Текст книги "Герцогиня на год, или Пробный брак с призванной (СИ)"
Автор книги: Екатерина Стрелецкая
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 18 страниц)
Боргес молчал, лишь раздувая ноздри. Ему явно не нравилось то, что он услышал от меня, но и возразить особо было нечего.
– Молчите... Хорошо. Приведу наглядный пример. Если я прикажу вам, или Манайру или даже Лонтару отрубить фалангу мизинца на левой руке, станете ли вы сразу Мортоном-Мизинцем? А что? Верная же примета! Ещё и оружие держать в руках умело, причём, весьма искусно владея несколькими видами. Много ли людей видели наёмника с таким именем в живую, чтобы однозначно утверждать, кто сейчас стоит перед нами? Или кто-то из здесь присутствующих имеет какие-либо личные счёты к Мортону-Мизинцу? Если таковой имеется, пусть выйдет. Но в таком случае я поставлю условие: либо этот воин получит точно такие же повреждения, как у нашего незваного гостя, либо пусть назначит поединок, когда тот выздоровеет. А то как-то некрасиво получится напасть на безоружного, да ещё и раненого. Как же воинская честь? Совесть, в конце концов?
Желающих возразить мне не нашлось, поэтому я продолжила:
– Я желаю, чтобы ему оказали помощь. Пока желаю. Но могу и приказать. Потом он пойдёт своей дорогой, а мы – своей. И только силам свыше известно, пересекутся ли они когда-нибудь. Но это явно будет не сегодняшний вечер.
Боргес подал сигнал жестом и все мои сопровождающие, как один, убрали мечи в ножны, а затем сели на брёвна, подняли поставленные перед тем как вскочить на землю миски и молча принялись за ужин.
– Прекрасно. Радес, у нас ещё осталась похлёбка?
«Повар» кивнул.
– Тогда посмотрите, чтобы она не подгорела, пока Манайр исполняет моё «пожелание». Господин Мортон или как там ваше имя, надеюсь, мы друг друга поняли?
Мужчина уважительно посмотрел в мою сторону и слегка улыбнулся:
– Не знаю, о ком сейчас шла речь, но я принимаю ваши условия и благодарен за проявленное великодушие.
Вот и чудно. Пока лекарь штопал наёмника, я доела свою похлёбку и подставила Радесу кружку, чтобы налил травяного отвара. Всё-таки наш гость –настоящий везунчик: его явно пытались пырнуть в печень, да только чуть-чуть промахнулись, не задев ни одного жизненно важного органа. Остальные удары пришлись по касательной, и их достаточно было просто перевязать. Как только Манайр закончил, Энид пересекла поляну и положила рядом с наёмником флягу с водой, а затем вернулась ко мне.
– Миледи, а они ведь и вправду его ограбили, а не только хотели убить. Петля ремня обрезана.
– Спасибо, Энид.
Большинство мужчин Данверта крепили кошелёк к поясу или ремню при помощи кожаной петли. Таким образом, затрудняя воришкам исполнить их промысел. Простым ножом широкую петлю быстро не перережешь, рискуя остаться без шаловливых конечностей. А вот мечом – запросто. Лесные разбойники бы просто вытащили деньги из кошелька, либо сняли бы тот вместе с ремнём. А убийцы вот не побрезговали ни временем, ни деньгами.
Вернув Радесу опустевшую миску, наёмник поправил заскорузлую от крови рубашку, которую надел снова за неимением другой и натянул сверху не менее живописно выглядящий колет.
Я достала из кармана свой кошель и кинула мужчине:
– Доброй дороги, путник!
Тот поймал его здоровой рукой и слегка поклонился:
– Желаю и вам того же, миледи.
Затем он исчез в ночной тьме.
Я запоздало вспомнила, что помимо мелких монет переложила в кошелёк одну серебряную, когда расплачивалась за колбасы. Ну да и чёрт с ней. Невелика потеря, зато совесть моя спокойна.
– Миледи, зачем вы ему ещё и денег дали?
