Текст книги "Очень приятно, Царь! Блюдо четвертое (СИ)"

Автор книги: Евгений Бергер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 17 страниц)

– Понятно.

В целом – ничего принципиально нового. Типичная ресторанная иерархия, где были низкоквалифицированные сотрудники, которые выполняли самые простые задачи формата почистить, нарезать или помыть. Повара – работники цехов. Бригадир, который был самой первой управленческой должностью в ресторане. Су-шеф – который отвечал за бригадиров и поваров. Ну и, конечно же, шеф-повар – самый главный на кухне.

В некоторых особенно дорогих ресторанах присутствовал ещё бренд-шеф – КОРОЛЬ КУХНИ, который зачастую выступал больше, как медийная личность. Как правило, подобные ребята проводили различные мероприятия для мотивации сотрудников, продвигали заведение в социальных сетях и управляли некоторыми особо важными процессами для улучшения ресторана.

– Прости, а у вас есть су-шеф? – поинтересовался я.

– Гена? Ой, а он уволился…

– Азик! – Клетус ударил кулаком по металлическому столу: – Ещё хоть раз ляпнешь про увольнения – сам отправишься за ними! Понял?

– Да, шеф…

– Стоп! – я поднял руку: – Шеф, но разве я не должен знать всю подноготную вашего коллектива?

– Нет, шеф. – передразнил меня Клетус: – Зачем тебе это?

– В ресторане нет «неважных вещей». Понимаешь, это такой же механизм, как… скажем – часы. И если хоть одна шестерня начинает работать плохо – весь механизм часов может тут же посыпаться.

– У нас тут никто не сыпется. Понял?

– Да, шеф. Но тем не менее – Азика я беру под свою ответственность. Пока я не разберусь, что здесь происходит – никаких угроз и прочего негативного влияния. Тебе понятно?

– Какой же ты мерзкий…

– Тебе понятно? Да или нет, шеф?

– Да, шеф. – проскрипел Клетус, и закинув полотенце на плечо, направился в сторону черного выхода.

– Куда он пошёл? – спросил я.

– Ну…

– Азамат. Галина лично назначила меня помощником. Я должен знать! Он курит, да?

– Да…

– Твою мать. – выругался я: – Прекрасно! Просто прекрасно…

– А что не так-то? – ко мне вышел худощавый лысый мужичок и скорчил крайне недовольную физиономию.

– Во-первых, представься.

– Марат я.

– Приятно познакомиться. А во-вторых… Ты спрашиваешь, что не так, да? – я огляделся по сторонам. Внимательно осмотрел потолок и вентиляционные шахты с инженерными отверстиями: – Ты сейчас в «Маке»?

– Что?

– Я спрашиваю: Ты сейчас в «Маке»?

– Это, типа, оскорбление или что?

– Это, типа, простой вопрос.

– Нет. Я не в «Маке». – нахмурился лысый.

– А где ты?

– На кухне.

– Заведение. – я подошёл к Марату вплотную: – Название!

– «Тётенька-Котенька»!

– Это столовая?

– Слушай, пацан… Ты здесь и минуты не пробыл, а уже вые***ся.

– О, нет. Я пытаюсь объяснить тебе на пальцах, дорогой амбассадор «Хэд энд Шёлдерс», что мы все находимся на кухне дорогого семейного ресторана! Причём, не какого-то там… А представителя известной франшизы. Как я понимаю, блюда для ресторана придумывал Клетус?

– Мы вместе придумывали. А что с ними?

– А то, что сигареты убивают чувство вкуса и обоняние. Шефу, как и другим поварам – ни в коем случае нельзя курить! Даже одна сигарета влечёт страшные последствия. Рецепторы на языке и в носу будут восстанавливаться несколько месяцев, если не лет.

– Ха! Слышали, ребята? Господин Помощник говорит, что нам нельзя курить! – усмехнулся лысый.

Все на кухне тут же поддержали его задорным смехом. Ох, зря они так… Не хотят по-хорошему? Ладно! Будем по-плохому.

