Текст книги "Герцогиня на год, или Пробный брак с призванной (СИ)"
Автор книги: Екатерина Стрелецкая
сообщить о нарушении
Текущая страница: 16 (всего у книги 18 страниц)
Одним солнечным морозным днём в коридоре послышался шум, а затем двери распахнулись, и на пороге появился... Адам. Скинув шубу прямо в руки маячившему за спиной Саймону, он распорядился быстро одеть свою госпожу, а сам, пользуясь моим замешательством, примостил небольшой сундучок на стол, хитро подмигнув.
К счастью, на ночь меня оставляли одну уже на протяжении нескольких недель, поэтому Энид быстро, но очень аккуратно меня одела, не понимая, что же такое задумал мой муж. Как только она вышла за дверь сообщить, что распоряжение исполнено, снова вошёл Адам, завернул меня в мою же шубу, в которой ходила на севере, а затем в несколько принесённых Даргнаром одеял. У меня только кончик носа торчал из этого вороха. В конце Энид натянула на меня длинные толстые носки и надела сапоги. Муж бережно подхватил этот безумный «одеяльный рулет» на руки и понёс вниз. Я думала, что он направляется на одну из террас на нижних этажах замка, однако он вышел в сад и твёрдым шагом направился к одной из аллей. Дойдя до одной из обметённых скамеек, осторожно опустился на неё.
– Прости, Милли, что вот так, без предупреждения. Я тут всего лишь проездом, но не мог не заехать в гости. Хоть воздухом свежим немного подышишь, да и висельникам всё пару дней отсрочки...
– Адам! Мэтр Антверт тебя убьёт...
– Нет, он сам разрешил. Только не решался кого-то просить с тобой погулять. Но и чахнуть в четырёх стенах – это не дело.
Два дня... Целых два дня! Как оказывается, мало человеку для счастья нужно! Всего лишь посидеть в заснеженном саду, прижимаясь к пропахшему костром и лесом мужу...
Глава 54. Тёплые камни
Большую часть своего бодрствования я проводила, беседуя с мэтром Антвертом. Целитель только рад был, так как Джоанна, несмотря на то, что находилась уже на шестом месяце беременности, уехала на помолвку Селии и в замке почти никого не осталось.
– О чём бы вы хотели поговорить сегодня, Эмилия?
– Я давно хотела спросить вас, мэтр Антверт, вот о чём: что это за камни, которые используются для согревания постели? Вначале мне казалось, что их попросту нагревают на огне, а затем, дав остыть, помещают под одеяло. По крайней мере, когда-то в моих родных краях так и делали. Только это было очень-очень давно. Однако, понаблюдав за Энид, заметила, что она берёт эти камни с обычной деревянной подставки. Даже не с жаровни или чего-нибудь подобного. Вот я и не понимаю, каким образом они могут отдавать тепло, если сами ниоткуда его не накапливают.
Целитель усмехнулся:
– Тёплые камни. Они потому так и называются, что всегда не только сохраняют в себе тепло, но и отдают.
– Магические, что ли? Или всё-таки каким-то образом могут накапливать тепло извне. На солнце, например.
– Нет, Эмилия. Они всегда были такими. Когда-то простые люди заметили эту их особенность и стали брать в свои дома, чтобы иметь возможность согреться, когда не было возможности запастись дровами или хворостом. Вследствие бедности или на случай продолжительной вьюги, или во время сезона дождей. Постепенно про Тёплые камни узнали и более обеспеченные люди, стало престижно ими обладать. Постепенно места, где их добывали, иссякли, но во многих домах они до сих пор сохранились. В моём поместье тоже имеется несколько штук: получил в качестве приданого, когда женился. Кстати, пара шахт располагалась как раз на территории нынешнего герцогства Рогенборн. Правда, тогда оно ещё не было объединено, но находилось в руках предков вашего мужа. Много веков назад те земли были намного плодороднее, чем сейчас, но земля имеет свойство постепенно обедневать, несмотря на все усилия по поддержанию её качеств.
