания. Но неприязнью к чему? И опасения чего? Сообщать, что-либо способное повлиять на результаты тестирования, было строжайше запрещено, иначе оно просто теряло бы смысл'.

  Молчание затянулось. Длинная, неловкая пауза. Впрочем, неловкой она была только для Хану. Инна уже явно не напрягалась по поводу производимого ей впечатления. Первоначальная вспышка рабочего энтузиазма угасла, а она пока не представляла себе с чего ей нужно начать, чтобы хоть как-то наладить работу с саботирующим ее клиентом. Она не так давно работала здесь, но все же, уже не была новичком и успела повидать немало необычных 'приходящих' с достаточно оригинальными пожеланиями, однако ей впервые попался такой странный тип, который пропустил все те важные вещи, которые она сейчас ему говорила.

  Размышляя обо всем этом, она рассеяно посмотрела на резной деревянный шкафчик с пыльными книгами. Хану настороженно проследил за ее взглядом. Возможно, в них и скрывалась тайна его появления или наоборот, возникновения этого мира в его собственном уме.

   Он встал, подошел к полкам и потянулся за книгой с самым большим и затертым корешком – 'Страх перед низшими мирами'. Видимо, она была тут достаточно популярна, а в 'низших мирах' было явно не сладко. Хотя, это было, наверное, очень позитивным знаком и признаком того, что этот мир, очевидно, уже считался 'высшим', а где-то рядом должны бы найтись и книги с такими названиями, как 'Радости высших миров'. Хану был бы сейчас совсем не против того, чтобы обстоятельно и не спеша, ознакомиться с полным списком доступных для него здесь удовольствий и опций.

  Он обернулся, и по невозмутимому и бесстрастному лицу девушки стало понятно то, что едва ли она включила себя в такой список, а так же и то, что он не сможет найти его в этом шкафу.

  Хану пока никак не мог ни от кого тут добиться внятного и ясного понимания того, кто он, откуда, зачем, и что вокруг происходит. Играть по незнакомым и тщательным скрываемым от него правилам ему не хотелось. Было ясно, что у него все же есть козырь. Что-то, очень им нужное, раз они до сих пор с ним так носятся. Возможно, стоит подождать и найти то, чем именно он невольно владеет, чтобы потом выяснить и его настоящую цену.

  Он осторожно перебирал корешки других книг на полке – 'Медитация на непостоянство', 'Пустота и сострадание', 'Путешествие в бардо смерти'. Вся эта тематика была, вроде бы ему знакома и даже близка. Хану хорошо понимал, о чем там может идти речь, а это значит, что такой необычный выбор книг не мог быть случайным совпадением и как-то связан с его прошлым. Хотя, судя по названию городка, это могло быть тут и вполне обычным делом. Странно было бы встретить тут книгу 'Сто способов развода на деньги' или 'Древнее искусство отката', но в духовной сфере, пожалуй и этого добра, обычно хватает с избытком. Конечно, идеально найти сейчас что-то вроде 'Тысяча и один ответ для Хану – Как Все Есть На Самом Деле', но едва ли ее положили сюда. Скорее, все это можно найти в голове у задумавшейся Инны...

  Он мрачно посмотрел на ее ухоженную и красивую голову так, как будто примеривался вскрыть ее сейчас консервным ножом и наконец, извлечь все нужные сведения. Видимо, чувство голодного утреннего разочарования выстроило его мысли в кровожадные боевые порядки. Хотя, поев бы плотнее, окружающий мир воспринимался бы им гораздо спокойней, а это проклятое тестирование, пройдя как по маслу, давно бы закончилось.

  Они молчали уже минут десять и, похоже, девушку это совсем не беспокоило. Инна продолжала равнодушно смотреть сквозь Хану на стену невидящим взглядом, что явно являлось продвинутым видом или, скорее, плодом медитации, описанным в книгах все того же шкафчика. Почти физически ощущалась напряженная работа ее нервных сетей и вспышки сгоревших нейронов. Это странное поведение, поневоле наводило на тревожные мысли о ее психическом состоянии. Возможно, это была по-детски демонстративная месть за то время, когда он вел себя с ней точно так же, пока она тут выкладывалась на полную. А может быть, это была особая дисциплина ума, не позволявшая ей отвлекаться от приоритетных задач при остром дефиците времени.

