Текст книги "Дикая любовь (ЛП)"

Автор книги: Элси Сильвер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 22 (всего у книги 22 страниц)

Эпилог
Рози

– Что ты напеваешь? – спрашивает Кора, пока я кладу чистые полотенца на полку в ванной на первом этаже.

Мои брови хмурятся.

– Не знаю.

– Это была «Pumped Up Kicks»?

Я пожимаю плечами.

– Может быть? У тебя и твоего отца в этом доме музыкальный слух.

Прошел месяц с окончания школы. Месяц, как мы все живем вместе.

Это похоже на игру в дом.

Это слишком хорошо, чтобы быть правдой.

– Знаешь, эта песня о стрельбе в школе, – невозмутимо говорит Кора, ее черная челка ровно ложится ей на лоб.

Я останавливаюсь. Иногда она такая резкая и мрачная, что мне нужна секунда, чтобы догнать ее.

– Правда?

Она рассудительно кивает.

– Но она звучит так счастливо. Я напевала ее с удовольствием!

– Также трясла задницей.

Я краснею, но отказываюсь смущаться. Это я делаю работу по дому после наступления темноты.

– Это тебя отец научил этому?

Она кивает.

– Только что из офиса. Послушала кучу нового материала.

Медленная улыбка расплывается на моем лице. Это стало их любимым времяпрепровождением. Они сидят на кожаном диване, пьют корневое пиво, слушают музыку и говорят о ней. Подробно.

Предстоящие туры.

Синтезаторы.

Автонастройка.

Гитарные педали.

Однажды я зашла и увидела, как они смотрят видео, где Джек Уайт – который, как мне сказали, на самом деле не Эдвард Руки-ножницы – строит гитару из старой доски, нескольких гвоздей, куска веревки и старой бутылки из-под колы.

– Ну, это звучит как разговор о грозовом облаке, который вы двое могли бы вести.

Я раздраженно закатываю глаза, но меня это совсем не беспокоит. На этой неделе Мэрилин закрыла сделку по дому в городе. Форд его не купил, но он сделал весь процесс своим бизнесом. Торг о цене, организация грузчиков – я даже слышал, как он говорил Мэрилин, что знает хорошего художника по имени Скотти, с которым мог бы ее познакомить.

Тот самый Скотти, которого он уволил за разговор со мной.

Мелкий ублюдок.

В любом случае, знание того, что Кора будет рядом, – это вишенка на торте. Я предвижу множество музыкальных сессий в офисе для этих двоих. Необычные выходные у нас дома. Договоренность «приходи и уходи, когда хочешь» – вот как это выглядит.

– Кстати о разговорах, которые мне нравятся...

Я фыркаю.

– О, это должно быть хорошо.

– Ты когда-нибудь делал «Кровавую Мэри»?

– Что?

Кора закатывает глаза, как будто я тупая.

– Знаешь... Кровавую Мэри. Когда ты говоришь это, поворачиваясь, а потом видишь ее в зеркале?

– Это так в твоем стиле. – Я прижимаю руку к губам, когда сентиментальность вырывается, и глаза Коры снова закатываются. Но она также хихикает.

– Я хочу попробовать. Но не одна.

Я покусываю нижнюю губу.

– Например, на Хэллоуин?

– Нет. Прямо сейчас.

– Прямо сейчас?

Она толкает меня дальше в ванную, лицом к зеркалу.

– Прямо сейчас.

– Ты же знаешь, что привидения не существуют, да?

Кора лишь изогнула бровь, когда я опустила взгляд на единственный розовый кусочек на ее плече. Моя бархатная резинка для волос. Мне придется набить ей чулок ими на Рождество.

– Пойдем, Розали. Ты трусиха?

Я подхожу к ней, у меня отвисает челюсть.

– Малыш, ты только что назвала меня Розали и трусихой одним махом?

Она просто продолжает.

– Ладно. Давай сделаем это.

Я качаю головой.

– Тебе нужно вернуться в школу. Некоторая структура полезна для таких негодяев, как ты.

Наши взгляды встречаются в зеркале, и мы обе хихикаем. Это была ложь, и мы обе это знаем. Летом было самое веселое время. Готовка на огне. Катание на лодке, когда жарко. Кора даже научилась кататься на водных лыжах.

– Так что, нам нужно сказать «Кровавая Мэри» тринадцать раз. С каждым разом все громче. В последний раз она покажется в зеркале.

– Форд подумает, что мы чокнутые.

Она пожимает плечами.

– Он уже так думает. Плюс, он пошел к Уэсту. Ладно. Давай.

Ого. Она такая... действительно одержима этим.

– «Кровавая Мэри», – начинает она шепотом, а я неуклюже справляюсь с первой, пытаясь догнать.

