Текст книги "Герцогиня на год, или Пробный брак с призванной (СИ)"

Автор книги: Екатерина Стрелецкая

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 18 страниц)

– Сколько за девять пар?

Торговка озвучила цену и выжидательно постреливала глазками из-под опущенных ресниц.

Я намеренно назвала сумму на пять медных монет меньше, а затем, выдержав небольшую паузу, добавила:

– Беру. Но за такой отменный товар добавляю сверху пятнадцать медных монет.

Женщина расплылась в довольной улыбке, ловко заворачивая покупку в местный аналог коричневой обёрточной бумаги:

– Всех благ вам, Ваша Светлость, уважили мастерицу!

Раз фокус удался, дальнейшие покупки я продолжила в том же духе. Кстати, даже сэкономила в итоге на таком варианте «торга-не торга», чем вогнала в ступор графиню Фейблорн, маячившую у соседнего прилавка, на лице которой отобразилось явное «А что, так можно было?» Ох, чувствую, сейчас как пойдёт торговля с моей подачи! Пока графиня обдумывала, получится ли у неё также, как у меня, я двинулась дальше. Всё, что нужно, было приобретено и отправлено с парой сопровождающих меня воинов, поэтому решила просто прогуляться по оставшимся рядам. Внезапно, уловив боковым зрением что-то знакомое, я остановилась и подошла к прилавку, на котором были разложены расшитые бабочками скатерти и салфетки.

– Уважаемая, скажите, что это за вид бабочек украшает труды ваших мастериц?

– Так вандовка это, ваша Светлость, – откликнулась торговка, разворачивая салфетку, чтобы наиболее выгодно продемонстрировать вышивку. – Вредительница та ещё, но красива, чертовка... Украсит любую вещь собой. Вот наши мастерицы её и вышивают из года в год.

У меня закралось нехорошее предчувствие, ведь именно этих бабочек я видела над полем с сорнянкой. А ещё «вандами» местные жители называли полые стебли – слышала это слово в одной из деревень, в которой останавливались по дороге сюда.

– Вредительница? А что же она портит?

– Дык стебли её гусеницы выгрызают изнутри. Самое смешное, что сама-то бабочка красивая, а зарится только на сорнянку! Привлекают гусениц вандовки её медовый запах. Само растение-то неказистое, а цветёт вкусно.

– И что, вандовка везде водится, где сорнянка растёт?

Торговка возмущённо замахала руками:

– Что вы, Ваша Светлость! Эта дрянь только в Хайросском ущелье водится. Но ежели её принести на поле с сорнянкой, глазом моргнуть не успеете, как все стебли побьёт изнутри. Выгрызет. Только её и жрёт.

– А в каком смысле «принести»? В стеблях или семенах порченых?

– Не живёт она в них. Мякоть выгрызает посочнее и прямо в стебле куколкой становится, переползая поближе к земле. Стебель сразу гибнет. Куколка ведь большая. Намного больше и толще стебля. Там сперва большая гусеница получается, а из неё уже много-много маленьких червячков. Ой, вру, Ваша Светлость. Из части куколок бабочки появляются, а из части червячки. Гусенички, только крохотные. Сами куколки страшненькие, сморщенные, на камушки похожи... – торговка свела между собой большой и указательный пальцы, показывая размер куколки чуть меньше семечка авокадо.

В этот момент я даже растерялась, не зная, то ли отблагодарить деньгами разговорчивую торговку, то ли осыпать проклятиями недругов Адама. А ларчик-то просто открывался: кто-то специально принёс на поля куколки вандовки, которые и погубили урожай сорнянки. Ведь именно из мягкой сердцевины делали бумагу, вылущивая стебли, раскатывая, прессуя и просушивая. Природного клея сорнянки хватало, чтобы структура получалась однородной и крепкой. В итоге купила пару комплектов для своей гостиной и дюжину салфеток. Если начавший выкристаллизовываться в моей голове план сработает, то вандовка принесёт не только удачу мне, но и деньги Адаму. Готова голову дать на отсечение, что без участия господина Роборна и тут не обошлось! Не просто же так он буквально каждый пучок сорнянки тогда чуть ли не облизывал, печась об урожае.

