Текст книги "Исповедь куртизанки, или Как я полюбила (СИ)"

Автор книги: Елена Эллиот

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 23 страниц)

Глава 13

Глава 13

Потихоньку я начала приходить в себя. Меня окружало что-то тёплое и мягкое – похоже, я лежала в постели. Медленно открыв глаза, я увидела сидящий напротив меня силуэт. Сложно было разобрать, кто это: зрение ещё не сфокусировалось. Но потом я услышала знакомый голос:

– Лорен, ты в порядке?

– Том? – удивилась я.

Окончательно проморгавшись, я смогла узнать очертания его лица. Но всё равно было плохо их видно, потому что мы находились в тёмной комнате, где не горели даже свечи. Лишь слабые лучи дневного света с трудом просачивались сюда сквозь плотно задёрнутые шторы.

Том поднялся и распахнул их – ослепительный свет хлынул в комнату, отчего резкая боль пронзила глаза. Я инстинктивно накрыла их ладонью.

– Прошу прощения! – извинился Том. – Подумал, тебе необходим свет.

Едва сдерживая тихий стон, я медленно приоткрыла веки. Спустя несколько секунд глаза привыкли к яркому свету, и я уже спокойно смотрела на Тома.

Чуть приподнявшись в постели и прислонившись спиной к подушке, я спросила:

– Что произошло?

И тут я обратила внимание, что была одета в белую кружевную сорочку на тонких бретелях, но не ту, что носила под платьем. Эта имела ещё более прозрачную ткань, которая практически не скрывала грудь. Осознав, что нахожусь почти что обнажённая перед мужчиной, я поспешила натянуть на себя одеяло.

– Ты упала в обморок, и тебя принесли сюда, – сообщил он, присаживаясь рядом со мной на постель.

Я бросила взгляд на комнату: она была небольшой, и основную часть площади занимала кровать. На ней я и лежала. Слева от окна располагалось изысканное кресло, обитое благородным бархатом глубокого бордового оттенка. Похоже, именно в этом кресле Том и дожидался моего пробуждения. А рядом находился аккуратный круглый столик. Я заметила на нём тарелку с какой-то едой.

– Врач сказал, твоё состояние вызвано недоеданием. Когда ты последний раз ела? – поинтересовался Том.

Не сразу, но мне удалось вспомнить.

– Вчера, перед тем как поехать к Владу, – призналась я. – Я пообедала, поймала кэб и поехала устраиваться на работу. Потом я пила вино, шампанское, но меня стошнило. И с тех пор я ничего не ела.

Том осуждающе покачал головой.

– Лорен, так нельзя. Наша кухня ещё закрыта, но я взял для тебя еду в соседнем ресторане.

Поднявшись, он прошёл к столику, чтобы взять тарелку и бокал, и сразу вернулся.

– Вот, выпей! Это повысит уровень глюкозы в крови, – пояснил он, протягивая мне бокал.

Сперва я недоверчиво принюхалась, но быстро распознала сладкий аромат свежего фруктового напитка. В Ист-Энде фруктовые соки считались роскошью, так что с непривычки я сначала робко попробовала напиток, но, мгновенно оценив вкус, стремительно опустошила весь бокал. Сок был свежевыжатым апельсиновым и приятно бодрил, своей кислинкой прогоняя неприятную тошноту.

– Молодец! – похвалил Том. – А теперь поешь.

Он наколол на вилку кусочек жареной картошки и поднёс её к моему рту. Было неловко есть с руки малознакомого джентльмена, но я послушно открыла рот. Картошка тоже оказалась вкусной, но после обморока я не особо хотела есть, а потому жевала медленно. Заметив это, Том следующим наколол на вилку ломтик свежего помидора и также поднёс его к моему рту. Свежие овощи я ела охотнее: они, как и сок, дарили облегчение, прогоняя мучительное ощущение тошноты.

– Что это за комната? – поинтересовалась я, проглотив очередной кусок.

– Это одна из комнат для клиентов, – пояснил Том.

– Для клиентов? – ужаснулась я, бросая взгляд на постельное бельё, на котором лежала. Хотя оно выглядело чистым, я сомневалась, потому что цвет оно имело насыщенный бордовый. Однако запах белья источал столь дивную свежесть, что я решила, что меня уложили всё-таки на чистую постель.

