Текст книги "Варвара начинает расследование (СИ)"

Автор книги: Елизавета Шумская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 16 страниц)

Глава 18

Был ли у меня выбор? Наверняка был. Возможно, будь я опытней, даже нашла бы его. Но будем откровенны, не так уж и искала. Я просто хотела их спасти. На самом деле меня останавливала только мысль, что от этого моего решения могут пострадать родные. Но если я всё сделаю правильно, то никто не узнает, откуда у меня появились лисята, а значит, ничего страшного не произойдёт. Осталось только придумать, как именно это провернуть. Решение-то уже принято.

– Хорошо, – кивнула я. – Вытаскивайте их. Надеюсь, они хотя бы не кусаются. А если кусаются, то у них нет бешенства.

Остромир выдохнул с заметным облегчением и тут же усмехнулся:

– Кусаются и преизрядно, но я уверен, вы сможете договориться. Что насчёт болезней – это самые здоровые лисы в мире.

Однако вместо того, чтобы открыть клетки, он подошёл к столу и выдвинул один из ящиков.

– Моя просьба доставит вам немало неудобств, Варвара. Для их улаживания могут потребоваться деньги. Возьмите это, прошу вас, – он вытащил жестяную коробку из-под леденцов размером с ладонь и, открыв крышку, показал мне её содержимое.

Внутри лежали камни, красные, синие, зелёные, прозрачные. Огранённые и пока ещё не обработанные.

– Всё ценное уже вывезли, – пояснил Буковский, – но это мой запас для амулетов. Отличные экземпляры. Пусть послужат доброму делу.

Остромир закрыл крышку и протянул коробочку. А мне вдруг стало стыдно. Как он сказал? Надеялся на какого-нибудь мародёра? А чем я лучше? Девушка вообще не должна получать деньги или настолько дорогие подарки от мужчины, если это не её родственник или муж. Тем более дворянка. И Буковский прекрасно понимает, насколько это унизительно и непристойно. Одно дело обычный морок, они платят, потому что магии важно равновесие, другое дело – Остромир, который сейчас куда больше человек, чем многие живые. Я должна отказаться. Честь и достоинство не покупаются. Но… но… мне действительно нужны деньги, да и лисы… вполне возможно, придётся на них тратится. Однако я согласилась на доброе дело. Согласилась из сострадания и желания помочь. Плата же превращает эти чувства в фальшь. Будто меня купили.

Мужчины взял мою ладонь и вложил в неё коробочку, хоть я и попыталась вырвать руку.

– Я соглашаюсь вовсе не ради этого, – вырвалось у меня.

– А я плачу и не вам, сударыня, – серьёзно ответил он. – Я плачу тем неудобствам, с коими вы можете столкнуться, исполняя мою просьбу. Возьмите, Варвара, времени осталось в обрез.

Остромир отпустил руку, и мои пальцы невольно сжались, удерживая жестяную коробку. Да, я всё-таки её взяла. Княжич же вернулся к клеткам и присел около них. Повёл рукой, и лисы проснулись. Рыжий, вернее, судя по имени, рыжая принялась отчаянно зевать и хныкать, а чёрный зверь вскочил и уставился на Буковского с плохо сдерживаемой злостью. Ростом он оказался ладони в три, даже ниже левретки.

– Дан, Чара, – голос мужчины дрогнул, – прошёл пятьдесят один год после нашей последней встречи и пятьдесят два после прорыва.

Клянусь, у обоих лис открылись рты от изумления. Даже рыжая перестала зевать и с ошарашенным видом уселась, обвив лапы хвостом.

– Через пару часов здесь применят заклинание, – продолжил Остромир, – которое может вас убить. А если не убьёт, то вскорости сюда вернутся мои родственники. Понимаете, чем это вам грозит?

Взгляд чёрного лиса стал отчётливо матерным.

– Госпожа Варвара Ольховская, – княжич кивнул в мою сторону, – первый живой человек за полвека, который пришёл сюда, и она согласилась забрать вас. Вы можете пойти с ней или делать, что хотите. Но за особняком сейчас пепельные земли со всеми их прелестями. Вы позволите вам помочь?