– Боргес, вы же слышали весь разговор... – обратилась я к своему охраннику как только мы отошли от ряда подальше.

– Кто-то злонамеренно испортил зреющую сорнянку, миледи, – тихо произнёс хайтр, чтобы никто не услышал.

Молодец, сообразительный. Недаром его с братом Адам ценит.

– Верно. Передайте своим людям, чтобы держали языки за зубами. В противном случае лишаться и того, и другого. Помимо голов. С Его Светлостью я переговорю сама.

– Будет сделано, Ваша Светлость. Возвращаемся в лагерь или ещё немного желаете прогуляться?

– В самую точку, Боргес. Не будем привлекать внимание своим быстрым уходом с ярмарки.

Хайтр слегка поклонился и вернулся на своё место, чтобы я смогла пройти дальше.

***

Мы немного послонялись по рядам, примерно около пары часов. Я расспрашивала торговок и торговцев об их товаре, даже прикупила несколько нужных безделушек вроде небольшого набора швейных принадлежностей в удобном футляре, красивых, но прочных резных расчёсок и травяных сборов в качестве чая из южных и горных земель. Пусть все думают, что герцогу досталась любопытная жена, не чуждая типичным тихим женским радостям.

– Кальничка! Кому масло из кальнички? – раздался скучающий гнусавый голос в конце очередного ряда.

– Энид, а что это за масло?

Служанка пожала плечами:

– Просто масло. Без запаха и вкуса. У нас его поэтому не очень любят. Берут разве что пекари в больших городах, чтобы выпечка от форм легче отставала. Оно жидкое и дешевле сливочного, если печь на продажу или большое количество для праздника.

– Благодарю, Энид, – я подошла к усталой торговке. – Уважаемая, что за масло? Посмотреть-попробовать можно?

Женщина тут же оживилась и, покопавшись под прилавком, достала чистое блюдечко, на которое тут же налила из тонкогорлого кувшинчика немного масла.

– Съедобное?

– Дык кальничка же, Ваша Светлость, – уверенно ответила торговка, но заметив мой скептический взгляд, тут же спохватилась, – Да!

Я принюхалась, а затем, зачерпнув пальцем масло, сунула в рот.

– А что за растение, из которого его отжимают?

– Дык кальничка, Ваша Светлость. Сорняк такой.

Мне отчаянно захотелось шлёпнуть себя ладонью по лицу: всё-таки Данверт – это страна упущенных возможностей! Тут сорняками считают просто золотоносные растения. Рай полезных сорняков! По тонкому запаху и вкусу масло из кальнички напомнило мне обычное рафинированное из подсолнечника. У нас, значит, буквально выкидывают деньги при производстве, чтобы избавиться от характерного, знакомого большинству с детства, запаха подсолнечного масла, а тут... Дави – не хочу! Да, в Данверте любят яркие запахи, специи и приправы, поэтому масло из кальнички и не имеет особой популярности. Но я буду не я, если не «построю свой маленький свечной заводик» через год! А потом за пятьдесят процентов от прибыли поделюсь с уже бывшим к тому моменту мужем. Познакомлю данвертцев с рыбкой в масле, маслом, настоянном на травах и прочем. Кальничка мне в этом поможет. При воспоминании о копчёных кусочках филе сёмги, плавающих в масле рот моментально наполнился слюной. Жаль, рецепта приготовления не знаю, но ничего, будет чем заняться в северной крепости.

– А как насчёт нагрева масла? Как ведёт себя при замерзании? Как хранится и сколько? Не начинает ли горчить со временем?

– Да что с ним будет? Все свойства сохраняет не один год. Кальничка ж... Дык... – гордо произнесла торговка, – Не сойти мне с этого места!

В общем, я купила средних размеров бочонок масла, заплатив за него просто сущие копейки. Сорняк же: растёт обильно, отжимается легко, особых затрат при взращивании и производстве масла не требует.

– Боргес, если после разговора с этой торговкой я начну «дыкать», позволяю меня убить. Сразу на месте.

Хайтр даже хрюкнул, сдерживая смешок, но тут же натянул обратно маску бесстрастности на лицо и кивнул.

