Текст книги "Врачебная история (СИ)"
Автор книги: Ева Сакович
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 26 страниц)
Глава 3
(Настя)
Как и предсказывал Арсений Иванович, аттестацию Настя прошла без труда и вот наступил день собеседования. Девушка бодро вышагивала от автобусной остановки в сторону центра сердечно-сосудистой хирургии. Внутри все дрожало от предвкушения. Мечты сбываются! Ординатура третьего года в центре на Рублевском шоссе. А потом самостоятельные операции! Остался последний рубеж.
Восемь предыдущих лет Настя прожила в стенах родной «Сеченовки», но та глава уже закрыта и назад не вернуться. Ей ждет последнее испытание, от которого напрямую зависит ее дальнейшая судьба.
Настя, погруженная в свои мысли, буквально летела, почти не касаясь земли. Она сознательно выбрала тот же образ, что и на пресловутой конференции, черные брюки палаццо, строгая бежевая блузка в мелкий черный горошек и бежевая кофта поверх. На удачу, решила она.
От быстрой ходьбы на щеках девушки появился здоровый румянец. Волосы слегка растрепались, высокий пучок уже не выглядел таким строгим. У висков выбились мелкие прядки, которые как ореол, окружили ее лицо, смягчая серьезное выражение лица.
Вынырнув из своих мыслей, Настя замерла перед проходной, она с благоговением смотрела на громаду здания медицинского центра. Длиннющий фасад с монотонным рядом окон, а внутри огромное количество операционных, где врачи творят чудеса над несовершенствами человеческого тела. Тысячи специалистов слаженно работают, запуская сердца людей. От предвкушения Настю немного потряхивало. Она станет частью этого мира вершителей чудес исцеления и только от нее будет зависеть, как она впишется в новую команду. И от Давыдова, безусловно. У нее уже накопился приличный опыт за два года ординатуры, но это было как будто не в серьез. В Сеченовке ее знали сначала зеленым студентом, прилежной ученицей, потом успешным ординатором. Научный руководитель гордился ее успехами, во многом ее поддерживал и помогал, видя упорный труд, стремление и несомненный талант. Здесь же она должна заработать себе репутацию с нуля. Да, прошлые заслуги дали ей шанс попасть в очень сильную команду, но это просто крепкий фундамент на котором ей предстоит выстроить свою профессиональную репутацию и карьеру.
На аттестационной комиссии она успела познакомится со Свиридовым. Кирилл Дмитриевич ей очень понравился. Первое впечатление по фото было правильным. Обаятельный мужчина дружелюбно пообщался с ней, задав несколько отвлеченных вопросов. Пожелал удачи и выразил надежду на скорое профессиональное сотрудничество уже в его отделении. На вопрос Насти про собеседование туманно ответил, что не будет ее ни обнадеживать ни что-то советовать, главное вести себя уверенно и ничего не боятся. Попросить рассказать что-нибудь о Давыдове Настя постеснялась, это вред ли поможет на собеседовании, но может быть неправильно расценено Свиридовым.
Записавшись на проходной, Настя сразу направилась в отделение, она уже знала, куда идти, Свиридов провел ей небольшую экскурсию. Врачи и ординаторы были на операциях, так что она познакомилась только со старшей сестрой Верой Павловной, приятной женщиной средних лет.
На первом этаже она показала временный пропуск охране и пошла в сторону лифтов. Желающих воспользоваться лифтом оказалось довольно много, когда двери открылись, толпа хлынула внутрь и Настю, с ее скромными габаритами, затянуло в середину и прижало к задней стенке, она ничего не видела за спинами впереди стоящих, только вжималась в стенку, стараясь получить хоть немного пространства. Двери лифта стали закрываться, когда в просвет между людьми Настя увидела крупную мужскую руку, которая задержала начавшееся движение створок. Потом толпа немного подвинулась и перемешалась, прямо перед Настей возникла огромная фигура мужчины. Он так внезапно и молниеносно расчистил себе место, что неуспешная сориентироваться Настя оказалась зажатой между стеной и спиной мужчины. На мгновение ее нос уткнулся между его лопаток, но она тут же повернула голову в бок. Ничего, кроме широченной спины, упакованной в несомненно дорогую рубашку бледно-розового цвета Настя не видела. Слегка повернув голову наверх она увидела темные, слегка волнистые волосы, короткие у ворота и более длинные к макушке, где они лежали в живописном беспорядке.