– Боргес, своих у него не осталось, а вот еды добыть себе захочет. Как вы думаете, кто-нибудь сподобится угостить бесплатно чужака в окровавленной одежде? Сомневаюсь. Между прочим, мы рядом с землями герцогства: не хочу, чтобы кто-нибудь из наших людей пострадал. Зато за монетку большинство закроет глаза на внешний вид, а за несколько ещё и забудет о странном покупателе. Меня вот подобный вариант развития событий более чем устроит. А вас?
– Меня – тоже. Доброй ночи, миледи.
– И вам, Боргес.
Мы с Энид всегда ночевали в повозке, укладываясь на разложенные сиденья. Жестковато, конечно, было несмотря на тюфяк, исполняющий роль матраса, но всё комфортнее, чем спать на земле. Я уже сгребла под голову подушку, как скрипнула дверь повозки.
– Освежиться отлучались, Энид?
Глава 35. Девичьи секреты
– Да, миледи. Внезапно возникла необходимость. Простите, что задержалась – в лесу слишком темно сейчас.
Я краем глаза наблюдала, как служанка расправляет большой плотный отрез ткани, явно намереваясь им укрыться. Хотя обычно она заворачивала в него мешки с постельными принадлежностями, чтобы дополнительно защитить их от дорожной пыли:
– Бывает, что уж там... Все мы – люди. Каждый со своими потребностями... Кстати, а где ваше одеяло, Энид?
Девушка немного замялась:
– Похоже, что я случайно забыла мешок с ним из-за суматохи во время сборов после последней ночёвки, миледи. Это моя оплошность, не гневайтесь...
Ага, суматохи. Охотно верю. Впрочем – нет. У воинов из хайтра Адама даже экстренный сбор маршевым строем происходит. Уже успела неоднократно в этом убедиться.
– Ваше одеяло – ваша ответственность, Энид. Будет вычтено из вашего жалованья за утерю.
–Я понимаю, миледи. Готова ответить деньгами за свою невнимательность и понести заслуженное наказание.
Я перевернулась набок, пытаясь получше рассмотреть виновато ссутулившуюся фигурку девушки, стоящую передо мной на коленях. По-другому сейчас в повозке было попросту не разместиться из-за разложенных сидений.
– Вот только я ещё совсем недавно Рейнальду говорила о том, что очень не люблю, когда мне врут. Особенно по мелочам. Потому что даже маленькая ложь влечёт за собой большие неприятности. Наёмнику втихаря одеяло отнесли?
Служанка вздрогнула, словно от удара.
– Угу.
– Вместе с мешком?
– Угу.
– А соврали мне зачем?
Энид тяжело вздохнула, опустив голову ещё ниже:
– Вы бы так никогда не поступили по отношению к опасному человеку... А я глупость совершила...
Я чуть прикусила нижнюю губу, чтобы своим хохотом не переполошить готовящийся ко сну лагерь, и улыбнулась:
– Энид, если бы вы заглянули в свой мешок с постельным, то обнаружили там небольшую головку сыра и пару больших сладких рогаликов в обсыпке. Конечно, на мужской перекус вместо завтрака они мало будут похожи, но, думаю, привередничать наш гость не станет.
Служанка оторопела настолько, что не сразу нашлась как ответить.
– Я внутрь не заглядывала. Отдала и тут же ушла.
– Он тебя не обидел?
Энид отрицательно замотала головой:
– Нет.
– А «спасибо» сказал?
– Да.
У меня словно камень с плеч упал.
– Ну хоть наёмник воспитанный попался. Уже неплохо.
Энид выдохнула, видимо, окончательно приходя в себя от шока:
– Вот бы я удивилась, найдя в своём мешке еду, когда готовила постель... Ещё и гадала, откуда она там взялась...
Я расслабленно махнула рукой:
– Тогда я бы сделала большие круглые глаза и просто ответила: закатилась. Да-да, и сыр, и рогалики. И ресничками для убедительности похлопала.
Девушка не выдержала и прыснула со смеху, представив описанную мной картину, но потом замерла в ожидании, что будет дальше.
Я похлопала свободной рукой рядом с собой:
– Залезайте под моё одеяло, Энид. Его вполне хватит, чтобы укрыть нас обеих. Не замёрзнем до утра. Ночи сейчас не настолько холодные.
