Текст книги "Очень приятно, Царь! Добавки (СИ)"

Автор книги: Евгений Бергер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 15 страниц)

Между картофелем прятались лисички. Мелкие рыжие шляпки были подобны осенней листве. А какой стоял аромат! Пахло топлёным маслом и свежим лесом после дождя… Ну до чего прекрасно!

Взяв дольку на вилку, я внимательно осмотрел её со всех сторон. Под идеальной золотистой корочкой скрывалась кремовая мякоть, будто картофель томили, а не жарили. Соль, перец и… чеснок⁈ Но не кусочками, а прошедший сквозь масло и исчезнувший, оставив только свою лёгкую нотку.

Божественно! Если бы у меня спросили про эталон жаренной картошки, то я без замедлений указал бы именно это блюдо. Как говорили арбитры на дуэлях: высший балл!

А потом настал черёд лисичек.

Гриб отдал тепло и упругость сразу, а вкус разворачивался медленно, будто нехотя. Сначала лесная… слегка хвойная нота. Потом та лёгкая перечная горчинка, которая есть только у лисичек. А затем – сливочность масла, впитавшегося в поры. И на самом дне, под всем этим, я поймал сладкий, почти абрикосовый оттенок. Лисички так пахнут, если понюхать их сырыми, у самой земли. Повар сохранил этот аромат, пронеся его сквозь огонь. Невероятно!

– Их жарили на топлёном масле… – тихо произнёс я: – И ты явно не мыл грибы. Просто обтёр.

– Лисичку нельзя мочить. – кивнул Волгин: – Иначе она напьётся воды и умрёт в сковороде. Отдаст пару всё, что имеет. Её чистят максимально аккуратно, словно драгоценность.

– А картошка?

– Сорт с высоким содержанием крахмала. Отварен в мундире накануне, остужен за ночь и только потом зажарен. Крахмал за ночь перестраивается, и корка выходит стеклянной. Ты почувствовал молоко?

– Кремовость? Да.

– Как ты верно подметил – топлёное масло. Обычное сгорело бы. – Волгин откинулся на спинку стула: – Всё это, Дерек – не рецепты. Это решения. Сотни решений, каждое из которых прошло жёсткий отбор. И ты вкушаешь самое лучшее! Это физическое воплощение опыта.

– Уважаемо. – кивнул я, продолжая уминать картошку с грибами за обе щёки. Было немного стыдно за жадность, но остановиться никак не получалось. Невзирая на всю мою воспитанность и нелюбовь к Волгину, я сидел и не мог оторваться от жареной картошки… Прямо, как ребёнок.

– Не надо злиться. – с улыбкой произнёс Ратибор: – Война – войной, а обед должен быть строго по расписанию. К тому же… Давай на чистоту – к чему такая ненависть?

– Ты шовинист. Причём – ладно бы простой… Так нет же! Кулинарный.

– А что в этом такого? – удивился Волгин: – Дерек, я не хочу, чтобы ты видел во мне абсолютное зло. Не потому, что мне есть до этого дело. А потому, что ты можешь неправильно донести мою идею своим друзьям. Я не хочу никого притеснять. Не хочу идти по головам. И уж точно – не в моих интересах обделять кого-либо. Я не считаю, что ты готовишь плохо. И уж тем более… У меня нет разделения в плане гостей. Я обслужу любого. Аристократ это… Или же простой бездомный – мне не важно! Я буду рад, если моя еда сможет поднять кому-либо боевой дух и восстановить силы для дальнейшего пути. Но вот управлять кухней в элитном ресторане… Прости, Дерек. Но это привилегия аристократа. Мне за глаза хватило Раневского, Кольцовой, твоего Дяди Рубена и этого дряхлого старика, в которого влюбилась половина Европы. Я вижу в вас с Коляном дичайший потенциал, но… Я просто не могу этого допустить. Да, вы хорошие повара… И, возможно, я готов закрыть глаза на то, что вы прикоснётесь к высокой кухне, но… Но.

– Но ты шовинист.

– Пойми ты уже! За вами – пойдут другие! Вы станете символом… Зеленым светом для неразумных макак, которые толпой повалят в Харитоновку. И всё! Престиж гимназии и академии рухнет. Отдай кухню аристократам, Дерек. Просто подумай о будущем!

– Не слишком ли ты много на себя берёшь?