– Куда дальше, миледи?

– Заночуем в лагере, а утром отправимся к лорду Канневалу.

Вот только не надо на меня так смотреть! Доктор сказал в морг – значит, в морг. Скажите «спасибо», что не в крематорий сразу!

Глава 32. Торг – дело добровольное

К лорду Канневалу меня проводили без проблем, хотя увидев его, едва сдерживалась, чтобы не назвать его случайно Каннибалом. Уж больно специфической внешностью тот обладал. И Адам ещё смеет считать себя некрасивым и даже уродливым? Да я бы не поскупилась на хорошего художника, заказала портрет лорда Канневала и повесила в комнату мужа рядом с зеркалом, перед которым он лично или с помощью Саймона бороду в порядок приводит и умывается! Чтобы, как говорится, «почувствовал разницу». Хотя Адам же упоминал, что на красоте «повёрнуты» те, кто приближен ко двору, а простые землевладельцы особо не переживают насчёт своих данных, что, впрочем, не мешает им свататься за красивых девушек в первую очередь и уже по остаточному принципу брать в жёны остальных.

– Счастлив видеть у себя в гостях Вашу Светлость! Что привело в моё скромное жилище герцогиню Рогенборн? – лорд предложил занять кресло, стоящее перед его столом и только после того, как я разместилась в нём, занял своё.

Я поблагодарила его оказанную любезность, несмотря на то что заранее встреча не была согласована, а затем, нацепив самую дружелюбную из своих улыбок перешла к делу:

– Хотела бы поговорить с вами насчёт покупки озимых зерновых и соломы.

– Но при всём моём уважении к Вашему положению, вы – женщина! –вскочил на ноги лорд Канневал.

– И? – я даже бровью не повела.

– Женщины не занимаются ведением дел! Я буду говорить только с мужчиной! – всплеснул руками лорд, порозовев от возмущения, словно я ему предложила станцевать стриптиз прямо перед королевским троном во время каких-нибудь важных переговоров.

– К сожалению, мой супруг отбыл по одному очень важному делу и не может присутствовать лично. Но смею заверить, в финансовых вопросах он полностью мне доверяет. Или Вам требуется его письменное распоряжение о том, что считаюсь его полноправным представителем? Думаю, подобную бумагу мы можем даже заверить у королевского Советника по законности. Своему брату Его Величество не откажет в такой маленькой просьбе... – я скучающе полюбовалась на свой маникюр. За такое ведение переговоров мой бывший начальник точно дал бы мне по шее, но тут другие правила, приходится крутиться, как получается.

Пока лорд Канневал вытирал носовым платком вспотевшую лысину, судорожно пытаясь сообразить, насколько ему аукнется отказ жене брата короля, просто выжидала. Бедняжка даже покраснел от натуги, но потом всё-таки повторил:

– Я буду разговаривать только с мужчиной!

– Хорошо, – я встала и прошла к дверям.

Лорд выдохнул, посчитав, что выкрутился из неловкой ситуации и глупая герцогиня в моём лице покинет его замок. Однако явно не ожидал, что я выгляну в коридор и приглашу Боргеса, ожидавшего возле дверей. Под обалдевший взгляд лорда, снова заняла своё кресло, показав молчаливому воину встать не за спинкой, а рядом.

– А... Э... – проблеял лорд, не понимая, что происходит.

– Вы же сами сказали, что будете говорить только с мужчиной... Вот, привела мужчину. Думаю, вы знаете, кто это.

– Д-да, один из хайтров герцога Рогенборна.

– Прекрасно. Боргес, можете начинать говорить!

Боргес кашлянул от неожиданности и склонился ко мне:

– Простите, миледи, а что говорить?

– Скажите лорду Канневалу, что мы желаем приобрести его урожай озимой пшеницы, ржи и ячменя с отсрочкой платежа на два месяца, в результате чего у него возникнет дебиторская задолженность по отношению к нам, а у нас кредиторская, которая должна быть погашена в течение шестидесяти дней двумя платежами.

Боргес, заикаясь, повторил мои слова.

– Деби... что? – не понял лорд Канневал.

