Текст книги "Фарфоровая кукла. Ненависть на грани (СИ)"
Автор книги: Ева Риччи
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 18 страниц)
– У меня к тебе предложение, давай сделаем нам приятно, – стрельнула в меня глазками.
– А ты, оказывается, не монашка, – засмеялся. – Я согласен. Подрочишь или расщедришься на минет?
– У-у-у, – закатила раздражённо взор. – Сам себе подрочишь! А приятное заключается в том, чтобы избавиться друг от друга. Давай оставим, всё как было… Ты прожигаешь жизнь, я выздоравливаю и переезжаю к себе. И важно, чтобы мы не пересекались!
– Самому неинтересно дрочить, – тяну прикол с брюзги.
– Ты тупой? Или глухой? Из всего сказанного ты запомнил только про член? – сжала недовольно губы в конце тирады.
– Вычленил важное, – забавляюсь дальше.
– Я повторюсь! Сгинь! – прошипела мне.
– Не зли, – стал серьёзным. Лучше ей так со мной не разговаривать.
Мелочь надменно надула губы и отвернулась, выставляя невидимый барьер между нами. Хмыкнул, не сдержав смешка, стоял разглядывал девчонку.
Робеет передо мной, но всё равно ерепенится и огрызается. А меня её поведение только раззадоривает и пробуждает азарт. Интересно, сколько протянет, воюя со мной?
Внезапно в комнату влетел чёрной стрелой комок и стремглав запрыгнул на кровать. Открыл рот, ошарашенно уставившись на своего Демона. Вот это скорость! Покачал головой, удивляясь ловкости толстого кота.
Чего это он на радостях сюда залетел, словно Чёрный Плащ?
Не пускалит его с гостьей познакомиться?
Госпожа защищает и сдувает пылинки с куклы? Оберегая даже от Люци?
Почесав бровь, с интересом наблюдаю за происходящим. На моих глазах разворачивается блокбастер, надеюсь он поможет хозяину прихлопнуть птичку.
– Конец тебе! – зловеще засмеялся, видя, как Люци играет хвостом.
– Ой, какой красивый, – проигнорировала моё предупреждение и протянула руку ладонью вверх в направлении кота.
– Люци, – позвал его, – покажи ей кузькину мать!
Демон, не обращая внимания на меня, с грацией хищника стал приближаться к руке жертвы. Скрестил руки на груди и встал поудобнее. Я требую зрелищ, пусть он загрызёт девчонку!
ГЛАВА 29
ДЕНИС
Спустившись на завтрак, застал семью в полном составе. Люци, лежал на краю большого стола, на своей бархатной подушке. Бабушка, занятая разговором по телефону с бабой Нюрой, задумчиво ела кашу.
– Доброе утро, госпожа, – произнёс и уселся напротив неё. Бабушка, услышав меня, подняла глаза и кивнула, продолжая беседу.
Так-с, с чего начать разговор?
Позвонил в колокольчик, вызывая прислугу. Зоя быстро появилась в дверях, ожидая указаний.
– Зоя, сделай «Крок Мадам» и приготовь кофе, а после принеси апельсиновый фреш, – отдал распоряжение.
Домработница кивнула и вышла, а я повернулся к старушке, которая продолжала разговаривать по телефону.
– Бабушка, удели мне своё драгоценное время, – терпеливо обратился к ней.
Она отложила телефон и посмотрела на меня с интересом.
– Что случилось, Денис? – спросила, делая глоток чая.
– Нам нужно обсудить кое-что важное, – ответил, пытаясь держать в себе раздражение.
Вздохнул, сохраняя спокойствие. Я знаю, она не сознается, но интуиция подсказывает всё происходящее неспроста.
– Я подозреваю тебя в интригах, – в голосе проскальзывало раздражение. – Ведь притащить Соню к нам домой, явно частью замысла. Признайся, зачем ты это делаешь. Каков твой план? – усмехаясь глянул на неё.
Бабушка удивлённо взглянула на меня, но быстро взяв себя в руки, со спокойной покачала головой. Понятно не расскажет.
– Внук, у тебя богатая фантазия, – рассмеялась она. – Я всего лишь хочу помочь бедной девочке.
Завёлся за секунду, как мотор моего Мустанга, злясь на неё.
– Лучше завела бы мне ещё одного кота. На худой конец собаку, – саркастически ляпнул в ответ. – А ты сиротку в дом притащила.
Бабушка, аристократично приподняв бровь, ответила:
– Соня нуждается в помощи, а ты… Ты нуждаешься в хорошей взбучке. Может, именно она поможет тебе понять, что такое настоящая ответственность.
– Чего? – произнёс, почти смеясь. – Бабушка, Мориарти отдыхает рядом с твоими великими идеями.
Она покачала головой и продолжила есть свою кашу, перестав со мной разговаривать. Свистяще выдохнул от досады, ничего не добившись от неё.
– Когда мне вернут водительские права? – перевёл тему.
– А ты всё осознал? В твоей голове хоть что-то поменялось? Взялся за ум? – недовольно взглянула на меня. – Последние гулянки говорят не в твою пользу!
Молчу. Бессмысленно огрызаться, она права! Полтора месяца спустил в болото, показывая всем свою дно. Надеялся, что отстанут от меня.
– Смены начал отбывать, сама же видела, – выплёвываю насмешливо, – добровольно приступил к каторге.
Моя старушка залилась смехом и фыркнула. Просмеявшись, спросила:
– С чего ты решил, что у меня есть план? Откуда такие мысли?
– Госпожа, да ты плутовка, – протянул со смешком. – У тебя всегда есть план. Я ведь докопаюсь до правды. Тем более Сергей Владимирович намекнул, что дело красиво нарисовано. Не лукавь, интерес есть только у тебя. Соня бедна, как церковная мышь, и она не потянет закулисные игры. Хочешь сказать, я не всё знаю про девчонку и, она внебрачная дочь президента и спецслужбы подчистили всё о её жизни?
– С твоим богатыми фантазиями и креативными идеями только в наш семейный бизнес, такой талант пропадает! – восхищённо поаплодировала.
– Хуизнес! – психанул в итоге я. – Прекрати держать меня за сопливого мальчишку, я давно взрослый.
– Тогда прекрати ерепениться и исправь ошибку!
Поднялась из-за стола и недовольно кинула салфетку на стол, грациозной походкой удалилась из комнаты.
Ублюдское утро и настроение такое же! И вести себя придётся также, ночью покопаюсь в сейфе бабушки. Посмотрю, что за скелеты она от меня скрывает.
Зоя принесла мой завтрак, ел, не чувствуя вкуса, словно вату жевал. Отставил тарелку с недоеденным сандвичем и, выпив одним глотком кофе, поднялся из-за стола.
Пойду кошмарить мелочь, глядишь и настроение вернётся.
Приближаясь к комнате Сони, услышал обрывки фраз, затормозил и прислушался:
– София, почему грустная? – спросила сиделка, заботливо обращаясь к девчонке.
– Боли сегодня сильнее обычного, а обезболивающие только вечером уколоть можно, – тихо ответила кукла, её голос звучал устало.
– Так, давай в бассейн поплаваем, попрошу Владимира Геннадьевича помочь нам. Слышала же, что массажист сказал, вода расслабляет мышцы, – предложила сиделка.
– Я потерплю, не хочу никого обременять своим состоянием, – услышал вздох куклы.
– Соня, так не пойдёт, рано или поздно нужно начинать занятия, – проговорила сиделка строго. – Бедная девочка! Мало тебе напастей, болей, переживаний, – запричитала. – Так еще и этот решил в помощники поиграть! Паразит, только измываться и может. Ещё раз обидит тебя, пожалуюсь Алевтине Петровне, – причитала старуха, с какого фига с болей Сони, она перешла на мое поведение?
– Вера Васильевна, не надо, работу потеряете. Слышали же, вы работаете на него, – попыталась отговорить её Соня.
Сцепил зубы от услышанного. Если эта наседка побежит жаловаться бабушке, права и прежнюю жизнь я не скоро увижу. Чеканя шаг, вошёл в комнату:
– Слушайте свою подопечную, с работы и правда вылетите. Мне казалось, в прошлый раз мы друг друга поняли. Советую не провоцировать, – во мне бурлит ярость, но внешне я стараюсь держать себя в руках. Прислуга не знает своего места, надо будет после Сони найти старуху и припугнуть. – А вы не обижайте девочку, и я буду молчать, – посмела перечить она.
– Рот закройте и собирайте куклу в бассейн, ваша смена на сегодня закончена.
– Я с вами пойду, – окончательно обнаглев, заявила мне.
– Ещё раз оспорите мой приказ, и единственное, куда вы пойдёте – это с трудовой на выход, —гаркнул на неё.
– А ты чего лежишь в обмороке? Распустила прислугу, а мне воспитывай, – выплюнул девчонке.
– Вера Васильевна – не прислуга, а медицинский работник, бестолочь, – прошипела мне в ответ мелюзга. – И, между прочим, старше тебя, научись разговаривать для начала, глядишь, и подчинятся начнут.
– Пиздец тебе, – ухмыльнулся кукле. – У вас пятнадцать минут, чтобы натянуть купальник на мою забаву, – вкрадчиво произнёс бабке.
– Я пожалуюсь хозяйке.
– Могу и я переодеть девочку, раз вы отказываетесь… – сделал шаг в сторону кровати.
– Через пятнадцать минут встретимся в бассейне, – засуетилась по комнате сиделка.
Победно рассмеявшись, вышел из комнаты. Сейчас я развлекусь! Представил, что она будет в моих руках и настроение взлетело.
Спустился на цокольный этаж, Соня сидела в махровом халате, укутанная по самые уши. Саркастически улыбнулся, ещё бы в паранджу упаковала. Да, прислуга раздражает раз за разом всё больше.
Приблизился к ним и лениво проговорил сиделке:
– Позову тебя, как мы наплаваемся! Свободна!
– Может, я останусь? Вдруг помощь понадобится... – Она переминаясь с ноги на ногу, явно нервничая проговорила
– Вон пошла, – отнимая из её рук ручки кресла, решительно направил девчонку к спуску в бассейн.
Не оборачиваюсь, даю время сиделке принять правильное решение. Она понимает, что от этого зависит судьба её подопечной. Послушается и уйдёт – значит останется работать и оберегать Соню. Если же ослушается и останется, вылетит с работы и бросит подопечную в мои лапы.
Соня молча сопела, психуя по тихому. Мои мысли бурлили, смешивая раздражение с предвкушением. Подкатил кресло ближе к воде, чувствуя, как адреналин начинает пульсировать по венам.
– Что ты задумал? – первая прервала молчание кукла.
– Скучно… Развлечься хочу, – пробежался по ней глазами с предвкушающей ухмылкой.
– Я против твоих развлечений, тем более в бассейне, – сказала строгим голосом, сжав губки.
– Угу, только мне пофиг. Бабушка тебя завела для моих утех, а значит, делаю с тобой всё, что хочу, – развернул коляску и дерзко подмигнул, ловя её взгляд.
Опустился на корточки перед ней и взялся за пояс халата. Посмотрим на твоё красивое тело ещё раз. Конечно же, в нашу первую встречу я всё рассмотрел: маленькая аккуратная грудь, дерзко торчащие пуговки с персиковыми ореолами. Плоский идеальный живот с крошечной раковиной пупка и загадочный треугольник, скрытый горохом… Да-а, её трусы долго не забуду. У нас девочки в пятом классе такие носили, помню, как сопляками дёргали их юбки.
– Не-е-надо, – пыхтя пытается убрать мои руки от себя.
– Неужели под ним ничего нет, – засмеялся, оттесняя её сопротивление.
– Не дождёшься, – фыркнула.
– Я терпеливый не в этот раз так в следующий, – ухватился и потянул пояс, развязывая его.
Разочарованно присвистнул, откидывая полы халата в разные стороны. Старуха постаралась изуродовать мою куклу, наглухо запечатанным купальником.
– Ты где взяла этот уродский костюм ныряльщика? – вырвалось у меня.
– Скотина, варвар, я не разрешала меня раздевать! – крикнула мне, пытаясь запахнуть халат обратно.
– А это идея, снять с тебя это уродство, – сказал, перебивая её вопли.
– Не смей! – взвизгнула и яростно прожгла меня взглядом.
– Звучит как вызов! – приблизившись насмешливо прошептал в её губы.
– Я буду кричать… – со сбитым дыханием ответила.
– Да, детка, не сдерживай себя! – опалил в ответ горящим взглядом.
Нравится мне щекотать девчонке нервишки, интересно наблюдать за эмоциями. Она так явно транслирует их на своём личике, читаю их, как открытую книгу.
ГЛАВА 30
СОНЯ
Глазами растерянно бегала по помещению бассейна, пытаясь найти выход из ситуации. Для Дениса это забава, а для меня – стресс. В момент он стянул с меня банный халат и взяв на руки, направился со мной к ступеням бассейна.
– Послушай, – напряжённым шёпотом, – давай обойдёмся без воды? Можешь сделать любую другую гадость, но подальше от бассейна? – с надеждой смотрю на него.
– Например? – спрашивает он ровным голосом, гад даже не запыхался, неся меня.
– Натрави своего Люци на меня? – хлопаю глазами, пытаясь разжалобить сволочь.
– Чтобы он, мурча, утопил тебя в кошачьей слюне? – смеётся. – Хитрая какая. Ты с ним только от нежности и ласки скончаться можешь. Я лучше сам. Всё сам.
– Ревнуешь? – улыбаюсь.
– Пф-ф-ф! – хмыкает он.
Денис держит меня крепко, его горячие тело обжигает даже сквозь моё напряжение и купальник. Вода мерцает, и её блеск добавляет ещё больше тревоги. Знаю, сопротивляться бесполезно, но страх перед водой у меня сильнее. Заметив моё испуганное лицо, начинает резво спускаться по ступеням в воду, и его усмешка с каждым шагом становится шире.
Хватаюсь крепко руками за шею парня и испуганно ойкаю ему в ухо, прижимаясь неприлично близко.
– Тащусь, что ты меня боишься, – приблизившись губами к моему уху, насмешливо произносит.
– Просто не знаю, что от тебя ожидать, – признаюсь, чувствуя, как дрожат руки. Этот бой я точно проиграла…
– Да, мелочь, я – монстр. Мне нравится тебя… – он замолкает на мгновение, словно подбирая слова, – кошмарить.
– Пожалуйста, верни меня в коляску. – Прошу, чувствуя, как сердце бьётся всё сильнее.
– Судя по твоему испуганному виду, – его голос звучит задумчиво, – бассейн идеальный вариант...
Мы опускаемся в воду, и я чувствую её прохладу на коже.
– Верни меня в кресло, – требую срывающимся на всхлипы голосом, и сильнее вцепившись в него, оставляю красные следы от ногтей.
– Кукла, блядь, не царапайся! – рычит на меня. – Мы с тобой не трахаемся, так что притуши свою страсть!
– Какую страсть! Придурок! Я боюсь воды! – визжу ему в лицо, паника накрывает, я себя не контролирую.
– Это я сегодня удачно зашёл… – начинает ржать надо мной. – Ты не умеешь плавать?
– Нет! – слёзы катятся по щекам, падая и разбиваясь между нашими телами.
– Сегодня однозначно мой день, – перехватывает меня подмышки и, ложится спиной на воду.
Всё делает с лёгкостью и цинизмом на лице. Я застываю, как мумия, вскрик выходит беззвучный от парализующего меня страха. Слежу за ним глазами полностью обездвиженная. Он тянет меня на себя и укладывает поверх своего тела, я не могу вымолвить и слова. Пытаюсь дышать, но у меня не получается даже протолкнуть воздух в лёгкие. Денис наслаждается моим состоянием, расслабленно держится на воде, с ленцой обнимая меня руками.
– Только не дёргайся! А, блин, забыл! – ухмыляется.
– Не смешно, – сдавленно хриплю, слёзы катятся крупными каплями по щекам, застилая мне видимость происходящего.
– Идеально! Набери воздуха, я ныряю…
– А-а-а, помогите! – визжу, оглушая себя и его.
Чувствую на своих губах влажную ладонь парня, хлопаю глазами и замолкаю, он держит меня одной рукой за талию и вжимает в себя. Ощущаю его каменные кубики на прессе, от мысли, что я на нём лежу, щёки начинают гореть со стыда. Закрываю глаза, пряча свои эмоции. Перестаю дышать, боясь соскользнуть с парня и утонуть.
– Мелочь, ответь честно… Ты вспоминала наш поцелуй? М-м-м? – охрипшим голосом спрашивает меня.
И мой испуг и стыд проходят в момент, за секунду становлюсь злой, мне сейчас и море поколено! Мычу в его ладошку, награждая эпитетами за наглость, чёрствость и избалованность. Надоело его поведение.
– Ух… сколько огня! Вспоминала, значит! – довольно улыбается со смешинками в глазах.
Кусаю его за ладонь, ошарашенно дёргает и трясёт ею в воздухе.
– Ты беспринципный идиот! Какой поцелуй? Знаешь, что я вспоминаю каждый день?! – шиплю на него. – Как ты, олух, меня сбиваешь и колёсами дорогой тачки рушишь мою жизнь! – не дожидаясь ответа, продолжаю.
– Я?! – рявкает в ответ. – Какого хуя ты выбежала на дорогу? Расскажи о своём плане… Подставиться и потом бабки всю жизнь тянуть? Ответь, блядь? – встряхивает меня, выговаривая зло свои претензии. – Дай угадаю, навела обо мне справки после ресторана? И, узнав меня в ту ночь на дороге, прыгнула под колёса? Так было?
– Пусти, мне больно! – надсадно дыша от боли, кусаю губы.
Когда он меня встряхнул, моё тело сковало адской болью, каждый вздох простреливал позвонки. Боль заполняла сознание, и я боялась отключиться. Он замолчал, слышно было только его бешеное сердцебиение и как яростно цедит воздух сквозь зубы. Открыв глаза, посмотрела в его искажённое бешенством лицо.
– Сейчас заткнись… – ловя мой взгляд, – если хочешь вернуться целая в свою комнату. Ни слова, чтобы не слышал от тебя!
Видя его состояние, понимаю, что добром дальнейшая ругань не закончится. Мне страшно его таким видеть, он слишком зол. Закрываю снова глаза и глубоко в душе реву навзрыд, от обиды и боли.
Зарываюсь в себе и не замечаю, как оказываюсь снова в кресле.
– Скажу сиделке, чтобы забрала тебя, – бросает коротко мне, и развернувшись, уходит.
Начинаю реветь в голос, я больше не выдерживаю. Царапая горло, кричу в пустоту помещения, от безысходности, несправедливости и, конечно, злости. Я больше не могу! Жизнь меня не любит!
У меня от боли даже нет сил смахнуть слёзы. Считаю минуты, когда придёт Вера Васильевна и заберёт меня. Спину пронизывают огненные стрелы. Вижу, как в дверь входит Алевтина Петровна.
– Соня, что случилось?
– Сделайте укол, – прошу сквозь плач. – Мне больно... – жалобно смотрю на неё.
– Это внук сделал? Гадёныш! Ну, я ему устрою!
– Отве-зите меня в спа-льн-ю, – вою, сил становится всё меньше.
Обстановка плывёт перед глазами, болевой шок поглощает меня. Она шепчет успокаивающие слова, которые почти не доходят до моего сознания.
В спальне меня аккуратно укладывают на кровать. Вера Васильевна готовит ампулы с лекарствами, и я чувствую укол, который должен принести облегчение. Боль постепенно отступает, и я погружаюсь в полузабытье, слыша обрывки их разговора.
– Заигрался, внучок, – гневно произносит Алевтина Петровна. – Сейчас пришлю Тоню, а вы идите отдыхать.
– Я останусь и позабочусь о ней, главное, чтобы она сейчас отдохнула.
Мир вокруг меня начинает меркнуть, и я, наконец, проваливаюсь в темноту, зная, что хотя бы на какое-то время боль отпустит.
Алевтина Петровна
Спасибо тебе, Серёжа!
Удружил!
Достав телефон, набираю Царёву, нет чтобы Таню добиваться, да семью строить, он решил в мои дела нос совать.
– Алевтина Петровна, рад вас слышать, – радостно отвечает на звонок.
Это ты ещё, милок, не знаешь, как проштрафился передо мной, сейчас получишь бонусы за инициативу.
– Серёж, скажи, ты мне мстишь? – начинаю вкрадчиво.
– И в мыслях не было, – тушуясь, произносит. – Что случилось? – деловым тоном.
– Ты зачем полез в моё дело с внуком? Планы мне портишь! Науськиваешь его на расследование, – и вроде мужик в возрасте, а всё разжёвывать приходиться.
Аннушка их балует, ладно с Матвеем я вовремя вмешалась, а этого уже поздно исправлять.
– А у нас есть план? – а нет, не совсем потерян, дошло, наконец.
– Есть! Просьба у меня, не мешать. Сама справлюсь.
– Понял. Вы извините, я же к ним как к сыновьям, мается Денис. Поддержать его хотел, —оправдывается.
– Поддержкой делу не поможешь, с ним и дрына мало будет.
– Жёстко. Но заслуженно, перегибают парни иногда, – соглашается со мной.
– Зато действенно. Как дела с Танюшей?
– В осаде, – вздыхает уставши.
– Заслуженно. Набедокурил ты, – хмыкаю в ответ.
Поговорив ещё немного, прощаюсь и направляюсь в кабинет Владимира, что-то расслабились все. Захожу и с порога интересуюсь.
– Володь, а что у нас с Валерием? Его нашли?
– Ищем, он как сквозь землю провалился, – вставая из-за стола, отвечает.
– Месяц уже прошёл, уверен, что найдёшь? Мне как девчонку со двора отпускать? В больницу возить? Знаешь же, что охраной ее окружить не могу, у Дениса вопросы начнутся. Я хочу решить дело тихо.
– Алевтина Петровна, мы ищем, ориентировки висят. Наша служба работает, генерал участвует, – смеётся, – носом землю роет, всё старается извинится за Дениса.
– Хм-м, генеральские погоны он сохранить пытается, а не извиниться. И ты мне давай басни не рассказывай, а делом займись. Сдаёшь, Володь…
– Исправлюсь, – кивает. – Коньячку?
– Откажусь, ещё дела есть.
Покидаю кабинет Владимира, на очереди внук, решительно приближаюсь к его спальни. Навстречу мне по коридору идёт горничная с метёлкой и совком. У нас что пылесоса нет?
– Задержись, – заглядываю в совок, понятно осколки вазы. – Опять Люсьен?
– Да, в зелёной гостиной, разбил маленькую вазу.
– Пушистый дизайнер, – качаю головой, вот не любит он цветные вазы, почти все в доме истребил. Его тонкому вкусу только хрусталь подавай. – Дай мне метёлку, – уставившись на меня, неуверенно протягивает.
Забираю и перевернув, откручиваю щётку. Хлипкая, конечно, трубка, но пойдёт для задуманного. Вот в мою молодость всё деревянное было, а сейчас сплошной китайский пластик. Перехватываю палку поудобнее и прохожу мимо ошарашенной горничной. Скрываюсь в спальне внука. Пришло и твоё время, Дениска получать бонусы…
ГЛАВА 31
ДЕНИС
Заехал к парням в фитнес-центр, договорились позаниматься и просто попиздеть, как в старые добрые времена. Время уже не то – все заняты, личная жизнь затянула по самые уши. Я долго подкалывал их, зубоскалил, что они вляпались. Но, честно говоря, сам вляпался не меньше. Девочки, ну вот серьёзно, они всё меняют! Раньше было проще – тусовки, тёлки, алкоголь. Никто домой не спешил, отрывались на полную. Молодые и свободные! А сейчас? Бизнес, проблемы, любимые половинки. Хорошо, что из трёх пунктов меня только два зацепили...
На ресепшене Светлана что-то объясняла новеньким клиентам, которые покупали абонемент.
– Привет, боссы в зале?
– Да, уже разминаются, – коротко ответила она.
Не стал её больше отвлекать, отправился в раздевалку. Положил сумку у шкафчика, вытащил телефон из кармана джинсов и набрал сообщение Полине:
Я: Привет, каждый раз, когда заезжаю в центр, становится тоскливо без твоих язвительных приветствий.
Поля: Опять стариной трясёте? Завтра дождь обещают, суставы не болят?
Я: Идеально! Именно твоего яда и не хватает этим стенам. Ты оставила их без души, вредная девчонка!
Поля: А сначала в этих стенах оставили без души меня...
Я: Оу, не будем о грустном. Чем занимаешься?
Поля: Гуляю в парке с Егором.
Я: Прогулки – это хорошо, малышарику привет передавай. Заеду на днях за тобой и заберу к себе, Борис приготовит твои любимые ньокки с сырным соусом.
Поля: Вот с этого и надо было начинать переписку. Жду! Передай Боре, что он лучший повар в мире.
Я: Мелкая подхалимка)))
Поля: 😛
Засунув телефон в шкафчик, переоделся в шорты и, закинув майку с полотенцем на плечо, зашагал к друзьям в зал, готовый к тренировке.
– Здорово, – приблизился к парням на беговых дорожках.
– Салют.
– Привет, – с каменным выражением ответил Харрингтон.
Очевидно, уже в курсе, что ведьмочка гуляет в парке с Егором. Поди сторис запилила для нашего психованного.
Пожав руки, прошёл к свободной дорожке. И только повернулся к пацанам спиной, понял, что сегодня явно не мой день. По смешкам, переходящим в ржач, догадался, что они уже заценили творение бабушкиных рук.
– И чё вы ржёте? Дыхалку собьёте! – зло глянул на них.
– Неудачный опыт сессии? Перепутал роли верхнего и нижнего? – ухмыляясь, осведомился Тим.
– Кто о чём, а ты о наболевшем! Нет, мой друг, в нашей компании только ты извращенец.
– У-у-у, любопытно, – скалясь, Царь посмотрел на меня, – кто же тебе дал пиздюлей?
– Точно… Колись, кто отмудохал? – они, переглянувшись, засмеялись снова.
– Да пошли вы… – встал на беговую дорожку и, выставив скорость, начал с лёгкого бега.
– Походи в церковь, тебя определённо прокляли! – хмыкнул Харрингтон.
– Если только с тобой за компанию, потому что тебя проклинают по сей день, – показал ему фак и ускорил бег.
– Я атеист.
– Угу… Вот поэтому ты и просрал свою богиню.
– И всё же, раздирает любопытство… – прицепился Матвей.
– Кукла начала ходить и тебе наваляла? – предположил Тимофей.
– Нет, блядь! Бабушка взбесилась! – отзываюсь, скрипя зубами.
– Алевтина Петровна? – в один голос выкрикивают и, зависнув, ждут продолжение рассказа.
– Ага, взбесилась из-за девчонки.
– Что ты ей сделал? – улавливает суть Харрингтон.
– В том-то и дело, что специально ничего. Да... Забейте…
– Э-э-э, нет. Выкладывай, – с кривой ухмылкой цокает Мот языком.
– Подслушал их разговор с сиделкой. Ей надо в бассейне заниматься, но она занятия отменяет. Решил воспользоваться ситуацией, Сонька – чопорная заучка, а мы почти раздетые в воде, тесный контакт. Хотел нервы ей пощекотать.
– Ты трахнул девчонку? – Тим ошарашенно смотрит на меня.
– Блядь, нет, конечно! – рыкнул на него.
– Ближе к сути… – перебил нас Царь.
– Короче, затащил в воду, она, оказывается, плавать не умеет. У неё паника, я прикол тяну, а потом сцепились. Наговорили друг другу... Забылся и встряхнул её. Просто вылетело из головы в тот момент, что она неживая! Лежала на мне, как обычная девчонка… С формами в нужных местах, податливая… Ну вы поняли, – неловко откашлялся.
Взглянул на друзей, стоят, вылупившись на меня, и молчат. Тишину, блядь, словили!
– И чё, комментариев не будет? Чего заткнулись?
– С формами… Податливая… У-у-у, чувак! Ты влип! – Насмешливо прищурился Царь.
– Гонишь?! – Прорычал на него.
– Смотрю в суть ситуации, – заржал в ответ.
– Получается, Соня на тебя пожаловалась? – Проговорил Тимофей.
– Угадал, наябедничала.
– И чем тебе прилетело? – Усмехнулся Царь.
– Палкой от метелки, где только её откопала. Алевтина Петровна меня врасплох застала. Я из душа вышел в полотенце. Возле комода трусы искал. А тут разъярённая бабушка! Блядь, стоял и не знал, то ли тряпкой член прикрывать, то ли с ней воевать.
– А отбежать? – засмеялся друг.
– Да старушку пожалел, она у меня не молодая по комнате бегать. Настрой у неё был боевой, дал ей перебеситься. Не думал, что она своей зубочисткой следы оставит.
– Судя по твоей зебре на спине, сил у Алевтины Петровны и на бег бы хватило.
– Бля-я-я, как перестать ржать? – вытирая слёзы, спросил Харрингтон.
Сука, весело им, а мне вот ни хера не смешно. Я же не совсем дурак. В бассейне перепугался, что своей неосторожностью мог сломать её. Она весит, блин, как доберман нашего лорда, а то и меньше. Побежал к сиделке, позвал её. С чего бабушка так озверела, не понял. Но зато после всего мы с госпожой поговорили по душам.
В голове всплыли обрывки разговора:
– Давай расскажи глядя в глаза, что ты так тщательно скрываешь? И почему так оберегаешь девчонку, – рыкнул на бабушку под конец, вырвав орудие из рук.
Она прошла по комнате до кресла и устало опустилась в него. Погрузилась в свои мысли и посмотрела сквозь меня… Поставил палку возле комода и потуже затянул полотенце, последовав примеру, сел на кровать.
– Если я скажу, что девочка не виновата… Поверишь? – заговорила бабушка.
– А почему дело так зачищено? Что в нём такого важного? – внимательно посмотрел на неё, готовый уловить даже маленькую ложь в её глазах.
– В этом деле важный только ты! Из-за тебя, внучек, там чистый лист! Ты даже не представляешь, насколько наш бизнес кровавый. У нас много врагов, которые только и ждут повода... Денис, скажи, а ты помнишь, сколько мне лет?
– Семьдесят один, – понимаю, к чему клонит бабушка.
– Я устала. Мне пора на покой. Времени у меня немного, пока в светлой памяти, хочу всё тебе передать, научить.
– А Владимир?
– Я же не передам наследство ему! – Вздохнула разочарованно.
– Госпожа, ты так вздыхаешь, у нас проблемы в бизнесе?
– Уже радует, что «у нас», – хмыкнула она. – Проблемы есть всегда. Напомню, большинство акций в этой стране принадлежит нашей фамилии. Но главная проблема – это твои родители. Они обворовывают тебя.
– В смысле? – Офигел от новости.
– В коромысле. Видно, до Олежи дошло, что наследником ему не быть, и он стал воровать у собственной матери. Без твоей матери не обошлось!
– Подожди! Хочешь сказать, отец с матерью воруют деньги сами у себя? Зачем? Семейные же деньги.
– С чего ты решил, что семейные деньги им принадлежат? – Фыркнула на моё утверждение. – Внучек, оглянись, здесь всё только твоё!
– А как же они?
Не понимаю происходящего в нашей семье. Такое ощущение, что я перепутал шкаф и, случайно открыв, начал ловить вываливающиеся скелеты из него.
– Да что ты заладил о них! Каждый получает по заслугам! А у них за всю жизнь скопилось много!
– Расскажешь? – заинтриговала бабушка.
– Мне оставшейся жизни не хватит… Скажу одно, мама твоя с Олежей только из-за тебя. Я убрать её приказала, а она оказалась беременная. Эта женщина только одно в жизни хорошее сделала, тебя родила…
– Убрать? – чувствую себя идиотом, ничего, оказывается, я не знаю о собственной семье.
– Верно ты расслышал, мир не идеален. И я не идеальна. Теперь мой мир ждёт тебя. С твоими родителями решу сама, а тебе передам дела чистыми. В остальное – втянешься по ходу дела.
– Кхм, – откашлялся. – Госпожа, кто ты?
– Я-то? – усмехнулась. – Обычная женщина, которая построила империю кровью и потом.
– Необычная!
– Дэн, ты как? Не против? – до слуха донёсся вопрос Тимофея.
– Насчёт чего? – непонимающе уставился на них.
– У тебя в рестике собраться в пятницу на ужин, – отозвался Матвей.
– Кажется, он мыслями с куклой в бассейне, – прикольнулся Харрингтон.
– Да захлопнись, по работе я в мыслях!
– Ага, поверили, – сквозь смех. – Так что с ужином? – Мот, отсмеявшись, напомнил вопрос.
– После работы там встретимся.
Разговор перешёл на деловой, за обсуждением экономических новостей в мире перешли к железу, пора прокачать разогретые мышцы. Пришлось напялить майку, иначе вторая часть тренировки была бы сорвана, два придурка никак не успокаивались, и ржали как кони.
Потягав железо, с парнями направляемся в душ. Сняв мокрую майку, швыряю её на скамейку. Слышу очередной взрыв хохота. Они продолжают подъёбывать меня. Закатываю глаза и, развернувшись, спрашиваю:
– Ну и когда вам надоест? – Устало качаю головой.
– Братан, это зашквар – тебя шваброй отпиздохала бабушка, – Мот недоговаривает и буквально умирает от смеха.
– Шваброй, прикинь! – Орёт Тим, согнувшись пополам.
– Тебя, помнится, отпиздохали букетом. А тебе уделали тачку, – смотрю на Тима. – Угомонитесь.
– Нас девчонки, а тебя бабушка… Хотя и девчонка уделает, только встанет.
– Так-то с тобой Полинка ещё не закончила, – подъёбывает друг Харрингтона.
– Это другое! – рявкает на Царя.
– Да не пизди, – кидаются потными вещами в друг друга.
– Ой, идиоты, – ловлю на лету чьи-то шорты и, откинув через плечо, вздыхаю.
Скидываю остальную одежду с себя и шагаю в душ, хоть немного передохну от дебилов.
ГЛАВА 32
СОНЯ
Прижимаюсь лбом к прохладному стеклу, взгляд скользит по пейзажу за окном. Осень развернулась во всей своей красе: деревья одеты в золотые и багряные листья, которые, подчиняясь ветру, тихо падают на землю, образуя ковёр из ярких оттенков. Наблюдаю, как под порывами ветра по дорожкам мечутся опавшие листья, словно танцуя в прощальном танце. Казалось бы, такая красота должна приносить умиротворение, но на сердце неспокойно.
– Вера Васильевна, – нарушаю тишину, не отрывая взгляда от окна. – Сейчас бабушка придёт. Вы ей, пожалуйста, ничего не рассказывайте о произошедшем вчера.