– Ты думаешь, я пришёл сюда вас развлекать? – строго спросил я.

– Понятия не имею, зачем ты здесь… Но с такими заявочками – можешь идти нахрен с кухни!

– Азик, кто у вас отвечает за заготовку?

– Мага. Он вон там! – кондитер указал на смуглого мужчину.

– Чудесно! Мага, у нас картошка почищенная есть?

– Нет, брат. Ещё не успел почистить.

– Отлично! Марат… Сегодня ты переходишь в цех заготовки.

– ЧТО⁈ Слышь, пацан! Я в «Лентах» четыре года отпахал! – возмутился лысый.

– Да хоть в Хогвартсе. За картошку! Живо.

– Ты берега-то не путай…

– Смеешь перечить помощнику шефа? – я снизил громкость голоса и приобнял Марата: – Знаешь… Одна прекрасная женщина попросила меня помочь этому заведению выйти из минусов. Так уж вышло, что меня временно вооружили всеми привилегиями и правами руководителя. Знаешь, почему большинство руководителей просят потенциальных сотрудников диплом об образовании при приёме на работу? Им неважно, что ты там изучал. Им плевать на твои знания! Им важно, чтобы ты соблюдал субординацию и поддерживал дисциплину. Потому что, если твоя важная жопа смогла на протяжении ЧЕТЫРЁХ ЛЕТ приходить в одно и тоже место, значит у тебя есть хоть какие-то задатки разума.

– Понял…

– Ещё хоть одно слово против меня, и ты вылетишь отсюда нахрен. Понял?

– Да…

– Я не слышу.

– Да, шеф!

– Молодец. – я оттолкнул Марата в сторону, а затем внимательно огляделся по сторонам: – Позовите Клетуса сюда.

– Так он же… – начал было Мага, но я тут же прервал его жестом руки.

– Мне плевать, что он докурит и вернётся. Мне он нужен ПРЯМО СЕЙЧАС!

– Хорошо… – Мага убежал к чёрному входу.

Смешков больше не было. На кухне мигом возникло крайне неприятное напряжение. Ничего… Это нормально. Сдаётся мне, что кое-кто тут совсем расслабил свои французские булки. Вытащив коннектор, я тут же запустил видеосъемку.

– Ты совсем охренел⁈ – к нам залетел побагровевший от ярости Клетус: – Дёргать меня с перекура⁈ Я тебе собака, что ли⁈

– Мне нужно подтверждение от тебя. Ещё раз! Для всех, кто на кухне. Кто я такой?

– Ты конченый! Все и так знают… Я уже сказал.

– Теперь, повтори при мне.

– Ну, помощник… И что дальше?

– Выходит, что я второй шеф.

– Губу закатай!

– Уверен, что можешь спорить? Я очень быстро отправлю это всё Галине.

– Сука… Хорошо. Ты второй шеф. Доволен?

– Со всеми привилегиями.

– Какой же ты мерзкий…

– Клетус. Я не шучу.

– Со всеми привилегиями!

– Чудно. – я выключил камеру и спрятал коннектор: – Что ж! Раз сам шеф подтвердил, то давайте познакомимся ещё раз. Меня зовут – Искандер Цареградцев! И я помощник вашего шефа, а также – второй шеф-повар вашего ресторана. Меня снабдили всем возможным инструментарием. И я очень надеюсь, что ситуация, как сейчас с Маратом – не повторится.

– Что ты сделал⁈ – прорычал Клетус, тыкнув в повара пальцем.

– Да просто поговорили… Ничего такого… – замялся Марат.

– Нарушение субординации. – строго произнес я: – Возможно, по незнанию или собственной глупости. Это сейчас неважно. Главное, что я спущу с рук подобное только в первый и последний раз! Если кто-то захочет со мной поспорить в ненадлежащем тоне – будет уволен.

– Чудесно… – выдохнула пышная блондинка и недовольно скрестила руки на груди: – Послушайте, уважаемый… и вне всяких сомнений – ВЕЛИКИЙ второй шеф. Клетус и без того устраивает аншлаги каждый день, что у нас теперь рук не хватает. Боюсь, что ваш «кровавый» режим может только усугубить ситуацию.

