Текст книги "Исповедь куртизанки, или Как я полюбила (СИ)"

Автор книги: Елена Эллиот

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 23 страниц)

Глава 11

Глава 11

Проснулась я, когда в доме ещё стояла сонная тишина, но утренние лучи летнего солнца уже пробивались в окно, заполняя комнату ярким светом. Было приятно осознавать, что хотя бы солнце не делало различий между классами людей и светило одинаково богатым и бедным.

Поднявшись с постели, я подошла к зеркалу и обнаружила потёки макияжа на своём лице. Зато платье за ночь ничуть не утратило завораживающей привлекательности и смотрелось на мне по-прежнему безупречно. И роскошное ожерелье на шее всё так же изящно подчёркивало цвет моих голубых глаз. Но вкупе с испачканным косметикой лицом и растрепавшейся причёской я и правда походила на дорогую проститутку, что трудилась не покладая… В общем, трудилась всю ночь.

Подобрав с пола стофунтовую банкноту, я снова засунула её в декольте и принялась приводить себя в порядок. Мама хотела отправить меня в церковь, так что я решила полностью очистить лицо. Я знала, что для похода с тем джентльменом в оперу Агнесса вновь меня накрасит, но это будет лишь вечером, а до того момента я планировала быть скромной девушкой, дорожащей своей невинностью. Учитывая, за сколько я её продала, она действительно была дорогой. Но мысли о том, что уже менее чем через сутки я лишусь её, всеми силами отгонялись мной прочь. Не то чтобы меня страшил процесс, хотя, несомненно, он волновал воображение, однако больше меня пугал тот нелицеприятный джентльмен, что купил меня на ночь. И я твёрдо решила напиться, чтобы не запомнить тот омерзительный кошмар, что меня ожидал.

«Думай о деньгах», – проносились в голове слова Влада.

«Всего лишь одна ночь, и семьсот фунтов мои!» – следуя его совету, утешала я себя. И правда помогало. Перспектива того, что мою семью могут выселить из дома в крохотную комнатку в убогом доме Уайтчепела, пугала гораздо сильнее, чем ночь со старым толстяком.

Я незаметно прошмыгнула в ванную и там смыла с себя весь макияж. Затем я вернулась в комнату, расчесалась и перед зеркалом уложила волосы в толстые косы, которыми окружила голову. Надев сверху изящную широкую шляпку небесного оттенка, я придала своему облику дополнительный шарм. Без яркого макияжа и в платье нежнейшего голубого цвета я напоминала ангела, спустившегося с небес, и была самим воплощением красоты и целомудрия! Вот же ирония, что жизненные обстоятельства вынудили меня примерить на себя роль куртизанки…

Покинув комнату, на кухне я столкнулась с матерью. Она лишь недавно проснулась, но уже собралась готовить девочкам завтрак. Увидев меня полностью собранной, она удивилась.

– Лорен, так рано! Куда ты собралась?

– В церковь, – ответила я. – Ты же сама вчера настаивала.

Она улыбнулась и приложила ладонь к моей щеке.

– Лорен, мой ангелочек, я рада, что ты одумалась. Не переживай о нашей семье, мы со всем справимся с Божьей помощью. Лучше посети службу и помолись за нас. Уверена, Господь поможет нам.

«Уже помог, мама. Он послал мне Влада! Но ты этого ещё не поняла», – мысленно произнесла я, но вслух сказала другое:

– Прости за вчерашнее, мама! Мне не стоило всего этого говорить. Ты всегда желаешь нам с сёстрами лишь добра. Поэтому я непременно пойду в церковь и попрошу Господа о благословении для нашей семьи.

– С Богом, дочка! – наставила меня мама, и я торопливо вышла из дома.

Я и правда отправилась в церковь, расположенную в нашем районе Бетнал-Грин, – церковь Святого Петра. Она не имела богатой истории, как другие англиканские церкви Лондона: её построили совсем недавно для жителей нашего неблагополучного района.