Настя ревностно относилась к своему личному пространству и уважительно к чужому. Особенные мучительными был час-пик в метро. Когда ее зажимало телами незнакомых людей с сотнями разных, не всегда приятных запахов. Если в лифте ехало много народу, Настя всегда старалась дышать не глубоко, смешение разных парфюмов, запах пота, да и просто резкие ароматы вызывали у нее мгновенную головную боль.
Не глубоко вдохнув, она инстинктивно ожидала услышать запах какого-нибудь дорогого мужского одеколона, но нет. Единственно, что она почувствовала приятный запах нагретого хлопка и совсем слегка отдушки стирального порошка. Через двадцать секунд, Настя осознала, что нагретым хлопком пахло, потому что от мужчины, как от печки рапостронялось тепло.
Вот ведь…угораздило меня…стою, как в бане, приду с мокрыми подмышками, и так страшно, а еще теперь придется сидеть в кофте. Не блистать же темными кругами на рубашке – Мысли Насти мелькали красочный калейдоскопом.
Лифт доехал до третьего этажа и в распахнутые двери вышло несколько человек. Настя завозилась, пытаясь хоть чуть-чуть расширить свободное пространство перед собой. В этот момент в лифт кто-то зашел.
– Доброе утро, Богдан Тахирович -услышала Настя мужской вежливый голос.
– Доброе – глубокий, низкий голос явно принадлежал хозяину спину.
Настя замерла, как Богдан Тахирович? Мужчина не тянул на образ «вздорного» старика, как мысленно прозвала его Настя. Нет, нет, нет…вот это огромный мужчина через каких-то пять минут будет ее собеседовать. Как так-то. Настя почувствовала, как холодная капля пота предательски ползет по спине. Блин, блин блин…
Краем глаза она заметила, как спина напряглась, будто мужчина приготовился отразить опасность. Настя задержала дыхание, стараясь ни в коем случае, не привлечь к себе внимание. Нужно время придти в себя, отделение находилось на седьмом этаже, она поедет до восьмого, зайдет в туалет и приведет себя в порядок. Потом спустится по лестнице, до собеседования еще есть двадцать минут.
Лифт остановился на пятом этаже и Давыдов резко вышел, вместе с ним лифт покинули еще три человека. Двери закрылись и Настя резко выдохнула, вокруг сразу стало много места. Двое оставшихся людей сочувственно ее оглядели, она развернулась к зеркалу, красное лицо в испарине, вся помятая, выражение испуганное, глаза размером со стекла очков. Пожилой мужчина в белом халате дружелюбно подмигнул Насте.
– Что-то вас девушка совсем тут зажали, в следующий раз вы хоть голос подайте, вас же не видно…
– Похоже в следующий раз я пойду по лестнице – буркнула Настя.
Выйдя на седьмом этаже Настя резво подошла к посту медсестры. На ее удачу, там она встретила Веру Павловну, поздоровалась и попросила проводить ее в туалет для персонала. Старшая сестра, оценив ее потрепанный внешний вид, удивленно подняла брови:
– Вы как будто марафон бежали.
– По счастью нет, всего лишь попала в локальный час пик в лифте.
