Текст книги "Проснулась женой врага (СИ)"
Автор книги: Елена Шторм
сообщить о нарушении
Текущая страница: 20 (всего у книги 23 страниц)
66
Что ещё происходит вокруг – я не знаю. Лопатки горят от удара, по спине разливается боль.
– Придите в себя! – вылетает из сжатых лёгких. – Остановите…
“Его”. Фолла остановите!
Пальцы сжимаются на моём горле. Рот залепляет магия. И если я надеюсь, что кто-то ещё из лордов спрыгнет к нам и сможет оттащить от меня безумца – то, кажется, зря!
Нет, кто-то кричит… хаос и паника накрывают наш клочок поля! Но я почти ничего не вижу кроме перекошенного, покрывающегося чешуёй лица над собой. И ещё мощных рук… В какой-то момент мелькает лицо старого Кастора. Он пытается схватить Фолла за плечи – но получается удар локтём в живот и со стоном валится на землю с повозки!
Из меня тоже рвётся стон, будто ударили меня…
Магия Фолла вцепляется мне в грудь. И опять жжёт. Больно… так, что перед глазами пляшут пятна.
Безумие!..
“Вечно нуждающаяся в чужой помощи”. От этих слов тоже дико, остро и горячо! Потому что они – печальная правда. И что-то во мне взвивается от всего этого гадства и несправедливости, что-то тёмное.
“Нет… Нет!”
Но почему “нет”?
Потому что они поддались безумию! Если я тоже поддамся – натворю такой же дряни! Я могу убить кого-то. Кого-то невиновного, вроде Кастора или Фэй. Я могу раздавить их или полететь обратно и начать охотиться на детей. И это может быть последним, что я сделаю в жизни!
Но ещё Фолл считает, что моя сила должна помочь. Я могу вернуться и помочь Шейду, Дасту, всем – а ведь они ещё не знают, не разберутся без меня!
Воздуха не хватает. Сознание плывёт… наверное, это и становится решающей каплей: я закрываю глаза и тянусь к силе.
Тянусь – и наталкиваюсь на стену.
– Нет, конечно нет! – шипит и рычит надо мной искажённый голос. – Я не дам тебе превратиться, глупая девка!
Нет?..
Распахиваю глаза вновь.
В каком-то тёмном мареве разглядываю лицо Фолла. Его руки и руки сопящего Ворна, магические пути, тот поток магии, что пытается вскрыть меня. Накрывает чёрная решимость. Сомнения растворяются. Что, я дам таким как они себя убить? Таким как они решать, чего я достойна и чего нет, определять мою судьбу и место в этом мире?!
Резко вцепляюсь в силу со своей стороны.
В глазах Фолла на миг мелькает то, что я видела в глазах Старии, когда “перетягивала” её. Удивление. Страх?
Я не так уж плохо познакомилась с этой магией, почему это всех шокирует?
Искры взвиваются между нами. И я тяну, рву, тащу на себя!
Фолл вскрикивает. Его руки вспыхивают огнём – и уже местами прорезанная чешуёй одежда, и сама кожа! Отпущенная им магия с плеском впечатывается мне в грудь. Оглушает!
На несколько секунд все звуки в мире пропадают – кроме мелодии, которая снова пронизывает меня насквозь.
Что-то… поворачивается во мне.
Что-то древнее и могучее.
Кажется, что меня осторожно разжимают изнутри, как кулак. Сознание бьётся в панике, умоляет сопротивляться! Колотится как в стеклянной клетке, как я колотилась в коконе Дастмора. А когда я всё-таки поддаюсь….
Мир взрывается.
Мои глаза тоже заливает огнём. Ночь становится белой.
Потом…
Раньше, чем понимаю, я уже бросаюсь на Фолла. Путы лопнули под моим натиском, его ослабевшие, обожжённые руки не могут от меня отгородиться! Зубы вцепляются ему в предплечье. Глубокий крик летит над полем и растворяется в ночи!
Ворн набрасывается на меня сзади. Но сзади у меня словно распахиваются двери в темноту. С треском рвётся ткань платья. Со свистом вылетают чудовищные крылья! Их острые, костяные края полосуют лорда по лицу – и вот я уже сама держу его за горло.
Моя рука выглядит не совсем моей.
Суставы, кости, тоже словно перестают мне принадлежать! Даже разорванное платье становится тесным. Как и сама кожа, само тело!
