Текст книги "Фарфоровая кукла. Ненависть на грани (СИ)"

Автор книги: Ева Риччи

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 18 страниц)

– Опять не слушаешься? – взяв его под передние лапы, чуть приподняла. – Ты погуляешь, а я пока душ приму, – договаривается с ним воробушек.

Сижу, сдерживаю смех, вот же единоличник! Мне тоже хочется побыть со своей девочкой! И как теперь с ним договариваться, чем подкупать?

– Так, – строго произнесла Зоя и, подойдя, забрала кота на руки с колен девчонки. А он, гад шерстяной, при Соньке даже не зашипел на неё. – Вот упрямец, сейчас проверим, как охрана почистила дорожки от снега, подышим свежим воздухом и вернёмся, – разговаривая, вышла из комнаты.

– Про душ хорошая идея, но предпочитаю ванну, – подмигнул и сгрёб в объятия.

Моя девочка среагировала моментально, вспыхнув, как красная роза, затаила дыхание. Понимает, чем закончится наша ночь…

После совместной ванны накидываюсь на Соньку, не просто целую, подчиняю её рот, атакуя языком. Пока мы отмокали в горячей воде, я дошёл до ручки в своем возбуждении.

– Бля, как же я долго ждал… – ложусь сверху, и моя эрекция упирается ей в живот.

– Ты меня пугаешь, – отвечает тихо.

– Сонь, меня так ебашит, я сам боюсь, – признаюсь честно.

Тело и пах горят огнём. Перед глазами мелькают цветные пятна, и я понимаю, что в моих руках – самая желанная девочка на свете.

Мои ласки находят отклик в Соне. Мы оба заряженные.

Тяну узел на полотенце и с жадностью прохожусь взглядом по ней. Срываю со своих бёдер мокрую тряпку, сжимая в руке пульсирующий член, провожу по эрекции ладонью, ловлю её взгляд и наслаждаюсь блеском глаз.

Со мной происходит странное: сумасшествие кипит в крови. Меня как будто всего потрясывает. Воробушек тоже вся вибрирует. Закусив губу, смотрит на меня из-под опущенных ресниц. Её грудь часто поднимается от взволнованного дыхания, чем манит меня прикоснуться к ней.

– Мне будет мало одного раза, – стону в голос.

– Денис… – вздрагивает от моих слов.

Склоняюсь над ней и снова целую. Жадно, оставляя горящие следы на губах и теле. Дорвавшись до груди, сжимаю в ладонях, терзаю соски, прикусываю кожу. Мы задыхаемся от избытка ощущений.

Широко развожу ноги малышки и смотрю на красивый бутон, истекающий желанием. Девочка моя смущается, для неё мои действия слишком откровенны, хочет свести ноги вместе, но я не даю. Медленно провожу пальцами, размазывая скопившуюся влагу, сладкий запах ударяет в ноздри. Опускаюсь ниже, губами веду по животу, задерживаюсь на лобке, прикусываю и языком раздвигаю манящие складки. Провожу ритмично вверх-вниз и, задержавшись возле дырочки, ныряю языком. Сонька подпрыгивает на матрасе, прижимаю рукой ее живот, продолжая вылизывать цветок. Её соки желания наполняют рот, вытворяю немыслимые для куклы вещи. Хочу, чтобы она кончила от языка. Девочка моя стонет и пытается набрать в лёгкие воздуха, задыхается, вцепляется руками мне в волосы и содрогается, а я продолжаю ласкать, растягивая ей удовольствие. Напоследок целую сомкнутые губки и, поднявшись, тянусь к Соне за поцелуем. Пугается, пробует с моих губ свой вкус…

– Воробушек, в этом нет ничего постыдного, – проговариваю ей в губы. Всхлипывает и отвечает.

Подхватываю под попку и устраиваюсь между разведённых ног. Она на мои действия зажмуривается от страха, когда подтягиваю за бёдра ближе и упираюсь членом в её бутон.

И видя реакцию любимой, меня накрывает паника! Блять! Закрываю глаза, тяну сквозь стиснутые зубы воздух. Растираю лицо ладонями и рычу. Не думал, что мне когда-нибудь будет трудно запихнуть член в девушку! С Соней впервые накрывают такие эмоции. – Я не могу, – вою отчаянно. – Ты такая маленькая и хрупкая! Чёрт, боюсь тебя сломать!

Вцепившись в свои волосы, раздражённо их тяну. Чувствую себя идиотом! Она садится, обвив мою шею руками, сама целует, затем гладит грудь, спускается плавными движениями рук на пресс и сжимает мой член.

