Текст книги "Не желаю быть королевой (СИ)"

Автор книги: Елена Тихая

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 17 страниц)

– Я… – начал он.

– Я не желаю слышать оскорбления более ни в чью сторону. Вообще желаю ехать в тишине, насладиться пением птиц. А тех, кто не согласен, я не задерживаю в нашем ужасно недостойном обществе.

Кализ некоторое время смотрел мне в глаза. Не знаю уж, что он в них увидел, но молча задрал подбородок и тронул коня пятками. Весь отряд в полной тишине двинулся в путь. И так было до самого вечера. Только поймав на себе грустную усмешку Понтера, я поняла, что где-то перегнула и мои слова задели и его. А поскольку мне этого было не надо, отозвала его в сторону на разговор. Так мы оказались на берегу широкой реки, которую нам предстоит перейти завтра.

– Я хочу попросить прощения, если задела своими словами тебя. Просто он меня взбесил, – начала я.

– Понимаю. И не обижаюсь.

– Почему же так грустно смотришь? Что тебя гложет? – У меня уже стало привычкой держать мужчин за руку. Вот нравилось мне это, легче как-то было их понять. И просто теплее на душе становилось. Странно? Возможно.

– Не могу точно сказать. Всё?

– Ты меня спрашиваешь? – удивилась я.

– Себя, наверное. Не обращай внимания. Сейчас не до моих заморочек, – махнул он рукой.

– Нет. Понтер, мама частенько даёт мне мудрые советы, многие вынесены из её опыта с отцами. И знаешь, раньше я не воспринимала эти истории в серьёз. Ну мало ли что у них с отцами случилось, у меня же будет не так. Я вообще не особо стремилась замуж, не понимала или скорее не принимала. Это внезапное путешествие по двум странам заставило меня многое обдумать, посмотреть иначе, оценить совсем не те вещи, что ценились раньше. И если тебя гложет, что предложение тебе я сделала при таких обстоятельствах, то знай, что, если бы ты мне не нравился, я бы не пошла на такой поступок. Татинкор уже к тому времени дал своё согласие просто устно. И да, скорее бы я осталась сидеть на том дереве и, сжавшись, попыталась не видеть бойню. Ведь если бы вступили в бой, то это была бы бойня. И неизвестно, кто бы выжил, а кто погиб. Я боялась за всех вас. А отношения можно выстроить, главное – доверять друг другу.

– Я уже говорил, что ты изменилась. И наверное, должен быть рад, что ты здесь оказалась. По крайней мере, для меня всё складывается хорошо. Я теперь жених наследницы престола, вон какую банду раскрыл, наконец-то появились хоть какие-то изменения в ситуации с рабами.

– Но? После такой речи обязательно должно быть но, – нарушила я тишину, возникшую после его слов.

– Я завидую. Ясно? Я завидую Татинкору, которого ты любишь. По-настоящему любишь. Я же вижу, как ты на него смотришь, как прикасаешься. А завтра вы с ним уедете домой. Я же останусь здесь.

– Я пообещала самой себе никогда вас не обманывать и не скрывать своих чувств. Поэтому не буду даже начинать. Да, я люблю Татинкора, мы долго знакомы, через многое прошли в этом путешествии только вдвоём. – Я взяла его лицо в руки. Было не особо удобно, ведь он выше, но разве это сейчас было важно? Вот так, глаза в глаза, я продолжила: – Но это не значит, что мы не сможем полюбить друг друга. Просто у нас было мало на это времени, а в любовь с первого взгляда я уже не верю. Когда вы уладите здесь свои дела и сможете ко мне приехать, у нас будет много времени впереди. Буквально вся жизнь. Просто будь со мной, не отгораживайся, доверяй мне, и всё у нас будет хорошо.

– Фани, как хочется верить, – вздохнул он и даже чуть быстрее заморгал.

– А ты не верь. Просто делай. Например, целуй меня.