– Спасибо, мэтр Антверт за пояснение. Действительно – чудо природы, – я поблагодарила целителя, но попыталась уловить ускользающую от меня мысль. Что-то он сказал такое, что не давало покоя.
– Что-то ещё, Эмилия?
– Нет, благодарю вас, что уделяете мне время, хотя сами могли бы в это время восстанавливать свои силы. Мне рассказывали, что любое магическое воздействие истощает мага и требуется время, чтобы прийти в прежнюю форму.
Старик добродушно рассмеялся:
– Что вы, Эмилия, мне, наоборот, всегда легче находиться рядом с вами, чем прозябать в пустой комнате, сидя с книгой у камина. Словно вас поцеловала богиня равновесия и созидания Ирлисида. Была когда-то в пантеоне Данверта такая.
Я еле сдержалась, чтобы не махнуть рукой, но вовремя вспомнила, что делать этого не стоит:
– Скажете тоже, мэтр Антверт... Я простая женщина, ещё и не из этих мест. Думаю, вы бы сами заметили, когда лечили меня в первый раз, что со мной что-то не так.
Со мной что-то не так... Хмм...
– Мэтр Антверт, Джоанна рассказывала мне, что мэтр Олборн по какой-то причине не смог мне помочь сразу после нападения, лишь отсрочил мою смерть. Почему так могло произойти?
Целитель развёл руками:
– Достоверно неизвестно, но такие случаи уже бывали. С местными. Поэтому есть предположение, что из-за недавнего магического вмешательства могли остаться в вас частицы моего дара, который вступил в конфликт с магией мэтра Олборна. Всё-таки некоторые различия между магами-целителями имеются.
На ум сразу пришла картинка с двумя отталкивающимися друг от друга магнитами. Надо же, и такое бывает...
***
Тот разговор долго не давал мне покоя, время от времени всплывающий в памяти в виде разноцветных осколков, как в детском калейдоскопе. Мэтр Антверт обеспокоенно поглядывал на мою некоторую задумчивость, но с расспросами не лез. Он был в курсе насчёт моей привычки иногда отрешаться от мира сего, спасибо Адаму. За пару дней, проведённых им в Бергальском замке, муж не только смог несколько раз со мной «погулять», но и пообщаться с мэтром Антвертом в те часы, что спала.
Терпение целителя лопнуло только тогда, когда он заметил у меня тёмные круги под глазами, выдавшими бессонную ночь.
– Эмилия, скажите, что вас тревожит? Ваше физическое состояние не ухудшилось – это мне достоверно известно. Наоборот, восстановление идёт как нужно и даже немного быстрее, чем возможно после получения магической травмы. Но я вижу, что вот уже на протяжении нескольких дней вас что-то гнетёт.
– Простите, мэтр Антверт, просто много думала.
– Вы не у меня прощения просите, а у самой себя. Своему же организму вред наносите, не давая покоя и тем самым затягивая выздоровление, – пробурчал старик, смешивая уже знакомое мне снадобье для восстановления сил. – Так что случилось? Я чем-то вас расстроил во время одной из наших бесед?
– Что вы, мэтр Антверт! Просто мне особо заняться нечем, вот и размышляла...
– О, женщина! Эмилия, вы хоть когда-нибудь отдыхаете? Ваша деятельная натура повергла меня в шок, когда герцог Рогенборн поведал о тех месяцах, что вы провели в замке и на севере.
До боли знакомое выражение напомнило Адама в первые недели нашего с ним знакомства, пришлось даже нижнюю губу прикусить, чтобы не расхохотаться.
– Простите, мэтр Антверт, но я привыкла постоянно чем-то заниматься. Порой даже двумя или тремя делами одновременно. Если было некуда пристроить руки, то нагружала голову, а тут целыми днями лежу без пользы...
– И всё-таки, Эмилия, что вас настолько увлекло, что вы даже глаз не сомкнули за ночь?
– Мэтр Антверт, вы как-то упомянули, что быстрее всего восстанавливаетесь в своём поместье. Там есть какое-то конкретное место или вообще без разницы, просто территория поместья?
