Текст книги "Суррогатный наследник (СИ)"
Автор книги: Елена Артье
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 13 страниц)
Глава 2
– Вот так, мой хороший… Давай подушечку подложу… Проголодался сладкий мальчик…
Отнюдь не тихий шёпот и шуршание рядом разбудили Ника. Он с трудом открыл веки и уставился на выдающиеся округлости Доры, мелькающие у детской кроватки прямо перед его глазами.
– Привет! А ты чего здесь делаешь?…
– Ох, проснулся. Извини, что разбудила. Да вот и я не ожидала тебя здесь увидеть. Зашла и глазам своим не поверила.
– Да ну…Прям так и не поверила, – усмехнулся Ник, потягиваясь и принимая вертикальное положение.
– Ага, я ещё спросила Лео: что это дядюшка решил нас навестить?
– Ну и что он ответил?
– Что прошмандовка Хлоя наверняка заснула и тебе пришлось менять подгузник.
– Ай-ай-ай, Дора, – смеясь погрозил Ник пальцем. Его даже забавляло тихое противостояние двух женщин. Впрочем, пока это не выходило за рамки приличий он старался держать нейтралитет. – Наш малыш таких-то слов не знает. А про подгузник как узнала?
– Так ты ж его так на столике и оставил. НАШ малыш, значит?
Ник подошёл и посмотрел на Лео, который с упоением сосал бутылочку, не обращая внимания на взрослых. Такой маленький и такой самостоятельный. Мужичок. Не хотелось объяснять кому бы то ни было, к каким выводам он пришёл этой ночью. Что он баба какая мусолить свои переживания?
– Наш конечно, вон какие глазищи…
– А ты знаешь, я пожалуй ей медаль нарисую, вот такую огромную!
– Кому это?
– Да, Хлое твоей.
– А я вот подумываю ей п…лей выписать. А ты медаль! Позволь узнать за что?
– А за то, что ты, наконец, благодаря её невнимательности, ребёнка заметил. И за выражение вот это на твоём лице…
– А что не так с моим выражением?
– Умиление и признание, вот что с ним. И всё наоборот встало на свои места.
– Ну ладно, – смутился мужчина, отрывая виноватый взгляд от малыша. И точно почувствовал, как губы сами расплываются в дурацкой улыбке. – Как там твоя сестра?
– Да всё нормально. Как чувствовала, что надо пораньше приехать.
– Пойду в душ и завтракать. Есть хочу – не могу.
– Иди-иди. Завтрак на столе.
– Что бы я без тебя делал?! – Ник поцеловал Дору в щёку и легонько её обнял. – Вот была бы ты не замужем, я бы сам на тебе женился. Ты – идеальная женщина!
– Иди уже, жених, – засмеялась Дора, махнув на него рукой. – Ты лет на тридцать опоздал. Да и много таких как я женщин, просто ты не там ищешь. Попадаются тебе всякие… прости господи…
Не зная, что на данный выпад ответить Ник прикрыл дверь в детскую и направился в гостевой душ. Пикировка с Дорой подняла ему настроение и портить его с Хлоей не было никакого желания. Зная свою любовницу он мог предположить, что она встанет только к позднему завтраку и у него будет время обдумать вчерашнее происшествие.
Завтрак действительно ждал его в столовой. Поднос с несколькими тарелками и кофейником одиноко смотрелся за большим столом. Ник никак не мог привыкнуть к графским обычаям, но Дора была непреклонна – хозяева должны были кушать именно здесь, а не на кухне, как предлагал это сделать Ник.
– Здесь моя вотчина уже сорок лет, – заявила она ему. – А ваша – в столовой и дальше. Нечего нарушать этикет, даже если он кажется тебе не нужным.
Возразить на это Никлас не осмелился и с тех пор трепетно соблюдал традиции, как в детстве кушая за длинным обеденным столом. Вот только тогда была хоть какая-то семья: отец, брат и Лоренца, в конце концов, от едких замечаний которой он нередко давился. Но всё же… Теперь компанию его разделяла разве что Хлоя, и то не всегда. Стук приборов в тишине звонко разносился эхом под высоким сводчатым потолком. Старинный буфет, бархатные шторы на окнах в пол, лепнина на потолке – всё это не прибавляло уюта на вкус Ника. Иногда он чувствовал, что занимает не своё место, вспоминая об истинном наследнике. Он стал привыкать и к этому ощущению, так как завидовать младенцу и ненавидеть его за это было ниже его достоинства.
Никлас допивал кофе, когда дверь столовой распахнулась и на пороге возникло прекрасное видение – белокурая нимфа в шёлковом домашнем платье. Она точно знала, что не следует появляться на нижних этажах в неглиже после замечаний Доры о её откровенном внешнем виде. Льняные волосы были взбиты в художественном беспорядке, и можно было не сомневаться, что на создание этого вороньего гнезда у Хлои ушло около получаса, не меньше. А значит она готовилась к разговору. И скользящий виноватый взгляд только это подтверждал: она поняла как облажалась и теперь судорожно придумывала себе оправдание.
– Ник, дорогой, я так рада, что ты приехал! – сказала девушка и прильнула к нему в попытке поцеловать. Ник дёрнул головой, давая понять, что фокус не прошёл и он не забыл ночного происшествия.
– Ой, да ладно, ничего ведь не случилось.
– Кроме того, что Лео чуть не охрип от крика. Повезло, что я вовремя приехал. Вот скажи, я разве много от тебя прошу?
– Так, я поняла, что разговора не избежать. – Хлоя грациозно присела на стул напротив и сложила руки на коленях. Пай девочка, ага. Если не считать откровенного декольте, в котором с этого ракурса выгодно выглядывало полушарие упругой груди. Нику даже стало смешно наблюдать её попытки быть сексуальной, ведь он видел Хлою насквозь и никогда не обманывался на счёт её намерений.
– Ник, я люблю тебя, но ты посмотри на кого я стала похожа? У меня нет времени следить за собой, я даже маникюр забыла когда обновляла.
– О, да, это катастрофа!
– Смейся-смейся, вот только я знаю, как тебе нравится ухоженная и красивая женщина рядом. А сейчас я постепенно превращаюсь в домохозяйку. Ты посмотри, в каком состоянии мои волосы!
– После нескольких дней с ребёнком? – скептически заметил мужчина. – Тебе ничего не грозит, не беспокойся.
– Больше недели я старалась к нему привыкнуть, но так больше не может продолжаться! Знаю, что тебе не понравятся мои слова, но ты сам хочешь откровенности: я не служанка и не нянька, чтобы ухаживать за чужим ребёнком. Иногда – да, но не круглосуточно же.
– А если бы он был твой? Что тогда?
– Это же разные вещи, как можно сравнивать? К тому же помощь никогда не помешает даже со своими детьми. Давай я тебе помогу с подбором няни. Вот увидишь – найду самую лучшую. Я вот, честно говоря, тебя не понимаю: столько денег, а прислуги – раз-два и обчёлся.
– А ты мои деньги продолжаешь считать? Мне хватает того, что у меня есть, да и ты до недавнего времени без обслуги жила. Аппетит приходит во время еды, да, Хлоя?
– Ник, ты не так меня понял, – стрельнула глазками девушка. – Я же для тебя стараюсь, чтобы тебе меньше забот.
Ник склонил голову к плечу и разглядывал девушку, которую выбрал себе в спутницы. Вот знал же её как облупленную, тогда чего ожидал? Неужели он действительно от неё много требовал, ведь надо признать, что и сам сторонился Лео до вчерашней ночи. Да и после этого ему ещё предстоит найти контакт с племянником и выделить время для общения с ним. По крайней мере, теперь у него появилось желание двигаться в этом направлении. Тогда почему он от Хлои ждёт такой же отдачи? Только потому что она женщина? Смешно и грустно одновременно. Раньше бы он точно с ней попрощался, а сейчас… Понимает? Привык? Или знает, что не найдёт лучше? Почему-то в памяти возникла другая блондинка, с тёплыми и ласковыми карими глазами. Небо и земля. Вот она-то точно любила бы Лео как своего и для неё не стоял бы вопрос: сделать маникюр или заняться ребёнком.
Ник мотнул головой, отгоняя навязчивый образ: не о том я думаю, не о том. Сам сделал выбор и пенять на Хлою, что она такая же как он просто нелепо.
– Хорошо, детка, – сказал мужчина, поднялся из-за стола и провёл ладонью по женской щеке. – Я тебя услышал. Займись няней, а пока будь добра помочь Доре с Лео. Всё-таки у неё возраст.
– Конечно, дорогой. И прости мне вчерашнюю слабость. Я сделаю всё, что в моих силах.
Хлоя довольно улыбнулась и потёрлась щекой о мужскую ладонь. Всё складывается как нельзя лучше. Он стал намного мягче с появлением ребёнка, не таким бескомпромиссным. Заметив, что Ник стал проявлять к племяннику заинтересованность она поняла, что нужно и ей обратить на него большее внимание. А значит потихоньку продвигать свои позиции дальше и настанет тот день, когда она станет полноправной хозяйкой этого особняка и внушительного банковского счёта. Немного терпения и золотой ключик будет у неё в кармане. Дождавшись, когда Никлас выйдет она набрала заветный номер. Помощник ей сейчас точно не помешает.
– Тётя? Всё идёт по плану. Жду тебя завтра.
Глава 3
Ник въехал на территорию особняка и выключил двигатель. Откинулся на подголовник, чтобы немного отдохнуть. Спина всё сильнее его беспокоила и нужно было принимать хоть какие-то меры по её лечению, иначе всё могло бы кончиться плохо. Вот только времени на это совершенно не оставалось, так как Арнольд Пихлер, его партнёр, сдал свои позиции и отстранился от дел, окончательно взвалив всё на плечи Никласа. Это не было неожиданным, всё к тому и шло, вот только сейчас Ник ощущал от этого лишь досаду. Выходной день провести на работе не такая уж и редкость. Но не вовремя это всё, не вовремя.
Он любил свою работу и с удовольствием участвовал в новых проектах, выводя студию на международный уровень. Вот только в последнее время приходилось делить своё внимание и с компанией Берхтольдов, каждую неделю посещая совещания директоров. Новый исполнительный директор был хорош, но Никлас не собирался спускать всё на самотёк. И хотя его знаний определённо не хватало, он предпочитал знать, что происходит в компании и каким курсом она движется.
Огромным облегчением стало то, что Хлоя сдержала своё обещание и нашла-таки няню. Элеонора Зинбергер была уже не молода, но выглядела уверенно в уходе за ребёнком. Да и Хлоя была довольна её опытом, а не доверять своей любовнице Ник не видел смысла. К тому же она и сама всё больше времени проводила с малышом, о чём ему в конце дня докладывала няня.
– Какая хорошая хозяйка у вас, – говорила Элеонора, ловко подхватывая на руки ребёнка, чтобы переодеть его или накормить. – Сегодня несколько часов играла с ним и сказки читала. Ему так нравится её голос! Лучшей матери для Лео и не придумаешь: красивая, умная, заботливая!
Порой Ник слушал её и думал: об одной ли женщине они говорят? Нет, конечно он видел, как пытается меняться Хлоя, всё больше уделяя времени дому, вот только внутри него Станиславский отчаянно нашёптывал: "Не верю!" Уж слишком резкой была эта перемена. Да и вообще в последнее время он стал замечать за собой раздражение её попытками выглядеть домашней и хозяйственной. Вот не шло ей это от слова совсем. Гораздо понятнее она выглядела в кругу своих гламурных подруг, в огнях ночных клубов и видео камеры телефона, в соцсетях которого вела свой блог. Ник снисходительно посмеивался над её "заработком" и особенно над её "трудовой" усталостью. Но никогда не лез в дела Хлои, просто переводя на её нужды определённую сумму каждый месяц. Он всегда был щедр к своим любовницам и с лихвой расплачивался за их ласки.
Вот только Ник всё чаще осознавал, что живёт с Хлоей по привычке, от нежелания заморачиваться с поиском тела для снятия сексуального напряжения, что для него, мужчины в самом расцвете лет, было очень важно. Казалось бы, он, наконец, остепенился и всё наладилось: компания развивалась, племянник здоров и под присмотром няни, рядом красивая молодая любовница, любимая работа, приносящая огромный доход. Живи и радуйся, вот только как не было спокойствия в его душе, так и не появилось. Происходящее вокруг казалось дымкой, маревом, за которым как он не пытался, а не мог разглядеть истинную суть, смысл жизни. Хотя знал, что где-то он был, вот только постоянно ускользал от него, заставляя мучиться в попытках разобраться в себе и в окружающих.
Он сам себе не мог признаться, что потерял нечто важное, какую-то свою значимость, когда вычеркнул из своей жизни искреннюю девочку Марту. О её матери он вообще старался не думать, хотя мысли о ней посещали его непозволительно часто. Каждый раз, когда он брал на руки Лео, когда видел его искреннюю улыбку. Дошло до того, что он находил знакомые черты у него, хотя понимал, что этого не может быть. Вполне вероятно, что здесь играл фактор некоторой схожести Ханны и Эммы: утончённые черты лица и светлая, словно фарфоровая кожа, которые он замечал и у Лео. И тем удивительнее, что у Никласа вместо Ханны, биологической матери, ассоциировалась с малышом именно Эмма. Возможно потому, успокаивал он себя, что он видел её с огромным животом и этот образ продолжал настойчиво терзать его воспоминаниями.
Так произошло и сейчас, когда он прошёл на задний двор и увидел, как сладко посапывает Лео в коляске, положив пухлую ручку под щёку. Ник почувствовал волну тепла и ощущение привязанности к этому маленькому хрупкому человечку, с которым его связала жизнь.
– Как прошёл день? – спросил он у няни, перехватывая у женщины ручку коляски и продолжая катить её по асфальтированной дорожке. Снег уже сошёл, но грязная тёмная земля ещё не прогрелась после зимы и росточки зелени только-только пробивались сквозь неё. Сад выглядел довольно мрачно под свинцовым тёмным небом, готовым с минуты на минуту обрушиться осадками. Никлас, развернулся и пошёл к дому, продолжая слушать отчёт Элеоноры:
– … Уже вовсю переворачивается и пытается садиться. Рано немного, но такой любознательный мальчик! И кушает хорошо, начали вводить прикорм.
– А Хлоя где? Что-то не выходит встречать.
– Не ожидала она, что вы пораньше приедете. Так умаялась девочка, пошла немного отдохнуть. Сегодня снова с маленьким Лео играла. Так ему нравится, он прямо улыбается ей и на ручки всё время просится…
– Я понял, – перебил её Ник, прерывая восторженные комплименты Элеоноры. Значит Хлоя спит. Конечно, хорошо, что они с няней нашли друг с другом общий язык, но этот сладкий сироп в уши при каждом разговоре начинал ему надоедать. Как назло ещё Дора постоянно отлучалась к своей больной сестре и Никласу просто некогда было с ней поговорить о том, что происходит в доме. На самом ли деле всё так радужно, как ему описывают. Подойдя к крыльцу он приподнял коляску, чтобы вкатить в холл, не обращая внимания на причитания няни:
– Давайте я хотя бы малыша возьму, тяжело ведь.
– Пусть спит спокойно, – прошипел от натуги Ник. – Что я не мужик, что ли! Делов-то, коляску поднять…
Вот только его спина была с ним категорически не согласна и в следующее мгновение Ник почувствовал как обожгло расплавленным металлом позвоночник и боль, словно десятки стрел, пронзила поясницу. Коляска с грохотом опустилась на пол, разбуженный Лео от страха громко завопил, а Никлас в позе буквы Г оперся о колени и смачно выругался, шипя от боли.
– Я сейчас, – заметалась перепуганная Элеонора, не зная, что делать: то ли ребёнка успокаивать, то ли хозяину помочь. В результате подхватила малыша и, укачивая его, достала телефон. – Сейчас я скорую помощь вызову. Вы только не двигайтесь!
Никлас придушенно засмеялся, глотая слёзы от боли:
– Да я дышать не могу, мать вашу, а не то что двигаться.
– Не надо трогать мою мать, – строго высказала пришедшая в себя Элеонора, не обращая внимания на раздражённый, полный боли взгляд хозяина. – Скорая уже едет.
* * *
– Ну что я могу сказать, – пробормотал доктор, откладывая снимок в сторону и обращая внимания на своего пациента. – Вам, герр Шульц, невероятно повезло.
– Да что вы говорите, – съязвил мужчина, лёжа на животе и неловко повернув голову, чтобы видеть врача. – А так и не скажешь. Зачем мне корсет одели?
– Чтобы зафиксировать поясницу на то время, пока подействуют лекарства. Рентген показал у вас сильное воспаление межпозвоночного пространства, то есть произошла экструзия ядра межпозвоночного диска в позвоночный канал. Но к вашему счастью ничего такого, что не поддавалось бы лечению. Если не запускать, что вполне можно обойтись без оперативного вмешательства. Знаю-знаю, вы мне сейчас будете говорить, что очень заняты, много работы и нет на себя времени. Я это слышу каждый день от разных пациентов. Вот только в сорок лет становится инвалидом вам вряд-ли захочется, я ведь прав?
– А вы умеете убеждать, доктор. И что за лечение?
– Капельницы, уколы, лечебная физкультура и, наконец, массаж. Полежите у нас недели три-четыре – встанете на ноги. Нет-нет, вы и сейчас сможете ходить, но никаких нагрузок: вождения, интенсивной работы и секса.
– Как секса? Вы меня без ножа режете! – застонал Ник, упираясь лбом в кушетку. И следом тихо пробормотал: – Доигрался. Вот, что значит наплевать на своё здоровье.
– Делайте выводы, герр Шульц, – усмехнулся доктор, похлопывая по карманам в поисках очков. – Сейчас мы вас оформим в стационар…
– Нет, никакого стационара! – возмутился Никлас. – Месяц в больнице я не выдержу!
– Хорошо, хорошо, не волнуйтесь вы так. Не хотите – ваше право. Только как вы будете лечиться?
– У вас же платный центр? Наверняка есть услуги приходящего врача, медсестры или кто там ещё понадобится?
– Ну что ж, пожалуй в вашем случае я могу пойти навстречу. Но вы должны будете беспрекословно выполнять все рекомендации.
– Конечно, – обрадовался Ник. – Все расходы и лекарства я оплачу, сделаю всё, что надо, только не бросайте меня в терновый куст.[3]3
Сказка Как Братец Кролик перехитрил Братца Лиса – «Сказки дядюшки Римуса» – Харрис Д.Ч.
[Закрыть]
– Хорошо, Братец Кролик, раз вы так боитесь больниц… – поддержал доктор шутку пациента. – Мы подберём персонал для вашего лечения. Но на несколько дней вы должны остаться здесь под наблюдением. Мы купировали болевой синдром, поэтому у вас может наступить ложное облегчение.
Так что полежите немного во избежание, так сказать…
– Уговорили, – выдохнул Никлас, чувствуя как острая боль ушла, сменяясь тянущим ощущением в пояснице. – Как же хорошо, когда ничего не болит!..
Глава 4
«Как же мне повезло!» – в который раз подумала Эмма, снимая рабочий халат и вешая его в шкафчик. Найти работу и так непросто, да ещё такую, как эта – за неполный день платили в несколько раз больше, чем она получала до беременности, работая с утра до вечера. Она не могла поверить в своё счастье, когда сразу после Нового года смогла пройти собеседование в известный медицинский центр. Вот и пригодились её знания, полученные на курсах и в уходе за дочерью.
Теперь, когда Марта была в стабильном состоянии и банковский счёт радовал "подушкой безопасности" Эмма могла показать себя и как хорошего специалиста, выразиться одним словом. Да и хотелось ей в работе забыться и не вспоминать прошедший год, нанёсший душевную травму. Не получалось не думать о том, как сейчас выглядит и растёт не_её малыш, ставший за девять месяцев беременности таким родным. Не получалось не видеть во сне синеглазого красавца, с доброй усмешкой взирающего на неё. Это было её болью, которую она как ни старалась, но побороть не могла.
– Эмма, зайди к доктору Вайсману, – заглянув в дверь сказала ей напарница, сменившая её на посту.
– Что-то случилось? – забеспокоилась Эмма. Не каждый день тебя вызывают к заведующему отделением интенсивной терапии. А точнее такого не было ни разу за прошедшие несколько месяцев.
– Неужели кто-то нажаловался?
– Да нет, вроде он в хорошем настроении, не волнуйся, – поспешила успокоить её коллега. – Ну я побежала к пациенту.
– Иди-иди…
Эмма торопливо снова надела халат – ей казалось, что в таком виде лучше предстать пред очи начальства, хотя её смена уже закончилась. Женщина пригладила волосы, забранные в хвост и направилась к нужному кабинету. Постучалась и, дождавшись приглашения, вошла.
– Вызывали, доктор Вайсман?
– Да, проходите, присаживайтесь.
Дождавшись когда она сядет пожилой, но статный мужчина, продолжил:
– На вас поступает очень много отзывов от пациентов.
– Это плохо?
– Это хорошо, если отзывы положительные. – Доктор пододвинул к себе ближе несколько листов формата А4, полностью исписанных непонятным почерком. – В вашем же случае это отлично, как результат великолепной работы.
Эмма выдохнула, понимая, что зря беспокоилась о выговоре. Тем временем доктор продолжил:
– Так как вы недавно у нас то вполне естественно, что мы за вами наблюдаем и очень рады видеть вашу компетентность: пациенты не устают вас благодарить за отзывчивость и терпение, персонал вас тоже уважает. От себя хочу сказать, что у вас очень подходящий характер для этой профессии: вы стойкая, ответственная и при этом человеколюбивая, если можно так сказать.
– Что же, я очень рада такой оценке своей работе. Для меня в радость быть полезной другим и видеть результаты своего труда.
– Да-да, я в курсе откуда это у вас. Ваша дочь дала вам такой стержень, которого нет у многих, кого я знаю. И поэтому, я хочу вас направить, так сказать, в командировку.
– Командировку? – удивилась Эмма, стирая довольную улыбку со своего лица. – Но я не могу надолго оставить дочь, мне нужно забирать её из специальной школы. Да и вообще следить за её здоровьем ежедневно.
– О, то что я предлагаю как раз вам подходит: неполный рабочий день, один пациент и хорошая оплата. И уезжать из города не надо. Такие предложения даже у нас довольно редки.
– Но почему именно я?
– Признаться меня немного смутил ваш небольшой опыт в нашей клинике, да и вообще… Но пациент довольно известен в определённых кругах, богат, а ваша честность и отношение к людям едва ли не лучшие качества, чем умение ставить уколы и делать массажи. Хотя и в этом плане у вас тоже всё ты полном порядке. Боюсь, что некоторые ваши коллеги, узнав о вашем назначении будут вам завидовать, уж очень сильно они рвались в бой. Слишком рьяное желание в этом случае не есть хорошо. М-да… Надеюсь вы не откажетесь?
– Нет, конечно, если всё так, как вы говорите. Если неполный рабочий день…
– Да, я вам выдам все предписания, назначения и вы сами с пациентом сможете настроить график лечения, чтобы вам обоим это было удобно. Если что я всегда на связи, так как это мой личный пациент. Надеюсь вы понимаете всю ответственность?
– Конечно, – выдохнула Эмма, ещё не веря, что ей выказали такое доверие. Однако это было волнительно, как и любая новая работа. – Когда мне нужно приступать?
– Завтра с утра и езжайте. Дом находится в пригороде Вены и чтобы вам было удобнее я вызову такси и сообщу водителю адрес. Ваше дело представить нашу клинику в лучшем виде, показать свой профессионализм. Всего доброго!
– И вам, – ответила Эмма, поднялась и пошла на выход. Сегодня ей ещё предстояло забрать из школы Марту, сделать с ней уроки и настроиться на завтрашнюю встречу.
* * *
Никлас сидел в удобном кресле у окна и листал отчёты о недавней выставке в Италии. «Мы хорошо потрудились,» – с удовольствием подумал он, как всегда радуясь успеху своих дизайнеров, которые в этот раз выиграли несколько номинаций. Как руководитель он гордился достижениями своих сотрудников и искренне переживал, если что-то не получалось.