А что это ты такой добренький стал, Мирушка?

Вредный, подозрительный, отчётливо мужской голос раздался прямо в моей голове. Теперь челюсть отпала уже у меня. Остромир только усмехнулся, нисколько не удивившись.

– А я умер, Данчик. Пятьдесят один год как умер и хочу хоть немного исправить то, что натворил.

Я не прощу тебя, чтобы ты ни сделал.

– Знаю, Дан, знаю. Но спасти ваши жизни – это единственное, что я могу сделать, – Остромир поднялся. – Так что, пойдёте к Варваре?

Оба лиса уставились на меня. М-да, абсурд: меня оценивают животные, будто щенка на птичьем рынке.

Наверху вновь громыхнуло так, что показалось дом сейчас рухнет. Княжич открыл клетки и демонстративно повернулся ко мне.

– Варвара, чтобы вынести их живыми, вам придётся взять их на руки и пробудить вашу пепельную магию. После этого у вас останется не более четверти часа, чтобы выбраться из дома.

Он повернул голову к лисам и бросил:

– Хотите остаться в живых, ничего не ешьте и не пейте в доме. Дан, Чара, ни в коем случае не слезайте с рук Варвары. Иначе станете частью этого места, и всё будет напрасно. А теперь уходите. Все трое.

И он начал исчезать. Просто растворялся в пространстве как морок после очищения дома. Неужели я справилась? Но сверху кричали. Неужели это уже мои прорвались? То есть это Горимысл там так шумит? Что-то непохоже.

Я засунула жестянку в карман и подошла к клеткам.

– Пойдёте?

Будто у нас есть выбор, – пробурчал Дан в моей голове.

А я – Чара, – голос рыжей лисицы тоже звучал в моём сознании. Немного детский, куда более доброжелательный, с лёгкой ноткой любопытства и откровенной надеждой.

– Здравствуй, Чара, – я пробудила пепельную магию, подхватила лису на руки, и мы обе посмотрели на Дана.

Он фыркнул и сам полез мне на руки. Тяжёленькие… И как мне их прятать? Ладно, решаем проблемы по мере их появления. Скорым шагом я направилась к выходу. В коридоре звуки стали громче, и чем ближе мы подходили к дверям, тем яростей что-то стучало, визжало и трещало. Если так действует магия Горимысла, то мне жалко этот дом.

Выскочив из подвала, я чуть не угодила под ноги какому-то мужику, но успела метнуться назад. Он промчался совсем близко, зачем-то зажигая огненную магию на обеих ладонях. Что тут происходит? Почему они ещё не ушли? Мы же так долго были под землёй! Или это так кажется? Я постаралась вспомнить, откуда мы явились, и побежала по коридору в противоположную сторону от той, куда направился чародей.

Если ты к главному выходу, – вновь заговорил Дан в моей голове, – то сейчас поверни влево.

– О! ты знаешь дом! – вырвалось у меня, и я поменяла направление, как сказали.

Ещё бы!

Дальше я бежала, следуя указаниям лиса. Они привели нас к той прихожей, куда я попала, когда вошла в дом. Только в этот раз всё в ней было иначе. Два окна оказались разбиты вдребезги. Около одного из них лежало несколько тел. Самый ближнее ко мне принадлежало человеку, ещё три – пепельным тварям. Двое бойцов забивали какого-то монстра слева от двери. В соседнем зале орали люди и выли… наверное, чудовища. Но буквально через миг заткнулись все.

Я еле успела спрятаться под лестницу, когда из затихшей комнаты вышла княгиня в ореоле защитной магии и в окружении нескольких мужчин, включая воеводу.

– Нам не пробиться, ваше сиятельство.

Не знаю, кто это произнёс, но тон мне не понравился. Таким не врут.

– Выбора нет, – сама того не зная, женщина повторила ту же мысль, что недавно выдал Дан. – Придётся пробиваться.

– Тогда мы обречены, – ответил ей Радогор. – Их слишком много. Почти все шельмецы и несколько окаянцев.