Целитель помог выпить снадобье, а когда хотел поставить кружку обратно на столик, внезапно замер. Я не торопила, ожидая ответ. Наконец, мэтр Антверт опустился в стоящее рядом с моей постелью кресло:
– Пожалуй, есть такое. Вот только их два: гостиная в главном доме и беседка в саду.
– Тёплые камни находятся в гостиной или как тут, в спальнях?
– Да, именно в гостиной... – растерянно протянул целитель. – Раньше их было четыре, но потом осталось три.
– Почему? С одним из них что-то случилось?
– Сын, когда был совсем маленький, любил с ними играться, но особо его привлекал один, немного отличавшийся от других. В итоге он каким-то образом умудрился его утащить и куда-то спрятать. Мы так и не нашли, тот камень.
– У вас есть сын?
Лицо мэтра Антверта накрыла тень.
– Был. Умер совсем юным. Несчастный случай. Маги-целители хоть и сильны, но не всемогущи.
– Мои соболезнования, мэтр Антрверт. Я не знала...
– Давно дело было. Многие уже и забыли. А мы в память о нём как раз поставили ту беседку возле его любимых кустов шиповника. Знаете, они уже которое поколение продолжают там расти. Старые кусты со временем усыхают, но из-за новых это настолько незаметно... Даже лютые морозы смогли пережить... Эмилия, а почему вы так загадочно улыбаетесь?
– Мне кажется, вы только что дали ответ на вопрос, куда же делся тот камень...
– Погодите, но ведь...
– У меня есть несколько теорий и одна из них о том, что Тёплые камни служат чем-то вроде поддерживающих магию элементами. Возможно, участвуют в некоем энергетическом обмене. Вы – маг. И чувствуете себя наиболее благополучно находясь возле них. А что, если сами Тёплые камни не должны были быть оторваны от тех мест, где сформировались? Или от тех стихий, которые им ближе. Вы рассказывали, что вначале перестали рождаться магически одарённые дети в простых семьях, но в знатных семьях продолжали появляться... А недавно упомянули, что месторождения Тёплых камней давным-давно исчерпали себя, так как ими заинтересовалась аристократия.
– А Кайлен почти с рождения очень тонко чувствовал магические потоки... Я ещё радовался, что замена достойная вырастет...
– Скажите, а те маги и целители, что служат в королевском дворце, живут там с семьями?
– Нет. Обычно после женитьбы даётся пара месяцев молодожёнам, чтобы те провели время в своих домах, а потом снова возвращаются на службу, навещая свои семьи... А их потомки не всегда наследуют дар отца или матери...
– Значит, не у всех есть дома Тёплые камни, либо маги навещают свой дом так редко, что, например, магические частицы слишком слабы, чтобы повлиять на ребёнка. Ну или оказать свою силу на зачатие...
Мэтр Антверт вскочил на ноги и крепко сжал пальцами переносицу, бормоча, что Мэриэтт его за беседку убьёт. А за кусты – тем более...
– Хотите предложить садовнику покопаться в земле наиболее тщательно?
– Да, Эмилия, да. Мне кажется, что ваша теория имеет право на существование.
– Если камень найдут, но пусть тут же снова закопают. Память о сыне всё-таки.
– Несомненно. Предложить что ли жене ради эксперимента засунуть один из находящихся в гостиной камней в кадку с помидорами?
– А вот тут у меня есть сомнения. Вы сказали, что из них всех отличался только один. Возможно он был добыт в другом месте, не там, где остальные. Если ваш сын умел чувствовать потоки, возможно, камень более всего подходил к тому, чтобы насыщаться от земли и растений? Похожи ли те камни, что сейчас греют мои ноги на ваши? И ещё: можно как-то узнать, были ли Тёплые камни среди имущества герцогов Малборн? Если да, то куда делись, после того как их земли и имущество перешло к короне?
– Думаете, там превалирующая стихия – огонь?