Затем я правильно рассчитала время.

– «Кровавая Мэри, кровавая Мэри, кровавая Мэри, кровавая Мэри, кровавая Мэри». – Мы продолжаем кричать громче, пока я не начинаю беспокоиться, что кто-то вызовет полицию. – «Кровавая Мэри, кровавая Мэри, кровавая Мэри, кровавая Мэри, кровавая Мэри, кровавая Мэри».

Мы переглядываемся, прежде чем прокричать последнюю.

– «Кровавая Мэри!»

Затем весь свет в доме гаснет, и я кричу, подпрыгивая на несколько футов от пола.

А Кора? Кора хихикает. И я быстро собираю все воедино. Она и ее отец играют со мной очень милую шутку.

Но переход от яркого света к погружению во тьму заставляет мои глаза с трудом привыкать.

– Форд, мать его, Грант! – кричу я, надеясь, ради него самого, что он услышит меня громко и отчетливо, где бы ни находилась электрическая панель в этом доме. – Ты переросший ребенок, и я убью тебя за это!

Кора смеется сильнее.

– Включи свет немедленно!

Я топаю ногой, как капризный ребенок.

А потом я вздрагиваю, когда слышу его удивленный хриплый голос прямо перед собой.

– Ладно.

Я в замешательстве от того, как он так близко, но все это замешательство тут же испаряется, когда загорается свет, и я смотрю на него.

Стоит на одном колене.

С кривой ухмылкой.

И держит кольцо.

Огромный розовый камень огранки «кушон» на изящном ободке из розового золота. Более мелкие белые бриллианты по бокам центрального камня, расположенные таким образом, что это очень похоже на листья.

Его глаза напоминают мне листья.

– Мы решили, что тебе нужно розовое кольцо, – выпаливает Кора, практически подпрыгивая на месте.

Из-за спины Форда появляется мой брат. Ухмыляясь точно так же, как, я уверена, он сделал в прошлый раз, когда он сыграл со мной эту шутку.

– Розали Бельмонт… – начинает Форд, но я его перебиваю.

– Не называй меня Розали. Ты серьезно делаешь предложение после того, как напугал меня до чертиков, как ты это делал в подростковом возрасте? Ты не можешь этого делать. – Он ухмыляется той ухмылкой, от которой у меня сводит живот. А затем подмигивает, от которой у меня зудит кожа.

– Тогда я тебя любил. А сейчас люблю еще больше. Если мы не сводим друг друга с ума, в чем вообще смысл?

Мои глаза щиплет, и я моргаю, глядя на Кору. Ее руки обхватывают щеки, и я не уверена, что когда-либо видела ее такой... восхитительно взволнованной.

Я скрещиваю руки и наклоняюсь, чтобы поближе рассмотреть кольцо. Я пытаюсь казаться непринужденной, но мои щеки горят, а мое сердце бешено колотится о ребра.

Я хочу броситься к нему на колени и умолять его жениться на мне.

Но вместо этого я наклоняюсь к нему, вдыхая аромат его фирменного одеколона, и бормочу:

– Может, мне стоит сказать «нет». Преподать тебе урок.

Кора задыхается, а Уэст смеется.

Глаза Форда сверкают весельем.

– Конечно. Скажи «нет». Я догоню тебя, надену тебе это кольцо на палец и преподам тебе свой собственный урок, Рози.

Теперь я ухмыляюсь.

– Это на самом деле звучит довольно весело.

Прежде чем Форд успевает закончить закатывать глаза, я выскакиваю из ванной прямо мимо него.

Я вылетаю из входной двери под звуки смеха брата и Коры, пока Форд явно пытается сориентироваться. Как только я выхожу за дверь, я мчусь полным ходом, трава щекочет мне ноги, когда я использую холм в своих интересах, спускаясь к воде.

К моему причалу.

Я слышу дыхание Форда позади себя. Он смеется, задыхаясь, когда он догоняет меня.

Мои шаги гремят по деревянным доскам причала, когда я несусь к озеру.

И он следует за мной.

– Ты незаконно проник на чужую территорию, Джуниор! – кричу я ему в ответ, и из моего горла вырывается какой-то маниакальный смех.

Его длинная рука обхватывает меня за талию и тащит к себе, всего в нескольких футах от конца причала.

– Тогда попробуй избавиться от меня, Рози. Я бросаю тебе вызов. Я в любом случае сделаю все, что мое, твоим. Я даже переименую студию.

Я хмурюсь.

– Я хотел назвать его в честь города, который полюбил. Но…

– Но Rose Hill Records – это как-то скучно?

Форд закатывает глаза.

– Да, ты упоминала об этом.

– И как ты его назовешь?