– Представьтесь.

– Соня. Холодный цех.

– Прекрасно. Шеф, я вынужден отклонить вашу жалобу, поскольку тезис «аншлаг» мне совершенно не понятен. Это, во-первых. Во-вторых, как вы опять же выразились «кровавый» режим – это лишь предупреждение. Не более! Меня приставили сюда, чтобы сделать ресторан лучше. А не чтобы избавиться от команды Клетуса. Несмотря на то, что ваш первый шеф, как мне кажется, слегка некорректен… Я с уважением отношусь к его команде.

– Настолько с уважением, что дёрнул меня с перекура? – рыкнул бородач.

– Кстати, о перекурах. С сегодняшнего дня на территории ресторана курить запрещено!

– С какой это стати⁈

– С такой. Хочешь быть безруким водителем грузовика?

– Что это значит?

– А то, что сигареты – захламляют вкусовые и обонятельные рецепторы. Это твои рабочие инструменты! Или что, хочешь подавать дерьмо в своём ресторане?

– Твой ненаглядный Рубен – курит. И что?

– А он работает в ресторане?

– Как будто, это что-то меняет…

– Клетус. Дядя Рубен – древний мастодонт пищевой индустрии! А кто ты, я стесняюсь спросить? Бесконечно талантливый внук?

– Что? Будем причиндалами мериться? Хорошо. У меня есть диплом шефа из Франции. И работа в ресторанах со звёздами Мишлен. А что есть у тебя? Два года в жалкой забегаловке, да пара месяцев в Харитоновке? Тоже мне – авторитет. – усмехнулся Клетус: – Я понятия не имею, что Ба в тебе нашла… Но я чувствую, что это всё пустая трата времени и наших нервов.

– Ладно. Давай пойдём иначе… – я вспомнил слова Шахи про то, что бы он сделал, если бы снова попал в ресторан: – Расскажи, в чём твоя сила шефа?

– Я готовлю лучше других.

– Ах, лучше других? Хорошо. Тогда, я предлагаю небольшое соревнование. Всё равно в вашем… ресторане нет гостей.

– И что же ты хочешь?

– Дуэль.

– Ха! Дуэль? – Клетус тут же рассмеялся, но теперь сотрудники его уже не поддержали: – А ты смешной, студент! Знаешь, мне не интересно участвовать в поединке со слабым соперником.

– Боишься, что обделаешься? – банальная, но безотказная провокация.

– Тогда нужен достойный приз. К примеру, если я размажу тебя, то ты не будешь вякать и просто посидишь в сторонке пару дней.

– А если выиграю я, то ты и вся твоя команда будете внимательно меня слушать. Понимаешь, я же хочу, как лучше!

– Хотеть – недостаточно. – недовольно ответил Клетус: – Ты уступаешь мне примерно… во всём. Но раз уж ты сам предложил, то я, как истинный джентльмен – согласен принять твои условия. Что будем готовить, шеф?

– Как насчёт лангустинов?

– Ты уверен?

– Абсолютно!

– Прекрасно. – удовлетворённо кивнул местный шеф: – Ты сам себе запихнул палку в колесо.

– С чего бы?

– Морепродукты – моя основная специализация. – Клетус указал на огромный кубок, стоявший в уголке: – Премия ресторана «Белуга» за блюдо года. Думаю, ты уже догадался, каким был главный ингредиент?

Обожаю понторезов. Они всегда такие наивные, но в тоже время очень искренние в своих заблуждениях.

Глава 4

– Позвони ей… – раздался мужской голос издалека: – Сейчас не время паниковать… Витя, я же говорил тебе, что рано или поздно всё этим закончится! Но ты меня не слушал…

– Погоди… – Симонов тяжко выдохнул и попытался разглядеть, хоть что-нибудь вокруг себя. Но это был всё тот же проклятый коридор из диспансера по исследованию влияния магии: – Она же… вернётся в нормальное состояние?