Как вдруг я вспомнила, что в ванной была совсем голой! На меня нахлынул всепоглощающий стыд, когда я осознала, что наверняка именно мужчины бережно перенесли моё тело. Но кто из них? Том? Влад?

– Кто меня переносил? – с тревогой задала я вопрос.

– Агнесса, – сообщил Том.

– Агнесса? – крайне удивилась я. – Эта хрупкая девушка?

– О, эта хрупкая девушка очень сильна! – рассмеялся он.

Я нахмурилась, не представляя, как такое могло быть. Вначале она сама себе туго затягивает корсет, потом поднимает тяжести, сравнимые с её собственным весом…

– А кто меня одевал? – спохватилась я.

– Тоже Агнесса, – улыбнулся Том, а затем серьёзно добавил: – Лорен, ты ведь не представляешь, на что идёшь. Ты переживаешь, что тебя увидят голой мужчины, прикрываешься, будучи в сорочке. Как ты планируешь обнажаться перед тем, кто тебе противен? Позволять касаться тебя… везде.

Мне тут же поплохело. Накрыв рот ладонью, я еле подавила рвотный позыв.

– К этому невозможно подготовиться, – выдохнула я. – Поэтому нет смысла тянуть. Зажмурюсь, потерплю пять минут и приеду сюда за честно заработанными деньгами.

– Я могу поговорить с Владом…

– О чём? – перебила я его. – Вряд ли Влад согласится взять мою семью под опеку. Мне нужно самой зарабатывать! А поскольку я красивая, грех этим не воспользоваться.

– Грех твою красоту продавать старым лордам: ты достойна лучшего! – неожиданно заявил Том.

– Правда? – я выгнула бровь. – И кого же? Может, у тебя есть кто-то на примете? Потому что мне на ум вот так сразу никто не приходит. М?

Он отвёл взгляд и поспешил встать. Подойдя к столику, он аккуратно поставил тарелку и вновь развернулся ко мне.

– Ты мне очень нравишься, Лорен! Не думай, что я не замечаю, как ты на меня смотришь. Но к сожалению, мы не можем быть вместе.

Мне было до боли обидно услышать это. Хотя на что я надеялась? Что найдётся достойный джентльмен, готовый взять меня в жёны? Меня, девушку из беднейших кварталов Ист-Энда, чьи финансы настолько скудны, что не позволяют купить даже скромную трапезу?

– Это потому что я из Ист-Энда, да? – обиженно выпалила я. – А знаешь, я привыкла, что благородные джентльмены вроде тебя относятся ко мне пренебрежительно. Вы видите во мне лишь красивое тело, поскольку не можете отрицать, что хотя бы природа была ко мне благосклонна. Вы хотите его, полагаете, что я с радостью прыгну к вам в постель, но жениться на мне вы не намерены. А поразительное в этом то, что вы правы! – не на шутку рассердилась я, дав наконец волю своим эмоциям. – Я смирилась с тем, что благородный джентльмен на мне не женится, но я и не этого просила, Том! Я хотела лишь, чтобы первый раз у меня был с тем человеком, который мне нравится. Ведь первый раз для девушки – он особенный! Дальше я бы стерпела, привыкла, но первый раз…

Слёзы захлестнули меня, и я прикусила губу, чтобы не расплакаться.

– Ты не участвовал в аукционе. Возможно, у тебя нет столько денег, но я бы… Я бы возвратила тебе часть суммы! Влад обещал мне семьсот, я бы возвратила тебе шестьсот. Но четыреста фунтов – это слишком много за ночь со мной, да? – закончив, я уткнулась в свои ладони и разрыдалась.

В одно мгновение он оказался рядом и погладил меня по волосам. Я подняла голову, и наши взгляды встретились. Мир вокруг будто замер, оставив только наше взаимное притяжение. Не теряя ни секунды больше, Том припал к моим губам.

Прежде я не целовалась, а потому следовала за его горячими губами, направляющими меня. Наши языки сплелись. Было так приятно. Том крепко обнимал меня, прижимая к себе. Одеяло давно соскользнуло с моей полуобнажённой груди, но я не смутилась, потому что хотела прямо здесь отдаться Тому! Возможно, после этого Влад выгонит меня, а Том бросит. Возможно, моя жизнь снова скатится в нищету. Но прямо здесь и сейчас мне отчаянно нужен был Том! Как первый мужчина…

– Воу! – воскликнула невесть откуда появившаяся Агнесса, и Том поспешил отстраниться от меня. – Коли приглянулась девочка, что не купил? А теперь уже поздно: сегодня она занята. Но можешь выкупить её на завтра. Будешь не первым, а вторым – Влад сделает скидку, – она подмигнула Тому.

