Текст книги "Очень приятно, Царь! Добавки (СИ)"

Автор книги: Евгений Бергер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 15 страниц)

Курица зарумянилась, и Аля переложила её к тыквенному пюре. Затем она взяла ту самую сырую тёртую тыкву – и вот тут многие зрители подались вперёд.

Девушка-сова отжала из мякоти сок. Тщательно, через марлю, собрала оранжевую жидкость в сотейник и поставила на огонь. Сок уваривался, густел и темнел, превращаясь в концентрированный сироп – эссенцию чистого тыквенного вкуса.

– Вот это да! – восхищённо выдохнул я: – Она делает редукцию из сока. Сгущает вкус тыквы в разы, не добавляя ничего лишнего!

– Это, вообще, законно? – усмехнулся Колян.

– Это гениально!

Редукция – очень смелый метод готовки. По сути, это медленное выпаривание воды из очень жидкого сырья. Что-то типа сока или пасты. Этот метод позволяет максимально сконцентрировать сахара, кислоты и ароматические соединения. Стоит ли говорить, насколько редукция из сока или пасты может усилить вкус?

Аля собрала запеканку в глубокой форме: слой тыквенного пюре, слой сочной курицы и снова пюре. Каждый слой она пропитывала тем самым уваренным сиропом. А сверху – тончайшая присыпка из смеси пармезана и молотых тыквенных семечек, обжаренных до орехового аромата.

Форма отправилась в духовку.

Обе станции затихли. Девчата стояли у своих печей, следя за таймерами. Пшеничка то и дело поглядывала на соперницу, и в её кукольных глазах читался холодный расчёт. Аля же не смотрела ни на кого. Всё её внимание было сконцентрировано только на дверце духовки, будто она могла взглядом контролировать каждый градус внутри.

– Осталась одна минута! – объявил Энтони.

Кулинарная тян успела закончить первой.

– И для демонстрации блюда приглашается – Валерия Пшеничкина! – торжественно произнёс ведущий.

Пшеничка уже во всю несла своё блюдо к судейскому столу. На широком деревянном подносе красовались три румяных тыквы, увенчанные «коронами», что лоснились от розмаринового масла.

Она поставила своё творение перед арбитрами, отступила на шаг и снова превратилась в милашку.

– Прошу, отведайте! – пропела она голоском, от которого первые ряды зрителей растаяли.

Марика Кольцова сняла корону-крышку – и вверх взметнулся столб ароматного пара. Она вдохнула, и её весенняя улыбка стала ещё шире.

– Боже, какой аромат… розмарин, жареное мясо, орехи… и что-то сладкое под этим! Восхитительно!

– Я знала, что вы оцените. – радостно улыбнулась Пшеничка: – Скажу честно – весь секрет во вкусе. Я добавила туда нечто такое, от чего ваше желание утолить голод – взорвётся!

Казалось, что у Григория Овечкина всё давно взорвалось. Он уже просто не мог сдерживаться. Пухляш зачерпнул ложкой начинку, захватив немного мякоти со стенки тыквы, и отправил в рот. На мгновение он замер. А потом его пухлое лицо буквально засияло.

– Ох… – простонал заместитель ректора: – Мягчайшая тыква… Тает во рту, как крем. А телятина… Вы специально порубили её! Теперь каждый кусочек чувствуется отдельно… Какая неповторимая мясная сочность! А эта кислинка бальзамика идеально балансирует вкус… Гениально! Она не даёт сладости приесться!

Марика попробовала следом, и её щёки чуть порозовели.

– Изюм! – она рассмеялась: – Я знала, что ты меня удивишь, красотка! Крошечные капли сладости в мясе. И кедровые орешки так замечательно хрустят… Тыква снаружи и это богатство внутри подобно объятию родного человека! Тепло и уютно… А рубленое мясо, раскрывающееся с кремовым привкусом тыквы – настоящая гастрономическая роскошь! Безупречно, Лерочка. Высший балл!

Теперь все взгляды обратились к Амелии.

Госпожа Симонова в стиле своего отца – очень медленно взяла ложку. Отделила кусочек тыквенной стенки. Затем взяла чуть-чуть начинки. Перемешала и поднесла к губам. Она жевала долго и вдумчиво, словно пыталась расшифровать древний язык вкуса.

Весь зал затаил дыхание.