– Вот сейчас не понял…

– Послушай, Ратибор. Твои выходки против меня и Коляна основаны исключительно на том, что мы не из аристократического клана. Но тебе понравился мой борщ. И понравятся другие блюда! Я в этом уверен. Поэтому для меня загадка – а кто дал тебе право решать нашу с Коляном судьбу?

– Вы падёте жертвами во имя нашего чистого кулинарного будущего.

– А подрочить тебе не завернуть?

– Грубость… Какой же ты, порой, варвар, Дерек.

– Ты же в курсе, что если нас исключат – то поварской карьере конец?

– В курсе. Но это достойная жертва!

– Ты… реально такой тупой или прикидываешься? – внутри меня всё закипело: – Послушай, Ратибор… Если бы одним из условий поступления была бы кровь – вопросов бы не было. Но такого в уставе нет. Я проверил! Поэтому просто завались в тряпочку и не смей решать мою судьбу за меня. Понял?

– Котёнок дерзит льву? Это даже занятно. – улыбнулся Волгин.

– Ладно. – я выдохнул, отпуская всю скопившуюся агрессию: – Давай так, Ратибор… Просто завали варежку со своими «гениальными» идеями. Я не уйду из Харитоновки только потому, что первому номеру кажется, будто рестораны должны принадлежать аристо. Это… тупо.

– Хорошо. Я тебя услышал. Не то, чтобы я разочарован, Дерек… Но я искренне верил, что ты хотя бы сможешь продолжишь вести диалог.

– Типа, договориться о нашей с Коляном цене? Нет, Ратибор. Если раньше я относился к тебе, как к шизику с синдромом бога… То теперь я вижу, кто ты на самом деле. Ох и нажил ты себе врага, приятель.

– Решил показать клыки? Занятно. Не боишься, что я их сломаю?

– Это мы ещё увидим. – усмехнулся я.

– Увидим. И прямо сейчас. – Волгин щёлкнул пальцами, и тогда официанты принесли главное блюдо.

Стейк портерхаус занимал половину доски. Т-образная кость делила его на две части – узкую полосу вырезки и широкий кусок стриплойна с шикарной корочкой.

Выглядело настолько аппетитно, что мой живот не сдержался и выдал жалобную трель.

– Режь сам. – произнёс Волгин и подвинул ко мне нож.

Лезвие вошло в мясо без малейшего сопротивления! Как в тёплое масло. На срезе открылась ровная розовая сердцевина, переходящая через тонкую серую кайму в тёмную корку. Из-под ножа выступила розовая капля сока, и мне стало ясно: температура была выверена до градуса.

Первым делом я отрезал от стриплойна. Вдохнул его аромат и… О боги! Жженный жир, железо, дым, и под ними нечто ореховое и сладкое… Нет, нюхать так долго – это преступление. Поэтому кусочек отправился в рот.

«Стейк-хаус хотел открыть?» – поинтересовалось самомнение: – «Свой собственный, потому что ты делаешь стейки лучше всех… Ну-ну… Всегда найдётся рыбка покрупнее, Дерек!»

Уйди! Кыш… Мне сейчас не до этого.

Впервые за долгое время я не мог полностью осознать всю глубину вкуса, поэтому просто наслаждался. Без сомнений и прочих лишних эмоций.

Первым пришёл жар. Глубокий… Почти карамельный удар обжаренной корки, которую даёт мясу настоящий огонь. Он раскрылся мгновенно и заполнил весь рот. Волокна начали расходиться под зубами. Плотные, но податливые. Каждое было напитано соком с кровяным, глубинным вкусом говядины, которая явно вызревала неделями. Она теряла влагу и набирала концентрацию вкуса.

Жир растаял на языке и превратился в сливочную сладость. Она обволокла всё и смягчила железную остроту мяса. Соль была везде и нигде одновременно! Хвала небесам, что я сидел… Иначе был бы риск рухнуть на пол от наслаждения.

Конечно же, мне было понятно, что Волгин внимательно наблюдает за моей реакцией. Но вкус оказался настолько нереальным, что стало… как-то плевать на всё. Мир, как будто исчез, оставив меня наедине с этим потрясающим стейком.