Бог был крайне необходим нам, иначе жизнь совсем бы потеряла краски. Поэтому даже в таком рабочем районе Лондона, как Ист-Энд, церкви были востребованы среди населения и посещались довольно часто. Жители района регулярно приходили в храмы, находя там поддержку, утешение и возможность отвлечься от повседневных забот. Горожане верили, что благодаря молитве их жизнь непременно наладится.

Но похоже, где-то мы поступали неправедно. Может, сомневались в замысле Божьем? Ждали какой-то манны небесной, игнорируя очевидные подсказки судьбы? Я же готова была ухватиться за каждый шанс, посланный свыше, независимо от трудностей и жертв, что придётся принести, лишь бы обрести новую, счастливую жизнь для себя и близких.

В церковь я пришла к началу службы. Внимая каждому слову пастора и слушая умиротворяющие песнопения, в душе я благодарила Господа за то, что Он даровал мне возможность вывести свою семью из нищеты.

Покинув тихие своды храма Святого Петра, я направилась прямо к зданию налогового управления, скромно расположившемуся неподалёку, в этом же районе Бетнал-Грин. Там я быстро отыскала нужный кабинет. Мужчина, сидевший за массивным столом, тотчас принял меня. Узнав, за какой именно дом я хочу погасить долг, мужчина крайне удивился, поскольку уже подготавливал бумаги для аукциона. Но куда сильнее чиновник изумился, когда из декольте я достала свёрнутую белую банкноту. Тем не менее её хватило, чтобы полностью погасить долг, и мне даже дали сдачу в два фунта.

Тихо звякнув монетами в ладони, я забрала бумагу, удостоверяющую, что наша семья не имеет задолженности перед государством, и отправилась домой. Я знала, что мама непременно осудит моё решение, а потому не хотела встречаться с ней. Осторожно приблизившись к дому, я замерла неподалёку и принялась наблюдать. Вскоре на пороге появилась знакомая фигурка – это была моя младшая сестрица Лайза. Тогда я вышла на середину дороги и принялась размахивать руками. Взгляды прохожих тотчас обратились ко мне, будто завидели необычное явление среди серых будней городской суеты. К счастью, Лайза тоже заметила меня. Радостно улыбаясь, она быстро подбежала ко мне.

– Лорен, Лорен! – кинулась она ко мне в объятия. – Ты так рано ушла! Почему тебя не было за завтраком?

– Я ходила в церковь, – призналась я. – А ещё в налоговое управление. Лайза! – я протянула ей официальную бумагу от налогового инспектора и один фунт. – Пожалуйста, отдай это маме. Сообщи, что я сегодня не приду. И передай ей, что я люблю её и тоже желаю добра нашей семье.

– Лорен, ты уезжаешь? – огорчилась Лайза.

– Завтра я уже вернусь! – улыбнулась я. – А пока мне нужно работать.

– А кем ты работаешь? – спросила она.

– Это секрет! – я подмигнула ей. – Ну ладно, беги! – сказала я, завидев вдали кэб. Его я планировала остановить и отправиться на Хеймаркет.

– Лорен, береги себя! – слишком серьёзно произнесла юная Лайза.

– Ты тоже! – ответила я.

Она побежала к дому, а я махнула рукой перед кэбом. Извозчик натянул поводья, и лошадь мирно встала прямо возле меня.

– Куда вам? – крикнул он, глядя на меня с козлов, расположенных позади кабины.

Я вспомнила вчерашний экипаж и печально вздохнула. Однако грусть моя тут же прошла, стоило мне назвать адрес:

– Хеймаркет, «Соблазны Пикадилли».

Это место действительно соблазняло своей роскошью. Я попала в его сети и не хотела из них выпутываться. Может, моя профессия была не так уж и плоха, как казалось на первый взгляд? Красивые танцы, опера, высокий доход… И всего-то нужно было спать с мужчинами за деньги.