– То есть вы на меня не сердитесь?
– За поступок и в мыслях не было. А вот за ложь...
Служанка мгновенно напряглась, словно превратилась в натянутую струну, явно ожидая последующего наказания за свою провинность.Трепать нервы я ей не собиралась. И так день выдался непростой.
– Да, я рассержена. Немного. Но впредь вранья от вас не потерплю. Какими бы благими намерениями оно ни было прикрыто.
Энид хлюпнула носом:
– Миледи, вы самая лучшая из всех возможных господ!
Какой же она ещё в сущности ребёнок. Я сгребла разрыдавшуюся девушку в охапку, затаскивая на подушку. Свою-то она вместе с мешком отдала. Энид заливалась слезами, размазывая мокрые дорожки по щекам. А мне оставалось лишь крепко её обнять и поглаживать по спине, чтобы хоть немного успокоить. Перенервничала, с кем не бывает. Я-то почти в два раза её старше, но много чего за свою недолгую жизнь повидать успела, потому во многих ситуациях мне «море по колено». К тому сейчас, благодаря титулу Адама, могу позволить себе намного больше, чем простая служанка. Знаю, что это неправильно, но к Энид я отношусь как к младшей сестре, когда прилюдно готова дать отпор любому, обидевшему её, а нравоучения отложить до тех пор, пока не останемся наедине. Чтобы и свой авторитет сохранить, и её прилюдно не унизить или не выставить не в лучшем свете.
Потихоньку всхлипывания становились всё тише.
– А если бы я не решилась отнести мешок?
– У вас доброе сердце, Энид. А с того самого дня, когда мы вместе обнаружили избитого Рейнальда, прошло слишком мало времени, чтобы вы смогли забыть, насколько тот окоченел и как пытались его согреть, чтобы ему не стало ещё хуже от длительного переохлаждения. Так что ваше поведение было вполне предсказуемым.
– Я повела себя как дурочка...
– Там, откуда я родом, знаете, как говорят? «Все бабы – дуры, но не потому что дуры, а потому, что – бабы». Мы, женщины, живём в первую очередь сердцем, чувствами, в отличие от мужчин. Это не плохо на самом деле. Восприятие мира насыщеннее. Хотя и дров порой ломаем немало, поддавшись эмоциям. Вот здесь неплохо было бы научиться держать баланс между душевными порывами и холодным разумом. Знаете, как я волновалась, когда вас так долго не было? Ещё минут пять, и лагерь на уши подняла, чтобы отправились на ваши поиски, Энид. До последнего уговаривала себя не поднимать шумиху, прикидывая, насколько далеко смог уйти раненый с учётом того, что Манайр влил в него целебных снадобий, и сколько времени понадобится одной юной деве, чтобы вернуться обратно. Ещё надеялась, что наш незваный гость останется в пределах внешнего круга дозорных.
– Он и остался.
– О, я же говорила Боргесу, что тот не идиот. Куда безопаснее остаться среди недружелюбных воинов, которых осадила женщина, чем познакомиться с дружелюбными оскалами лесного зверья. Кстати, вас кто-нибудь заметил, Энид?
– Нет.
– Ну и чудно. Даже если бы и заметили, решили, что ваше появление – это очередная прихоть сумасбродной герцогини.
– Миледи, но ведь я же сама решилась... Скрывать не стала бы этого.
– Я за последние дни умудрилась неоднократно ошарашить наших сопровождающих, так что...
– ...маленькая ложь рождает большие неприятности... – повторила мои слова Энид, сообразив, что к чему. – Мне никто не поверил бы...
– Да. Поэтому больше не врите мне. Чтобы ни случилось. Я, по крайней мере, буду понимать, как себя вести и что сказать в случае чего.
– Простите меня, миледи. Я едва не подставила вас по своей глупости.
– Ну будет, Энид. Пусть сегодняшний разговор послужит вам уроком. А теперь давайте спать. У вас ещё будет достаточно времени, чтобы набраться от меня различных мудро-глупостей. Я ведь тоже не совершенна.
Служанка хихикнула:
– Скажете тоже, миледи...
