Текст книги "Формула ЧЧ"

Автор книги: Эмиль Офин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 22 страниц)

Глава одиннадцатая
СИМПАТИЧНОЕ ЗНАКОМСТВО

Трое мальчишек лежали под солнцем на берегу озера, раскинув руки и ноги. Услыхав шум мотора, мальчишки перевернулись на животы, задрали головы. Потом вскочили, вскарабкались по круглому откосу и окружили подъехавшую машину.

Один сказал в рифму:

– Глядите-ка, вернулся странник – наш следопыт и бортмеханик!

Второй сказал просто:

– Ишь ты, на «Волге» подкатил!

– Последняя модель, восемьдесят сил, верхнеклапанное распределение, гидравлические амортизаторы двойного действия, – сказал третий.

Мальчишки невольно взглянули туда, где в тени сосен стоял заботливо спрятанный от солнца скромный «Кузнечик». Конечно, он не такой шикарный, как эта сверкающая полировкой машина с застывшим в прыжке оленем. Но… подумаешь, олень! Этот олень – индивидуальный, а «Кузнечик» – общественный, коллективный!

Девочка, которая помешивала поварешкой в котле, укрепленном над очагом, повернула к гостям румяное лицо с ямочками на щеках и спросила:

– Климка, наверное, заблудился, а вы его выручили, да?

– Ну, это ещё вопрос, кто кого выручил, – сказала Зоя Романовна и насмешливо посмотрела на мужа.

Михаил Николаевич опять виновато вздохнул и поспешно заговорил с мальчишками:

– Здравствуйте, товарищи пионеры. Гм… Вот ты, который назвал техническую характеристику «Волги», ты – профессор? Славка, не правда ли?

Мальчишки переглянулись: этот толстячок с рыжеватым пушком вокруг розовой лысины, в общем-то, ничего себе дядечка, симпатичный. Владелец такой замечательной новой машины, а нисколько не задается. И откуда он знает про «профессора»?

– Да, меня так прозвали, – сказал Славка. – А вы кто?

– Я? Гм… Когда я ещё учился в школе, меня прозвали «астрономом».

Мальчишки опять переглянулись.

– Интересно прозвали. А за что?

– За то, что я всегда смотрел вверх и видел там то, что не всегда видят другие.

Ребята машинально подняли головы вверх. Зоя Романовна рассмеялась.

Славка спохватился и съязвил:

– Что же вы, например, видите там сейчас? Михаил Николаевич хитровато прищурил светлые глаза.

– Сейчас, например, я вижу прекрасное небесное создание, которое находится почти на самой верхушке вон той огромной ивы и, если не ошибаюсь, спокойно ест обыкновенное земное яблоко.

Сверху донесся смех, на песок шлепнулся огрызок яблока, а из листвы на ветке прибрежной ивы появилась девочка в серебристом купальнике – действительно небесное создание: оно бесстрашно раскачивалось между небом и водой.

– Осторожно! Боже мой, она упадет!..

– Да не бойтесь, тетя, – сказал Клим. – Это наша Лера Дружинина, у неё первый юношеский. Вот, смотрите!

Лера, подхлестнутая вниманием незнакомых людей, оттолкнулась от гибкой ветви, как от трамплина, сделала в воздухе сальто, потом распрямилась, вытянула руки вдоль туловища и, как игла, без единого всплеска ушла в воду.

– Комета! – сказал Михаил Николаевич.

– Нереально! – сказала Зоя Романовна.

– Разряд, – пояснил Игорь.

У самой воды был вкопан в песок свежий колышек, и на нем – фанерка.

Что за новости? Когда Клим уходил за грибами, никакой фанерки тут ещё не было. А, да ведь это крышка от консервного ящичка; слова «сгущенное молоко» зачеркнуты, и под ними четким Славкиным почерком написано:

„Товарищ, не заплывай далеко: на середине – сильное течение».