– И что ты предлагаешь? – спросила Буковская.

– Остаться в доме, забаррикадироваться, пускать всю магию на защиту.

– И дальше что? – хмыкнула княгиня. – Ждать, когда вычерпаем весь род?

– Может, они отойдут, – то ли спросил, то ли понадеялся один из молодых бойцов.

– Не отойдут, – Остромир вышел из того же зала и выглядел собраннее всех. – В городе больше не осталось живых, а нас они уже почуяли.

Даже я понимала, что людям действительно не выжить.

– Значит, пытаемся прорваться, – решила княгиня.

– Пытаетесь, но после того, как я начну ритуал, – Остромир деловито, будто садовник грядку, оглядел прихожую. – Я сделаю дом намного привлекательнее для всех тварей, а вас – скрою. Не колдуйте хотя бы четверть часа. И убегайте как можно быстрее.

– Мир… – Радогор смотрел на него потрясённо. – Ты… ты хочешь…

Он не договорил, но явно знал что-то, что его пугало до ужаса.

Княгиня же на миг склонила голову и тихо произнесла:

– Спасибо, родной.

Остромир скупо кивнул, отошёл на середину прихожей и начал делать какие-то пасы руками. Люди с потрясёнными лицами выстраивались у двери, ожидая и не спуская глаз с колдующего мага. За окнами раздался дикий вой. Мужчины крепко сжимали в руках оружие, с гневом и ужасом поглядывая то в окна, то на Остромира. Я не видела того, что видели они, но по многоголосому рычанию и прочим звукам могла себе представить, что там творится.

Вокруг Остромира засветился круг с какими-то символами. Он поднял взгляд к потолку и улыбнулся. От стен, окон, даже мебели к княжичу потянулись тонкие, дрожащие бледные, с кружащимися в них пылинками лучи света… Проклятье, мне не забыть этого мига никогда.

Давай через заднюю дверь.

Дан всё же молодец. Хоть и лис, а голова варит получше моей. Я развернулась и побежала к хозяйственным помещениям, руководствуясь его подсказками. Буквально на третьем повороте на меня выскочил залитый кровью чуть ли не полностью незнакомец. Он хромал, но вполне бодро.

– Слава предкам, вы ещё не уш… Так, а вы кто такие⁈ – мужчина перевёл взгляд на лисят в моих руках и взревел не хуже пепельной твари.

В его руке будто сама собой появилась сабля.

Глава 19

Шишиги!!!

Я отпрыгнула назад и рявкнула:

– Сдурел⁈ Её сиятельство приказала!

Услышал ли он меня? Наверное, да, ибо на миг сбился. Но тут же заревел ещё громче и кинулся на меня. Держа лисят на руках, единственное, что я смогла, – это кое-как скрестить перед собой запястья, выставляя их перед собой наклонным крестом. Простейшее заклинание, детей ему учат в самую первую очередь – обережная сфера или, в просторечии, щит. И сейчас он безотказно и мгновенно развернулся вокруг меня. И сразу же на него обрушился удар саблей. Силы в нём было столько, что меня отнесло на несколько шагов назад и впечатало в стену. А этот гад подскочил и вновь занёс саблю. Я бросила всю свою магию в щит. Тот мгновенно укрепился, став видимым. Надо мной нависло оскаленное лицо мужика.

– Ваши уходят! – выкрикнула я этому ненормальному. – Ты не успеешь!

И метнулась в сторону, уходя от сабли. Мои слова вновь на мгновение застопорили мужика. Я попыталась без жестов перестроить заклинание. Есть у меня один хитрый приёмчик, есть.

Дан рычал у меня подмышкой, щерясь и колотя хвостом мне по спине. Но спрыгнуть не пытался. Пока. Чара затихла и не мешала. Только бы за этим молчанием не таилась какая-нибудь придурь или истерика.

– Не успеешь! – вновь попыталась я отвлечь противника.

