Текст книги "Дети ночи (СИ)"

Автор книги: Евгений Токтаев

Соавторы: Юлия Грицай
сообщить о нарушении

Текущая страница: 34 (всего у книги 34 страниц)

– Молчи! – прикрикнул Сайтафарн, – должно нам сейчас до правды доискаться и узнать, как всё происходило! Продолжай, Тотразд!

– Потом со всех сторон раздались голоса, шум и песни, будто много народу, но никого вокруг не было. А Фидан всё скакала, как одержимая! А потом стало темно. И я ничего не видел. А когда вновь смог разглядеть, увидел, что волка нет. А вместо него этот объявился и давай её жарить! Она сама под него легла и стонала, а потом они перевернулись. Я ещё поглядел, как она сверху на нём прыгала, да решил скорее оттуда убираться!

– Убью! – закричала Фидан.

Она выхватила нож из-за голенища сапога и кинулась на Тотразда. Ему бы худо пришлось, мгновение славы, которым он от души наслаждался, едва не стало для толстяка последним.

Дардиолай её поймал. Фидан завизжала так, что у всех в ушах заложило.

Только Арга не теряла самообладания. Она указала на девушку:

– Видите! Всё это правда! Никакой это не дакийский витязь! Это оборотень! Он перекинулся из волка! А Фидан пустила на нашу землю злых духов! Чужих тёмных богов! Убить их обоих надо!

Сусаг зарычал и выхватил меч. Спустя мгновение клинок обнажил и Амазасп.

– Что ты несёшь, бешеная сука⁈

Сайтафарн оттолкнул Аргу себе за спину.

– Это не твоя дочь! – рявкнул царь языгов, – я сам видел в зеркале Арги! Там призраки носятся! Чудища лесные да болотные, невиданные! Это тварь подземная в её обличье! Она зло впустила! Всех нас погубит!

Несколько языгов выхватили луки из горитов. Роксоланы сбились в кучу, спина к спине, затравленно озираясь. Они не успели ничего предпринять, а в них уже целились две или три дюжины стрел, каждая с наконечником, снабжённым острым шипом, дабы извлечь было нельзя.

Арга тоже появилась из-за спины царя с луком и прицелилась в Фидан.

Девушка вдруг выкрикнула несколько слов, которые мало кто понял, хотя вроде и звучали они знакомо. И в тот же миг полопались тетивы, кое-кому стегнули по лицу, с треском выгнулись наружу луки

Арга выронила свой и заголосила:

– А-а! Руки! Руки отнялись!

– Отпусти меня! – орала Фидан, – я сверну ей шею!

Языги замешкались, оторопело глядя на луки. Арга упала на колени, пыталась поднять руки, но они её не слушались.

Дардиолай побледнел, взгляд его метался по сторонам. Жену он прижал к себе, держал крепко, а она продолжала кричать:

– Ну, что, довольны? Пусть шаг ещё кто-то сделает, и сдохнет в корчах! Всеми богами клянусь, мне для этого и пальцем шевелить не надо! Не жить здесь никому, кто руку на меня и родичей моих поднимет!

Народ в страхе попятился. Дальние бросились врассыпную. Отец смотрел на дочь, широко распахнув глаза от ужаса. Только и смог прошептать:

– Бегите…

Дардиолай потащил Фидан к лошадям.

Роксоланы и языги, смотрели им вслед, оцепенев. В погоню никто не бросился.

И лишь только мужчина и женщина скрылись из виду, языгов словно прорвало.

– Что же вы натворили⁈ – закричал Сайтафарн, – закон гостеприимства нарушили! Мы вас, как братьев приняли, а вы с чёрным колдовством пришли!

– Что ты несёшь⁈ – ощетинился Сусаг, – бабе и жирному дураку поверил? Чем слова её подтвердишь? Последнее дело из-за бабской зависти вражду творить!

– Как же я могу не верить своей племяннице! Если она говорит, что не твоя это дочь, что дух злой в неё вселился – так есть!

– Старая баба всегда молодым завидует, – прошипел Язадаг, – как увидит молодую, да красивую девку, так от злости трясётся! Гляди, как ядом брызжет! Змея подколодная.

– Ты за словами-то следи! – рявкнул Саурмаг, потирая руку.

– Это у кого там голос прорезался? – удивился Язадаг, – попустило тебя что ли, болезный? Повторить хочешь?

– Миром, только миром! – вскинул руки Амазасп, – мы гости здесь!

– Да какие вы гости? Вы ублюдки обабленные! – закричали несколько языгов, – мард-нах, «не мужи»!

– А вы псы, матерями проклятые! – ответили роксоланы.