– Течение? – удивилась Зоя Романовна. – В озере?

– Это не просто озеро, – объяснил Славка. – Это река Вуокса. И она не просто река, потому что в среднем течении состоит из цепи озер, связанных проливами, бурными протоками. Вот прислушайтесь…

И впрямь, в неподвижном знойном воздухе слышался отдаленный гул.

– Там пороги, – сказал Славка. – И таких мест много. Недаром же здесь предусмотрено построить небольшие колхозные гидроэлектростанции.

– Теперь я вижу: ты настоящий профессор, – сказал Михаил Николаевич.

Зоя Романовна с завистью посмотрела на Славку:

– У него, наверно, сплошные пятерки… – и тихонько вздохнула.

– Славка перед походом поднял вагон литературы, – сказал Симка важно. – Досконально изучил эти безлюдные места.

– Не очень-то безлюдные, – заметил Михаил Николаевич. – Одного аборигена я, например, уже вижу.

– Где, где?..

Ребята завертелись и невольно опять подняли головы к небу.

– Не туда. Вон туда глядите. – Михаил Николаевич указал на далекую оконечность зеленого мыса, сильно вдающегося в озеро.

Там, в зарослях камышей, притаилась лодка. Из неё торчала голова.

– Ох, и зоркий же вы. Правда, астроном! – сказал Игорь.

– А хотите, ребята, посмотреть на этого туземца вооруженным глазом?

Михаил Николаевич пошарил под сиденьем «Волги», достал складную подзорную трубу.

– Дайте мне, пожалуйста!

– Мне!

– Почему именно тебе, Шестикрылый?

Славка пытался оттеснить Симку, но Игорь уже успел схватить трубу, приставил её к глазу, раздвинул.

– Ух, здорово видно! Как совсем рядом. Там в лодке пацан, удочку держит. Белобрысый.

Климу очень хотелось заглянуть в эту блестящую медную трубу. Но разве можно лезть вперед Игоря?

А Игорь сам догадался, решительно отвел Славкины и Симкины руки и отдал подзорку Климу.

– Правильно! – похвалил Михаил Николаевич. – Бортмеханик имеет на мой телескоп особые права.

И Клим сообразил: это награда. А ещё он понял: про то, как «Волга» не заводилась, лучше молчать, не хвастаться.

– Я тоже хочу по-смо-треть в те-ле-скоп… – сказала Лера отрывисто: она только что вышла на берег и прыгала на одной ноге, чтобы вытряхнуть из ушей воду.

– Иди сюда, милая, – позвала её Зоя Романовна. Она вынула из машины махровое полотенце. – Завернись, простудишься.

– Что вы! Спасибо. – Лера засмеялась. – Да я и в сентябре купаюсь так же и никогда не кашляну.

«А мой Петушок не вылезает из бронхитов», – подумала Зоя Романовна и опять вздохнула. Ей все больше и больше нравились эти находчивые, ловкие, здоровые ребята. Вон та, например, очаровательная девчонка с ямочками на щеках знай себе хлопочет у огня, помешивает в котле, да ещё напевает:

 
Картошка, лук,
Моркошки пук,
Побольше вкусных круп!
Огонь горит,
Дымок летит,
Кипит
Отличный суп…
 

– А действительно ли он у тебя отличный? – задорно спросила Зоя Романовна. Она все лучше чувствовала себя в этой компании. – Дай-ка, я попробую.

Суп оказался превосходным. Только соли чуть не хватает и корешков, пожалуй.

– Постой-ка…

Зоя Романовна отправилась к своей машине и вернулась с целой авоськой всяких бутылок, свертков, банок.

Над озером в белесом от зноя небе плыло горячее солнце, листья старой ивы зеркально отражались в неподвижной воде; по ней веселыми скачками двигались жучки, взблескивали быстрые уклейки.

