Текст книги "Геном хищника. Книга восьмая (СИ)"

Автор книги: Евгений Гарцевич

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 17 страниц)

Ну да, у них там в африканских пустынях суровые порядки…

Хотя те вроде ни прыгать, ни летать не умеют. Просто на своих почти паучьих лапах очень бодро ползают, в поисках пищи. А вот этот прыгнул. И не слабо так, на зависть любым профессиональным прыгунам, в которых это заложила природа.

Хотя с чего я вообще взял, что эта «дура» имеет хоть какие-то родственные связи с милым сверчком с Земли…

Я не рванул в сторону только потому, что пришёл странный импульс от Пепла. Связь с ним оборвалась так резко, будто шакраса не стало. Отключился или вообще откинулся, схватив сердечный приступ. Я реально опешил, застыв столбом. Но испугаться за друга не успел, связь вернулась.

Будто на кардиомониторе вздрогнула затухшая линия, а сердечный ритм начал возвращаться. Еле-еле, будто шакрас находится даже не на последнем издыхании, а уже где-то за чертой. Настолько далеко, что вообще непонятно, как «приборы» смогли хоть что-нибудь зафиксировать. В памяти всплыл один из возможных навыков шакраса – танатоз и стало ясно, что Пепел не умер, но мёртвым притворился очень умело.

Я так не умел, но дёргаться не стал, продолжив изображать из себя статую. А вот «Ведьме», видать, подсказывать было некому. Как только монстр приземлился между нами, она совсем по-человечески (без хриплого и демонического ужаса) взвизгнула, подпрыгнула на месте и рванула в кусты.

Ну как рванула? Вроде бы быстро побежала, за пределами человеческих возможностей, но на фоне прыжка «кузнечика» её черепаший рывок был вообще незаметен. Я моргнуть не успел, а монстр уже свалил «Ведьму» на землю и в несколько замахов лапами разделил её на несколько частей. В первый замах отлетела рука, во второй что-то совсем неаппетитное, в чём заблестели перебитые рёбра, а третьим… Впрочем, финальным аккордом, кузнечик-переросток просто откусил «Ведьме» голову. Раздался треск, будто варёное яйцо цапнули сразу со скорлупой, и от «Ведьмы» осталась только нижняя челюсть, свесившаяся на поломанной шее.

«Эй! Алё?» – в голове затрезвонил голос Осы, а я понял, что я не только дышать забыл, но и думать, глядя на то, что происходило перед глазами. – «Что значит не совсем убил?»

«Не, нормально уже всё», – тихонько ответил я, стараясь не шевелить даже ни одной извилиной.

«Прекрасно», – облегчённо подумала-выдохнула Анна. – «Нужно обыскать. Это не просто одержимость, тут какой-то яд замешан. У кукловодки должно быть противоядие, чтобы уже раз и навсегда вывести то, что перехватывает у „Пчёлок“ контроль».

М-да. Всё ещё не моргая, я покосился на кузнечика, увлечённо кромсающего балахон «Ведьмы», вероятно, пытаясь добраться до сердце или каких-то иных сверчковых деликатесов.

«Чего молчишь? Какие-то сложности?» – уточнила Оса. – «Справишься?»

«Попробую», – мысль получилась какой-то уклончивой, но вполне уверенной. Раз надо, значит, надо…

Ничего интересного на задней части монстра не было. Такое же бронированное брюшко, внахлёст прикрытое блестящими пластинами серого цвета. Уязвимыми выглядели только участки, где лапы заходили в панцирь. Теоретически можно там что-нибудь оторвать. Нужно только подобраться и не напороться на шипы, растущие на самих лапах.

Пользуясь тем, что монстр увлечён своей добычей, я покосился на Пепла, но шакраса на виду уже не было. Значит, отступил. И мне пора. Я осторожно сделал шаг назад, потом ещё один и ещё, стараясь оказаться поближе к автомату. Панцирь выглядел довольно крепким, не факт, что пробить получится, но с «Пером» и культиватором в руках я чувствовал себя, мягко говоря, неуютно. Ещё пара шагов и я бы уже дотянулся, но ботинок натолкнулся на что-то склизкое и скользкое. То ли мокрица какая-то вылезла, то ли фрукт какой-то. Что бы это не было, но лопнуло оно с довольно громким треском. Настолько громким, что звук даже прошёл за зону действия «Ауры тишины» и вызвал резкую реакцию со стороны кузнечика.