– Есть такая мысль. И ещё: когда впервые заметили, что магов стало рождаться меньше? Я могу продиктовать записку Рейнальду – это наш временный управляющий, чтобы поискал упоминания, когда земли герцогства начали приходить в упадок. Не факт, что найдёт, но кое-какие заметки в замке хранятся с давних пор. Заодно пусть местных поспрашивает: легенды и предания в народе ведь живы...
Мэтр Антверт усмехнулся, качая головой:
– Умеете вы, Эмилия, подкинуть сложную задачку. Диктуйте...
Глава 55. Неприкаянный принц
В нашу с мэтром Антвертом теорию мы не стали никого посвящать, пока не найдём подтверждения. Пропавший камень действительно нашёлся под корнями шиповника. Госпожа Антверт подробно его описала, сравнив с остальными. И даже прислала один из «одинаковых» в Бергальский замок. Мы его долго изучали, ища отличия от тех, что грели мою постель. Да, кровоснабжение у меня давно наладилось, но мэтр Антверт решил не рисковать, поэтому я уже привыкла к тому, что периодически пятками натыкалась на булыжники размером с гусиное яйцо. Но втихаря мы всё-таки совершили с ним маленькую диверсию, подменив один из камней на присланный из поместья целителя. Помидорный куст с миниатюрными плодами, напоминающих «черри», было, конечно, жалко, но не настолько, чтобы отказаться от эксперимента. Рейн пока ничем порадовать не мог, но регулярно отписывался по поводу своих изысканий.
Горляки от Адама продолжали приносить записки. Правда, уже не с той частотой, как раньше. Связано это было с тем, что муж получил от Его Величества какое-то поручение, поэтому был занят. Жив-здоров, и то хорошо. Большего мне знать было не нужно. Изредка сообщал, что «наша проблема» пока ни в чём не замешана и придраться особо не к чему. До развода оставалось не так много времени, но тут оставалось лишь понадеяться на чудо. Либо выполнить условия соглашения. К сожалению, за косвенное участие в переговорах и тот факт, что пострадала из-за заговорщиков мало чем могли помочь. Можно было попробовать за «верную службу королю и отечеству» походатайствовать, но максимум, чего добиться – мелкого титула, а то и вовсе денежным вознаграждением, тем более что услуги мэтра Антверта и пребывание на время лечения в Бергальском замке полностью оплачивала «корона». Томас с Адамом попробовали взять это на себя, но им не дали.
Весна в той части Данверта, где находился Бергальский замок, всегда наступала рано. Уже в конце апреля солнце жарило так, словно июнь был в самом разгаре. Поэтому, получив разрешение от мэтра Антверта, я понемногу начала выходить на прогулки в сопровождении пары замковых слуг и Энид. Сидеть на лавочках под палящим солнцем не рисковала, облюбовав одну из крытых беседок в дальней части сада. Естественно, с непривычки ноги слушались плохо, напоминая приступами внезапной слабости о том, чтобы их хозяйка сильно не разгонялась. Подышать свежим воздухом я обычно выходила в районе одиннадцати часов утра и после пяти вечера. Но как-то раз, проснувшись раньше обычного, решила прогуляться до завтрака.
Помня о предостережениях мэтра Антверта насчёт аккуратности, медленно шла по присыпанной мелким гравием дорожке, наслаждаясь утренней свежестью, витавшей в воздухе. Чуть поодаль от меня следовала Энид, с которой у нас был уговор, что после того, как сопроводит до беседки, может немного прогуляться до фонтана. В конце концов, если захотят добить – вмешательство служанки мало чем поможет, ещё и сама пострадает. Да, Его Величество весьма серьёзно взялся за выявление не только наёмников с минимальным наличием какого-либо дара, служащих высоким домам, но и других магов. Сколько «неучтённых» целителей было выявлено – не передать. В основном они занимались «вопросами красоты». Вот откуда взялась та самая армия придворных «фарфоровых» красоток. Нет, многие из них от природы обладали миловидными лицами и точёными фигурами, но разве женщину может остановить хоть что-то на пути к усовершенствованию? Лишь немногим целителям было разрешено вернуться на прежнее место службы. В основном тем, кто действительно лечил, а не «скульптурировал» тела. Приезжающий время от времени навестить жену Томас даже пошутил как-то, что велика вероятность начать ходить по королевскому дворцу с сердечными каплями, чтобы случайно не заработать разрыв сердца, если внезапно из-за поворота выйдет очередная «красотка».