– Приказ важнее, чем жизнь! – прозвучало в ответ с такой убеждённостью, что опешила уже я. И тут же разозлилась. Приказ у него! Щит засиял ещё ярче, и мужик скакнул ко мне. Сабля обрушилась на магическую преграду, и та оттолкнула нападающего с той же силой, какую боец вложил в удар. Сила действия равна силе противодействия, ха! Учи теорию, болван!

А он, похоже, и учил, потому что вытащил какой-то амулет и сжал его, отчего вокруг его фигуры появилось красноватое сияние. Шишига его забери! Похоже, это что-то типа «берсерка». Прорезает щиты на раз!

У меня в голове выругался Дан. Грубо и очень матерно, но я полностью согласна…

Но сдаваться я не собиралась. Вот и проверим, насколько хороша училищная наука…

– Только не смейте прыгать с рук, – прошипела я обоим завозившимся лисам. И чего мне было не взять какую-нибудь сумку с собой? Держи под мышками теперь этот суетливый груз!

Противник вновь бросился на меня. Сабля взлетела по косой, но я мгновенно уплотнила и развернула щит так, чтобы лезвие заскользило по нему, заставляя мужика проваливаться вперёд, и одновременно ударила магией по выставленному вперёд колену. По-моему, промахнулась, но лиходей взвыл. Я же плавно как в танцевальном па шагнула вбок и ему за спину, ударив щитом ещё раз. Боец рухнул на одно колено. Ай-да я!

Вдруг отчаянно заскулила Чара. Что случилось⁈

Пепельная тварь рядом! – прокричал Дан в моей голове.

В доме⁈ И тут же увидела её. Размером в козу, серая, с неравномерно поросшей шерстью, она выпрыгнула из какого-то коридора и, слава предками, оказалась ближе к моему поднимающемуся и разворачивающеюся противнику, чем ко мне. И я рванулась назад, откровенно подставляю ему спину. Не знаю, видел ли он монстра или помчался за мной, но пусть займут друг друга! Сама же мчалась по коридорам со всех ног. Мне бы только выбраться из дома! Тогда и бойцы Буковских, и пепельные твари исчезнут! По крайней мере, те из них, что мороки.

Может, свернуть в комнату и разбить стекло? Нет, в княжеском особняке окна наверняка укрепили магией и алхимией. Кстати, а куда я попаду, если выберусь не через дверь? Не знаю. Лучше пробовать в другой ситуации!

Будто в ответ на мои мысли за ближайшей из дверей раздался звон разбитого стекла и скулёж с рычанием. Остромир говорил, что сделает особняк привлекательным для тварей. Неужели настолько, что они будут прорываться внутрь⁈ Стекло зазвенело ещё в одной комнате, и в следующей. Шишиги побери!

Уже близко! – подбодрил меня Дан.

Я выскочила в некое подобие прихожей, но куда более скромной, чем при главном входе. Справа от меня двери шли одна за другой, очевидно, скрывая за собой какие-то небольшие подсобные помещения. С другой стороны, высилось два десятка ящиков непонятного назначения. Какой-то, более мелкий храм я не смогла рассмотреть, ибо куда больше меня интересовала дверь наружу. Обычная, деревянная, даже без панелей или резьбы, зато какая же желанная!

Вот только… она качалась на одной петле, выбитая снаружи. Та-ак… а тот, кто в неё прорвался где?

Стоило об этом подумать, как одна из дверей в подсобки качнулась, и оттуда высунулась уродливая голова с короткими острыми рогами. Похожая на гончую морда держала в зубах копчёный окорок, который пах так вкусно, что перебивал тоже противную кисловатую вонь от пепельной твари.

Никогда ещё не видела этих монстров так близко – всего в трёх шагах от меня. Жри окорок, мерзавка! Он точно вкуснее меня…

Чудовище аккуратно положило свою добычу на пол и, не отрывая взгляда от меня с лисятами, облизнулась. Похоже, у неё сегодня самый счастливый день. Дан предупредительно зарычал у меня под мышкой. Эх, маленький, я ценю твою защиту, но боюсь, это не твоя весовая категория.

