Текст книги "В переплет по обмену – 2, или Академия не выстоит! (СИ)"

Автор книги: Елена Ловина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 22 страниц)

Глава 33
Выход, да не тот

Эдера

По лицу подруги было видно, что она догадывается, что собрался сделать Мариус и чему не намерен мешать Лоч, да только ее помощь ко мне не успеет – кронстонский блондин надежно прижал руки Долли к бокам и что-то принялся шептать, отвлекая.

– Ну, двадцать – так двадцать, – услышала я сквозь напряженное рычание Руффи.

Мантикора вдруг вспомнила, что она моя защитница. Немного с опозданием, я бы сказала, ведь меня загнали в ловушку, а затем впечатали в стену, придавив крепким мускулистым телом, вызвав сначала панику, а потом злость, а в конце снова панику, ведь целью этого нападения оказались мои губы и моя свобода.

Мой рот смяли в отстраненном поцелуе, а на палец надели злополучное кольцо, и вот тут я взбунтовалась: попыталась вырваться, извивалась, била каблуками по лодыжкам, пыталась царапаться и даже кусаться. К сожалению, я не преуспела ни в одном из действий, ведь старая как мир магия вырвалась из кольца и хронометра и принялась опутывать с ног до головы меня и парня, повисшего на моих губах. И подтверждала завершение помолвки с настойчивостью единорога…того, что похож на таран.

Злость закипела внутри, разрывая на части, требуя вырваться, ударить, сделать больно, отомстить, но в то же время в голове сам собой шел отсчет: одиннадцать, десять, девять…

Рычание со стороны черной мантикоры усилилось, но вот белый медалист что-то принялся мурлыкать, и Руффи неожиданно замурчала в ответ, как-то довольно и даже кокетливо. Все понятно – с этой стороны мне не ждать помощи.

Семь, шесть, пять…Долли отвесила Лочу звонкую пощечину, но ей до меня было слишком далеко.

Три, два…Дверь скрипнула, и раздался до боли знакомый голос. О, только не он! Только не сейчас!

– Что здесь происходит?

– Всего лишь помолвка, друг! – ответил Мариус, отстраняясь от меня и вытирая запястьем влажные губы.

Удар пришёлся сразу в челюсть, но и ответ не заставил себя ждать – кулак впечатался в крепкий подбородок. Передо мной сцепились двое, и я не могла понять, кто кого бьет, кто побеждает, а кто уверенно уворачивается или отвечает. Кажется, за полминуты каждый ударил раз десять и намеревался превратить противника в кровавую отбивную, причем холодно, расчетливо, молча, но вмешался Лоч. Блондин кинул между дерущимися силовую волну, правда промахнулся, и меня основательно впечатало в стену. Я даже пикнуть была не в силах, так резко из меня вышибло воздух, словно два кулака противников впечатались не в челюсть другого, а в мой живот.

Нужно отдать должное дерущимся парням: они резко остановили кулаки, которые напряженно подрагивали, не достигнув цели – о такой силе воли можно было только слышать из бахвальный историй, но никак не видеть воочию.

– Эдера, дыши! – раздался у моего уха строгий приказ Итана, а вокруг спины и живота заструилась спасительная магия.

– Ты что творишь, узколобый! – где-то дальше от меня, чем был до этого, выкрикнул Мариус.

– Лоч, ты чуть не убил Эди! – вопль Долли был выше всех и резал слух, словно металл царапал стекло. Правда Долли так и не прибежала спасать меня, потому что кронстонский блондин прикрывался моей подругой от блондина соверенского и не думал извиняться.

– У вас всего десять минут, чтобы расторгнуть помолвку, иначе все это было бессмысленно! – рассерженно выкрикнул Лоч и, спрятав за своей спиной подругу, решительно встал перед моим бывшим парнем, встречая угрозу суровым взглядом и сжатыми кулаками.

Второй блондин тут же усмехнулся и попытался обойти Лоча с удивительно самоуверенным лицом.

– Раз в ком-то из вас проснулся здравый смысл, то нужно поторопиться. Долли, мне нужна твоя помощь!

Не знаю, что задумал Мариус, но ни Долли, ни Лочу это решительно не понравилось: подруга пискнула и спряталась за спину кронстонского блондина, а у Лоча в глазах угрожающе полыхнула магия. Что-то темное было в этом взгляде, потому что Мариус остановился и с сомнением оглянулся в мою сторону. Мне в тот момент становилось лучше, воздух струится в легкие приятным живительным ветерком, а не раскаленной лавой, но разговаривать все еще не было сил – ни внятно, ни спокойно, ни разумно.

