Текст книги "Суррогатный наследник (СИ)"

Автор книги: Елена Артье

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 13 страниц)

– Нет, нет, проезжайте, мне уже ничем не поможешь. Но спасибо, что спросили.

Махнув рукой Ник проводил взглядом автомобиль. Вот так, чужой человек предложил ему помощь, потому что был неравнодушен. А его, Ника, помощи просил брат, оставив ему в наследство самое дорогое – своё продолжение. И несколько поколений титулованных родственников смотрели на него с небес и уговаривали:

– Ну же, вспомни, что ты тоже Берхтольд, если не по паспорту, то по крови точно.

Ник глубоко вздохнул и сел за руль, заводя свой автомобиль. Вырулил на мокрую дорогу и не спеша поехал домой. Если его и посетили мысли о самоубийстве в минуту слабости, то он не имел ни малейшего права забирать с собой на тот свет каких-либо случайных попутчиков, пересекшихся с ним сегодня дорогой.

Глава 4

Оставив машину в подземном паркинге Никлас направился к стеклянному лифту. Краем глаза увидев спешащего в его сторону консьержа он поморщился и торопливо нажал на кнопку. Наверняка возникли какие-то домовые вопросы, решать которые сейчас он не имел никакого желания. Пережитый стресс оседал в мышцах, делая их ватными, и мужчина мечтал лишь о тёплой расслабляющей ванне для своей спины, которая опять напомнила о себе тянущей болью.

Открыв дверь Ник скинул парадные туфли. Рядом на комод полетели ключи и чёрный пиджак. Галстуки мужчина принципиально не носил, а потому лишь расстегнул верхние пуговицы на рубашке и направился к небольшому бару, где была припрятана бутылочка отличного виски.

В кабинете раздался шум и Никлас тихо выругался: только домработницы ему сейчас не хватало. Попытался вспомнить, в какие дни недели она приходила и понял, что либо женщина перепутала даты, либо к нему пробрался воришка. Схватив рядом стоящую статуэтку мужчина на цыпочках отправился в кабинет и резко распахнул приоткрытую дверь, готовый вразумить взломщика.

Огромные голубые глаза смотрели на него со страхом, а гибкое обнажённое женское тело застыло в нелепой позе на его любимом дубовом столе. Похоже, пытаясь забраться на его высокий стол, девушка и спровоцировала тот шум, который он услышал. Проследив за её виноватым взглядом он увидел лежащий на полу канцелярский набор и разлетевшиеся веером документы.

– Упс… – произнёс нежный голос девушки, сменившей на лице выражение страха на настороженное. – Сюрприз!

Девушка распахнула призывно руки и, покачнувшись, едва не свалилась со стола.

– Акробатка, мать твою… – пробормотал Никлас и недовольно поджал губы. Скинув с себя рубашку кинул ей в руки.

– Прикройся, Хлоя! Какого чёрта тебя принесло сюда?

В другой раз он бы точно не отказался от такого сюрприза, но только не сегодня. Глядя в наполняющиеся слезами красивые глаза он почувствовал лишь усталость и опустошение.

– Я лишь хотела тебя поддержать, утешить, – обиженно сказала девушка, пытаясь попасть в рукав рубашки. Поняв, что у неё не получается, она откинула её на пол и громко икнула.

– Ага, и поэтому пробралась ко мне в квартиру и напилась моим же виски. Никак консьержа подговорила? То-то он спешил меня предупредить…

– Тебе что, жалко?

– Мне жалко своего времени. Мы обо всём с тобой договорились и, кажется, по хорошему расстались. По крайней мере, мои подарки должны были послужить отличным утешением.

– Ты лишь хотел от меня откупиться! А сейчас избегаешь меня. А я может быть хочу дать нам второй шанс. Нам ведь так хорошо было вместе!

– Хлоя, я убедительно прошу, не совершай половых актов в моей голове! Мне и без тебя плохо.

Как тяжело быть порядочной свиньёю! Никлас на мгновение прикрыл глаза, чтобы подавить в себе возрастающую злость, понимая, что от пьяной Хлои кроме скандала ничего не дождёшься. А это не то, что ему сейчас нужно. Почувствовал, как скользнула по груди её рука и опустилась вниз, лаская его через брюки. Она знала, что делала и её умения не прошли даром. Ник ощутил как приливает кровь к нижней части, унося туда с собой скопившийся стресс.

