Текст книги "Духовное Древо (ЛП)"
Автор книги: Элла Саммерс
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 16 страниц)
Элла Саммерс
Духовное Древо
(Парагоны #2)
Перевод: Rosland
Редактура: Rosland
Русификация обложки: Alena_Alexa
Эпизод 1. Столпотворение в Парке
Глава 1. Воссоединение семьи
– Ого, как много ножей, – прокомментировала я.
Взгляд Бронте скользнул мимо дамы в ярко-розовом платье и остановился на мне. Она вздохнула.
– Почему бы тебе не постоять на страже снаружи, Саванна?
– Ладно.
Я знала, когда мне не рады. Поэтому я вышла из магазина, оставив Бронте разбираться с очередным кризисом в организации мероприятия. Дама в розовом – дистрибьютор по имени Урсула – прислала мисс Фезердейл не те столовые ножи для банкета в честь Саммита. Так что теперь Бронте пыталась заменить их на набор ножей, которые (по крайней мере, насколько я могла судить) были практически идентичными.
Другими словами, сегодня был ещё один волнующий день в жизни Ученика Рыцаря.
Мы с Бронте, моей подругой по команде, были скромными Учениками, шестнадцатилетними новичками в магии, которым предстояло освоиться, прежде чем мы сможем подняться до почетного звания Рыцаря. Быть Учеником означало браться за любую работу, за которую больше никто не хотел браться. Сегодня этой работой была Урсула и её ножи.
Пока я стояла перед магазином дистрибьютора, делая важный вид, я наблюдала, как люди и сверхъестественные существа прогуливаются по улицам Магического Эмпориума, неся трофеи своих шопинговых завоеваний. Всем им было намного веселее, чем мне.
Ну, почти всем.
Мой брат Данте и другие ученики из Команды Виктори работали неподалёку, перетаскивая большие ящики с припасами и загружая их в четыре больших чёрных внедорожника. Никто из Учеников, казалось, не был в восторге от того, что им приходится быть мальчиками на побегушках у солдат Генерала.
Я оторвала спину от дверного косяка и подошла к Данте.
– Привет.
– Привет, – он втиснул последний ящик во внедорожник и закрыл багажник. Затем повернулся ко мне лицом. – Как жизнь в команде Добытчиков Золота?
– Захватывающе, – я выдавила улыбку. – Предстоит выполнить множество немагических заданий.
Он хмыкнул.
– Да, я очень завидую Неваде и Анселю. Они сказали мне, что сегодня их команда будет играть со всеми магическими артефактами в Замке.
– Правда?
– Ладно, формально им поручено провести инвентаризацию в сокровищнице Замка, но ты же знаешь, что они точно будут играть со всеми магическими артефактами, хранящимися там.
– Я просто надеюсь, что они не взорвут себя окончательно.
– Нее, ни за что, – сказал Данте, небрежно отмахиваясь от моих опасений. – Ансель этого не допустит. Он, знаешь ли, настоящий технический гений. Судя по всему, он построил термоядерный генератор у себя в гараже.
– Вообще-то, я об этом не слышала, – ответила я. – Но я рада, что у тебя появился новый друг. Кажется, ты не сходишься во взглядах со своими товарищами по команде.
Он хмыкнул.
– Только потому, что мои товарищи по команде – сборище чудаков.
– Кстати, чем сегодня занимается Команда Виктори?
– Что ж, когда мы здесь закончим, то отправимся в Зал Падальщиков, где нас ждёт увлекательная работа по сортировке и складыванию старых одеял. Наш наставник пообещал, что одеяла очень сильно колючие и, скорее всего, кишат блохами. Так что, когда ты увидишь меня в следующий раз, всё моё тело может быть покрыто ужасной сыпью.
– В общем, ты будешь выглядеть так же, как обычно, – я улыбнулась ему.
– Ха-ха, – он наклонился ко мне, ухмыляясь. – Интересно, осмелилась бы ты быть такой забавной, если бы повсюду не было Смотрителей, мешающих мне нанести ответный удар?
– Конечно, нет, – сказала я ему. – Ты же меня знаешь. Я всегда стараюсь не высовываться.
Данте чуть не подавился собственным фырканьем.
– Хотя, думаю, мне следовало бы больше беспокоиться о том, чтобы не высовывался ты, – сказала я. – Я знаю, как сильно тебе нравится швырять в меня своими носками, когда ты злишься. И чёрт возьми, эти носки такие вонючие.