Отпустив Энид, я с удовольствием смежила веки, подставляя лицо ласковым солнечным лучам, проникающим в беседку через перекрещивающиеся рейки, из которых состояли стены беседки. Внезапно раздались тихие шаги, причём это точно не была служанка, иначе слышался бы шорох юбок при ходьбе. Раскрыв глаза, увидела молодого человека, удивлённо смотрящего в мою сторону. Судя по богатым одеждам, его социальный статус едва ли был ниже моего. Но при этом нежданный гость вёл себя несколько отрешённо, словно пребывал мыслями где-то далеко отсюда. Вспомнились слова Джоанны, брошенные ею мельком, когда впервые пришла в себя после нападения, что «скоро замок окончательно превратится в лечебницу». Я ещё подумала, что, наверное, кто-то из её младших детей заболел. Может, юноша тоже нездоров? Чувствуя некоторую неловкость из-за затянувшейся паузы, я встала со скамьи и изобразила лёгкий поклон:
– Прошу простить меня, милорд, что случайно заняла ваше любимое место для уединения.
Юноша ответил аналогичным кивком, показывая, что извинения приняты. Но при этом промолчал, лишь немного посторонился, чтобы дать мне выйти из беседки. Неподалёку маячили испуганные стражники, но, увидев, как я спокойно свернула на ближайшую аллею, расслабились. Навстречу как раз шла Энид, погуляв ещё с четверть часа, вернулись в замок. Странный юноша всё не выходил у меня из головы. Я определённо где-то его раньше видела. Или кого-то, похожего на него, но всё не могла вспомнить. Поэтому, когда зашёл мэтр Антверт, сразу же обратилась к нему:
– Доброе утро! Сегодня на прогулке я случайно встретила одного странного юношу. Скажите, кто ещё обитает в замке? Семья Томаса ведь уехала...
Целитель взглядом показал, чтобы Энид вышла и никого не впускала в мою спальню. Жестом пригласив меня присесть, некоторое время он молчал, а затем заговорил:
– Что вы, Эмилия, знаете про наследного принца Фредерика?
– Только в общих чертах. Адам никогда не распространялся о своей семье по линии отца. Даже с Томасом и Джоанной я познакомилась лишь приехав в Бергальский замок.Слышала, что в своё время у Его Величества было двое детей, дочь погибла во время покушения несколько лет назад, а сын с тех пор крайне редко появляется на публике. Вы хотите намекнуть, мэтр Антверт, что это Его Высочество я видела в саду сегодня?
– Вы правильно всё поняли, Эмилия. Я потому и решил ничего от вас утаивать. Зная вашу любовь к размышлениям, во-первых, сами бы обо всём догадались, во-вторых, снова лишились бы сна.
– Но по какой причине он живёт здесь, в Бергальском замке? Принц Фредерик пострадал во время покушения, поэтому так необычно себя ведёт?Эта его отстранённость... Она же не с рождения проявилась?
– Не так всё просто, Эмилия... Во время покушения он оказался одним из тех, кто практически не пострадал. Телесно он абсолютно здоров...
– Но пострадала его психика? Он испугался?
– Всё гораздо хуже: на его руках умерла принцесса Каролина... Девочка попросту истекла кровью, пока в общей суматохе ждали помощь.
– Но неужели в свите не было целителя?