Я почувствовала отвращение оттого, что меня воспринимали лишь как товар, и вновь натянула одеяло себе на грудь.

– Агнесса, Лорен нужно отдохнуть. Она не может сегодня работать, – с беспокойством проговорил Том.

Она выгнула брови.

– Неужели? А я вижу, что она вполне себе может. Что бы произошло, если бы я пришла на полчасика позже? Наш клиент лишился бы девственницы?

– Агнесса, посмотри, как она бледна! – возразил Том, подскакивая с постели. – Она же голодает!

Агнесса бросила взгляд на тарелку с недоеденными овощами и скептически хмыкнула.

– Я смотрю, ты решил покормить её не человеческой едой, а своими ласками! К тому же чего ты так печёшься о человеке? Ааа, – протянула она с улыбкой, словно что-то поняла. – Ты толькоо ней печёшься!

– Простите, но о чём вы говорите? – осмелилась спросить я. – Разве вы сами не люди?

Вопрос вроде не звучал смешно, но она вдруг звонко рассмеялась, а потом резко замолкла и опять обратилась к Тому:

– Можешь идти! У тебя же есть какие-то дела? Закупка продуктов, контроль поваров? Вот и займись этим! Паб открывается вечером, всё должно быть на высоте.

– У меня всегда всё на высоте! – огрызнулся Том.

Получается, моё предположение о том, что он управлял кухней борделя, оказалось верным.

– Вот и замечательно! – неискренне улыбнулась Агнесса. – Наверняка это потому, что ты не отвлекаешься на молоденьких куртизанок, а полностью посвящаешь себя делу. За Лорен не волнуйся, я скормлю ей всю еду, что ты принёс, не прерываясь на поцелуи.

Он подошёл к креслу и взял свою шляпу-цилиндр. Напоследок он бросил на меня заботливый взгляд и молча вышел из комнаты. Стало грустно оттого, что он ушёл, однако губы всё ещё хранили тепло его поцелуя, и я инстинктивно коснулась их кончиками пальцев. Но Агнесса не позволила мне насладиться моментом. Неожиданно и бесцеремонно она вручила мне тарелку с вилкой и приказала:

– Ешь!

Стоило догадаться, что с руки она меня кормить не будет. Но и оставлять в покое она меня тоже не собиралась. Вместо этого она встала надо мной, уперев руки в бока, и принялась неотрывно смотреть на меня. Казалось, она перестала даже моргать. Под её пристальным вниманием мне кусок в горло не лез.

– Я хочу пить, – не выдержав, попросила я. – Можно мне чего-нибудь налить? Хотя бы просто воды.

Агнесса фыркнула, но тут же быстрым шагом покинула комнату. Я вздохнула свободно, предполагая, что у меня есть минут пять-десять, пока Агнесса сходит на кухню и нальёт мне воды. Однако не прошло и минуты, как девушка снова вошла, держа в руке бокал с соком. Я уже успела положить в рот ломтик картошки, но теперь, опешив, перестала жевать.

– Вижу, аппетит у тебя всё-таки есть! – Агнесса подошла ко мне и протянула бокал.

– Спасибо! – проглотив кусок, поблагодарила я.

Взяв бокал, я принялась неспеша пить и попутно размышлять: «Может, она ходила не на кухню, а в кабинет Влада? Должно быть, он недалеко от этой комнаты. Но отчего все здесь кажутся мне странными? А вдруг они принадлежат к какому-то культу? Агнесса же упоминала магию. А убийства могут быть ритуальными…»

Теперь мне действительно стало страшно. Если судить по разговорам, то Агнесса считала себя выше людей. А вдруг они с Владом и правда являлись членами тайного общества, претендующего на превосходство над остальными людьми? Учитывая текущую популярность мистических романов, я не исключала существование подобных культов. Но даже если всё так и было, мне казалось, что в этом месте мне зла не желали.

«Что за тайна кроется здесь? – всерьёз призадумалась я. – Том наверняка знает: он тоже что-то недоговаривает. Нет, я обязательно должна выяснить!» – твёрдо вознамерилась я и принялась дальше жевать овощи, с подозрением поглядывая на Агнессу.

Глава 14

Глава 14

Оставшееся до вечера время я была занята сборами в оперу. Не то чтобы его так много осталось: всё-таки эпиляция и мой обморок продлились несколько часов. К тому же Агнесса собиралась подготовить меня по высшему классу, а потому не отходила от меня ни на шаг. Том, к сожалению, куда-то пропал. Возможно, он был занят на кухне, а возможно, не хотел снова встречаться с Агнессой. За это я его не винила, я бы тоже предпочла избежать её общества. Но так уж получилось, что именно с ней я проводила здесь больше всего времени.

Закончив наряжать, Агнесса повела меня к Владу, чтобы представить ему «порочного ангелочка» – так она меня окрестила. Но стоило мне переступить порог кабинета, как я замерла в изумлении: на софе сидела моя мать.

– Лорен! – тотчас подскочила она.

– Мама? – опешила я.

– Лорен, я приехала забрать тебя!

– Меня не нужно забирать, – непроизвольно я сделала шаг назад.

– Лорен, я не позволю тебе торговать своим телом! – прикрикнула мама.

– Мисс Джонс, ваша дочь уже взрослая и может сама за себя решать, – вмешался Влад, с невозмутимым спокойствием сидевший за своим столом.

– Вы запудрили ей мозги, – прошипела мама, обернувшись вполоборота к Владу. – Заманили деньгами!

– А чем ещё нам её заманивать? – парировал Влад, поднимаясь со своего роскошного кожаного кресла. – Девушка страдала от бедности, и я пришёл ей на выручку. Но не за просто так. С чего мне помогать ей просто так? Она работает на меня и получает за это хорошие деньги. Работа непыльная: немного полежать в мягкой постели, получить удовольствие и крупную сумму в придачу. Нашими клиентами являются только состоятельные джентльмены. Нередки случаи, когда девушки у нас находят себе попечителей и живут за их счёт, не зная нужды. Согласитесь, это лучшая участь для девушки. Или вы считаете, что официальный брак с пьяницей предпочтительнее, чем безбедная жизнь вне брака?

– За блуд она отправится в ад! – вскричала мама, полностью развернувшись к Владу.

– И чтобы избежать ада после смерти, вы обрекаете дочь на ад при жизни?

Его губы подёрнулись в лёгкой усмешке, а во взгляде отразилось нескрываемое превосходство и презрение. Я поняла, что маму надо спасать, пока она не наговорила того, за что пострадает. Всё-таки Влад с Агнессой не далее как утром увлечённо рассуждали об убийствах, и неизвестно, постановочных или настоящих.

– Мама, прошу тебя!

Я осторожно коснулась сзади её плеч, как вдруг она обернулась и замахнулась на меня.

– Замолчи, негодница! – воскликнула она, собираясь меня ударить.

Я вся сжалась, но её руку перехватила Агнесса.

– Мать вы или нет, – процедила она, – но я несколько часов наряжала эту красотку. И никому не позволю обесценить мой труд.

– Ай! – застонала мама, пытаясь второй рукой освободиться от хватки Агнессы, но не выходило. – Отпустите, мне больно!

– Мама… – испуганно произнесла я, не в силах видеть её страдания. Учитывая её проблемы с суставами, я искренне беспокоилась, что после твёрдой хватки Агнессы болезнь усугубится.

– Агнесса! – рявкнул Влад. – Отпусти мисс Джонс!

Агнесса резко разжала пальцы, и я заметила стремительно краснеющие следы на маминой коже. Схватившись за предплечье, она посмотрела на Агнессу с ненавистью, а потом перевела взгляд на меня.

– Вот как ты меня благодаришь, Лорен? Стоило отправить тебя на заработки на улицу с раннего детства, как делали многие матери. Но я пожалела тебя. И ты выросла избалованной продажной девкой! – бросив это мне в лицо, она решительным шагом вышла из кабинета.

Мои губы задрожали, и я уткнулась в свои ладони, готовая расплакаться.

– Даже не смей! – гаркнула Агнесса. – Чтобы ни одной слезинки! Засунь свою обиду куда подальше и натяни улыбку на лицо. Сегодня ты должна блистать! Если хочешь пореветь, отложи до завтра. Мы позволим тебе оплакать девственность и разрыв с матерью. А пока соберись! И скажи, что для тебя важнее – обеспечить безбедное будущее своей семье или жить с ними в согласии и нищете? Потому что если последнее, то зачем ты вообще сюда пришла?