Дальше очередь дошла до вырезки. И это был совершенно другой мир! Не такой яркий, но нежный до невозможности. Она таяла, практически полностью лишённая сопротивления. А вкус её был чистым и деликатным… Он не кричал, а шептал. Два куска на одной кости. Два характера! И между ними – та самая кость, отдававшая мясу у своего края особую, костномозговую глубину, которую нельзя получить никаким другим способом.

Проклятый Волгин… Он знал, как меня подкупить! Я медленно жевал. И мне совершенно не хотелось, чтобы это заканчивалось. Где-то внутри… Там, где обычно было холодно, сейчас разливалось тепло. Почти детское… Почти постыдное в своей простоте. Это было вкусно… Это было оскорбительно и унизительно вкусно. Так вкусно, что хотелось одновременно смеяться и злиться!

Волгин меня уничтожил. Низверг. Вбил в землю с колоссальной силой.

Нож и вилку я отложил только тогда, когда на доске остались лишь кость и потемневший сок.

Волгин внимательно смотрел на меня. И только сейчас я обратил внимание, что тарелки перед ним нет… Он был не в роли гостя. Подонок пришёл сюда, чтобы наблюдать.

– Ну вот. – произнёс Ратибор мягким, почти ласковым голосом, из которого тонкой струйкой сочился холод: – Теперь ты знаешь, какова пропасть между нами. Это были самые простейшие блюда, Дерек… Проще – ну реально не существует. И что? Ты сможешь приготовить их так же?

– А ты бы смог в середине ноября, когда находился на первом курсе?

Вопрос застал Волгина врасплох. Самодовольная ухмылка практически мгновенно исчезла с его лица.

– Ты всерьёз решил запугать первокурсника своей готовкой? – теперь улыбался я: – Хорошо, Ратибор. Как ты там меня назвал? Котёнок? Что ж… Странно, когда лев нападает на котёнка. Сразу же создаётся впечатление, будто лев очень боится того, во что этот самый котёнок вырастет. Знаешь… Один мудрый человек сказал мне довольно интересную фразу. Если старое поколение уходит без боя… то что же это за новое поколение такое? – я поднялся из-за стола: – Ты сам выбрал этот путь, Ратибор. Поэтому… я клянусь. В марте этого учебного года я приготовлю портерхаус лучше, чем ты.

– Не слишком ли сильное заявление?

– Если не получится, то мне здесь больше не место.

– Интересно, Дерек… – злорадно ухмыльнулся Волгин: – Очень интересно. Что ж, в таком случае – я буду ждать.

– Жди. – кивнул я, и направился в сторону дверей: – Всего хорошего.

Франческо был прав. У меня, в отличии от нынешних третьекурсников из Совета Элит – есть мощнейшая поддержка. А Волгин… Пускай верит в свою максимально несостоятельную идею дальше. Править ему всё равно недолго осталось.

Как только я вышел на улицу, чтобы остудить мозги после ужина у Ратибора, то меня практически сразу перехватила Клара – наша девушка-дрель, а заодно и староста группы.

– Дерек! – она выглядела максимально возмущённой: – Почему ты ничего не сказал по поводу психолога?

– Какого психолога?

– Ну… Который приходил по поводу твоей чрезмерной увлеченности девушками.

– А… Ты про это? Но почему я должен был отчитываться перед тобой?

– Я староста! Мне нужно рассказывать всё! К тому же, вдруг кто-нибудь из первогодок забеременеет? Мне нужны будут все подозреваемые!

– Почему только первогодки?

– ДЕРЕК!!!

– Шутка… Прости. У меня сейчас столько всего. Как-то не до подобных мелочей. К тому же… Ну какая у меня чрезмерная увлеченность девушками? Я не популярен. Да и, вообще, простолюдин.

– ДЕРЕКУСИК!!! – из снега вылетела Гира с толпой мускулистых красоток и швырнула в меня огромный букет роз. Меня реально пригвоздило цветами к земле.

– Госпожа… – слегка испуганно возмутилась Клара: – Что вы себе позволяете⁈ Это мой подопечный!

– Что⁈ – и вот тут няшная девушка-орк напрягла все свои мышцы: – Конкурентка⁈

– Эм-м… Я староста. Он из моей группы… Андестенд?

– Что-то я не поняла… Ты сейчас быкуешь что ли?

Господи, да что за женская версия Озона…

– Гира! Она ко мне не подкатывает. Это просто моя староста. Она вожак нашей студенческой группы. – освободившись от цветов, ответил я.