Мальчишки нетерпеливо выхватывали друг у друга подзорную трубу, наводили её на противоположный берег, на дальние кроны мачтовых сосен, на коршуна, распластавшего в голубизне черные крылья.

– Ух, здорово!

– Каждое перышко видно!

– Хватит тебе! Дай мне…

Михаил Николаевич прислушался. Он ушам своим не поверил: неужели это его степенная жена поет тонким голоском, да ещё ногой притоптывает?..

 
Морковь, укроп,
В кастрюлю хлоп!
Туда же и шпинат.
У двух лихих
У поварих
Дела идут на лад!
 

– А на ужин мы запланировали грибы, – доверительно сообщила Нинка. – Знаете, с картошкой.

– И с подливой! – подхватила Зоя Романовна. – Сметана у меня есть. Грибы надо нарезать мелкими ломтиками на раскаленную сковородку и жарить, а потом положить лук, посыпать мукой, перемешать и ещё разочек обжарить. Воды долить, прокипятить…

– И посолить! – поддакнула Нина.

– И наперчить, – пропела Зоя Романовна. – Где у тебя грибы? Их надо заранее подготовить – почистить, промыть как следует…

– Клим! Клим! – позвала Нинка. – Давай грибы. Ты набрал?

Клим опустил подзорную трубу, огляделся. Где же лукошко с грибами? Он озадаченно посмотрел на ребят, на Михаила Николаевича.

Тот прищурился, наморщил розовый лоб и вспомнил:

– Ты их забыл на той поляне под кустом в лопухах.

– Эх ты! – воскликнула Нинка.

– Лопух, – добавил Симка.

У Клима дрогнули губы. «Лопух…» И это при Михаиле Николаевиче и Зое Романовне!.. Он сунул подзорку Игорю и побежал. Его красный галстук замелькал между стволами сосен и исчез в зарослях.

– Симка! Зачем ты обидел бортмеханика? – сердито спросил Игорь.

– А ещё поэт! – сказала Лера.

– Болван, – сказал Славка.

– Молодцы! – невпопад сказала Зоя Романовна. Ей очень понравилось, что ребята дружно вступились за Клима. Значит, в случае чего они так же не дали бы в обиду и Петеньку…

Глава двенадцатая
УТОПЛЕННИК СТЕПКА

Что удивительного в том, что родители хотят для своих детей в жизни самого лучшего: здоровья, удачи, крепких мускулов, ясной головы, справедливого классного руководителя, пятерок в табеле, победы над Ботвинником в сеансе одновременной игры, путевку в Артек и ещё много-много другого в этом же роде? Почти каждая мама уверена, что, например, её «петушок» – умный, мужественный и скромный, честный и благородный мальчик. В крайнем случае она может признать, что эти прекрасные черты ещё не выявились. Но достаточно ему попасть в благоприятную среду, в хорошие руки, и тогда…

Присев на корточки рядом с Нинкой, которая подбрасывает хворост в огонь, Зоя Романовна говорит:

– Вот так путешествовать – как это хорошо и полезно. День и ночь на вольном воздухе; простое, здоровое питание; веселые игры и приключения; дружная компания. Но интересно, кто же у вас водит «Кузнечик»?

– Все водим, по очереди, кроме Климки. Он пока ещё не достает ногами до педалей.

Зоя Романовна внимательно – уже в который раз – оглядывает берег, прикорнувший в тени сосен «Кузнечик», живописный шалаш.

Вон Лера опять забралась на полюбившуюся ей иву и высоко-высоко над землей развесила майки, полотенца, трусы форпостовцев. Очень забавно выглядит эта сушка белья в поднебесье. А сама Лера обозревает окрестности в подзорную трубу. Мальчики помогают Михаилу Николаевичу мыть машину. А он им что-то объясняет про свою «Волгу», Игоря даже посадил за руль. Да, жаль, очень жаль, что здесь нет Пети!..

– Как же вы отправились в такой поход без взрослых?.. – осторожно допрашивает Нинку Зоя Романовна.

Нинка не успевает ответить: с озера доносится крик и сразу же раздается голос Леры:

– Смотрите! Смотрите туда!..

В ту же секунду подзорка оказывается на песке, а Лера – в воде. Быстро работая руками и ногами, она устремляется на середину озера.

Там, рядом с пустым челноком, торчит из воды белобрысая голова. Мальчишка держится за борт, челнок медленно кружится – его уносит течением…

– Какой ужас! – восклицает Зоя Романовна. Мальчики бросают тряпки и бегут к воде, но в этот момент из шалаша выходит мужчина.

Он протирает спросонья глаза, кидает взгляд на озеро.

– Сима и Слава, назад! Игорь, за мной!.. – И прямо в майке и синих тренировочных брюках прыгает в воду…

Симка и Славка вылезли на берег смущенные. Усиленно принялись отряхиваться, как щенки после купанья. Нинка шепнула Зое Романовне:

– Они ещё не очень-то пловцы. Вот Сергей Павлович им и не позволил.

Лера тем временем уже успела заплыть далеко. Но неожиданно она изменила направление – пошла в сторону от челнока.

– Куда же она?.. – крикнули в один голос Симка и Славка.

– Очень логично, – сказал Михаил Николаевич. Своими зоркими глазами он разглядел на сверкающей глади озера весло. Мальчик уронил весло. Должно быть, потянулся за ним и вывалился. Экий бездельник!

– Не понимаю, как ты можешь так спокойно рассуждать? – возмутилась Зоя Романовна. – Ведь там ребенок, его уносит к порогам, он тонет!

– Неужели ты думаешь, что эти молодцы дадут ему утонуть? – Михаил Николаевич пожал плечами. – Какой абсурд!

Нинка подхватила с земли подзорную трубу и приставила её к глазу. Действительно, абсурд! Вот уж Сергей Павлович с Игорем подоспели, заталкивают мальчишку обратно в челнок. Туда же забралась и Лера; в подзорку видно, как она тяжело дышит и колотит белобрысого по спине, чтобы выгнать из него воду; должно быть, здрово нахлебался с перепугу.

– Ну, теперь-то он уже в безопасности, – говорит Зоя Романовна. – Слава богу!

Нет, ещё не очень-то «слава богу». Нинке-то в подзорку лучше видно: Лера часто взмахивает веслом, старается направить к берегу челнок, а сзади его подталкивают Игорь и Сергей Павлович, – держатся руками за корму и что есть силы работают ногами. И все-таки челнок стоит на месте…

– Им не перебороть течение, – тревожно говорит Михаил Николаевич и машинально оглядывается: чем бы помочь? И вдруг кричит: – Что вы? Назад!..

Это относится к Симке и Славке: они снова бросились в воду, плывут.

– Их всех унесет на пороги! Боже мой… – стонет Зоя Романовна.

Нинка стоит по колено в воде и не отрываясь смотрит. Её румяное лицо сейчас совсем побледнело, губа закушена.

Откуда-то доносится слабый стрекот мотора. Он с каждой секундой усиливается. Вот из-за мыса показался катер, идет полным ходом, отбрасывая от бортов пенистые клочковатые волны. На его приподнятом над водой носу застыл, наклонившись вперед, человек в широкополой соломенной шляпе.

Нинка наводит подзорку на борт катера и читает название, вернее, выкрикивает его:

– «Рыбак»!

– Скорее же, «Рыбак», миленький!.. – шепчет Зоя Романовна.

Катер описывает вокруг челнока широкую дугу, зарываясь кормой в пену. На корме полуголый парень резко взмахивает рукой:

– Держи!

Лера тянется к летящей в воздухе веревке.

– Ура! Поймала! – орет Нинка.

Михаил Николаевич рукавом пиджака вытирает пот с лысины.

– Ах, как это обидно и унизительно не уметь плавать, когда другие…

Вскоре и катер и челнок уже легонько покачиваются вблизи берега.

Сергей Павлович на руках выносит из челнока белобрысого худенького веснушчатого мальчугана лет восьми.

– Безобразие! – говорит Зоя Романовна. – Кто разрешает такому ребенку брать лодку?

– Кто разрешает? Вы бы его спросили! – сердито откликается человек в соломенной шляпе. Разбрызгивая сапогами воду, он выходит на берег.

Ох, и интересный же дядька! На загорелом лице нос горбинкой, светлая бородка клинышком; широкополая шляпа, да ещё высокие болотные сапоги – только шпаги ему не хватает.

– Д'Артаньян! Честное пионерское, Д'Артаньян! – восхищенно шепчет фантазер Симка.

А Д'Артаньян кричит «утопленнику» самые что ни на есть русские слова:

– Сколько раз тебе говорено было, Степка, не соваться к озеру?! Ладно, люди подоспели, а не то пошел бы на дно кормить окуней. Вон посинел даже.

– Может, ему искусственное дыхание сделать? – с готовностью предлагает Нинка.

– Сейчас я ему сделаю. При всех! – гремит Д'Артаньян. – Он берет из рук Сергея Павловича мальчишку. – А ну, снимай штаны!

– Как вы можете! – возмущается Зоя Романовна.

– Он и так пострадал! – кричит Игорь и выходит вперед.

А белобрысый пацан нисколько не боится. Обхватив тоненькими руками могучую шею Д'Артаньяна, он говорит ему в ухо:

– Батя, я хотел принести рыбы на обед. Своей, наловленной.

– Кому я сказал раздеваться? – Д'Артаньян сам стаскивает с сына мокрые штаны. – Теперь марш на катер! Рыболов…

Он шлепает Степку по мягкому месту и принимается выкручивать его штаны.

– Спасибо вам, товарищи, за ваше доброе. Наш колхоз тут недалеко. Ежели вокруг озера ехать, – девять километров. Приезжайте, рады будем. Спросите бригадира Антонова.

Он всем по очереди пожимает руки и возвращается на катер. Оттуда доносится его голос:

– Эй, Проша, выбери несколько штук получше.

В воздухе сверкнули три большие рыбины и забились на песке.

– Спасибо! – крикнула за всех Нинка вслед уходящему катеру.

– Трепетное серебро рыб, – сказал Симка задумчиво.

И как только он это сказал, Щепкин сразу же начал осматриваться.

– А где же Клим? – спросил он резко.

– Побежал за своими грибами, – сказала Нинка. – Он встретил в лесу вот их, – Нинка глазами показала на Михаила Николаевича и Зою Романовну. – Они его подвезли на «Волге». А он обрадовался и забыл про грибы. Вот – Зоя Романовна…

– Очень рада познакомиться с вами, Сергей Павлович, – сказала робея Зоя Романовна и протянула Щепкину руку. – А это – Михаил Николаевич, мой муж.

– Вы и ваши ребята настоящие герои, – сказал Михаил Николаевич.

– Герои? – Щепкин посмотрел на Симку и Славку. – Сейчас мы постараемся дать оценку их героизму.

Мальчишки отвели глаза, потупились: уж очень сурово смотрел Сергей Павлович.

– Серафим и Вячеслав, вы знаете первый пункт добровольного устава нашего отряда?

Славка пробормотал:

– Выполнять приказания руководителя. Безоговорочно, беспрекословно…

– Почему же вы не выполнили моего приказания? Вы же оба знали, что за этим последует немедленное отчисление из отряда.

Тонко звенела в воздухе какая-то мошка, да рыбы шурша трепыхались на песке.

Симка босой ногой выковыривал из травы еловую шишку. Славка усиленно грыз ноготь большого пальца.

Зоя Романовна не выдержала:

– Сергей Павлович, ведь мальчиками руководило благородное побуждение. Они хотели…

– Извините!..

Щепкин сказал только одно это слово. Но в этом твердом предостерегающем «извините» и в том, как он посмотрел на Зою Романовну, заключалось очень многое. Нинка и Лера отлично поняли, что именно.

Поняла, должно быть, и Зоя Романовна. Потому что она покраснела, смутилась и тоже сказала:

– Извините…

Игорь не На шутку встревожился – что теперь будет? Неужели Сергей Павлович отправит Симку и Славку домой? Из-за такой, в сущности, ерунды! Они же почти не успели отплыть от берега. Игорь поднял глаза на Михаила Николаевича с надеждой: может, он заступится. Но тот лишь развел руками, с упреком покосился на жену: дескать, нечего лезть, когда не спрашивают. И огорченно вздохнул.

– Вы, кажется, что-то хотите сказать? – вежливо спросил у него Щепкин.

– Да нет… Впрочем, да. Я, конечно, не могу полностью их оправдывать, но мне представляется, что Сима и Слава поступили закономерно. – Тут Михаил Николаевич помолчал, а лысина у него в это время сильно покраснела. – Если бы я ну хоть сколько-нибудь умел держаться на воде… Я бы поступил, как они, – поплыл бы на выручку своих товарищей и командира. Ведь вам угрожало…

– Ошибаетесь, – сказал Щепкин, – нам ничего не угрожало. Игорь и Лера отличные пловцы. Мы оставили бы тяжелый челнок, взяли бы с собой мальчугана и не боролись с течением, а постепенно вышли бы из него, то есть приплыли бы к берегу несколько ниже. Ведь до порогов довольно далеко отсюда, мы успели бы спокойно выполнить этот маневр. Не правда ли?

И так как Михаил Николаевич ничего не ответил, Щепкин обратился, к Симке и Славке:

– А на что вы оба рассчитывали? Ну, заплыли бы подальше, а там наглотались бы воды, потеряли силы – какая от вас помощь? Наоборот, получилось бы, что вместо одного нам пришлось бы спасать троих.

Симка наконец выковырял из травы шишку, отшвырнул её в сторону.

– Мы сваляли дурака. Простите нас, Сергей Павлович! Больше так никогда не будем! Правда, «профессор»?

– Будем! – неожиданно для всех ответил Славка. Он перестал грызть ноготь, тряхнул растрепанными волосами. – Будем учиться у Леры плавать по-настоящему. Скажите ей, Сергей Павлович, пусть учит!

Щепкин ничего не сказал. Стащил с себя майку и пошел в шалаш переодеваться. Нинка толкнула Леру под бок.

– Видала?

– Чего?

– Он улыбнулся.

Зоя Романовна взяла мужа под руку, взволнованно зашептала:

– Только такому… Только ему я могу доверить Петю. Мы будем просить его, слышишь, Мика?

– Эй, хватит прохлаждаться! Надо сунуть этих рыб в ведро, мне с ними не справиться, – забеспокоилась Нинка. – Мальчики, чего вы стоите, помогайте!

– Да-да! – подхватила Зоя Романовна. – Ведь это судаки. Мы приготовим их по-гречески, у меня есть томат. Давайте сюда нож, да поострее. Где мой фартук?

Когда Щепкин появился из шалаша, работа на берегу кипела. Особенно старались Симка и Славка. Ещё бы! Провинились, так пусть теперь вкалывают. Они приволокли огромную вязанку хвороста и два ведра свежей воды, расстелили полотнище чистого брезента, на котором Лера принялась раскладывать вилки-ложки.

Нинка нацепила на голову колпак, свернутый из газеты, и командовала, как заправский шеф-повар:

– Игорь, унеси рыбьи потроха, да смотри, закопай их поглубже. Лера, нарежь хлеб. И кто-то должен открывать консервные банки.

– А ацидофилина у вас случайно нет?

– Нет, Зоя Романовна.

– Слава богу! – сказал Михаил Николаевич. – Позвольте, пожалуйста, Нина, я буду открывать банки.

– Смотри, не порежь себе палец, – сказала Зоя Романовна.

Она улучила момент, подошла к Щепкину, вытерла руки о фартук. Она заметно волновалась.

– Сергей Павлович… У меня есть сын. Ему четырнадцать лет. Он хорошо учится. Он будет беспрекословно, безоговорочно выполнять ваши приказания. Он здесь рядом, в пионерлагере. На днях кончается их смена. Мы… вот я и Михаил Николаевич, мы просим принять его в ваш отряд. Мы надеемся, что в чудесном «Кузнечике» найдется место и для нашего сына…

– Место-то, пожалуй, найдется. – Щепкин посмотрел на насторожившихся ребят. – Но я один решить этот вопрос не могу.

Зоя Романовна поняла. Она повернулась к пионерам и горячо заговорила:

– Нина, Лера, мальчики! Я прошу вас – примите моего сына в свою компанию.

– У нас не компания, а коллектив, – сказал Игорь.

– Да, конечно… Вот и примите, пожалуйста, Петю в свой коллектив. Мы с Михаилом Николаевичем очень вас просим.

Пионеры начали переглядываться. В общем, эти родители им нравятся. Как они оба вступились за Симку и Славку – ого! Если и пацан у них такой же, почему бы и не принять его? Хороший парень в отряде нелишний. Ну, что тут скажешь?

– А он не неженка? Не трус? – спросил Игорь. Зоя Романовна вспыхнула. Но она ничего не успела возразить, потому что её перебил звонкий, срывающийся от волнения голос:

– Трепетное серебро рыб! Вот оно! Вот она!.. Автор – Александр Грин!

Из-за сосновых стволов выскочил Клим. В одной руке он держал лукошко с грибами, в другой – книжку. На её синем переплете красовался кораблик под алыми парусами.

– Где ты был, Клим, так долго? – спросил Щепкин. – Я уже начал беспокоиться, хотел объявить розыск.

– Я читал, Сергей Павлович! Я читал!

– Ах, черт… Это я забыл книгу на той поляне. – Михаил Николаевич обрадовался. – Спасибо тебе, бортмеханик… Но что ты так смотришь на меня?

– В ней не хватает полстранички, – медленно сказал Клим. – Полстранички номер сто двадцать один.

– Очень может быть. – Михаил Николаевич смущенно потер рыжеватый пушок на своей лысине. – Это книжка моего сына, а он такой неряха…

– Ну, что ты говоришь, Мика? – сердито перебила Зоя Романовна и поспешно продолжала, уже обращаясь к ребятам: – Никакой он не неряха. Просто рассеянный, весь в отца. Но он не трус, не неженка, нет, Игорь. Он честный, мужественный и благородный мальчик!

Ответом ей было общее и полное молчание.

Нинка начала усиленно помешивать поварешкой в котле, делая вид, что занята только этим; Щепкин взял у Клима книжку и принялся перелистывать её; остальные смотрели – кто себе под ноги, кто на небо – куда угодно, только не на Зою Романовну.

И вдруг Славка спросил:

– У вашего Пети волосы рыжего цвета. Да? Зоя Романовна поразилась.

– Откуда ты знаешь?..

– Отставить все разговоры! – неожиданно приказал Щепкин. Он выразительно посмотрел на ребят. – Шеф-повар, давайте обедать. А насчет Пети, товарищи форпостовцы, предлагаю: вопрос пока оставим открытым. Вот познакомимся с ним, посмотрим, что он из себя представляет. Тогда и решим. Согласны?

Конечно, все согласились с Сергеем Павловичем, даже вздохнули с облегчением.

Только один Игорь нахмурился и отвернулся.