– Боргес, поясните, пожалуйста, уважаемому лорду, что удалённость его земель от столицы совершенно не освобождает его от новых веяний в сфере торговли. Если по-простому, то обычно в это время мало у кого есть достаточно денег, чтобы сразу выкупить весь урожай озимых. Его приходится реализовывать небольшими партиями гораздо позднее сбора, часть гниёт, так как скоро настанет сезон дождей в этой части королевства, и основная торговля всё равно начнётся только спустя месяц, когда треть урожая уже будет безвозвратно утрачена. По той схеме, которую мы предлагаем, лорд Канневал получит спустя тот же месяц половину стоимости всего урожая, а ещё не позднее тридцати дней после первой оплаты оставшееся, реализовав тем самым всё выращенное зерно без потерь. С финансовой и материальной точки зрения это выгодно обеим сторонам. К тому же к началу сезона дождей он сможет благополучно законсервировать свои хранилища и тем самым сэкономит ещё и на их ремонте.

Боргес снова пересказал всё. Так даже лучше вышло, так как при повторении я снова сделала акцент в нужных местах.

По ошалевшему взгляду лорда было понятно, что примерно половину из моих слов он не понял, но суть уловил. Я даже увидела мелькающие денежки в его глазах, пока он мысленно подсчитывал будущую прибыль. На всякий случай лорд взял перо и бумагу, проверяя свои расчёты. Сумма его более чем удовлетворила. Немного подумав, он открыл одну из своих расходных книг и выписал какую-то сумму. Прокалькулировав её ещё с несколькими, жаль, мне с моего места было уже не видно, что он там высчитывал, замер с крайне удивлённым лицом. Потом довольно хмыкнул и поднял взгляд на нас с Боргесом.

– Ваша Светлость, сможете более доступно изложить своё предложение на бумаге?

– Бесспорно. К тому же мой супруг, герцог Рогенборн рассчитывает на долговременное сотрудничество, если условия сделки удовлетворят обе стороны. Предлагаю прямо сейчас составить черновик договора, Вы с ним ознакомитесь, озвучите непонятные места, которые я тут же максимально подробно разверну, чтобы окончательная версия была предельно ясна и прозрачна. Боргес, поясните...

– Нет-нет-нет, я всё понял! – лорд Канневал даже руками замахал от переполнявших его эмоций.

– Прекрасно. В таком случае приступим? Мы оба – деловые люди и не привыкли терять впустую драгоценное время, не так ли?

***

В общем, потратив всего пару часов, расстались мы с лордом Канневалом весьма довольные друг другом. Фактически он ничего не терял от нашей сделки, а я прилично сэкономила герцогству денег. Скоро начнётся вылов горбуши и сёмги, а так как король всегда сразу расплачивается за свою любимую рыбку, можно попросить сразу нужную часть денег отвезти лорду. Таким образом, тот получит всю сумму даже ранее шестидесяти оговорённых в договоре дней. В принципе, можно было сразу просить отсрочку на месяц, но я решила подстраховаться на случай форс-мажоров. Мало ли какие трудности у промысловиков могут возникнуть. Боргес и до сегодняшнего дня не отличался разговорчивостью, а тут и вовсе следовал тенью за мной. Лишь показал едва уловимым жестом, что хочет переговорить наедине. Только когда повозка отъехала от замка, снова обрёл дар речи:

– Миледи, простите мне мою глупость, но что сейчас произошло? Неужели лорд Канневал продал нам своё зерно в долг? Он же никогда так не поступает!

Я с наслаждением откинулась на подушки. Отвыкла немного держать спину ровной, сидя на жёстком.

– Можно сказать и так. Просто мы пугающее его слово красиво завернули в понятие «рассрочка платежа». Ещё и денежкой поманили. Лорд Канневал в меру жаден, но осторожен. С такими нужно избегать прямых столкновений лоб в лоб, аккуратно обходя острые углы во время беседы, чтобы не сорвался с крючка. Немного напоминает охоту или рыбалку, когда приманиваешь свою добычу на вкусное лакомство.

Боргес кивнул, как бы говоря самому себе, что всё-таки правильно понял.