К Амазаспу присоединился Асхадар, раскинул руки в стороны между языгами и роксоланами:

– Остыньте!

– Аргу боги слышат, отвечают! – повысил голос Сайтафарн, – тому без счёта свидетельств! А девка твоя неумехой была, о том мы наслышаны! И вдруг сила такая! Откуда?

– Это всё раб поганый! Он её соблазнил! – взвизгнула Арга, – все видели, как она вокруг него увивалась! Он её и драл тайно! От его чёрного семени её сила! Давно надо было удавить колдуна!

– За поносную брань и клевету ты ответишь, сука, – прошипел Язадаг.

Десятки мечей покинули ножны. Лишь несколько старших мужей с обеих сторон ещё удерживали горячие головы от кровопролития.

Сусаг скрипнул зубами. Его вдруг пронзила страшная догадка, что слова Арги могут быть правдой. Неужто это месть проклятого лесовика свершилась?

– Стойте! – крикнул он, побледнев, – остыньте все!

– Опустите мечи! – велел своим Сайтафарн.

Люди послушались, хотя и не сразу. Роксоланы и языги смотрели друг на друга исподлобья.

Цари шагнули друг другу навстречу.

– Уезжай, Сусаг, – сказал Сайтафарн, – уезжайте все. Сегодня же. Немедленно.

– Нас горстка против вас. Дорогой перестреляете, как зайцев? Ты знай, от глаз Хузаэрина злодейство не спрячешь. Всё вскроется. Распараган за меня отомстит.

– Боги свидетели, – ответил Сайтафарн, – священный обычай гостеприимства не оскверню кровью. Но ты уезжай.

– Вот как получилось, – мрачно проговорил Сусаг, – не побратим ты мне теперь, не союзник. Может из-за бабских наветов, или из-за гнусного раба. Ну что же, будь, по-твоему.

– Раба я поймаю и удавлю, – пообещал Сайтафарн.

Сусаг не ответил, повернулся и пошёл к своим. По дороге сплюнул в сторону.

Мрачный Язадаг медленно вложил меч в ножны. Сусаг взял его за локоть и тихо сказал:

– Возьми парней, найди её. Тайно поезжай, этим ублюдкам не подставляйся. Привези их обоих туда, где в последний раз кабана взяли. Раба убей.

– Она не даст, – ответил Язадаг, – и Варка тоже. Раб им помогал.

– Насрать мне, как ты это провернёшь! – повысил голос царь, – раба убей! Это он всё устроил, сучий потрох…

Язадаг сжал зубы. Не поверил, но перечить не стал.

Роксоланы побрели к своим шатрам, но Амазасп задержался. Спустя немного времени вернулся встревоженный:

– Саурмаг и Тотразд уехали. С ними пять человек «волчат».

– Лживый ублюдок… – прошипел Сусаг имея в виду царя языгов, – да поглотит Домын Арт весь его род до седьмого колена!

Домын Арт – «Огненная бездна», ад.

– Что делать-то? – спросил побратим.

– Мы не сдюжим против всех. Их здесь-то, в ставке, вдесятеро больше, а он за пять дней тысячи соберёт. От нас и костей не останется. Я ему местью Распарагана грозил, а на деле ведь попусту слова бросал. И Сайтафарн это знает. Не переведёт Распараган всадников через Дакию. Урумы не пропустят. А он с ними не станет ссориться.

– Что же, так и уедем, побитыми псами? А девочка?

Сусаг помолчал немного, кусая губы. Потом сказал.

– Я в Варку верю. Пять человек, говоришь? Ещё толстяк и этот уже битый шелудивый пёс. Варка их порубит и глазом не моргнёт. Лишь бы Фидан заслонил. А он заслонит. По глазам я его видел – сложилось у них всё наконец. Любят друг друга. И вернутся.

– Неужто все эти россказни даков про него правдой были? – пробормотал Амазасп.

– Не бывает дыма без огня, – мрачно бросил Сусаг, – только это брехня про всякое зло на нём. Если и правда, что он оборотень – так значит самого Тутыра сын.

Они не увидели, что вслед за малым отрядом оурги сорвался Асхадар и с ним человек пятнадцать всадников его рода.

* * *

Тотразд поглядывал в зеркало. Оно показывало приметы пути. Но ехали «волчата» не очень быстро, всё потому, что конёк пухлого «следопыта» не отличался проворством.

Асхадару догнать их не составило труда.

Когда «волчата» увидели, что преследует их отряд числом втрое больший, они не придали этому значения. Разглядели – это не роксоланы. Потому не попытались оторваться или куда-то в сторону сбежать. Равнина тут рассечена многими оврагами, кругом перелески. Не голая степь. Укрыться можно. Но не стали.