  Хану не решался нарушить молчание, боясь еще более усугубить положение где-то зависшего и блуждающего ума этой девушки. Неизвестно, что она успела за это время придумать и в каких пограничных состояниях сознания, сейчас находилась. Ее возможную реакцию на внешний к ней раздражитель, сейчас просчитать было сложно. А в том, что именно он, в данный момент, для нее и есть отменный 'раздражитель', не было никакого сомнения.

  Сейчас, Инна с забранными в медный хвост волосами, была очень похожа на забаговавшую версию киборга-убийцы из 'Терминатора 3', которая была, как раз, чрезвычайно эффективна в нанесении самых разнообразных увечий и эта, в очередной раз всплывшая из прошлого ассоциация, сейчас испугала его.

  Даже через складки одежды, было отчетливо видно, что девушка могла бы по праву гордиться, как своими плавными формами, подавляющими любой мужской разум и волю в радиусе, равном возможности для их наблюдения, так и упругим и тренированным телом. Проверять на себе ее рефлексы и боевые навыки, ему совсем не хотелось. Двигалась она уверенно и очень красиво, напоминая ему грациозное, гордое и сильное дикое животное. Чувствовалось, что в ее физическую подготовку очень серьезно вложились или возможно, дело было в особой местной диете.

  У Хану было много времени, чтобы по достоинству оценить теперь это, забалтывая ум всякими глупостями: 'А может, ее вообще сразу в пробирке вырастили. Очень удобно. Надо было бы им и себе заказать таких парочку, а то все равно, они тут какой-то пустой дурью маются... '

  По крайней мере, она была с ним одна. Значит, ей доверяли самостоятельно справиться со странными идеями и потенциально возможным появлением проблем у эмоционально неустойчивых и потому, опасных клиентов. Хану не понравилось самодовольно почувствовать себя 'опасным', но вот безопасно и не стесняясь любоваться этой девушкой, пока она все еще бурила в стене дыру своими зелеными глазами, наверняка стоило.

  Наконец, что-то все же у нее в голове перещелкнуло и Инна вернула себе осмысленный облик и взгляд, устремив его на Хану с каким-то изучающим и уверенным превосходством так, что он на миг почувствовал себя взбесившейся лабораторной мышью, что видимо было недалеко от истины.

  Девушка выдавила из себя в пространство улыбку 'сожаления и легкой грусти'. Ей действительно, необходимо было подстраховаться и утвердить новую тактику 'эффективного взаимодействия', которую она так старательно обдумывала все это время. Найти контакт с этим клиентом, оказалось очень непростым делом, а рисковать, проявляя самодеятельность, ей не хотелось. Такое наверху не одобрили бы, даже в случае полного успеха.

  – Мне понадобится некоторое время. Я должна проконсультироваться со своим начальством. А вы можете пока осмотреться здесь. Выход по коридору налево и вниз. Там как раз начинаются лекции для наших учеников и сотрудников. Возможно, вам это будет интересно.

  Последние фразы она сказала очень тихо и вроде бы, с 'ироничной и полной намека улыбкой глупцу', но времени проверить все это, уже не было. Проворно собрав со стола свои бумажки и легко вспорхнув, Инна практически мгновенно исчезла за дверями. Шум быстрых шажков длился всего несколько секунд, хотя в той стороне, никаких дверей Хану не видел. Возможно, она воспользовалась скрытым ходом в стене, но он не удивился бы и ее превращению в жидкий металл, чтобы быстрее стечь этажом ниже. А может быть, она привычно схлопнулась в бабочку или еще какую-нибудь неведомую зверушку. Хотя, лучше, наверное, в бабочку. В красивую, редкую бабочку. Ему почему-то захотелось подумать о ней именно так. Поймав себя на мысли, что уже думает о том, какой чудесной гусеницей тогда девушка бы выглядела ранее, Хану отчетливо понял, что уже давно попался на удочку ее обаяния.

  Мусолить в уме, прочно застрявший там образ Инны и сидеть со всем этим далее, не имело смысла. Судя по ее долгому раздумью и решительному настрою, согласование может занять немало времени. Разумно было бы последовать ее совету и найти вход на нижний этаж.