Данте расправил плечи и выпрямился во весь рост, словно гордился этим удивительным достижением, которым, насколько я знаю моего брата, он действительно гордился.
– Итак, какое у тебя задание на сегодня?
– Сидеть сложа руки и ничего не делать, пока Бронте разбирается с группой плохо ведущих себя поставщиков Саммита.
– Если ты позволишь ей делать всю работу, вся слава достанется ей, – предупредил он меня.
Я пожала плечами.
– Если я попытаюсь помочь, она только отругает меня. И у неё появляется эта странная складка между бровей. Поэтому я решила, что лучше просто не мешать ей и позволить ей делать то, что у неё получается лучше всего.
– Видишь, Сав, вот почему ты в самом низу Табло.
– На самом деле, я больше не в самом низу Табло.
И всё благодаря своевременному вмешательству моего Рыцаря в сияющих доспехах.
– Но, в любом случае, – продолжила я, – я почти уверена, что нахожусь в самом низу рейтинга, потому что Генерал считает меня олицетворением анархии.
Он фыркнул.
– И это тоже. Но ты должна хотя бы попытаться сделать что-нибудь, чтобы заработать очки.
– Нет, мотив важнее добродетели.
Он нахмурил брови.
– Мило. Где ты набралась таких новых познаний?
Я покачала головой.
– Нигде. Не бери в голову.
Като и Коннер оба говорили мне эти слова. Неудивительно, ведь они были лучшими друзьями. Но если я расскажу своему брату, что я… ну, тусовалась с двумя Рыцарями – двумя парнями-Рыцарями – поддразниванию не будет конца. И прямо сейчас мне действительно не нужна такая драма в моей жизни.
– Приятно встретить вас двоих здесь!
Мы с Данте повернулись к нашей маме, которая улыбалась нам так, словно это был лучший день в её жизни.
– Мои двое замечательных детей, которые так усердно трудятся, чтобы стать Рыцарями! – мама встретила нас самым сентиментальным выражением лица, которое я когда-либо видела на её лице. – Я так горжусь вами!
– Она же понимает, что мы, по сути, просто стоим здесь и бездельничаем, верно? – сказал мне Данте.
Я одарила его своей самой невинной улыбкой.
– Для тебя в этом не было бы ничего нового.
– Эй, у меня есть цели, амбиции и всё такое! – запротестовал он.
– Например?
Данте на мгновение задумался.
– Пробежать марафон менее чем за два часа, – наконец решил он.
– О, да. Я помню, как в прошлом году ты много бегал, пытаясь достичь этой цели.
– А я помню, как ты увязывалась за мной.
– Я пробегала далеко не так много, как ты, – вздохнула я.
– Ты пробегала достаточно много, чтобы получить кровавые мозоли.
Я вздрогнула.
– Да, это было ужасно.
– Ужасно было то, как мама взбесилась, когда ты истратила весь наш годовой запас бинтов всего за месяц, – сказал он мне.
– Я совсем забыла об этом, – сказала мама.
– Ну, а я не забыл. Ты прочитала мне невероятно незабываемую нотацию. Как будто это я виноват в том, что у Саванны все ноги в крови и мозолях, – сказал он, медленно и выразительно закатывая глаза.
Мама нахмурилась.
– Я не за этим читала тебе нотации, Данте, и ты это знаешь.
– О-о-о, что случилось? Что сделал Данте? – я почувствовала, как мой рот растягивается в очень широкой, очень нетерпеливой улыбке.
– Вся причина, по которой у тебя появились кровавые мозоли, заключалась в том, что Данте подстрекал тебя тем, насколько он лучший бегун, – сказала мама.
– Эй, ей не нужно было пытаться доказать, что я ошибаюсь!
– Конечно, нужно, – сказала я ему. – Это своего рода моя работа – всегда доказывать, что ты не прав, бро.
– Я уверена, что ты проявила бы некоторую сдержанность в этой ситуации, если бы только Данте рассказал тебе о своей другой цели, – последнее слово мама процедила так, словно оно было ядовитым на её языке.
– Какая цель? Что я упускаю? – я переводила взгляд с мамы на брата и обратно.
Данте только закатил глаза.
