Текст книги "Проклятая жена. Хозяйка волшебной пасеки (СИ)"

Автор книги: Эми Эванс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 16 страниц)

Глава 16

Осмотрев внимательно снаружи ветхую лачугу, ставшую мне домом, и изучив ее вдоль и поперек, я с облегчением осознала, что никаких изменений, устроенных дракончиком, снаружи не видно.

Дом за прошедший час ни капельки не изменился, не преобразился и уж точно не стал выглядеть больше.

И это хорошо. Определенно, хорошо. Только лишнего внимания нам и не хватало.

Со спокойной душой вернулась на свой контрольный пункт, все еще опасаясь лишний раз отсвечивать снаружи, и уместившись на табурете, принялась ждать.

В этот раз ожидание затянулось. По внутренним ощущениям, первый час сменился вторым, затем начал свой ход третий. И лишь к исходу третьего часа ожидания, когда я вся уже изнемогала от нетерпения, а тело одеревенело от долгого сидения в неудобной позе, дракончик вновь выглянул наружу.

– Почти все готово. Остались лишь мелкие штрихи, – произнес он, поманив меня внутрь.

Вскочила с табурета я с готовностью. И с той же готовностью широко распахнула дверь, ведущую из веранды в кухню, и переступила порог.

Теперь изменения были налицо. От пыли, грязи, паутины не осталось и следа. Впрочем, как и от старой мебели.

Щербатый деревянный пол, прогнивший в кое-каких местах, сменился новенькими, глянцевыми, прочными досками. Унылые коричневые стены покрылись светлыми обоями с нежным, цветочным узором.

Потолок как будто приподнялся. Кухня стала выглядеть светлее. И все благодаря несколькими лампам, висящим под потолком.

Оба окна преобразились, увеличились в длину и ширину. И теперь крепкие рамы с широкими подоконниками радовали глаз и добавляли помещению еще и естественного освещения.

Дракончик даже не обошелся без тонких белоснежных занавесок и горшочков с цветами, которые на широких подоконниках с комфортом и разместились.

Взгляд все блуждал по изменившей до неузнаваемости облик кухне и подмечал каждую деталь.

Старый стол с замусоленной скатертью исчез. Вместо него появился круглый столик с резными ножками, белоснежной узорчатой скатертью и четырьмя стульями с такими же узорами на ножках, что и у стола.

Обеденная зона была ближе к входу. А всю заднюю и левую стенку, отделяющую кухню от спальни, занимала зона кухни.

Напольные и навесные ящики были новыми, светлыми и аккуратными. Имелась в наличии раковина. Нормальная. С краником и двумя вентилями для горячей и холодной воды. Еще была плита. Немного необычная на вид, правда. Зато с легко угадываемыми конфорками. И без духового шкафа дело тоже не обошлось.

А в самом углу стоял какой-то синий ящик, предназначение которого мне так и не удалось угадать.

– Ты внутрь загляни. Внутрь, – сгорая от нетерпения, произнес мне на ухо дракончик, паривший над моим правым плечом.

Он, не дожидаясь ответа, подтолкнул меня в спину, задавая направление. И, пройдя до новенькой кухонной зоны, я с осторожностью распахнула первый шкаф.

Внутри ровными столбиками были расставлены тарелки. Большие, маленькие, глубокие. В соседнем шкафу нашлись бокалы, сверкающие прозрачным, без единого пятнышка стеклом. Дальше кружки, стаканы.

Все еще не веря в собственное счастье, я с азартом принялась открывать каждый ящик на своем пути и глазами изучать содержимое.

Вилки, ложки, столовые и разделочные ножи. Кастрюли, сковородки, даже прихватки и кухонные полотенца в наличие имелись.

Кажется, дракончик предусмотрел все до мелочей. И я лишь больше восхищалась его талантами, не забывая о том, что восхищаться следует непременно вслух. И все больше поражалась тому, как он успел все это организовать за какие-то там три часа.

Знала бы я, что меня ждет, и десять часов с абсолютной покорностью на жестком табурете просидела.

На середине импровизированной ревизии я точно решила, что дракончик полностью помилован и прощен.

А когда я добралась до следующих ящиков, в которых нашлись мука, сахар, крупы и даже запасы овощей и фруктов, рассортированные и аккуратно расставленные в нижних глубоких шкафах по маленьким, плетеным корзинкам, ящера захотелось расцеловать. В обе щеки и в дымящийся нос.