  Как именно туда попасть? Лестница, портал, лебедка, затяжной прыжок? Кто знает, какой чертовщиной они тут пользуются. Он до сих пор точно не знал уровень местной технологии. По улицам при нем ничего не ездило, дыма заводских труб не было, неоновой рекламы не видно, как и других признаков урбанизации, промышленной революции и активистов антиглобализма и 'Гринпис'. Хотя, и мечей с алебардами тоже замечено не было. Может быть магия. Порталы, заклинания, драконы и принцессы. Принцессы...

  Тут же, в свете софитов, в ум прыгнул прекрасно анимированный образ Инны в очень откровенном эльфийском наряде из популярных компьютерных игр – голые, крепкие и длинные ноги, острые длинные ушки, зеленые светящиеся глаза, глубокое декольте с безупречной грудью, длинные, густые, с медным отливом волосы, развивающиеся в порывах ветра. А еще лучше – в воздушных струях вентилятора в рабочем офисе модного фотографа. Так было бы, гораздо безопаснее...

  Хану вздохнул, осознав, что одна из рабочих версий ее улыбок, нанесла гораздо больше ущерба его здравомыслию, чем предполагалось ранее. Девушка сорвалась слишком рано, не дождавшись пока он дозреет. Будь она сейчас еще на месте, никаких проблем с ее тестами бы не было. Пусть оттестировала бы, как ей только вздумается. Но, думалось так, к сожалению, теперь уже только ему, а Инна умчалась. Догонять же, рискнув повторить ее метаморфозы с жидким металлом или тем более, бабочкой – он не решился. Даже за зеленые глаза и острые ушки.

   6

  Он выдохнул и вышев из комнаты, направился по коридору налево. Там обнаружился незаметный ранее поворот, а в его конце – самый обычный лифт. Эльфийские принцессы в сексуальных нарядах, бабочки, порталы и даже драконы, с грустью разочарованно прощались в уме. Вопрос возможности их мирного сосуществования с уже знакомыми ему технологиями, Хану сейчас для себя раскрывать не стал. Стоило сосредоточиться на выборе одной кнопки из пяти, но никаких обозначений на них почему-то не было. Здание Бюро оказалось неожиданно большим, а нижние этажи располагалась под землей.

  Рассудив, что иногда полезно советы стоит воспринимать буквально, он просто нажал на одну кнопку ниже светящейся. Бесшумное движение, еле заметный толчок остановки, двери открылись и Хану вышел в почти пустой и длинный коридор с множеством дверей по обе его стороны. Это напоминало простой университетский корпус во время занятий. С небрежно расставленными фикусами, опаздывающими учителями и студентами, еле слышными голосами лекторов в аудиториях и усатым вахтером у входа. На стенах были развешаны стенды с текстами, видимо соответствующими тематике факультета. Он остановился и нашел название одного из них – 'Призывание Гуру издалека'. Прочитанный отрывок из него тронул его, буквально до слез:

   Ни один живущий на земле не избежит смерти,

   И даже сейчас они уходят один за другим.

   Скоро мне тоже придется умереть,

   Но я, глупец, думаю что буду жить вечно!

   Гуру, думай обо мне! Скорее посмотри на меня с состраданием!

   Дай мне свое благословение, что бы, не теряя времени, я воплощал свои планы.

   Я буду разлучен со своими любимыми,

   Всеми ценностями, которые я накопил, будут наслаждаться другие.

   Даже тело, которое я так берег, будет оставлено позади.

   И в бардо мое сознание будет бесцельно блуждать в самсаре.

   Гуру, думай обо мне! Скорее посмотри на меня с состраданием!

   Дай мне свое благословение, чтобы я осознал тщетность всей этой жизни.

  Некоторое время Хану находился под впечатлением от прочитанного. Сердце защемило так, будто было потеряно что-то очень близкое и родное. Кроме того, содержание текста было знакомо до такой степени, словно он уже давно знал его наизусть. Воодушевляющие слова, строчка за строчкой, словно выжигали красивый и отливающий благородным золотом, узор татуировки в его неспокойной душе, наполняя ее раскаянием и какой-то решимостью. Решимостью все изменить, исправить и какой-то глубокой тоской по учителю, которого, возможно, у него даже не было. Он постоял около стенда некоторое время, чтобы прийти в себя и собраться с мыслями.