– Я уже тебе всё сказал. Почему ты меня не слушаешь?

– Юра! Я должен знать наверняка! Ты же учёный…

– Учёный, но не врач.

– Цареградцев… – прорычал Симонов и сжал кулак: – Ты обещал мне! Обещал!!!

– Ситуация изменилась, друг. Теперь я не могу сказать точно. Но… Если есть возможность зацепиться за…

– За что зацепиться⁈ Юра!!! Говори точнее!!!

– Что-то родное… Близкое. Я тебе потому и говорю! Позвони ей… Пускай приедет… – требовал мужской голос.

– А если дело не в ней?

– Держи трубку… Держи и не вынимай! Смотри внимательно!

Паника снова накатила на Виктора Аркадьевича мощным цунами. Ровно, как и семь лет назад. Всё тот же страх от совершенного непонимания, что же делать дальше…

– Юра! Я не вижу… Не чувствую! Трубка сейчас оторвётся…

– Ладно! Возьми коннектор…

– Я не чувствую! Не вижу!

– Просто возьми, чёртов коннектор…

– Я не…

– Виктор Аркадьевич? – позвал ласковый голос, и Симонов тут же очнулся от кошмара. Рядом со столом стояла Марика Кольцова и слегка обеспокоенно смотрела на ректора: – С вами всё хорошо?

– Да… Хорошо. Просто немного задремал. – сухо ответил Симонов, пытаясь прийти в себя.

– Неужели… Опять приступы? – Марика вытащила бумажную салфетку и стерла со лба ректора пот: – Вы дрожали… И звали, кого-то на помощь.

– Не помню. – соврал Виктор Аркадьевич: – Спасибо за заботу… Просто опять работал всю ночь. Видимо, накрыло.

– Поберегите себя хоть немного! Отборочный тур идёт строго по плану.

– По плану? – хмыкнул Симонов и положил конверт с результатами анализов: – Пока я работаю – Амелия познаёт все прелести студенческой жизни.

– Это же капля в море! – внимательно ознакомившись с документами, ответила Марика: – Вы уж её сразу в секту алкоголиков не переводите… Она не такая!

– Понимаешь, из капли появляется лужа. Из лужи – ручей. А из ручья – горная река, которая может превратиться в озеро. Я всегда с пониманием относился к своим студентам. К тому же… все мы через это проходили. Пока сам на личном опыте не увидишь, почему так делать нельзя – запретный плод будет манить. Но Амелия… Она совсем другой разговор.

– Я понимаю. Но это явно произошло случайно.

– Неважно, как это произошло. Любое влияние на нервную систему Амелии превращается в «Русскую рулетку». И если дестабилизировать её… – Симонов осёкся: – В общем, я уже поговорил с ней. И искренне надеюсь, что этого больше не повторится. Ещё одного инцидента, как с Лейлой я не переживу.

– О… Я искренне сочувствую вам. Кстати, как она себя чувствует?

– Состояние Лейлы стабилизировалось. Но как с этим жить дальше… Если честно, мне до сих пор тяжело об этом говорить.

– Простите! Я не хотела давить на ваши раны…

– А… Забудь. Я сам начал этот разговор. Ты тут не причём. Но я хотел бы, чтобы оставшиеся пару дней ты приглядывала за ней. Ненарочито. Одним глазком.

– Я всё сделаю! – отрапортовала Марика, вытянувшись по струнке, словно солдат.

– Спасибо… Ты делаешь очень много для моей семьи.

– Я стараюсь, Виктор Аркадьевич!

– Добрый день! – в кабинет заглянула Галина Кошкина: – Я могу зайти?

– Конечно! Тетеньке-Котеньке здесь всегда рады. – улыбнулся Симонов: – С чем пожаловали?

– Пришла угостить вас пирогами, дорогие мои! – бабуля поставила небольшую сумку, от которой пахло свежей выпечкой: – И хотела бы немного посоветоваться на счёт Искандера.

– А что с ним? – нахмурился Виктор Аркадьевич: – Неужто зазвездился и халтурит?