– Нравится? Нравится? – без устали вопрошал у меня дракончик, продолжавший парить над моим плечом, и то и дело напрашивался на очередную порцию комплиментов, – Я же молодец?

И свою порцию комплиментов он неизменно получал. Причем, вполне искренних и восторженных.

Наконец, осмотрев все шкафы и заглянув в каждый угол, я добралась до странного синего ящика.

– А это что? – оглянувшись на дракончика, висящего над моим плечом, уточнила я.

– А ты внутрь загляни, – лукаво стрельнув в меня взглядом, на дне которого читалось предвкушение, загадочно ответил он.

Не став тянуть, последовала его совету и, потянув за край ящика, открыла дверцу. Чтобы тут же взглядом наткнуться на продолговатые полки, полностью забитые едой. Готовой едой.

– Это холодильник? – опешила я.

– Холодильник бы поставить не получилось, – со знанием дела и полной готовностью откликнулся ящер, – В этом мире электричества нет. Это максимально приближенный к нему аналог. Называется «консервационный шкаф». Своеобразный магический артефакт. Все, что попадает внутрь, проходит моментальную консервацию и не портится до тех пор, пока не будет извлечено наружу. Горячее остается горячим, холодное – холодным.

Внимательно выслушав дракончика, который, как оказывается, неплохо разбирается как в местных изобретениях, так и в земных, я покивала и серьезным видом изрекла:

– Это не холодильник. Это лучше!

Даже греть ничего не нужно. Какая прелесть!

– А еду ты где взял? Наколдовал? – уточнила я у дракончика.

Не из праздного любопытства, между прочим. Если он готовые блюда может магией создавать, то, кажется, еще и поставщик провианта нашелся.

– Можно и так сказать, – не стал спорить он, – Ну? Спальню смотреть будешь? – поторопили меня.

– А то как же, – с готовностью откликнулась я.

И, захлопнув дверцу местного холодильника, направилась в указанном направлении.

Интересно, что там наколдовал этот умелец, виртуоз и, как выяснилось, мастер интерьера? Мечтательно прикрыла глаза на мгновение. Вдруг меня там ждет плазма на всю стенку?

Глаза тут же распахнулись. И я помотала головой, отгоняя соблазнительные видения.

«Что-то вы, Алевтина Григорьевна, слишком размечтались. Еще несколько часов назад у вас даже ложки нормальной не имелось. А тут уже плазму подавай» – ворчливо отозвалась рациональная часть меня.

Ладно-ладно, и без плазмы обойдемся. Но парочку книг у дракончика все же надо будет выклянчить. Как я буду вечера коротать?

Глава 17

В спальне, плазмы, конечно же, не обнаружилось. Зато эта комната поражала своим преображением не меньше, чем кухня, которую я последние двадцать минут изучала с таким восторгом и энтузиазмом.

Спальню дракончик разделил условно на две зоны. Слева, сразу у входа, стоял небольшой, мягкий и глубокий диванчик, напротив которого расположился журнальный столик и небольшой стеллаж с книгами, о которых предусмотрительного ящера и просить отдельно не потребовалось.

Сразу за этой зоной, у стены, в метре от стеллажа стоял высокий, под самый потолок, и широкий шкаф. И, как подсказывает мне практика с кухней, вряд ли шкаф был пустым.

А дальше стояла она. Огромная, прямо-таки гигантская кровать. С толстым, воздушным матрацем, кованным изголовьем, россыпью подушек, маленьких и больших, застеленная пушистым пледом кремового цвета.

По обе стороны от кровати имелись прикроватные тумбочки с небольшими настольными лампами. А на полу лежали небольшие коврики, чей мягкий ворс напоминал пушистые облачка.

У дальней же стены, рядом с дверью, ведущей в ванную, имелась даже ширма, обитая шелковой тканью с изображением каких-то птиц.

Разглядывая все это великолепие, я чувствовала, как сердце учащенно бьется в груди, иногда замирая от восторга.

За считаные часы лачуга, в которой не было совершенно никаких удобств, превратилась в роскошные хоромы, в которых было предусмотрена буквально каждая деталь.

Ну, кроме плазмы, разумеется.

Я заливалась соловьем, выражая восхищение способностями дракончика. Да он один, такой маленький и сумел сделать все это за считаные часы.

И пока я проверяла на деле сначала мягкость и удобство дивана, затем кровати, мелкий ящер раздувался от гордости, сиял от чувства собственной значимости и едва слышно мурчал от заслуженной похвалы.

Потом, когда первый шок вместе с восторгом немного притупились и отошли на второй план, я задалась вопросами более практичными.

Такими, как, например…

– А так тут лампы и светильники работают, если электричества нет? – покрутив головой вокруг и взглянув на те самые лампы и светильники, поинтересовалась я у дракончика.

– На кристаллах, заряженных магией, они и работают, – отозвался тот вполне дружелюбно, но в подробности местного искусственного освещения вдаваться не стал.

– А водопровод? – продолжила донимать ящера я, – Как ты воду в дом провел?

– Ну так, по стандартной схеме, – пожал он плечами, – Нашел источник грунтовых вод, провел расчеты, вывел канализационные каналы, очистительные схемы применил, – начал бормотать он.

Потом взглянул на меня. Пока я, хмурясь, пыталась сообразить, что именно и как он сделал, и, главное, откуда он такие нюансы знает. Вздохнул, заметив нахмуренный лоб, и закончил емким:

– В общем, наколдовал. Главное – вода есть, остальное – мелочи.

Услышав заветное слово «вода», тут же подскочила с насиженного места и бросилась к шкафу. Не просто полюбоваться, а найти сменную одежду и, наконец-таки, протестировать ванну, наколдованную одним хозяйственным дракончиком.

В огромном шкафу нашлось все. И несколько пар обуви, и пара головных уборов, и аккуратно сложенное нижнее белье, и выглаженные платья, висящие на вешалках, и пара банных халатов, и полотенца, мягкие и пушистые, сложенные аккуратной стопкой. И пара комплектов сменного постельного белья.

Дракончик предусмотрел каждую деталь и каждую мелочь.

Разложив на кровати одежду, в которую планировала переодеться после водных процедур, я выудила из шкафа халат, полотенце и пушистые тапочки. И, прижав к груди все это добро, пошлепала к ванной.

У самой двери остановилась, взглянула на дракончика, присевшего на край кровати, обернувшись через плечо, и поинтересовалась:

– Потом дыхнешь огнем на эти тряпки? – кивком указала вниз, на собственное платье.

Такое только утилизировать. И никак иначе.

– Конечно, – согласно фыркнул дракончик, для наглядности выпустив облачко дыма.

Я улыбнулась ему благодарной улыбкой и скрылась за дверьми ванной комнаты. Повесила на крючки, висящие у стены, халат и полотенце. И, развернувшись, увидела изменения, произошедшие здесь.

Теперь между раковиной и ванной располагался высокий стеллаж. Снизу доверху заставленный всем, чем только можно.

Кажется, кто-то не сразу вспомнил про мои причитания об отсутствии шампуня. Множество разных бутыльков с неизвестным содержимым и без опознавательных этикеток, стояло на полках.

А еще мочалки, щетки, пасты, расчески. Вполне себе земная зубная паста стояла рядом с такой же земной зубной щеткой. Расстегнув небольшую мягкую косметичку, нашла скромный набор декоративной косметики и… пинцет, которого мне так не хватало!

И что-то мне подсказывало, что вот эти знакомые глазу женские штучки вовсе не совпадение. А кто-то, явно в порыве энтузиазма, метнулся в другой мир, чтобы обеспечить меня полным пансионом и расширенным списком необходимых молодой женщине вещей.

Приоткрыв дверь, высунула голову, нашла взглядом дракончика, который, свернувшись в клубок и сложив голову на передние лапы, подремывал. Шепнула тихонько слова благодарности, вложив в них все свои чувства. И, абсолютно счастливая, вновь захлопнула за собой дверь.

Глава 18

В ванной провозилась едва ли не дольше, чем дракончик, наколдовавший мне полный ремонт вместе со всем содержимым. Но если он приводил в порядок дом, то я приводила в порядок тело, заботливо предоставленное мне одним умелым ящером.

Терла, мыла, скребла. Затем снова терла и мыла. Отдирала от кожи скопившуюся грязь, увлажняла ее, отшелушивала. В процессе засунув нос во все баночки и тщательно изучив их содержимое до такой степени, что только на зуб попробовать оставалось.

С волосами тоже возилась долго. Пришлось несколько раз промыть их шампунем. Потом еще трижды наносить разные маски, чтобы нечесаное, засаленное гнездо превратилось в приличные гладкие пряди, в которых не стала бы застревать расческа.

Попутно, правда, пару раз психанула и хотела обрезать все под корень. Но потом, едва стоило только представить, с каким позорным ежиком на макушке мне придется долгое время ходить, от этой идеи отказалась.

И не зря. Тщательно вымытые и вычесанные волосы напитались, стали мягче и раскинулись по плечам, доходя почти до ягодиц. Темные, цвета вороного крыла, они были плотными и густыми.

И при тщательном уходе выглядеть они будут просто потрясающе.

Личико, теперь глядевшее на меня всякий раз из отражения, когда я оказывалась напротив зеркала, тоже стороной не обошла. Отмыла, отпарила, нанесла по очереди все маски, которые только нашла. Выщипала, наконец, брови, и обильно намазала все лицо кремом.

И после всех кропотливых, выматывающих процедур, приводящих это тело в божеский вид, я в очередной раз спустила грязную, мутную воду. Вновь набрала полную ванную, насыпала соли, стоящей в одной из банок побольше, добавила пены из другой и погрузилась в воду, с наслаждением вытягиваясь и блаженно выдыхая.

Наконец. Наконец, я снова чувствую себя человеком.

Чистым, свежим, вкусно пахнущим. С аккуратными бровями, вымытыми волосами, подстриженными ногтями и даже без лишних волос в ненужных местах, которые удалось с легкостью, хоть и не безболезненно, удалить какой-то пастой с ароматом черешни, которой обеспечил меня дракончик.

Предусмотрительный он все же парень оказался. Весьма предусмотрительный.

Инцидент, произошедший накануне, мной уже даже и не вспоминался. Ну, подумаешь, сбежал? Подумаешь, сдался? Зато вернулся и окупил все в десятикратном размере!

Так бы я и нежилась в ванной дальше. И, наверное, даже бы уснула, разморенная горячей водой.

Вот только сначала вдалеке раздался какой-то приглушенный, все нарастающий шум. А потом прямо под потолком материализовался дракончик, который окинул меня взглядом, полным паники, и быстро, буквально скороговоркой выпалил:

– Вылезай. Быстрее. Там пришли!

– Кто пришел? – опешила я, – Гектер?

Он вроде обещал вечером заглянуть. Но мне казалось, что время у меня еще есть. Хотя, может, я провозилась здесь дольше, чем предполагала?

– Нет, – замотал головой дракончик, нервно дергая хвостом, – Скорее же, тебе надо выйти. А то он сейчас в дом войдет и все увидит. Нельзя. Опасно.

Вылетела из ванны я пулей. На расспросы времени не было, как и на уточнения.

Схватила полотенце и, даже не обтерев мокрое тело, машинально завернулась в него на ходу, уже на всех порах шлепая мокрыми ногами по полу через спальню.

Мокрые волосы разметались по спине, с меня на пол капала вода, оставляя за собой весьма характерную мыльную дорожку.

Но на все эти мелочи времени не было. У меня была одна цель – не пустить нежданного визитера во внезапно преобразившийся дом.

Выскочила на веранду, плотно прикрывая за собой дверь. В два шага добралась до следующей двери. Взялась за ручку, собираясь ее распахнуть. И именно в этот момент за ручку потянули с обратной стороны.

Мгновение. И вот я уже вываливаюсь наружу. Вся мокрая и обмотанная одним лишь полотенцем, едва прикрывавшим стратегически важные места.

Зажмурилась, представляя, как я сейчас, вся такая красивая, расстилаюсь на земле прямо перед незваным визитером. И неожиданно уткнулась в преграду.

Преграда была почему-то твердой и теплой.

Когда над головой пораженное молчание сменилось деликатным покашливанием, осознала, что преграда, в которую я впечаталась всем своим мокрым телом, была еще и живой.

Распахнула глаза. Отстранилась немного, вскидывая голову. И взглянула в лицо этой самой преграде.

Широкий разворот плеч, собранные в низкий хвост темно-русые волосы. Совершенно незнакомые, волевые и немного хищные черты лица. Твердый, квадратный подбородок, недовольно поджатые губы, четко очерченные скулы. Прямой, крупный нос. Глаза орехового цвета, которые сейчас изучали меня с не меньшим интересом, чем я их обладателя. И бровь. Высоко вздернутая бровь.

Обладатель всего этого набора черт смотрел на меня с таким же любопытным недоумением, с каким и я сама глазела на него.

Отмерла я первой. Уперлась мокрыми ладошками в широкую грудь, отталкиваясь от нее и попутно оставляя влажные следы на белоснежной ткани рубашки, и вернулась в вертикальное положение.

Мужские ладони, сжавшие в момент столкновения мои плечи, мимоходом провели вниз по рукам, выпуская добычу из своих объятий. Как-то слишком неохотно выпуская.

И, отстранившись, я окинула незнакомую фигуру еще одним взглядом. Испытывая вдруг при этом крайне неприятное, предвещающее проблемы на мою мокрую пятую точку ощущение.

Мужской силуэт, что сейчас стоял в шаге от меня, показался вдруг смутно знакомым. Память пронеслась калейдоскопом по недавним событиям, отыскивая совпадения. И нашла…

Перед глазами яркой картиной предстал образ из недавнего воспоминания. Того воспоминания, в котором я, сидя в карете, отъезжала от местной церквушки, а вслед мне, спрятавшись в тени деревьев, смотрел он.

Муж. Новоиспеченный. Тот самый, который вознамерился в скором времени стать вдовцом.

Вскинула голову, уставившись на лорда Эдгара Грейса, как кролик на удава, и, сглотнув, отступила на шажок.

В том, что передо мной стоял именно он, сомнений уже не было никаких. А вот что лорд Грейс предпримет дальше, я боялась даже представить.

Глава 19

От мужа, что женился на прежней обладательнице этого тела всего с одной-единственной целью, я ждала чего угодно. Смотрела на человека, которого вижу всего второй раз в своей жизни и впервые вижу вот так, лицом к лицу, имея возможность разглядеть его как следует, и ждала.

Ждала того, что он предпримет дальше. Потому что у меня идей, как спастись из этого бедственного положения, и как выпутаться из лап в дракона, в которые я по собственной неосмотрительности же и попала, не было.

Одно мгновение сменялось другим. А лорд Грейс продолжал молчать.

Я его уже не изучала, просто глядела немного опасливо на широкую, мощную, высокую фигуру, стоящую передо мной, и ждала, внутренне подобравшись.

А вот он…

Светло-карие глаза меня изучали. Цепко и внимательно. И интерес, с которыми они медленно, смакуя каждую деталь, прошлись по моим голым ногам, ненадолго зависнув у самой кромки полотенца, а потом перескочив к его другому краю, который медленно сползал с груди, предоставляя этим глазам все больший обзор, иначе, как чисто мужским интересом было не назвать.

Глазами меня не раздевали в открытую по одной лишь простой причине. Дальше раздевать там было уже некуда.

Полотенце продолжало соскальзывать. Накренилось опасно, готовое свалиться с меня в любую секунду и продемонстрировать лорду Грейсу картину, после которой у меня от него не останется совершенно никаких секретов.

Подхватила полотенце в самый последний момент. Когда грудь показалась уже почти наполовину, и у дракона в этот момент азартом загорелись глаза.

Прижала махровую ткань к груди и подтолкнула край сбоку, тут же затягивая и проверяя на прочность.

А супруг, осознавший с запозданием, что стриптиз-шоу отменяется, взглянул немного обиженно и разочарованно на полотенце и, наконец, отмер.

Удосужился поднять взгляд к моему лицу. Нахмурился немного и произнес хриплым, низким голосом:

– Я ищу мою жен… Оливию, – поспешил исправиться дракон.

Чуть не ляпнула в ответ «Так вот же я», но вовремя прикусила язык и готовое сорваться с него ехидное «А не на ноги мои надо было пялиться, а лицо получше разглядывать!».

Не узнал, надо же. Он меня даже не узнал!

Облегчение, затопившее меня с головой в этот момент, заставило расслабленно опустить плечи.

Тут, вместе с облегчением, пришел и слабый импульс возмущения. Но совсем вялый. Лишь легкое недовольство от того, что кому-то (не будем показывать пальцем, кому именно) умирать надо ради того, что дракон со спокойной душой мог жениться, плодиться и продолжать род. А этот дракон даже не соизволил запомнить, как его спасительница выглядит.

Впрочем, и этот слабый импульс возмущения тут же издох на корню.

Я просто вспомнила, ради чего, собственно, и чем именно занимаясь, отмокала в ванной два часа. А заодно вспомнила, как выглядело мое отражение после того, как я выщипала брови и полюбовалась на плоды своих трудов.

Да после моих спа-процедур Оливию и мать родная не узнает. А тут какой-то муж. Практически фиктивный. С которым и виделась-то она раза два в жизни от силы.

Все это пронеслось в голове за считаные мгновения. И вот, я вновь сосредоточилась на словах Эдгара Грейса.

Он меня не узнал. И упускать такую возможность было ни за что нельзя.

Но все должно выглядеть достоверно.

А потому…

Вновь поправив норовившее сползти полотенце, нахмурилась слегка, попутно ловя жадный мужской взгляд, следивший за этим самым полотенцем и его передвижениями, и, словно силясь вспомнить, уточнила:

– Оливия? Это та девушка, которую на днях сюда прислали?

Муж, у которого помимо жены имелась еще и невеста, сейчас едва ли не облизывался на совершенно постороннюю (по его личному заблуждению!) полуголую девушку. И, кажется, соображать он начинал все хуже.

Что-что, а мужики, судя по всему, во всех мирах одинаковые.

Кашлянула деликатно, давая понять, что все еще жду ответа.

Взгляд, который уже вновь принялся ощупывать мои голые ноги, резко скакнул к лицу. Наглый взгляд, в котором не было ни капельки раскаяния.

Дракон едва заметно мотнул головой.

– Что? – переспросил рассеянно и тут же, не дожидаясь пояснений, кивнул, – Да, ее.

А, кажется, не зря я к нему в таком непотребном виде выскочила. Если он и дальше будет думать через раз, то, вполне возможно, и обвести этого олуха, заглядывающегося на посторонних женщин, получится вокруг пальца.

И не зря мы этим утром могилку выкопали. Крест, правда, воткнуть не успели. Но Гектер как чувствовал, что тянуть не стоит. Может, драконья кровь в нем взыграла, и он приближение сородича почуял?

Как бы там ни было, пока все складывалось, удачнее некуда. Преждевременно, правда. И смотрителя под рукой не имелось.

Но шансы на спасение все еще были осязаемыми.

– Подождите минутку, сейчас я вас к ней проведу.

Произнесла и сделала шаг назад, собираясь вернуться в дом хотя бы за халатом. Но дракон, словно зачарованный, подался всем телом вслед за мной, и от этой идеи пришлось отказаться.

Во-первых, дракончик ведь заставил меня выйти, чтобы посторонние в дом не попали. А этот точно сейчас за мной попрется. У него на лбу все написано.

А, во-вторых, чем меньше на мне одежды, тем хуже этот тип соображает. Корреляция уже выявлена, и не будем экспериментировать, чтобы не испортить эффект.

Резко остановившись, вновь сделала шаг. Но уже в обратном направлении.

Под пристальным взглядом, который был направлен мне вовсе не в лицо, а несколько ниже, дошла до самых дверей. И остановилась. И требовательно вздернула бровь.

Дракон, загородивший своей широкой фигурой проход, даже не шелохнулся. Стоял и гипнотизировал полотенце, словно надеясь, что оно, поддавшись его взгляду, немедленно упадет к моим ногам или вовсе растает.

– Мне надо выйти, – с нажимом произнесла я.

Лорд Грейс, немного поколебавшись, передвинулся в пространстве так, что теперь я могла выйти из веранды. Правда, это сделать можно было, только протиснувшись мимо него.

– Прошу, – произнес дракон, давая понять, что больше с места не сдвинется.

«Ладно, Алевтина. Это в твоих же интересах, чтобы мозг у него не включался как можно дольше» – проворчал вдруг внутренний голос.

Тихонько и капельку горестно вздохнув, я подошла к двери и принялась протискиваться между драконом и дверным косяком.

Не скажу, что это было сложно. Но при этом каждый участок моего тела соприкоснулся с мужским. И когда я грудью задела его руку, дракон, кажется, и вовсе хрипло выдохнул.

Вырвавшись на свободу, тут же отскочила от мужчины на добрый метр.

Так. Та-а-а-ак. Что-то мне вся эта затея начинает нравиться все меньше.

Узнать-то меня не узнали. Но как бы еще домогаться не начали. Ощущение, что к этому все и идет.