– Его убили сразу. Видимо, чтобы ещё больше паники навести. Его Высочество пытался спасти любимую сестру, но ничего поделать не мог. Для тринадцатилетнего подростка её кончина стала настоящим ударом. Вначале он винил себя в её смерти, потом и вовсе замкнулся, практически отрешившись от внешнего мира. Даже перестал разговаривать. Многие целители пробовали свои силы, но, к сожалению, все их старания не увенчались успехом. Учитывая, что у Его Высочества случаются приступы паники при большом скоплении народа, вот уже несколько лет он живёт в Бергальском замке в окружении нескольких слуг. У него сложились определённые привычки и ритуалы. Как раз около десяти утра он привык около получаса проводить в той самой беседке, которую присмотрели для своего отдыха. Но так как до сегодняшнего дня вы с ним не пересекались, предупреждать никто не стал. Теперь остаётся только ждать, как на всё это отреагирует Его Величество, когда получит ближайший доклад.
– Наша случайная встреча может чем-то навредить Адаму? Или мне?
– Ответа на этот вопрос у меня нет. Проблема заключается в том, что со дня смерти сестры Его Высочество на дух не переносит женское общество. Независимо от их статуса и рода занятий. В том крыле, где он проживает, даже служанки появляются лишь во время его отсутствия. Например, когда вышел на прогулку.
– Скверно. А я ещё и не поприветствовала Его Высочество как следует. Лишь чуть склонила голову, не решившись присесть, чтобы не напрягать лишний раз мышцы живота... Ведь я приняла принца за равного себе по статусу. Кошмар какой...
– Теперь всё зависит от того, насколько ваша встреча доставила неудобств Его Высочеству. И каким образом объяснят, кто вы такая и по какой причине живёте в замке.
Я сжала виски пальцами, чтобы немного прийти в себя после всего услышанного. Если местные «недопсихологи» из окружения принца Фредерика ляпнут про покушение на меня и Адама, то точно конец света настанет. Даже страшно представить, насколько мощным катализатором сможет послужить, а главное – к чему привести, сопоставление событий шестилетней давности для парня, который до сих пор, судя по всему, находится под влиянием сильного потрясения из-за гибели любимой младшей сестры.
***
Мэтр Антверт, к сожалению, не входил в ближайшее окружение принца Фредерика, поэтому никак не мог повлиять, ни на то, каким образом тому расскажут про меня, ни на того, кто это будет делать. Зато узнала, что мэтр Олборн не просто так оказался в замке во время переговоров: он был личным целителем юноши. Хотя была бы больше рада, если бы на его месте оказался мэтр Антверт. Его мудрость и способности вызывали во мне уважение. Сомневаюсь, что мэтр Олборн, окажись на его месте в замке Адама, пошёл бы на уступки и согласился избавить меня от старых травм.
На всякий случай я расспросила мэтра Антверта насчёт подробностей покушения, чтобы случайно, если вдруг снова пересечёмся с принцем, не спровоцировать у него болезненные воспоминания и ассоциации. Но уже к вечеру принесли записку, что против прогулок герцогини Рогенборн в саду Его Высочество ничего не имеет против. Прямо от души отлегло. Даже не знаю, кто больше нервничал: я или мэтр Антверт. Правда, письмо от его Величества, полученное на следующее утро всё равно вскрывала с дрожащими руками. Всего лишь очередная «рекомендация» не распространяться насчёт некоторых обстоятельств. Мда... Кто со стороны прочитает, точно в фаворитки запишет. Даже хорошо, что в замке почти никого нет, а слуги принца будут молчать под страхом смертной казни.
Я ещё несколько раз видела принца Фредерика, вычислив тем самым, что в ясные дни он выходил на прогулку и по вечерам. Его охранников знала, поэтому завидев их издалека, просто сворачивала на соседние аллеи или дорожки. Юношу, откровенно говоря, было жаль чисто по-человечески. И чем больше думала о нём, тем чаще в голове мелькала одна безумная идея, что клин клином вышибают. Но при этом прекрасно понимала, что может стать только хуже. В итоге решила всё-таки рискнуть. Как раз Энид случайно услышала, что мэтр Олборн должен уехать на пару дней с очередным докладом к Его Величеству. Я и так рисковала вдвойне, а попасть в его руки в первую очередь очень не хотелось. Ни Энид, ни мэтра Антверта в свои планы посвящать не стала.