  Возможно, все это и есть бардо послесмертия и его ждет новое перерождение? Или оно уже случилось? Анабиоз? Его заморозили в ледяной капсуле в далеком прошлом и затопили в море, но сейчас ее выбросило на берег, а он растаял и очнулся? Компьютерная игра и он только ее персонаж? Или фильм? И в чем тут интрига, кто главный злодей? А может это он, как раз и есть злодей? Да нет, особых к этому наклонностей, вроде бы нет. Способности, видимо тоже прошли мимо – ни супер-силы, ни адского хохота. Скорее жертва. Жертва злодея.

  До него вдруг внезапно дошло, что он даже не знает, как он выглядит. Хану поднял кисти рук к лицу, несколько раз сжал и разжал пальцы в кулак. Все исправно работало. С осязанием и прочими органами чувств, тоже все было в полном порядке. Вроде бы, достаточно молодая кожа, ладони без мозолей, здоровые ногти аккуратно подстрижены. Он похлопал по своим плечам – ничего не заболело и не отвалилось с болезненным треском.

  Со стороны, все это, наверное, выглядело странно. Хотя, судя по отсутствию реакции невозмутимого усатого вахтера, сидевшему за стойкой метрах в десяти от него, тут все знали друг друга в лицо и потому, едва ли могли удивиться.

  Пообещав себе найти всю книгу целиком, Хану подошел к ближайшей двери и нерешительно открыл ее. В зале сидело пара десятков неожиданно тихих и внимательно слушающих детей, на вид лет восьми-девяти. Судя по всему, это была вводная часть или знакомство с новым курсом.

  Учителем была женщина средних лет в очках, с какой-то печальной и мягкой мудростью в глазах. Кивнув ему и дав понять, что не против его присутствия здесь, она продолжила:

  – Что такое 'духовный поиск'? 'Духовный', 'дух' – обычно означает нечто нематериальное, внутреннее, бесплотное, но возвышенное, являющееся сутью. Ну, а само понятие слова 'поиск' подразумевает то, что мы что-то ищем. Что мы ищем? Очевидно, мы можем искать только то, что сейчас еще не имеем. То, чего нам не хватает. То, что нам требуется. Таким образом, это означает поиск сути, то есть, самого главного, приоритетного. Что же может быть этой сутью, что именно является 'самым главным', что определило бы все остальное? Что есть то, по сравнению с чем, все это 'остальное' является второстепенным?

  Вот, именно этот процесс познания, и называют 'духовным поиском' и здесь оценку нам поставят только результаты нашей собственной жизни. Тут не будет готовых ответов, которые бы нас всех сразу полностью устроили, поскольку таких вариантов за всю историю человечества было предложено очень много и, в силу своих уникальных особенностей, один человек выберет только то, что в данный момент ему кажется правильным и единственно верным. Второй же человек, в силу отличия от первого, столь же уверенно выберет уже другое. Со временем, с учетом накапливаемого опыта и знаний, мнение обоих еще не раз, наверняка изменится, а значит изменится и направление их усилий, то есть, своего рода, дорога по которой они идут в этой жизни. А кто бы из нас хотел идти ошибочном направлении, чтобы потратить зря столько сил, времени и энергии? Вы представляете цену ошибки? И самое главное, еще и не всегда можно вернуться на исходную точку. Многое уже просто нельзя изменить или без потерь поменять на тот вариант, который сейчас нравится больше, – она акцентировала голосом последнюю фразу и посмотрев на Хану, что-то торопливо записала себе.

  – Можно привести аналогию со знакомыми вам ролевыми играми и нашим персонажем, аватаром в ней, с которым мы себя в ней отождествляем. Мы создаем виртуально существующего героя и выпускаем его в незнакомый еще мир с лимитированным набором очков, которые мы можем потратить по своему усмотрению, усиливая одни его способности и тем самым ослабляя другие, чтобы добиться цели, которая выглядит для нас самой ценной и важной в данный момент. Очевидно, что аналогом этих очков для 'раскачки' нашего игрового персонажа в реальной жизни будет являться наше время, силы, энергия. И эти ресурсы точно так же конечны и ограниченны. Но, их нельзя просто сбросить, заново перераспределив как виртуальные очки умений. Если в случае неудачи, в игре можно просто завести нового персонажа, то в реальной жизни мы вынуждены пожинать плоды и результат собственных действий и своего выбора, который не всегда оказывается верным и удачным.