Это была ошибка. Асхадар вовсе не собирался помогать им в поимке Фидан.

Воины его рода догнали и окружили «волчат». Оурги с удивлением увидели, как блестят на солнце наконечники стрел дзахи, направленные им в лица.

– Вы чего⁈ Мы же свои!

– Вы куда это направились? – спокойно поинтересовался Асхадар.

– Сучку беглую ловить, – злобно прошипел Саурмаг, – а ты что же, думаешь, если нам помешаешь, так она тебе сразу даст? У неё другой кобель появился, под хвост заправлять.

– Она мне без надобности, – ответил Асхадар, – я не хочу, чтобы род наш Фарна лишился из-за гнусного злодейства и попрания священного обычая. Боги не простят. А ты, дурак, с чего решил, будто того кобеля осилишь? С одного раза не дошло? Ни ему, ни даже ей ты не ровня.

Фарн – божья благодать.

Саурмаг оскалился. Совсем дураком он не был и сообразил, что против этого хвалёного ублюдка не сдюжит и с товарищами. Но Арга уверила его, будто сучка тетивы рвёт, только когда видит угрозу. А если украдкой подобраться, то ничего и не сделает. Был волк – станет ёж. Но Асхадару он об этом говорить не стал.

Тот подъехал ближе к Тотразду.

– Стало быть, девка красная, ты у нас любишь в зеркало глядеться? Подай-ка его мне.

– Не дам, – набычился толстяк, – не твоё.

Асхадар взмахнул плетью перед его носом. Тот вздрогнул, покосился на присмиревших «волчат» и протянул зеркало трясущейся рукой.

Асхадар в него мельком взглянул и сразу спрятал в мешок.

– А теперь вертайтесь к мамкам! А то заругают.

– Нам царь велел их искать, – проговорил один из «волчат».

– Да ну? А я того не слыхал. Зато все видели и слышали, как царь говорил, будто Сусагу и его людям вредить не станет. Поехали, царя спросим, у кого с ушами лучше?

«Волчата» медлили. Асхадар протянул-таки Тотразда плетью поперёк спины. Легонько и не больно, но толстяк всё равно взвизгнул.

Оурги мрачно переглянулись, посмотрели на суровых «серых», которые не думали шутить и, хотя луки опустили, но стрелы с тетив не убирали.

Посмотрели и послушались. Развернули коней и потрусили в кочевье.

Все, кроме Саурмага. Тот воспользовался заминкой «серых», которые было решили, что драки уже не будет, и рванул с места галопом прочь.

– Догнать? – спросил Асхадара один из его воинов.

– Да пёс с ним, – махнул рукой тот, – что сделаешь, коли ума нет? Надеюсь, Фидан его в жабу превратит. Если он их вообще найдёт, без зеркала-то.

А царевну в это время обуревала сложная смесь чувств. С одной стороны – мечта сбылась. Вот она едет по степи вместе с любимым. Она теперь жена Дардиолая. Только сердце не на месте – а как же отец, Язадаг и все её друзья? Что с ними станется?

Но хоть мысли метались и путались, одно было ясно, как день – бежать всё же надо. Если там родичей убивают, что она сделает? Как у неё вышло порвать тетивы, она сама не поняла и вовсе не была уверена, что сможет повторить. И даже Варка против толпы языгов не сдюжит. Великий он воин, но урумы раз до него уже дотянулись.

Надо бежать, как задумали, за реку. И молиться всем богам, чтобы с отцом плохого не случилось. А потом думать снова, что делать, как дальше быть.

Они с Дардиолаем сейчас мчались что есть духу, убегали от возможной погони и запутывали след. Никто из них не сомневался, что языги унижение просто так не спустят.

Они вернулись на то место, где Фидан расколдовала волка. Деян их так скоро не ждал. На ходу Фидан закричала ему, чтоб собирался. Дардиолай соскочил с лошади, помог Деяну забрать нехитрое имущество и сесть верхом.

– Быстрее, – торопила их Фидан, – теперь к лодке!

– Что за лодка, откуда? – спросил Дардиолай.

– Саурмага это лодка, – на ходу бросила Фидан, – я как-то уши грела, так узнала, что он тайно с урумами сносится. С вором каким-то торгует. С того берега Данубия стальные пластины возит. Для панцирей. И когда мы с Деяном для обряда место выбирали, я ту лодку нашла. Там Саурмаг целый схрон себе устроил, много чего спрятал. Нам его добро теперь пригодится.

– Не перепрятала ты её?

– Не успела. Да и побоялась, что он пропажу заметит и с дружками своими начнёт виновника искать. А у меня сердце и так тяжелее копыт билось от страха, как у нас с тобой всё получится. Но позавчера она была на месте, он не отлучался никуда.