– С Эдерой даже полчаса будет мало – в ней страсть просыпается только при виде магических животных в беде, а не при виде мужчины. А тут целоваться нужно так, чтобы пар пошел, как от вулкана на грани извержения.

В тот момент мне даже не было обидно, потому что в груди еще припекало и никакой речи не шло не то что о поцелуях – о простых объятиях, но реакция Лоча и Долли очень интересовала.

Долли пошла красными пятнами от столь странного намека, что о её страстности знает бывший парень подруги. Лочу намёк тоже не понравился, особенно в связи с тем, что Мариус планировал разрушать помолвочные клятвы с девушкой, на которую претендовал сам.

– Все равно ты уже свою часть сделал, – рыкнул Итан и свистнул, привлекая внимание чёрной мантикоры. – Ру, прикрой нас.

Руффи поняла все с первого раза и, оставляя на полу синие следы и виляя хвостом из стороны в сторону, прошлась в нашу сторону и расправила крылья.

За кожистой чёрной завесой стало немного темнее и интимнее, звуки со стороны друзей и недругов добирались до нас приглушенными и невнятными, но никакой романтикой даже не пахло. Целоваться сейчас, даже с Итаном не хотелось совершенно. Я подняла на парня взгляд и ощутила, как предательские слезы начинают пощипывать уголки глаз. Неужели, я так и останусь помолвленной с белобрысым чудовищем и полностью стану свободной лишь через год?

Глава 34
На грани

Эдера

– Что ты на самом деле хочешь? – Итан заглянул мне в глаза, но не прикоснулся, не приблизился, словно понимал, в каких растрепанных чувствах я находилась.

А мне хотелось, чтобы ТОГО поцелуя совсем не было. Чтобы внутри не сворачиволось клубком гадливое омерзение. Чтобы ощущение, будто по мне прошлись грязными сапогами, никогда не было мне знакомо.

Я хотела это все РАЗОЩУТИТЬ!

– Не хочу с ним иметь ничего общего! – уверенно, как это было возможно за всхлипываниями и шмыганиями носом, ответила и открыто посмотрела в глаза парня. Открыто и с вызовом, даже с каким-то предупреждением, потому что нечего меня сейчас трогать, даже если осталось меньше десяти минут. Решайте проблему как-нибудь иначе!

Итан и подошел к делу, правда с какой-то странной стороны, которая меня и отвлекла и озадачила.

Парень взял меня за руку, на которой как влитое поблескивало помолвочное кольце, обозначая уже свершившийся факт: предварительные клятвы, связывающие меня и Мариуса, приняты магией. От осторожного жеста, который не причинял дискомфорта, все равно хотелось дернуться и отнять руку, но я постаралась сдержаться, вслушиваясь в вопрос, прозвучавший следом.

– Какие кольца тебе нравятся?

Вот точно не ЭТО!

Хотелось ответить возмущенно и нервно, но, видя, какими заинтересованными глазами на меня смотрел Итан, я вздохнула, резко выдохнула и… задумалась.

Когда у меня была магия артефактора, еще до пожара в дедушкиной лаборатории, мне нравились только те кольца, которые несли в себе многовековую магию рода – они завораживали своей силой, неожиданным сочетанием и способностью на протяжении столетий выполнять одно и то же действие. И они все были невероятно красивыми: от массивных и брутальных до воздушных и изящных.

После пожара мама старалась меня отвлечь от потери магии, отдавая из своей шкатулки разные драгоценности. Отдавала всегда те, что очень нравились мне в детстве, а став чуть старше я хотела превратить их в родовые артефакты, поэтому мама благоразумно прятала от меня свою шкатулку. В тот период кольца вызывали у меня слезы, напоминая о потерянных мечтах, так что их мне не дарили.

Ну а потом у меня появился питомник, и я полностью отказалась от украшений, кроме тех, что можно было спрятать под платье. Все, за что по неосторожности могли зацепиться магические животные и, дернув, лишить меня части тела, было спрятано и забыто. Забыто полностью.

А вот теперь при упоминании о кольце в голове всплыло воспоминание, которое, кажется, было ДО. До питомника, до пожара, до артефакторики. Воспоминание, от которого внутри только тепло, а на лице улыбка.