Из меня рвётся звон, огонь и чужие воспоминания – и меня выворачивает наизнанку.
Боль догоняет. Прорезает всё тело. Она такая сильная, какой я и представить раньше не могла! Так что я забываю про Ворна, забываю про всех вокруг и только кричу и корчусь на земле! Но моего крика не слышно. Где-то ревёт чудовище…
А меня кидает в образы и чувства.
Боль утраты… одиночество… Годы и годы ожидания, годы поисков чего-то ужасно важного, что всегда ускользало. Острые горы с кристальными пиками и зелёные поля, ставшие мне слабым утешением, домом. Потом – забавные двуногие существа, которые в этот дом пришли и зачем-то стали мне служить. Когда я снова что-то вижу, вокруг – хаос и крики тех самых двуногих зверьков. Они такие испуганные… такие мелкие и жалкие!
Да, именно они когда-то мыли мои лапы, приносили мне еду… Приводили на поводке своих гадов, чтобы те искупали вину, выполняя мои прихоти. Они все не такие как я. Они меньше, слабее и никогда не могли заполнить пустоту внутри.
Ноги переступают по земле – и кто-то опять испуганно орёт. Хрустит дерево повозки…
Нет. Нет!
Я не хочу. Я ещё здесь… Но чувство, что в тоже время – уже смотрю на всё со стороны. Не могу даже закрыть глаза, просто не знаю, как!
Пытаюсь сосредоточиться и зацепиться за чувства. Я хотела вернуться! Обязательно! Но зачем? Чтобы помочь кому-то – но кому? У меня на самом деле никого нет… были только сёстры, но они упорхнули и забыли про меня. А теперь я забыла про них… Осталась одна среди непонятных, ненужных чужаков.
Внезапно острое чувство тоски и одиночества перерастает в гнев. Ноги… нет, драконьи лапы роют землю. Огромные крылья расходятся и смыкаются перед мордой, раскидывая ещё нескольких двуногих.
И потом я взмахиваю этими крыльями – и, не обращая внимания на глупых зверьков, взмываю в небо.
Я хотя бы свободна.
Наконец-то свободна!
67
Шейдран
Мир сужается до коридоров в дыме, до тёмных стен и чужих возгласов.
Прикрываю лицо рукавом: магия защищает от дыма плохо.
– Что с пожаром? – спрашиваю, добравшись до магов.
Им удалось унять огонь. Возможно, скоро удастся и совсем прибить – и это пока единственная хорошая новость.
– Найди Вальеро, – ловлю самого молодого. – Передай, что простых людей надо уводить из крепости, срочно.
Мне и за этих, “непростых” тревожно! В одном Дастмор, Свет его дери, прав. Сейчас все, кто касается магии – в опасности и представляют опасность.
– Скажи, чтобы главный лекарь остался. К нему придут с ранами, с ожогами. Перенесите магистра Вейна в лекарскую, там должно быть не дымно, и возвращайтесь, закончите здесь.
– Вы снова к рунам? Идти с вами? – вскидывается Тенебрин.
– Я один.
В подвале так же жарко и душно. К запаху гари примешивается густой запах грозы. Воздух словно отравлен силой, и меня опять штормит от неё.
Дракон царапает грудь изнутри.
– Замолкни! – рычу на него.
Собственная слабость… выбивает из колеи.
Если я сойду с ума, у Камнепева не останется защитников. Хуже, я буду главной проблемой. Зверь, который мне достался – точно не добрый, не мирный. Он злобный и всё здесь разнесёт! И он всегда чувствует мою слабость.
В лучшие дни я не мог держать его в узде. Как собираюсь сейчас?
– Смотри! – цежу, заставляя воздух вспыхнуть новыми рунами.
Я не мастер их рисовать. Но именно на крайний случай вызубрил ряд защитных – призванных не тянуть силу из земли, а закрыть это место от неё.
И в следующие четверть часа я вливаю в них всю свою дурную мощь. Собственными руками продолжаю рушить то, что строила наша семья. Кровь колотит в ушах, пальцы немеют.
Но даже когда первый защитный круг готов – он выглядит примерно как ржавый крючок на воротах крепости. Проклиная всё на свете, берусь за второй.
– По-моему, ей чего-то не хватает, этой силе.
Резко разворачиваюсь на голос Дастмора!