– Мама думает, что если бы я не подстрекал тебя, у нас бы не закончились бинты. У неё была иррациональная паранойя, что я вот-вот размозжу себе голову, а у неё не будет ничего, чем можно было бы прикрыть рану.
– Это было весьма оправданное опасение! – вмешалась мама. – Ты вечно пробовал эти безумные трюки, Данте. Помнишь, как ты пытался сделать сальто назад с крыши старой автобусной остановки?
Так вот какая у него была «другая» цель.
– Ты пытался сделать сальто назад с крыши? – теперь было легко смеяться, так как я знала, что с ним всё в порядке. – Рада, что пропустила это.
Данте иногда был таким тупицей.
– Ты пропустила много интересного, Сави, – сказал он мне. – Я почти справился с приземлением.
– С третьей попытки, – сказала мама, поджав губы.
– Подожди, ты три раза пытался сделать сальто назад с крыши? – я вытаращила глаза на Данте.
Он гордо кивнул.
– Я вижу, что ты впечатлена.
– О, да, я впечатлена… тем, что ты выжил! Ты, должно быть, самый безрассудный человек, которого я когда-либо встречала. Серьёзно, брат, как ты до сих пор жив?
Мама вздохнула.
– Я задаю себе этот вопрос каждый день.
Мой брат махнул рукой, отметая наши опасения.
– У меня всё было полностью под контролем.
Я фыркнула.
– Я удивлена, что ты рисковал получить перелом черепа. Это испортило бы всю… штуку, которая у тебя там происходит, – я помахала руками вокруг его головы, указывая на его растрёпанные волосы. Они всегда торчали в разные стороны.
– Да, у меня потрясающие волосы. Спасибо, что заметила.
– Потрясающие? – я приподняла бровь. – Не совсем то слово, которое я бы использовала.
Где-то высоко в небе загрохотало.
Я подняла глаза и улыбнулась, глядя на завесу облаков над головой.
– Спасибо, что поддержали меня.
– С кем ты разговариваешь? – спросил Данте.
– С духами.
– Моя милая, идеалистичная сестрёнка, – сказал он, обнимая меня. – Это были не духи. Это просто надвигающаяся гроза.
Мама нахмурилась, глядя на быстро темнеющее небо.
– Надеюсь, она не будет плохой.
– В новостях говорят, что, вероятно, она будет сильной, – сказал ей Данте. – Может быть, даже такой же сильной, как тот шторм, который был у нас в Бэйшоре несколько лет назад. Он обесточил весь город. А когда в здании погас свет, Саванна совсем обезумела.
Я покраснела.
– Это было действительно страшно!
– Ты плакала, пока я не согласился пойти поискать фонарик.
– Не самый лучший мой час, – призналась я, вздохнув. – И не твой, Данте. Вместо того, чтобы просто схватить фонарик, ты замахнулся на непосильное.
– Я помню это, – сказала мама. – Я нашла его в своей мастерской, он кряхтел и рычал, пытаясь поднять с земли мой большой резервный аккумулятор.
– Он был действительно тяжёлым! – запротестовал Данте. – А я был довольно тощим одиннадцатилетним мальчишкой, – он напряг впечатляющий бицепс, чтобы показать, что он больше не тот тощий ребенок.
– Он правда был тяжёлым, – согласилась мама. – Вот почему у тебя должно было хватить здравого смысла, чтобы найти взрослого, который помог бы тебе.
– Эм, здравый смысл? У Данте? – я фыркнула. – Ты понимаешь, что это тот самый человек, который совершил сальто назад с крыши? – я подняла три пальца. – Три. Раза.
Данте на мгновение показал мне язык, прежде чем снова посмотреть на маму.
– Я не просил тебя о помощи, мама, потому что знал, что ты не разрешишь мне воспользоваться аккумулятором.
– Он прав, – сказала я маме. – Он хотел взять аккумулятор только для того, чтобы подшутить над группой наших одноклассников.
– А вы с Невадой использовали бы его, чтобы обеспечить себе достаточно света и попробовать новые причёски.
– У нас гораздо больше волос, чем у тебя, Данте. Мы не можем просто плеснуть на голову немного воды и всё готово. Настоящая укладка требует времени и, да, света.
Он закатил глаза.
– Девчонки.
– Что за розыгрыш ты задумал, Данте? – спросила его мама. Она никогда не была из тех, кого можно сбить с толку.