Я накинула на себя щит и приготовилась отпрыгивать. Такая туша свалит меня и будет биться в магический барьер, пока у меня не иссякнут силы. Мне нужно проскочить мимо неё. Вывернуться наизнанку, но добраться до двери! Там этого монстра уже не будет. И надо поторопиться. Остромир сказал, что у меня всего четверть часа. А мороки, как и любая нежить, не преувеличивают и не врут. Не знаю, сколько прошло времени, но явно немало!

Не отрывая взгляда от твари, я осторожно, приставными шажочками пыталась обойти её по кругу. В голове метались мысли в поисках решения. Но ничего не получалось. Ничего не понимаю! Почему в этом месте всё не так? Когда кончится круг? Неужели я своим согласием особняк не очистила? Или нужно вытащить лисят наружу? Да и вообще! Ещё вечером особняк был целый! Снаружи целый! Мы обошли его со всех сторон – окна и двери стояли на месте! Не разбитые! Не вывороченные! Как такое возможно⁈

Эти мысли неслись галопом в голове, я же продолжила пробираться к двери, понимая, что тварь лишь выжидает удобный момент. Она смотрела довольными выпуклыми глазами и капала слюной на пол. Самое паршивое в этом было то, что каждое моё движение пусть немного, но приближало меня к ней. Когда между мной и дверью осталось лишь шага четыре, монстр удовлетворённо хрюкнул и прыгнул, спружинив всеми четырьмя лапами.

И в тот же миг засветился желтоватым, дрожащим сиянием и завис в воздухе. Это же свечение обволокло всё вокруг: пол, потолок, мебель, даже ящики и стены. Только мы с лисами остались прежними. Буквально на моих глазах качающаяся на одной петле дверь встала на месте, а выбитый с мясом запор начал восстанавливаться. Тварь непонимающе заскулила, перебирая лапами и дёргаясь.

Я же рванула вперёд. Промчалась прямо под тушей монстра, пригнувшись, услышав вслед разочарованный щелчок зубами. В многострадальную заднюю дверь я врезалась всем телом и, похоже, снова выломала замок. Зато уже в следующую секунду вывалилась наружу, так и держа лис обеими руками.

Пробежав в запале несколько шагов, я резко развернулась и в ещё не закрывшемся проёме увидела, как исчезает окорок с пола, затягиваются царапины на дверях, а монстр растворяется в воздухе, как не было.

С трудом, не веря самой себе, я выдохнула. Неужели получилось? Неужели выбралась? Голова шла кругом от всего происшедшего. С левого боку заворочались, и на землю спрыгнул выкрутившихся из моих рук Дан. Отряхнулся совсем как собака и как-то даже крякнул, сделав настолько глубокий вдох, что пузо раздулось. Я, наверное, пережала его слишком сильно. Так, а Чара⁈ Она вообще перестала подавать признаки жизни! Ой-ой-ой! Хоть бы живая! Хоть бы… Мысль я не додумала, ибо уже смотрела на рыжую. Она закрывала глаза передними лапами, совсем как человек закрывает их ладонями, но определённо была жива. Шумный вздох облегчения вырвался из меня.

Можешь отрывать глаза, Чара, – в голосе Дана отчётливо звучала усмешка. – Уже всё.

Точно всё? – рыжая не собиралась рисковать.

Честное лисье, – зафыркал он.

Даже я невольно улыбнулась. Чара осторожно убрала одну лапу, потом другую от глаз, повертела головой и уставилась на меня, держащую её в вытянутых руках. В следующее мгновение она как-то ловко выкрутилась и лизнула меня в нос. И пока я фыркала, она со смешком – эти шишиговы лисы, оказываются, умеют смеяться вслух! – спрыгнула на землю.

Я несколько раз глубоко вдохнула, пытаясь прийти в себя. Это с домом всё решено, а дальше? Зверей вытащили. Теперь переходим к вопросу, как их спрятать от остальной команды.