– А… Ладно. Поживи пока. – Гира улыбнулась и похлопала массивной ладонью по худенькому плечу Клары.

– Дерек… Как они сюда проникли⁈ Кто это, вообще⁈

– Это мои учени… – договорить я не успел, ибо в меня на приличной скорости влетела коробка с коннектором, а сверху рухнула коробка с огромным телевизором: – Твою ж мать…

– Я сейчас охрану вызову!!! – пискнула Клара, но было слишком поздно.

– Подарки подарила. Ухаживания! – радостно заключила Гира, по-хозяйски вытаскивая меня из снега: – Теперь – в ресторан!

– Дерек… – ужаснулась Клара.

– Всё в порядке. – я сейчас выглядел, как отец Кларка Кента из фильма про Супермена 2013 года. Тот самый момент, когда он пожертвовал собой в смерче, ради того, чтобы его сына не спалили местные жители: – Я позвоню, как вернусь в комнату…

– Ты уверен?

– Более чем!

– Ухаживания! – гордо заключила Гира и поволокла меня в сторону КПП.

Её няшные девочки-орки поспешили следом.

Глава 16

– Может… Ну… – врач кошко-жена смотрела на меня с легкой ноткой беспокойства и подозрения. Как будто я был той самой жертвой, которую серьёзно запугали и насильно наделили правом о неразглашении свидетельских показаний: – В полицию позвонить?

– Зачем? – удивился я, терпеливо ожидая, когда мне в очередной раз перебинтуют руку: – Уверен, что моя ученица не хотела причинить мне вред. А разве желание сводить своего учителя в ресторан – это преступление?

– Простите… – Гира сидела рядом со мной, виновато склонив голову: – Я опять слишком увлеклась…

– Ничего страшного, дорогая! Главное, что ты всё это осознаёшь. – сделав важный вид, тоном мудреца ответил я: – Почти все в этом мире проходят болезненный путь опыта. Это, как идти по раскалённым камням. Но не переживай! Ты всегда можешь попросить у меня совет.

– Ты такой добрый, Дерекусик… Я этого не заслуживаю…

– Почему? Ты… просто ещё молодая и неопытная.

– Мне двадцать… Я уже взрослая!

– Ну, что ты? – я хотел было возразить, но проблема в том, что двести лет только внутреннему Королю Тьмы, а снаружи – всё тот же восемнадцатилетний пацан: – Дело ведь не в возрасте. Скажи, у тебя было много парней?

– У меня их… Не было вовсе. – густо покраснев, ответила Гира: – Не до мальчиков, как-то… Учёба… Кружок…

– А как же романтические фильмы и сериалы? Или книги… Девочки же такое очень любят.

– Ну-у… Несмотря на мой внешний вид, я всегда предпочитала боевики. Мне нравятся сильные и умные мужчины. Прямо, как ты!

– Хм-м… Разве я показывал при тебе силу? – удивился я.

– Конечно! Ты был таким мужественным на арене… Да и тогда, на открытом уроке… Если честно, то Шеф Волгин вызывает у меня неоднозначные чувства. Я… понимаю, что это звучит глупо и странно… Но я его немного побаиваюсь.

Небольшая ремарка: Орки в силу особенностей свой жизни в родном мире – так же, как и остальные расы имеют уникальные способности. Если у тех же гоблинов были очень развиты зрение, слух, обоняние и вкус, то у орков серьёзный уклон в предчувствие и проницательность. В учебниках по истории писали, что эти существа никогда не вели оседлый образ жизни. Мол смысл существования орков заключался в вечных погонях и племенных стычках друг с другом. Понятно, что это не «Вархаммер» с их вечным «постуком» бойзов. У наших орков была своя цивилизация, культура и… естественно – довольно прокаченная техника войны. Учебники утверждали, что многие племена полагались на разведку и инфильтрацию. Вражеские агенты могли внедрится очень глубоко! Были случаи, когда шпионы становились помощниками вождей.

В связи с этим, орки на генетическом уровне начали вырабатывать уникальную проницательность. Иными словами – они узнают настоящего тебя, даже если ты спрячешься под несколькими социальными масками.

Гира была абсолютно права. Она видела во мне Короля, а в Волгине – типичного двуличного злодея.

– Не думал, что силу можно увидеть в повадках человека. – усмехнулся я.

