Текст книги "В переплет по обмену – 2, или Академия не выстоит! (СИ)"

Автор книги: Елена Ловина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 22 страниц)

Глава 64
Альтернативный вариант

Эдера

– Я решила, что отправлюсь с тобой в Соверен, – категорично заявила Долли, ворвавшись в опустевший питомник.

Всех магических животных к тому моменту разобрали, причём большинство из них стали фамильярами у местных профессоров и даже у ректора (не без моей скромной помощи, конечно), так что коморка без жителей выглядела холодной и унылой. Комендантша общежития заявила, что, если в питомнике никто не живет, то и лишняя территория мне не положена, и потребовала освободить бывший чулан. Оставалась надежда на Ягеля и Макела, но мои фамильяры принципиально отказывались спать отдельно от меня, несмотря на визги и писки соседок, что за их переодеваниями наблюдают особи мужского пола. Ягель в такие моменты либо делал вид, что не слышит намеков, либо начинал причитать в любимой манере, а именно так противно, громко и возмущенно, что девушки шли на попятную. Макел же нашёл иной способ оставаться в нашей общей комнате: с гордым видом удалялся из здания, а потом мы трое слушали возмущённые причитания Итана, что мой медалист совсем стыд потерял и уже без приглашения наведывается к Руффи. Если нам так стеснительно переодеваться при мантикоре, то мы будем первыми в очереди, к кому он пристроит мини-мантикорят.

Да, за последнее время обе мантикоры окончательно стабилизировали свой размер и, к недовольству команды Итана, которая рассчитывала на Ру как на движущую силу, остались в своей мини версии. И, что уж скрывать, крылатые кошаки усиленно строили личную жизнь, так что пришлось даже добывать специальные капли для уменьшения их активного влечения.

В общем, когда в питомник ворвалась Долли, я приводила помещение в порядок и тяжко вздыхала, вспоминая, что жердочка у окна была самой любимой у сороки Лежи, а в сене очень любили играть пони Чара и гекон Жога.

– Ты решила бросить Лоча? – я удивилась, ведь буквально сегодня под утро застала подругу, пробирающуюся в нашу комнату, и вид у неё был до приторности довольным. «Как у тебя, когда ты возвращаешься от Итана», – парировала мое замечание Дол и завалилась спать. И тут такое заявление.

– Нет, я собираюсь расторгнуть помолвку, а лучше чем с глазу на глаз этого не сделаешь! И не смотри на меня с таким сомнением! Раз я решила, значит так и сделаю!

Долли взялась за веник и принялась активно гонять солому по комнате, делая вид, что помогает мне, а на деле старательно отвлекаясь от собственных сомнений.

– Лоч с тобой согласен?

Я знала наверняка, что нет, не согласен, но услышать версию подруги хотелось. Я из первых уст знала, что встречу Долли с женихом если не боятся, то серьезно опасаются, но рассказывать ей не спешила: кронстронский блондин чуть ли не умолял не говорить ничего девушке.

– Лоч сейчас бьется над твоей проблемой. Считает, если ты останешься в Кронстоне, то и я никуда не отправлюсь.

– Интересно-интересно… расскажешь?

– Да что тут рассказывать? Сама все увидишь – он просил позвать тебя в левады. Итан уже там, кстати.

Разве я могла пропустить что-то подобное? Отправилась вслед за Долли, по дороге пытаясь вникнуть в странную логику парня. Хотя, если вспомнить, как часто штормило мою подругу в попытке решить, с которым из парней она хочет остаться, а кого ей просто жалко, и какими путями она приходила к той или иной мысли, тут любая нормальная логика становилась в распор и ломала мозг. Так что Лоч к своему решению пришёл, скорее всего, через метания подруги, и обычной человеческой логикой этого не осознать.

И я оказалась права.

– Это что?

Вопрос задали мы с Итаном одновременно, но и Долли была в таком же недоумении, что и мы: стояла рядом и хмурилась, разглядывая серебристого грифона.

– Грифон, конечно! Для игр в воздушный бой! Твой, кстати.

И ткнуть пальцем не в Итана, у которого итак был боевой грифон, пришедший на смену Руффи, а в меня.

– Мне-то он зачем? – я с сомнением рассматривала не самое крупное животное из тех, что обитали в академии, но точно не того размера, за которым я привыкла ухаживать в питомнике. – Он остался без хозяина? Его нужно пристроить в добрые руки? Или он не может летать, и теперь не нужен команде?

Я накидывала версии одну на одну, а Лоч с каждой становился кислее и все больше закатывал глаза, демонстрируя, как он относится к моей недогадливости.

– Скоро королевские игры, если вы все забыли. Даже без Ру наша команда в фаворитах, так что перед королевскими особами мелькнем не один раз.

– А причем тут я и грифон? – все еще не могла я зацепиться за нить логических рассуждений Лоча.

– Ты будешь участвовать в турнире в нашей команде – с ребятами я договорился!

Мы с Итаном переглянулись, и в глазах своего жениха я увидела такое же недоумение, что, должно быть, читалось в моих.

– Ты ничего не перепутал? – уточнил Итан и на всякий случай притянул меня к своему боку. Не то что бы я была против такой демонстрации беспокойства за меня, но по опыту я знала, что чем сильнее притискивает меня к себе Итан в стремлении защитить, тем опаснее ситуация. А сейчас меня не просто притиснули – буквально вдавили в грудь, что дышать стало трудно не только от его горячего дыхания над головой.

– Мы выигрываем турнир… Не спорьте – мы просто обязаны его выиграть! И вот нас представляют королевской особе, как правило, это одна из дочерей короля, и те по традиции спрашивают, куда бы каждый из нас хотел отправиться на практику. Улавливаете мысль?

Итан притиснул меня еще сильнее, отчего я все же пискнула и вывернулась из объятий, а вот Долли вдруг решила поддержать парня.

– А это хорошая идея! Эди скажет, что хочет остаться в Кронстоне, и ее оставят со всем курсом, а Итан скажет, что желает пройти практику поближе к своей невесте! Так что вас обоих отправят либо в гарнизон, либо в…

– К брабугу в…– Итан на последнем слове сдержался, а я ощутила сожаление, что еще одно местное ругательство прошло мимо меня. – Эдера не умеет летать на боевой животном! Какой из нее член команды?

К слову, Эдера, то есть я, не умела летать не только на боевом животном, но не на боевом тоже. Мой опыт полета ограничивался исключительно портальной метлой, которая перенесла меня вместе с курсом совершенно не в то королевство, в которое изначально должна была доставить.

– Так она у нас будет зоомагом, который присматривает за животными и лечит повреждения, произошедшие в пылу битвы. Кстати, такая должность в команде есть – я сверялся с правилами – просто, все команды ее не выбирают, предпочитая иметь зельевара или целителя. А грифон ей нужен по правилам воздушного боя. Ей нужно только не свалиться с него и пролететь мимо трибун с королевскими гостями.

Лоч вещал вдохновенно, с огоньком, что в его слова было трудно не поверить, тем более Долли принялась с не свойственной ей горячностью поддерживать парня, и вдруг оказалось, что мы с Итаном согласились с планом, оставив вариант с Совереном как запасной, и усиленно занялись моей подготовкой. Не могу понять только одно, почему наши с Итаном интуиции не принялись вопить, словно птица-звонарь, оповещающий об открытии опасных порталов, из которых вываливались иномирные чудовища? Словно кто-то усыпил, честное слово.

Глава 65
Финальная битва

Эдера

– Там в королевской ложе лаутус Чарит? – уточнила я у Долли, а сама нервно погладила Кумишку, своего грифончика.

Наверняка со стороны я казалась безразличной ко всему, Долли даже спросила, где я такие успокаивающие зелья нашла, но на самом деле внутри у меня формировалось торнадо. И все из-за этих пройдох, которые притворялись членами одной команды, а в финале поставили меня перед фактом: я помогаю каждому обрести фамильяра, а они соглашаются с моим присутствием в команде. Признайте, невероятная наглость! Даже Лоч не нашел, что сказать, а Итан так просто задохнулся от гнева. И ведь прознали, что я всем профессорам, у кого в академии появился фамильяр, помогала устанавливать связь, но ведь там были исключительно мини-животные. Команда же пожелала фамильрами сделать летающих магических животных, на которых участвовали в воздушных боях, а это, между прочим, громадины величиной с Макела, когда он был еще в своей крупной форме.

Не то чтобы мы с Итаном возлагали невероятные надежды на результат финального боя – мы бы и в Соверен отправились, но ведь команда дошла до финала и, что удивительно, я была в составе этой команды последние три игры и даже помогала ребятам с их питомц… тьфу, животными. Так что мы посовещались и пришли к решению, что, раз правилами не запрещено иметь в фамильярах крупных магических животных, то можно было попытаться.

К моему огромному сожалению, ни мэссин Линел, профессор зоомагии, ни Ваган Самиат, профессор артефакторики, не поддержали меня и, к моему огромному сожалению, даже запретили пытаться, но к тому моменту я уже все сделала и даже убедилась, что связь работает. Пришлось после слов обоих профессоров воздержаться от хвастовства и сделать вид, что согласна с их мнением, тем более их категоричное несогласие и во мне пробудило нешуточное сомнение в собственных силах.

И вот теперь ребята сражались в финале на своих фамильярах и, честно говоря, выглядели несколько рассинхронно, словно думали об одном, а делали совершенно другое. Но я же предупреждала, что, чем крупнее магическое животное, тем сложнее с ним наладить связь.

Кто бы меня послушал? Насмотрелись, как ловко общаются профессора со своими фамильярами, и решили, что у них будет и быстрее и ловчее, ведь они-то не просто боевые маги, а еще намного моложе профессоров. Дискриминаторы без мозгов, а еще шантажисты, но я уже начала догадываться, откуда в эти накачанные мозги просочилась мысль, что с фамильярами они будут непобедимы. И пусть Долли изо всех сил уверяет, что Лоч ни при чем и вообще пострадавшая сторона, как и мы с Итаном, но я уже вновь смотрю на парня с подозрением и ожидаю очередного подвоха от кронстонского блондина.

И вот теперь, словно боги решили напомнить, что с магическими животными нужно обращаться осторожно, в королевской трибуне вместо приглашенной дочери короля восседал лаутус и внимательно всматривался в НАШИХ магических животных, хотя Долли, подпрыгивая на месте от нетерпения, уверяла, что мужчина очень внимательно следит за игрой, потому что фанат воздушного боя. Как по мне, так одно другому не мешает: болеть за любимую команду и выискивать грубые нарушения у соперников.

Если честно, впервые за свое пребывание в команде я желала ей проигрыш, вернее триумфальный провал, ведь, как известно, с проигравших спросить нечего, кроме слез фанатов. И как назло, команда хоть и летала, виляя, словно все дружно выпили крепкую настойку в лазарете, но каким-то чудом добиралась до окончания тура без видимых потерь. Вот будет катастрофа, если лаутус не только заметит связь игроков и их животных, но и вспомнит по такому поводу запрет, вписанный в законодательную книгу Кронстона кровью предыдущих испытателей судьбы.

Боги, я согласна на Соверен! Без каких либо вариантов! Не дайте нашим выиграть, ну пожалуйста!

Наверное, боги только и ждали моей молитвы, чтобы сделать все по-своему. И ведь не колебались ни мгновения: «Помолилась? Вот тебе ответ».

Обе команды ринулись к кубку, как только он появился на поле, и едва не столкнулись лбами в центре. К слову, финальная битва стала неотъемлемой частью воздушного боя совсем недавно (каких-то триста лет назад) и оказалась самой зрелищной составляющей, по крайней мере, так мне показалось за те три игры, что я была в составе команды. И еще эта часть игры чрезвычайно богата на травмы: синяки или шишки были самыми безобидными элементами среди всех возможных увечий, получаемых в азарте сражения. Смотреть на это без боли было просто невозможно, а закрыть глаза – страшно: вдруг в этот момент случится что-то еще более пугающее. И это случилось!

Стоило моргнуть ненароком, как фееричный полет на магических животных, где парни походили на древних богов, спустившихся даровать людям магию, превратился в какой-то клубок перьев и шерсти и какофонии визгов и рыков. А еще этот клубок тел все же достиг земли, и вверх поднялись брызги воды и грязи – увидеть что-либо стало просто невозможно. Там в центре словно рождалось новое чудовище, обладающее острыми клыками, когтями, клювами, шипами, а еще отвратительным нравом и до острых мурашек мерзким голосом.

В какой-то момент все лишние атрибуты недетской схватки осели на землю, и зрителям предстало едва ли не художественное полотно, претендующее на звание шедевра эпических сражений. Центром картины были Итан и его соперник, сжимающие в руках один на двоих кубок победителя, но не они привлекали взгляды. Все игроки застыли в нелепых позах: кто поднял высоко ногу и не знал, куда ее опустить; кто расставил широко руки, словно накачанные мускулы не давали свободно их опустить; кто-то продолжал прыгать с одной ноги на другую, высоко задирая колени, словно плясал на раскаленных углях. А между людьми шныряли и вились, на людях висели и рычали мелкие разгоряченные азартом сражения, твари. Присмотревшись, я узнала магических животных из команды: несколько грифонов, мантикор, пегасов, – только все они были не такими крупными, как в начале игры.

Я замерла и затаила дыхание, боясь даже подумать что-нибудь, что боги, к которым я обращалась, сочтут за кощунство, но местные ругательства роились в голове, не желая испаряться оттуда. Долли, кажется, решила упасть в обморок, потому что я услышала грохот, а потом возмущенный вопль подруги, но даже не обернулась – никто не обернулся. Запасные игроки, такие, как я со своим грифончиком, лекари из лазарета, зрители на трибунах резко замолчали, рассматривая столь невероятную картину, и над тренировочным полем стало почти безмолвно, если не считать рычания и клацанья зубами тех милах, в кого превратились грозные магические животные.

– Ха! – кто-то на трибунах нервно хохотнул, чем запустил волну нервных похмыкиваний и хихиканий, которая пронеслась по кругу несколько раз, набирая силу и громкость.

Кажется, когда весь стадион начал смеяться, это случилось вновь и вновь без предупреждения, по одному лишь богам известному сценарию: животные выросли в размерах, потеснив своих наездников, да и друг друга, обеспечив людей на трибунах нервной немотой.

Не знаю, сколько бы продолжалось это осторожное стояние в центре поля, когда уже и животные стали опасаться лишний раз выдать какой-либо звук, из королевской трибуны послышались размеренные увесистые хлопки, а над стадионом разнесся усиленный магией голос лаутуса.

– Великолепно! Невероятно мощная иллюзия! Поздравляю ваших артефакторов, которые смогли нас ошеломить столь нестандартным способом!

За разразившимися аплодисментами и заливистым хохотом никто не услышал мой нервный вздох облегчения, но я, кажется, рано решила, что все закончится, ведь впереди было определение победителя и награждение. И честно, взгляд лаутуса, брошенный в мою сторону, не предвещал легкого выхода из ситуации. Мужчина иронично изогнул губы и приподнял вверх фужер с водой, словно беззвучно произносил поздравления, но в глазах у него мелькнуло что-то пострашнее слова «депортация». На ум приходили самые страшные, которые вряд ли сейчас применяют, но мало ли: казнь, тюремное заключение, каторга…

Глава 66
Приз или наказание

Эдера

– Итак, сегодня команды порадовали нас невероятно азартной и незабываемой игрой! – вещал лаутус, а две команды стояли лицо к трибунам и улыбались так широко, что сводило лицевые мышцы – об этом успел сообщить почти каждый игрок в недолгих паузах, которые делал мужчина за нашими спинами. – И как вы все успели заметить, порадовали команды нас не только игрой, но и спорным, но при этом не менее интригующим финалом. И наверняка каждый из вас уверен, что знает, какая команда выиграла.

С трибун принялись выкрикивать названия команд, причем я даже слышала название той команды, что выбыла еще на этапе первых отборов – удивительно невнимательные люди.

– Долго он еще будет вещать? – ныл кто-то сзади, проявляя полное отсутствие боевой выдержки. – У мен нога затекла, и кушать хочется.

– Грин, заткнись, ты итак уже наш сухой паек съел, пока мы игру выигрывали, – зашипел где-то рядом капитан соперников. Я мысленно согласилась с неизвестным Грином: скорее бы эта речь закончилась, и нас отпустили бы обратно в академию, желательно, такими путями, которые никоем образом не пересекутся с многословным лаутусом. Хотя, позвольте, с чего это ОНИ выигрывали?

– Действительно, Грин, стоит помолчать, а не то у вашего капитана от голода происходит помутнение рассудка: он начинает воображать, что выиграл турнир, – теперь уже послышался голос Лоча, как всегда насмешливый и немного язвительный. О боги, как же неудобно стоять в первом ряду, никого не видеть, но при этом сиять улыбкой, словно новенькая золотая монета.

– Итак! – лаутус многозначительно замолчал, а за спиной послышались звуки отвешиваемых магических подзатыльников – видимо лаутус потерял терпение и восстанавливал тишину старинным академическим способом: звонкой безотказной затрещиной. – Сегодня я объявляю победителями…

Какой волнительный момент. У парней пар из ушей скоро повалит от нетерпения. А мне казалось, что с каждым словом лаутуса приближается моя если не гибель, то грандиозный провал, после которого даже принятие в семью Крейн многоглазого фамильра не гарантирует мне долгой и счастливой жизни с Итаном. Ужас как страшно!

Итан незаметно сжал мои ледяные пальцы, затем переплел со своими, и мне сразу стало немного легче. Не спокойнее, но легче: стоять, слушать, дышать, не думать ни о чем.

– Я объявляю победителями обе команды!

Торжественное победное восклицание лаутаса зависло в воздухе, и вместо всеобщего ликования трибуны вновь охватила полная тишина.

Две команды? Он серьезно? Да за такое решение его растерзают!

Даже я, несведущая в воздушном бое, знала, то победитель выбирался всегда один, даже если по очкам команды шли вровень или если капитаны одновременно брали кубок в руки. Правда про последнее парни шутили, что в таком случае все равно побеждал тот, кто умудрялся отправить противника в нокаут и отнять кубок. Только как можно успеть это сделать, если игру останавливали сразу же, как только чья-то рука касалась кубка, и второй не мог до кубка дотронуться, если не сделал это одновременно с противником.

– И так как победителей у нас целых две команды, – радостно продолжил вещать лаутус, не осознавая опасности, которая над ним нависла, – то обе команды будут проходить практику в министерстве контроля за магическими животными, а именно в отряде под моим командованием.

Кажется, назначение в министерство могло перекрыть не одно подобное отступление от правил, потому что трибуны просто взорвались громовыми аплодисментами, и даже обе команды принялись оббивать ладони друг о друга с остервенением, которого не проявляли в игре. И только я озадаченно хлопала глазами и не могла понять полного масштаба катастрофы, а она была, ведь Итан не принялся ликовать со всеми, а еще крепче сжал мою руку.

– Все плохо? – одними губами прошептала я, а мне так же безмолвно ответили, что все будет в порядке – Итан обязательно об этом позаботится.

Глава 67
Особые условия

Эдера

– Три года? Три⁈ – Долли не верила своим ушам, и это она еще не знала, что ей не полностью озвучили масштаб катастрофы.

– Это только для тех, кто на момент начала практики был помолвлен, – от злого взгляда подруги я даже отпрянула и впечаталась спиной в твердую грудь Итана, который тут же меня прикрыл собой, вставая перед разъяренной девушкой. Мне стало спокойнее: Итан был надежнее любых защитных заклинаний, наложенных родителями и дедом – я в своего жениха верила сейчас больше, чем в родовую магию.

– Так вот почему ты так спокойна, – упрек был сказан таким едким тоном, что я почувствовала себя оплеванной, – у тебя же лучшие условия. А кто не помолвлен – у тех что?

– Дол, успокойся! – попытался отвлечь внимание на себя Лоч. – Зато я выпаду из списка самых перспективных женихов на целых пять лет! У тебя не останется ни одной конкурентки!

Что ж, отвлечь Долли удалось, да только жажда крови у моей подруги усилилась, стоило Лочу заикнуться о других девицах.

– А что, у меня еще и конкурентки имеются?

– Ну, так и ты еще не разорвала помолвку, милая, так что у нас все на равных!

Под заливистое ржание членов обеих команд, что наблюдали за бесплатным ярмарочным представлением, Лоч со всех ног понесся с опустевшего тренировочного поля, только и успевая уворачиваться от огненных шаров, что совсем недавно освоила моя подруга. К слову, у Долли фаерболы получались идеально круглыми, без каплевидного хвоста сзади, про который все боевики говорили, что такой хвост способствует большей скорости огненного заряда.

Отсмеявшись, парни потянулись со стадиона. Команды перемешались, поменялись цветными куртками и стали совершенно неузнаваемы. Нас с Итаном звали на общую вечеринку в честь такой необычной победы, но мы отказались, оставшись вдвоем среди осиротевших трибун, на которых валялись разноцветные шарфы, яркие бумажные флажки и детские гуделки, которые на входе на стадион закляли так, что те стали совершенно бесполезными.

– Я даже понимаю Долли, – честно призналась я, заглядывая в лицо своего жениха. – Хоть мы и не планировали свадьбу на это лето, но откладывать ее на целых три года – это как-то жестоко. Почему остальные ребята так обрадовались?

– Как сказал Лоч, на них на целых пять лет перестанут охотиться с матримониальными планами.

Итан притянул меня к своей груди, положил подбородок мне на макушку и улыбнулся – я это почувствовала.

– Кстати, если присмотреться, то не все были довольны подобным. Думаю, еще несколько скандалов мы услышим… Значит, ты бы предпочла бы выйти за меня замуж пораньше?

Прямо макушкой почувствовала хитрую улыбку на губах парня и вновь запрокинула голову, чтобы заглянуть ему в лицо и убедиться, что он придумал какой-то новый коварный план по завлечению меня в сети брака. Сейчас, узнав о жестких сроках в заключении браков среди «счастливчиков», попавших в магический контроль даже на простую практику, я готова была поддержать любой демарш против столь злостной дискриминации.

– Ты что-то придумал? Как обойти подобное обязательство? Но лаутус Чарит был абсолютно убежден, когда озвучивал эту часть «приза за победу».

«Приз за победу» – фууу! Именно в кавычках, а еще с лицом, словно хочется плюнуть на спину этого неприятного мужчины. Выдели бы вы, с каким самодовольным лицом лаутус хвалил нас за победу, а свое отделение за приобретение столь ценных кадров. Прямо тошно становилось и хотелось по-детски затопать ногами или закатить истерику на подобии той, что устроила Долли. А еще этот лаутус особенно подчеркнул, что мое пребывание в его отряде радует в разы сильнее, чем что бы то ни было.

– Всегда стремился изучить столь незаурядные способности по одновременной работе с магическими животными и артефактами. А уж как вы послужите нашему ведомству за эти три года – фантазии задыхаются от головокружительных перспектив.

Вот так нам и сообщили, что «приз» наш является не только наградой на летнюю практику, но и кабалой на ближайшие три года. Конечно, мне, в отличие от парней, работать придется только два лета между курсами и год после обучения, но и эта перспектив меня не радовала: руководство в лице лаутуса не внушало ни доверия, ни желания работать.

В какой-то момент помпезной речи мужчины я даже порадовалась, что надо мной висела перспектива депортации – глядишь, и выдворят из королевства ни сегодня, так завтра. Но радость длилась недолго.

– И хочу обрадовать вас, лэсси Миович, что приз, которым были награждены обе команды, отменяет наложенное на вас наказание. Депортация отменяется – ликуйте же!

Мне хватило сил только растянуть губы в полуулыбку, и то ненадолго, потому что почти следом я услышала.

– А теперь, адепт Крейн, перейдем к вам…