– Техника безупречна. – произнесла она ровным, холодным голосом: – Мясо сочное. Приправлено виртуозно. Бальзамик и вяленые томаты создали потрясающую глубину вкуса. Я, как будто попала на деревенский праздник с огромным и очень богатым столом. Изюм не просто даёт сладость… Он буквально украшает сочетание вкусов тыквы и мяса. Безусловно – это ресторанное блюдо высшего класса. Вы смогли удовлетворить моё любопытство и голод, Госпожа Пшеничкина!

Валерия поклонилась, и в её улыбке мелькнуло торжество. Она уже явно уверена в своей победе.

– А теперь – Алисия Жагно! – объявил Энтони.

Аля подошла без спешки. Она поставила перед судьями глубокую форму, из которой всё ещё поднимался пар, и разложив три кусочка запеканки по дегустационным тарелкам, молча отступила. Никакой улыбки. Никакого поклона. Только лёгкий, почти незаметный наклон головы, который как бы говорил: «Чего уставились? Ешьте, пока не остыло!».

– Ох, Госпожа Жагно… – Мишель отрицательно покачала головой: – Ну нельзя же вечно выезжать на своей красивой мордашке! Можно же хоть чуть-чуть попробовать в шоу… В актёрскую игру. Ей богу! Мне неприятно за этим смотреть.

– Вообще-то, ты от неё мало чем отличаешься в подобные моменты. – холодно произнёс Майлз, за что тут же получил смачную оплеуху.

Марика приступила к дегустации первой. Поднесла ложку ко рту и попробовала. Её глаза распахнулись, словно перед ней было нечто невообразимое. Пища не от измерения сего.

– Это… – моя любимая учительница, словно потеряла слова: – Это чистая тыква. И такой… Такой концентрированный вкус… Будто я откусила от самого сердца осени. Госпожа Жагно, как вы это сделали?

– Редукция. – холодно ответила Аля с таким видом, словно ей совершенно плевать на всё происходящее: – Я выпарила тыквенный сок до состояния сиропа. Именно он стал главным секретом и основой для вкуса моего блюда. Конечно же, я могла применить такие же фокусы со специями, как у Госпожи Клоунессы. Но тема – тыква. И я хотела дать вам всем именно её.

– НАСТУПИ НА МЕНЯ!!! – раздался крик из зала.

– Я ХОЧУ ЧТОБЫ ТЫ СТАЛА МАМОЙ МОИХ ДЕТЕЙ!!!

– Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ!!!

– УНИЖАЙ МЕНЯ!!!

– СЯДЬ МНЕ НА ЛИЦО…

– Тишина! – гаркнул Энтони и мигом заткнул перевозбудившихся представителей неофициального клуба исследователей красоток. Ох, зря они так… Ректору может надоесть корчить «слепошарого дурачка». А наказания за нарушения регламента и устава в Харитоновке довольно серьёзные.

– Госпожа Жагно… – Овечкин с лёгким напряжением посмотрел на ледяную Алю, а потом отмахнулся рукой и жадно набросился на свою порцию. Прожевав, он буквально застыл. А на его глазах выступили самые настоящие слёзы.

– Я плачу… – прошептал заместитель ректора, не стесняясь: – Я ем тыквенную запеканку и плачу. Она такая нежная! А курица сочная до невозможности… Но вкус тыквы… он повсюду! Он в пюре, он в этом сладком сиропе между слоями, он даже в этих поджаренных семечках сверху! Это тыква, тыква и ещё раз тыква – но каждый раз с новой стороны!

Марика подхватила:

– Она не спрятала главный продукт. Она раскрыла его целиком. Запечённая мякоть даёт карамель, сырая эссенция даёт свежесть и мощь, семечки – ореховую глубину. Три лица одного овоща! Восхитительно, Госпожа Жагно. Вы… умеете впечатлять.

– Да-да. Польщена. – скучающим тоном ответила Аля.

Последней за ложку взялась Амелия. И на этот раз она не торопилась даже больше обычного. Отделила слой пюре, каплю сиропа, кусочек курицы, крошку присыпки и аккуратно собрала на ложке весь замысел целиком.

Хоть Аля и пыталась изо всех скрыть напряжение перед местной Королевой. Но лично я всё видел. Жар-птица ты, или простой человек – лишь истинная экстра сможет вынести настоящий вердикт.