Удивление в глазах на мгновение кольнуло меня, но потом сильные руки обвились вокруг талии, крепко прижимая к себе. Несколько секунд он всматривался в мои глаза, а затем быстро наклонился и накрыл мои губы нетерпеливым поцелуем. Он будто пытался выпить меня, настолько неистово терзал мои губы, заражая и меня этой энергией, разжигая в теле желание, посылая толпы мурашек по коже. Только постепенно накал стал спадать, и Понтер отстранился. Один взгляд в глаза, шальная улыбка и ещё один поцелуй, на этот раз лёгкий, мимолётный.

– Вот теперь верю, что у нас всё получится. Я буду стремиться к тебе за таким-то поцелуем, – улыбался он, а я восстанавливала дыхание. Как-то не так прошёл этот поцелуй. Меня будто дурманом накрыло. Приятным таким, который оставил ощущение предвкушения. Ой, да мне банально хотелось ещё…

– Я буду ждать тебя. И Аккута тоже. Чувствую, что с ним будет тяжелее всего, – вдруг поделилась я своими размышлениями.

– Почему? Он отличный воин, сильный, надёжный, скромный сильно, правда, и молчаливый. Но мужчина и не должен быть балаболом, – нахмурился Понтер.

– Сильный воин, – вздыхала я. – Допустим, сейчас мне действительно нужна защита, но потом… Он закрыт от меня. Ладно, я разберусь.

– Я поговорю с ним.

– Не надо. Мало ли как он это воспримет. Я сама. С каждым из вас у меня свои отношения. И его можно понять. Согласись, что тут же раскрыться постороннему человеку, которого и знать не знаешь, очень сложно. Время. Нам с ним нужно время.

– Невесте, а не постороннему.

– Девушке, что узнала его имя, только делая предложение. Не самые тёплые отношения, согласись?

– М-да… – Он даже забавно взъерошил волосы на затылке. Я уже пару раз замечала эту привычку у него. И несмотря на то, что в обществе такое не оценят, ведь теперь он лохматый, мне почему-то нравилось. Сейчас он был взъерошенный и тёплый, какой-то свой, близкий. Может быть, это начало? Поживём – увидим.

За ужином у костра трое воинов сняли и вернули мне брачные браслеты. Тихо и молча. Я их поблагодарила, а меня одарили скупой мужской улыбкой и поклоном. Я тоже сняла парные браслеты и спрятала. Теперь остались лишь трое, которые когда-нибудь станут мне мужьями.

Следующий день прошёл спокойно: подъём, завтрак, путь до моста, по мосту, обед, и всего через три часа нас встретили уже наши воины. Граница, которую пересекли только трое: я, Татинкор и принц Кализ.

Мне было так грустно прощаться с ними. Прямо до слёз. Я смотрела и смотрела на них, не в силах уйти. Понтер с воинами тоже стоял и глядел на меня.

– Попрощайся с ними нормально, – прошептал мне Кор, а на мой недоумевающий взгляд дополнил: – Как невеста.

Тело, видимо, считало мои желания раньше, чем я сама их осознала, потому что уже в следующее мгновение лошадь подо мной пересекла границу вновь. Что сказал мне вслед начальник гарнизона, встречающий нас, я не слышала. Как соскочила с лошади, тоже не особо запомнила. Только радость на лице Понтера, который спустился ко мне, обнял и поцеловал. Вот так, на виду у всех. Грустно и нежно, с горечью расставания и надеждой на встречу.

– Я жду тебя, – прошептала я, оторвавшись.

– Я приеду. Обязательно, – было мне ответом.

Понтер меня отпустил, я сделала шаг назад и быстро нашла взглядом Аккута, который и не думал спускаться. А во мне проснулась хулиганка. Я подошла к его лошади, погладила шею, гриву. Молча. Тишина.

– Ты не хочешь попрощаться с невестой? – с хитрой улыбкой спросила я его. На лице мужчины была растерянность. Почему? Он считает себя хуже двух других моих женихов? Стену между нами выстроил и спрятался? Так я тебя всё равно выковыряю. Я такие капризные растения у себя в теплице выращивала, что прям сил не было, но я смогла. И тебя я выращу, то есть вытащу.