Или не переходим?.. Я сглотнула, глядя, как Дан поворачиваться ко мне и ощериваясь. Потом он и вовсе тихо, угрожающе зарычал и вдруг стал увеличиваться в размерах. Не прошло и секунды, как передо мной стояла махина с овчарку ростом. В его глазах разгоралась злость, а рык становился все громче.

Мамочка…

За моей спиной раздался отчётливый и очень знакомый щелчок. Я развернулась со скоростью, поразившей меня саму. И сейчас стояла тылом к оскалившемуся зверю.

А Драгомир целился в меня из ружья…

⟰ ⟰ ⟰

Длинное, гладкое, ухоженное, оно никогда не промахивалось. Вернее, Дрозд никогда из него не мазал.

Я застыла. В меня никогда не целились. Даже в шутку. Разве что в Училище на тренировках по магии, но там мы стояли только против заклинаний. Поэтому я не знала этого чувства, которое появляется, когда смотришь прямо в дуло. До этого момента. И мне оно не понравилось. Постыдный, мерзкий страх, от которого покрываешься потом и хочется скулить.

– Не надо… – прошептала я, но так тихо, что вряд ли кто-то услышал.

Успеет ли меня спасти Олег? Нет, он спит и не услышит меня до последнего. Магия? Уверена, пули Драгомира умеют её пробивать.

Сссволочь! Гнев придал сил, и я вырвала взгляд из плена чёрных глаз смерти, уставившись на Дрозда. Этот предатель не увидит моего страха! Я даже шагнула вправо, закрывая собой Дана. Чара куда-то заныкалась, а лис, возможно, получит лишнее мгновение и шанс…

И вообще я не собиралась сдаваться. Так легко от меня никто не избавится!

– Опусти ружьё, Дрозд, – отчеканила я, копируя командирские интонации Олега.

Шишиги дёрнули меня заглянуть в глаза стрелка. Могла бы просто вновь в дуло посмотреть, то на то вышло бы. Равнодушные, страшные, чёрные.

– Опусти ружьё! – повторила я громче и злее.

Пару мгновений мы бодались взглядами.

– Отойди в сторону, Варвара Ярославна, – прозвучал наконец насмешливый ответ. – У тебя за спиной две пепельные твари.

Значит, он видит и Чару. Плохо.

– Это мои пепельные твари, – ответила я и чуть ли не в первый раз заметила тень удивления на лице Драгомира. – Не трожь их.

Судя по всему комментарий, родившийся в его голове, не предназначался для ушей юных дев. Через миг Дрозд всё же ответил, причём безупречно вежливым тоном:

– Вы рехнулись, Варвара Ярославна?

– Совершенно точно в ясном уме и твёрдой памяти, – столь же вежливо произнесла я, по-прежнему стоя между ружьём перед своим лицом и здоровенным монстром за спиной.

– Пепельные твари не приручаются, – не согласился Дрозд. И был прав. Но как ему объяснить⁈ Полностью рассказать всё произошедшее в особняке князей Буковских? И сразу нарушить обещание скрывать лис?

– Эти особенные, – озвучила я единственное, что пришло в голову. – Дан, иди ко мне.

И буквально спиной чувствовала, как он колеблется. Однако потом лис тяжело вздохнул и подошёл ко мне с левой стороны. Хм… а рабочая у меня правая. Случайность или он это учёл? Ладно, главное, что зверь оказался рядом, сел сбоку от меня и даже демонстративно сунул голову мне под руку. Я даже погладила его по макушке. М-м-м… какая нежная шёрстка.

Чара, оставшись прежнего размера, неожиданно прижалась к моей ноге с другой стороны. Шишиги! Нет, чтобы спрятаться! Проклятье! Ещё пару мгновений назад я готова была драться и умереть, а теперь, ощущая это робкое тепло у своей ноги, я готова была на всё, лишь бы звери остались живы.

– Прошу тебя, – произнесла я, пересиливая себя. – Пожалуйста, Драгомир.

Что-то в чёрных глазах дрогнуло. Или мне показалось?

Мы смотрели друг на друга, и казалось, мир вокруг сузился до нас четверых. Вселенная замерла, ожидая решения Дрозда.

И он выстрелил.