Тишина на Трибунах стала абсолютной. Даже Колян рядом со мной перестал дышать.

Амелия медленно подняла взгляд на Алю. И впервые за весь вечер, что-то в её ледяном лице едва заметно смягчилось.

– Уваренный сок сырой тыквы. – тихо произнесла она: – Вы наглая, чрезмерно храбрая и дико самоуверенная специалистка. Вы просчитали свою оппонентку. Вы изучили абсолютно каждую мелочь во всех её потенциальных блюдах. И жестоко обернули против неё. Вы взяли эссенцию продукта и усилили её в блюде… Здесь нет ничего лишнего. Курица, семечки, капля сыра… Всё это служит лишь одному. Её Величеству – Тыкве. Вы не украшали продукт. Вы были честны с ним. И он ответил вам всей своей полнотой.

– Благодарю. – холодно ответила Аля, едва заметно выдыхая с облегчением.

– Оба блюда – шедевры. – произнёс Овечкин, промокнув губы салфеткой: – Однако тема сегодняшней дуэли – тыква. Думаю, нам нужно немного посовещаться, чтобы понять, кто именно раскрыл тему лучше.

– Спасибо, уважаемые судьи! – торжественно произнёс Энтони: – Чем же закончится борьба двух богинь кулинарного Олимпа?

– Победит Госпожа Пшеничкина. – холодно произнёс Майлз.

– Это ещё почему? – удивилась Мишель.

– Жагно их идейный противник. Если Пшеничкина помогает развивать кулинарию, то Жагно – наоборот, разрушает её. Увы, как бы камеры не пытались выхватить истину… Арбитры будут предвзяты. Да и к тому же – кто посмеет оспорить результат данной дуэли? Это ж не битва студентов.

– Ну… Не знаю. – задумчиво ответил я: – Как по мне – победитель этого сражения очевиден. И если результат будет другим… Моё уважение к арбитрам сильно упадёт.

– Ты слишком заморачиваешься. – холодно произнёс Майлз: – Симонов просто хочет привлечь новых спонсоров красивым и драматичным шоу. К тому же, я воспитывал в Пшеничкиной не просто повара. Я учил её, как грамотно взаимодействовать со зрителями и арбитрами на сцене.

– Что ж… Вот сейчас и увидим.

Благо, что арбитры совещались недолго. Энтони, приняв от них карточку, вышел в центр Арены:

– Обе дуэлянтки показали кулинарию высочайшего класса! – торжественно произнёс ведущий: – Валерия Пшеничкина создала блюдо ослепительной роскоши и техники! Алисия Жагно представила концентрированную тыкву, которая раскрылась с разных сторон. Однако по единогласному решению… почетное звание победителя осенней битвы получает… АЛИСИЯ ЖАГНО!!!

Волна звука обрушилась с трибун. Овации хлынули, как прорвавшая плотину река.

А внутри меня с облегчением развязался узел. Плевать, идейный враг перед тобой или нет. Арбитр должен отринуть все предвзятости, как только согласился судить поединок. Таково моё мнение.

Аля стояла посреди этого урагана всё такая же спокойная. Лишь чуть склонила голову, как бы принимая поздравления от зрителей. Затем взглядом она нашла меня… И в этот единственный миг уголки её губ дрогнули в тени улыбки.

Валерия подошла к сопернице. Вся такая милашка… Улыбнулась и протянула тонкую ручку. Но я видел, как в глубине её глаз горел холодный и злой огонёк уязвлённой гордости. Аля максимально равнодушно пожала протянутую руку.

Очередной ценный урок усвоен. Пшеничка хотела показать роскошь и богатство, взяв огромное количество ингредиентов и секрет. Аля же просто приготовила тыкву строго по техническому заданию арбитров. Вот и всё.

Будь внимательным и честным. Зачастую – это намного дороже, чем роскошь и яркие понты.

* * *

– «Зирвак»? – удивлённо произнесла Лилия, оглядывая достаточно обыденное кафе восточной кухни: – Сетевой узловик реально тусуется здесь? Но… зачем?

– А ты обрати внимание. – усмехнулся я: – Позади нас столик, за которым сидят певец Колдун и политик Екатерина Звездулина. Одеты, как обычные люди… максимально неприметно.

– ЧЕГО⁈ – Лилия хотела было оглянуться, но я вовремя её остановил.