– Простите ещё раз. Но какую сумму удалось выиграть от этого договора? Чтобы я смог объяснить милорду...

Я назвала цифру, опираясь на приходно-расходные книги прошлых лет.

Такого лица я не видела даже у нашего коммерческого директора, когда положила ему эксклюзивный контракт с крупной сетью гипермаркетов, разбросанных по всей стране.

– Миледи, простите меня ещё раз, но как Вам это в голову пришло?

– Всё просто, Боргес, меня этому учили в своё время, потом я долго работала в продажах. Небезуспешно, кстати.

– Вы работали? – изумлению Боргеса не было предела.

Да, Адам посвятил обоих братьев накануне отъезда на ярмарку насчёт того, откуда и как я появилась в замке, чтобы им было проще взаимодействовать со мной и понимать, почему моё поведение может казаться им странным. Таким образом, оба хайтра и Энид были в курсе, что меня призвали. Служанка, конечно, испытала шок и смотрела первые два дня, как на божество, но потом успокоилась, рассудив, что люди – везде люди, а Рейну я помогла от чистого сердца, следовательно, мало чем отличаюсь от тех, с кем ей раньше приходилось иметь дело. Умная девочка. И неболтливая, что особенно ценится в прислуге. Естественно, Адаму я сказала, что поставила служанку в известность, а он в очередной раз похвалил меня с удачным выбором личной служанки, так как девушка ни словом, ни делом не выдала мой секрет за время его отсутствия. Так что у Энид был год, чтобы принять решение: уедет ли потом со мной и станет работать на меня или останется в замке. Но что-то мне подсказывало, что она уже сделала свой выбор, несмотря на то что ей придётся уехать далеко от бабушки и Рейна. А мне верные люди нужны.

– Боргес, там, откуда я родом, женщины преимущественно работают, лишь немногая часть из них полностью посвящают себя дому и семье. Поэтому всё, что сегодня произошло, для меня лишь часть того, чем занималась раньше.

Внезапно послышался шум приближающегося всадника. Боргес распахнул окно повозки, отодвинув миниатюрную щеколду.

– Вестовой от лорда Канневала. Прикажете остановиться, Ваша Светлость?

Глава 33. Можно вывести девочку из торговли, а вот торговлю из девочки –никогда!

Честно говоря, у меня сердце ёкнуло, когда услышала о посланнике от лорда. Неужели провал?

– Боргес, останавливаемся.

Чего мне стоило сохранять внешнее спокойствие, ожидая, когда вестовой лорда Канневала подъедет поближе, спешится и подаст мне конверт.

Сломав печать, я достала короткую записку. «Ловко вы меня провели своим договором, герцогиня Рогенборн! Искренне восхищён вашим умом. Все указанные в нём договорённости насчёт поставки зерна остаются в силе. Канневал». У меня даже камень с сердца упал. Я передала записку Боргесу, а сама обратилась к вестовому:

– Ответ требуется?

– Нет, Ваша Светлость. Лорд просил передать на словах, что доволен сделкой. Думаю, так оно и есть, потому что давно не видел его в таком приподнятом настроении. А уж его смех и того дольше. Моё почтение, Ваша Светлость! – с этими словами мужчина снова поклонился и, вскочив на коня, умчался по направлению к дому лорда Канневала.

Ха! Ещё бы лорд не был доволен! Я же ему на доставку денег подкинула в знак подтверждения своих намерений о сотрудничестве. Ещё и расписку взяла, которую он любовно положил к договору. Заодно и перед Адамом отчитаюсь и деньги верну. Из своих личных же платила.

– Миледи... – Боргес с придыханием, сопровождаемым явным уважением, промелькнувшим в глазах, вернул записку.

– Боргес, надеюсь, вы своим детям и внукам не будете рассказывать «Легенду об одной хитрой герцогине»?

Рядом тихонько хихикнула Энид. Она-то уже привыкла к моему острому языку.

– Запретите? – уточнил хайтр, бросая в мою сторону взгляд обидевшегося щенка.

Я только махнула рукой в ответ, забираясь обратно в повозку. Лестно, конечно, но, думаю, мой запрет ничего не решит, а только ещё больше создаст таинственности вокруг моей персоны. А так... Поболтают и забудут.

***

К барону Тернборну и графу Фейблорну съездила я с не меньшим успехом. С первым договорилась насчёт вяленого мяса, оставшегося после зимнего забоя скотины. Ещё и пообещал прислать курятины по осени. На пробу. Обрадовавшись, что смог договориться с герцогом напрямую, в обход его ушлого управляющего, вечно сбавляющего цену. Соответственно, продавать мясо худшего качества в ущерб своей репутации, барон не соглашался, как тот его не уговаривал. Зато какими колбасами угостил Тернборн! Это же просто песня желудку! А ещё качество оценила не только я, но и мои сопровождающие, которым купила на пробу несколько «палок» и «колечек». Раз мужики остались довольными, значит, действительно не одной мне понравилось. Если уговорю Адама, то будет у него отличная колбаска к трапезе. И гораздо дешевле той, что ему поставлял лорд Лоснорн. И в прямом, и в переносном смысле. Барон Тернборн владел не столь обширными землями, в отличие от графа Фейблорна, зато знал толк в разведении свиней и птицы.

С графских земель я привезла договорённости насчёт поставки говядины и сыров. Внешний вид и ухоженность коров, а также пастбища с зеленеющей сочной травой оценила, ещё не доехав до замка Фейблорна. Тут мне на руку ещё сыграло то, что графиня уже успела вернуться с ярмарки и рассказала мужу о моей хитрости. Граф оценил и встретил меня едва ли не с распростёртыми объятиями, предвкушая интересное предложение от неординарной жены герцога Рогенборна. Да-да, если в случае с лордом Канневалом сыграла рачительность, с бароном Тернборном – поддержка его репутации, как поставщика, то с этим – любопытство и здоровое желание попробовать что-то новое, неизведанное, но вместе с тем – выгодное. Кстати, в переговорах участвовала и сама графиня, деликатно вставлявшая «свои пять копеек», но исключительно по делу. Недаром я говорила Адаму, что есть мужья, прислушивающиеся к своим жёнам. Естественно, на прощание граф Фейблорн попросил не упоминать о совместном деловом «чаепитии», на что получил от меня удивлённый взгляд и моё коронное – «Что вы, граф! Я просто мимо случайно проезжала! А вашу супругу лишь однажды мельком видела на ярмарке!»

Мы так обычно с другими торговыми представителями сливали друг другу инсайдерскую информацию о грядущих скидках и акциях, чтобы параллельно не толкаться, сбивая акционные цены. Кому-то подобное может показаться странным, но вместе с теми, с кем дружила, понимала: сейчас заработаю я, а потом конкуренты фирмы. Или сперва они, а затем я. Просто бизнес и рациональное расходование нервов и ресурсов, а главное – никаких войн и желания выбить конкурентов с рынка. Тот самый случай, когда и разнообразие ассортимента в магазинах поддерживается, и клиенты удерживаются, и конечный потребитель. Для городов с высокой плотностью населения – это разумно. Тем более что на каждую ценовую категорию товара свой покупатель, и можно забить доверху точку своим товаром, а человек специально за привычным ассортиментом в другую не пойдёт, но при этом и твой брать не будет. И на постоянных акциях долго фирма не протянет. Ибо невыгодно с минимальной наценкой постоянно отгружать. Всё-таки я работала с крупными супермаркетами, а не с магазинами, специализирующимися только на акционных товарах. Зато отгрузки у меня всегда были ровными и стабильными. Без резких взлётов и падений. Соответственно, процент свой всегда получала, а не так, что в этом месяце я – королева, а потом следующие три «лапу сосу». Коммерческий директор первое время капитально охреневал с моей позиции, а потом плюнул. У меня и просрочки по дебиторской задолженности никогда не было. Товар на складах той или иной точки не залёживался, оплаты поступали вовремя. Даже когда другим поставщикам они не платили, мне присылали копии своевременно осуществлённых переводов всегда.