  Посмотрите вокруг, мир переполнен людьми, которые в свое время, видимо, выбрали не лучшее решение. Умирающий наркоман, потеря красоты и здоровья курильщика, практически лишенные разума алкоголики, преступники, да просто несчастливые люди – ведь все они, как и мы сами, хотели для себя только хорошего. Но что-то пошло не так. В силу своих причин и обстоятельств был сделан неверный выбор и они так и не нашли того счастья, к которому каждый из нас стремится.

  Что это такое вообще – 'счастье'? В чем его суть, причины, как его можно достичь и что для этого можно сделать? Может ли оно быть вечным и неизменным и стоит ли оно вообще наших усилий? В этой жизни мы можем научиться самым разным вещам, получить самые разнообразные знания. У нас очень большой выбор. Очень много дорог и направлений. И хорошо бы перед тем, как куда-то идти, как следует разобраться, куда мы хотим идти? Что это за цель, как ее достичь и стоит ли она того? Кто захочет нести с трудом заработанные деньги в банк, который, несмотря на хорошую рекламу, потом разорится? Кто захочет положить жизнь на цель, которая окажется бессмысленной и бестолковой?

  Вот этот поиск приоритетной цели, ее анализ, критерии оценки, средств и путей ее достижения, и называется 'духовным поиском'. Чтобы не ошибиться с целью, нельзя ошибиться и в этом анализе, который должен быть максимально искренним и достоверным.

  На этом, пока остановимся. Всего доброго, – закончив, женщина стала собирать со стола свои записи.

  Хану хотел поговорить с преподавателем и досидел до конца лекции. Впрочем, он все это время, с удовольствием слушал ее и задал бы пару пришедших в голову вопросов, но скорее всего, Инна, уже разыскивая его, неслась по этажам со своими тестами и согласованным планом по его усмирению. Не было никакой уверенности в количестве времени, которым он располагает.

  Дети, как им и положено в силу их возраста, энергично и шумно покидали аудиторию, задев и опрокинув по пути пару стульев. Было неясно, насколько услышанное запомнилось и отложилось в их уме, поскольку предмет был очень непростой и многослойный. Возможно, тут требовалось не столько обычное интеллектуальное понимание, сколько принятия сути, как бы всем сердцем. Пусть небольшого, но постоянного изменения мировоззрения и повседневной практики, иначе все это так и останется пустым звуком и мертвым знанием в пыльных запасниках детской памяти.

  Хану подумал, что и сам был бы не против, прослушать этот курс полностью. Когда для этого будет время. Когда для этого будут силы, энергия и подходящие обстоятельства. И когда это будет? Отрывки из текста на стенде снова ожили в уме – '...Я очень глуп, думая что буду жить вечно... чтобы я осознал тщетность всего этого...'.

  Он тяжело вздохнул и тут же поймал на себе взгляд, подошедшей женщины. Хану встал и поспешно поздоровался:

  – Здравствуйте, меня зовут Хану. Я хотел бы поговорить с вами, если есть время...

  – Конечно-конечно, здравствуйте. Марта. Меня зовут Марта. Можем и здесь, у меня как раз перерыв.

  Видимо, она была в курсе его появления. Похоже, что Хану оказался в этом здании достаточно популярен, а его обитатели прошли подробный инструктаж с пошаговой схемой действий при его появлении, которую наверняка еще и расклеили по всему городу по соседству с табличками аварийного выхода, чтоб не забыли. Интересно, вот этим детям, которые только что выбежали, тоже раздали его фотографии?

  Они присели за первую парту и тут же испачкались в меловой пыли, щедро накрошенной на стулья. Видимо, чувство юмора у детей всевозможных миров совершенно одинаковое и им было чем заняться на этой лекции. А внимательны и сосредоточены они были именно по этой причине, а не потому, были захвачены и поражены темой духовного роста и потрясены вдруг открывшимися перспективами. Обмазать стулья на первой парте мелом под носом вещающего высокие истины учителя, несомненно, требовало серьезной концентрации, усидчивости и терпения.