– Какой Тьмы ты снова здесь?! – Магия срывается с рук и расплескивается вокруг.
– Соль меня попросила. – Он невозмутимо идёт вперёд.
Несколько секунд я просто не верю. Попросила, она, его?..
Вдруг колет потребность узнать, где моя жена. В последние минуты я пару раз “трогал” метку – но только чтобы убедиться, что она не ранена. Сейчас… проверяю – и с каким-то холодом чувствую её до сих пор рядом.
– Она ещё в замке?
– Собрала знать, они полетели на повозках.
– Зачем?!
– Чтобы наши лорды не напали на слуг, – поясняет Даст мне как ребёнку, вышагивая по остаткам зала. – Слуг она, кстати, тоже организовала. Кто-то же должен был.
А я стою столбом. Земляника, что ты творишь? В голове взвиваются какие-то совсем дурные мысли: о том, что я не знаю на самом деле её мотивов, как не знаю мотивов Дастмора, которого нельзя подпускать к кругу!.. Сердце сжимает когтистая лапа.
Всё мешается в кучу: давление силы, драконья ярость и собственный гнев, который я до тошноты учусь контролировать, но всё бестолку! Боль. Чувство вины…
– Я попросил доставить её в безопасность! – срываюсь.
– А она предложила вернуться и всё исправить, и этот вариант мне понравился больше.
– Сукин сын…
Дастмор вскидывается.
– Шейд, ты в целом не очень-то ценишь нашу дружбу, да?
Чувствую, как лицо каменеет.
– “Даст, обучи меня”, – вспыхивают его глаза. – “Помоги здесь, помоги там”. Я скорее как прислуга для лорда Скорна?
Это неправда. Я тоже помогал ему и его отцу в прошлом. Но он зло дёргает плечами:
– Я поддерживал тебя. По доброй воле! Но стоит мне хоть раз сказать “нет” – и всё, мой “друг” оглох. Ты же вообще никого никогда не слышал, кроме своего драгоценного папеньки.
– Заткнись.
– А что, нет? Ты бегал за ним как послушный щенок: любые прихоти исполнял, любой бред оправдывал. И сейчас пытаешься оправдать. Жаль, что он никогда не выбирал тебя, – ледяной оскал. – Всегда бежал к дорогой жене, по которой ты так метко судишь женщин.
Что-то во мне взрывается. Пелена огня падает на глаза – и я бросаюсь на него.
Даст неожиданно легко уходит в сторону. Магия хлещет меня в бок – и наши потоки схлёстываются, искря. Он мог бы отступить… но не отступает. Дёргается назад, пытаясь заехать мне кулаком в рёбра!
Ловлю это движение.
Мы сцепляемся как два зверя. Кубарем летим по подвалу, круша его остатки! Острые камни впиваются в руки и в спину. Сверху нас засыпает песком. Обычная лампа, которую я принёс, летит в стену, и свет жалобно мигает.
Ненадолго разлетаемся, чтобы швырнуть друг друга магией – но опять рвёмся в рукопашную. Я не знаю, хочу ли по-настоящему его избить. Ничего не знаю сейчас!
Даст проворнее, но моя сила опять берёт верх. В какой-то момент оказываюсь сверху с занесённым над его лицом кулаком.
Тьма… Тьма!
Меня вдруг что-то… пытается отвлечь. Свербит и тащит из этого состояния. Вопреки логике момента снова проверяю метку… Та жжёт!
Где Соль? Что с ней?
Как я могу так глупо… тратить наше драгоценное время?
Мне правда это важнее? Сраная гордость? Попытки выглядеть достойным в глазах хотя бы друзей отца – раз уж с самим стариком не сложилось, действительно?!
Смотрю на Даста со злобой.
Его губы разбиты. У меня из носа капает кровь…
Обессиленно опускаю руку.
Мы оба тяжело дышим, когда я отшатываюсь и поднимаюсь на ноги.
– Пришёл в себя? – хрипит он.
– Возможно.
– Мне тоже как-то полегче.
Сплёвываю кровь у стены.
В голове внезапно опять всё мешается.
Метка!
Зачем я прогнал Соль?
Потому что ей надо бежать, как и всем… Но на самом деле я уже не уверен в этом.