В нужный день перед тем, как надеть на прогулку платье нежно-персикового цвета, «случайно» испачкала обычный лиф, чтобы выбор пал на укороченный, который использовала только в первые недели, когда разрешили передвигаться по замку, а не только по покоям.
Посидев немного в беседке, сделала вид, что уснула, а когда вернулась Энид и начала будить, отослала её за водой. На этот раз я специально села так, чтобы издалека не было понятно, есть ли кто в беседке или нет. Сложнее всего было придумать, на что упасть, пока не заметила, что у принца Фредерика имеется привычка сгибать руку в локте, если кто-то проходит мимо.
При появлении Его Высочества я извинилась за свою оплошность, объяснив, что задремала, а затем, улучив удачный момент, подвернула ногу, летя прямо на острый локоть. Может со стороны всё и выглядело по-дурацки, но ужас в немного затуманенных глазах принца Фредерика, когда на светлом платье начало расплываться красное пятно, а потом чёткое понимание произошедшего однозначно стоило задуманного. Он успел подхватить меня почти у самой земли. Сопровождающие Его Высочества тут же кинулись на помощь, но были остановлены.
– Я сам...
Пришлось мне крепко стиснуть зубы, чтобы своими стонами не перепугать принца Фредерика ещё больше и не испортить всё дело. За время, прошедшее с момента покушения, я сильно похудела, но всё равно опасалась, чтобы меня не уронили, иначе мэтр Антверт меня точно прибьёт. Возвращающая с водой Энид, увидев нашу процессию, выронила поднос и тут же помчалась обратно в замок, крикнув, что позовёт целителя. Как оказалась в своей спальне, уже помню плохо, только в какой-то момент увидела огорчённое лицо мэтра Антверта:
– Эмилия, что же мне с вами делать и с вашей... Впрочем, потом...
Как и объяснил мне однажды целитель, механические повреждения было залечить намного проще, чем магические, хотя отчитал он меня от всей души, нисколечко не стесняясь в выражениях. Зато результат был! Вид светлого платья с расползающимся по нему пятном стало тем самым новым потрясением, послужившим «спусковым крючком» для принца Фредерика, вернув в реальность. Я думала, что он уйдёт, но пока мэтр Антверт не закончил со мной возиться, ждал в соседней комнате, чтобы убедиться в благополучном исходе дела. Даже потом, когда мне пришлось неделю проваляться в постели, навещал каждый день, игнорируя все доводы мэтра Олборна. После стольких лет молчания речь принца первое время оставалась медленной и немного заторможенной, но прогресс, что говорится, был налицо. А ещё мэтр Антверт взял на себя смелость расспросить Его Высочество насчёт всех снадобий, который тот ежедневно принимал. Тогда и выяснилась интересная деталь, что большая часть из них имела сильный успокоительный эффект. Так что вопросы возникли уже к мэтру Олборну у Его Величества лично. Впрочем, мотивы были и так ясны: нахождение подле наследного принца весьма щедро оплачивалось и не требовало особых усилий. За свой обман личный целитель принца Фредерика расплатился сполна. Заодно покаялся в том, что нарочно сделал всё, чтобы лишь создать видимость помощи мне после нападения, опасаясь, что любопытная герцогиня Рогенборн, если останется в Бергальском замке, то сунет нос в его дела. Вот так моя рискованная задумка смогла принести дополнительные плоды. Хорошо, что меня дёрнуло разыграть всё во время утренней прогулки, иначе к вечерней Его Высочество был бы уже под действием снадобий целителя. Ведь первые отвары подавались сразу после завтрака. Мэтр Антверт ворчал на меня дня четыре точно, хотя я видела, что мелькающее одобрение в его глазах.