– Белое золото, топаз, ограненный короной, и четыре крапана в форме лапок.

– Сразу видно, что ты на артефактора училась, – усмехнулся Итан, разглядывая кольцо из черного золота с бриллиантом в форме овала на моем пальце, – а этот – ничего о тебе не знает. Кольцо королевы Адеи?

Я закивала с улыбкой, но без смущения, хотя мой ответ был навеян из далекого детства. О таком кольце мечтала каждая девочка в каждом королевстве с первого дня, когда впервые слушала сказку о королеве Адеи и ее возлюбленном, которого одно из чудовищ утянуло в свой мир, когда остальные разрушали город и замок. Только кольцо, подаренное Адеи возлюбленным, помогло не только справиться с чудовищами, но и вернуть мужчину живым. И это кольцо с тех времен считалось символом чистой любви, которая способна преодолеть все препятствия, и именно такое мечтали получить все девочки на помолвку… а парни почему-то игнорировали эти мечты, даря родовые артефакты.

– Тебе бы пошло́, – пробормотал Итан, переворачивая мою руку ладонью вверх и проводя по линиям судьбы большим шероховатым пальцем. От этого прикосновения кожу защекотало до мурашек, а внутри что-то дернулось и томительно заныло.

Палец продолжал движение, обводя тонкие фаланги одну за другой, линии на ладони каждую в отдельности, завораживая своим замысловатым танцем. От этих бесхитростных действий у меня почему-то пересохло в горле, а щеки запылали, но я не могла оторвать взгляда от своей ладони, словно на ней разворачивалась невероятная магия, от которой покалывало кожу и подрагивали колени. И ведь это всего лишь поглаживание ладони!

Итан не останавливался, провел подушечкой пальца по контуру, зацепил запястье, избегая разве что широкой полосы черного золота, которое принялось пульсировать в такт моего сердца, ускоряясь вслед за неровным дыханием.

Что-то в портальной стало душновато. И жарковато.

Я потянулась свободной рукой к пуговице на шубе, да так и застыла, не донеся руку до шеи, потому что в тот момент Итан наклонил голову и коснулся центра ладони губами.

О, боги, это что такое⁈ Почему так жарко⁈

Мужские губы были шероховатыми, жесткими и такими обжигающими, что невольно захотелось выскочить из шубы, чтобы хоть немного остудить пылающие щеки. Словно впервые, честное слово!

А потом по ладони прошелся кончик языка, а следом кожу слегка прикусили, и я дернулась, прижавшись спиною к стене – ноги перестали слушаться, подрагивая и подкашиваясь. А вот свободная рука словно обрела собственную волю и, поднявшись, утонула пальцами в темных взлохмаченных, совершенно неидеальных прядях. Невероятное блаженство! До мурашек!

От странно-томительных ощущений, что разворачивались внутри, я слишком сильно потянула одну из прядей, и Итан отвлекся и поднял голову. Взгляд у него в тот момент был напряженный, темный, ноздри раздувались как у хищника, а едва заметная полуулыбка пугала до дрожи. Нет, будоражила! Воспламеняла!

– Полминуты!

Глава 35
За гранью

Эдера

Мы даже не вздрогнули. И не потянулись друг к другу – смотрели в глаза и не могли оторваться, а мужские пальцы продолжали танцевать по моей ладони, разжигая искры все сильнее и сильнее. И я свою руку не могла опустить: продолжала держаться за непослушные пряди, а в ушах отбивало заполошный ритм непослушное сердце, которое словно неслось к пику своих возможностей, после которого только резкая остановка и падение в бездну.

– Десять, девять…

Кольцо на пальце нестерпимо жгло и вибрировало, обозначая, что клятвы находятся под нешуточной угрозой, и нам двоим непременно нужно остановиться, но вместо этого мы продолжали стоять, натянутые, словно струны, и готовые с резким звоном порваться от одного неловкого прикосновения.

– Восемь, семь, шесть…

– Вы хоть что-нибудь там делаете? – слышалось сдавленное возмущение из-за кожистых крыльев. – У меня сейчас руку оторвет! Целуйтесь уже!

Итан дернул уголком губ, словно предостерегая от неверных движений, и потерся щекой о руку, что перебирала волосы на его голове. Затем осторожно провел пальцами до моей кисти и потянул вниз к губам. От одного едва уловимого прикосновения у меня по спине прокатилась огненная волна, которая могла сейчас соперничать с жаром от кольца, а черное золото, кажется, достигло температуры плавления и стекало вязкой массой на пол.