– А да, бывает у нас такое, слава богу не часто. Но сегодня распределяют новых ординаторов, да еще и проверка министерская, народу много. Ничего, Богдан Тахирович еще не пришел, так, что вы не опоздали. Он категорически не любит «опаздунов». Если он подойдет, пока вы будите приводить себя в порядок, я предупрежу, что вы уже здесь. Как закончите, проходите сразу в кабинет заведующего, Кирилл Дмитриевич у себя.
В туалете Настя быстро умыла лицо холодной водой. И скинув кофту оценила состояние блузки, по счастью, пятен от мокрых подмышек она не обнаружила и градус настроения повысился. Пригладив волосы, она прикрыла глаза и несколько раз глубоко вздохнула.
Я умная, талантливая, уверенная в себе. Мне ничего не грозит. Ну не возьмет меня к себе Давыдов и что? Не съест же? Все поправимо, кроме фатальной ошибки, приведшей к смерти пациента! Последний раз оценив свой вид, Настя перекинула кофту через руку и решительно направилась к кабинету заведующего.
Постучав, она замерла и дождавшись сухого «войдите» распахнула дверь в кабинет. Кирилл Дмитриевич сидел в кресле за столом в пол обола ко входу и смотрел в окно.
– Анастасия Игоревна, доброе утро! Проходите, присаживайтесь – он указал на стул перед столом – Вы сама пунктуальность-он по-доброму улыбнулся.
– Давыдов задерживается на пару минут, хотите кофе?
– Доброе утро Кирилл Дмитриевич, спасибо, от кофе я откажусь, а вот воды бы с удовольствием выпила.
– Куллер в углу, стаканчики там же, не стесняйтесь – он широким жестом показал куда-то в угол по диагонали от стола. Там стояла капсюльная кофемашина, микроволновка и куллер.
– У нас немного суета сегодня, вы же не торопитесь?
– Нет не тороплюсь, Вера Павловна уже поделилась, что у вас внеплановая проверка, понимаю, что мое собеседование не самая первостепенная задача -девушка слегка улыбнулась.
Кирилл задумчиво разглядывал Настю. Красивая, как куколка, маленькая, но очень ладная. Со слов Добронравова еще и талантливая. Опасное сочетание, ох опасное. Богдан будет в бешенстве. По виду, девочка кроткая, но кто знает, какую стерву в ней разбудит его старинный приятель и по совместительству гениальный хирург Давыдов.
Добронравов заранее посветил Свиридова в то, что Давыдов будет обязан взять ординатора. Его терпению пришел конец, каким бы одаренным не был хирург, в его обязанности входит наставничество, как бы Давыдов не увиливал от нагрузки, Добронравов больше не намерен закрывать глаза на своенравие Богдана.
Несмотря на то, что что центр многое выигрывал, имея неординарного хирурга в штате, он так же и проигрывал страховым компаниям, которые пользовались тем, что Богдан принимал решения, которые спасали жизни пациентов, но совершенно не соответствовали согласованным протоколам. Каждый такой случай трепал нервы юристам центра, а через них и заместителю глав врача.
Нежелание Богдана возится с «зеленой бестолочью» было притчей во языцех, но так же и тем самым рычагом давления, практически единственным, которым обладал Добронравов. Поэтому, несмотря не отсутсвие какого-либо желания Давыдова к наставничеству, заместитель уже второй раз волевым решением настаивал, взять подопечных. Пять лет назад, зная шовинистические наклонности Давыдова, к нему прикрепили двух, довольно перспективных молодых ординаторов. Эксперимент был не сказать, что успешный, Богдан тогда знатно потрепал всем нервы, но подготовленные им врачи блестяще выпустились спустя три года, заняв достойное место среди успешных молодых специалистов. Сейчас, как будто на зло, Добронравов, настаивал хотя бы на одном ординаторе, но девушке. Свиридову он сообщил свои планы перед аттестационной комиссией, и попросил внимательно присмотреться к Вороновой Анастасии Игоревне. По завершению комиссии, где девушка показала один из лучших результатов, Добронравов вызвал к себе обоих хирургов и объявил в приказном порядке, что на ближайший год Давыдов становится наставником талантливому ординатуру.