  Однако, Хану насторожила не сноровка местной молодежи, а отсутствие у Марты естественной для такого приключения, реакции. Ни улыбки, ни чувства досады или злобы не отразилось на ее лице. Только видимое напряжение и скованность жестов. Возможно, она сильно нервничала и это было заметно еще до мелового казуса. Важно было понять, что именно в явлении ей Хану, могло это вызвать и требовалось проявить максимум осторожности и такта.

  – Вы, наверное знаете, я тут человек новый и мне посоветовали зайти вниз на лекции. У меня много вопросов и я, честно говоря, даже не знаю с какого начать...

  Он посмотрел в ее глаза за очками. Они были по-прежнему наполнены печальной, видимо очень педагогической мудростью, но теперь к этому добавилось еще и какое-то тревожное выражение. Хану даже оглянулся себе за спину, но кроме них в аудитории никого не было видно. Со стен смотрели портреты людей, очевидно призванные вдохновить и произвести впечатление своими духовными достижениями. Под шторами не было видно ни предательски вылезших носков ботинок, ни подозрительных выпуклостей. Они все же были одни тут, и тем непонятнее, тогда было ее выражение глаз, которые словно умоляли его быть осторожным и не болтать тут лишнего.

  – Посоветовали оттуда? – Марта подняла вверх длинный палец, даже не назвав этого отдела или хотя бы этажа.

  По ее жесту, было понятно, что она, по меньшей мере, сильно опасалась этих людей. Хану не знал, стоило ли упоминать имя отправившей его сюда Инны, но сам ее нервозность, теперь заставила занервничать и его самого. Их подслушивают или возможно, тут каждый шаг отслеживается и записывается? Тогда, это вполне объясняло ее необычное выражение лица, которое, видимо, могло бы сообщить ему многое, но не в этом месте и при других обстоятельствах. Камер нигде не было видно, хотя он по-прежнему ничего не знал о местной технологии. Для этого вполне могли бы подойти и дрессированные мыши с биноклями.

  Мышиные ассоциации, последнее время, почему-то прочно обосновались в уме и по его лицу скользнула улыбка. Марта недоуменно подняла брови. Она не поняла ее причины и была по-прежнему, очень серьезна.

  Еще раз, на всякий случай, отряхнув одежду от мела, она достала зеркальце, чтобы убедиться, что не ее испачканное мелом лицо, послужило сейчас источником веселья для Хану. Он же, с трудом удерживался от желания попросить его у нее, чтобы наконец изучить свою внешность. Зеркала в этом здании, в силу каких-то, видимо, суеверных причин или странного обычая, просто отсутствовали. Но времени не было даже на это.

  – О чем бы Вы хотели поговорить? – сказала Марта, видимо решив немного ускорить темп диалога.

  Она спешила, скорее всего, даже не потому, что торопилась воздать должное деткам за их изобретательность или куда-то все же опаздывала, а потому, что хотела, видимо, успеть сообщить ему нечто критически важное. Поэтому, в голосе чувствовалось нетерпение и даже досада из-за потерянного времени. Возможно, она понимала, что разговор окажется очень недолгим.

  – Почему 'Приходящий'? – спросил Хану, правильно прочитав ее интонацию.

  Он решил больше не стесняться и задал вопрос, ответ на который должен был бы вытянуть за собой и все остальное. Если разобраться, кто он такой, то уже гораздо легче будет и понять и где он, почему так, почему тут и что можно и надо сделать, чтобы все исправить. Если вообще это требует исправления.

  – Очевидно, потому, что вас тут не было, а вы пришли, – это прозвучало как-то резковато и Марта тут сделала паузу, продолжив чуть мягче. – Подобные вам люди, появляются очень особенным и необычным способом. Конечно, не из цветка лотоса, как в старых мифах, но все же, вы не родились здесь естественным способом, как все мы. Это своего рода, чудо, 'сиддхи'. То есть, событие или сила, возникающая иногда у очень сильных духовных практиков. 'Перенос сознания' один из немногих оставшихся ритуалов и феноменов и сохранившийся только в линии 'ССБАУНЛПиБ'. Это все еще хоть как-то работает после событий 'Кризиса веры', произошедших чуть более ста лет назад, когда Бюро и было создано.