– Бля, – меня простреливает от удовольствия, на затылке бегут мурашки, пока она ласкает меня своими изящными ручками. – Сонь, будет больно, мы не сможем этого избежать…

– Любимый, не переживай, зато потом мне будет хорошо, не лишай нас удовольствия, – покрывает моё тело поцелуями.

– Ладно, но ты, если что, сразу меня останови…

Соня кивает, и для меня это как сигнал ракетницы.

Закидываю её ноги себе за спину, лёгким нажатием руки прошу лечь на спину. Второй рукой направляю себя ко входу своей девочки. Плавно вхожу в тугое лоно.

Соня морщится, у меня на лбу выступают капельки пота от напряжения. Делаю несколько мягких толчков, её мышцы внутри напрягаются, она сильно меня сжимает. Слюнявлю большой палец и дотрагиваясь до клитора, круговыми движениями расслабляю.

– Ах… – дёргается и сама продвигается на члене.

– Привыкла? – выдыхаю напряжённо.

– Да-а, – сдавленно отзывается.

И я одним резким выпадом рву её. Не замедляясь, делаю ещё несколько движений и, наклонившись, собираю поцелуями ее слезы. Снова обнимает меня, а я увеличиваю темп, стискивая пальцами Сонькины бёдра.

– Девочка моя, – цежу, – как же в тебе хорошо… – выпадаю из реальности. Невероятно остро, она принадлежит мне. Ощущения на грани...

Подтягивая воробушка ещё ближе. Двигаюсь быстрее и глубже. Дышим в унисон тяжело и часто.

– Люблю тебя, – тихим выдохом произносит Соня.

Меня разрывает от счастья и я, не контролируя себя, выхожу из неё и ставлю на колени: – Руками упрись в изголовье, – прошу и снова толчком бёдер оказываюсь внутри неё. Ощущения на пределе, незнакомые для меня.

Раздвигаю складочки пальцами и помогаю получить удовольствие в её первый раз. Соня дышит часто, не сдерживая стонов. Мой оргазм близок. Я ускоряю движения руки, второй зарываюсь в её волосы, и, вжимаясь бёдрами сильнее, с низким стоном выныриваю из неё и кончаю на спину.

Внутри всё пульсирует. Переворачиваю девушку и, вернув руку на клитор, довожу дело до конца, лаская губами соски.

– Сейчас, – ввожу в неё два пальца и, врезаясь, довожу до оргазма.

– Денис, – выгибается и сжимает мои пальцы до лёгкой боли. От удовольствия громко всхлипывает и я довольно расплываюсь в улыбке. Вытаскиваю пальцы, смотрю на кровь, вытираю об простынь и ложусь к моей кукле. Притягиваю к себе и глажу по спине.

– Ты как, солнышко? Я ничего не повредил? Спина не болит? – после меня пронзает чувством вины, от того, что я был неаккуратен.

– Я в сказке, – улыбается смущённо, – и очень хочу спать.

– Люблю тебя, – выдыхаю с облегчением и накрываю нас одеялом.

– И я… – засыпая, произносит воробушек.

ГЛАВА 53

СОНЯ

Денис ленивыми движениями размазывает по мне пену, а затем опускается на колени, массирует ноги, постепенно поднимаясь руками всё выше. Он замирает на бёдрах и прикусывает их с внутренней стороны. Его губы скользят по животу, ласкают грудь. По телу пробегают искры и жаром оседают внизу живота.

– Ах… – тело пылает, я жажду, чтобы он коснулся меня.

– Болит? – его голос наполнен хрипотцой.

– Нет, – стону в ответ.

– Что же ты молчишь? – поспешно смывает с меня пену и вытирает нас.

Он подхватывает меня на руки и бережно относит на постель. Накрывает своим телом. Мы обнажены, разгорячённые нашей любовью, теряем связь с реальностью.

Сейчас важны только наши ощущения.

Целует меня в губы, а я сама раздвигаю ноги, с нетерпением ожидая, когда он войдёт в меня. Нежно водит членом по моему лобку, дразня меня, а затем осторожно входит, пристально глядя мне в глаза. Не услышав жалоб с моей стороны, начинает свои плавные и неторопливые движения. В этот раз они соединяют не только наши тела, но и души. Его толчки вызывают во мне бурю эмоций, что нарастают в груди и оседают внизу живота.

– Непередаваемо, – пожирает меня взглядом, а я сгораю заживо.