– А как иначе? – врач кошко-жена внимательно посмотрела на меня: – В современном обществе никто не будет расшвыривать потенциальных конкурентов за самочками в честном рукопашном бою, как это было раньше. Самочки выбирают сильных партнёров по внешним признакам и своему собственному женскому чутью. Мужчина определяется делом, это понятно. Но прежде, чем дать этому самому мужчине шанс проявить себя – нужно увидеть в нём силу. Повадки. Речь. Движения. Взгляд. Всё это говорит о мужчине вместо слов. Вот вы – уверенный. И это явно не из-за размеров вашего достоинства.

– В смысле⁈ Да с чего вы взяли⁈

– Та маленькая госпожа в кулинарном додзё – явно не врала.

– Зиночка? Ох…

– Ну-ну! Не надо расстраиваться. Это же был комплимент! Очень здорово, когда самец уверен в себе не только из-за отсутствия подростковых комплексов. Ваша прекрасная ученица смогла узреть в вас силу. То есть, она рассматривает вашу кандидатуру для последующего создания потомства.

– Ой, ну что вы? – Гира засмущалась ещё больше и так долбанула мне ладонью по спине, что позвоночник едва не вышел через рот: – Я так далеко не заглядываю… К тому же, симпатия должна быть взаимной! А я совсем не знаю, что на уме у Дерекусика…

– Уверена, что если вы не опустите руки – Господин Дерекусик обязательно ответит вам взаимностью. – улыбнулась врач кошко-жена: – Ну вот! Я закончила. И очень прошу, Господин Дерекусик – будьте бдительны в следующий раз. Девушки-орки прекрасны. Спору нет! Их огромный рост и идеальные атлетичные мышцы выглядят крайне возбуждающе! Но вы должны помнить, что орки – одна из рас визитёров, которая совершенно не умеет адаптировать свою силу к хрупким людишкам типа вас.

– Я знаю. Просто… Отвлёкся, когда Гира закинула меня к себе на плечо.

– Госпожа! – врач кошко-жена с лёгким осуждением взглянула на роковую красотку: – Самочка в паре должна быть чуткой. Это необходимо далеко не только ради спаривания и брачных игр, но и в целом. Бытовуха… Вы даже не представляете, сколько вызовов у меня именно к парам, где самка – визитёр, а мужчина – человек. Любая неосторожность может сделать вашего драгоценного мужчину инвалидом. Или даже убить! Поэтому очень прошу… Будьте осторожны с Господином Дерекусиком! Особенно, когда будет «первый раз». НИ ЗА ЧТО!!! Я повторяю – НИ ЗА ЧТО не практикуйте позу наездницы. В тазобедренной части у мужчин не только репродуктивные органы, но и огромное количество вен и артерий, которые очень легко повредить осколком сломанной кости. И по поводу оральных ласк я бы тоже постаралась быть максимально осторожной. Ваши прекрасные клычки могут совершенно случайно превратить причинное место вашего мужчины в фарш. До сих пор помню вызов… Естественно – ночной. Зверолюды серьёзно отличаются от зооморфов. Наша раса ближе к людям. Как вы успели заметить, у нас всего лишь ушки, хвостик, идеальное зрение, слух и обоняние…

– А также сила, как у слона. – хмыкнул я.

– И ловкость, как у антилопы. – кивнула врач кошко-жена: – Так вот, зооморфы ближе к людям. А зверолюды – типичные персонажи из старых мультиков Диснея. Антропоморфные животные, у которых не только звериные инстинкты, но и многие органы. Приезжаем мы с бригадой. Сидит совсем молоденькая киска… Лет двадцать от роду. Вся такая красивая! Шёрстка блестит. Бельишко от «Секретов Викуси». В общем – ночная пушистенькая шоколадка. Я бы так её назвала.

– Боже… Да это же фурри!

– Не вздумайте их так называть… Они очень обижаются!

– Ладно. Понял. Так что там с «ночной пушистенькой шоколадкой»?

– Сидит на кровати. Грустная. Смущённая. А рядом мужичок… Лет пятидесяти. Человек. И к паху прислоняет окровавленную простынь. Корчится… В общем, подаёт все признаки того, что скорую вызвали не зря. И что вы думаете? Киска очень любит своего мужичка. Захотела ублажить. Только вот… Почему-то ни молодая дурочка, ни взрослый извращенец не подумали, что у кошек – шипастый язык. Они не жуют, а перемалывают пищу при помощи особой языковой щетины. И всё. Сосиску малость покромсало.