– Спа-а-ать, Энид! Завтра нужно будет заехать кое-куда. Есть у меня одна мысль...
Глава 36. Шах и мат.
По пути в замок я заехала в Торосар и дала задание местным мальчишкам, пообещав по медной монетке за каждый собранный доверху горшок куколок. А те только и рады стараться. Думаю, вскоре от вандовки на полях ни малейшего следа не останется. Надо будет, кстати, попросить Марису наварить леденцов на палочках. Дети сладкое любят, а гостинцы от герцогини долго вспоминать станут. Девочкам тоже дала шанс заработать, пообещав награду за собранные семена сорнянки. Пусть собрать получится не так много, зато начало будет положено. Если приживутся, тогда можно будет и докупить. Заодно и посмотрим, насколько живуч сорняк, если исключить его основного вредителя.
Боргес удивился моему решению, но потом согласился, что отрывать взрослых работников от их основных обязанностей будет неразумно. В общей сложности «поездка на ярмарку» заняла две с лишним недели. Но я была довольна результатом. Не знаю, правда, чем обернётся история с наёмником, но, хотелось бы верить, что не успела я никому настолько насолить, чтобы меня ему заказали. Он действительно заночевал в пределах внешнего круга дозорных, а рано утром ушёл. Для собственного спокойствия Боргес отправил пару разведчиков прошерстить лес, но те только подтвердили, что наёмник скрылся. Зато доложили, что нашли место нападения. Даже по их скупым описаниям я поняла, насколько кровопролитной оказалась та бойня. Значит, действительно заказчик решил убрать наёмника. Что ж... Теперь я не завидую тому глупцу. Заодно и узнаю, кому пришла в голову такая дурацкая идея. Вряд ли наёмник тихо-мирно отомстит: такие расправы обычно имеют показательный характер, чтобы другим неповадно было.
Интересно, а мне муж сильно голову открутит за самодеятельность? Недолго думая, уложила оставшийся маршрут в такое время, чтобы прибыть в замок ближе к ночи. Сделаю красивые слипающиеся сонные глазки и уметусь спать. Пусть Боргес первым всё расскажет, а я потом отобьюсь. Так даже интереснее будет: мужской взгляд и женский. Это пусть потом у Адама мозги кипят, вычисляя, как на самом деле всё было. Надо отдать ему должное, встретил меня подобающим образом: в нижнем зале замка. Хотя судя по его нетерпению, готов был выехать навстречу. Любопытно, какие именно слухи дошли до него, если сохранение невозмутимости давалось с явным трудом. Поблагодарила за тёплую встречу и, предупредив, что хочу отдохнуть после долгой дороги, ушла к себе.
Только перешагнув через порог спальни, поняла, насколько вымоталась и физически, и морально за эти дни. Даже навестить Рейнальда и справиться о его самочувствии у Лютвика не было сил. Не забыть бы отдельно поблагодарить господина Рента за горячую воду, чтобы можно было ополоснуться. В итоге едва не уснула прямо в лохани. Ещё и Энид плечи размяла... До спальни ползла с одной только мыслью: «Подушечка-а-а-а, я уже иду-у-у-у-у!». Как падала в кровать уже не помню. И на открывшуюся смежную дверь никак не отреагировала. Нет, я предполагала, что Адам придёт поговорить, как в прошлый раз, даже мысленно готовилась дать отпор, чтобы перенести разговор на завтра, но... Лишь сквозь полудрёму видела массивную фигуру супруга, подошедшего к кровати. Вроде Адам даже что-то говорил, но мой мозг уже ничего не был способен воспринимать. Видимо, поняв, что толку от меня сейчас никакого, он покачал головой и ушёл.
Зато утром разразилась буря...
***
О, как Адам орал! Думала, что у меня коса расплетётся и оторвётся, унесясь вслед за шпильками. Всё-таки хорошо, что я вчера уснула: муж пришёл в спальню, чтобы поинтересоваться, что за невероятные слухи до него дошли от тех, кто побывал на ярмарке, а ещё насчёт странного гонца от лорда Канневала. От Боргеса по прибытии ему вполне хватило короткого ответа, что всё в порядке, решив поговорить с ним утром. Ну вот результат этого разговора я сейчас и наблюдала. Зрелище было потрясающее, откровенно говоря. Обычно в фильмах так изображают рёв дикого льва или какого-нибудь чудовища на героя.