– Нет… Я бы сказала – наоборот. Он ведёт себя слишком серьёзно. Вот… – Галина вытащила планшет и запустила запись с видеокамеры внутреннего наблюдения.

Искандер всех построил. Схватил одного из поваров и подтянул к себе. Затем ещё и довольно уверенно разобрался с Клетусом.

– И что тут не так? – уточнил Симонов.

– Искандер использует тактику «тылового закрепления». То есть, пытается показать силу. А это играет только в долгосрочной перспективе! Я сильно сомневаюсь, что с таким подходом он достучится до персонала, и уж тем более до Клетуса за два дня.

– Вы рано в нем разуверились. – заверила Марика: – Искандер – очень яркий демонстратор. Сейчас ему нужно показать себя на кухне. Убедить ребят, что он не просто студент, а специалист. Вот! Видите? Он вызвал Клетуса на кулинарную дуэль.

– Батюшки… – Галина всплеснула руками: – Дерек, конечно, хорош. Очень хорош. Но у Клетуса за плечами много практики. Пускай у него проблемы с управлением, но как повар – мой внук на высоком уровне.

– Искандер тоже. Боюсь, что одного борща слишком мало, чтобы раскрыть его потенциал. – Симонов скрестил пальцы: – Понимаете, моя дочь принимала практический вступительный экзамен в этом году. И прошло всего два человека. Это Искандер. И его друг – Николай Смирнов.

– Да. Клавдия очень похвалила его холодец.

– Так вот, из сорока человек – прошли только Искандер и Николай. Да, они принесли с собой рекомендательные письма от Рубена, но… Вы же прекрасно понимаете, что этого слишком мало для поступления?

– Хорошо. Допустим, он его победит в дуэли и заработает уважение на кухне. Дальше-то что? – поинтересовалась Галина.

– А дальше я бы на его месте устроила полную посадку. Только вот… – Марика отрицательно покачала головой: – Где он возьмёт народ?

– Думаете, мне стоит ему помочь?

– Ни в коем случае! – строго ответил Симонов: – Искандер – наш абсолютный чемпион! И он должен показать свои сильные стороны.

– Тем не менее – Искандер не учился в гимназии, где преподавались азы ресторанного менеджмента. – тут же вступилась Марика: – И он может допустить серьёзные ошибки!

– Хорошо. – вздохнул Виктор Аркадьевич: – Давайте поступим следующим образом. Марика, вы с Галиной будете наблюдать за всеми действиями Искандера на кухне. В конце смены – проанализируете! И на основании анализа ты дашь Искандеру обратную связь.

– Может быть, и мне стоит вмешаться? – предложила Галина.

– Нет. Вы заинтересованное лицо. А это значит, что можете дать слишком важные подсказки касательно своего ресторана. Цель данного задания отборочного тура состоит в том, чтобы каждый студент САМОСТОЯТЕЛЬНО увидел бреши в системе и исправил их.

– Поняла.

– В общем, Марика! На тебя вся надежда. Обсудите с Галиной все возможные нюансы. Думаю, у вас получится!

– Хорошо. В таком случае, мы приступим прямо сейчас.

* * *

– Азик! – позвал я: – Будешь мне ассистировать.

– Да, шеф!

– Подготовь скороду и сливочное масло.

– Да, шеф. – Азамат поставил сковородку на плиту, а затем положил на поверхность кусок масла: – Готово, шеф!

– Спасибо, шеф! Половинка репчатого лука!

– Да, шеф! – кондитер очень ловко управлялся с ножом, а все вокруг с интересом наблюдали за нами.

Клетус не отставал. Он уже во всю замешивал тесто. Интересно, это для лапши или равиолей?

– Шеф, нужны помидоры черри! – попросил я.

– Да, шеф! – после того, как Азик отправил нарезанный лук на сковороду, он быстро положил мне упаковку с миниатюрными помидорами.

– Спасибо, шеф!