– Быстро спускайся, – это уже был ему приказ. И вот что значит военная выправка и привычка. По-моему, он исполнил приказ раньше, чем понял это. Мгновение, и вот Аккут передо мной.

– Хорошего пути? – выдавил он, заставив меня улыбнуться.

– Очень хорошего, но для этого мне кое-чего не хватает, – сделала я к нему шаг и провела пальчиком по груди. Не знаю уж, почувствовал ли он это, но вытянулся в струнку. Тишина. Смотрю ему в глаза и не вижу понимания.

– Поцелуй жениха был бы лучшим напутствием, – почти мурлыкаю я, продолжая улыбаться, но он вновь не двигается. Вот что за мужчина!

Пришлось самой. Медленно обвила его шею руками, наблюдая за расширяющимися в удивлении глазами, приподнялась и коснулась его губ губами. И вот я не мастер поцелуев, но, кажется, отклика я не нашла. Жесткие губы лишь слегка приоткрылись, скорее, от удивления. Касание вышло неловким и обидным. Ну что ж…

Я опустилась на землю.

– Всего хорошего, – выдавила я улыбку. – Тебя я тоже буду ждать. Помни об этом.

Только кивок был мне ответом.

Уезжая, я несколько раз оглядывалась. Что хотела увидеть? Не знаю, просто не могла иначе.

Глава 29

Дома было что-то с чем-то. Сначала меня целовали и обнимали, параллельно ощупывая. Причём в этом отметились не только родители, но и оба брата. Я тоже по ним дико соскучилась и не отставала от них. В какой момент Татинкор ушёл, я даже не заметила, настолько меня захлестнули эмоции. Потом, конечно же, меня ругали за безответственность и безалаберность. Нельзя было лезть к неизвестному минералу, вообще иди в шахту и прочее. Я каялась, сознавалась и обещала так больше не делать. А что ещё я могла в той ситуации?

Подробный рассказ о случившемся тоже имел место быть. Причём нас с Кором допрашивали отдельно. Удивительно, но против Кора никто не был. По поводу Понтера повздыхали, но приняли мои доводы о том, что ни я, ни они просто не разглядели порядочного мужчину. Хотя мои выводы по поводу Кализа не особо поддержали, но тоже приняли.

– Нас там не было, и не нам судить. Если что, он сам виноват, что оттолкнул тебя своим поведением. И хорошо, что ты всё это поняла до того, как исправить уже не получилось бы, – говорила мама. – Мы всегда тебя поддержим. Просто помни это.

– Спасибо, мам, – шмыгнула я носом.

– А что за Аккут? С ним что? – спросил папа.

Пришлось объяснять, что с ним-то как раз отношения не заладились, но я не теряю надежды. И опять мама меня поддержала, потом уже наедине ещё и кучу советов надавала, к которым я уже относилась достаточно серьёзно, запоминала.

По традиции о помолвке королевских особ положено сообщать всему народу, желательно представляя избранников. По крайней мере, так было всегда. Я стала исключением, потому что у меня в наличии был только один жених, причём сразу в браслете. Это было непривычно, но радости народа нисколько не уменьшало.

Пошло время моего ожидания. Я много времени проводила в разных делах. Теперь магия меня слушалась. Оказалось всё не так уж и сложно. Сейчас я даже не могла понять, почему раньше не получалось. Моя магия была настолько тонкой, что верховный маг только головой качал. При этом она была действенной, потому что меняла саму структуру. Правда, было но. Она не действовала в твёрдых предметах. Вот никак, от слова совсем. Мне нужна была хоть капля жидкости.

Первое время меня настолько замотали, что я несколько дней кряду не виделась с Татинкором. Пока сама не отправила ему записку с приглашением. Так у нас случилось первое свидание, на котором я почти уснула. Но больше я такого не допускала. Пришлось перераспределить свои дела. Особенно тяжело это сделать оказалось после путешествия, где ни о каких занятиях и государственных делах и речи не шло. Да-да, начались переговоры.