– Герцоги в долг не берут! Это же позор! Да как тебе только это в голову пришло, женщина?! Мы о чём с тобой договаривались? Что ты просто разузнаешь, возможно ли будет с ними договориться. А ты?! Ты подписала три договора от моего имени!
Я сложила руки на груди и невозмутимо поинтересовалась:
– Не от твоего, а в качестве твоего представителя. И в каждом есть пункт, что можно составить дополнительное соглашение, подтверждающее твою волю напрямую. Кстати, а разве Боргес упомянул «в долг»?
Адам даже притормозил, хотя до этого вышагивал взад-вперёд, как разъярённый тигр по клетке. Разве что хвостом по прутьям не стучал.
– Нет, он сказал что-то другое. Но смысл-то тот же! Ты не заплатила ни копейки, Эмилия, а, значит, что договорилась в долг!
С улыбкой Мона Лизы я подошла к его рабочему столу и разложила подписанные договоры, поверх которых прикрепила расписки:
– Но ведь если был внесён задаток, то это уже не считается «в долг»?
– Какой задаток? У тебя на него не хватило бы денег!
– На оплату продуктов – возможно, а кинуть пару-тройку серебрушек на расходы по перевозке – да. Плюс ко всему я договорилась насчёт зерна за гораздо меньшие деньги, чем было потрачено в прошлом году.
На лице Адама читалось крупными буквами надпись, что такого попросту не может быть, а бегущая строка в глазах с непечатными словами прекрасно её дополняла. Тем не менее, мне он больше ничего не сказал, лишь бросил испепеляющий взгляд перед тем, как усесться за стол и развернуть бумаги. Я тем временем отошла к шкафу с книгами и принялась их разглядывать.
– Рейн! – рявкнул Адам и, прежде чем успела спросить, позволяет ли самочувствие парню бегать по первому зову, помощник уже был тут как тут.
– Милорд?
– Принеси приходно-расходные книги!
Рейнальд поклонился и быстро вышел.Я было открыла рот, как Адам поднял вверх указательный палец и строго произнёс:
– Лучше молчи, женщина!
Я снова повернулась к книгам. Правда, оторвавшись через некоторое время от изучения договора с бароном Тернборном, Адам чуть тише добавил:
– Лютвик дал «добро».
Вот и славненько. А то скоро на север уезжать, а я всё беспокоилась, как Рейн дорогу перенесёт. Лютвик, конечно, молодец, но всё-таки возможности местной диагностики сильно ограничены.
– Если бы я не знал тебя, Эмилия, решил, что Рейн – твой любовник. Слишком уж ты печёшься об этом мальчишке... – ещё более миролюбиво буркнул Адам.
– Я просто привыкла относиться ко всем в первую очередь по-человечески.
– Я заметил. К наёмнику тоже чисто по-человечески отнеслась?
– Да, Адам, да! И я снова готова повторить тебе то же самое, что и Боргесу тогда.
– Это безрассудно, Эмилия. И опасно.
– На тот момент – нет. Ты выделил прекрасную охрану, а он был не в том состоянии, чтобы нарываться на неприятности.
– Тем не менее, я усилю охрану замка.
– Твоё право.
– И ты даже спорить не будешь, Эмилия?
Я пожала плечами:
– А зачем? Пусть каждый делает то, в чём хорошо разбирается. Доказательства того, на что способна я – у тебя на столе. Ну и ещё кое-что могу чуть попозже показать...
Права была моя бабуля, когда учила меня, что взбешённого мужчину не стоит перебивать, дабы ещё сильнее не плеснуть керосинчика в бушующее пламя негодования. Пусть сперва выпустит пар, а потом уже можно нейтрально бить аргументами, главное – не обвинять и не настаивать, что права. Пусть сам придёт к такому выводу, а там, глядишь, и скандал сам собой поутихнет. Маму она тому же учила, да только характер у моей родительницы погорячее моего был, взрывоопаснее. А, может, я просто учла её ошибки и старалась не повторять, сложно теперь сказать. Зато бабулина наука явно не прошла мимо. По крайней мере, с работодателями срабатывала. Да и с Адамом – тоже. Ещё и заинтриговала в конце. Пока Рейн выполнял поручение моего мужа, я приказала Энид принести пару стеклянных банок, чтобы продемонстрировать куколок вандовки и каким образом их можно «разбудить» от спячки, когда цикл перерождения закончился.