В общем, «поездка на ярмарку» удалась. Я ещё и несколько головок сыров на пробу везла. Вынуждена была, правда, заложить небольшой крюк из-за внезапно разошедшейся непогоды, но и такой вариант Адам предусмотрел, когда расписывал маршруты. До земель герцогства оставалось не так много, но стемнело очень быстро в тот день и пришлось заночевать в лесу на одной из облюбованных путниками полян, если судить по давно сложенным вокруг кострища брёвнам. Мы уже расселись, чтобы приступить к похлёбке, которую сварил дежуривший «на кухне» воин, как послышался шум. Как раз в той стороне, где были выставлены дозорные. Посланный Боргесом на разведку, вернулся и доложил:

– Там человек. Мужчина раненый. Прикажете добить или проводить?

Ох, как я люблю милосердие местных!

Глава 34. Наёмник

У меня прямо на языке вертелось:

– Конечно же, добейте! У нас тут похлёбка стынет, а вы тут с какими-то дурацкими вопросами пристаёте! И вообще, нет тела – нет дела. Лес большой, веток, чтобы закидать труп хватит. Даже тратить время на рытьё могилы не нужно. А потом, когда снимемся со стоянки, дикое зверьё прекрасно исполнит роль санитаров леса.

Боргес предал миску своему соседу и встал, положив руку на оплётку рукояти меча, чтобы в случае чего успеть закрыть меня собой:

– Миледи...

Я подняла руку перед собой, призывая к вниманию:

– Лонтар, он один?

– Да, миледи. Дозорные проверили лес на протяжении нескольких ярдов от лагеря, но больше никого не обнаружили.

– Приведите.

Боргес немного шевельнул напряжёнными плечами, выражая своё неудовольствие, но перечить мне не решился. Во-первых, потому, что успел понять за всё время нашего с ним общения: мне несвойственна импульсивность при принятии решений, а, во-вторых, если реальной угрозы моей жизни нет, то проще подчиниться. Привык же, что мне не зазорно сидеть в окружении простых воинов во время остановок, несмотря на различие в социальном статусе. Тем более, так было удобнее и рациональнее с точки зрения обеспечения безопасности, не говоря уже о комфорте всех членов нашего импровизированного отряда. Ведь по правилам мне предполагалось принимать пищу либо в повозке, либо первой, и уже только после моего ухода все остальные могли присоединиться к костру. Угу. Озябшие, глотающие слюни и к разварившейся похлёбке. Такое себе удобство.

– Да, но миледи... – попытался возразить тот самый Лонтар.

Я встала рядом с Боргесом и скрестила руки на груди, метнув строгий взгляд на строптивца:

– Кажется, вы считаете, что ваши сослуживцы не способны обеспечить мою безопасность и не смогут дать достойный отпор одному-единственному во всей округе мужчине, да ещё и раненому? Знаете, звучит как вызов вашему хайтру, а конкретно – открытое выражение недоверия к его компетентности, как старшего воина, поставленного на это место самим герцогом Рогенборном.

Лонтар резко побледнел, потом покраснел, сообразив, чем ему грозит подобный выпад. Даже глазом моргнуть не успела, как он скрылся в чаще. Я села обратно и макнула кусок хлеба в остывающую похлёбку. Война-войной, а обед по расписанию.

Приведённый мужчина действительно был ранен, причём серьёзно. Даже в отблесках костра бурые пятна на его разорванной одежде вызывали тревогу. И держался он за правый бок весьма подозрительно.

– Назовите себя и с какой целью обратились к дозорному?

Мужчина закашлялся, а потом прохрипел:

– Просто хотел попросить воды.

Розовой пены на губах или крови я не заметила. Значит, шанс у бедолаги есть.

– И всё?

– И всё. Если дадите, буду благодарен, если нет, значит, нет. У меня нет злых намерений по отношению к вам.

– Что произошло и каким образом оказались в подобном состоянии?

Раненый криво усмехнулся, а затем снова закашлялся:

– Не сошёлся во взглядах с заказчиком, миледи. Я ведь правильно понял, кто вы?

Правильно-правильно. Ведь обращение «миледи» означает в Данверте не только герцогский титул, но и в целом знатную даму. Простолюдинка бы не посмела говорить напрямую, тем более не оказалась посреди леса, сидя в окружении вооружённого до зубов отряда. А наш разговор с Лонтаром незнакомец не мог слышать из-за удалённости от того места, где были выставлены наши дозорные.