Я застыла не моргая. Она хорошо умела вправлять мозги. Да и Влад оперировал такими доводами, что невозможно было с ними не согласиться. Внимая им, я сильнее убеждалась, что избрала верный путь. Конечно, профессия куртизанки была не самой достойной, но в моей ситуации являлась наилучшим вариантом.

Приступ плача замер внутри, едва успев зародиться. Я обрела уверенность в себе и твёрдо произнесла:

– Я не брошу свою семью! Мама может не любить меня, проклинать, но свой долг перед ней я выполню. Она и сёстры не будут больше жить в бедности – я об этом позабочусь!

Агнесса удовлетворённо хмыкнула и, сложив руки на груди, посмотрела на меня как-то по-новому, с одобрением.

– Ты глянь! – бросила Агнесса через плечо, обращаясь к Владу, но при этом не сводя глаз с меня. – Оказывается, девчонка решительная! Возможно, это от недоедания она была такой томной и апатичной. Надо её слегка откормить, и она станет нашей лучшей куртизанкой! Кстати, как тебе её образ?

Она отступила в сторону, чтобы не загораживать меня собой. Влад улыбнулся и, подняв руку до уровня лица в знак восхищения, произнёс:

– Она прелестна! Словно ангел, низвергнутый с небес. Наверное, именно так и выглядят порочные ангелы.

Я смутилась, но возразить было нечем, ведь Агнесса сделала мне достаточно броский макияж. А принимая во внимание, что даже малейший намёк на косметику считался верхом неприличия среди дам викторианского общества, в моей профессии у окружающих точно не должно было остаться сомнений. К тому же моё платье имело глубокое декольте, и плотно затянутый корсет подчёркивал пышность груди, визуально увеличивая её объём, что неизбежно притягивало к ней взгляды. Само же платье было нежно-голубого цвета, украшенное белоснежными кружевными цветами и напоминало то платье, созданное мамой.

Мои волосы Агнесса собрала в высокий хвост и спустила его изящными локонами на одно плечо. Вместо шляпки она приколола мне сбоку большой искусственный голубой цветок. А дополнило образ то ожерелье из топазов, подаренное Владом.

Внезапно дверь кабинета распахнулась, и вошла ещё одна девушка. Я узнала в ней ту, что выступала на вчерашнем шоу вместе с другими куртизанками. Сейчас она была одета скромнее, но по-прежнему соблазнительно. Её длинное платье благородного синего цвета настолько туго стягивал внешний чёрный корсет, что создавалось впечатление, будто пышная грудь вот-вот вырвется наружу, нарушив границы своего облачения. Похоже, одеваться в подобной манере было негласным правилом куртизанок. Не удивил меня и броский макияж, подчёркивающий глаза и губы девушки. Но вот распущенные, ничем не скреплённые волосы вызвали у меня неподдельное изумление, поскольку даже Агнесса собирала свои волосы в причёску. Однако эту девушку Господь наградил настолько роскошными локонами насыщенного шоколадного оттенка, что казалось грехом укладывать их в причёску. Так что они просто струились по плечам и груди, неотразимо привлекая внимание к столь чарующей области.

– За Лорен прибыли! – сообщила привлекательная шатенка. – Экипаж ожидает у входа.

– Спасибо, Кэтрин! – поблагодарил Влад, и она удалилась.

Он поднялся из-за стола и подошёл ко мне. В его руках был ридикюль, который он протянул мне со словами:

– Любая леди должна носить с собой ридикюль. Здесь у тебя зеркальце, пудра, а ещё презерватив. Клиент осведомлён, что пользоваться презервативом обязательно, поэтому наверняка у него есть свой. Но на случай, если он вдруг забудет или потеряет, я даю тебе один с собой. Проследи, чтобы он надел. Если откажется, уходи. Не будет отпускать – кричи! Но обычно до такого не доходит. Джентльменам высшего света тоже не нужны дети от шлюх, к тому же они очень дорожат своей репутацией и в курсе, что я могу испортить её за считанные минуты.

Влад лукаво улыбнулся, а на меня накатило отчаяние. Час расставания с девственностью неумолимо приближался, и невыносимой болью отзывалось понимание, что произойдёт это не с Томом, а с мужчиной, годящимся мне в отцы. Однако я зашла уже слишком далеко и не собиралась отступать.