Парень медленно раздувает пламя, которое разливается по всему телу. Каждая мышца дрожит от наслаждения. Полностью отдаюсь этому чувству и кричу от нахлынувшего удовольствия. Денис накрывает мои губы, ловя стоны блаженства. Это так невыносимо и сладко…

– Писец… – давится воздухом и кончает мне на живот. – Успел… – говорит и падает на кровать.

Дверь спальни открывается, и я, вскрикнув, прячусь под одеяло с головой.

– Это Люци, – посмеиваясь, произносит Денис.

– И что? – бурчу недовольно из укрытия.

– Вылазь, – скидывает с меня одеяло.

Вы когда-нибудь видели красный спелый помидор? Так вот, я именно такая сейчас!

Кот, запрыгнув на кровать, начинает приветствовать нас. Гладим его в две руки и тихо хохочем. – Ты нас на завтрак пришёл звать? – разговариваю с ним. – Надо в следующий раз закрывать дверь, – показываю на следы семени на животе.

Безмолвно простонав, снова становлюсь румяной. Любимый веселится, видя моё стеснение.

– Вставай, ленивая жопка, – хохотнув, убирает кота. – У нас немного времени собраться и позавтракать. Ты же хотела успеть попасть в балетную школу до обеда.

– Точно, директор только до обеда в школе, а я хотела повидаться.

Торопливо принимаем душ и одеваемся. На мне сегодня тёплый вязаный костюм, который мы купили вместе с бабушкой Дениса, красивого густого серого цвета. Денис же, как всегда, одет во всё чёрное: джинсы и толстовка с принтом мотоцикла на груди.

Вместе с Люци спускаемся в столовую, где за столом уже завтракали Алевтина Петровна и Владимир Геннадьевич.

– Всем доброе утро! – приветствуем сидящих в один голос.

– Привет, ребята. – Бодрого утра, внуки, – старушка смотрит на нас с сияющей улыбкой. – Люсьен, иди сюда, у меня сегодня на завтрак твоя любимая красная икра.

Кот запрыгивает на колени Алевтины Петровны в ожидании лакомства.

Я выбираю пшённую кашу с тыквой, а Денису приносят бургер с двойной котлетой из мраморной говядины. Он с таким аппетитом вгрызается в булку, что у меня, глядя на него, текут слюнки.

– Кусай, – протягивает мне бургер. Я кусаю и от удовольствия закатываю глаза. В ту же секунду готовая поменяться блюдами.

– Кашу я не буду, – догадывается он и смеётся, вытирая соус рукой с моих губ. – Я бы с удовольствием его слизал…

– Тс-с, – оглядываюсь на взрослых за столом, но они, слава богу, увлечены своими разговорами и не замечают нас.

Мы доедаем наш общий бургер, и я с удовольствием ныряю в объятия любимого. Он звенит колокольчиком, позвав прислугу.

– Повторите мне бургер, – делает он новый заказ.

– Внучек, ты же лопнешь, – с удивлением смотрит на него Алевтина Петровна.

– Я не наелся, одна голодная девчонка отняла у меня завтрак, в шоке от её зверского аппетита, – косится на меня.

– Могу компенсировать кашей, – предлагаю я, двигая тарелку к нему.

– Не-е-е, это девчачий завтрак, – морщится он.

Взрослые шутят над нами, и мы смеёмся.

В столовой, громко стуча каблуками, появляется блондинка. Женщина с ухоженной внешностью, одета в дорогое платье. Окидывает нас взглядом и хмыкает, она явно не в настроении.

Настороженно замираю. Что-то в её облике кажется мне смутно знакомым. Она останавливается у дальнего конца стола и кривит губы в неприятной усмешке.

– Здравствуйте, семья, – произносит с брезгливостью, словно слово «семья» вызывает у неё отвращение.

Алевтина Петровна, не сводя с неё холодного взгляда, едва заметно кивает.

– Рита, – медленно произносит старушка.– Не помню тебя в своём графике встреч.

– А я не к тебе, старая маразматичка! – резко выкрикивает женщина. – Я к сыну!

Перевожу взгляд на Дениса, а он, откинувшись на спинку стула, с ленцой рассматривает свою маму.

– О, вспомнила! – скрещивает руки на груди.

Рита почти жалобным тоном начинает говорить:

– Сынок, не слушай их. Они врут всё! Мы так тебя любим! Но она... – пальцем тычет в Алевтину Петровну, обвиняя её во всех бедах, – она мерзавка! Заставила тебя отдать, выкупив за жалкие гроши. – Её голос наигранно дрогнул, и по щеке медленно скатилась одинокая слеза, что тут же размазала тональный крем.

Владимир, не выдержав, встрял в разговор:

– Всего лишь полуострова инфраструктуры на Шри-Ланке! Ничего себе гроши. Не бреши, Рита, сами продали Дениса, потому что он вам не нужен!

Не сдержавшись, охаю и прижимаюсь к любимому. Мне больно за него от слов мужчины… Он моргает, благодаря за поддержку, а я проглатываю слёзы, готовые вырваться из глаз.

Денис играет желваками, смотря на мать. Хочет что-то сказать, но женщина его перебивает и начинает ругаться с Владимиром Геннадьевичем:

– Заткнись, прихвостень госпожи, – злобно проговаривает. – А тебя повысили, уже ешь за хозяйским столом?

– Представь себе, – спокойно отвечает он.– А тебе даже на пороге этого дома не рады, – холодно осаживает её.

От злости Рита становится серой, покрываясь пятнами, её лицо искажается от ненависти. Я почти не дышу, чувствуя, как напряжение в комнате нарастает. Хочется исчезнуть, стать невидимой, но уже слишком поздно – она резко поворачивается ко мне.

– А это у нас кто? – сузив глаза, буравит меня взглядом. – Петровна совсем из ума выжила. Инвалидку в снохи выбрала? Не позволю!

Моё сердце замерло. Своими словами она в одно мгновение вытряхнула весь мой внутренний мир, вывернула его наизнанку, обнажив страхи и неуверенность.

– Смотрю, ты хорошо осведомлена о нашей жизни, – холодно отзывается Алевтина Петровна. – Только выбирай выражения. Здесь лишь одна инвалидка – и это ты! Причём на голову!

Старушка бросает салфетку на стол и, опираясь на руки, встаёт, грозно глядя на Риту, от чего та пятиться назад.

Я, закусив губу, пытаюсь закрыться от её слов.

Соня, ты не понравилась маме парня. Катастрофа.

– Да задолбала, – взрывается Денис, вскакивая с места. – Чего припёрлась? Денег с папашей хотите? Хрен вам! Сегодня же всё перекрою за язык твой! О сыне вспомнила, мамочка? А где ты была двадцать три года?

Рита сжимает кулаки и орёт в ответ:

– Я же говорю, это всё твоя бабка!

Но её голос тонет в холодном, грозном рыке Владимира:

– Не ври, Рита. Ты просто пытаешься выжать из этой семьи всё, что сможешь.

– Ненавижу вас! – кричит. – Чтобы вы все сдохли! Подавитесь своими деньгами!

Владимир тоже встаёт, приблизившись к женщине, берёт под локоть и волочит к выходу, несмотря на её сопротивление.

Денис обнимает меня и целует в щеку.

– Соня, прости за этот концерт, – искренне смотрит в глаза, – не слушай Риту, у меня нет родителей, только бабушка! И ты ей очень нравишься! Да, бабуль?

– Души не чаю в нашей Сонечке, – подтверждает с теплотой.

– Госпожа, надо проверить прислугу. Кто-то сливает информацию о происходящем в доме. И пора перекрыть им содержание, они этого не заслуживают.

– Согласна, внучек, – задумчиво проговаривает Алевтина Петровна, глядя на дверь, за которой исчезла Рита. Меня расстроили и обидели слова мамы Дениса. Я и так себя чувствую неполноценной, а её высказывание только усугубило мои сомнения. Что я смогу дать Денису? Зачем ему сломанная кукла?

Когда мы подъезжаем к балетной академии и выходим из машины, чувствую, как по моему позвоночнику пробегает холодок. Это ощущение вернулось ко мне с тех пор, как я вернулась домой.

Всё началось с того самого утра, когда я спустилась в магазин возле дома. Купив необходимые продукты, я возвращалась обратно к подъезду и вдруг почувствовала, что за мной наблюдают. Оглянувшись, никого не увидела и в испуге скрылась в подъезде.

В следующий раз неприятное ощущение посетило меня по дороге в университет. Садясь в такси, я снова ощутила на себе чей-то взгляд, от которого меня охватил ужас.

Вернувшись домой, осторожно спросила у бабушки о том парне из бара, и она рассказала мне всю правду. Моих родителей убили, и теперь я следующая цель психопата, который возомнил себя мстителем.