– Я собирался подключить аккумулятор к дверям гаража и заставить их непрерывно открываться и закрываться. Без электричества другие дети подумали бы, что в гараже водятся привидения, – заявил Данте без тени смущения. – И это сработало бы, если бы ты не конфисковала аккумулятор для своих собственных целей.
– Конфисковала? Хорошее слово! – сказала я ему.
– Спасибо! Я пополняю свой словарный запас, чтобы произвести впечатление на Рыцарей.
– Думаешь, это сработает?
– Я не знаю, – пожал он плечами. – Но все уважают мужчин с большим словарным запасом.
– Я думаю, ты путаешь большой словарный запас с болтливостью, – я ухмыльнулась ему. – И мужчину с мальчиком.
– А ты путаешь хитрость с хитрожо…
– Ладно, хватит, – оборвала его мама.
Он сложил руки вместе и бросил на нашу маму невинный взгляд.
– Да, я действительно конфисковала аккумулятор, – сказала она. – Чтобы подсоединить его к холодильнику, чтобы наша еда не испортилась. Это гораздо важнее, чем глупые розыгрыши, – её взгляд скользнул ко мне. – Или новые причёски.
– Да, – согласились мы с Данте, и наши груди затряслись от смеха.
– Эй, Винтерс! Хватит бездельничать! Мы уходим! – крикнул Ретт, товарищ моего брата по команде.
– Что ж, мне пора, – сказал Данте, кланяясь нам и отступая назад. – Увидимся позже, дамы.
Мама обняла меня и Данте, прижимая нас к себе.
– Люблю вас обоих.
– Люблю тебя, мам, – сказали мы ей.
Мама отступила на шаг, но, прежде чем отпустить наши руки, пронзила нас тяжёлым взглядом.
– Разве вы двое не собираетесь сказать, что любите друг друга?
– Нет, потому что это было бы неправдой, – Данте подмигнул мне.
– А ты научила нас всегда говорить правду, – добавила я, подмигнув в ответ.
– Ещё увидимся, Сав, – Данте дал мне пять и убежал, чтобы присоединиться к своей команде.
– Ну, тогда ладно, – мама вытерла мокрые глаза. – Мне тоже пора идти. Нужно отнести эти материалы обратно в лабораторию, – она похлопала по своей сумке.
Кивнув, я направилась к магазину дистрибьютора. Но не дойдя до него, развернулась. Я подбежала к маме и обняла её.
– Всё будет хорошо, – сказала я ей. – Вот увидишь. Скоро мы с Данте станем Рыцарями. И мы сделаем этот мир лучше. Для всех нас.
– Я верю в вас, Саванна, – заверила меня мама, а затем продолжила свой путь.
Я постояла несколько минут в одиночестве в дверях магазина дистрибьютора, наблюдая и ожидая. Небо тем временем становилось всё темнее и темнее.
Я слышала раскаты грома… и их было много. В любой момент небо могло разверзнуться и затопить город ливнем.
В воздухе раздавалось скандирование. И приглушённый гул множества шагов, становившийся всё громче. По улице маршировала процессия протестующих с большими красочными плакатами в руках.
Покончим с тиранией!
Вернём демократию!
Изгоним правительство!
Участники антиправительственных акций протеста, безусловно, несли смелые, вызывающие плакаты, но они были слишком напуганы, чтобы показать свои лица. Все они были в масках.
– Стоять! – крикнул Смотритель, один из солдат Генерала. Динамики в его большом чёрном шлеме действительно усиливали громкость его голоса.
Их было больше. Восемь Смотрителей, вооруженных и готовых к бою. Они протолкались сквозь толпу, хватая протестующих за маски и пытаясь сорвать их.
– Отважные не нападают на беззащитных! – кто-то в чёрных доспехах спрыгнул с крыши, ловко приземлившись.
– Повстанцы, – пробормотала я, когда ещё двое приземлились рядом с первым.
Смотрители бросились к ним. Один из повстанцев издал магический боевой клич, и земля в ответ содрогнулась, сбив Смотрителей с ног.
Протестующие зааплодировали.
– Коннер предположил, что Повстанцы могут что-то знать о недавних нападениях на Учеников, – сказала я сама себе, наблюдая за столкновением Повстанцев и Смотрителей. – Мне нужно поговорить с ними. Мне нужно узнать, что им известно.
