Текст книги "Личная ассистентка босса (СИ)"

Автор книги: Екатерина Котлярова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 13 страниц)

Глава 37

Степан

Девчонка открывает дверь в номер и проходит на середину комнаты. Замирает на мгновение на фоне окна, а потом ловким движением тонких пальчиков расстёгивает молнию на платье и сбрасывает его на пол. Я задыхаюсь. Тут же чувствую, как волна желания сбивает с ног. Сжимаю кулаки. Смотрю на свою женщину, которая на фоне ночного города кажется особенно хрупкой и соблазнительной. Свет огней очерчивает каждый мягкий изгиб. Ноги на высоких каблуках, мягкий животик, невысокую грудь подчёркнутую белым кружевным бельём.

Скриплю зубами, чтобы не наброситься на неё. Сейчас никто не помешает мне вытворять с ней всё то, о чём так долго думал. Воплотить все самые порочные и грязные желания.

Но девчонка снова решает всё за меня. Крадучись как кошка, подходит неторопливо, кладёт руку на грудь и медленно ведёт по вздымающейся грудной клетке вниз. Улыбается лукаво, возбуждённо блестя глазами. Кусает нижнюю губку, дышит часто, приковывая взгляд к соблазнительной груди.

Я подаюсь вперёд, чтобы обхватить изгиб талии руками, но Мира давит обеими ладошками на грудь. Кидает острый взгляд, а потом и вовсе резко толкает. От неожиданности делаю несколько шагов назад к креслу, которое сперва не заметил. Очередной толчок в грудь даёт понять, чего желает девчонка. Сажусь. Мира юркой кошкой взбирается на мои колени. Ставит колени по обе стороны от моих бёдер. Вжимается тонкой полоской трусиков в ткань моих брюк.

– Мира… – хриплю с мукой, когда девчонка ёрзает.

– Ты мой! – вдруг заявляет требовательно, прикусив кожу на шее. – Только мой! – новый укус, сбивающий дыхание.

Ладошки девчонки ползут по груди вниз. Звякает пряжку ремня. Проворные пальчики проскальзывают под ткань боксёров.

– Мира… – откидываю голову назад, не сдержав стона.

– Ты только мой! – повторяет на ухо.

Волна жара окатывает тело. Теряю контроль. Мои руки сами находят ее бедра, впиваясь пальцами в упругую кожу. Хочется сорвать с нее остатки одежды, прижать к себе, почувствовать ее целиком. Но Мира диктует правила игры, и я принимаю их.

Ее движения становятся более уверенными, настойчивыми. Она словно околдовывает меня своим взглядом, каждым прикосновением. Ее губы находят мои, впиваются в них с жадностью, выпивая остатки рассудка. Я отвечаю на поцелуй, теряясь в этом вихре страсти.

Мира отстраняется, тяжело дыша. Ее глаза горят огнем желания. Она наклоняется и шепчет мне на ухо слова, от которых кровь закипает в венах.

Она умеет заводить меня с полу-оборота. Каждое ее касание словно разряд тока. Дразнит и манит одновременно. Уверенные движения ладошкой, укус кожи на шее, томный взгляд – все это заводит меня до безумия.

Я дёргаю её на себя. Сдёргиваю мешающее бельё. Вжимаю стройные бёдра в свои. Слышу тихий вскрик.

– Маленькая, – шепчу, останавливаясь и целуя красные щёки.

А в голове колотится только одна мысль.

Моя.

Вся моя.

Каждой клеточкой тела моя. Никто не прикасался раньше. Только я. Только со мной. И никому не позволю это изменить. Я жадно ловлю воздух, пытаясь унять дрожь, пронзившую тело. Смотрю в ее раскрасневшееся лицо, в расширенные от возбуждения зрачки.

Вижу в них себя – свою жажду, потребность обладать.

Подхватываю Миру на руки, словно пушинку, и направляюсь к кровати. Укладываю на шелковые простыни, не отрывая взгляда от ее огромных колдовских глаз. Они следят за каждым моим движением, в них плещется неподдельное восхищение. И любовь.

Медленно снимаю с неё остатки одежды, скользя пальцами по коже, чувствуя как она вздрагивает от каждого прикосновения. С наслаждением наблюдаю, как она закусывает губку, сдерживая стоны. Как мелкая дрожь проходит по хрупкому телу, а на коже выступают мурашки.