– Он хоть выжил? – поинтересовался я.

– Ну, конечно! Мы его обработали. Наложили пару швов.

– Я про мужичка…

– А… Так, естественно! Там ничего страшного. Просто последствия слишком сильной страсти и глупости. Как можно было о таком не подумать⁈ Господи… Хотя, чего уж тут говорить? Сколько всего мы доставали у людей и визитёров из… того самого. Ну, вы понимаете.

– Не продолжайте! Прошу… – выдохнул я.

– В общем, самцы и самочки – иногда те ещё затейники. Поэтому – я ничему не удивляюсь. Но всегда настоятельно рекомендую – даже если очень сильно хочется сесть на банку… Не стоит этого делать. Здоровье не казённое.

– Ладно.

– В общем, Госпожа! Я ещё раз говорю – будьте бдительны и осторожны к своему партнёру-человеку. Особенно – во время секса. Как бы… оно и ежу понятно, что спариваться надо со своим видом. Но любовь зла… Полюбишь и козла-зверолюда, который будет изменять тебе с твоей лучшей подругой… Ублюдок!!! – врач кошко-жена сжала выписку с такой яростью, что едва не смяла её в комок: – Ой… Простите! Что-то я увлеклась с личными советами. Счастья вам… Берегите себя и своих близких.

Попрощавшись с нами, врач кошко-жена села в старенький «Форд» и укатила восвояси.

– Я всё испортила, да? – Гира виновато посмотрела на меня.

– Нет, солнышко. Я полностью солидарен с Госпожой Кошкой. Тебе бы лучше поискать красивого и сильного орка. Но… тем не менее, я готов дать тебе пару уроков, чтобы ты научилась общаться с мальчиками. Естественно – практических.

– Что… Что ты имеешь в виду⁈ – смущенно пискнула девушка бимбо-орк.

– О… Нет. Я не об этом. – улыбнулся я: – Прости, что ввёл в заблуждение. Я про то, что могу погулять и пообщаться с тобой. Дать несколько практических советов. Идёт?

– Дерекусик! Ты прелесть! – Гира вновь крепко стиснула меня, но на этот раз немного аккуратнее. Вот! Мы делаем первые успехи.

– Начнём с того, что вручение подарков не должно быть столь агрессивным и шумным. И самое главное… Слишком дорогие подарки могут спугнуть потенциального парня.

– Это ещё почему?

– Наша генетическая роль – охотник и добытчик. Ты можешь быть из очень обеспеченной семьи, а он – просто парнишка с района. И если ты будешь задаривать его дорогими подарками, то ему станет очень неудобно и некомфортно. Ведь он вряд ли сможет ответить тебе тем же. Начнётся комплекс неполноценности. И вместо сильного мужчины ты получишь закомплексованного и пугливого зверька. А, может быть, и вовсе ничего не получишь.

– Почему⁈

– Потому что, он может подумать, что это не его уровень. И что он не хочет ввязываться в это. В целом, я очень рекомендую обходить вопрос достатка. Деньги – это ресурс. Сегодня их нет, а завтра есть.

– Погоди… Ресурс? Это как?

– Ресурс, как вода. Или еда. Или нефть. Деньги – точно такой же ресурс. Неужели ты выбросишь любовь только из-за того, что курс нефти пока просел? Или воды стало чуть меньше, из-за долгого отсутствия дождей? Понимаешь, отношения – это про чувства и взаимный комфорт. И только потом про ресурсы.

– Хорошо… Но что тогда подарить парню, который нравится?

– Первые два свидания – лучше обходиться простым общением. Потом ты можешь сделать что-нибудь приятное своими руками. Амулет… Или браслет. Да, что угодно! Хоть кольцо из крышечки от лимонада – это уже будет очень мило.

– Кольцо из крышечки… – по лицу Гиры было видно, что я открыл для неё целый новый мир.

– Ага. Слушай… Ты же выглядишь так женственно. Очень красивая и милая. У меня сложилось впечатление, будто ты помешана на любовных романах.

– А… Ты об этом? – она грустно улыбнулась: – Мой отец… Он был очень мужественным. И сильным. Он был бойцом в одном из японских промоушенов… Это бои без правил.