Но Коннер также посоветовал мне держаться подальше от Повстанцев. Он сказал, что они опасны.
И наблюдая за ними сейчас, я не могла с этим поспорить. Это неудивительно, учитывая, что они бывшие Рыцари.
Они были настоящими магическими вихрями. Троим Повстанцам потребовалось менее полуминуты, чтобы вырубить восьмерых Смотрителей, и ещё несколько секунд, чтобы опутать их чёрными лентами и привязать к забору, отделявшему Магический Эмпориум от Чёрного Обелиска. Затем они украсили всё это большим чёрным бантом. Похоже, это был их фирменный приём.
А затем они ушли. Просто ушли. Прежде чем я успела последовать за ними.
– Ну, мой план пошёл крахом, – пробормотала я. – Интересно, где они…
Громкий лай прервал меня. По улице бежала белая хаски. Она остановилась прямо передо мной.
– Волчица? – я опустилась на колени и почесала её за ушами.
Она приветственно залаяла, но это не был радостный лай. Это был печальный крик, полный страха и отчаяния.
– Что ты здесь делаешь одна? – спросила я её. – Где Марлоу?
Волчица издала мучительный вопль. Страх камнем упал у меня в животе.
– С ним что-то случилось?
Что-то было не так. Я чувствовала это. Марлоу попал в беду.
Глава 2. За этим местом монстры
Я представила себе Марлоу в гараже на Чёрном Рынке, смеющегося и шутящего со счастливыми детьми, которые окружили его кольцом. Он бросал им игрушки, которые привёз из Глуши. Он был похож на совсем юного Санта-Клауса, одетого в постапокалиптический камуфляж.
Я представила, как он торгуется с Кайли… и бесстыдно флиртует с моей мамой.
Марлоу был хорошим человеком. Порядочным человеком. И судя по тому, как паниковала его собака, у него были очень большие неприятности.
Волчица подвела меня к краю Эмпориума. Там, в западной части, высокий и устрашающий забор отделял нас от падшего дистрикта Парк.
«За этим местом – монстры», – предостерегал меня предупредительный знак.
– Это проклятые земли. Ты уверена, что Марлоу где-то там? – спросила я Волчицу.
Она тявкнула. Это прозвучало очень похоже на «да».
Супер.
– Это достаточно далеко!
Я улыбнулась двум охранникам, которые подошли ко мне, чтобы перекрыть доступ к воротам. Они не ответили тем же.
– Объясните, что вы здесь делаете! – потребовал один из них.
– Здравствуйте. Я Ученик-Рыцарь.
Их взгляды остановились на официальном символе Замка, напечатанном на моей чёрной футболке с надписью «Ученик».
– Меня зовут Саванна Винтерс.
В их глазах не отразилось и намёка на узнавание. Значит, они обо мне не слышали. Хорошо. Это означало, что Генерал ещё не успел предупредить обо мне каждого солдата, охранника и Смотрителя в Крепости.
– Я здесь в рамках срочного Квеста.
– Доступ в парк ограничен, – прорычал охранник. – Это проклятая зона.
– Я знаю. Но, как я уже сказала, у меня срочный Квест, – я продолжала уверенно улыбаться, как будто имела полное право находиться здесь. Как будто Генерал ни за что не отдал бы приказ арестовать меня, если бы знал, что я пытаюсь сделать.
Мой трюк, похоже, сработал. Один из охранников подал знак рукой другому, и они оба нырнули обратно в караульное помещение. Через несколько мгновений ворота раздвинулись ровно настолько, чтобы мы с Волчицей могли протиснуться внутрь. Я вскрикнула, когда они снова захлопнулись, как пара металлических ставен, двигаясь так быстро, что я чуть не превратилась в бутерброд с начинкой из Саванны.
Охранники даже не высунули головы из своего дома, чтобы проверить, дышу ли я ещё.
Миленько.
– Куда теперь? – спросила я Волчицу.
Она залаяла.
Пробежала несколько шагов вперёд.
Обернулась, чтобы убедиться, что я иду за ней.
Затем снова пустилась бежать.
Я едва поспевала за ней.
Она повела меня через реку и лес. Парк сильно отличался от других районов, которые я видела в Крепости. Он был более диким. Более свирепым. Чем дальше мы углублялись в этот район, тем сильнее нависала угроза неминуемой гибели.
Было тихо. Очень тихо.
Тропинка была грязной и неровной. То, что, должно быть, совсем недавно было морем бурлящей грязи, с тех пор высохло и затвердело, превратившись в жёсткую, но хрупкую корку. Когда я бежала, земля хрустела под моими ботинками.
Тихий, жуткий стон прорезал тишину дня – и мои мысли. Проклятые. Они были так близко. Я слышала их тяжёлые шаги, щёлканье и чавканье, словно молоток для разделки мяса ударял по мокрому куску мяса.
И тут я увидела их. Изодранная в клочья одежда и изодранная обувь. Бледная, как у призраков, кожа, испещрённая чёрными венами. Гигантские тела, ковыляющие по тропе, каждое движение прерывистое и неграциозное. Может, они и были очень сильными, но в то же время очень неуклюжими, как подростки, которые вдруг слишком быстро выросли и перестали осознавать границы своего тела.
Затем они просто остановились, все разом. Их холодные красные глаза уставились на меня. Один из них зарычал.
– Вы меня боитесь, помните? – тихо сказала я.
Один из них поднял нос кверху и несколько раз коротко принюхался.
– Клянусь, я совсем невкусная, – произнесла я спокойным, ровным голосом.
Моё сердце, напротив, колотилось в груди, как скаковая лошадь. Я надеялась, что они этого не услышат.
Остальные шестеро Проклятых задрали носы и тоже начали принюхиваться.
Рядом со мной заскулила Волчица.
– Я совершенно не стою того, чтобы меня кусать, – сказала я Проклятым, совсем не ожидая, что мои доводы их убедят.
Но, так или иначе, это произошло. Или, по крайней мере, мне так показалось. Потому что в следующий момент все семеро отвернулись от меня и исчезли в лесу.
– Слава богу, – со вздохом сказала я, останавливаясь на опушке леса.
Ветер издал мощный вой.
Я подняла взгляд к небу. С каждой секундой становилось всё темнее.
– Давай поторопимся, – сказала я Волчице. – Гроза вот-вот разразится.
Ветер завыл снова, громче, пронзительнее. Лес задрожал. Что-то просвистело у меня в ушах, затем от ствола отделилась ветка. Она просвистела в воздухе, как копьё, едва не задев меня.
Небо содрогнулось.
Земля взвыла.
Налетел резкий порыв ветра.
В мою сторону полетела ещё одна сломанная ветка.
И эта не промахнулась.
Она сильно ударила меня в живот, как бейсбольной битой, сбив с ног. Я врезалась в большое дерево, и мир погрузился во тьму.
Некоторое время спустя я очнулась на твёрдой земле, в ушах у меня гудело, в голове пульсировала боль. Должно быть, я пробыла в отключке недолго, потому что всё было на том же месте, что и раньше, вплоть до сучковатой ветки, которая ударила меня как пиньяту на детском дне рождения.
Я с трудом поднялась на ноги, покачнувшись в сторону, когда меня накрыла волна головокружения. Я упёрлась руками в ствол ближайшего дерева, но, по крайней мере, осталась стоять.
Гул в моих ушах сменился чем-то гораздо более зловещим. Звериным рычанием.
Я оглядела окрестности в поисках каких-либо признаков присутствия Проклятых, но они давно исчезли. Источником рычания был не монстр, а собака.
– Волчица! – воскликнула я, когда хаски бросилась ко мне.
Она залаяла.
– Не волнуйся. Мы спасём Марлоу, – я потёрла свои пульсирующие виски. – Показывай дорогу.
Она повела меня глубже в лес, по тропинке, заросшей ветками, сорняками и слишком, слишком большим количеством паутины.
А потом я увидела кровь. Так много крови. С листьев капали алые капли. На потрескавшейся земле виднелись кровавые следы.
Их было так много, что я даже не нуждалась больше в направлении от Волчицы. Всё, что мне нужно было делать – это идти по кровавому следу.
Глава 3. Так поступают герои
Волчица трусила рядом со мной. Её тёмные уши печально поникли. Её проницательные глаза светились решимостью.
– Мы найдём Марлоу, – сказала я собаке. – Мы спасём его.
В ответ она хрипло тявкнула.
Осторожность заставила меня остановиться на опушке леса, и хорошо, что я это сделала. Что-то зловещее скрывалось за деревьями. Это было похоже на военную базу.