После рассказа бабушки ко мне вернулась тревожность. Я боюсь выходить одна на улицу, чувствуя опасность за своей спиной. Может, стоит рассказать Денису о своих страхах?

– Сонь, ты чего вся сжалась? Из-за Риты грузишься? – пронзил внимательным взглядом меня.

– Нет, просто волнуюсь перед визитом в школу, – лукавлю, не готовая в данный момент делиться настоящими мыслями.

Мы проходим охрану и поднимаемся к кабинету директора. По дороге встречаем девочек.

– Ой, Соня, привет! – приветливо машет Маша, подходя вместе с Аней к нам. – Директриса сказала, что ты заедешь. Мы не думали, что ты уже ходишь...

– Ждали меня в инвалидном кресле? —бросаю с сарказмом.

Денис обнимает меня за талию, не вмешиваясь, внимательно слушает.

– Ну да... Юля рассказывала, что ты в плохом состоянии, чуть ли слюни в подушку пускаешь,– мелет Аня, не думая о тактичности. – Поэтому она так часто ездила к тебе, из жалости.

– Как видите, слюни не пускаю и хожу, – резко разворачиваюсь и тяну Дениса за собой, раздражаясь от их болтовни.

– Да не дуйся! У нас столько новостей, – тараторит Маша. – Аньку вот отчисляют, в академии узнали, что она беременна. Дурочка, аборт вовремя не сделала, – осуждающе качает головой. – А Юльку выгнали с позором! Представляешь, спала с мужем директрисы, и всё это всплыло наружу, когда её влиятельная подруга раскрыла правду. Такой скандал! Людка накинулась на Юльку, ей сильно досталось... И, говорят, дома мужу тоже влетело, они разводятся и академию делят.

Я стою, ошарашенная этим потоком сплетен, удивляясь, как такие страсти кипят в моей школе. – Весело у вас... Но нам пора. Пока, – поднимаемся по лестнице дальше.

За нашими спинами раздаётся громкий шёпот: – Это Барин с ней, что ли? – Да, вроде он...

Денис смеётся, и прежде чем я успеваю что-то сказать, целует в губы, добавляя поводов для сплетен. – Подруг ты не умеешь выбирать, воробушек, – щёлкает меня по лбу с насмешкой. – Не всем повезло с друзьями, как тебе, – дуюсь обиженно.

Стучимся в кабинет директора и слышим: «Войдите».

– Здравствуйте, Людмила Николаевна, – подхожу и обнимаю её, целуя в щеку.

– Соня, Денис, рада вас видеть! – приветствует нас.

Что-то в её внешности изменилось. Осунулась, нет привычной искры в глазах. Стиль одежды стал мягче – никаких строгих костюмов, на ней вязаные штаны и блузка.

– Сонечка, такая радость видеть тебя в академии. Молодец, девочка, горжусь тобой, – хвалит меня.

– Как вы, тёть Люд? – участливо спрашивает Денис.

И тут её прорывает. Слёзы текут по щекам, а голос дрожит, когда она рассказывает об измене мужа. Оказывается, Юлька давно спит с Виктором, и обо всём рассказала Алевтина Петровна.

– М-да... – вздыхает Денис.

Успокаиваем Людмилу Николаевну, пьём с ней чай с пирожными, пытаемся отвлечь её. Собравшись уходить, на прощание она обращается ко мне:

– Сонь, жду тебя в марте. Есть у меня одна идея, и ты мне нужна.

– Хорошо, приду.

Забрав мои вещи, мы спускаемся по крыльцу и вдруг слышим:

– Сонька, ты, что ли? – к нам лениво приближается Максим.

– Я, – не отпуская руку Дениса, отвечаю. – Максим, мы торопимся.

– Так дело не пойдёт. Давай встретимся, в кино сходим?

Денис напрягается, сжимает мою руку сильнее и рычит на него:

– Слышь, балерун, танцуй отсюда, пока я тебе ноги не переломал. Девочка занята.

Максим, посмотрев на наши сцепленные руки, отвечает: – Извини, чувак, не заметил. Ладно, будь здорова, приятно было повидаться, – сбегает от нас подальше.

– Злыдня, – дразню ревнивца.

– Сейчас кто-то выпросит по жопке, – произносит, подхватывая игру.

ГЛАВА 54

ДЕНИС

Везу своих дам в особняк, до Нового года побудем со взрослыми, а отмечать праздник планируем с молодёжью.

– Нина Сергеевна, всё хорошо? Не укачивает вас? – смотрю в зеркало на старушку.

– Не переживай, Денис, чай не маршрутка, – шутит в ответ.