Даст не с ней. Она там одна. Если её застигнет превращение…
Я должен быть рядом. Меня бросает в жар от мысли, что она останется сама по себе в такой момент! Потому что я как идиот выбрал гордость и просто пытаюсь обмазать свой выбор красивыми словами.
Мне вдруг всё равно, с Прайденом она или нет.
– Мне надо вернуть Соль.
От этих слов становится легче, будто что-то огромное, давящее, следящее за мной делает шаг назад. Грудь перестаёт так стягивать.
– И оставишь меня в сердце замка без надзора? – Даст смотрит на меня пристально.
– Надеюсь, и правда не ты всё разрушил.
Он вздыхает, поднимаясь.
– Верни её. Руны… всё равно надолго не спасут. Я попытаюсь понять, есть ли что-то, что поможет.
Киваю.
Из подвала буквально вылетаю – с мыслью, что каждая минута на счету.
Но пока иду-бегу, метка вспыхивает огнём. Он окатывает меня самого с ног до головы.
Тьма!
Не добравшись до конца коридора, выскакиваю в раскрытое окно.
68
Соль
Я лечу.
Крылья раскрываются шире, чем, кажется, позволяет небо. Каждый взмах отдаёт в позвоночник жаром. Ветер поёт мне! Вокруг – горы, холмы, леса, которые я жадно разглядываю, пусть сумерки и лишили их красок.
“Больше, больше воздуха!” – шепчет внутри. Хочу выпить этот полёт, хочу вгрызаться в него зубами! Меня тащит выше и выше. Цепляюсь за мысль, что никогда ничего подобного не испытывала… Когда летела на повозке, на чужой спине – подо мной всё же была опора. А сейчас воздух ужасно хрупкий. Зато видно всё как днём!
И всё же, даже здесь, на вершине мира – одиночество. Пустота и холодная бездна. А где-то за этой бездной… я.
Настоящая я – вспоминаю внезапно.
Мне нужно бороться. Нужно урвать, перехватить контроль!
Мелодия ветра вдруг ломается. Я чувствую острое раздражение, как если бы внутри меня хищница раскрыла пасть.
Она складывает крылья и начинает падать!
Тело режет воздух как нож. Земля превращается обратно в размытую тёмную массу. Всё внутри сжимается, я пытаюсь закричать… И не могу даже этого. А драконица вгрызается в скорость, хочет быстрее.
Она удивлена, что я ещё здесь.
Она хочет меня прогнать!
Отчаянно пытаюсь ухватиться хоть за что-нибудь: за мысль, за силу!.. Но наша мелодия превращается в жуткое месиво, магия рвётся – и драконица проглатывает её остатки, рыча. Резко выравнивается у самой земли… от удара об воздух у меня внутри всё вспыхивает внутри.
Она мягко касается лапами травы, отталкивается – и продолжает наслаждаться свободой.
Мысли снова плывут…
Внезапно вижу мелких “голокожих зверей”. Они орут и кричат в полной суматохе! Кто-то дерётся посреди поля, кто-то пытается улететь на несуразной коробке.
Последние, в коробке, они…
Те, кто обидели меня. Мои враги!
Догоняю их за пару мощных взмахов крыльев. Чиркаю лапой по борту летающего дерева – так, что люди снова бросаются орать. В меня летят искры магии, но это такая жалкая мелочь! Коробка виляет и снижается. Они надеются уйти?
Набираю воздуха в грудь – и сначала я даже не понимаю, что хочу сделать, что значит этот жар.
А потом…
“Нет… о Свет, нет!”
Струя пламени загибает вбок в последний миг! Проходит рядом с людьми, опаляя дерево! Это… разве должно меня вообще-то расстраивать? Они пытались убить меня. Я могу их за это наказать!
Но… Нет-нет-нет! Сознание опять вырывается из плена – и я осознаю, что драконица творит. Именно она – потому что изменить я по-прежнему ничего не могу! Бьюсь как бабочка в сачке. Заново вцепляюсь в магию, пытаюсь убедить нас обеих, что я не имею права поддаться. Хотя бы не сейчас, пока я ещё нужна…
Кому?
В груди вспыхивает настоящая, огненная ярость. Новая струя пламени! Повозка падает – все люди падают! Крики гадов – таких же гадов, как я наказывала в прошлом, – только распаляют.
Я голодна.
Зависаю над добычей, и…
Вдруг забываю взмахнуть крыльями. Потому что здесь, в ночном небе я… вижу такого же как я сама.
Он летит прямо на меня. Большой и красивый зверь! Быть не может! В груди всё заходится. По телу проходит мощная, тёплая волна. Где-то внутри мелькает его имя, отдаётся с ударами сердца.
Я почти забываю обо всём, пока жду в воздухе.
…Он налетает на меня.
Врезается зло и мощно. Когти впиваются мне в плечи, лапы пытаются сложить мои крылья! Мы сцепляемся, закручиваемся и камнем летим вниз!
Он… напал на меня?
Напал…
Потому что даже он – не со мной. Потому что он меня бросил и верить ему нельзя!
Нас вертит всё сильнее. Кувыркаемся в воздухе, по которому я отчаянно бью крыльями. Удар о землю! Каким-то чудом выдерживаю его и даже остаюсь сверху. Дракон подо мной мотает головой – и, зло щёлкнув зубами у его морды, я вскакиваю.
Бросаюсь прочь, потому что он силён, а я ещё не пришла в себя!
Но он не отстаёт так просто.
Прыгает за мной снова. Пытается нагнать. Гад! Ярость разгорается огненным штормом. Я рву воздух крыльями и ухожу выше, метя в клочья облаков. Ныряю в туман, в мягкое белёсое марево, и враг летит за мной вслепую. Это мой шанс.
Выныриваю резко вверх, почти вертикально. Ловлю небольшой поток, который подбрасывает меня, как лёгкую стрелу. Гад выскакивает из облака следом, ищет меня взглядом – и в этот момент я бросаюсь обратно на него.
Мы сталкиваемся заново. Удар – тяжёлый и глухой – уводит нас в новое падение. Крылья сбиваются, ветер рвёт их в разные стороны. Невозможно понять, кто кого держит, а кто кого тянет вниз! Земля приближается быстро-быстро…
Этот удар – куда жёстче предыдущего, и сердце грохочет, как камни при обвале. Все остальные звуки вышибает вместе с воздухом из груди! Но снова мне как-то удаётся очнуться первой. Подминаю врага под себя, смотрю сверху…
Внутри вдруг всё переворачивается. Меня опять растаскивает с драконицей. Она бушует. Она – в ярости и раскрывает пасть, метя в чужое горло!
Она… сильнее?
Я вдруг понимаю, что нет. Нет! Шейд поддаётся! Потому что он…
Не безумен и не напал на меня. Он остановить меня пытается!
Это осознание – даже хуже удара об землю, всё внутри просто начинает выть.
“Хватит!” – ору в унисон.
И внезапно понимаю, что должна сделать. Невидимые пальцы вцепляются в потоки, я вгрызаюсь в них зубами и впиваюсь ногтями. Не знаю, как это действует! Просто тащу, на инстинктах пытаясь применить всё-всё, что знаю. Пытаясь отзеркалить то, как тащит драконица…
“Нам нельзя враждовать. Я дам тебе то, что ты хочешь: жизнь, свободу! Но без меня ты не выживешь, тебя просто убьют!”
Это чистая правда, в этом я уверена – и драконицу уверенность хлещет по морде.
А ещё она ведь почти говорила со мной. Она разумна! Ей одиноко, больно… Мне тоже, оказывается! Но это были её воспоминания, не мои!
“И я не хочу бороться с тобой!.. Я дам тебе кое-что ещё лучше: смотри!”
Меня учили концентрироваться на важном. И я резко вызываю то, что важно сейчас…
То, как я лежала в руках мужчины. То, как его драконьи крылья закрывали меня, пока он обжигал меня словами и прикосновениями на утёсе. То, как он нёс меня по небу, как мы завтракали вместе, смеялись, даже ругались – но только потому что уже не были друг другу чужими!
Драконица снаружи… впервые, кажется, прислушивается. Эти картины ей не безразличны. И что-то ещё начинает меняться… Рваная мелодия становится ровнее, и в меня будто медленно, по капле течёт что-то новое. Какие-то другие воспоминания.
Тепло.
После долгих десятков лет одиночества – неожиданно… встреча.
Ещё такие как я. Их несколько. И он – самый красивый зверь на свете. Мы вместе, в небе и на земле, в жару и в мороз. Летаем друг за другом, охотимся, играем!
Он манит меня в пещеру – и скоро в ней вырастают наши дети.