Дипломатическая переписка с Анузой и Икерией была сложной. Теперь и я во всём этом участвовала, читая все письма. Родители начали посвящать меня во внешнюю политику страны. Я не особо этого хотела, но, как говорится, сама заварила кашу.

Из Икерии приходили очень тревожные новости. Казни тех рабов ожидаемо не вызвали отклика у других рабов. Вспыхнули новые бунты. Там была целая гражданская война. Я переживала, но ничего не могла поделать. Мама меня успокаивала, а иногда и отчитывала.

Ануза сначала требовала объяснений и компенсации, но потом немного успокоилась, поняв, что именно мы спасли их принца от незавидной участи, о которой сам он, видимо, родителям не поведал. Тогда началось давление на то, что раз одного принца взяли в женихи, то и другого должны были. Тут они получили категоричный ответ от мамы. Отцы ещё пытались как-то мягче ответить, но мама была зла. У неё в последнее время вообще настроение скакало.

Через месяц дома наконец-то были первые результаты.

Ануза успокоилась и отстала от меня без всяких компенсаций, но думаю, что эта история может отразиться на братьях. Я перед ними даже извиняться пошла. Они сначала не поняли меня, а потом погрустнели. Просто я предположила, что их невесту теперь могут настроить против брака с ними. И не сказать, что они были привязаны к невесте, ведь она ещё маленькая, но всё равно расстроились.

Икерия же подавила бунты, объявила об отмене рабства и даже назначила пусть небольшую, но выплату бывшим рабам. Я же была рада за них всей душой, ожидая, что вскоре и мои женихи приедут. Но мама преподнесла сюрприз…

Утро началось как обычно, но не успела я зайти в кабинет, как услышала крики. Мама с отцами ругалась, но понять о чём я не могла: стены специально зачарованы.

– Да как вы не понимаете, что это катастрофа? – кричала она, когда я открыла дверь. Мама была в слезах. Отцы мрачнее туч со скрещенными руками. Все. Все отцы, чего я ещё ни разу не видела. При любых ситуациях хоть один отец был на стороне мамы, а тут…

– Что случилось?

– Это катастрофа, – отчаянно взмахнула руками мама и упала на диван. Я подбежала к ней, обняла, стала успокаивать, смотря на отцов в непонимании. И поймала себя на мысли, что раньше я тут же кинулась бы защищать маму, а сейчас подумала, что не понимаю происходящего. То есть я не приняла сразу сторону. Интересно, но об этом я подумаю позже.

– Так что случилось? – в очередной раз спросила я, но мне опять никто не ответил. – Папа!

– Надо и мальчиков позвать. И уже всей семьёй решить. Это всех касается.

– Да что происходит?

– Скоро узнаешь, – бросил мне папа, тяжело вздыхая и смотря на маму.

Пять минут, и в кабинет ворвались взволнованные братья. Оценили картину. Физон подошёл к нам с мамой, положил маме руку на плечо. Нолан сканировал отцов.

– Что произошло? – теперь этот вопрос задавал уже Нолан.

– Сядьте. У нас есть новости, – скомандовал отец Фрост, но никто не сдвинулся с места, на что он лишь закатил глаза.

– Ваша мать беременна, – озвучил новость отец Милон, а мама шмыгнула носом.

– И что в этом такого ужасного, что мама плачет? – не выдержала я, пока отцы и братья обменивались взглядами.

– Элен считает, что этот ребёнок навредит вам, поэтому не должен родиться, – ходили желваки на лице папы. А у меня аж голова закружилась. Я только недавно приехала из страны, где от «лишних» детей избавлялись самым ужасным образом, а мама нашла другой способ.

– Почему? Мама, почему? Чем может навредить малыш? Это же… – задохнулась я, невольно отстраняясь от мамы. У меня был шок.

– Фани, милая, – прошептала она одними губами. В её глазах был испуг, а во мне что-то ломалось. Детская вера в непогрешимости мамы.

– Фани, не спеши осуждать маму. Она, в принципе, права. В том смысле, что этот ребёнок может сильно изменить ваше будущее, – начал отец Фрост.