Адам хмыкнул:
– Надо же, как всё просто оказывается. А то мне Боргес намекал, что герцогиня немного умом повредилась, играя около часа с камушками...
– А можно я его пну, чтобы он стал фиолетовым в крапинку?
– Что? – Адам посмотрел на меня с таким видом, словно я предложила Лорну и Рою вибриссы пинцетом выщипать.
– Не бери в голову, выражение есть такое образное в моём мире. Я не собираюсь избивать твоего хайтра до такого состояния, о котором ты подумал. На будущее: объясни, пожалуйста, Боргесу, чтобы спрашивал, если ему что-то непонятно. Таким образом, можно будет избежать множество недоразумений.
– Понятно. Прикажу.
А тут и Рейн вернулся. Пока муж сравнивал цифры в книгах , помощнику было дано задание изучить договоры. Как только бумаги перекочевали обратно на стол, Адам совершенно искренне поинтересовался у парня:
– Ты что-нибудь тут понял?
– В общих чертах, милорд. Но разберусь.
– Значит так... Поедешь с нами на север. Её Светлость научит, как составлять такие договоры. Так как я буду занят другими делами, полностью переходишь в её распоряжение. А по возвращению посмотрю, на что способен окажешься. Возможно, какое-то время заменишь управляющего.
Рейн своим ушам не поверил, но, исходя из того, как загорелись его глаза, учеником будет старательным. Внезапно он сник.
– Милорд, но ведь господин Роборн меня со свету сживёт, а у нас с сестрой ещё бабушка старенькая в деревне...
– Пусть только попробует, я – хозяин этих земель. С родственницей твоей вопрос решён, уехала она на время.
У Рейна после этих слов будто крылья выросли, настолько парень воспрянул духом.
– Благодарю вас, ваша светлость! Я не подведу!
Адам мельком взглянул в мою сторону, мол, её благодари. Ну да. Возвращаясь в замок, мы по дороге завернули к бабушке Энид и Рейна, чтобы гостинцы, купленные внуками на ярмарке, передать. Заодно я ей намекнула, что забираю обоих её внуков на север, так что на время стоит старушке тоже куда-нибудь подальше на время перебраться. Надо отдать должное, женщина сразу смекнула, откуда ветер подует через неделю и «внезапно вспомнила», что давно хотела навестить внучатую племянницу, чтобы помощь той в сезон за детьми приглядеть. Старенькая-то, старенькая, однако бабулька оказалась весьма шустрой и сообразительной. Вот как раз после завтрака пара воинов Адама должна была отвезти её к родне. Ага, муж даже не дал поесть, настолько хотел поставить на место взбалмошную женщину, оказавшуюся по воле судьбы его временной женой.
Распорядившись, чтобы Энид принесла из ледника дорожный сундучок, в котором были сложены остатки колбас и сыра от барона Тернборна и графа Фейблорна, извинилась перед Адамом и увела Рейна пошептаться в пустующую в столь ранний час приёмную. Предупредив парня о том, чтобы не распространялся насчёт поездки, вернулась в кабинет и застала умилительную картину: Адама, грызущего с блаженным видом варёно-копчёную колбаску, напомнившую мне по вкусу краковскую.
– Кхм... Милорд, кажется, вопрос, почему мы меняем поставщика к герцогскому столу, отпал сам собой?
Муж, застигнутый врасплох, аж подавился. Пришлось обе ладони отбить об его каменную спину, пока откашливался. И это он ещё сыр не пробовал!
Глава 37. Дела бытовые и не очень
Как бы Адам ни бухтел, но в конечном счёте согласился со всеми моими доводами и остался доволен подписанными договорами.Сыр, кстати, тоже пришёлся ему по вкусу. Не нужно думать, что до этого дня и к герцогскому столу поставлялись продукты не самого хорошего качества. Отнюдь. Тут господин Роборн не рискнул плутовать, просто привезённые мной на пробу колбасы и сыры оказались намного вкуснее, сочнее и нежнее. К тому же разнообразие позволило значительно расширить меню замка, естественно, не без моего участия. Мариса с интересом выслушивала рецепты предложенных мною блюд, хотя доля сомнения периодически мелькала в глазах. Однако, что мне нравилось в кухарке, она не говорила категоричное «нет» даже визуально и готова была пробовать что-то новое. Вот где пригодились мои платья попроще!
На пробу готовила я сама или руководила по большей части помощницами кухарки, пока те занимались заготовками для будущих блюд. О, какое это счастье, когда чистку, варку и нарезку овощей можно переложить на чужие плечи, занимаясь исключительно основной частью готовки! Работницы ножа и половника с некоторым недоверием смотрели на приготовленный мной домашний майонез, пока я пускала слюни, дожидаясь, когда доварится курица. Наверное, большинство моих знакомых скучало бы в этом мире по простому овощному салату с майонезом или оливье, в крайнем случае по селёдке под шубой, а я по моему любимому с курицей, грибами, фасолью и сыром. Он очень сытный и такой вкусный! И не сказала бы, что сложный в приготовлении. Всего-то нужно отварить куриную грудку, пока на сковородке с лучком «доходят» грибы. Фасоль лучше брать красную, консервированную, но и простая отварная прекрасно подошла. Учитывая, что в замке грибы и бобовые не переводились, так как их использовали постоянно, то мне достаточно было лишь показать, какое количество нужно отложить для меня, и радостно пустить их в дело. Пришлось бить себя по рукам, пока нарезанный репчатый лучок приобретает золотистый цвет, распространяя по кухне соблазнительный аромат. Тут главное его не передержать, а вовремя соединить с обжаривающимися на соседней сковородке грибами. В идеале были бы хороши шампиньоны, но и северные подснежные тоже прекрасно подошли.
Для Марисы и её помощниц стало открытием, что сыр можно натереть на тёрке и добавлять в салаты. Все привыкли есть его просто вприкуску с остальными блюдами. В итоге я показала, как правильно слить избыток масла с грибов и лука, соединила их с порезанной отварной грудкой, фасолью, сыром и тщательно перемешала, заправив майонезом и слегка посыпав молотым перцем. Соль добавлять не стала. В оригинальном рецепте повара ещё использовали маринованные огурцы и твёрдый сыр, но для меня это было чересчур, хотя и тоже вкусно. Вместо сыра твёрдых сортов я выбрала полутвёрдый, напоминающий «Российский» или «Костромской» своим нежным сливочным, чуть солоноватым, привкусом. Если учесть, что курица готовилась с добавлением соли в конце варки, то дополнительно солить салат не стала. Но Марису и девушек предупредила, что те могут добавить себе по вкусу в тарелки.
В общем, через пять минут тарелки оказались пусты, а мы все вместе дружно довольно помумукивали, что салат удался. В качестве эксперимента было решено предложить Адаму на обед. Муж скептически воззрился на салатницу, увидев ту на столе.
– И что это такое?
– Салат, – коротко ответила я, показывая слуге, чтобы тот положил мне три ложки моего любимого блюда.
– Что-то травы не вижу в этом месиве... – продолжил сомневаться Адам, привыкший исключительно к простому овощному салату.
– Могу укропчиком присыпать... – совершенно некультурно ткнув вилкой в направлении салатницы, предложила я, сметая свою порцию.
Но любопытство всё-таки победило моего мужа, который решил тоже попробовать «всего одну ложечку». Надо говорить, что салатница опустела в мгновение ока?
– А что ещё вкусного у вас там готовят? – с совершенно невинным выражением лица поинтересовался Адам.
– Да много чего... Думаю, даже в крепости найдётся из чего сообразить...
– Было бы неплохо...
Таким образом, индульгенция на моё нахождение на кухне была получена. В крепости главным был Адам, но как хозяйка замка и его жена тоже теперь имела право потеснить повара, кашеварившего в его северных владениях. Оставалось пережить сборы и укатить на север. Хорошо, что в замке ремонт не нужен, иначе мы с Адамом развелись гораздо раньше отведённого контрактом срока!
***
Мой эксперимент с гастрономическим садизмом по отношению к Адаму продолжался несколько дней. Зато к барону и графу были отосланы предварительные соглашения насчёт поставки колбас и сыров в замок в те периоды, когда муж возвращался из приграничья. А тут и первые подводы от лорда Канневала потянулись. Качеством зерна Адам остался доволен. Причём для замковых амбаров брались мешки наобум из каждой телеги, чтобы потом быть опустошёнными над специальными ларями. Запас получился внушительным: как раз чтобы на зиму и весну хватило на всё герцогство. Вот так до начала основных торгов вопрос с зерном был окончательно закрыт. А ближе к осени можно будет и немного яровых прикупить. И то исключительно для разнообразия. Таким образом, мне удалось обставить господина Роборна касаемо поставок продовольствия.
Я навестила управляющего в подземелье. Даже специально попросила Боргеса проводить меня так, чтобы тот не заметил моего присутствия. Выглядел господин Роборн неважно. Месяц после заключения точно носу из замка не посмеет казать, попросту сил не хватит. Потом ещё столько же приставленные Адамом наблюдатели будут расшатывать его нервы, намекая на слежку, которая со временем якобы сойдёт на нет. Вроде как доверие восстановится. Как говорится, если у вас нет мании преследования, это ещё не значит, что за вами не следят. Вот тогда и посмотрим, к кому он побежит. Адам выражал сомнение, что за управляющим стоит кто-то посерьёзнее, а воровал тот исключительно исходя из собственной выгоды. Равно как и подгадил с урожаем сорнянки. Я особо не упорствовала, здраво рассудив, что тут только время покажет, на чьей стороне окажется правда. В итоге поспорили на рецепт осетинского пирога с сыром, секрет начинки которого не сказала Марисе. Но не из вредности, а потому что как-то ночью не спалось, вот и решила побаловать себя, а потом как-то забыла. В итоге кухарка предположила, что я взяла козий, а Адам, что коровий, но какой-то специфический. Я лишь загадочно улыбалась, вспоминая, как «отжала» сразу на сыроварне овечий в единоличное пользование. Настоящий уалибах того стоил. Доводилось мне его есть всего несколько раз в жизни, но пирог с идеальными пропорциями теста и начинки навсегда нашёл место в моём гурманистом сердце. Цахарджин – это он же, но с добавлением зелени, примостился рядом. Но свекольной ботвы под рукой не было, поэтому пришлось отложить этот вариант до лучших времён. В крайнем случае, со своих грядок добуду свеженькой.
Я ведь, как и планировала, немного проехала по южной части герцогства, а Боргес доложил Адаму, что приглянулся мне один домик. В итоге в один из дней муж позвал меня в кабинет и вручил документ, подтверждающий, что после истечения срока пробного брака двухэтажная прелесть перейдёт ко мне в собственность. Когда-то часть той территории принадлежала одному лорду, которого ещё отец Адама казнил за какую-то серьёзную провинность, а земли разделил между его соседями. С тех самых пор дом и пустовал. Муж сказал, что отправил работников привести его в порядок и обновить обветшавшую крышу. А помимо дома мне достанется весьма солидный участок земли. На сад с огородом и «экспериментальным полем» хватит более чем. Даже маслодельню будет где соорудить. От идеи насчёт масла из кальнички отказываться не собиралась.
Собственно, именно бочонок с ней стал камнем преткновения во время сборов на север. Адам упёрся, что нет места для бочонка с бесполезной дрянью, а я готова была костьми лечь, чтобы отстоять «свою блажь». Под конец муж сдался и дал отмашку, чтобы кальничное масло присоединили к вещам герцогини.
– Хотел бы я иметь такую сестру, как ты, Эмилия.
– В каком смысле?
– Это когда периодически хочется придушить, но всё равно как-то по-своему любишь и даже уважаешь. Но придушить хочется чаще.