Я опять не успел моргнуть, а тварь уже развернулась на сто восемьдесят градусов и вертела головой, сканируя поляну то одним, то другим глазом. Я застыл на полушаге, превратившись в скрюченную статую. Выкрутил маскировку на максимум, ругаясь на предательскую каплю пота, побежавшую по лбу.

Морда, шевеля перепачканными кровью жвалами, повернулась, дошла до меня. Я сжал в руке культиватор, уже пытаясь прикинуть, куда его втыкать, когда шипастый панцирь рухнет на меня. А заодно перебирая в памяти все геномы, которые у меня есть. Те, что непригодны к инициации, но могли бы сработать, как оружие. В браслете у меня ещё заряжен разрывной, но уверенности у меня в нём не было. Блин, надо будет полноценную ревизию провести, а то пока в памяти всплыл только альфа-тайпан, найденный в особняке «Ведьм». Там яд, там много яда… Вопрос, сможет ли браслет превратить его в оружие?

Красные глаза кузнечика сфокусировались на мне, размах по морде у них большой, может, там в принципе слепая зона. Но нет, что-то долго смотрит, ещё и морду нагнул, перетаптываясь на месте. Открыл пасть, выронив оттуда не дожёванный кусочек «Ведьмы», и издал тихий звук, похожий на шипение. Голова дёрнулась и, не останавливаясь, пошла дальше…

Капец! Он меня не увидел!

Кузнечик осмотрел всю поляну и, повернувшись обратно, продолжил свою жуткую трапезу. А меня тут же как ветром сдуло метра на полтора, а в руках оказался автомат. На радостях чутка поторопился высвободить его из-под поваленной пальмы и снова нашумел.

Ситуация повторилась практически один в один. С той лишь разницей, что кузнечик не прерывал свой обед и ничего не выплёвывал, а тупо, будто он обычное жвачное животное, продолжил двигать челюстями, оглядывая поляну. Два красных шара снова прошли мимо меня. Но тут же вернулись, когда совсем рядом со мной распрямилась, смятая до этого ветка. Морда, как стрелка компаса, тут же повернулась на ветку, и туда же развернулись усики-локаторы.

Ага. Значит, дело не в маскировке. А в том, что он видит только движущиеся объекты. Что вполне объясняло странное поведение Пепла. Осталось только теперь его найти ещё… Едва заметный, полуживой пульс обнаружился метрах в тридцати с другой стороны кузнечика и бился на высоте более трёх метров. Я не думал, что Пепел меня бросит, но всё равно стало как-то спокойнее. А вот то, что это новая подсказка – это сомнительно. На такого кузнечика птицы явно не охотятся, вот если бы на него уронить каток. Жалко только, что у меня нет катка. Есть «КамАЗ», конечно. И острохвосты, которые сейчас замерли тише воды, ниже травы. Но в их случае иначе бы и не получилось…

Мысли-скакуны неслись во все стороны, а вот тело в неудобной позе начало уже затекать. Прям бесить начало, как монстр старательно пережёвывал «Ведьму». Понимаю, что там тот ещё сухарь, но там, если разобраться, то порция – кот наплакал. Но нет! К процессу пищеварения кузнечик, видимо, относился серьёзно. Минуты три ещё жамкал челюстями, явно предназначенными для травы, а не мяса. И только потом развернулся за новой порцией.

– Он ел одну лишь травку, не трогал и козявку… – прошептал я на выдохе, наконец, распрямляясь в нормальную позу. – Главное, чтобы противокукловодное моё не проглотил…

Уже более внимательно выбирая, куда наступать, я крадучись покинул поляну. Затаился за толстой пальмой, хоть и понимал, что уши (то есть плечи) торчат, но чуть выдохнул. Оглянулся на кузнечика, лапой ковыряющего останки. Кажется, вкусняшки закончились и, может, он свалит уже куда-нибудь?

Я как-нибудь переживу без двухсот тысяч, которые «Волки» готовы заплатить за этот геном. Всё равно у нас с ними как-то не сложилось, а сам я переживу без такого генома, там, небось, побочек по самые усики. Убедив себя в том, что драться с монстром не обязательно, попробовал расслабиться.

Как бы я ни хорохорился перед собой, но зрелище кровавой расправы над «Ведьмой» мне не понравилось. К такому не привыкнуть, да и привыкать, честно говоря, не хочется. Я сделал глубокий вдох, потом ещё более длинный выдох. Представил перед глазами свой будущий садик с цветущим золотарником и сформировал новый план: просто подожду, пока оно упрыгает отсюда на фиг.

Но тем не менее я раскрыл браслет, вынул оттуда геном с бронебойно-зажигательным и добавил на его место альфа-тайпана. Настроился так, чтобы активация была одна. Разделять внутри себя потенциально опасный яд не хотелось, чтобы ненароком не травануться. Потом аккуратно передёрнул затвор и перевёл режим огня в автоматический режим. Под «Аурой тишины» умудрился всё это сделать без единого звука.

Но тихо на поляне не было. Как чавкает и топает кузнечик, я слышал прекрасно, и почему-то с каждым мгновением эти звуки становились всё громче. Я осторожно выглянул из-за пальмы и понял, что наши с кузнечиком планы не совпадают. Перепачканная в крови морда была повёрнута набок, а метровые усики уже практически готовы были коснуться моего лица. От монстра пахло свежим мясом, смешанным с запахом свежескошенной травы.

– Он ел одну лишь травку… – как заклинание повторил я и тут же открыл огонь из автомата.

С метрового расстояния, в упор, но не в лоб. Хотя и туда чиркнуло, когда монстр попытался отскочить. Я стрелял по задним лапам, стараясь попасть в сочленения по правому боку, но и сам был на низком старте, готовый в любой момент сигануть в сторону, и монстр, явно не ожидавший такого напора, не стоял на месте. А потом и вовсе брызнул коричневой и жутко вонючей жижей, выдавив её откуда-то из-за шипастого воротника.

И в этот момент мы оба прыгнули! Я в сторону, пролетая за пальмой, а кузнечик за мной. Скорости он как будто бы не растерял, но координацию я ему всё-таки нарушил. Почти отстреленная лапа, наконец, подломилась, и монстр не смог разминуться с деревом. Зацепил по касательной, выдрав из него приличный кусок коры и волокон, и кувыркнулся по земле. Быстро встал на лапы, компенсируя нехватку одной, какой-то сутулой постановкой остальных, и пригнувшись к земле, начал меня искать.

И почему-то нашёл, хотя я уже застыл метрах в пяти от края поляны, прикрываясь сразу двумя пальмами (правда, тонкими и хилыми) и густым кустарником. Я не просто успел сюда рвануть, я ещё и магазин заменил на новый, а старый метнул через всю поляну, довольно громко погремев им в момент удара по дереву. Но кузнечик не купился.

Буквально через миллиметровый просвет, я видел, как он шевелит усами, нацелив их в мою сторону, и переносит центр тяжести, готовясь к прыжку.

– Никак не ожидал он, такого вот конца… – прошептал я, зачем-то вспомнив грустную часть детской песенки.

Я сместился в сторону, где заросли кустарника были гуще, но монстра это не обмануло. Он будто бы прозрел, как намагниченный, поворачиваясь за мной. Похоже, я спалился, и палит меня запах. Запах его гемолимфы, или чем он там брызгаться начал. От основного потока я увернулся, но несколько капель попали на руку и спину. Куртку не прожгли, но аромат источали такой, будто кто-то обделался от страха.

– Фух, значит, это был не я…

Всерьёз, конечно, я так не думал, но градус напряжения подсбавил, и в следующий рывок ушёл уже без куртки. Разминулся с кузнечиком лишь чудом – монстр прыгнул на куртку, как бык на красную тряпку, и смел всё, что попалось на пути, включая очередное невезучее дерево. Тонкая пальма переломилась и чуть не сбила меня с ног.

Первая очередь ушла в панцирь, оставив несколько свежих росчерков. Но и то, мне кажется, не хитин поцарапала, а лишь подсохшую кровь размазала. Но вторая пришла чётче – я снова бил по лапам, но уже по передним. Тем самым что искромсали «Ведьму». Последними пулями в магазине перебил правую и, бросив автомат, схватился за «чезет», паля по левой.

Делать это уже пришлось по пикирующей на меня цели. Кузнечик прыгнул, каким-то непонятным чудом, идеально рассчитав траекторию, и рухнул на меня, ткнувшись гладким лбом мне в грудь. Ещё и сучил обломками лап, явно пока не осознав, что уже их лишился.

Вскинул морду, отлипнув от меня, и снова затрепыхал обломками. И только после этого, наконец, до него дошло, что козявку придётся есть целиком. Жвалы, мандибулы и всё другое матерное, что сейчас читалось в выпученных красных глазах монстра, разъехались в стороны. Пасть распахнулась, обдав меня новой порцией вони, и тут же схлопнулась, получив пяткой в подбородок. Хоть и клацнуло, но скорее от удивления, нежели реальной боли.

Я кувыркнулся в сторону, опасаясь следующей попытки меня цапнуть, но монстр чуть замедлился и будто бы сжался, растопырив пластины панциря, решив повторно окатить меня гемолимфой. Воротник с шипами приподнялся, словно кузнечик сутулится, оголив тонкую полоску шеи. Там уже пузырилось что-то похожее на форсунки, но и между ними змеилось что-то типа артерии. Туда-то я всадил «Перо», заряженное не только геномом тайпана, но и с улучшением в виде «Кровопотери».

Попал чётко, ещё и успел увидеть, как появилась пыльца и свечение в момент инициации генома. Чёрт! Как простой яд не сработало, с моим везением, я его сейчас и усилю!

Я рванул, отталкиваясь ногами и от земли, и от брюха кузнечика, но гемолимфа уже текла из всех щелей. Лицо я успел спасти, к броне Древних вонючая жижа даже не прилипла, а вот штаны в очередной раз на выброс. Я выбрался и отполз уже почти на метр, а кузнечик всё ещё продолжал кровоточить. Пластины давно съехались обратно, но капли крови всё текли и текли. Уже и из глаз, и из оснований усиков, а из пасти так вообще пошла пена красно-зелёного цвета. Он рванулся за мной, но лапы уже не удержали, и кузнечик просто рухнул рядом.

– Но вот пришёл тайпан и съел он кузнеца… – пробормотал я, глядя, как над телом появляется свечение.

Но я всё равно отполз ещё на метр и перезарядил «чезет». Увидел Пепла, появившегося на поляне, и просто откинулся на траву. Посмотрел на сломанную и застрявшую на соседях пальму, которая всё ещё могла рухнуть на меня, и рассмеялся. Немного нервно получилось, но как-то всё вместе пронеслось перед глазами: и смерть «Ведьмы», и данные со сканера, которые обещали всего двадцать процентов побочных эффектов и вообще весь этот авантюрный план. Да и накопилось, наверное. С мутантами, с их побегом, с транспортом. А я смотрю на голубое небо над Аркадией и всё ещё жив!

Глава 21

Совсем немного я понежился под ясным небом, вспомнил, что меня ждёт Анна, и отлип от созерцания облаков. М-да, сейчас разглядывать придётся нечто менее приятное. Потянувшись, поднялся и оглядел лесную поляну.

М-да, подпортили мы здесь всё знатно. Первым делом собрал, проверил и перезарядил все свои вещи. На цевье SR-25 появилось несколько трещин и сошки перекосило после встречи с зубами сторожевого пса, но в целом можно было сказать, что винтовка отделалась лёгким испугом. Томагавк не пострадал, только запачкался. Но мы здесь все запачкались, так что это было не удивительно. И в топор, и в браслет я вернул бронебойно-зажигательные заряды.

И пока это делал, в очередной раз разглядывал устройство камер для геномов и пытался понять, почему тайпан сработал иначе. Не выделил основной навык, превратив его в самостоятельное оружие, как бывает со взрывными или замораживающими геномами, а просто инициировался. Мог же выделить яд или токсин, а вместо этого начал менять основной геном кузнечика.

Ладно, пока версия одна – то, что это альфа-тип, и оборудование «Древних» (по крайней мере то, что у меня было) не вытягивает.

Я подошёл к трупу кузнечика. Старался обходить особо заляпанные участки, но крови из него вытекло много. Земля напиталась и стала мягкой. Выцепил взглядом крупный серо-зелёный кристалл, заодно оценив воротник с шипами. Будь я панком, такая жилетка мне бы подошла. А вот геном, к сожалению, не очень.

'Обнаружен геном корингкрейка. Тип альфа. Уровень редкости: 12.

Средняя цена закупки в генотеках: *не определена*. Геном относится к разряду вымерших или легендарных. При нахождении генома сообщите об этом в ближайший офис UNPA – мы предложим вам наилучшую цену без посредников.

Возможные навыки, передаваемые донором реципиенту: экзоскелет (подвид крепкой кости), сверхпрыжок (накопление энергии в суставах на ногах с последующим реактивным высвобождением), вибрационная чувствительность, автогеморрагия, регенерация и др.

Риск мутации кожного покрова и образования тимпанальных органов – 40%'.

Я дважды перечитал описание, пытаясь решить, насколько страшным может быть эта геморрогия и что-то там типа анальное. Хорошее дело такими словами, наверное, бы не назвали.

К счастью, долго гадать не пришлось – выручил сканер «Миротворцев», давший чуть больше описания. Автореморрагией оказалась как раз способность брызгать собственной кровью из глаз, а тимпанальные органы – органы слуха у насекомых, расположенных на разных частях тела. В случае с нашим «кузнечиком» – это были мембраны на лапах, похожие на барабанные перепонки.

Но что первое, что второе – мне точно не подходит. Возможно, экзоскелет для усиления «Стальной кости» и регенерация пригодились бы. Правда, регенерировали кузнечики иначе, заживление ран у них не ускорялось, но после линьки могли отрасти потерянные конечности. Как это адаптируется под меня, было неясно. Линять я точно не собирался, так что на фиг такие эксперименты. К тому же сканер «Миротворцев» также распознал примесь из тайпана, но выводов никаких не дал. Только отправил на консультацию в какой-то очередной научный отдел UNPA, подчеркнув высокую степень рисков при инициации.

В общем, нам с Осой точно не надо, а вот если мистер Вольф ищет такой геном для коллекции, то ему и добавим. Посмотрим потом, как у него его чистейшая кровь из глаз брызнет…

Спрятав геном корингкрейка, я подошёл к останкам «Ведьмы». Обыскивать её было лёгко. Кузнечик за меня всё буквально разложил по полочкам. Отдельно – боевой кнут со стальным хвостом. Не моё оружие, но, может, Осе понравится. Отдельно кожаная (к сожалению, уже вспоротая лапой монстра) сумка с эликсирами. Этакая сумка-бананка, в которой в два ряда разместились двенадцать маленьких флакончиков. На вскидку миллилитров на десять каждый, так что, скорее всего, это были капли, а не эликсиры. Именно были, потому что весь первый ряд был чётко расколот пополам, а из второго ряда уцелело только три пузырька с одинаковым прозрачным содержимым.

Я провёл быстрый анализ при помощи сканера, потом осторожно попробовал на вкус, а потом и закапал в каждый глаз по капле. На вкус как глюкоза, по данным сканера по функционалу – тоже. Источник энергии, причём не только для тела, но и для мозга. Я, конечно, «кукловодом» не собираюсь становиться, но эти витаминки мне понравились. А эффект понравился ещё больше – усталость отступила, исчез голод, а в голове будто свежий ветерок прошёлся, охлаждая и расслабляя.

Одно было плохо – сканер «Миротворцев» не распознал рецепт, только назвал список ингредиентов. К счастью, довольно распространённых, новый нулевой геном собирать было не нужно. Я пополнил предварительный список того, что буду выращивать вместе с золотарником в своём вымышленном садике, и принялся за поиски дальше.

Рядом с телом «Ведьмы» нашёлся медальон на порванной цепочке. Какой-то аналог свастики, только загнутые концы были выполнены в виде звериных лапок. Тонкая, детальная работа с высокой степенью детализации – лапка с когтями (типа птичьей), лапа возможного хищника, чьё-то копытце и человеческая рука, а в центре медальона был изображён человеческий глаз с вертикальным зрачком. Может, просто сомнительная красота, а, может, знак кукловода – типа за всеми смотрю, всеми могу управлять. А ещё, судя по мелким царапинкам сзади и на кончиках лап, это мог быть какой-то ключ.

«Приём, вы там как?» – обратился я к Осе.

«Отлично. Навела порядок, готовлю ужин, жду тебя с добычей», – отозвалась Анна.

«А „Пчёлки“ как?»

«Очухались, рыдают и клянутся, что не понимают, что на них нашло », – мысль Осы донеслась с усмешкой, но какой-то грустной и уставшей.

«Скоро буду, только вопрос, а что мы вообще ищем?» – обратился я к Осе. – «Это может быть что-то типа медальона для гипноза?»

«Ммм…» – Анна не сразу ответила что-то осмысленное. – «Скорее всего, нет. Это должна быть какая-то химия. Эликсир или травки для окуривания. Это должно быть, как генодиализ, только проще».

«Ты в принципе уверена, что получится?» – не хотелось так думать, но не спросить я не мог. – «Может, у них там уже паразит какой-то в голове, которого не убрать. И будут они всё время с бомбой замедленного действия ходить?»

«Нет», – ответила Оса после долгой паузы. – «Я не уверена, что получится. Но уверена, что паразита им позже подсаживают. На текущем уровне там просто почву подготовили, чтобы они стали более восприимчивыми к потере контроля. Думаю, там что-то на гормональном уровне. Надо пропить курс витаминов, прочиститься и само в порядок вернётся. Обряд экзорцизма проводить не придётся».

«Хорошо, а то в экзорцизме я пока не очень»… – ответил я, обрывая связь.

Витамины так витамины. Я повертел в руках пузырёк с «Глюкозой» – сканер не подсказал официального названия, но для себя я решил, что «Глюкоза» подойдёт идеально. Сомнительно, что всё так просто. Но при этом ни подо рваным балахоном «Ведьмы», ни вокруг ничего больше не было. Как-то она чересчур уж налегке бросилась в погоню, будто бы была не одна.

Я чуть по лбу себя не стукнул, она ведь действительно была не одна. Странный человек, которого я подстрелил из винтовки – когда с кукловодом ничего не случилось, я тогда решил, что это был какой-то морок, насланный «Ведьмой». Но ведь мог быть и помощник.

Через несколько минут я уже отгонял от второго тела мелких, но очень наглых падальщиков. Они были похожи на гибрид пиявки и жука-могильщика. Чёрно-красные панцири размером с мою ладонь и острые морды с присосками, которыми они уже почти превратили в мумию и так не особо упитанного мужчину. Про нравы и вкусы «Ведьм» я ничего не знал, но появилась версия, что этот персонаж был евнухом.

Проверять я не стал, просто распинал наглых жуков и осмотрел тело. Помощник «Ведьмы» тоже путешествовал налегке – нашлась кожаная фляга с обычной водой, перевязь с метательными ножами (неплохо качества, но новодел) и три коротких стальных цепи, похожие на ошейники для псов. И на этом всё.

Следов, что обнаглевшие жуки или древолазы уже что-то утащили, не было, но зато нашлась примятая трава и несколько сломанных веточек, уводящих в глубину леса.

– Давай, ищи. У тебя же нюх, как у собаки, а глаз, как у орла, – я махнул Пеплу, показывая направление.

Шакрас странно на меня посмотрел, будто хотел сказать, что нюх и глаз у нас одинаковые, но всё-таки пошёл вперёд. Я поднял автомат и на всякий случай вернул маскировку. Один неожиданный помощник у «Ведьмы» уже нашёлся, так и второй может найтись.

И он, действительно, нашёлся. Почти копия первого евнуха, только ещё не так сильно обработанный жуками-могильщиками. На бледном лице не было ни ужаса, ни боли, оно, наоборот, выглядело расслабленным и умиротворённым. Опять же в сравнении с его собратом.

– Коллега, что скажете? – я переглянулся с Пеплом. – Похоже на суицид.

Я кивнул на рукоятку метательного ножа, который помощник-приспешник воткнул себе в шею.

– Время смерти, вероятно, совпадает с моментом, когда корингкрейк расчленил кукловодку, – продолжил я изыскания криминалистической лаборатории, но шакрас уже потерял интерес ко всему происходящему и начал гонять подвернувшегося под лапу жука-падальщика.

«Я, конечно, не тороплю», – позвала меня Оса, – «но ты что-нибудь нашёл?»

«Кажется, да», – я хмыкнул и мысленно, и вживую, разглядывая небольшую полянку, проход к которой открывался в паре метрах от мёртвого приспешника.

Полноценным лагерем это назвать было сложно, но местом хранения вещей это определённо было. Под деревом стояли два больших деревянных ящика с приделанными к ним толстыми, кожаными лямками. Типа шкаф-рюкзак, в каждой из которых при желании можно было запихнуть трёх таких тощих приспешников. Но видимо, жилистых, иначе непонятно, как они такое тащить могли. Хотя вопрос ещё и в весе, лямки выглядели вполне крепкими и даже удобными по расположению, чтобы центр тяжести равномерно давил на спину.

У одного крышка-люк была сверху, а у второго – конструкция была сложнее. Крышек было несколько, но открылись они одним движением. Ящик-трансформер разложился в полноценное рабочее пространство с выдвижным ящиком внизу, небольшой столешницей и дверками с полками, как у обычного холодильника.

По центру на специальных резинках висели инструменты: ножи, пинцеты, щипцы, пила – полноценный такой мясницкий набор для сбора ингредиентов из монстров, а, может, и из людей. Там же было несколько котелков, медные мензурки и разнокалиберные ковшики, похожие на кофейники. На полках в дверях стояли склянки с разным содержимым, между которыми были заткнуты пучки сухой травы и сушёных ягод. Наверное, ягод…

Увиденное вызывало уважение. Пять баллов можно было поставить и за ассортимент, и за упаковку с компоновкой. Набор хоть и был походным, но в Пограничье не каждая генотека с собственной алхимической лабораторией может себе такое позволить.

Надеюсь, у Осы не только теории, которых она могла нахвататься, слушая разговоры Феликса, но и практика, когда она разбиралась с тонкостями генодиализа. Иначе мы просто со сканером будет пару дней изучать весь ассортимент.

Я прикрыл дверки, закрепив их на простенький замок, и принялся за второй короб. Там уже добыча была попроще – походное снаряжение палатка, одеяла, запас провизии, запас нарядов «Ведьмы», видимо, на разные мероприятия: балахон чёрный (видимо, парадный) и балахон тёмно-серый (видимо, рабоче-домашний), к которому прилагался кожаный фартук со следами кислотных ожогов и толстые защитные перчатки. Из полезного я нашёл «Глюкозы» и пару книг на неизвестном языке, но вроде как с рецептами и даже зарисовками отдельных растений.

Это я беру, а вот насчёт остального не уверен. Я переложил книги и эликсиры в походную лабораторию, а оттуда выкинул парочку самых больших и тяжёлых кастрюль. Присел, впрягся в лямки и… крякнул.

Недоверчиво посмотрел на покойника, хмыкнул и пошёл думать, отчего ещё можно избавиться…

* * *

Как бы мне ни хотелось встретиться с Осой, но до временного лагеря девчонок я добрался только через пять часов. Сначала вернулся к машине, потом подогнал её, насколько смог близко. Потом перенёс туда все находки. Причём походную кухню в итоге тоже забрал, неизвестно сколько нам ещё в дороге придётся провести.

Пока ходил туда-сюда, ко мне прицепилась стая корингкрейков, выследили по запаху гемолимфы, решив, что я их раненый собрат, которым можно поужинать. До альфа-собрата они, конечно, не дотягивали, самый крупный был размером с большую собаку, но проблем они всё равно доставили. Прыгать у них получалось ещё быстрее и дальше, но панцирь выдерживал всего три попадания. От четвёртой пули он лопался, вываливая наружу разбитое содержимое. Там бы уже никакая линька это не отрегенерировала. Пепел справлялся ещё лучше. Он, во-первых, будто желал реабилитироваться за свою низкую активность при встрече с альфой, сейчас принял основной удар на себя, не давай никому ко мне подобраться. А во-вторых, сам щёлкал кузнечиков своими дротиками, и это выходило у него с первого раза.