– Чем же? – хмыкнул Нолан.

– Если родится мальчик, он будет принцем наравне с вами, Нолан и Физон. Знаете, чем это вам грозит при наличии несовершеннолетней невесты?

– Точнее, невесты, с которой вы не можете пожениться прямо сейчас, до его рождения.

– Он автоматически станет женихом наравне с нами, – спокойно проговорил Нолан.

– И нам придётся ждать уже его совершеннолетия, – удручённо добавил Физон.

– Да, но не факт, что на это пойдёт Ануза. Зачем девушке муж не просто младше неё, но и более чем на десятилетие младше. При таком варианте Ануза скорее расторгнет наш договор и вашу помолвку.

– Ну что ж. Значит, найдём другую невесту, – пожал плечами Нолан.

– Хотя немного жаль. Шания будет очень красивой девушкой, – улыбнулся Физон.

– Вот кто о чём, – закатил глаза теперь уже Нолан.

– Это хорошо, что ему понравилась невеста, – осадил его отец Фрост.

– Понравилась эта, понравится и другая. Что в этом страшного? – не понимал Нолан.

– Как что? Я хотела, чтобы вы тоже были королями, женившись на ней. Пусть не нашей страны, но всё же, – возмутилась мама.

– Мама очень боится повторения истории. Вы же все знаете про заговор, что был у нас ещё до вашего рождения? Как потомки принцев, что не унаследовали трон, затаили обиду и зависть и чуть не погубили нашу страну.

– Мы в курсе. И этого больше не повторится, – нахмурился Физон.

– Никто не может такое гарантировать, – покачала головой мама.

– Это не повод, мам. Малыш не виноват в наших проблемах и нарушенных планах. Это будет наш братик, самый маленький и любимый. А все проблемы мы решим, – обняла я её вновь.

– А если это будет девочка? – усмехнулась она.

– Вообще будет шикарно. Я с чистой совестью откажусь от претензий на трон и свалю сию участь на плечи молодого поколения, – посмеялась я, на что получила удивленный взгляд. – Что? Для кого ещё секрет, что я не хочу быть королевой?

– Но ты же уже и мужей выбрала, я думала…

– Да, ты уверена, что принц Понтер оценит такое твоё решение? – удивился папа.

– Знаете, несмотря на то, что мы относительно недолго с ним знакомы, я уверена, что ему всё равно. Он и в своём-то дворце почти не бывает, а уж тут…

– Это хорошо, что ты в нём уверена, но поговорить об этом стоит. И не откладывать, – вздыхала мама.

– Не знаю, как с Фани и Понтером, но встретиться с королями Анузы необходимо. Если вас так напрягает эта ситуация, – вдруг произнёс Нолан.

– Зачем? Чтобы они разорвали помолвку раньше времени? – испугалась мама.

– Нет, мам. В истории были случаи, когда брак заключали до совершеннолетия одного из супругов. Было такое, надо архивы поднять. Когда учат истории, на этом факте не заостряют внимания, ведь давно уже отказались от такой практики. Но в нашем случае это было бы выходом.

– Ты хочешь жениться сейчас? – понял его отец Милон. – До того, как малыш родится?

– Да, в таком случае на него уже не будет распространяться наш договор. Мы будем к его рождению женаты, и брать ли его в мужья впоследствии, будет лишь решением Шании. Хотя такой вариант маловероятен, учитывая их разницу в возрасте, но тем не менее. Вопрос будет решён.

– А так можно? – подала голос мама.

– Да, дорогая, можно, – улыбнулся папа, – но только если та сторона согласится.

Папа подошёл к диванчику, на котором сидели мы с мамой и рядом с которым стоял Физон. Брат отошёл в сторону, я тоже поднялась, а моё место занял папа.

– Видишь, всё решаемо. Ты зря развела панику. У нас замечательные дети. Смотри, сколько вариантов они сразу нашли. Всё будет хорошо, не плачь, милая, – обнимал её папа, гладя по волосам.