– «Соблазны Пикадилли»? – извозчик посмотрел на меня с удивлением.

– Всё так! – подтвердила я, ничуть не смутившись.

– Забирайтесь, мисс! – пригласил он, и я аккуратно взошла на пассажирское сидение. А уже через сорок минут я подъехала к борделю.

Только я подошла к двери, как она отворилась, а я снова оступилась. Я не могла поверить в собственное несчастье. Опять на том же месте! И тем джентльменом, кто едва не столкнул меня с лестницы, вновь оказался Том. Но на этот раз он поймал меня за руку и притянул к себе с таким жарким порывом, что дыхание перехватило! И даже шляпка слетела с моей головы.

Ладони Тома тотчас легли на мою талию, а мои руки робко коснулись его груди. Наши глаза опять встретились…

– Лорен? – удивился он. – Как же я не рад тебя здесь видеть!

Я опешила от такого приветствия и даже потеряла дар речи, не понимая, как на это реагировать. Том же не спешил выпускать меня из своих крепких объятий, продолжая удерживать за талию. И внезапно я почувствовала себя защищённой. Его прикосновения были так приятны. Я бы отдала всё, лишь бы он никогда меня не отпускал…

– Лорен, ты передумала и пришла сообщить об этом Владу? – строгий вопрос прозвучал как утверждение.

Наваждение исчезло, и вместо защищённости я почувствовала обиду. Вот уж от кого я не ждала осуждения, так это от Тома! Он ведь и сам всё время проводил в борделе. Но чем Том занимался там, да ещё и днём? Тоже работал? Кроме основной деятельности там также была кухня – требовалось готовить, убирать. Вероятно, Том нанимал рабочих, следил за порядком… Вряд ли Том имел какое-то отношение к отбору куртизанок, учитывая категоричное неприятие нашей деятельности. Но меня всё равно удивляло, что Том осуждал нашу профессию, ведь так или иначе он являлся завсегдатаем борделя. Или осуждение касалось лишь меня?

Высвободившись из объятий Тома, я решительно заявила:

– Я не передумала!

Затем я спустилась и подняла шляпу. Отряхнув её от пыли, я собиралась опять надеть её, но вспомнила, что Агнесса должна подобрать мне другой наряд. Оставив шляпу зажатой в руке, я посмотрела на Тома и сердито сообщила:

– Сегодня у меня первый клиент, и я пришла пораньше, чтобы подготовиться и получше обо всём узнать.

Том тоже спустился и взял меня за локоть.

– Лорен, если ты волнуешься за деньги и украшения, то можешь не возвращать их Владу: я с ним рассчитаюсь.

– Боюсь, этого не хватит, чтобы решить все проблемы нашей семьи! – я резко отдёрнула руку. – Да и какое вам дело? Если у вас есть деньги, почему не участвовали в аукционе? А если я вам не нравлюсь, так позвольте мне проводить время с теми, кто готов платить за это. Или считаете, раз я из Ист-Энда, то и не стою тысячи фунтов?

Том обхватил меня за плечи и, пристально глядя мне в глаза, произнёс:

– Лорен, ты стоишь гораздо больше!

Он снова был так близко, и в глубине души я мечтала о продолжении. Сердце трепетало от мысли, что сейчас он пригласит меня на свидание. Я ведь и правда не хотела работать куртизанкой. Я просто хотела поправить финансовое положение семьи, вырваться из нищеты… Я так хотела удачно выйти замуж! А он был хорош всем: красивый, элегантный, богато одет. Я не знала, каким состоянием он владеет, но почему-то не сомневалась, что он богат. С другой стороны, я никогда не встречала его на приёмах, которые мне удалось посетить. Впрочем, Влада на них я тоже не встречала.