Замираю на мгновение, любуясь ее совершенством. Каждая линия, каждый изгиб, словно произведение искусства. Не могу удержаться от желания коснуться губами, оставить легкий поцелуй на нежной коже. Начинаю целовать ее, от кончиков пальцев ног и до самой макушки. Чувствую, как она изгибается подо мной, отвечая на мои ласки.

Она уже не сдерживается. Стонет в голос. Кричит.

Забываю обо всем на свете.

Существует только она – моя хрупкая Мира. Её стоны, её прикосновения, её запах – всё это сводит меня с ума. Я погружаюсь в нее без остатка, теряя себя в этом безумном танце страсти.

*****

Мира

Я лежу на вздымающейся груди Стёпы и слушаю частый стук его сердца. Мне хорошо. До безумия хорошо. Я вымоталась, едва дышу. Даже пальцем тяжело пошевелить. Но счастье переполняет меня. Умиротворение.

Я наполнена до краёв этим мужчиной. Вся кожа полыхает от его поцелуев. Я вся пропитана его запахом.

– Я люблю тебя, – шепчу ему в кожу, оставляя лёгкий поцелуй.

Мне кажется, что я произношу это едва слышно, но руки на талии сжимаются сильнее. Калинин приподнимает мою голову, чтобы заглянуть в глаза и хрипло сказать:

– Люблю.

Одно слово, а сердце начинает судорожно колотиться. Я знала это, чувствовала. Но всё же хотела услышать это слово из его уст. Слишком нужное. Слишком редкое в моей жизни.

Калинин смотрит на меня с таким восхищением, с такой любовью, что я чувствую себя невероятно прекрасной. Божеством.

В наш мир уединения врывается звонок моего мобильного телефона. Я нехотя поднимаюсь, в смущении заворачиваюсь в покрывало и спешу к сумочке, валяющейся у входа в номер. Звонит Саша.

– Алло.

– Привет, Мируся, – усталым голосом говорит подруга.

– Привет, моя хорошая. Как дела? Как сынок?

– Благодаря твоему мужчине всё будет хорошо, – с благодарностью выдыхает девушка. – Роман сказал, что Степан добавил нам на операцию недостающую сумму денег.

Я улыбаюсь. Кроме тёплой улыбки и волны любви к мужчине эта новость ничего иного не вызывает. Я не удивлена. У моего мужчины огромное сердце, пусть он и скрывает это за маской строгости.

– Я до него не дозвонилась, чтобы поблагодарить. Передай ему, пожалуйста.

– Конечно. Когда можно будет к вам приехать?

– Я пока не знаю, – голос Сашки очень усталый. Мне хочется её обнять, прижать к себе и заверить, что всё будет хорошо. – Нас перевезли в другую больницу, которая специализируется на лечение нашей болезни.

– Всё скоро наладится. Я уверена.

– Я знаю. У меня появилась надежда, – говорит с улыбкой в усталом голосе.

– Если не замотаешься и будет время, напиши, пожалуйста, адрес больницы. Я приеду.

– Хорошо. Мир… Спасибо, что ты встретилась у меня на пути. Без тебя я бы давно сдалась.

Горло сжимает ком. На глазах появляются слёзы. Я хочу сказать хоть что-то, но голос пропадает.

– Ты будто мой ангел, который появился в нужный момент, – шмыгнув носом, говорит девушка.

– Пусть мы знакомы мало, но я тебя обожаю, – расплакавшись, шепчу я.

– Как и я тебя.

В трубке повисло молчание, наполненное невысказанной благодарностью и нежностью. Я чувствовала, как Сашка, моя хрупкая, но сильная духом подруга, держится из последних сил. И мне хотелось быть для неё опорой, стеной, которая выдержит любой натиск невзгод.

– Я позвоню, как только будут новости, – наконец произнесла Сашка, нарушив тишину. – Береги себя. И Степану передай мои слова благодарности.

– Обязательно. Обнимаю. Всё будет хорошо.

Я кладу телефон на стол и бегу обратно в кровать. Стёпа лежит на животе, подложив кулаки под подбородок и рассматривая ночной город. Я юркаю ему под бок и начинаю осыпать поцелуями щёку и плечо.

– Я так сильно люблю тебя, – шепчу звенящим от чувств голосом.

– Кто звонил? – обхватывает моё лицо ладонями и смотрит строго во влажные глаза.

– Сашка.

Стёпа чуть улыбается и понятливо кивает. Отводит взгляд. Смущается.

– Как у них дела?

Я почти дословно пересказываю наш разговор с Сашей. Калинин кивает, потом улыбается и целует меня в кончик носа.

– Поедем домой или останемся здесь? – спрашиваю с робкой улыбкой.

– Здесь. Мне слишком мало тебя и твоих несдержанных криков.

Я заливаюсь краской смущения, а потом вновь забываю обо всём под натиском любви и страсти этого мужчины.

Глава 38

Мира

Просыпаюсь от света, настойчиво бьющего глаза. Зевая, сажусь на кровати. Озираюсь, рассматриваю номер отеля. Внизу живота вся тянет и немного побаливает. Я заворачиваюсь в одеяло, встаю с кровати и иду искать Калинина.

Он обнаруживается в гостиной. Я ахаю, когда замечаю огромный букет нежно-розовых роз и накрытый стол.

– Доброе утро, – говорю смущённо, прижимая ладошки к груди.

– Доброе утро, – Калинин оборачивается и одаривает меня сногсшибательной улыбкой.

Подходит ко мне, сверкая обнажённым торсом, притягивает вплотную и дарит жаркий поцелуй.

– Я ещё не успела привести себя в порядок, – шепчу, отстраняясь и опуская голову.

Стёпа хмыкает. Пальцами цепляет мой подбородок, заставляет посмотреть ему в глаза. Улыбается ласково, большим пальцем водит по нижней губе.

– Я люблю тебя.

В эту фразу он вкладывает столько, что в тот же миг становится ясно – ему плевать на мой внешний вид. Я целую его в грудь, где бьётся сердце. Трусь кончиком носа в невыносимо нежном жесте.

– Садись. У нас будет запоздалое свидание, – говорит с лёгкой виной в голосе.

– Мне не нужны никакие свидания, Стёп. Мне нужен только ты.

Утро проходит невероятно уютно и тепло. Я любуюсь Калининым, который улыбается и смеётся, лаская меня тёплым взглядом. Мой мужчина. Только мой.

Но идиллию разрывает звонок моего сотового. Я беру трубку, уверенная, что звонит кто-то из подруг, но на экране незнакомый номер.

Сердце обрывается, предчувствуя беду.

– Алло.

– Мирослава Олеговна, Ульяну похитили.

По тому, как побелело лицо Калинина, понимаю, что он всё услышал.

– Когда? – я тут же встаю со стула и подхожу ближе к Степану, чтобы он лучше слышал разговор.

– Только что. Мы вышли погулять, Ульяшенька пошла в песочницу. Я глаз не спускала, а её схватили. Я не успела ничего сделать, спаси Господи.

– Успокойтесь. Звоните в полицию. Мы найдём Ульяну.

Стёпа сидит, не двигаясь. Смотрит на меня настолько потеряно, что я понимаю – любимый просто не знает, что делать.

Я набираю номер телефона Ромы. Мужчина отвечает только со второго раза.

– Слушаю, – голос Соболева сонный.

– Ульяну похитили. Нужна твоя помощь.

– Вы где?

– В отеле, где проходил корпоратив.

– Через пятнадцать минут буду. Девочку найдём, – дав обещание, Рома сбрасывает вызов.

– Стёпа, – я обхватываю ладонями лицо мужчины, – нам необходимо позвонить твоей бывшей.

– Зачем?

– Стёпа, кто ещё мог выкрасть нашу дочь? – выкрикиваю, ударяя ладонями по широким плечам. – Стёпка, очнись!

И мужчина будто сбрасывает оцепенение. Поднимается, уходит за телефоном. Слышу звук включения. Через пару минут он возвращается, держа трубку у уха.

– Не отвечает.

Меня с головой накрывает паника. Меня начинает колотить от дикого, просто животного ужаса. А что если это не Диана? Что если кто-то другой решил отомстить Калинину? Каждая секунда промедления кажется мне целой вечностью. Я готова землю носом рыть, только бы понять – куда идти, где найти беловолосое обожаемое чудо.

Стёпа вновь набирает Диану, в этот раз она отвечает.

– Здравствуй, мой любимый муженёк. Как тебе с твоей любовницей развлекается? На всех поверхностях её поимел?