– Я напишу в Анузу прошение о срочной встрече, – кивнул отец Фрост.

– А почему нельзя заранее узнать пол малыша? – вдруг раздался шёпот Физона. Спрашивал-то он Нолана, но услышали все. И замерли.

– Можно, сын, – вздохнул отец Милон, – но только через месяц, а там…

– А там неважно. Брат или сестра – неважно. Он родится, и не разочаровывай меня, мама, – жёстко бросил Нолан и вышел.

– Странно, Нолан – сын Милона, но характером весь во Фроста. – произнесла мама задумчиво.

– Мы братья, милая. У нас больше общего, чем кажется, – усмехнулся отец Милон, Фрост же лишь кивнул задумчиво, смотря на дверь.

Переговоры с Анузой затягивались. Король с королевой, с принцем Кализом и принцессой Шанией даже приехали к нам лично. Но дело не шло. Они почувствовали рычаг давления на нас. Стали требовать обязательного моего брака с Кализом. Но родители не соглашались, ссылаясь на то, что я уже взрослая и сделала свой выбор. Тогда они стали давить на то, что их дочь тоже будущая королева и тоже имеет право на выбор. То есть хотели расторгнуть договор о помолвке вовсе.

Нас же, принцев и принцесс, под предлогом более близкого знакомства отправили восвояси. Да, я смогла наконец-то познакомиться с Шанией. Мы даже подружились немного. Семь лет разницы в возрасте, но сколько в понимании. Сейчас я уже на многое смотрела иначе. И на их с братьями помолвку. Особенно на то, что Нолан держался особняком, сильно напоминая мне Аккута, хотя наверняка у них совершенно разные для этого причины. И на Физона, который действительно пытался познакомиться с ней. Окончательно она прониклась, когда он предложил аттракционы.

Да, в столице, по описаниям мамы, построили целый городок со всевозможными качелями, каруселями и прочей развлекательной ерундой для детей и подростков. Несмотря на занятость взрослых, там всегда были люди, многие ради аттракционов приезжали издалека, даже из других городов.

И вот этот детский городок и сломал напряженность между Физоном и Шанией. Они веселились, смеялись, дурачились. И я поймала себя на мысли, что хочу и своих женихов сюда привести. А что? Вдруг некоторые оттают?

Месяц прошёл, а результата в переговорах с анузцами не было. Зато я впервые получила письмо от Аккута. Да, я им писала. В основном переписывалась с Понтером, узнавала новости, заверяла, что скучаю. И с ним же несколько раз передавала письмо для Аккута. И вот свершилось, он мне ответил. Конечно, письмо было маленьким, в основном с новостями, никак не о нас, но я не расстраивалась. Прогресс налицо, а это уже хорошо.

В одно прекрасное утро меня пригласили в кабинет к родителям. Это было тревожно, потому что к самим переговорам меня не привлекали, достаточно было однажды высказать своё мнение.

Кусая губы, я вошла в кабинет. Братья тоже были здесь. Вся семья в сборе. Отцы и мама напряжённо смотрели на меня. Братья тоже были взволнованы. Все пересматривались. Тишина затягивалась.

– У вас будет сестра, – нарушила тишину мама.

Братья сразу заулыбались, но старшие смотрели на меня. А что я должна была сказать?

– Учтите свои ошибки, родители, чтобы она уж точно была королевой, – засмеялась я, смотря на них.

– Ты уверена? – выдохнул папа.

– Фани, – шмыгнула носом мама, при этом улыбаясь.

– Мечты должны сбываться. Я не хотела быть королевой. Спасибо, Богиня, – воздела я руки к небу.

– Вот уж точно спасибо, – скривился отец Фрост.

– Ты чего такой невесёлый, брат? Всё же решилось, – хлопнул Физон по спине Нолана.

– Будущие родственники совсем не радуют, – буркнул тот.

Эта фраза разрядила обстановку, посыпались поздравления. И длилось это недолго.