– Я в курсе. Сам иногда поглядываю. И что там?

– Мы с ним проводили очень много времени вместе. И… как-то так уж вышло, что меня всегда тянуло к мальчишеским вещам. Я обожала боевики! Занималась боевыми искусствами. И если честно… то мечтала пойти по стопам отца. Но… на одном из боев он получил серьёзную травму. И врачи сказали, что дорога в ММА для него навсегда закрыта. Он… не справился. Начал пить. Просаживать деньги. Мы с мамой пытались вернуть его в прежнее русло. И… он даже почти вернулся… Но в одну из ночей он серьёзно перебрал в баре. Там его встретила дикая фанатка и… Сам понимаешь, чем всё кончилось. Мама была в ярости. Нет… Это была не ярость, а божественный гнев! Как она его тогда не убила – я не знаю. В общем, отца лишили всего. Не через юристов. Он сам испытывал вину и отдал нам всё. Сам в итоге уехал в Канаду. Но… Ты знаешь, я его уже простила за это. Стала взрослее. И поняла, что не хочу быть, как он. Не хочу потерять саму себя из-за своих несбывшихся амбиций. И… тогда я начала делать всё, чтобы стать новой версией себя. Я забросила боевые искусства. Перестала одеваться в беспонтовые шмотки. И как говорит мама – наконец-то, вытащила потерянную на дне своей души настоящую девчонку. Но не до конца… Измена отца не прошла для меня просто так. Я… Я так боялась парней! Ты не представляешь. Как увижу очередного красавчика-орка, который начинает подкатывать ко мне, так всё… В голове клинит. Я вспоминаю ту адскую боль в душе. Те переживания за свою семью, которой… больше не было. По крайней мере – в прежнем виде. Развод прошёл для меня тяжелее, чем для мамы с папой. Я не видела себя. Я не чувствовала ничего, кроме тоски и обиды. Тяжелые эмоции. Очень тяжелые.

– Не скажу, что ощущал когда-либо нечто подобное… Но зато теперь всё стало в разы понятнее.

– Да? Я рада, что ты понял. Собственно… Я всю жизнь после развала семьи убегала от самой себя. Гасила чувства… Старалась избегать парней, потому что считала их козлами. Обида на отца распространялась абсолютно на всех мужчин. Поначалу в нашей институтской тусовке было много ребят-орков. И спортсмены… И интеллектуалы… И даже те, кто обожает игры и анимешные фигурки! Но они… прямо, как мой отец.

– Выходит, проблема только в расе?

– Если бы… Потом в нашей тусовке появились зверолюды, зооморфы и гоблины. Да… честно говоря, много кто там был. Но я всё равно не позволяла перейти грань дружбы. А когда увидела тебя… То всё. Моё сердце неконтролируемо воспылало…

– Почему?

– Потому что ты такой же красавчик и конченный бабник, как мой отец. – улыбнулась Гира и взяла меня за руку: – Видимо… Эта модель, которую мне показали родители – плотно засела у меня в мозгу. И никуда я от неё не денусь.

– Что за пессимизм? – удивился я и поднялся со скамейки: – Пройдёмся? Я хочу рассказать тебе одну историю.

– Конечно!

Накинув пальто и быстренько залечив вытянутую руку, я взглянул на часы. Отлично! Время ещё есть.

Мы вышли на заснеженную улочку и направились в сторону Кремля.

– Во времена моей нежнейшей юности, когда место под мозги ещё даже не сформировалось, сдружился я с одной прекрасной девчонкой. Озорная любительница приключений меня очаровала. Не сразу! Но со временем я стал замечать, что моё к ней отношение постепенно перерастает из дружбы в нечто большее.

– Это за какой период?

– Ну… Ладно. Я был не до конца честен. На самом деле – дружили мы с самого раннего детства. Даже начинали учиться вместе.

– Вот как? И что случилось?

– Случилось, как в типичной мелодраме. У нас в школе был… ну, типа бал. Я очень хотел позвать её. Но юношеская неуверенность и страх быть отвергнутым – сделали своё. Я два дня тупил. Вот просто сидел и ничего не делал. Старался перевести тему, когда она её заводила… Однако в итоге взял себя в руки, пересилил свою неуверенность и пригласил её.

– Ого! А что она?

– Выбрала другого.