Он сглатывает и так внимательно смотрит на меня. Он высовывает язык и зажимает его между губами. Мне кажется, он нервничает. Этот человек на самом деле думает, что я могу не выйти за него замуж.

– Wild Rose Records. В честь девушки, которую я всегда любил. Но как мой деловой партнер, мне нужно твое мнение.

Я моргаю. Мое сердце колотится сильнее. Черт возьми, это романтично. Его раздражает, что его считают моим боссом. Этически и романтично. Он вздрагивает каждый раз, когда это всплывает – особенно с учетом того, как мне вообще понадобилась работа.

Он переминается с ноги на ногу, ожидая моего ответа.

– Я знаю, что это не Рози или Розали. Но Wild Rosie Records звучит...

– Как-то глупо, – заканчиваю я за него, принюхиваясь и проводя руками по его широкой груди. – Мне это нравится. Мне это действительно нравится. Но я не отдам тебе половину своего причала. Я отказываюсь, – бросаю я назад, когда он смотрит на меня сверху вниз, качая головой, зеленые глаза мерцают.

– Рози, заткнись и выходи за меня замуж, – рычит он с ноткой отчаяния в голосе.

Затем он сдергивает мою руку со своей груди и надевает мне кольцо на палец.

Это так по-нашему.

Я бы смеялась, если бы не была так очарована тем, как он сверкает, когда я шевелю пальцами.

– Да. Да. Определенно. Я определенно хочу замуж за тебя. Очень.

Он выдыхает смех.

– Слава богу.

Затем мои пальцы впиваются в мягкий хлопок его рубашки, и я притягиваю его рот к своему. Он целует меня, и я чувствую, что могу уплыть.

Но я этого не делаю.

Я крепко обнимаю его... и тяну его прямо в воду вместе с собой.

* * *

Дорогой дневник,

Сегодня вечером ко мне пришла куча подружек. Мы были у родителей Форда, потому что они сегодня уехали, а это означало, что весь дом был в нашем распоряжении. Я уверена, что половина из них пришла только потому, что они тайно одержимы Уэстом.

В общем, Тара принесла свою доску для спиритических сеансов, и я была убеждена, что это очень глупо. Очевидно, что призраки не существуют. Но потом мы впятером начали играть, и я клянусь, что фигурка сдвинулась. Конечно, Форду пришлось зайти и увидеть, как мы играем.

Это просто самый простой способ для него нагадить мне.

Итак, я пригласила его поиграть с нами, верно? Думая, что если он будет в игре, это нейтрализует его злые планы.

За исключением того, что Тара выглядела немного слишком взволнованной тем, что он присоединился к нам. Она тут же подвинулась, чтобы освободить ему место, и глупо улыбнулась ему.

Что означало, что я застряла на коленях, лицом к Форду и его раздражающей, снисходительной ухмылке, пока она пялилась на него и строила ему лунные глазки.

Как будто Форду когда-нибудь понравится девушка, которая любит спиритические сеансы.

Следующее, что вы знаете, эта сучка попытается прочитать его чайные листья или его ладони или вены на его яичках.

Я также не скучала по тому, как она провела своими пальцами по его пальцам.

Как будто это заставило меня надеяться, что мы *можем* на самом деле вызвать призрака. Того, который сломает ее пальцы ради меня.

В общем, мы спросили духов, умрет ли кто-то из нас молодым (если бы я была хуже, я бы пожелала, чтобы это была Тара), и затем ответ медленно упал на ДА.

Что было бы глупо, если бы свет не погас прямо в тот момент, и я потеряла голову.

Я разыграла это потом, как будто я крутая. И я бы никогда не призналась в этом нигде, кроме как здесь, но я была чертовски напугана.

Не думаю, что я когда-либо кричала так громко в своей жизни, но было ТАК темно и ТАК внезапно. Я повернулась, чтобы бежать, но Форд был там. Он, должно быть, шагнул прямо через доску, прямо через хаос кричащих девушек, чтобы добраться до меня.

Он потянулся ко мне, и я пошла. Я вцепилась в него.

Он намного менее тощий, чем был раньше. Я не уверена, когда это произошло, но теперь у него есть мускулы на руках. И он даже хорошо пахнет.

Ладно, очень хорошо.

Я, наверное, должна была злиться, потому что я уверена, что Уэст отключил электричество ради шутки.

Но вместо этого я... Я не знаю. Это звучит безумно, но я почти рада, что он это сделал?

Форд держал меня, пока не загорелся свет. Он прошептал: «Я поймал тебя», в мои волосы, и я поверила ему.

Я бы никогда не призналась в этом нигде, кроме как на этих страницах, но я чувствовала себя в безопасности в его объятиях.

И я была разочарована, когда снова загорелся свет.

Конец.