– Пять, четыре, тр…

На счет «три» наши губы встретились. Смялись, стремясь соединиться плотнее, жестче, крепче. Словно две звезды, падая, столкнулись в небе и вплавились одна в другую, став единым целым, неразрывным, неделимым. И жар наш был один на двоих, и воздух в легких был один, и сердца били в такт, только наш, только для нас.

– Один!

Кольцо упало на плиту под нашими ногами с таким грохотом, словно часть скалы откололась и покатилась вниз. По ту сторону кожистых крыльев мантикоры раздалась надсадная болезненная ругань, словно Мариуса действительно покалечило.

– Что там у вас? Получилось?

Кто спрашивал, было не понятно. Долли, или Лоч, или оба сразу – не важно. Мы продолжали целоваться, но уже не выжигая друг друга изнутри, а трепетно, нежно, упоительно, превращаясь из раскаленной лавы в освежающий бриз.

– Мурррр, – удовлетворенно заурчала Руффи, и по моей щеке прошелся шероховатый широкий язык, а потом в то же место ткнулся холодный нос.

Мы с неохотой отстранились друг от друга, а потом тихо засмеялись, словно все еще делили одни эмоции на двоих.

– Мур? – обиженно заурчала мантикора, не понимая нашего веселья, а потом лапой подтолкнула к нам Лану, которая к этому моменту пришла в себя и с интересом рассматривала упавшее на пол кольцо, похожее больше на развернутую восьмерку, а не на круг.

– Ты сможешь перенести Эдеру в общежитие? – Итан осторожно поднял полоза и, свернув спиралью, уложил мне на руки, и только после этого поднял злополучное кольцо. – А мне нужно вернуть хозяину памятный подарок.

Я была признательна за такую предусмотрительность, ведь сама ощущала, что после столь интимных моментов совершенно точно не хочу ни видеть никого, ни показываться самой. Особенно не хотелось видеть Мариуса, потому что руки чесалить создать для него что-нибудь артефактное и не слишком надежное, чтобы впредь не устраивал подобных экстремальных ситуаций. Вот только шагая в открытый полупрозрачный портал, я вспомнила, что забыла кое-что важное.

– У Мариуса письмо для меня от брата!

– Принесу, – был короткий ответ, а глаза на меня смотрели все так же напряженно и жарко.

– И Макел теперь мой – это взятка за разрыв помолвки!

Глаз у Итана дернулся, а уголок губы угрожающе опустился, и в закрывающемся портале я услышала лишь обрывок фразы.

– … значит будет ему…

Что грозило Мариусу, я уже не услышала – очутилась посреди тесной комнаты в общежитии прямо напротив ростового зеркала, а оттуда на меня смотрела растрепанная раскрасневшаяся девица с лихорадочным блеском в глазах и припухшими губами.

Боги, на кого я похожа? Да на меня любой взглянет и будет знать, что я только что целовалась упоительно и сладко, аж до дрожи. И была до щекоток в животе счастлива. И, кажется, влюблена.

Глава 36
Выпроводить гостя

Итан

Итан сжал в кулаке кольцо, ставшее невероятно холодным, и вышел к тем, кто оставался в портальной. Поймал разочарованные взгляды Нита, Лоча и Долли, ожидавших увидеть рядом с ним Эдеру, и двинулся на незваного гостя. Взятка, значит, ну-ну.

– Это, похоже, твое, – он подбросил кольцо в сторону блондина с идеальной прической и едко хмыкнул, когда тот поймал презент, почти не глядя. – Советую покинуть академию сейчас же, пока порталы не закрылись на ближайшие два месяца.

Парень в ответ тоже хмыкнул, словно отзеркалил чужую эмоцию, потом воинственно вздернул подбородок и сузил глаза, собираясь, похоже, продолжить прерванное общение. Что ж, Итан сам был не против продолжить: так не против, что кулаки чесались. Его вообще бесил этот соверенский блондин, посмевший прикоснуться к ЕГО девушке.

– Что ж, спасибо за совет, – блондин подобрался, сделал стелящийся шаг в сторону белой мантикоры, словно под ее защиту, и остановился. – Отвечу таким же своевременным советом: проверь свои артефакты. После такого поцелуя золотая полоса уже у тебя может появиться, особенно если ты уже передал нашей Эдере что-то похожее на кольцо.

Итан даже не дернулся, хоть под рукавом куртки и ощутил жесткий кожаный ремень походного хронометра, а память услужливо подсказала, что кольцо его, самое что ни на есть артефакторное, в один из дней прихватила Лана. Но причем здесь золотая полоса помолвки? Похоже, у него в руках не все факты, которыми обладал присутствующий здесь бесячий блондин. Но расспрашивать его сейчас? Глупости! Пусть проваливает, даже с нормальным лицом и целыми зубами, а после Итан расспросит Лоча, благоразумно отступавшего к выходу.

– Лоч, помоги Ниту настроить портал, чтобы наш гость быстрее вернулся в свое любимое королевство, – тихо, но сурово проговорил Итан, а его мантикора как будто невзначай подтолкнула парня хвостом поближе к арке и подальше от выхода.

Кронстонский проныра тяжко вздохнул и поплелся помогать Ниту, обескуражено перебиравшему портальные камни. Кажется, рыжик впал в ступор, подозревая в словах капитана команды двойной смысл.

– Мантикору тоже отправляем? – все же спросил Нит, рассматривая какие-то документы, что лежали на столе.

– Разумеется, – ответил блондин и тут же приказал мантикоре, – Макел, за мной! Домой!

Белый медалист сделал удивленные глаза и не подчинился.

– Мя⁈

Следом удивленные глаза сделал уже Мариус, поворачиваясь к белой мантикоре. На его лице заходили желваки, зубы скрежетнули, а через две напряженные минуты на висках проступил пот.

В портальной комнате запахло грозой и пылью, словно от заклинания, произнесенного впустую. Парень выдохнул, сделал шаг к мантикоре и, поймав ее взгляд, попытался снова. Грозой запахло еще явственнее, а запах пыли превратился в запах пепла, словно заклинание выжигало пространство между Мариусом и Макелом, но не могло ничего сделать.

– Макел теперь принадлежит Эдере, не так ли? – Итан глянул сначала на Лоча, призывая друга в свидетели, потом на Нита и Долли.

Все трое согласно кивнули, обозначая, что ранее слышали нужную фразу из уст соверенца, а теперь и видели, что обязательной связи хозяин-питомец между этими двумя нет. К согласным кивкам присоединился угрожающий рык Руффи, которая, не долго думая, встала перед белой мантикорой и оттеснила ее к стене, испачкав своим синим боком.

На гостя из далекого Соверена в угрожающем молчании уставились шесть пар глаз. Недобро так уставились, предостерегающе, мрачно и многообещающе.

– Быстрее доберусь, – буркнул блондин, осознавая, что в этой схватке ему не выиграть. – Будьте любезны открыть портал.

Нит вопросительно глянул на Итана и неуверенно проверил портальные камни, как бы невзначай переставляя их местами. Итан только отрицательно покачал головой, и портальные камни вернулись на место. Не известно, куда бы занесло соверенца, но так подставлять сокурсника Итан был не намерен – беды потом не оберешься.

– Ты забыл отдать письмо, – напомнил парень, когда портальная арка начала мерцать, но сам переход еще не открылся. – Эдера просила проследить, чтобы ты не забыл передать послание.

Мариус нехотя достал пухлый белый конверт и передал его Долли, злорадно глядя Итану в глаза, словно этой мелкой местью мог сильно навредить. Смешно.

– И еще, тебе последний привет от Эдеры.

Удар кулака в челюсть пришелся как раз в тот момент, когда соверенец делал шаг в портал, так что Итан лишь придал ему ускорения для отправки домой – для его же блага. Ну а то, что он сам почувствовал небольшое удовлетворение, никого ж не интересует. Верно же? Пусть даже его друг одобрительно похлопывал его по плечу, стоило порталу закрыться – это уже его личная точка зрения.

– Ну а теперь, Лоч, Долли, хочу услышать всю историю целиком.

И странно было видеть, как Долли осторожно отступает от Лоча на несколько шагов в сторону мантикор, словно в укрытие.

Странно, очень странно. Как ко всей этой ситуации причастен Лоч?

Глава 37
Сокровища Ланы

Эдера

– Лана, ну пожалуйста, покажи сокровищницу, – умоляла я полоза посредине ночи вместо того, чтобы спокойно спать в своей кровати.

Вот что меня дернуло проверить, как теперь выглядит помолвочное кольцо Итана, которое своим загребущим хвостом поймала Лана, когда к этому же кольцу тянула свои не менее загребущие ручки рыжая Пени. Вот дали ж родители имя: Пени, Пенелопа…как козу назвали, честное слово.

Лана упорно отказывалась показывать свои кольца, которые ей дарили все, кто хоть мало-мальски знал о пристрастиях змейки. Отказ Ланы очень настораживал, ведь раньше таких проблем не было: полоз всегда охотно демонстрировала свои украшения. Что-то тут нечисто.

– Лана, хотя бы меня пожалей, – проныла Чара, заразительно зевая.

Пони – единственная, кто остался со мной уговаривать Лану, а остальные животные отправились спать. Даже зловредный Ягель, который никогда не упускал возможности позлорадствовать над моими неудачами, и тот сонно каркнул, пожелав удачи, и взлетел поближе к потолку вместе с Лежей.

Эх, всего несколько часов назад я почти легла спать, так и не дождавшись Долли, чтобы узнать, чем завершились «проводы» Мариуса и все ли сделал для меня Итан. Хотя нет, я была абсолютно уверена, что Итан все сделает: и письмо заберет, и Макела не отдаст. Лишь бы они не начали снова драться. Вот что за привычка у парней, решать все проблемы кулаками? Или это только у тех, кто учится в боевых академиях?

Опять отвлеклась. Вернемся к тому моменту, когда я забиралась под одеяло. Именно в тот момент в голову заглянула неожиданная мысль, будь она неладна. На сколько я помнила, помолвочное кольцо Итана, которое он дарил Пени, имело лишь остаточные следы разорванной помолвки. (И почему в первый момент я этого не поняла – не знаю, возможно, ревность затмила глаза). Так вот, после нашего последнего поцелуя, когда магия признала, что наши с Итаном чувства сильнее прошлогодних клятв Мариуса, могла ли та же магия окончательно подтвердить разрыв помолвки Итана и Пени? Ну, чтобы не ждать положенного в таких случаях года или двух.

Мысли роились в голове, рождая догадки одна другой фантастичнее, и не давали заснуть. Мне бы спросить у Итана, как вообще у него происходил разрыв помолвки, чтобы больше не гадать и не бороться с ревностью, которая, о боги!, неожиданно подняла голову. Вот кто придумал, чтобы такие эмоции посещали нас именно ночью? Но спрашивать у Итана в таое время было категорически невозможно – это же идти в столовую и вызывать его туда же, словно на тайное свидание с продолжением! Ну, нет, ни за что!

Вот так и вышло, что я отправилась в питомник, куда поместила Лану для отдыха. Сначала ощупала полоза руками в поисках кольца, но на гладком прохладном теле в этот раз не было никаких украшений. Потом я осмотрела все места, где Лана любила бросать свои «драгоценности»– была такая дурная привычка у полоза, – но в этот раз ни одного украшения брошено не было, словно змейка предчувствовала, что я приду за кольцом.

В конце концов пришлось дожидаться пробуждения Ланы и уговаривать показать сокровищницу. К моему удивлению тайных мест у полоза оказалось не два и не три – я замучилась перебирать блестящие украшения. А вот в последний схрон Лана пускать отказывалась. Напрочь.

– Лана, если ты не покажешь все, что у тебя есть, я скажу профессору Иллиоту, что ты больше не будешь с ним заниматься, – прибегла я к наглому шантажу.

Я, конечно, ничего подобного говорить не собиралась, так как в душе лелеяла надежду, что когда-нибудь эти двое дозреют до совместного договора, и у профессора появится великолепный питомец-полоз…или даже фамильяр, но Лане не обязательно знать все мои ожидания.

Полоз с негодованием щелкнула кончиком хвоста по воздуху и посмотрела на меня так укоризненно, что мне на мгновение даже стало совестно, но лишь на мгновение, потому что с каждой новой открытой сокровищницей в душе у меня росло нехорошее предчувствие. И оно, чтоб меня, оправдалось! В последнем схроне лежало только фамильное кольцо моей матери, которое та разрешила использовать в качестве заготовки под артефакт лет так…несколько назад. И это кольцо практически сразу пропало бесследно, а оно вон где. Не полоз – вторая сорока!

Мне бы разозлиться или обидеться, ведь за это кольцо я еще и целую лекцию выслушала, какая я безалаберная и никогда не довожу начатое до конца, но в тот момент я вдруг ощутила, как сердце пропустило удар. Если кольца Итана нигде нет, то где же оно находится? Или у кого?