Богдан тогда лютовал, он доказывал, что тратить свои силы на женщину, бесперспективное решение, выскочит замуж, уйдет в декрет, даже пытался торговаться и обменять ее на ординатора мужского пола. Но Добронравов стоял твердо, либо Давыдов соглашается на собеседование Анастасии, либо пусть погашает колоссальную неустойку страховой. Решающим фактором стало то, что Кириллу пришлось подтвердить ценность кадра.
Вчера день прошел в напряженных спорах, Свиридов, будучи старшим в их долгих и сложных взаимоотношениях сумел найти аргументы, которые склонили Давыдова провести сегодня непредвзятое собеседование. Сейчас же, глядя на хрупкую фигуру Анастасии, его обуревали сомнения. Богдан был непредсказуем в своих реакциях и суждениях.
Прошло уже больше обещаных пары минут и Кирилл начал сомневаться, что Богдан придет. Когда напряжение в комнате стало очевидным, дверь распахнулась и на пороге возникла крупная мужская фигура.
Настя резко дернулась на звук и застыла. Немая сцена длилась буквально секунду, она не мигая зависла на почти черных глазах Давыдова. Свиридов пытался поймать реакцию друга, но прочитать что-либо по его лицу было не возможно.
– Богдан Тахирович, проходите – Свиридов попытался немного разрядить напряжение в комнате – мы вас уже заждались, Анастасия Игоревна, оставляю вас на милость, надеюсь, вашего будущего наставника, думаю, мое присутствие при вашем разговоре будет лишним. Кирилл поднялся со своего кресла и стремительно вышел из комнаты, тихо прикрыв дверь, которую не закрыл Богдан.
Давыдов все так же молча, не отводя своего гипнотического взгляда от застывшей у куллера Насти, сел в кресло заведующего. Кресло, под немалым весом мужчины, протестующе скрипнуло.
Первое, что промелькнуло у Насти в голове: Боже, какой он огромный, дальше мысли хаотично запрыгали в мозгу рандомно генерируя первое впечатление, Давыдов молодой, слишком молодой для наставника, и красивый. Не слащавой модной красотой томных юношей, а брутальной, мужской, несовершенной. Темные, слегка волнистые волосы, волевое лицо с правильными, как будто грубо вырубленными чертами лица и фигурой атлета. Легкая небритость с проседью, на любом другом выглядела бы небрежно, но Давыдову необычайно шла. А потом Настя вспомнила как от него пахло в лифте – чистый запах хлопка, нагретого телом. Он пробудил в ней первобытные инстинкты, которые испокон веков позволяли женщинам выбирать самого сильного партнера для защиты и продолжения рода. И это знание подняло неконтролируемый жар в ее маленьком теле. Щеки мгновенно залило красным, а ноги начали подгибаться. Настя громко сглотнула.
Богдан оторвал не мигающий взгляд от девушки и нехотя махнул огромной рукой на стул:
– Присаживайтесь, Анастасия Игоревна, не думаю, что вы сюда пришли играть в гляделки – бестактное замечание мужчины вызвало волну протеста у Насти. Она поставила недолитую воду на стол рядом с куллером и спокойно подошла к стулу. По крайней мере, ей казалось, что она спокойно подошла, а не подползла на полусогнутых, дрожащих ногах. Специально развернув стул перпендикулярно к столу она, насколько могла, уверенно села, закинув одну ногу на другу, а руки сложила на коленях, предварительно сцепив их в замок.
– Вы опоздали, не думаю, что еще минута задержки сыграет роль – Настя мысленно удивилась своей наглости – я готова ответить на ваши вопросы, Богдан Тахирович, надеюсь мои ответы вас полностью удовлетворят.
Богдан расслабленно откинулся на спинку кресла и хмыкнул:
– Не думаю, но обязательно проверю.
Разговор начался максимально странно, как будто мужчина провоцировал на что-то. Настя постаралась расслабится, но где-то внутри маленькая провинциальная девочка кричала от страха.
– Сколько вам лет?
Вопрос неожиданный и бестактный, что резко вернуло Настю на грешную землю. Ее предупреждали о тяжёлом характере Давыдова, ничего странно, что он сразу пытался пошатнуть ее и так хрупкое спокойствие.
– Двадцать пять, но это можно узнать, прочитав мое резюме.
– Можно, но я задаю те вопросы, которые считаю нужным – мужчина слегка скривился – зачем вам кардиохирургия?
– Я хочу помогать людям – Настя уже собралась, мозг очистился от ненужных эмоций.
– Красивый ответ, но слишком общий, повторюсь, зачем вы хотите стать кардиохирургом?
– Это мечта…Я всегда хотела стала состоятся именно в этой области медицины и, поверьте, прошла уже долгий путь, это не случайный выбор, а осознанное решение.
– Вам двадцать пять, вы красивы, несомненно умны, раз за вас просил сам Добронравов, зачем вы хотите строить карьеру в области медицины, где не каждый мужчина выдерживает нагрузку?
Настя прекрасно поняла, что комплиментов в фразе Давыдова не было, скорее очередная провокация, но вот, что отвечать на нее? Мужчина, несмотря но то, что они оба сидели и разница в росте на так ощущалась, подавлял ее.
– А вам? Почему вы стали хирургом?
– Смелая, значит…Богдан, положив руки на стол, оттолкнувшись от спинки и качнулся в сторону Насти – Я стал хирургом потому, что могу это делать гораздо лучше других.
– А почему вы решили, что я не могу стать равной вам? – Настю внезапно охватил азарт и какая-то несвойственная ей храбрость.
– А вы можете?
– Я бы не рискнула всем, чего добилась, будь это не так – Настя неосознанно качнулась в сторону Богдана, повторяя его позу.
Она физически ощущала, его темный изучающий взгляд, он препарировал ее слой за слоем, рассматривая, как занятный образец под микроскопом.
– Допустим, я вас возьму, закончу обучение, потрачу год своей жизни на воплощение детской мечты о спасении жизней, а окажется, что все было впустую? Провинциальная девочка решит выскочить замуж, безусловно по большой любви, но очень выгодно, уйдет в декрет, и зависнет в окситоциновом рае пелёнок? Мечта о сложных операциях будет заменена на удобство и комфорт с богатым мужем. Тогда как на вашем месте может быть не менее талантливый мужчина-ординатор, который благодаря тому, что вас продвигают сверху, упустит такую возможность.
– Не понимаю, что вас расстраивает больше то, что я не мужчина или то, что меня рекомендовал Добронравов. – Настя выпрямилась на стуле и поправила ворот блузки.
Не меняя позы Богдан проследил за движением ее рук, его глаза сузились, взгляд стал острым, как бритва.
– Категорически не люблю протекции, особенно, когда в них не уверен-хмыкнув, он опять откинулся на спинку кресла и скрестил руки на груди, от чего рубашка опасно натянулась на широченных плечах.
Если бы Настя была мужчиной, она бы испугалась от такого неприкрытого проявления превосходства в физических габаритах.
– Но ведь не попробовав, вы никогда не поймете, достойна я протекции или нет.
– Смелая и дерзкая, возможно из вас выйдет толк, вы правы, я попробую. Сразу скажу: будет сложно, никаких поблажек, никаких жалоб, и еще – никаких интрижек в отделении, да и в больнице в целом, на этот год. Первая же жалоба, мимолетная интрижка или любое нарушение прямого указания и вы ищите другого наставника. Вы будите в моем подчинение двадцать четыре на семь целый год. Если вас устраивают условия, жду вас завтра ровно в семь, я озвучу остальные правила, которые вы должны будете соблюдать и оценю практические навыки в симуляционном классе. Не смею больше задерживать.
– Меня устраивает, Богдан Тахирович. Условия более, чем приемлемые. До завтра.-Настя поднялась со стула и медленно вышла в коридор.
Прикрыв за собой дверь, девушка шагнула в строну от проема и сползла по стене на корточки, закрыв лицо руками, судорожно выдохнула. Она одолела эту ступень. О том, что будет дальше, думать не не хотелось совсем. Голова пустая, только внутри затухал пожар неуместных эмоций, вызванных далеко не профессиональным интересом к Давыдову.
Хорошо, коридор был пуст и никто не увидел позорного срыва. Настя, придерживаясь рукой за стенку, поднялась, голова кружилась, но между тем, в теле забурлила нервная энергия. Хотелось действий. На посту медсестры Настя столкнулась со Свиридовым.
– Как все прошло? Не сильно запугал наш «великий и ужасный» местный «боженька»?
– Завтра в семь я заступаю на работу в отделение – лицо Насти засияло открытой, счастливой улыбкой.
Кириллу на мгновение показалось, что его залил теплый солнечный свет. Что-то будет…нельзя быть красивой такой, это ж чистый соблазн всему мужскому коллективу. Непростой год предстоит.
Вера Павловна молча наблюдала за врачами. Она много лет проработала в этом отделении, начинала еще при старом заведующем, перед ее глазами разворачивалось множество личных драм внутри коллектива, неизбежных в плотных рабочих графиках увлеченных своим делом людей.
– Вера Павловна, вся надежда на вас, передайте, пожалуйста, Валентине Сергеевне, пусть подберет к утру комплект формы по размеру – и уже Насте-До завтра, Анастасия Игоревна, и терпения, оно вам понадобится! Кирилл быстрым шагом отправился по коридор в сторону своего кабинета.
– Анастасия Игоревна, уточните, пожалуйста, необходимый размер?
– Сорок два, спасибо.
– Форма будет вас в ждать в шкафчике в раздевалке, ключ передам дежурной медсестре. Давыдов в своем репертуаре, смена начинается с восьми, а вас он вызвал завтра на семь.
– Я не против, значит так надо, пойду в отдел кадров, надеюсь, Богдан Тахирович уже предупредил о моем назначении.
– Мой вам совет, не пытайтесь исполнять все его прихоти, а главное, не ведитесь на яркую внешность. Давыдов деспот и тиран, как наставник. Будете безропотной – вообще не вылезите из отделения, вас задавит непомерным объёмом работы. И не пытайтесь флиртовать и кокетничать, пытаясь его разжалобить. За красивым фасадом скрыт неприступный форт.
– Спасибо за предупреждение, Вера Павловна, не в моих правилах выходить за рамки субординации, до завтра – Настя не впервые слышала завуалированные намеки о недопустимости возможных преференций между опытными специалистами и молодыми врачами. В прямую ее это никогда не касалось, с первого курса в Сеченовки за ней закрепилась слава «нерда»*, так что подозрения Веры Павловны вызволи у нее скорее удивление, чем обиду
– До завтра, Вара Павловна.
– До завтра, Анастасия Игоревна.
До отдела кадров нужно было тащится бесконечными больничными коридорами, пока Настя добралась до нужной двери, нервная энергия уже отпустила и тело охватила усталость. Документы были заполнены в автоматичном режиме энергосбережения и к обеду обессиленная девушка поехала домой. Спать хотелось, как после сложного дежурства. Зайдя в квартиру, Настя тихо прошла в свою комнату и упала на кровать не раздеваясь. В ту секунду, когда голова коснулась подушки, она провалилась в голубой сон без сновидений.
Нерд (англ. nerd – «зануда», «ботаник») – это стереотип человека, глубоко погруженного в умственную деятельность, науку, технологии или абстрактные знания, часто в ущерб социальным навыкам.