– А кто отец будущей королевы, раз Фани отказалась? – на радостях спросил Физон. Но родители почему-то переглянулись, а мама покраснела. Переглядывания длились несколько секунд, а потом Нолан рассмеялся во весь голос. Я же ничего не поняла.

– Мамочка, ты у нас лучшая, – обнял он её и даже поцеловал. – И нечего стесняться. Отцы тебя любят, а остальное неважно.

Физон тоже был немного красным. Одна я ничего не поняла.

– Вот выйдешь замуж, мама тебе всё расскажет, – шепнул мне папа, целуя в висок и выводя из кабинета. Что они скрывали? Как можно не знать, кто из них отец? Про нас же про всех знают. Даже обидеться захотела, но тут активировались анузцы.

Как-то прознав, что ситуация изменилась, они начали сватать Кализа уже за неродившуюся сестрёнку. Тут уже мама встала в позу. Так они и уехали несолоно хлебавши. Одно радовало: Физон нашёл подход к Шании.

Неделя мира и спокойствия закончилась приездом Понтера и Аккута. Они не предупредили о возвращении и почему-то сразу отправились к родителям. Мне же сообщил Физон, прибежавший на наше занятие-свидание с Татинкором. Чуть не застал на поцелуях.

– Что-то случилось? – спрашивала я почему-то Татинкора, который тоже ничего не знал. Хорошо, что идти со мной не отказался. В итоге в кабинет мы вошли оба.

– Хорошо, что все в сборе, – одобрил его присутствие папа. Оглядевшись, я поняла, что опять вся семья в сборе. Ой, какая-то тенденция нехорошая получается.

– Что? Что случилось? – смотрела я всё-таки на Понтера.

– Фани… – начал он, но откашлялся и продолжил более официально: – Лефания, в Икерии случился небольшой переворот.

– Ты цел? – оглядела я его с головы до ног, а потом точно так же осмотрела и Аккута.

– С нами всё в полном порядке. Если кратко, то мне удалось убедить двух отцов надеть на королеву Шахру антимагические браслеты. Она, конечно, билась в истерике, братья попытались её освободить. Оказалось, что они унаследовали её магию, но ещё не развили в достаточной степени. Сразу никто изменений не заметил, только через несколько дней. В итоге отцы заключили её под стражу, вместе с братьями. И уже написали официальный отказ от власти. Дело в том, что она их руками такого наворотила, что они не хотят больше править.

– Нормально, сами дел натворили и в кусты? – возмутился Физон. И никто на него не шикнул. Наверное, потому, что были с ним согласны.

– Этого потребовали люди. Мы объявили о заключении королевы, о том, что проводится расследование, но люди больше не желают исполнять приказы своих королей. Мы смогли усмирить бунты, но это временно. Если не сменить власть, они вспыхнут вновь.

– К чему ты клонишь? – холодела я внутри, понимая, что ничем хорошим для меня это не обернётся.

– Отречение действующих королей влечёт за собой потерю права на трон их несовершеннолетних детей, рождённых от преступницы. По закону все они должны отправиться в ссылку, – пояснил отец Фрост.

– Какой ужас. Тебя изгнали?

– Нет, Фани. Я единственный законный претендент на трон. Есть только одно но.

– Всегда это злосчастное но, – выдохнула я.

– Оно самое, – усмехнулся Понтер. – Я не женат. Чтобы взойти на трон и взять власть в свои руки, я должен жениться.

– Так в чём проблема? Вы же уже обручены и расторгнуть или отменить это уже никак нельзя, – не понял Физон.

– Лефания тоже наследница трона. И её право первостепеннее моего, – ответил ему Понтер, смотря в глаза мне.

– Так она отказалась от трона в пользу будущей сестрёнки, – сдал нас Физон.

– Миледи в положении? – обернулся Понтер, а получив подтверждение этому, просиял, но всё же уточнил: – Ты уверена? Здесь ты будешь королевой по рождению. В Икерии – по браку.

– Какая разница, если избежать трона не удалось, – скуксилась я. – А счастье было так близко…

Ответом мне был хохот. Смешно им…