– Энид, принесите мою запасную флягу. Манайр, перевяжите нашего гостя, Радес, налейте ему похлёбки. Если не хватит, отдам свою – у меня есть чем перекусить. Правда, если гость не побрезгует.

– Но миледи... – попытался было возразить наш походный лекарь.

– Если у вас какие-то проблемы, Манайр, или предубеждения, могу выполнить перевязку сама. Общими понятиями и техниками, благо, владею. И осмелюсь напомнить, что по законам Данверта, путники являются неприкосновенными для владельцев тех земель, которые пересекают, если не нарушают при этом законов. Соблюдение этого условия позволяет следовать в пути тем порядкам и обычаям, к которым привыкли. Хозяйкой лагеря являюсь я, а посему имею полное право оказать достойный уровень гостеприимства, насколько это возможно в сложившейся ситуации, «постучавшемуся» в наш временный дом гостю.

Боргес едва заметно кивнул, подтверждая мои слова. Не зря же мне Адам выносил мозг своими нотациями и инструктажами накануне поездки. Опять же традиции, в которых я была воспитана. Это же наши родные сказки учат с детства: «Напои, накорми, баньку истопи, спать уложи, а потом и вопросы задавай!» Бани тут нет, порядок действий я нарушила, но судя по выражению лица раненого, он совершенно не возражал против лёгкого расспроса-допроса, чтобы потом получить даже чуть больше того, на что изначально рассчитывал. Зато про вежливость я точно не забыла. Да-да, этому тоже в сказках учили. Не знаешь, куда тебя занесло и что за хтонь встретишь впереди – будь вежлив, больше шансов выжить. Хамы во время путешествий долго не живут. По крайней мере, целыми и невредимыми остаются крайне редко. Не знаю, кому как, а мне «сказочные приёмчики» по жизни помогали.

Незнакомец снова сильно закашлялся и начал терять равновесие. Пытаясь выровняться, он отнял левую руку от раны, махнув ею в воздухе... Тут же весь мой отряд оказался на ногах с обнажёнными мечами.

– Мизинец!!!

Да что опять-то не так?! Да, я заметила, что на мизинце левой руки у нашего гостя отсутствовала одна фаланга. Адам ни о ком с такой приметой не упоминал.

– Боргес, а чего это все так всполошились?

На лице хайтра заиграли желваки, а сам он прошипел сквозь плотно сжавшиеся челюсти:

– Это же Мортон-Мизинец! Наёмник!

Я пожала плечами:

– Мне это имя ни о чём не говорит. Он сейчас в розыске хотя бы в одной из земель Данверта?

– В каком смысле? Он хладнокровный и неуловимый убийца!

– За его поимку назначена награда?

– Нет.

– Тогда какие к нему могут быть претензии у нас? Он просто попросил воды, сказав при этом, что никаких злых намерений по отношению к нашему лагерю не имеет. Тем более, легендарный наёмник вряд ли является полным идиотом, чтобы имея, как минимум, одну дырку в теле, идти врукопашную против двух десятков вооружённых людей. Его ведь обыскали? Наверняка. Иначе у меня будут серьёзные вопросы к вашим людям, Боргес. Будь у него силы держать оружие и само его наличие, давным-давно порезал бы на лоскуты остатки своей рубашки, чтобы перетянуть рану. А он едва на ногах стоит. Я не знаю, с кем там у него возник конфликт, но могу предположить, что его попросту попытались прикончить, хорошенько избив и пырнув кинжалом или даже мечом. Возможно, это сделал тот самый заказчик, о котором он упомянул. Или люди, посланные им. Подобное спокойно можно приравнять к нападению разбойников. Боргес, мне кажется, что ни вам, ни вашим людям не понравилось, что за просьбу дать немного воды, вашу голову нанизали бы на острие меча и ещё размахивали как трофеем. Наш гость просто обратился за небольшой помощью. Наёмники-идиоты не живут долго. И тем более, их не опознают по отсутствию кусочка пальца. Кстати, разве он такой единственный и неповторимый во всём Данверте, кто имеет такую особенность?