В любом случае, равиоли, лапша или паста – слишком пресное блюдо. Я решил действовать на усиление вкуса! Профессионалы знают, чтобы подчеркнуть специи и основное блюдо – необходимо всё поджарить на масле. Аромат и вкус будут просто бомбическими!

Однако… Клетус не так прост. Есть очень большая вероятность, что он сделает упор на бульон или соус, чем парирует мою задумку.

– Лангустины, шеф! – крикнул я, отложив нарезанные помидоры в сторону.

– Да, шеф! – Азамат поставил передо мной целую подложку размороженных свежих ракообразных.

Многие искренне верят, что лангустин – это та же самая креветка, только крупная. Но на самом деле, данные морские обитатели – родственники лишь отдалённо. Да, они оба относятся к подтипу ракообразных, однако имеют ряд серьёзных анатомических и вкусовых различий.

Во-первых – у лангустинов три пары клешней. Причём последняя пара достаточно крупная! Почти, как у раков. Поэтому лангустин ближе к лобстеру, чем к креветке.

Почему мы никогда не видели клешни лангустинов в магазинах? Всё дело в том, что мяса в этих природных пассатижах – кот наплакал. Поэтому их удаляют для удобства транспортировки. Прямо, как блоки питания из коробок коннекторов…

Во-вторых, жабры у лангустинов ветвящиеся, а у креветок – пластинчатые. Это очень важная информация (нет)!

И в-третьих – вкус… Креветки солоноватые. И по своей текстуре – весьма упругие.

А вот лангустины – нежные и сладковатые. Мясо же у них плотное, но при этом довольно мягкое. Чем-то отдалённо напоминает лобстера.

– Шеф! Пинцет. – очистив лангустинов от хитина, произнёс я.

– Да, шеф! – Азик протянул мне инструмент.

– Простите, шеф! – худенькая девочка в очках из холодного цеха несмело подняла руку.

– Представьтесь, шеф!

– Анфиса…

– Слушаю, шеф!

– А для чего вам пинцет?

– Как это? Чтобы удалить пищевую вену из мяса лангустина. Ты работаешь на кухне и не знаешь подобного? – удивился я.

– Просто, мы это делаем специальной металлической зубочисткой…

– Тоже неплохо. Но мне удобнее пинцетом. Всё понятно, шеф?

– Да, шеф!

– Прекрасно. – ответил я, продолжая чистить мясо.

Кишечная вена – это кишечный тракт у ракообразных, который зачастую проходит под панцирем на спине. Его лучше вычистить до приготовления, ибо потом будет неудобно и есть шанс повредить мясо.

А если же забить и оставить вену внутри – то начнётся самый настоящий кошмар…

Во-первых, большая часть ракообразных питается тем, что падает на дно. Не буду вдаваться в подробности, чтобы не портить аппетит. В общем, суть заключается в том, что в кишечнике креветок и лангустинов зачастую много песка. Он крайне неприятно скрипит на зубах.

Во-вторых, проклятая кишечная вена придаёт мясу омерзительный горьковатый привкус. Что-то типа смеси йода, тины и непонятно чего…

В общем, стоит всегда обращать внимание на то, как в ресторане готовят креветок и лангустинов. Если кишечник не удалён – можно достать его, а затем запихать в рот шефу.

Исключением является только «семечка» – это такая закуска к пиву из небольших неочищенных креветок. Только вот, в ресторанах «семечку», как правило – не подают. Это блюдо для недорогих кафе и сугубо питейных заведений.

– Шеф! Чайную ложку муки в лук! – попросил я, укомплектовав очищенных лангустинов в металлическую миску.

– Да, шеф!

– Слушай… – Марат опять с неприязнью посмотрел на меня: – А чего ты всё заладил: шеф, да шеф…

– Не понял, шеф.

– Вот! Опять… Я говорю: зачем ты ко всем обращаешься, как к шефу, если шефов тут только два? Это ты и Клей!

– Это банальная демонстрация взаимоуважения.

– В смысле?

– Не слышу.

– Прости… В смысле, шеф?

– «Шеф» – традиционное обращение на кухне, которое демонстрирует уважение к коллегам. Мне не важно, режешь ты сельдерей или готовишь фуа-гра. Мы все в одной лодке и обязаны уважать друг друга. В противном случае, наш корабль затонет.

– Понял.

– Не слышу!

– Понял, шеф!!!

– Так-то лучше.

Как я уже неоднократно говорил – французская кухня стала основой для большинства ресторанов во всём мире. Это в первую очередь бригадный подход, где у каждого сектора-цеха есть свои обязанности и действует жёсткая иерархия сотрудников кухни.

Однако мы живём в двадцать первом веке. И жизненно необходимо, чтобы каждый сотрудник чувствовал свою важность на кухне вне зависимости от должности или опыта.

Казалось бы – посудомой. Ну, что в нём такого? Это же едва ли не самая низшая должность на кухне.

Только вот, стоит посудомою перестать работать в полную силу, как начнёт копиться посуда. А накопленная грязная посуда – это тормоз на раздаче. И чем больше тормоз на раздаче, тем больше неподанных вовремя заказов. А чем больше неподанных вовремя заказов, тем больше недовольства у гостей.

Кухня – это часовой механизм, где каждая шестерёнка важна.

Поэтому лучше сразу установить доверительно-уважительные взаимоотношения.

Как жаль, что многие шефы этого просто не понимают.

– Шеф! Сто миллилитров брюта! – попросил я, нарезая несколько чесночных долек.

– Да, шеф! – Азик залил пассированный лук игристым вином.

– Отлично! – я вытащил кусок пармезана и принялся натирать его. Это придаст нашему потрясающему соусу дополнительную терпкость! В целом, практически любой твёрдый сыр украшал вкус. Особенно, если речь шла про морепродукты.

Тем временем Клетус уже измельчил мясо лангустинов и разложил тонко прокрученное тесто в специальную форму для равиоль. Как я и думал – основной акцент вкуса будет на соусе в начинке. Наверняка Клей добавит рикотту, чтобы раскрыть сладость мяса лангустинов. Но ничего… У меня и на это есть свой туз в рукаве.

– Шеф! Соль и перец в соус. А затем сливки! Сто миллилитров. Тридцать три процента!

– Да, шеф!

После того, как соус немного потомился на плите, а из игристого выпарился весь алкоголь, я убрал сковороду с огня. Теперь можно приступать к приготовлению самих лангустинов.

– Вторая сковородка, шеф!

– Да, шеф!

И вновь нескромный кусочек сливочного масла. Здесь сдерживать себя нельзя, ибо от количества будет зависеть нежность мяса лангустина. И сейчас жизненно необходимо внимательно следить за временем. Счёт шёл буквально на секунды! Ибо ракообразных очень легко переварить. Такая специфика мяса.

– Шеф, шпинат!

– Да, шеф! – Азик быстро отправился мыть листья шпината.

Как только масло расплавилось, я ссыпал натёртый пармезан, мелко порезанный чеснок и очищенных лангустинов. Теперь вкус блюда зависел исключительно от моей ювелирной работы.

Выхватив газовую горелку, я принялся опаливать лангустинов сверху.

– Это зачем, шеф? – поинтересовался высокий патлатый парнишка в голубом кителе.

– Имя, шеф?

– Жека.

– Принял, шеф! Мясо лангустинов очень быстро превращается в резину. Этого времени не хватит для того, чтобы чеснок дал аромат. А при помощи горелки… – я слегка перемешал содержимое сковороды. Моя ароматная бомба взорвалась, разлетевшись волнами по всей кухне: – Чувствуешь?

– Да, шеф! Обалденно, шеф!

– Теперь меняем сковороды. – я вновь поставил соус на плиту: – И выходим на финишную прямую. Добавляем немного воды в соус! Шеф, сделай нарезку багета и обжарь его без масла до легкой корочки. Шеф, до лёгкой!

– Да, шеф!

– Теперь сгружаем в соус помидоры, шпинат и креветки. Перемешиваем, пока шпинат не усядет. И-и-и… Готово! – я быстро довёл всё до красоты и выключил плиту.

Здесь снова нужно быть максимально внимательным со временем. В противном случае – мясо реально превратится в отвратительную резину. А ещё со временем чеснок может перегреться и дать неприятную горчинку. В общем, блюдо лёгкое, но в тоже время требует максимального внимания.

Разлив всё по небольшим горшочкам, я дождался жаренного багета и приготовился к подаче.

– И это всё? – усмехнулся Клетус: – Выглядит слишком просто. Хотя… чего ещё я мог ожидать от студента?

– Меньше слов. Больше дела! Ты готов?

– Готов. – бородач выставил несколько тарелок с равиолями, которые были украшены зеленью и… кусочками золотистого желеподобного вещества.

– Любопытно…

– Ещё бы! Приятного аппетита, студент. – хмыкнул Клетус и вручил мне вилку.

Несмотря на скромный аромат, я почувствовал едва заметные нотки пикантной приправы. Они натурально возбуждали аппетит!

Взяв одну равиолину, я внимательно её осмотрел, а затем быстро запустил в рот.

Стоило прокусить тонкое тесто, как мощнейший вкус в мгновение ока заполонил мой рот. Это было… НЕВЕРОЯТНО!!!

Жаркое солнце. Солоноватый аромат моря. И сцена огромного амфитеатра.

– СЕНАТ И НАРОД РИМА!!! – закричал антропоморфный лангустин с огромного балкона Колизея: – Сегодня мы узрим, как жалкий враг прокуратора Иудеи… Предатель Сената и народа Священного Рима будет стёрт с лица земли! Я, как Император Сеал Кревет, объявляю гладиаторские бои открытыми!!!

Антропоморфные креветки тут же заверещали со своих мест.

Железная решетка медленно поползла вверх.

– Для врага прокуратора Иудеи я приготовил уникальный подарок! Встречайте! ЛАНГУСТИНОПОТРОШИТЕЛЬ!!! – воскликнул местный Император, и на сцену, расшибая всё на своём пути, вышло огромное членистоногое.

Забрызгивая всё вокруг пикантным соусом, чудовище ринулось на меня. Вытащив гладус, я попытался нырнуть под огромного лангустина, но тот резко отскочил в бок, после чего жутко завопил.

– Ну ты и урод…

Увы, отсылку монстр не оценил, поэтому вновь пошёл в атаку.

Размахнувшись, я успел ударить клинком по мощной бронированной лапе огромного лангустина, но тот сбил меня здоровенной клешней.

Соус с едва заметной ноткой приправы «Том-Ям» возбуждал рецепторы. А остринка от сладкого чили лишь усиливала эффект! Если я атаковал по площади при помощи пассировки и жарки, то Клетос сконцентрировал в тесте всю основную мощь, которая только и ждала своего часа! Бомба замедленного действия из сладковатого измельчонного мяса лангустина, приправ, сладкого чили и лёгкой нотки пасты «Том-Ям».

Вынужден признать, что это одно из вкуснейших блюд, что я когда-либо ел. Тут даже готовка Леры отходила на второй план.

– Узри мою мощь! – Клетус, словно римский полководец, победоносно возвышался надо мной: – Я же говорил, что это бесполезная трата времени! Пропасть между нами слишком огромна…

Удары вкуса сыпались на меня волнами, швыряя об песок, стены Колизея и камни, рандомно разбросанные по сцене. Огромный лангустин пытался нашинковать моё тело до состояния каши.

– Какое унизительное поражение… – усмехнулся бородач, и подойдя к моей распластавшейся на песке тушке, сел на корточки: – Самоуверенность – один из самых губительных пороков поваров. Спи спокойно, гладиатор! Спасибо, что повеселил…

– Насчёт самоуверенности. – я резко поднял голову и схватил Клетуса за ногу: – Это ты прям в тему сказал.

– ЧТО⁈ Ты ещё жив⁈

– О, да… – я поднялся и отряхнулся от песка, возвращаясь в реальность: – Теперь моя очередь.