Я… больше не одна. У нас много детей, я теперь мать семейства. И мои дети разлетятся по окрестным землям, и им тоже будут служить двуногие люди…
На минуту захлётывает эйфория, снова мешая думать.
Всё это было очень давно. Всё уходит и меняется… Но память кажется живой и неожиданно успокаивает: полностью, до основания.
Я не одна.
Всё было и ещё будет хорошо.
Несколько секунд я плаваю в удовольствии от ушедшей ярости, от неожиданного чувства целостности и правильности… А потом, не дожидаясь лучшего шанса, всё же аккуратно вытаскиваю себя из этого состояния. Бросаюсь в неизвестность.
Та тут же накрывает болью. Тело ломает так дико и жестоко, что всё меркнет!
Когда я прихожу в себя снова, то лежу на траве под огромным крылом.
Я лежу…
69
Шейдран
Превращаться обратно в человека тяжело. И в то же время я делаю это быстрее, чем когда-либо. Не позволяю себе ни единого лишнего движения, даже не дышу – лишь бы случайно не задавить сокровище под собой.
А потом смотрю на женщину, оказавшуюся рядом.
Она медленно встаёт с примятой травы, моргая.
– Соль… – Голос садится. В голове гудит – от падения, от нашей “драки”.
А она голая. Конечно, голая…
Растрепавшиеся волосы превратились в медную тучу. Изящная грудь вздымается, губы приоткрыты, в ямочке между ключиц блестит влага. На руках – следы травы и тонкие царапины. В её хрупкой фигуре будто стало ещё больше углов и линий, но в то же время движения – до странного уверенные.
Хочется что-нибудь сказать, но в груди бардак.
Я думал, что потерял тебя!
Когда увидел драконицу – забыл, как думать. Совершенно! Мысли сгорели, остались какие-то инстинкты: схватить её и задержать, чтобы не улетела. Поймать, пленить… сжать, подмять под себя, посадить позже на цепь! Потому что тогда ещё есть шансы всё вернуть и исправить.
Остальное я помню урывками – и, кажется, вот-вот совсем забуду.
То, что она стоит передо мной, слишком похоже чудо. И всё, что было плохого, весь гнев и боль перед этим чудом меркнут, превращаются в обрывки сна.
– Боги, – подаёт наконец голос моя жена. – Ты здорово дал мне себя потрепать. Прости!
Обводит рукой лицо.
– Это Дастмор, – вспомнив, трогаю своё.
Рыжие брови дёргаются. Я наконец верю, что она не исчезнет – и порывисто обнимаю.
Так, что, возможно, она сейчас запросит пощады.
Но она не просит. Вершинки голой груди упираются в мою. В голове вспыхивает, Соль на секунду задерживает дыхание. Мои руки скользят вверх по её спине, находят лопатки, потом – тонкую линию шеи. Её кожа теплеет под пальцами, а она сама прижимается сильнее.
А ещё она совершенно точно не знает, как прикрыться. Мне даже в этой ситуации вдруг хочется оглянуться, убедиться, что никто кроме меня её такой не видит! Спрятать от чужих хищных глаз.
Да, я глупый ревнивец.
Но вместе каких-то дурацких действий выпускаю обратно крылья. Аккуратно прикрываю нас, не совсем заслоняя предутренный свет.
– Как… ты?
Вдруг пробивает мысль, что ещё ничего не кончено. Она в опасности!
– По-моему, мы помирились с драконицей.
– Что вы сделали?..
– Она – разумная! – Соль заглядывает мне в глаза. – И всё помнит… Мне кажется, я позволила ей вспомнить и она перестала со мной бороться.
– Драконы не такие, девочка.
– Правда? Может, у меня просто не осталось выбора? Мне показалось, это как… в битвах с самим собой. Иногда воюешь внутри, не знаешь, как поступить, примеряешь роли, слушаешь других… А потом что-то щёлкает – и всё становится ясно и просто.
Хочу возразить, но внезапно не могу. Открываю рот и затыкаюсь.
Очень сложно спорить с чудом!
Говорят, обретение дракона что-то меняет в человеке. Я сам этого не почувствовал, если честно… Но Земляника сейчас кажется мне немного другой. Взгляд – спокойный и уверенный, несмотря на то, что вокруг хаос и вырванная клочьями трава. Движения – почти царственные.
Только руки подрагивают.