Позднее выяснилось, что и Том, и Влад принадлежали к гораздо более высокому обществу и не посещали те обычные светские мероприятия, куда я ходила в поисках богатого жениха. Девочка, не избалованная роскошью, легко спутала скромное благополучие с настоящим богатством. Мне незнаком был аромат шелков и звон золотых монет, а потому я посчитала элиту среднего класса высшим светом. Тогда я не задумывалась о том, что на более богатые приёмы меня бы просто так не пустили. Однако если даже средний класс смотрел на меня свысока, чего было ожидать от высшего света? Ведь там обитали лишь утончённые аристократы, привыкшие принимать подобострастие окружающих как нечто само собой разумеющееся. Жизнь в мире богатых текла словно величественная река среди хрустальных берегов равнодушия и высокомерия.

Наступившая пауза казалась бесконечной. Стало ясно, что с куртизанкой из Ист-Энда Том не был готов завязать отношения. Возможно, я действительно нравилась ему, но чувство долга перед социальным положением заставляло Тома скрывать свою симпатию, а моральные устои не позволяли заплатить за секс. Потому я не видела смысла продолжать общение. Ещё не хватало влюбиться и страдать из-за неразделённой любви! Или разделённой, но порицаемой обществом. А играть в Ромео и Джульетту – эту тонкую, пронзительную мелодию чувств, переливающуюся яркими красками любви и нежности, но исполненную трагизма и печали, – я была не намерена. Да и не ведала Джульетта той нищеты, что составляла мою реальность.

– Спасибо за ваше замечание, Том! – первой прервала я молчание. – Я с ним совершенно согласна! Это только начало моей работы, поэтому вы правы: я заработаю больше. А сейчас прошу меня извинить.

Его руки ещё мгновение удерживали меня, а затем нехотя отпустили. И взгляд потух, оставив лишь лёгкую грусть, отражённую в глубине глаз. Горделиво вскинув подбородок, я поднялась по ступеням и уже собралась дёрнуть за ручку, как Том вдруг окликнул меня:

– Лорен! Я за тобой пригляжу.

Я обернулась к нему и сдержанно кивнула.

– И прости за шляпу! – добавил Том. – Теперь я должен тебе ещё и шляпу.

– Не утруждайтесь! Я и сама смогу купить себе всё необходимое, – сказав это, я вошла в здание.

Глава 12

Глава 12

Внутри стояла практически гробовая тишина и было темно, несмотря на то что день только начался. Всё потому, что окна были плотно зашторены. Казалось странным, что Том вышел из такого безлюдного помещения, но раз он не предупредил, что Влада нет на месте, наверняка тот находился в своём кабинете.

Я осторожно прошла к лестнице, отодвинула штору и обрадовалась, что хотя бы тут горели свечи. Мягкой поступью я поднялась наверх и услышала голоса, доносившиеся из приоткрытого кабинета Влада.

– Влад, милый! – послышался звонкий голос Агнессы. – Ну позволь хоть разок полакомиться клиентом. Ты же знаешь, как невыносима жажда во время секса с людьми!

– Откуда мне знать, Агнесса? Мою постель скрашивают отнюдь не люди, – интонация Влада была насмешливой.

– Ты что, ни разу не спал с человеческой девушкой? – удивилась Агнесса.

– Стараюсь этого не делать. Удовольствия крайне мало, а убивать своих любовниц сразу после оргазма считаю неправильным.

– Отчего же? Ты лишаешь их приятной смерти. Кто может похвастаться, что перед смертью ощутил оргазм и следующее за ним чувство неземного блаженства?

– Никто! Ведь те, кто мог, уже умерли, – усмехнулся Влад.

Агнесса заливисто рассмеялась, а потом послышались звуки поцелуев. То, что Влад спал с Агнессой, меня не слишком удивило, а вот содержание их беседы… Почему они говорили так, будто сами людьми не являлись? И убийства во время секса… Это была аллегория, репетиция нового представления или Влад с Агнессой действительно кого-то убивали? Холодок пробежал по моей спине. Неужели эти красивые молодые люди были жестокими убийцами?

Я начала вспоминать заметки в газетах, но вот уже несколько месяцев подряд не мелькала ни одна строчка о загадочных смертях. А с тех пор, как в мрачных переулках Уайтчепела орудовал Джек Потрошитель, прошло почти десять лет. Конечно, двенадцати-пятнадцатилетним подросткам было вполне по силам убить женщину, особенно если они действовали вместе, но всё же я не думала, что Влад и Агнесса в юности охотились на женщин в тёмных улочках Уайтчепела. К тому же Агнесса говорила не про убийство проституток, а про убийство клиентов. Но зачем убивать того, кто платит щедрые деньги?

«Нет, наверняка они обсуждают новое представление, – убеждала я себя. – Что-то мрачное и эротическое. Кровожадная публика Лондона должна оценить!»

Увлечённая звуками чужих секретов, я позабыла осторожность и слишком близко подобралась к двери. Ласки и вздохи теперь слышались гораздо отчётливее, а потому я решила поскорее уйти. Влад обещал прислать за мной экипаж лишь в три часа дня, так что в запасе у меня имелась пара-тройка часов, чтобы прогуляться по Лондону. Всё-таки нечасто я выбиралась в центр без видимой причины, а на улице сейчас стояла столь редкая для Лондона солнечная погода. Уже воображая себя гуляющей по тенистым дорожкам Гайд-парка, я стала разворачиваться к лестнице, но, к своему несчастью, со стуком ударилась локтем о косяк. Зашипев от боли, я схватилась за руку, как вдруг услышала оклик в свою спину:

– Лорен?

Я замерла, боясь пошевелиться.

– Что она здесь забыла?! – послышался недовольный возглас Агнессы.

– Мне и самому интересно. Лорен! – настойчивее повторил Влад. – Объяснишься?

Я осторожно повернулась. Каким-то образом кабинет оказался открыт нараспашку, хотя и Влад, и Агнесса находились далеко от порога, возле софы. Следом меня поразила другая странность: Агнесса спешно зашнуровывала свой корсет, заведя руки за спину. Я озадачилась, как ей удавалось справляться без чужой помощи, да ещё столь виртуозно?

Затем мои глаза скользнули к Владу: в этот момент он застёгивал ремень на своих брюках. Мой взгляд невольно зацепился за внушительную выпуклость, проступающую под тканью, и сердце сделало лёгкий скачок. Я торопливо подняла глаза, однако выше царствовал безупречный рельеф мускулистого торса, достойный античного божества. Преодолев искушение насладиться созерцанием, я поспешно отвернулась. Уходить молча было невежливо, поэтому я бросила через плечо:

– Я зайду позже!

– Стоять! – рявкнул Влад.

Я замерла.

– Что ты слышала? – строгим голосом поинтересовался он.

Я шумно выдохнула. Сердце бешено колотилось. Признаваться в том, что я слышала, как они обсуждали сценарий будущего представления, я не хотела. Ведь не исключено, что они обсуждали вовсе не представление…

Вновь обернувшись к ним, я протараторила:

– Я пришла пораньше, чтобы получше подготовиться к сегодняшнему вечеру, а тут вы с Агнессой… Я услышала, что вы заняты, и хотела зайти попозже.

– И всё? – Влад выгнул одну бровь, накидывая на себя рубашку.

Я мельком посмотрела на его пах: выступающего бугра там уже не было. Но мои щёки всё равно предательски вспыхнули, поскольку до этого момента мне не доводилось воочию лицезреть полуобнажённые мужские тела.

– На ней попробовать не хочешь? – кивнула на меня Агнесса. – Потому что я сомневаюсь, что из неё выйдет хорошая куртизанка. Деточка, тебе объяснить, что мужчина делает с девушкой во время секса? А может, показать?

Влад едва ли не прыснул: настолько его рассмешили её слова. Меня же волной накрыло чувство стыда.

– Агнесса, – смеясь проговорил Влад. – Клиент нам заплатил за невинную девушку, а не за опытную шлюху. То, что она чего-то не знает, придаёт ей изюминки. А иначе кто поверит, что она девственница? Думаю, Джон сам ей всё объяснит. А ты пока что подготовь её. Девственница или нет, но она должна быть гладкой везде. Ты поняла меня, Агнесса? Это визитная карточка моего борделя. За гладких девушек клиенты платят гораздо больше!

– Да они просто педофилы, которых возбуждают маленькие девочки допубертатного возраста! – с раздражением бросила Агнесса.

Влад изумлённо посмотрел на неё.

– Странно слышать это от тебя, Агнесса. Ты же лишена такой проблемы.

– Да! – гордо заявила она, и её настроение мгновенно изменилось, став игривым. – Я всегда девочка!

– Ладно, девочки! – хмыкнул Влад. – Можете идти!

Она кокетливо улыбнулась и направилась к выходу в том, в чём была: в корсете и панталонах, совершенно босиком. Получается, она прямо так пришла к Владу? Осмотревшись вокруг, я не заметила никаких платьев. Возможно, оно притаилось за спинкой софы? Почему же тогда Агнесса его не забрала? Неужели она и правда явилась сюда не за романтическими разговорами, а только ради секса? Впрочем, ничего удивительного, ведь, судя по тишине, в борделе сейчас никого не было. А Том вполне мог уйти до того, как Агнесса наведалась к Владу. К счастью, я застала их не в разгар действия.

– Идёшь? – поторопила она меня, остановившись у двери.

– Да, прошу прощения! – опомнилась я.

Сосредоточив внимание на происходящем, а не на своих мыслях, я спешно пошла за девушкой. По пути я заметила, насколько туго был стянут её корсет. Я и не предполагала, что девушкам могло быть под силу в одиночку так затянуть шнуровку. Но Агнессе было под силу.

Агнесса вообще казалась мне крайне эпатажной. Скорее всего из-за того, что прежде я не встречала проституток. Традиционно леди стремились проявлять сдержанность в поведении – её же даже с большой натяжкой сложно было назвать леди. Но что-то привлекательное имелось в поведении Агнессы: она точно знала, чего хотела, и не стеснялась это озвучивать. В нашу викторианскую эпоху такая манера общения для девушки была смелой, а потому заслуживала искреннего восхищения.

Агнесса привела меня в ванную и с порога велела:

– Снимай с себя всё!

– Совсем? – уточнила я.

– Да! Или слово«всё» для тебя имеет какой-то другой смысл?

Она смотрела на меня так, словно считала самой глупой на свете. Мне же стало интересно, смогу ли я когда-нибудь завоевать её уважение или она так и будет относиться ко мне свысока? А она так относилась ко мне, поскольку я была неопытна в вопросах секса или потому что я из Ист-Энда? У меня уже сформировался комплекс. Сталкиваясь с жизненными испытаниями и презрением окружающих, я считала, что всё это связано с моим происхождением. В подавляющем большинстве случаев так оно и было. Но я надеялась, что хотя бы куртизанок не будут делить по происхождению.

Вспомнив недавнюю ловкость Агнессы, я попыталась снять затейливый корсет без посторонней помощи. Однако это оказалось нелёгкой задачей: тонкие шнурки крепко держали изящную конструкцию на моём теле, словно не хотели выпускать из её плена. Агнесса всё же сжалилась надо мной и пришла на помощь. Её пальцы с лёгкостью скользнули меж складок ткани, уверенно развязывая хитроумные узлы. В мгновение ока она расправилась с ними и освободила меня от корсета. Потом я сняла нижнюю рубашку и панталоны и, оставшись обнажённой, инстинктивно прикрыла руками пах и грудь. Агнесса лишь покачала головой, осуждая мою скромность, и приказала:

– Ложись!

Посреди ванной стояла кушетка. Я послушно прилегла на неё. Рядом на небольшом столике уже находился таз с водой, а также полотенца, мыло, кисть для бритья и сама бритва.

– Волосы светлые, их немного, так что справимся быстро, – успокоила Агнесса, оценивающе оглядев меня.

Вооружившись кистью и мылом, она начала создавать пышную пену. Когда та была готова, она велела мне завести руки за голову, чтобы нанести полученную пенистую массу на подмышки. И вот наступил тот миг, когда Агнесса решительно протянула руку к сверкающей стальным блеском бритве. Пальцы девушки осторожно сомкнулись вокруг гладкого холодного металла. В тусклом свете комнаты лезвие казалось зловеще притягательным, но, когда Агнесса направила его на меня, моё сердце учащённо забилось, а дыхание замерло.

«А вдруг они с Владом обсуждали реальные убийства? – пронеслось в голове. – А вдруг это моя последняя мысль?»

– Я сделаю всё аккуратно, если не будешь дёргаться, – строгим голосом произнесла Агнесса, заметив страх на моём лице. – В твоих же интересах прийти к клиенту неизраненной.

Я не имела другого выбора, кроме как довериться ей. И похоже, лишение меня жизни не входило в её намерения. Она действительно только брила меня, но брила везде. Её нежная рука скользила осторожно и уверенно. Я чувствовала прикосновение холодного металла к своей коже. Агнесса двигалась медленно, внимательно следуя контурам моей фигуры. Особенно странно было, когда она касалась меня там, внизу… Но, оценив результат, я была приятно поражена.

– Такая гладкая кожа! – восторгалась я, проводя рукой по своим ногам.

Затем я коснулась лобка и нежно погладила его: кожа ощущалась мягкой, как самый роскошный бархат!

– Ну красотка же! – улыбнулась Агнесса, очищая бритву и кисть. – Клиент будет доволен!

– А… это больно? – осмелилась поинтересоваться я.

– Что именно? – не поняла она.

– Ну… первый раз, – мне было немного неловко говорить об этом, однако стоило узнать побольше, если я собиралась уже сегодня распрощаться с девственностью.

Агнесса задумалась. Реально задумалась. Она выглядела почти моей ровесницей, но вспоминала так долго, будто этот важный для неё момент произошёл аж в прошлой жизни!

– Немного? – ответила она или спросила. Было сложно разобрать, но интонация больше походила на вопросительную.

Я нахмурилась, ожидая подробностей, и тогда Агнесса махнула рукой.

– Не забивай голову! Если выпьешь перед этим, будет небольно. А если много выпьешь, вообще ничего не запомнишь. Это совет на случай, если тебе противно трахаться с дедом, – Агнесса скривила рот от отвращения. – Но обычно такие дедки много платят, а член у них стоит недолго. Это я к тому, что не думай, что он будет тебя всю ночь во все щели. Скорее всего, пять минут и заснёт. Ты тоже можешь поспать, а с первыми лучами солнца приходи сюда за своей долей. Несложно ведь, правда?

Притворно улыбнувшись, я кивнула. Никогда прежде я не говорила о сексе настолько прямо. Точнее, говорила она. Я же поражалась тому, как она без стыда обсуждала эту тему! Но похоже, то были издержки профессии. Возможно, через несколько лет я буду также равнодушно и насмешливо рассуждать о достоинствах мужчин. Но представив, что за несколько лет во мне побывают десятки, сотни членов, я почувствовала себя нехорошо.

Голова закружилась, и лёгкая слабость потекла внутри тела. В глазах замелькали искры, а сердце застучало слишком быстро. Приложив ладонь ко лбу, я попыталась удержать рассеянное сознание, но не помогло.

– Что с тобой? Тебе плохо? – тихий голос Агнессы доносился будто из трубы.

Я попыталась сосредоточиться на нём, но не получилось. А в следующий миг я отключилась.