Крепкий забор плотно окружал территорию. Другой забор, побольше и подальше, окружал поле сразу за территорией. Лужайка между двумя заборами была достаточно большой для нескольких коров, но, насколько я могла видеть, там не было никаких животных. Там было пусто, что-то вроде ничейной территории.
Что я действительно увидела, так это семерых, нет, даже восьмерых вооружённых людей внутри комплекса, одетых исключительно в чёрное, с масками на лицах.
– Они не Смотрители, – прошептала я Волчице.
Она вопросительно склонила голову набок.
– Униформа совсем не та, – объяснила я. – Она выглядит более дешёвой, менее пуленепробиваемой, чем форма Смотрителей. И в ней отсутствуют мелкие детали.
Волчица залаяла.
– Тссс, – зашипела я на неё. – Нам нужно действовать скрытно.
Её следующий лай был тише, почти шёпотом, так что, я думаю, она поняла.
– Марлоу там?
Волчица снова тявкнула шёпотом.
– И эти люди, те люди в чёрном, они забрали его?
Она заскулила.
– Они причинили ему боль?
Она зарычала.
– Мы вытащим его оттуда, – пообещала я ей.
Волчица навострила уши. Она сделала шаг вперёд.
– Подожди, – я остановила её, прежде чем она вышла бы из-под прикрытия леса. – Не так. Это небезопасно. Эти люди не единственные, кто охраняет ворота.
Мои глаза только что уловили какое-то движение. Большие, неуклюжие тела кое-как ковыляли, заточённые в ловушке на нейтральной полосе между двумя заборами. Первые двое только что показались в поле зрения. Мой взгляд проследил за чёрными, похожими на татуировки венами на их бледной коже. Их звериные тела. Их кроваво-красные глаза.
– Проклятые, – я выдохнула, затаив дыхание. – Но что они делают?
– Охраняют территорию.
Я обернулась на звук голоса Коннера. На нём был тот же костюм-невидимка из драконьей чешуи, что и вчера, когда он навещал меня в моём коттедже в Деревне Учеников. Но сейчас он не был невидимым.
Он посмотрел мне прямо в глаза и, ухмыляясь, заявил:
– Я должен был догадаться, что ты не сможешь держаться от меня подальше.
Я закатила глаза, глядя на него.
– Ладно, Красная Шапочка, – сказал он, назвав меня своим любимым прозвищем. – Как ты меня нашла?
– Это не я. Волчица привела меня сюда, – я погладила её по макушке.
– Волчица? – сапфировые глаза Коннера встретились со светло-голубыми глазами собаки. – Какое оригинальное имя для хаски.
– Я не давала ей имени. Это не моя собака. Она принадлежит Марлоу.
– Марлоу?
– Он заперт там, – я указала на охраняемую территорию. – Мы здесь, чтобы спасти его.
– Конечно, ты здесь для этого, – Коннер медленно покачал головой, улыбаясь про себя. – Ты просто не можешь оставаться в стороне от неприятностей, не так ли?
Я ощетинилась.
– Эй, я же не ищу неприятности!
Я не сказала ему, что видела Повстанцев в городе – и что я бы отправилась за ними, если бы они не исчезли так внезапно.
– Конечно, ты ищешь неприятностей. Так поступают герои, – он вздохнул, как будто это причиняло ему боль. – И каков же твой план? Дай угадаю. Ты хочешь в одиночку вытащить этого парня из Марлоу из этой хорошо охраняемой крепости?
– Ну, когда ты так говоришь, это действительно звучит безрассудно.
– Потому что это и есть безрассудство. Тебе определённо нравится играть с огнём, – Коннер перевёл взгляд на Волчицу. – И с волками, – он снова обратил своё внимание на меня, и его глаза заблестели. – Ладно, Красная Шапочка. Я помогу тебе.
Я приподняла брови, глядя на него.
– Или, возможно, я смогу помочь тебе.
– Что ты имеешь в виду?
– Что ж, очевидно, ты здесь не просто так, – сказала я. – Предполагаю, что ты наблюдал за этими людьми, ища способ проникнуть в их цитадель.
Его губы дрогнули.
– Умно.
Я пожала плечами.
– Меня называли и похуже.
Он выдавил улыбку.
– Меня тоже, Красная Шапочка. Меня тоже.
– Ты наблюдал за этими людьми. Так кто же они такие? И что они делают с этими Проклятыми?
– Это я и пытался выяснить.
– И что?
Его улыбка погасла.
– И расследование продолжается, – он заправил волосы за уши. Это был такой рассеянный, человеческий жест, особенно для Рыцаря.
– Подожди, ты думаешь, это как-то связано с Проклятыми, которых мы остановили в Бэйшоре, не так ли? И с теми Проклятыми, которые напали на Сад? – я нахмурилась, глядя на большой, уродливый комплекс. – Но кто эти люди? И чего они хотят?
– Ну…
– Ну же, Коннер. Ты обещал, что расскажешь мне, помнишь?
– Я обещал, – вздохнул он. – Ладно, вот в чём дело. После инцидента в Саду я понял, что что-то действительно не так. Смотрители собрали улики с места преступления. Мне нужно было увидеть эти улики. Поэтому я вломился в Чёрный Обелиск…
– Подожди, так вот чем ты там занимался на днях, когда спас меня от давки Смотрителей? – перебила я.
– Конечно. Чем же ещё?
– Ну, я думала, Като послал тебя в Чёрный Обелиск допросить парня, который напал на Рыцарей на Турнире.
– Нет, найти этого предателя в тюрьме Смотрителей было просто дополнительным бонусом, – сказал Коннер. – Может быть, мне стоит почаще пробираться в Чёрный Обелиск. У Генерала, вероятно, там спрятано ещё много секретов, которые только и ждут, чтобы их раскрыли.
– И вообще, зачем тебе понадобилось пробираться туда тайком? – спросила я его. – Ты Рыцарь. Ты не мог просто потребовать, чтобы Смотрители открыли тебе ворота?
– Э-э, нет. Смотрители выполняют приказы только от Генерала. И, ну, формально я не должен ничего расследовать, – он бросил на меня взгляд, в котором было немного робости и много коварства.
– О да, полагаю, Рыцари не могут просто делать всё, что захотят, когда захотят, не так ли?
– К сожалению, нет, – выражение лица Коннера было почти задумчивым. – Но я не собирался позволять этому останавливать меня.
– Да, я тоже.
Его улыбка вернулась, стала шире и лучезарнее.
– Я думаю, у нас обоих проблемы с соблюдением правил, – он от души хлопнул меня по спине. – Хотя, просто для справки, у тебя это получается намного лучше, чем у меня.
– Но ты Рыцарь. У вас есть протоколы и процедуры. И целый Кодекс поведения!
– Кодекс Поведения сильно переоценён, – он пожал плечами, совершенно безразличный.
– Като, кажется, он нравится, – прокомментировала я.
Коннер издал сдавленный смешок.
– Като не просто нравится Кодекс поведения. Он в восторге от него. На самом деле, я уверен, что он участвовал в написании большей части этого кодекса.
– Рыцари носят шлемы, – рассеянно процитировала я.
– Да, это одна из его любимых цитат. Лично я не большой поклонник шлемов. Они совершенно не подходят для прически.
Он провёл рукой по своим и без того растрёпанным волосам, отчего они почему-то стали выглядеть ещё лучше.
– Красная Шапочка?
Я моргнула.
– Прости. Я просто задумалась.
– О, это совсем не проблема, – Коннер расплылся в улыбке. – Думай обо мне сколько хочешь.
Я скрестила руки на груди.
– Я думала вовсе не о тебе.
Коннер кивнул, всё ещё улыбаясь.
– Продолжай твердить себе это.
– Иногда ты действительно смешон, знаешь ли.
Его глаза заблестели.
– Да, это одно из моих самых привлекательных качеств, тебе не кажется?
– Так воооот, – я покачала головой. – Что ты нашёл в Чёрном Обелиске?
Лицо Коннера стало серьёзным – или, по крайней мере, серьёзным по его меркам.
– Я просмотрел записи с камер наблюдения во время нападения в Саду. Я решил, что лучше всего будет проверить машину, на которой Проклятые прибыли туда. Это была машина одного из Смотрителей и, благодаря нешуточному ОКР, которое у них у всех наблюдается, они записывают абсолютно всё. Тем не менее, каким-то образом их записи об этой конкретной машине были стёрты начисто. Данные о местоположении. Записи с камер наблюдения. Всё.