Резко подхватив обнажённое тело он распластал его на своём столе и с остервенением стал клеймить поцелуями стонущую девушку. Та только этого и ждала, опутав мужской торс ногами и впиваясь ногтями в его плечи. Ник резко сорвал с себя брюки, не забыв выхватить из кармана серебристый квадратик. Раскатал защиту и ворвался в жаркие недра, так призывно распахнутые для него. Он рывками выплёскивал из себя напряжение последних дней и страх, ненависть и боль. Желание забыться и освободиться – вот что двигало им в этот момент, взрываясь ослепительной мучительной вспышкой.

Тяжело поднявшись с дрожащей девушки он привёл себя в порядок, застегнул брюки и отошёл к окну, наблюдая сине-фиолетовый после дождя закат. Захотелось открыть форточку, чтобы впустить свежий влажный воздух и охладить разгорячённое тело. Пожалуй, нужно поблагодарить Хлою за сюрприз, снявший хоть ненадолго его напряжение.

Знакомые руки обвились вокруг его талии и нежный голос, мурлыкнув, произнёс:

– Ник, ты просто зверь! Я тоже по тебе очень соскучилась и рада, что мы помирились. Теперь, когда ты получишь наследство наша жизнь изменится к лучшему. Ты можешь положиться на меня, мой граф.

Мужчина окаменел. Вот как можно испортить такой момент одной единственной фразой?!

– Где вас только таких делают? Вот значит почему ты здесь – из-за наследства? А я то дурак на мгновение подумал, что в действительности я тебе САМ важен!

Ник развернулся и зло посмотрел на довольное лицо любовницы, которое стремительно меняло своё выражение на испуганное.

– Ник, дорогой, что с тобой? Конечно, ты мне важен. Я… Я люблю тебя!

– В том-то и дело, что для тебя я "дорогой". Мешок денег с крепким членом, не иначе. Вот только ты ошиблась, и титул я не наследую, как и деньги. Так что можешь забирать свои тряпки и своё сочувствие и убираться отсюда туда, откуда пришла.

Не было никакого желания объяснять ей подробности завещания. Отвернувшись он пошёл обратно к бару, надеясь, что эта фальшивая актриса не всё выпила и хотя бы немного ему оставила. Желание надраться в хлам только усилилось. Не зря он столько лет избегал серьёзных отношений, ох не зря… Расстаться с ней было самым правильным решением за всю его жизнь.

– Ник, пожалуйста, – всхлипнула Хлоя, трясущимися руками надевая платье на обнажённое тело. Хмельной флёр стремительно стал улетучиваться и девушка с каждым мгновением всё яснее понимала, что она где-то допустила непоправимую ошибку. – Ну что я такого сказала? Феликс ничего тебе не оставил? Ты поэтому злишься? Подожди…

Кинулась к Нику и схватила за руку.

– Ничего страшного, у моего отца есть связи и отличный адвокат как раз по вопросам наследования…

Никлас скрипнул зубами и выдернул руку, едва не отправив девушку в полёт. Она даже не пыталась понять, что он говорил! Что-то тёмное кипело в его груди в этот момент, в шаге от того, чтобы поднять на неё руку. Наверняка со стороны это выглядело очень зловеще, так как Хлоя судорожно выдохнула и втянула голову в плечи.

Понимая, что ещё чуть-чуть, ещё пара фраз и он переступит эту запретную для себя черту, Ник со всей силы стукнул ладонью по стене рядом с замершей девушкой и проорал в испуганные глаза:

– Нет, я не поэтому злюсь. А потому, что подпустил тебя близко. Плохо дал понять тебе, что у нас нет совместного будущего.

И тихо добавил, размазывая большим пальцем потёкшую от слёз тушь с красивого, но ненавистного сейчас для него лица:

– Давай прекратим это фарс. Я безмерно устал. Уезжай, я вызову тебе такси.

– Как же я тебя ненавижу!

– А ещё пару минут назад признавалась в любви.

– Ты использовал… ик… меня!

– Так же как и ты, Хлоя, так же как и ты…

– Ты бессовестный негодяй!

– Ты права: ни стыда, ни совести, ничего лишнего.

Закрыв за теперь уже бывшей любовницей дверь, Ник ощутил как его покидают последние силы. На морально волевых схватил бутылку виски, фужер и направился к ванной комнате. Включил воду, разделся и залез в огромную ванную, облокотившись о покатый бортик. Тёплая вода мощной струёй наполняла ёмкость и обволакивала мужчину со всех сторон, расслабляя уставшие мышцы.

Ник глотнул обжигающий напиток и почувствовал как тепло стремительно разносится внутри тела, заполняя каждую клеточку. Повернул голову и увидел в окно яркие городские огни, освещающие темноту. Где-то там внизу кипела ночная жизнь, которую он знал изнутри как никто. Но сейчас мужчина понимал, что всё изменилось и теперь не будет как раньше. Он потерял свою мнимую свободу. Он больше не просто Никлас Шульц, архитектор и прожигатель жизни. Он – хранитель рода Берхтольдов и должен взвалить на себя все хлопоты по управлению семейным наследством.

Очередной горький глоток привёл к мысли, что он никому ничего не обязан и вполне может отказаться. На кой ему эти заботы? Деньги ему не нужны – он и сам прилично зарабатывает. А полученную после смерти отца свою часть наследства он давно уже выгодно вложил и только преумножил свои капиталы. Пусть назначают управленца со стороны.

А Лоренца… Так уж и быть, он пошлёт ей огромный букет цветов и напишет записку со словами соболезнования. Этого, пожалуй, будет более чем достаточно.

Но чем больше Никлас об этом думал, тем больше понимал, что если он отступится, то не сможет дальше спокойно жить. Груз вины от того, что подвёл брата в его последнем желании будет лежать на его плечах до конца жизни. Да и на том свете, он не сомневался, Феликс не даст ему спокойного житья. Только сейчас до мужчины в полной мере дошло, что у него будет племянник, единственное родное существо.

Приняв решение Никлас почувствовал даже некоторое удовлетворение. Что же, он вполне может попробовать, а если не получится, то он будет понимать, что сделал всё, что мог. Вышел из ванной и направился в спальню, осознавая, что крепкий сон сейчас необходим ему не меньше расслабляющей воды и виски. Растянулся на прохладных простынях и, с последней ускользающей в сон мыслью, подумал, что так и не узнал, через сколько же времени наследник его брата появится на свет.

Глава 5

Никлас остановил машину напротив входа в частную клинику и выключил мотор. Раздобыть этот адрес у Максимилиана Герра не составило никакого труда, так же как и договориться по телефону о приёме у главного врача. Нику нужна была вся информация, и он её получит во что бы то ни стало.

Администратор встретила его напряжённой, но широкой улыбкой, давая понять, что новости о его наследстве благодаря журналистам докатились и до простых обывателей. Что будет, когда он появится у себя на работе, Ник предпочитал пока не думать. Выделенная ему на траур неделя ещё не закончилась и у него было время подумать, что делать дальше. Он лишь надеялся, что специфические подробности этого дела останутся пока в тайне.

На первом плане стояла встреча с суррогатной матерью и именно поэтому сейчас мужчина поднимался в кабинет к главному врачу. Навстречу ему уже вышла ухоженная худощавая женщина неопределённого "после сорока" возраста и протянула руку, растянув губы в фальшивой улыбке:

– Добрый день, герр Шульц. Очень рада с вами познакомиться, хоть и в таких трагичных обстоятельствах. Позвольте выразить вам соболезнование….

Никлас кивнул в знак приветствия и сел в предложенное кресло. Женщина присела тоже за свой стол и предложила:

– Чай, кофе?

– Нет, я бы предпочёл сразу перейти к делу.

– Конечно, чем могу быть вам полезна?

Женщина нервно провела рукой по своим волосам, поправляя строгую причёску. И хоть она привыкла по своей должности общаться с сильными мира сего, эта ситуация была слишком нестандартна, на грани закона и установленных правил. К тому же внешний вид мужчины несколько смущал её. Она хорошо помнила его брата, их конфиденциального пациента, и поражалась их внешней схожести. Конечно, они были братьями, но не близнецами же…

– Вам наверняка должно быть известно, что я назначен опекуном ребёнка, которого зачал мой брат и его жена, хотя и таким нестандартным способом.

– Да, герр Максимилиан уже связался со мной.

Женщина замялась, нервно постучав по столу тонким пальцем.

– Дело не простое, так как вы вступите в наследство через полгода, а пока я не имею права выдавать вам как постороннему человеку какую-либо информацию.

Ник включил режим обаятельного парня и, скользнув взглядом по бейджику, вкрадчиво произнёс:

– Пока постороннему… Фрау Ризбергер, вы же понимаете, что это неминуемо произойдёт. И я подозреваю, что мой племянник родится гораздо раньше этого срока, так ведь? И кто возьмёт на себя обязательства по уходу после его рождения? Суррогатная мать?

– Нет, что вы. Честно говоря, меня этот вопрос также волнует, так как ситуация уникальная. Да и по договору выплачена лишь половина суммы. Аванс, так скажем. Оставшуюся часть необходимо будет внести после родов.

– Вот видите! Как я понимаю, это мне придётся здорово почистить свой кошелёк. Поэтому я имею право знать все подробности. Вы же не хотите, чтобы я отказался от ребёнка и разорвал контракт за не имением заказчиков?

– У нас прописаны условия при внезапной кончине одного из родителей, но не обоих сразу. Случаи отказа от ребёнка крайне малы в мировой практике, а в нашей клинике такого не было никогда. Тьфу-тьфу… – врач постучала по столу и, поймав весёлую усмешку мужчины, смущённо добавила, – извините…

Никласа лишь позабавил такой суеверный жест. И тут же пришло понимание – они договорятся. И он не ошибся: через двадцать минут он покинул клинику с увесистой папкой, скрывающей все секреты его брата.

* * *

Никлас аккуратно перевернул последнюю страницу в папке и судорожно выдохнул. Пожалуй, он не желал бы знать таких подробностей о семейной жизни брата, но было уже поздно. Да и сам хотел во всём разобраться, так что винить теперь в своей растерянности он мог только себя. Он с нетерпением возвращался домой, чтобы наедине углубиться в изучение добытого материала и теперь ему предстояло разложить полученную информацию по полочкам и проанализировать.

Ник даже не подозревал, что у Феликса с Ханной были такие большие проблемы с зачатием. Конечно, он как и все ожидал услышать про беременность в первые годы их брака, но думал, что они просто не были к этому готовы. А оказывается уже тогда они пытались и лечились в этой же частной клинике.

Почему Феликс не поделился с ним по-братски? Постеснялся выглядеть ущербным? Это было в его характере: никогда не показывать свою слабость. Все видели волевого, стойкого графа, главу семьи и никто не догадывался какой ранимый человек скрывался за этой маской. Даже Ник, как оказалось, не знал его так хорошо, как думал до этого.

Словно пазлы в голове у мужчины вставали воспоминания и полученные только что данные выстраивались, наконец-то, в понятную и полную картину. Вот и получил он ответы на некоторые вопросы, которые оставались для него загадкой. Например, почему тогда Ханна пришла в его спальню?

Никлас ещё раз открыл папку и нашёл тот первый анализ спермограммы, сданный Феликсом. Дата…. Ник навсегда запомнил её, так как она положила конец между отношениями братьев на долгие годы.

Ханна. Прелестная милая блондинка с ямочками на округлых щеках. Не точёная красавица, но обладательница удивительной харизмы. Она была сокурсницей Ника и он бы соврал, если бы сказал, что не был в неё влюблён. Ему казалось, что и она выказывает ему симпатию, пока в его День рождения не познакомилась с Феликсом.

Ник до сих пор помнил то чувство разочарования, когда эти двое всерьёз друг другом увлеклись. И как бы ему не было больно, он отошёл в сторону, чтобы не мешать и со стороны наблюдать как влюблённые строят своё счастье.

Нику казалось, что он преодолел свои безответные чувства, пока однажды, несколько лет спустя, он не обнаружил в своей спальне Ханну.

…Дверь без стука тихо отворилась и девушка словно привидение в кремовом халате скользнула к нему в комнату. Он только что вышел из душа и, лёжа на кровати в одних боксерах, проверял в телефоне свою почту. Изумлённо смотрел как Ханна присела к нему на постель и дрожащим голосом сказала:

– Ник, нам нужно серьёзно поговорить.

– Сейчас?

Он почувствовал себя неловко, но решил, что случилось что-то важное, тем более что Феликс несколько дней назад уехал в срочную командировку.

– Что происходит Ханна? Дело в Феликсе?

Девушка вздрогнула и решительно подняла на него голубые глаза. Этот кристальный оттенок стал его фетишем на долгие годы. Его он подсознательно искал в глазах своих многочисленных любовниц. А пока он услышал тихое признание:

– Я… Я люблю тебя, Ник…

Мужчина оторопел, не веря в услышанное. Даже немного отодвинулся, увеличивая между ними пространство.

– Меня? Ты с ума сошла! А как же Феликс?

– Да, точно, я сошла с ума, ведь его я тоже люблюююю…

Ханна заплакала и кинулась ему на грудь, судорожно всхлипывая.

– Я не знаю, что мне делать Ник. Вы так… так похожи!

Это действительно было так. Об их внешней с братом схожести не высказывался только ленивый. Граф Леопольд гордился тем, что сыновья оба пошли в его породу, унаследовав яркие синие глаза и светло русые волнистые волосы. А для графини Лоренцы это был ещё один повод невзлюбить мальчика, который постоянно напоминал ей об измене мужа.