– Где Ульяна? – скрипит зубами Стёпа.

– Мы с доченькой отправляемся в дальнее путешествие.

– Ты из ума выжила?

– Она моя дочь, Калинин. И я не позволю её у меня отобрать. Ты решил, что можешь решать, кто из нас ей больше подходит?

– Диана, сколько денег тебе нужно? – я вырываю трубку из ледяных пальцев Калинина.

– Как ты только могла такое подумать? Я просто хочу быть со своей дочерью!

– Не нужно лгать. Спектакль не к чему. Сколько?

– Три миллиона будет достаточно. Тогда я сама откажусь от неё.

– Дай её услышать, – требую.

Слышу возню, женщина куда-то идёт.

– Держи. С тобой хотят поговорить, – безразличный тон женщины просто убивает.

Какая же она мерзкая, беспринципная тварь!

– Айо.

– Девочка моя, привет, – говорю ласково.

– Мила, – шепчет дрожащим испуганным голосом, – мне так страшно. Я домой хочу.

– Скоро мы с папой будем рядом, сладкая моя. Я тебя очень люблю. Слышишь? Всё будет хорошо. Сейчас папу дам.

– Кнопка, папа скоро будет рядом, – бодрым голосом говорит Стёпа.

Ульяна что-то отвечает, а я мчусь одеваться. Только я облачаюсь в платье, в дверь стучат. Рома приехал раньше, чем обещал.

– Я нашёл, где Ульяна, – говорит с порога, стоит Стёпе распахнуть дверь.

– Мы тоже. Диана звонила.

Не сговариваясь и не разговаривая, бежим на улицу. Рома вжимает педаль газа в пол. А я сжимаю ледяной рукой такую же холодную руку Стёпы.

– Мы будем ей деньги переводить? – спрашиваю тихо.

Стёпа хмурится, а потом склоняется к самому моему уху, чтобы не услышал Рома.

– Я почти всё вывел.

– Сейчас.

Я открываю приложение банка и показываю мужчине свой накопительный счёт.

– У меня очень высокая зарплата, а тратить мне было особо некуда. Я откладывала на ремонт, – поймав удивлённый взгляд, скромно пожимаю плечами.

– Я верну.

– Я не оскорблюсь и не обижусь только потому что ты сейчас растерян и расстроен. Это НАШ ребёнок, Степан.

Мужчина не отвечает. Сжимает мою ладошку, одним взглядом передавая мне всю глубину чувств.

Мы приезжаем быстро. И только выйдя из машины замечаю за спиной ещё три машины.

– Это кто? – смотрю в изумлении на Рому.

– Мои боевые товарищи, – мужчина пожимает плечами.

Мы входим в старый ангар. Я прислушиваюсь к звукам, пытаюсь услышать голос Ульяны.

Внутри ангара царит полумрак, лишь редкие лучи солнца пробиваются сквозь щели в прогнившей крыше, высвечивая пыльные столбы воздуха. Запах сырости и машинного масла бьет в нос, заставляя поморщиться. В дальнем углу виднеется силуэт женщины, прижимающей к себе маленькую фигурку. Диана. Ульяна. Мое сердце бешено колотится, готовое вырваться из груди.

Мы медленно приближаемся, стараясь не спугнуть. Рома и его ребята рассредоточиваются по периметру, готовые в любой момент прийти на помощь. Стёпа идет впереди, напряженный как струна. Его глаза прикованы к дочери. Я слышу ее тихий плач, разрывающий мне душу. Хочется бежать к ней, обнять, защитить от всего мира. Но я сдерживаю себя, понимая, что любое неверное движение может спровоцировать Диану.

– Отпусти ее, Диана, – тихо говорит Стёпа, стараясь говорить мягко. – Пожалуйста, не делай глупостей. Женщина поворачивается к нам лицом. Ее глаза полны злобы и отчаяния. В руке она держит нож, приставленный к горлу Ульяны. Время замирает. Я вижу ужас в глазах ребенка.

– Сначала деньги, потом отпущу. Вы притащили с собой бойцов. Мы так не договаривались.

– Диана, отпусти Ульяну, – подаю голос. – Я сейчас переведу деньги.

– Я передумала! Мне не нужны деньги. Я заберу дочь с собой.

Диана поднимается и подхватывает Улю на руки. Она продолжает держать нож у хрупкого горлышка. Сердце обрывается от ужаса, ноги подгибаются. Меня тошнит от ужаса за малышку.

– Диана…

Женщина двигается боком в сторону выхода.

– Не смейте подходить! А-то плохо будет.

Я не дышу, когда Рома вдруг ловким движением, почти невидимым глазу, оказывается возле неё и вырывает нож. Слышится отчаянный визг. Стёпа подбегает, забирает Ульяну и прижимает к себе, тут же начав шептать что-то на ушко.

Ульяна жмётся к нему, плачет громко. Диана застывает на месте, обезумев от ярости и страха. В ее глазах плещется ненависть, адресованная всем нам. Она делает резкий выпад в сторону Степы, пытаясь вырвать дочь из его объятий, но Рома мгновенно пресекает ее попытку, оттаскивая в сторону. Ребята подхватывают ее, скручивая руки за спиной. Диана отчаянно сопротивляется, выкрикивая проклятия и угрозы. Ее истерика режет слух, заставляя Ульяну еще сильнее вжаться в отца.

Стёпа крепко обнимает дочь, гладит по голове, успокаивая дрожащим голосом. Он целует ее в макушку, в щеки, пытаясь унять ее безутешные рыдания. Я чувствую, как ком подкатывает к горлу. Хочется обнять их обоих, разделить их боль и радость. Но я понимаю, что сейчас им нужно побыть вдвоем, оправиться от шока.

Мы выходим из ангара, оставляя Диану на попечение ребят. Рома вызывает полицию, чтобы ее забрали. Я оглядываюсь назад, вижу Стёпу, выходящего из ангара с Ульяной на руках. Она крепко обнимает его за шею, уткнувшись лицом в плечо.

– Мама, – вдруг говорит Ульяна, вскинув голову и протянув ко мне руки.

Я немею. Теряю дар речи от шока. А Стёпа опускает девочку на землю, и она бежит ко мне со всех ног. Обнимает опешившую меня, утыкается носом в живот.

– Мама, – повторяет, подтверждая, что у меня не галлюцинации.

– Доченька, – я падаю на колени перед ребёнком и вжимаю хрупкое тело в себя.

По щекам катятся слёзы. От облегчения и счастья. Мир вокруг исчезает, время замедляется. Я смотрю в огромные доверчивые глаза и не могу вымолвить ни слова от счастья. Чувствую надёжные руки на плечах. Стёпа подошёл к нам и обнял обеих, защищая от всего мира. И я понимаю в этот момент – мы семья.

Эпилог

Мирослава

Год спустя

Я наряжаю ёлку, тихо напевая себе под нос новогоднюю песню. Кидаю взгляд на часы, совсем скоро вернутся Стёпа и Ульяна. Муж заедет за дочерью в детский сад. Остаётся совсем немного времени до их возвращения. Тишину квартиры скоро нарушит топот любимых ножек и непрекращающееся щебетание.

Взгляд снова падает на обручальное кольцо, сверкающее на пальце. Всё никак не привыкну, что я больше не Смирнова. Калинина Мирослава Олеговна. Жена самого лучшего мужчины на свете и мама очаровательной четырёхлетней девочки.

Диану посадили быстро, расследование по её делу длилось меньше месяца. Она сама отказалась от прав на Ульяну и подписала согласие на развод. Калинин сделал мне предложение практически сразу. Точнее сказать, повёз после работы в ЗАГС, где нас расписали. Без шумихи, без опускания на колено и лишних слов.

Ни мне, ни ему это не нужно.

Позже мы отпраздновали это событие в тесном кругу друзей и моего отца. Мать категорически отказалась приходить, хотя я, переступив через гордость, пригласила её.

Он мне не нравится. По лицу видно – кабель. Помяни моё слово, Мирослава, он будет гулять. Ещё и с ребёнком. Как можно воспитывать чужого детёныша? Там гены поганые. Она тебе ещё покажет.

Я не стала слушать дальше умозаключения глупой и глубоко несчастной женщины. Сбросила вызов и выдохнула. Мать живёт хорошо. И по мне совсем не скучает, чувство вины её ни капли не терзает.

Теперь у меня есть семья. Дом, куда хочется возвращаться.

Случаются ссоры, недопонимания, обиды. Без этого никуда. Мы оба учимся доверять друг другу, решать проблемы вместе.

Но самое главное, что я люблю и любима!