– Ну и хорошо, – киваю и возвращаю внимание на дорогу.

– Сонечка, ты держи салатницу крепко, уж шибко переживаю за салат, – обращается к внучке.

– Бабуль, твой шедевр в надёжных руках, не волнуйся, – вижу, как сильнее обхватывает тарелку, успокаивая бабушку.

А я писец млею, всё так мило и по-домашнему. И чувствую себя с ними семьёй. Теперь у меня две старушки, моя и Сонькина. Перевезти, что ли, их с Соней в наш особняк после праздников? Ну а чего, дом у нас большой, шестьсот квадратных метров, поместимся все. По этажам разбрелись и потерялись. Соньку точно заберу, не отвертится. Мы с Люци от тоски с ума сходим, хоть она и ночует у меня через день, но нам мало! А вот с Ниной Сергеевной не всё так просто, в квартире же целая жизнь… Не уверен, что согласится на новое место жительства.

– А чем это так вкусно пахнет? – веду носом, улавливая запах корицы.

– Ой, шарлотку я испекла с корицей, сильно, да, внучек, провоняла тебе машину? – начинает суетиться, снимая с себя шаль, кутает сладкий бисквит.

– Э-э-э-э, не надо прятать такую вкуснотищу, – торможу старушку. – А можно мне кусочек? – повернувшись, жалобно прошу.

– Да, конечно, – расплывается в улыбке и обратно разматывает шарлотку.

– Нечего делать, – встревает воробушек, – за столом поешь.

– У-у-у, я с тобой не дружу, – дёргаю её за кудрявый локон.

– Не напугал, – показывает язык.

– Ещё не вечер, – подмигиваю ей.

Вечером точно напугаю. Минет хочу, неумелый… Сырой, но самый желанный! Губы куклы на члене видеть, в волосы пальцы запускать… Должно же и у меня в канун такого праздника случиться чудо?

Подъезжаем к дому, во дворе машин много, самые родные и близкие собрались сегодня у нас.

– Мы приехали! – кричу с порога в сторону столовой.

Зоя выбегает встречать нас, забирает угощения Нины Сергеевны, и они вместе уходят в сторону кухни. Раздеваю воробушка и притягиваю к себе. Склоняюсь к уху и тихо произношу:

– Я придумал подарок, который хочу получить на Новый год, – прикусываю мочку и мажу губами по щеке, приближаясь к её губам.

– Какой? – обжигает меня горячим дыханием Соня.

– Твои губы, – произношу, растягивая слова.

– Разве это подарок? – улыбается.

– На члене, – ухмыляюсь пошло, – и да, это самый желанный подарок.

– Ох… – розовеет моя девочка, и я ныряю языком в сладость её рта.

– Молодёжь, приветствую вас, – в холл входит Владимир.

– Здравствуйте, – смущается кукла.

Пора её раскрепощать, мы не первый раз целуемся на людях, а она всё трясётся, как лист на ветру.

– Володь, подожди меня, – следом выходит мама Таня.

– А вы куда? – смотрю на них.

– Таня с Алевтиной Петровной тунца на гриле захотели. Пойду жарить.

– А повар? – задаю тупой вопрос.

– Денис, ты забыл? У Володи особый рецепт.

– Точно, – тру бровь.

– Меня подождите, – появляется Сергей Владимирович, – никак не научусь также жарить. С вами пойду.

– Ну если хочешь, – пожимает плечами Татьяна и обходит Царёва, снимает шубу с вешалки и, накинув на плечи, уходит на улицу. Да…не скоро они будут вместе…

Новогодний стол просто ломится от угощений, создавая атмосферу тепла и уюта. Среди множества блюд особенно выделяется «Селёдка под шубой», приготовленный Ниной Сергеевной. Рядом стоит домашний «Оливье» созданный второй хозяйкой, бабой Нюрой.

В гости прилетел Анатолий – импозантный мужчина лет семидесяти пяти, старинный друг моей бабули. Его смело можно называть «русским медведем» – высокий, с крепким телосложением, подтянутый и в хорошей форме старичок. Оказывается, известный бизнесмен, владелец заводов шампанского «Абрау-Дюрсо».

Прикольный в общении мужик. На протяжении вечера ухаживал за дамами, особое внимание уделяя моей госпоже, а она флиртовала, как девчонка. Я случайно заметил румянец на бабушкиных щеках. О как! Неожиданно!

Я же сидел и через раз нашёптывал в нежное ушко куклы свои непристойные фантазии, дразня хрупкую натуру моей девочки.