– Не вздумай. Они пришли сюда, чтобы на них никто не обращал внимание. А вон за тем столиком сидят Анна Проссеко и Прохор Старолюбов.

– Вижу… Чёрт возьми, Дерек! Я их вижу!!!

– Тише… А рядом со входом сидят Ольга Арбузова и Тимур Шикотрутинов.

– Боже… Я думала, что они в шутку встречаются…

– Все так думают. Но на самом деле – это не просто кафе восточной кухни. Сюда приходят, чтобы не попасть под объективы наглых папарацци. Никто не ожидает увидеть тут звёзд имперской эстрады.

– Невероятно… А этот придурок, выходит, нашёл золотую жилу?

– Типа того.

– Чего желаете? – к нам подошла милая девочка-овечка.

– Нам два бокала «Империала», а всё остальное – чуть позже. – ответил я.

– Чудненько! Сейчас всё будет. – кивнула официантка и направилась в сторону барной стойки.

– Пришёл… – тихо прошептала Лилия, и я тут же взял её за руку.

Парнишка выглядел максимально неприметно. В серой куртке с капюшоном. Как будто, он реально пришёл перекусить после тяжелого трудового дня.

– Не могу больше сдерживаться… – я привстал и тут же страстно поцеловал Лилию в губы.

Конечно же, сетевой узловик всполошился и принялся щёлкать нас на камеру коннектора.

– Всё?

– Да, он закончил.

– Прекрасно… – я провёл ладонью по щеке Лилии, а затем быстро переместился за столик нашего папарацци: – Привет, дружище!

– Ой… Мне, наверное, пора… – он попытался встать, но я тут же схватил его за руку и усадил на место.

– Сядь. И не паникуй. Пикнешь – я тебе голову сверну.

– Господин Цареградцев… Я всё понимаю! Но… Это моя работа…

– Успокойся, говорю. У меня с собой пистолет. «Вальтер ППК» седьмого калибра. Казалось бы – совершенно бесполезный патрон. Маленький… И никчёмный. Но им казнили огромное количество колдунов в Австрии. Подходили со стороны спины… Наставляли ствол в то место, где у проклятого волшебного ублюдка печень… Чик! И всё. Очень мучительная и болезненная смерть, друг мой.

– Вы же повар…

– А ещё сирота, которого никто и никогда не будет подозревать. – улыбнулся я: – Да чего ты такой кислый? Расслабься… Я прекрасно понимаю, что каждому нужен свой хлеб.

– Что вам надо…

– Я хочу, чтобы ты сделал новую статью в своей группе, но на этот раз вот с этой девушкой.

– С Лилией Веселухиной?

– Именно. Так уж и быть… Я разрешаю тебе опубликовать эти фотографии. Но заголовок должен быть громким! Запоминающимся. Чтобы все забыли про предыдущий. Ты меня понял?

– Понял!

– Если ты опять накосячишь, то тебя ждёт… «Вальтер». – я весело подмигнул, взъерошил парнишке волосы и вернулся к Лилии.

– Как всё прошло? – тихо спросила она.

– Он осознал свою ошибку. Не переживай! После новой статьи все будут верить, что я твой на веки.

– Я максимально довольна! – обрадовалась Лилия: – Слушай… У меня программное обеспечение на компьютере слетело. Сможешь переустановить?

– Вообще, без проблем.

* * *

На следующее утро, когда я вернулся в Харитоновку, то сразу почувствовал, нечто очень странное. Как будто все окружающие решили прожечь меня взглядом… Сперва охранник на КПП. Затем Раневский, что дико заржал и ушёл. Потом ещё несколько студентов.

Даже Стрелков выглядел, каким-то совершенно не таким. Он хмурился, но не со злобой, а очевидной… завистью?

Странно это всё.

– Слышь! Цареградцев! – ко мне толпой шли представители неофициального клуба исследователей красоток.

– Что такое? – я на всякий случай приготовился к быстрой драке.

– Ты это… Ну… – пухлый здоровяк огляделся по сторонам, а затем вручил мне золотой конверт: – Приходи к нам, когда хочешь… Типа… Будем рады видеть тебя в наших рядах. Ты крутой.

Все остальные представители дружелюбно заулыбались и начали пожимать мне руки, словно я их любимый исполнитель.

– Спасибо, конечно…

– Да ты не торопись, брат… мы всё понимаем. У тебя подготовка. Все дела. – кивнул здоровенный пухляш: – Но если что – мы ждём.