Ханна подняла голову и безумным взглядом посмотрела в глаза Ника.

– Пожалуйста… Это двойственное чувство не даёт мне покоя! Пожалуйста… Я должна сравнить и убедиться, что выбрала правильно…

Тут она распахнула свой шёлковый халатик и перед его горящими глазами предстала высокая аппетитная грудь, нескованная ни малейшим кусочком ткани. Оседлала ошарашенного мужчину и коснулась его губ мягким, но решительным поцелуем. Почувствовав лёгкий алкогольный запах он отпрянул.

– Нет, Ханна, так нельзя. Ты видно выпила лишнего и потом пожалеешь!

Ник пытался остановить её и с ужасом осознал, что ему самому хочется узнать, как это быть с ней, с той, которая занимала так много его мыслей. Мораль и братские чувства боролись с искушением и горячим желанным телом в его руках, которые подрагивали от нетерпения.

– Прошу, всего один раз. Феликс не узнает, прошу…

– Проклятье, Ханна…

Никогда позже он не мог вспомнить, что нашло на него в тот момент. Сдавшись во власть охватившего его исступления Ник подмял под себя девушку и впился губами в предложенный жаркий источник. Он пил её стоны и от охватившего его возбуждения не осознавал, что происходит вокруг. Лишь упругое тело было важно, да шелковистая кожа под его губами. Так сладко, так запретно!

В тот момент, когда Ник приподнялся, чтобы снять наконец боксеры и войти в жаждущее лоно, он увидел открытую дверь и прямую как палку фигуру графини с торжествующей злой усмешкой, застывшей на её лице…

Ох, Ханна, Ханна… Спустя столько лет он наконец понял, почему в тот вечер она разыграла перед ним влюблённость. Браво за тот спектакль! Дата. Анализ. Она узнала, что шансы Феликса стать отцом крайне малы и пришла к нему, человеку, так похожему на её мужа, чтобы использовать его в качестве осеменителя.

Никлас зло рассмеялся и со всего размаха кинул папку на стол. Он-то думал, что она действительно страдает от запретных к нему чувств, жалел её и пытался понять, простить. А здесь был голый расчёт. Но какова актриса, а?! Поняв, что их застукали, она заголосила и обвинила его в попытке изнасилования. А Лоренца… Графине был на руку этот скандал, ведь она столько лет ждала прокола со стороны своего пасынка. А тут такой шанс столкнуть их с Феликсом, не оставляя путей для примирения.

И у неё получилось. Ник не смог заставить брата поверить, что не он один виноват. Две женщины против него одного заведомо проигрышная партия. Он лишь надеялся, что со временем найдёт нужные слова, чтобы обьясниться, ведь своей вины в случившемся, как бы он не хотел, отрицать не мог.

Так значит… Изучая другие документы в папке Ник узнал, что Ханна всё же смогла в дальнейшем зачать, но сохранить обе беременности не получилось не смотря на годы лечения. Вот и причина, почему они обратились к суррогатной матери. Почему же Феликс включил его в завещание так и осталось для Ника загадкой, которую не суждено разгадать никогда. Простил ли тот брата – кто теперь знает. Одно Ник знал точно: умирать так рано Феликс не собирался и, возможно, назначил его опекуном от безысходности. Но вмешалась судьба и переставила фигуры на доске так, как ей было угодно.

Ник собрал разлетевшиеся по столу листы и нашёл данные по суррогатной матери. Эмма Гердт, 27 лет. Данные обследований, анализы, чеки. Чеки… Вот это очень интересно. Ник включил настольную лампу, так как уже начало темнеть и мелкие цифры расплывались перед глазами.

Сверился с договором. Присвистнул. Нет, он конечно знал, что подобное зачатие стоит дорого, но чтобы настолько!.. Вот значит куда Феликс потратил значительную сумму со своего счета. Ещё один чек на чуть меньшую сумму был переведён месяца два назад напрямую суррогатной матери в обход клиники. А вот это уже интересно.

Ник понял, что ему нужно делать. Порылся в записях и нашёл необходимые данные. Набрав нужный номер телефона он нервно забарабанил пальцами по столу. Длинные гудки лишь подпитывали его нетерпение и, когда на звонок тихий голос ответил: "Алло!", он не сдерживаясь выпалил:

– Здравствуйте, Эмма! Меня зовут Никлас Шульц и я являюсь опекуном ребёнка, которого вы вынашиваете. Нам необходимо встретиться.

Вот теперь он докопается до сути чего бы это ему не стило.