– Представляешь? Моя драконица! Поверить не могу…
Прячу её ладони в своих, грею о бока.
– Я тоже. – И мне самому почему-то спокойнее, чем должно быть. Пока не знаю, как это объяснить!
– Ты ведь расскажешь мне всё про неё? А меня не объявят вне закона? Я слышала, что превращения должен контролировать император!
– Сейчас главное – что ты превратилась обратно, – твёрдо заглядываю ей в глаза.
С законом у нас будут другие проблемы.
– Шейд… – словно вспоминает она. – Я не с твоим дядей. Дастмор поверил ему и поделился со мной сомнениями, но мы просто искали слова. Пытались понять, что делать и как убедить тебя обдумать всё ещё раз.
Что-то ещё разжимается внутри от её слов.
– Даже если ты с ним, я не должен был прогонять тебя.
– Но я сама по себе! Просто этот заговор…
– Принёс всем одни несчастья.
Соль шумно втягивает воздух. Превращаясь чуть больше в ту милую девчонку, на которой я женат.
– Они сказали, что я могу помочь а ритуале, – вдруг встряхивается.
– Они?
– Фолл! Они с Ворном напали на меня. Поэтому я превратилась. Мне кажется, драконья магия свела их с ума… но не только.
Всё моё спокойствие сгорает за секунду.
– Поэтому ты пыталась их сжечь? Фолл напал на тебя?!
– Он хотел забрать драконицу, считал, что её нужно вернуть в ритуал! И мне кажется, он знал, о чём твердил. Может, это идея Равены? Я правда могу помочь, отнеси меня обратно!
Внезапно хочется действительно унести её – но далеко-далеко. Куда-нибудь за границы Лайгона, в пустыни, где ни магия, ни люди не достанут. И вернуться, и забрать всех нормальных людей отсюда тоже.
Но это невозможно, и само желание – отвратительно детское.
Ещё ничего не закончено. Я наслаждаюсь мигом тишины в хаосе, который сам создал.
– Если ты думаешь, что я могу навредить, потому что Прайден так приказал…
– Нет, – ловлю её затылок. – Я думаю о другом.
Что обязан всё исправить.
Начинаю вспоминать наконец, с какой мыслью сюда прилетел. Что хотел вернуться быстро! Но это странное спокойствие… я даже думаю вдруг: может, Даст что-то сотворил и всё утихло?
Но когда оглядываюсь, над полем вьются несколько мелких крылатых силуэтов. Слышны крики. Там полный хаос!
– С ними тоже надо что-то делать, – впивается в мои рёбра Земляника.
– Давай так. Я подлечу к ним, захвачу повозку и тех, кто пострадал и не представляет угрозы. Остальных – распугаю. Разгоню, чтобы они в ближайшие часы боялись подлететь к городу.
– Вроде неплохой план. – Она застывает. – А можешь объяснить, как мне контролировать чешую? Чтобы прикрыться?
– Не надо сейчас, – дёргаюсь. Сглатываю. – Уж лучше пусть кто-то увидит… Ты по крайней мере очень красивая.
И снова – в самый случайный момент девчонка краснеет.
Это возвращает в воспоминания. Кидает в реальность, которая была у нас совсем недавно, хлещет плетью и заставляет собраться.
Подожди меня ещё немного, девочка.
И я делаю всё, что сказал. Обращаюсь. Взмываю в небо, дугой лечу полуобратившимся драконам. Рычу громко и утробно, выпускаю огонь, преследую то одних, то других. Не разбираю, кто есть кто, лишь бы разогнать всех!
Фолла найду и сожгу позже.
Когда они улепётывают, крича – ищу раненых. Подхватываю старого Кастора, который на удивление хорошо держится в здравом уме, бессознательную Фей и ещё двоих. Погрузив всех в многострадальную повозку, несу эту “добычу” с собой.
Поместим их в сторожевую башню. Там есть комнаты, которые можно закрыть. Ранеными они оттуда не выберутся даже если захотят.
Возвращаюсь к Соль.
Сердце стучит – я боюсь увидеть, что она, глядя на меня, начнёт покрываться чешуёй. Что это будет значить, что драгоценного времени у нас всё-таки мало!
Но моя женщина всё с теми же царственными движениями принимает от старого Кастора плащ. Взбирается на меня, обжигая голыми бёдрами – и мы летим в замок.