До кузнечиков допёрло, что мы им не жвалам только, когда у меня уже закончились патроны к винтовке и автомату. И то не уверен, что они что-то поняли, они просто закончились. Последних трёх я зарубил уже томагавком, превращая головы монстров в угольки. Заряженному томагавку было всё равно, что пробивать: череп, панцирь, шипастый воротник, особенно когда я приноровился использовать слабые стороны корингкрейков, чередую длинные «Броски» и «Спринты» и мгновенным превращением в статую. В какой-то момент вонючей крови вокруг стало настолько много, что найти меня по запаху стало нереально.

В итоге мы набили больше двух десятков монстров и собрали столько же геномов. Ценность у них была ниже как по редкости, так и по навыкам, но зато и побочные эффекты были не так выражены. Глядишь, и продадим каким-нибудь спортсменам-прыгунам по полтиннику аркоинов за штуку.

Уже отмывшись в небольшом роднике и полностью загрузив машину, выехал на дорогу и засёк на границе видимости несколько машин. Опознал в них охотников из Лос-Мата и закатил машину обратно в заросли. Понаблюдал, пытаясь предугадать их маршрут, и только когда они скрылись за горизонтом, погнал дальше.

Без новых приключений доехал до Анны, но близко припарковаться не удалось. Рассчитывал, что они сами на дорогу выйдут, но оказалось, что так не получится.

И даже не потому, что Оса успела обустроиться. Горел костёр, в углях запекались, а, может, уже и обугливались небольшие птички, похожие на перепёлок. А потому что «Пчёлки» ходить сейчас не могли и сейчас напоминали даже не провинившихся послушниц, а пленников какого-нибудь Гуантанамо, не меньше.

Рядком сидели на земле – руки связаны, ноги связана, а на головах мешки, в которых мы только недавно вывозили добро из особняка. Одежда порвана, на открытых участках тел – ссадины и свежие синяки. Впрочем, Оса выглядела не лучше. Лицо исцарапано, под глазом наливался приличный такой синячище, а причёску она хоть и пыталась поправить, но получилось плохо – видно было, что за космы её подёргали.

– Даже не смей ничего говорить, – с порога, то есть с маленького ручейка, возле которого расположился лагерь.

– Место отличное выбрала, – сказал я, скрывая улыбку, и протянул ей тетради «Ведьмы». – Полистай пока, а я всё остальное принесу. «Пчёлки» мычат, ты им ещё и кляпы вставила?

– А не надо было кусаться, – пожала плечами Оса. – Я ошиблась, всё-таки будем проводить сеанс экзорцизма.

Глава 22

Я спрятал машину и перетащил все вещи, а Оса всё это время сидела у костра, уткнувшись в записи «Ведьмы». Увлечённо листала страницы и что-то бурчала себе под нос. Периодически она наклонялась поближе к огню, что разглядеть мелкие детали или расшифровать практически «аптекарский» почерк. Уже стемнело, и в свете неровного костра Оса выглядела довольно забавно.

Симпатичная, конечно, не без этого, но синяк под глазом и взлохмаченная голова делали её похожей на дикую лесную колдунью. Учитывая обстоятельства, назвать её ведьмой, язык не повернулся.

– Как успехи? – спросил я, подтаскивая сундук-трансформер поближе к свету.

– Отлично! – улыбнулась Анна, помахав тетрадью. – Я столько новых проклятий и ядов приготовить смогу, ты не поверишь!

Отчего же? Вполне поверю, подумалось мне, когда я увидел, в какие угольки Оса превратила перепёлок. Но озвучивать эту мысль я благоразумно не стал. Благо несколько неощипанных тушек ещё ждали своей очереди. К ним попытался подступиться Пепел, но тут же был в грубой форме отправлен на хоту, совмещённую с разведкой и охраной территории. Острохвостов я отправил туда же.