– Божечки… Дерекусик…

– Нет-нет! Погоди. Я прекрасно понимаю, что сейчас это звучит смешно.

– Вовсе не смешно! – возмутилась Гира.

– Ну… лично для меня – смешно. Раздул тут трагедию из слона. Но она… Блин, она была для меня единственным близким человеком во мраке ада моего детства. Она знала все мои секреты. Знала обо мне всё. А я знал всё о ней… У нас были одни и те же любимые фильмы. Мы слушали одну музыку. Мне казалось, что мы… две части единого целого. О, как мне было плохо… Ты не представляешь.

– Почему же? Прекрасно представляю.

– Хех… Конечно же, у меня были мыслишки пригласить другую, чтобы заставить свою подругу детства ревновать, но… Я подумал, что это глупо. Единственные, кто меня тогда поддержали – это были ребята со службы отца. Те самые ребята, которых раньше я терпеть не мог. А они… всегда были рядом в самые трудные моменты. Забавно… Иногда оглядываешься на прошлое и понимаешь, каким дураком был.

– История, конечно, грустная. Но почему ты решил рассказать мне об этом?

– Знаешь… Я точно так же накидывал свою обиду на всех девчонок. Не хотел серьёзных отношений, потому что банально ждал от всех предательства. Я буквально решал за других. Нарушал одно из своих главных правил – не бойся будущего, ведь оно ещё не наступило. Но… спустя приличный промежуток времени, я снова встретил её.

– Подругу детства?

– Ага. И осознал, что… Я не держу на неё зла. Вот, вообще. Как-то всё забылось. И мы… продолжаем дружить. Понятно, что без романтического подтекста. Просто… с ней весело. Правда, выяснилось, что на самом деле её с тем парнем заставили пойти родители. Экономический союз и все дела. Она хотела мне рассказать, но увидела возле моего дома разбитый амулет. Это был её подарок на один из моих дней рождения. Я был так зол… Так зол… Что ярость затмила мой рассудок. По сути, мы же с ней остались друзьями. Должны были остаться… Увы, такое часто бывает, когда кто-то вспыхивает от влюблённости, но безответно. А затем просто остывает. Это гормоны. Типичная реакция парня или девушки на человека противоположного пола. Но я не подумал об этом. Швырнул подарок о скальный нарост во дворе. А ведь амулет был из тёмного кварца… Редчайший материал в нашем секторе.

– Секторе?

– Ну… В смысле, в нашем районе. В общем, я тоже поступил, как идиот.

– А о том, что она не хотела идти с тем парнем на бал, ты узнал тогда?

– Нет. Уже сейчас. Летти… обмолвилась случайно.

– Стоп. Так эта подруга детства… Госпожа Левински⁈

– Да… только не кричи, пожалуйста.

– Фу-у-у-у-ух… Я думала, что у тебя с ней роман.

– Нет. И не будет. Летти мне, как сестра.

– Которая застряла в стиральной машине? – хитро улыбнулась Гира.

– Нет же… Но шутка зачётная. Да. – я улыбнулся в ответ: – В общем, как бы больно тебе ни было – не вздумай запирать своё сердце! Каждый мечтает о теплоте любви. Как не крути. И если твой отец совершил ошибку – не обязательно, что твой избранник её повторит.

– Я не ошиблась! Я сразу почувствовала, что ты мудр не по годам. Словно… тебе уже лет сто или даже двести. Знаешь, душа старого мужика заселяется в тело молодого мальчика, как в типичной японской манге!

– Угу. Так и есть.

– Хе-хе… А ты смешной. Но очень умный! Мне это дико нравится.

– О! – мы так заговорились, что дошли до «Шашлычка»: – Заведение, где я подрабатываю.

– АПЧХЕР!!! – на улицу вышел Хуан в форме енотовидной собаки, и заприметив нас, тут же распушился, превратившись в мохнатый шар: – Чего? У нас полная посадка. Дуй за плиту.

– Не. Я сегодня гуляю с милой леди.

– Ага… – йоборотень завистливо присвистнул: – Ну… заходите тогда. Столик на двоих я вам найду.

– Какая прелесть! – восхитилась Гира: – Это твой питомец?

– Писька у него ещё не выросла, чтобы моим хозяином быть. – снова чихнув, мохнатый шар дёрнул за ленточку и услужливо открыл перед нами дверь.