– Спасибо.

Ничего не понимая, я направился к общаге. Что, вообще, случилось с этими ребятами? Они же меня ненавидели всеми фибрами своей души? Странно…

– Цареградцев!!! – из «Полярной совы» вылетела Лера и тут же схватила меня за шиворот пальто: – Ты совсем охренел⁈

– Да, что происходит⁈

– А ты не знаешь⁈ – Глава студсовета протянула мне коннектор.

Фотография нашего с Лилией поцелуя. Кстати, не плохо получилось. У парнишки явно талант.

И надпись: «Великий Чпок-мастер: ведущий популярного шоу и студент Харитоновки собирает „звёздный“ гарем. Московские модели первого эшелона! Что дальше? Актрисы голливудской величины?».

– И как ты это объяснишь⁈ – прорычала Лера: – Совет Элит в ярости! Господин Симонов не знает, что и сказать… Все… в шоке!

– Понимаю… прозвучит странно, но у тебя случайно не завалялось старенького «Вальтера»?

Глава 10

– У меня такое ощущение, что мозгами тебя бог не наделил. – холодно произнёс я, удерживая за ногу испуганно бултыхающегося Фридриха Менсера. Стоп! Кто же такой Фридрих Менсер, и за что простой студент из Харитоновки держит его вниз головой на высоте четвёртого этажа?

Так вот, Фридрих Менсер, он же «Московский правдоруб», он же «Гнида», он же «Жопный свисток» – тот самый парнишка, из-за которого вся столица искренне верит, что у меня гарем из топ-моделей.

А как я уже неоднократно говорил – злить Короля Тьмы, это очень сомнительное удовольствие, которое, скорее всего, обернётся отвратительными последствиями.

– Я не виноват!!! Ты сам попросил!!! – скулил Фридрих.

– Я попросил, чтобы ты сделал всё красиво, а не добавил Веселухину в несуществующий гарем!

– Ты сказал, чтобы все запомнили! Я чётко исполнил… Да, и вообще – если хреновое ТЗ, то результат всегда ХЗ! Сам виноват!!!

– Выходит, мне отпустить тебя?

– НЕТ!!!

– Послушай, Фридрих… Я понимаю, что всем нужно работать. И что ты у нас… хрен знает, как дожил до своих лет… Но сегодня же ты выпустишь пост, где опровергнешь всю гаремную информацию обо мне!

– Я так не могу! У меня кредит доверия среди подписчиков!

– Ну, в таком случае – твоей родне придётся брать кредит на твои похороны. Не беси меня, мальчик… Да, я повар. Но тем не менее – прекрасно обращаюсь с холодным оружием. А ещё я на хорошем счету у местной полиции.

– Хорошо! Я выпущу оправдательную статью!!!

– Прям хорошую! Что я – НОРМАЛЬНЫЙ человек. А-то ляпнешь, что я гомосек или того хуже. В общем, никакого гарема нет. И я встречаюсь с Веселухиной. А с Левински вышла ошибка. Понял меня?

– Понял! Я всё сделаю в лучшем виде…

– Эй ты! – возле меня в воздухе появился Мохнатый, ряженный в серый костюм: – Ты что творишь?

Оп-па… Надеюсь, что блокиратор работает. Ибо мне, как среднестатистическому парню было бы крайне тяжело держать одной рукой дергающееся туловище весом в шестьдесят девять килограмм.

– Господи… Вот только этого не хватало… – обречённо вздохнул я: – Слушай, мне не нужны неприятности от местных суперов! А этот парнишка пишет про меня всякие гадости в сети.

– Искандер Цареградцев. Гаремовод высшего уровня. – нахмурился Мохнатый: – Знаешь, встреться мы при таких же обстоятельствах раньше – я бы тебе личико разукрасил.

– Ты дурак совсем? Суперы не грубят гражданским.

– Ты держишь человека вниз головой на приличной высоте, к тому же находишься на стройке, которая является частной собственностью. Что-то я не припомню, чтобы в законах Империи разрешалось подобное. Это угроза жизни!

– Не душни. К тому же, я с ним уже закончил. – я отбросил Фридриха на заснеженный пол.

– Мне плевать – студент Хренотоновки ты или ведущий. Закон для всех един. Пока отделаешься предупреждением, Цареградцев! Но учти… если попадёшься второй раз – я с тобой церемониться не стану.

– Какая щедрость… – с нескрываемым сарказмом ответил я: – Ладно! Буду максимально сдержанным и добрым.

– Смотри у меня! – Мохнатый пригрозил указательным пальцем, а затем быстро улетел в сторону Центра.

Да они там совсем охренели⁈ Я думал, что суперами они стали, чтобы поймать меня. Но видимо слишком сильно вжились в роль стражей города. С одной стороны бесит… С другой – преступность и правда упала на двадцать четыре процента. Молодцы, парни!

Кстати, надо бы сообщить Летти, что блокираторы работают исправно. Мохнатый не почувствовал меня.

Вытащив коннектор, я повернулся к суетливо убегающему Фридриху, а затем взглянул на экран.

– Твою ж мать!

Сорок семь пропущенных… Амелия, Лера, Леночка, Колян и пара незнакомых номеров. Неужто Волгин всё же перешёл в наступление?

Набрав Амелии, я прислонился к серой замороженной бетонной плите.

– Дерек! Ты куда пропал? Мы тебя обыскались!

– Договаривался с парнишкой, из-за которого меня шейхом кличут.

– Я надеюсь… он жив?

– Конечно! Он сегодня же исправит ситуацию.

– Ладно… А-то тут девочки-орки беснуются. Очень хотят тебя увидеть.

– Чтобы убить?

– Нет. Скорее, отбить тебя у Госпожи Веселухиной.

– И вы все из-за этого меня искали?

– Нет. Если честно, то мне плевать на твои шашни. Но вот отца и Волгина ситуация с твоим… «гаремом» очень взволновала. Они пригласили специалиста, чтобы тот поговорил с тобой о традиционных ценностях Империи.

– Что⁈ Зачем⁈

– Ты студент Харитоновки, Дерек. И твои взгляды на отношения могут отразиться на имидже нашей академии. Очень плохо, когда Его Императорское Величество пропагандирует моногамную семью. А студент из самой важной кулинарной академии завёл себе гарем.

– Ладно… Я скоро приеду.

– Угу. Только мне одно во всей этой истории не понятно…

– Что такое?

– Откуда у тебя время на всех девчонок? Ты же вечно практикуешься, учишься и работаешь.

– Пользуюсь «маховиком времени». Подарок Дамблдора.

– Смешно. Ладно, Дерек. Я жду тебя в Центральном корпусе. В фойе.

– Скоро буду.

* * *

Общество диктует свои условия. Рамки, в которых каждый его представитель должен существовать. И любое пресечение местных границ зачастую наказывается изгнанием из этого самого общества.

Но я готов ответственно заявить, что все эти условия не более, чем игра.

Сколько бы мне не рассказывали историй про сотни тысяч миров людей в глубинах космоса – везде бытует одна и таже игра. Ты можешь быть, кем угодно… Заниматься абсолютно любой деятельностью. Но для большинства ты обязан оставаться в этих самых рамках.

Проклятый спектакль… Фестиваль лицемерия!

И мутный дядька в чёрном деловом костюме, максимально надменным взглядом и заострёнными усиками, как у типичного итальянского мафиозника – лишь подтверждал мои наблюдения. Доктор Эдгар Зимуфович. Профессионал своего дела! По крайней мере – так сказала Амелия.

И сейчас мы с Зимуфовичем сидели в пустом кабинете кулинарной истории среди огромного количества плакатов и старых книг, чтобы разобраться с моими «проблемами».

– Господин Цареградцев. – мягко произнёс он, внимательно разглядывая моё лицо: – Скажите… Вы страдаете от зависимостей?

– Что вы подразумеваете под этим словом?

– Никотин. Алкоголь. Наркотики.

– Нет. Вредных привычек не имею. Наркотики убивают центральную нервную систему, печень и почки. А сигареты убивают мой рабочий инструмент. Я, вообще, не понимаю шефов, которые курят. Алкоголь тратит слишком много времени, которое можно потратить на что-нибудь полезное.

– Неужели у вас не возникает желания выпить в пятничный вечер, чтобы расслабить мозг?

– Возникает. Но я стараюсь об этом не думать. Вечером в пятницу мне будет хорошо. А в субботу утром – плохо. Где похмелье, там и потерянный день.

– У вас похмелье даже от одной кружечки пива?

– Кружечка пива? Я предпочитаю не начинать застолье, если речь идёт про «одну кружечку пива». Я не люблю врать себе. А ещё искренне верю, что если ты решил выпить – то делай это качественно! Даже плохие вещи стоит исполнять хорошо.

– Выходит, вы не можете остановиться только на одной. – причём, сказал он это, как утверждение, а не вопрос, после чего сразу вытащил из внутреннего кармана своего пиджака маленький блокнот с ручкой и принялся записывать.

– Я могу остановиться, когда захочу. И, вообще, что за вопросы?

– Мне просто нужно понять, кто сидит передо мной. Вы же изучаете ингредиенты, прежде чем приготовить блюдо. Верно? Так же и мне необходимо составить ваш психологический портрет, чтобы понять, в какую сторону работать.

– Боже… С чего вы взяли, что со мной надо работать?

– Потому что так сказали ректор и… Глава местного клуба отличников.

– Прекрасное название! Возьму на вооружение.

– Не стоит. Я далёк от вашего учебного заведения. Поэтому могу путаться в местных названиях. – не отрываясь от блокнота, произнёс Зимуфович: – Скажите… Вы любите женщин?

– Обожаю.

– Как вы общались с матерью?

– Это сейчас необходимо?

– Поверьте мне. Крайне необходимо.

– С матерью у меня были потрясающие отношения.

– М-м-м… Выходит, ваш отец не часто проявлял к вам свои чувства. Был холоден. И, скорее всего, крайне редко появлялся дома. Он преследовал цель обеспечить семью… И скорее всего, занимал высокую должность. Но вы этого не понимали в силу своего юного возраста. Мать изо всех сил пыталась компенсировать любовь обоих родителей, но вы были не единственным ребёнком в семье. М-м-м… Латентный нарциссизм с лёгким флёром синдрома самозванца говорит о том, что вы были младшим ребёнком.

– Какая чушь…

– Неужели? В таком случае, мне не совсем понятно. Дамские угодники… или, если говорить открыто – бабники бывают трёх категорий. Первая – вынужденные бабники. Увы, это самый редкий тип, когда парень настолько востребован у противоположного пола, что иначе просто не может. Зачастую он становится жертвой обстоятельств. Данный тип бабника самый несчастный из всех. Вторая категория – патологический бабник. Такие появляются из неполных семей. Или из семей, где отца практически не было. Вахтовики, военные, геологи… Дальнобойщики. Патологический бабник ищет любовь, которую ему недодали в детстве. Он внимательно изучает женский пол. Зачастую представители второй категории выглядят максимально безопасно для девушек. Они ловко пользуются своими знаниями. Манипулируют. И имеют уникальную особенность всегда выходить сухими из воды… А из-за того, что отца рядом не было – патологические бабники попросту не знают, откуда взять семейную поведенческую модель. Мать одна, значит и патологический бабник будет избегать серьёзных отношений.

– Простите… Но нам обязательно всё это?

– Обязательно. И третья категория – маниакальный бабник-достигатор. Такие мужчины видят в женщинах «трофеи». С самого юного возраста они учатся общаться с девушками. Из-за маниакальных бабников-достигаторов появился термин «милфа». Многие по ошибке воспринимают это, как комплимент… Но на деле же «милфа» – это типичная цель для юного бабника-достигатора. Одиноким женщинам тоже хочется вновь ощутить юношеский задор. Только вот, проблема заключается в том, что достигатор свалит сразу, как получит своё. Мерзкие типы… Но даже с такими мне приходится работать.

– И что вы хотите этим сказать? Что я мерзкий тип?

– Нет. Вы явно не достигатор. У вас… относительно чистое сердце. Вы стараетесь поступать по совести. И очень цените своё время. Вы явно из второй категории. Проблемы с отцом. Проблемы с вашими мечтами… Вы всегда хотели стать поваром, но судьба мешала. Я так понимаю, вы долгое время жили в приюте?

– Всё верно.

– Знают ли ваши девушки о существовании друг друга?

– Что значит «мои девушки»? Если вы искренне верите в то, что у меня есть гарем, то вынужден вас разочаровать.

– Разочаровать… – Зимуфович вновь принялся, что-то записывать в блокноте: – Скажите, что вы ищите в женщинах?

– Да с чего вы взяли, что я вам расскажу?

– Я понимаю, что вам плевать на меня и руководство академии. Вы самодостаточный человек и в некотором роде… даже бунтарь. Но поверьте мне на слово – всё, что мы сейчас с вами делаем, исключительно для того, чтобы успокоить ваше руководство. Мы посидим, побеседуем… Я сдам ректору анализ нашего разговора. И от вас отстанут.

– Ладно. В женщинах я ищу поддержку. Мне не нужна принцесса! Я хочу королеву, которая пойдёт со мной в бой. Плечом к плечу. Мне не нужны современные меркантильные замухрышки, которые всё измеряют в деньгах. Я за любовь. Огромную! Настоящую. Тёплую. Отдам всего себя, если потребуется.

– Отлично! Но вы встречаетесь с несколькими девушками одновременно. Почему не выберете одну из них?

– Я не встречаюсь!

– Называйте, как хотите. Но вы явно вступали в интимные отношения с несколькими девушками за… довольно краткий промежуток времени. И многие из них видят в вас потенциального «бойфренда». Так вот… Почему вы не говорите твёрдое «нет»?

– Потому что это не только мой выбор. Я же не насильник.

– Я понимаю. – и он вновь сделал запись… Бесит: – Прямо сейчас вы ищите любовь?

– Ну… Не прям ищу. Сейчас всё моё время посвящено учёбе.

– Понятно. Амбиции. Вы хотите семью?

– Наверное. А кто не хочет?

– М-м-м… Вы в курсе, что такое гарем?

– В курсе.

– Гаремы заводили в восточных и азиатских странах, чтобы получить наследника. Увы и ах, медицина в те времена была на низком уровне. И смертность среди новорождённых ужасала. Но сейчас всё иначе. Гаремы мало того, что не актуальны… Так ещё и запрещены на территории Империи. Его Императорское Величество официально выступает за традиционные ценности. В семье должны быть муж и жена. Иного не дано. И в современных реалиях это… нормально.

– Скажите честно, что именно вы хотите от меня услышать?

– Неважно, что я хочу услышать. Важно, что ВЫ сегодня услышите.

– Ох… Давайте поступим следующим образом. Ректор и Господин Волгин переживают о моей полигамности. Так? Что ж, я уже урегулировал вопрос со СМИ. К тому же, я не латентный бабник! Просто… Возникло недопонимание. Я прекрасно осознаю, что вы, как специалист, стараетесь читать между строк. Вы пытаетесь разглядеть меня сквозь призму своего опыта и «уникального» восприятия психолога. Весь такой осознанный. Весь такой «я могу прочитать каждую мелочь по поведению». Но как бы вы не пытались подогнать меня под определённые рамки и стандарты – вы упускаете важный момент. Абсолютно все люди сугубо индивидуальные. Представьте себе, далеко не все жаждут любви, потому что недополучили этого в детстве. Иногда общение с девушкой само собой заканчивается интимной близостью. Ах да… Вам же этого не понять. В юности вас жестоко френдзонили, и в итоге отвергли. Затем вы были увлечены лгуньей, которая вас активно использовала. Так… Что это было? Учёба в медицинском ВУЗе. Вы, как собачка, будучи самым успешным студентом давали ей конспекты и часами напролёт объясняли материал. О, вы так надеялись, что она оценит ваш безупречный интеллект… Но в итоге ускакала с идиотом на ярко-красном мотоцикле. И судя по всему – этот идиот был спортивнее и старше вас. Брак у вас второй. Кольцо банальное. Такое, как правило, покупают уже во второй раз. В первый раз красивое. С фишкой. Вам всегда не везло с девушками. Но не потому, что вы плохой. Просто выбирали не тех. Благо, что сейчас повезло. Ваша самооценка на пике. Говорите этой прекрасной женщине «спасибо» почаще. Но несмотря на относительно счастливый брак, вы искренне считаете, что «упустили» свою молодость. И очень часто вините в этом не своё везение, а именно девушек. Как-то так.

– Вы меня впечатлили. Однако… Не верно. – спокойно ответил Зимуфович.

– Неужели?

– Мотоцикл был зелёного цвета.

– Божечки… – я схватился за голову: – В общем, я исправил ситуацию. Гарема у меня нет. И латентным бабником я становится не намерен. Я точно также, как и все остальные искренне верю, что семья должна состоять из мужа, жены, детей и домашних любимцев. Такой ответ вас устроит?