Ещё мне удалось донести до принца, что он был не виноват в смерти сестры, в которой он корил себя на протяжении всех этих лет. Не сказала бы, что это было просто, всё-таки дипломом по психологии не обладала, действуя чисто интуитивно. По достигнутой договорённости с Его Величеством, никто не должен был узнать о произошедшем в замке. С одной стороны его мнение обо мне поменялось в лучшую сторону, но лишь усугубило ситуацию с разрешением «проблемы». После казни четы Малборнов в Данверте было неспокойно, а у рода Золдаборн были не только богатые и обширные владения, но и весьма мощная поддержка.
Глава 56. Развод
Адам приехал в Бергальский замок накануне истечения соглашения о пробном браке. Поднимаясь в выделенные ему покои, муж устало бросил:
– Сервела вела себя безупречно всё это время...
Значит, попытка накопать на неё компромат успехом не увенчалась...
По старой доброй традиции ужин мы провели вместе. Первым нарушил молчание муж:
– Я знаю, что незадолго до начала переговоров у тебя был разговор с Его Величеством...
– Всё верно. Мне тактично указали на моё место и напомнили про все наши с тобой подписанные соглашения и устные договорённости.
– Он рассказал мне. А потом ты оказала ему одну услугу...
Я вяло поковыряла вилкой салат.
– Я думала, что это останется только между нами.
– Но тем не менее он мне всё рассказал. Я думаю, ты прекрасно понимаешь, в какой сложной ситуации оказались мы втроём.
– К сожалению, да. И теперь уже два слова в противовес репутации. Трое заложников чести.
Адам грустно качнул головой, а затем положил подбородок на сцепленные между собой пальцы:
– Милли, хочу задать тебе вопрос, но ответ можешь дать завтра: ты действительно согласна расторгнуть наш брак? Решение и выбор за тобой.
В голове сразу всплыла его любимая фраза: «Мужчина принимает решение, женщина соглашается!» Тут же он впервые изменил ей, давая понять, что готов согласиться с любым моим решением. Да, я помнила, что пробный брак возможно расторгнуть лишь по обоюдному желанию или в одностороннем порядке при наличии очень веской причины. Я готовилась к этому разговору и знала, что последует за любым из моих решений. У меня было достаточно времени, чтобы всё обдумать.
– Завтра мы идём к законнику, Адам. Причину озвучу сама, лишних вопросов не возникнет.
– Я принимаю твоё решение, Милли.
***
На следующий день ровно в полдень мы уже сидели у законника. Увидев наши бумаги, пожилой мужчина долго переводил изумлённый взгляд то на нас, то на соглашение, словно не веря своим глазам. Наконец, он вспомнил о своих обязанностях и со вздохом произнёс:
– Надо же, такая пара... Простите. Герцог Адам Ластер Рогенборн, вы подтверждаете своё решение расторгнуть пробный брак, заключённый с Эмилией Ройтэ, ныне герцогиней Эмилией Рогенборн?
– Да.
– Герцогиня Эмилия Рогенборн, урождённая Эмилия Ройтэ, подтверждаете своё желание расторгнуть пробный брак, заключённый с герцогом Адамом Ластером Рогенборном?
– Да. Чтобы не возникло лишних вопросов, осмелюсь пояснить причину нашего решения: вы, думаю, в курсе истории с покушением прошлой осенью, в котором я пострадала?
Законник кивнул:
– Да, Ваша Светлость.
– Также ни для кого не является секретом, насколько тяжёлым было моё ранение. Вплоть до недавнего времени целители занимались моим восстановлением, в чём весьма преуспели. Однако их вердикт однозначен: в ближайшие лет пять о детях думать не стоит в связи с высокими рисками для здоровья. К тому моменту мне уже исполнится сорок лет, и шансы подарить мужу наследников будут равны практически нулю. Учитывая возраст герцога Рогенборна и отсутствие у него прямых наследников по мужской линии, я не могу поставить будущее герцогства Рогенборн под угрозу в угоду своим желаниям и лишить своего супруга возможности обрести семейное счастье, достойное любого мужчины...
О том, что это я специально попросила мэтра Антверта озвучить рекомендацию на срок, превышающий изначальные прогнозы, не знает никто. Так будет лучше для всех.
Законник грустно посмотрел на нас ещё раз, а затем произнёс:
