Текст книги "Чувства в клетке (СИ)"
Автор книги: Екатерина Янова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 19 (всего у книги 19 страниц)
– Хрен тебе, а не любовь! – отталкивает меня, разворачивается и идет к сцене. Б*ять, если она полезет на пилон, я за себя не ручаюсь. А Марина именно это и делает. Встает рядом с профессиональной полуголой танцовщицей. И начинает двигаться вместе с ней. Девица подыгрывает, толпа оживляется, мужики начинают выкрикивать пошлости, кто-то свистит, хочется всем вырвать глаза и заткнуть рты. А лучше стащить эту засранку со сцены и отлупить по заднице. Только она этого и добивается. Эх, выбрал я себе Марину! Я ее по заднице – она мне по роже. Вот, повеселим толпу! Держусь из последних сил. Руки непроизвольно сжимаются в кулаки, а Марина расходится по полной. Они извиваются на сцене с девицей, осталось только взасос поцеловаться. Вдруг на сцену залезает какой-то урод. Пытается схватить Марину за талию, знаю, что она прекрасно разберется сама, но здравый ум отказывает напрочь. Она отталкивает мужика, он падает со сцены, и я с удовольствием бью в его рожу кулаком. А дальше понеслось. Начинается бойня. Кто-то летит на меня, я отвешиваю удары всем желающим, на меня сыплются удары в ответ, откуда-то берется здоровый лысый амбал. Получаю увесистый удар в челюсть, замахиваюсь для удара, но не успеваю его нанести, потому что подлетает моя любимая фурия, и валит мужика ударом с ноги в нос, и второй отлетает на пару метров. Все замирают в шоке, даже охрана, которая, наконец, подоспела. Марина поправляет платье и говорит:
– Все. Я нагулялась. Пойдем домой, переживаю за твою волшебную палочку.
Только уйти быстро у нас не получается, лысый детина пришел в себя и снова попер в бой, как и его дружки. Отбиваемся снова вместе, спина к спине. Романтика! С моей Мариной не соскучишься! Подключается охрана, продолжать разборки у нас желания нет, пользуясь заварухой мы пробираемся к выходу, выскакиваем наружу.
– Где твоя сумочка?
– В вип-комнате, а пальто в гардеробе, но возвращаться за ними у меня желания нет.
– У меня тоже, ну, что? Угоним машину или вызовем такси?
– Не надо такси. Я вижу, Андрюша о нас позаботился. Вон, его машина и водитель.
И правда, к нам спешит крепкий мужик. Объясняет, что его отправил за нами Андрей, и он готов доставить нас в нужное место. Отлично. Заталкиваю Марину в машину, сам сажусь рядом и тут же хватаю ее и впиваюсь в губы, она разгорячена, отвечает сама, забирается ко мне на колени, я только успеваю крикнуть водителю адрес. А потом… короче, водителю лучше оглохнуть и ослепнуть. Моя смелая развратная девочка не знает о стеснении. Но я не собираюсь трахаться с ней в машине при чужом мужике, хоть и держусь из последних сил. Мы еле выдерживаем дорогу до дома. В дом вваливаемся как дикие изголодавшиеся друг по другу звери. До спальни не добираемся. Это далеко. Заношу Марину в кабинет на первом этаже. Щелкаю замком, и все. Тормоза срывает. Наш секс дикий, неистовый, с привкусом крови. Моя дикая кошка. Чувствую, она все еще зла, но это добавляет драйва, всю злость она вкладывает в секс, царапается, кусается, стонет. Хорошо, что дом большой, и мы пошли в кабинет. Иначе точно разбудили бы дочку. Стол, диван, ковер, кресло. В себя мы приходим именно здесь, в кожаном кресле около стола. Тяжело дыша, Марина замирает у меня на груди. Хорошо. Боже! Как же хорошо! Вот теперь я чувствую, что дома. Блаженно закрываю глаза, и вдруг чувствую мощный удар в живот, а потом на моих яйцах сжимается совсем не слабая ручка. Открываю глаза, и вместе с Мариной утыкаюсь взглядом в монитор, который ожил во время наших игрищ. Чёрт! Как же вовремя на экране возникает снова это чертово фото, которое я смотрел перед тем, как пошел на поиски моей женщины.
– Марина, осторожнее, – хриплю я, реально опасаясь за свое хозяйство.
– Ну, что, мы дома. Давай обсудим лондонские сиськи?
– Я не хочу обсуждать чьи-то сиськи, особенно, когда ты пытаешься оторвать мне яйца.
– Ну, ты же понимаешь, что я реально могу это сделать?
– Не думаю. Ты ведь к ним не ровно дышишь!
– Думаешь, к ним?
– В частности. Надеюсь, что ты любишь весь комплект целиком.
– Да. Но кое-что можно подправить. Например, вырвать глаза, раз уж яйца жалко. Чтоб не заглядывал в чужие декольте!
– Марина, хватит! Никуда я не заглядывал! Это было светское мероприятие. А репортеры, да, они талантливые ребята.
– То есть это репортеры виноваты?
– Марина! – теряю я терпение. – Ты реально думаешь, что я тебе изменил? – она расслабляет руку, и я расслабляюсь вместе с ней.
– Не знаю, – говорит зло. Мне не нравятся ее сомнения. Беру ее за подбородок, поворачивая лицо так, чтобы видеть глаза.
– Я тебе разве дал повод сомневаться? Я ведь люблю тебя. Я все время рядом. Ты реально думаешь, что как только я отлучился на несколько дней, сразу побежал по бабам? Да я не спал больше суток, чтобы побыстрее дела закончить, и к вам вернуться. Я ведь на три дня раньше приехал, думаешь, почему? Если бы мне там так весело было и хорошо, я бы, наверное, еще задержался.
– Мне не нравится все это.
– Не нравится что? Репортеры на то и репортеры. А ты могла бы поехать со мной. Я тебя звал.
– Я не могу Зорю оставить, ты знаешь!
– Знаю. Пока не можешь. Но насчет школы мы решили уже, так?
– Да. Я вчера забрала ее документы.
– Вот. Теперь можем летать вместе. Надолго не получится из-за Джанат, но на несколько дней – легко!
– Да. Иначе у меня крышу сорвет и настанет кому-то пи…ец!
– Ревнивая моя тигрица! Любишь меня?
– Люблю.
– Выпросил! Я это и так знаю. Только почему-то я тебе в любви признаюсь чаще. Получается, спасибо блондинке. Иначе от тебя "люблю" еще долго бы не услышал.
– Сейчас нарвешься опять.
– С удовольствием! – нахожу ее губы, и мы забываемся в долгом поцелуе. А потом снова ковер, только ласки наши уже неспешные, тягучие, долгие. Вспоминаю слова Андрея. Нет, я уверен, что со мной она настоящая. Знаю это, чувствую. И все же. Уже потом, когда мы снова лежим, обнявшись, разомлевшие после секса, я спрашиваю.
– Хочешь еще?
– Пока нет. Дай перевести дух.
– Мы с Андреем пока вас искали, успели кое о чем поговорить за бокалом виски, – она напрягается. – Правда, что ты в постели не получала удовольствия ни с ним, ни с другими?
– Б*ять, – ругается она. – Самая болтливая баба – это злой, пьяный мужик. Не ожидала от Андрея.
– Ничего. Он мне сказал важную вещь. Я хочу знать, правда ли это?
– Правда что? Что ты не знал? Я тебе говорила, что секс у меня всегда ассоциировался с работой. Грязной, мерзкой работой. А мужики вообще все животные.
– Но ведь ты не работала последние несколько лет. Да и с Андреем была ведь не по работе? Так?
– Хорошо, я скажу тебе, сам напросился. Андрей мне понравился, потому что был не такой, как многие. Я даже в какой-то момент подумала, что могу его полюбить. Но когда мы оказались в постели… В общем, тогда я поняла, что это бесполезно. Я думала, что во мне навсегда отбита функция удовольствия от секса. И на этом я закончила. Ты прав, работать не требовалось, а больше секс мне был не нужен.
– То есть ты хочешь сказать…, – от догадки душу простреливает почти радостное чувство.
– Да! Я именно это хочу сказать. До тебя у меня не было секса несколько лет! Доволен?
– Почти! – не могу скрыть улыбки. – И когда мы встретились…
– Да! Я была в шоке от самой себя! Что я тебя захотела! Снова, как раньше, – как же это приятно слышать.
– Марина. Это даже круче, чем твое вымученное "люблю".
– Только не надо надевать на себя корону.
– Замолчи. Иди сюда, – прижимаю ее к себе, – ты не понимаешь. Просто мы друг для друга. Мне тоже ни с кем не было так хорошо. И в постели и в жизни. Даже когда ты по роже мне обещаешь дать.
– Правда?
– Правда. А ты про каких-то блондинок.
Она молчит, потом выдает.
– Но Андрею я при встрече по зубам заеду! Трепло!
– Тихо. Не надо. Он потому и сказал. Потому что тоже мужик и понимает. А теперь я к нему и правда ревновать не буду. Вот вообще.
– Да? Так ты, получается, меня теперь вообще ревновать не будешь?
– Размечталась. Буду. Еще как. Вот только попробуй еще раз такую херню устроить. Не забывай. У меня есть хороший метод. В прошлый раз он тебе не понравился.
– Я могу отплатить той же монетой. Будет у меня по две недели голова болеть.
– Не надо. Все. Проехали. Пойдем в кровать. Я тебя еще не долюбил.
– А силы остались?
– На тебя у меня они всегда найдутся! Главное, чтобы нервов хватило!
Вот так мы привыкали к новой жизни. Не все было просто и гладко. Не раз еще возникали споры, недоразумения и даже скандалы. Но главным оставалось то, что мы оба понимали – мы друг для друга, и по-другому никак. Неделимы, неотъемлемы. Остальное мелочи. Постепенно все утряслось, наладилось, вошло в свое русло. Мы переехали в Англию, а летом сыграли свадьбу. Это было более, чем прекрасно, но мне больше всего врезалась в память ночь у костра в День Ивана Купала.
Волшебство витало в воздухе, перенося назад на много лет, как будто не было стольких горестей и печалей, как будто мы снова юны и беззаботны. Моя колдунья в моих руках, ее зеленый взгляд сводит с ума, венок на голове превращает в юную девчонку, родную и любимую. Ту ночь я запомню навсегда, и утро, когда Марина сказала мне, что в ней растет наше продолжение, скоро мы снова станем родителями. Я сразу был уверен, что будет сын. Так и случилось. Моя гордость, мой мальчик появился на свет через девять месяцев.
Безоблачной беременности не получилось, много было переживаний, страхов. Как ни старался я успокоить Маришу, получалось плохо. То, что пережила она, не могло пройти бесследно, да и врачи все время находили поводы для беспокойства. Но мы справились. Моя самая сильная девочка снова преодолела все трудности и вышла победительницей, с гордо поднятой головой и сыном на руках.
Мы с Зорей встречаем маму около больницы. Цветы, шарики, но главное – счастливые глаза. Ее, мои, наши. Принимаю из рук Марины драгоценный сверток, душу распирает от гордости и любви. У меня есть сын, дочь и самая необыкновенная, бесконечно любимая и дорогая женщина! Я каждый день благодарю судьбу, что встретил ее когда-то. Теперь моя семья – моя сила. А она – мое сердце. Жизнь непредсказуема и сложна, но пока мы вместе – мы непобедимы!