Хорошо, что выставка осталась позади, хотя работы и заказов после неё только прибавилось. Тем быстрее ему хотелось снова встать в строй. Конечно, часть работы он мог выполнять и дома, благо современные технологии и гаджеты помогали в этом. Он оторвался от экрана ноутбука и посмотрел в окно, где с крыльца спускалась Хлоя, как всегда одетая с иголочки, с рассыпавшимися по спине волосами и высокими шпильками, делавшими её ноги бесконечными. Хороша, вот только не вызывала у Никласа той страсти и желания, как раньше. Диета, которой она придерживалась в последнее время совсем девушку не красила, вызывая нездоровую худобу. Но разве её это останавливало?
– Камера меня полнит, а я не могу себе этого позволить сейчас, когда рейтинги пошли вверх, – говорила она ему, в очередной раз жуя лист салата.
Ему надо было ей напомнить, что здоровье важнее, да и он не собака, чтобы кости любить. Вот только не хотелось. Совсем. Особенно когда она обиделась, что он, вернувшись из больницы, предложил ей переехать в гостевую спальню. Секс – вынужденное табу на некоторое время, а больше его с ней ничего не связывало. Ник это понял на следующий же день после её переезда, когда они ни разу не встретились. Вот так – она даже не пришла его навестить, занятая очередными съёмками, а он испытал от этого лишь облегчение. Стоило над этим задуматься? Быт убивает любовь, как говорят. А если и нет этой любви? И секса нет? Тогда он расставляет всё на свои места и показывает, насколько люди не подходят друг другу и не готовы жить вместе. Что-то же их должно связывать?
Ник задумчиво смотрел на подъездную дорожку и рассуждал о том, готов ли он прожить остаток жизни с единственной женщиной, терпеть её. И достаточно ли для этого хорошего секса?! Раньше ему казалось, что да, на большее и рассчитывать не стоит. А сейчас, когда он очутился в таком болезненном положении, секс перестал быть связующим звеном и оказалось, что других то звеньев и нет. Не гулять же от любовницы к любовнице? Да и не в его правилах это было, кто бы что не думал: если женщина задерживалась на какое-то время в его жизни, то он ей не изменял.
Хлоя села в подъехавшее такси и скрылась за поворотом. Ворота закрылись, отрезая особняк от внешнего мира. Стало тихо и безлюдно. Где-то за домом гуляла Элеонора с Лео и он бы непременно к ним присоединился, вот только тянущая боль в пояснице всё ещё давала о себе знать.
"Скорей бы всё это закончилось, – подумал мужчина. – Тяжело чувствовать себя развалиной". Хотелось на улицу. Весеннее солнышко играло в небольших лужах после дождя и бросало игривые "зайчики" на окна. Ник приподнялся в стойком желании преодолеть себя и всё-таки выйти на свежий воздух, как увидел, что ворота снова открываются. Неужели Хлоя что-то забыла и вернулась? Дверь такси открылась и показалась женская фигура. Было достаточно далеко, но то что это не Хлоя стало понятно по одежде. Лёгкое светлое пальто, на белокурых волосах кокетливый бирет. Небольшой чемоданчик в руках. Похоже ему наконец-то прислали медсестру. Расплатившись с таксистом женщина пошла по дорожке и ворота за ней закрылись. От неожиданности она вздрогнула и сделала несколько шагов по направлению к дому, после чего оглянулась по сторонам и застыла. Подняла голову вверх, изучая фасад здания.
Ник прильнул к окну, не боясь, что его увидят.
– Да, ладно! Не может быть! – пробормотал он, изучая не менее потрясённое лицо Эммы. Да, это была она и, похоже, это сюрприз был не только для него, так как женщина развернулась и едва ли не бросилась к воротам.
Ник дёрнул за ручку окна в попытке открыть его, но сильно нервничал и запор не желал ему повиноваться. Эмма сказала что-то вышедшему охранику и он, пожав плечами, пошёл открывать ей калитку. Ник почувствовал как закипел внутри адреналин, заставляя сердце бешено стучать. Показалось жизненно необходимо остановить её, ещё раз взглянуть в искрящиеся карие глаза. Он поднажал, скривившись от резкого движения, из-за которого поясницу вновь прострелило болью. Наконец, створка поддалась и со стуком открылась. Никлас высунулся из окна и громко прокричал в спину уходящей женщины:
– Стоять! Только попробуй сбежать!