«Потерпи, Лорен! Просто потерпи», – сказала я себе, послушно беря в руки ридикюль.

– Ступай! – Влад ободряюще похлопал меня по плечу, и Агнесса повела меня к выходу.

Проходя по первому этажу, я увидела девушек-официанток, что сновали между столами с тряпками и активно всё протирали. Заведение готовилось к новому шоу, но у меня сегодня планировалось шоу иного плана.

Мы вышли на улицу, и дверь экипажа, стоявшего у обочины, тут же отворилась. Внутри кабины я заметила того джентльмена, что предложил за ночь со мной наибольшую сумму. Теперь он казался ещё безобразнее. Наверное, вчерашний алкоголь здорово затуманил мне мозг, потому что только сейчас я увидела, что этот лорд был не слегка полноватым, а имел значительный лишний вес. Сегодня на улице стояла жара, и капли пота стекали со лба толстяка, заставляя его постоянно вытираться некогда белым, но уже желтеющим платочком. Мне стало противно даже просто подходить к экипажу, каждая клеточка тела сопротивлялась, но я собралась с духом и решительно двинулась вперёд.

Опасаясь быть узнанным, этот отвратительный джентльмен не стал спускаться, а лишь робко высунул свою руку, будто жирную гусеницу, вывалившуюся из-за полога кареты, и лениво поманил меня к себе.

– Прошу, мисс! – улыбнулся он толстыми губами, когда я подошла к нему ближе.

Вкупе с маленькими глазёнками, зорко стреляющими из-под наплывших век, складывалось впечатление, что на его лице был только рот, который, судя по всему, редко страдал отсутствием в нём еды. Тут же меня охватил праведный гнев от несправедливости мира, где одни умирали от голода, а другие без зазрения совести пресыщались пищей. Я жаждала выплеснуть всё накопившееся негодование этому высокомерному толстяку и ему подобным, но вовремя напомнила себе, что мне следует быть покорной. Тогда на смену гневу пришла горькая волна отчаяния. Отдавать свою девственность такому отталкивающему человеку теперь не представлялось столь прекрасной затеей. Даже за семьсот фунтов это был вынужденный и неприятный акт, полный горечи и унижения.

И тут я поняла, что мама была против неспроста. Безусловно, пьяница из доков не лучшая партия для девушки, но ведь моё положение было не настолько бедственным, чтобы выбирать из двух зол. Я могла выбрать себя!

Могла бы, если бы была сиротой. Если бы не имела родных, живущих впроголодь. Я смирилась с отсутствием еды и постоянными обмороками, но сёстрам не желала такой судьбы. И чтобы им потом не пришлось спать с такими противными мужчинами, как этот, я взяла себя в руки и решила дойти до конца.

Забравшись в экипаж, я ощутила неприятный аромат парфюма, смешанный с запахом пота. Ощутив тяжесть безнадёжности, я прикрыла глаза. Эту жертву я приносила осознанно и добровольно. Наутро я планировала непременно отправиться в ванную, чтобы смыть с себя всю грязь своего порока, но получится ли у меня забыть мой самый первый секс?

«Если напьюсь, то да», – мысленно ответила я себе.

– Извините, сэр, а в опере подают алкоголь? – спросила я, вновь посмотрев на своего отвратительного компаньона.

Он громко рассмеялся, и во время приступа смеха отрыгнул. Я скривила рот, молясь о том, чтобы меня снова не стошнило, и пожалела, что съела все те овощи под надзором Агнессы. Сейчас они явно просились наружу. Чтобы не смотреть на своего омерзительного спутника, я повернулась к окну. Наблюдая за молодыми и статными мужчинами, прогуливающимися по улице, я мучилась единственным вопросом: почему меня купил не кто-то из них? Почему самым богатым оказался самый противный лорд Лондона?

– Конечно, в опере подают алкоголь! – наконец ответил толстяк. – И я непременно куплю тебе выпить, если будешь звать меня не сэр, а Джон.

– Джон? – повторила я, опять обратив на него взор. – Просто Джон? Без титула и фамилии?

– Обязательно без титула и фамилии! Лорен, и пожалуйста, называй меня по имени почаще. Особенно ночью!

Он плотоядно улыбнулся и облизнулся. Я же с трудом подавила в себе очередной рвотный позыв и, тоже натянув улыбку на лицо, процедила:

– Хорошо, Джон. Как вам будет угодно.