– Дорогие мои, – госпожа подняла бокал и встала. – Этот год был непростым для каждого из нас, но мы снова здесь – все вместе, как одна семья, – прошлась взглядом по всем сидящим за столом и произнесла тост. – За нас!

Все дружно подхватили поздравление, и зазвенели бокалы, а атмосфера за столом стала весёлой. Время подошло к девяти вечера, вышли с воробушком во двор, и направились к машине.

– Ребята заждались нас, – сказал я.

За нашими спинами раздалось громкое мяуканье. Соня, остановившись, обернулась. Кот бежал за нами, гордо задрав хвост и нагло заявляя о себе.

– Люци, ты-то куда? – скептически посмотрел на него.

– Пушистик, ты с нами? – наклонилась и погладила его.

– Он не пушистик, а твой хвостик, Сонь, – вздохнул, видя, как на её лице появляется расстроенное выражение. – Ладно, воробушек, садись в машину. А я Демона тебе подам.

Подхватил Люцифера на руки, и не удержался от улыбки, наблюдая, как кот, сверкая глазами, довольно прижал уши. Вот блин, шерстяной манипулятор.

– Ехать так полным семейством к Царёвым, – пробормотал с лёгкой усмешкой, устраивая кота у Сони на коленях. – А ты веди себя хорошо и Шанель не обижай, – грозно погрозил пальцем Люциферу.

Соня рассмеялась, погладив кота по голове.

Достав телефон, быстро написал Матвею:

Я: Мы не одни…

Царь: Да хоть с цыганами и медведем, давайте быстрее!

Я: Табор дома оставили, прихватили только кота)

Царь: Шанель будет в обмороке, зато не скучно)

Я: Ага…

– Ну что, поехали? – сказал, усаживаясь за руль, а Соня с котом посмотрели на меня счастливыми моськами.

Выпустил своего котяру на ковёр в гостиной Царёвых. Люцифер вальяжно прошёл по ковру, а затем, по-королевски завалившись набок, окинул свои новые владения. Наглая морда!

– Наконец-то, – проворчал Мот, пожимая руку. – Хоть кто-то нормальный приехал, я этих двух уже не вывожу, – кивнул на Егора и Тима.

– Хулиганят? – ржу.

– Такое ощущение, что мы драку на праздник не заказывали, а она оплачена! – скрипит зубами.

– Да не ной ты, – встревает Тимофей. – Сука, когда же тебя покусали розовые пони? – хмыкает и, толкнув плечом Мота, протягивает мне руку для приветствия.

– Надо в интернете глянуть, вдруг уколы есть какие-то от укуса, – поддерживает стёб Егор.

– Сонь, идём к нам, поможешь, – девчонки суетятся возле стола.

– Привет, хозяюшка, – подхожу и целую в щёку Царёвского котёнка, дёргаю за косичку, у нас свой ритуал.

– Какие люди, – со спины обнимаю ведьмочку и тискаю в объятиях, соскучился по злюке. – Как ты? – разворачиваю её и смеюсь. – Развлекаешься?

– Тс-с, – шикает мне, – не пали контору.

И я ржу в голос, если ребята не заметили, то я с порога прикололся над комичной ситуацией.

– Думаешь, не додумаются? – киваю на двух придурков.

– О чём? – вскидывается Тимофей.

– То, что каждая пара в своём цвете, – подкалывает Царь, – а у вас трио!

– Матвей, – шипит Поля.

Но поздно, пацаны понимают все и в один голос орут:

– Полина-а-а…

– Так, у меня дела наверху, – пытается смыться она.

– Стоять, – Харрингтон рычит и ловит за руку Полину. – А ты снимай толстовку, – зло смотрит на Егора.

В ответ получает фак от Тимофеева, и мы все вместе ржём.

Царёвы в красных кофтах с изображением зимнего леса. Полина, Тимофей и Егор в голубых толстовках с новогодней ярмаркой. Мы с Соней в белоснежных нарядах. На наших свитерах изображены дети, украшающие огромную ель, вокруг которой сияют золотистые огоньки. Вдалеке мчится Дед Мороз на санях с мешком, полным подарков.

Хотя я и ворчал, идея придуманная девчонками, оказалась очень милой. Фотки получатся бомбические.

Всех привлекло тихое шипение – в гостиную вошла местная царица Шанель. Увидев незваного гостя, она пришла в ярость и сразу же предупредила об этом окружающих. Однако Люцифер не испугался. Он лишь тихо вздохнул и закрыл глаза, не обращая внимания на недовольство Царевишны.

– Шанель, истеричка… Иди сюда, – взял на руки её Мот. – Угомонись. Он в гости, не навсегда.

– Люци точно не останется, он без куклы никуда, – чмокаю в висок девочку.

– Прям как мы с тобой, – тяжко вздыхает Тим, обнимая ведьмочку. – Ты тоже так же выкобениваешься, как Шанель, а я терпеливо выжидаю, когда тебя отпустит.

– Знаешь что?! – отпихивает его Поля.

– Надоело, – возвращает её обратно и яростно целует.

– О-у-у… – умиляемся мы все вместе.

Это первый год, когда мне не хочется шумных вечеринок с толпой голых тёлок и пьяных знакомых, которые даже не друзья, а просто компания вечеринок.

Сейчас я по-настоящему счастлив. Я в кругу лучших друзей, обнимаю самую лучшую девочку в мире – любимую и родную. И главное – наши чувства взаимны! Что ещё нужно от жизни?

Мы весело провожаем старый год и встречаем новый. Дурачимся, объедаемся салатами, в полночь запускаем салюты. И наконец-то остаёмся с моей куклой вдвоём…

******

Всем привет, у меня есть телеграм канал Ева Ричии и авторская группа в ВК Ева Риччи, всех жду в гости))) Больше контента по моим романам: новости, визуалы, обсуждения. Присоединяйтесь))) Всех жду!

ГЛАВА 55

СОНЯ

Весь вечер мне не давали покоя слова Дениса про подарок. Стоя в ванной, посмотрела на себя в зеркало: я немного поправилась и округлилась. Мне нравилась новая я.

Улыбнулась отражению и сверкнула озорным огоньком глаз, закусила губу и, подмигнув отражению, решительно вышла из ванной. Сегодня очень хочется пошалить. Лёгкой походкой приблизилась к кровати и нырнула под одеяло к любимому.

– Следующий Новый год встречаем дома, – прорычал в губы и, опустив голову, втянул мой сосок в рот. – Мне нравится, как смотрится подвеска на твоём голом теле.

Покрутил в пальцах его подарок, бриллианты блеснули в свете светильников. Я расплакалась, когда открыла коробочку… Утончённое украшение из белого золота в виде кулона на цепочке.

Фигурка балерины нежная, словно застывшая в лёгком движении, выглядела почти живой, как будто вот-вот закружится в грациозном пируэте. Платье балерины, расшитое бриллиантами, переливалось на свету, придавая кулону ту самую магию, от которой невозможно отвести глаз. Денис сказал, что подвеска напомнила ему любимую Фарфоровую куклу. Я со слезами безграничного счастья по щекам чуть не придушила его в объятиях, осыпая лицо короткими поцелуями. Он довольно смеялся, чмокая меня в ответ.

– Спасибо, – потянулась к его губам и рукой дотронулась до его пресса, пальчиками очертила каждый кубик, а затем по дорожке из волос спустилась к паху.

Гладкая кожа, пульсирующая жаром, подбадривала меня продвинуться дальше и погладить член любимого. От первого же прикосновения он дёрнулся, такой твёрдый и бархатный на ощупь, сам так и просился в руку.

– Р-р-р, – Денис скидывает одеяло с нас и подаётся бёдрами ко мне.

Приподнимаюсь и сажусь на него, приближая своё лицо к его возбуждённому члену, который я держу в руке. Он осторожно берёт меня за волосы и слегка тянет, останавливая.

– Ты уверена? – спрашивает он, глядя на меня с вожделением, от которого у меня по коже бегут мурашки.

– Да… – с томным вздохом отвечаю я.

Его огонь передаётся мне, и я, не в силах больше терпеть, ёрзаю на нём, устраиваясь удобнее и накрываю головку губами. В ответ Денис вознаграждает меня протяжным стоном.

Сдвигаю плоть и нежно посасываю, обводя головку во рту языком, медленно продвигаюсь ниже.

– Помогай себе рукой, – киваю и вбираю член снова.

Замираю, чувствуя, как он пульсирует во рту, и начинаю сосать, подстраиваясь под его темп, сильно втягивая щёки.

Замедляясь, ласкаю головку, слизываю капельку с неё, раскатываю терпкий вкус во рту. Полностью отдаюсь процессу, инстинктивно ловлю каждое изменение в дыхании Дениса и, по массирующим пальцам в моих волосах, понимаю, что больше всего ему нравится.