Небо затянуло тучами, зарядил мелкий дождь. Данубий уже не сверкал на солнце, подобно голубой ленте, но и сейчас, дрожа от мириадов капель, тёмная вода притягивала взор, манила, суля начала новой жизни.

Великий Данубий широк. Перестрела четыре будет. Но ближе в правому берегу жались острова и для степняков, к большой воде непривычных, это было подходящее место.

Ширина Дуная южнее Будапешта (где происходят события) – около 900 метров. Полёт стрелы обычно считают – 150–300 метров, хотя рекордные показатели гораздо выше.

Лошади такую реку переплыть вполне способны. Фидан только беспокоилась, как бы обошлось без судорог. Похолодало, ещё и дождь зарядил, пусть и мелкий пока, а лошади разгорячены скачкой.

И тут случилось то, чего она совсем не ожидала. Снежинка испугалась. Девушка знала, что её любимица плавает прекрасно, сколько речушек они пересекли по дороге сюда и далеко не всегда вброд. Но нервозность хозяйки передалась кобыле и возле воды она встала намертво. Качала головой, испуганно фыркала и в воду не шла. Девушка принялась её уговаривать.

Тем временем Дардиолай и Деян столкнули на воду длинную однодревку. Получилось это у них не совсем легко, ибо мастер прыгал на одной ноге. Все подготовленные припасы они в лодку уже закинули, но тут Деян поскакал за ещё одним мешком, из схрона Саурмага.

– Зачем? – крикнул ему Дардиолай.

– Пригодится! – ответил Деян.

Он выпрямился и воскликнул:

– Смотри!

Дардиолай взглянул в указанном направлении. На вершине дальнего холма возникло несколько всадников. То были Язадаг сотоварищи, но Дардиолай лиц не разглядел и решил, что это языги.

– Фидан! Быстрее! Надо уходить!

Девушка уговаривала любимицу, уже чуть не плача, тянула в воду силой, но та упиралась.

– Фидан! – снова крикнул Дардиолай.

– Я её не брошу!

– Надо уходить! Погоня!

– Беда с вами, лошадниками! – в сердцах бросил Збел.

– Вот так начинается семейное счастье, – буркнул Деян, – с перебранок. Скорее решайте, сейчас же всё кочевье сюда явится!

И тут на ближний пригорок вылетел ещё один всадник, на вороном коне. Зрелище, которое открылось его глазам, заставило Саурмага зубами заскрежетать от злобы и бессилия. На берегу возле камышей стояли беглецы и о чём-то спорили. Фидан обнимала Снежинку и головой мотала, а Дардиолай куда-то указывал рукой.

Но самым ужасным было другое. Проклятый раб Армаг вытащил мешок и грузил его в лодку. Его мешок, в его, Саурмага, лодку! Ублюдок крал у Саурмага его законное имущество.

Рука потянулась к гориту.

Дардиолай уже чуть не силой тащил жену к лодке. Саурмага он не видел, хотя тот и ближе возник, чем роксоланы. Фидан, наконец, размазывая слёзы, шагнула к лодке. Деян забрался на нос и держал поводья двух других лошадей, которые смирно стояли по брюхо в воде. Дождь усиливался.

Дардиолай подал руку девушке, она всхлипнула, опёрлась о его плечо… и вдруг охнула.

Вздрогнула.

Обмякла в руках мужа.

Голова её начала запрокидываться назад.

Дардиолай смотрел на неё глазами, полными ужаса. Из спины Фидан торчала стрела.

Он вскинул глаза и увидел шагах в ста или даже меньше Саурмага. Тот опустил лук и что-то прокричал им. После чего ударил своего вороного жеребца пятками и рванул с места прочь. Другие всадники приближались, но были ещё далеко.

У Дардиолая всё поплыло перед глазами.

– Фидан!

Девушка не отвечала. Он стоял столбом, сжимая её в объятиях, и не знал, что делать. Наверное, впервые в жизни оцепенел от потрясения.

– Давай сюда! – на корму бросился Деян, выпустив поводья.

Едва не перевернулись. Мастер помог уложить девушку на дно лодки, набок. Дардиолай запрыгнул следом, схватил широкое весло, оттолкнулся от илистого дна. Однодревка заскользила по воде, раздвигая кувшинки.

Одна из лошадей, отпущенная на волю, сразу повернулась и выбралась на берег. Другая послушно последовала за беглецами.

Снежинка металась по берегу, ржала жалобно, места не находила. А потом вошла в воду, и поплыла вслед за лодкой.

Конец второй книги

Продолжение следует

После титров играет эта песня: https://vk.com/audio100838253_456239055_de9c82dcdb25134c7a