Текст книги "Полоса препятствий для одержимых (СИ)"
Автор книги: Екатерина Ильинская
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 17 страниц)
Глава 16. Лабиринт Тысячи Поворотов
Хэй Фэн, почуяв равного, не стал драться открыто. Он развязал печать лабиринта, высвободив темную ци из недр земли. Камни загудели, земля разверзлась, и Кая Синхэ затянуло в подземелье. Выход обрушился, запечатав ловушку.
Воздух ударил в лицо холодом, тень сомкнулась над головой, и Кай Синхэ мягко приземлился на плиты подземного зала. Темнота была такая густая, что казалось, её можно зачерпнуть ладонью.
Говорят, тот лабиринт вырезали не люди и не духи, а сама тьма, когда училась принимать форму. Стены были сложены не просто из камня: в каждом блоке спала запечатанная печать, в каждом шве между плитами заключались нити мрака. Если прислониться ухом к стене, можно было услышать, как где‑то в глубине дышат забытые страхи.
Отрывок из «Легенды о великом герое Кае Синхэ и подлом демоне Хэй Фэне»
Нас провели к огороженной площадке за помостом. Девять каменных кругов, врезанных в землю, сияли голубым, напоминая мой отъезд из школы, и как «брат» украл меня у наставника, перенеся сразу к подножию горы. На мгновение захотелось, чтобы кто-нибудь украл меня и сейчас. Но я справилась с недостойными мыслями.
Круги были разного размера – от такого, куда мог встать лишь один человек, до огромного, способного вместить десяток. В некоторые уже входили участники, и символы под их ногами начинали светиться ярче. Формации перемещения. По бокам он них горели жаровни, и пламя дрожало, будто тоже нервничало.
Распорядитель махнул рукой.
– Встать в круги! Кто окажется в Лабиринте вместе, решат Небеса! – крикнул он, а потом, будто вспомнив что-то, добавил: – В каждый круг может войти сколько угодно, но куда вас забросит – одному Лабиринту ведомо! Через три дня ждём вас у выхода. Остальные принудительно вернутся на арену и считаются выбывшими.
Участники задвигались, выбирая места. Я замедлилась, потому что внутри всё дрожало, а зрение начало подводить.
Голос сзади поторопил.
– Проходите, барышня.
Пришлось шагнуть в ближайший круг. В тот же миг рядом оказались ещё люди, я почувствовала их присутствие, но не успела даже осмотреться. Символы под ногами ярко вспыхнули, мир перевернулся, и меня швырнуло в темноту.
Тьма.
Густая и холодная, она облепила лицо, руки, всё тело. В ноздри ударил запах сырости, старого камня и ещё чего-то неуловимо древнего, от чего засосало под ложечкой. Я не видела ничего. Даже собственных пальцев перед глазами.
Озноб пробежал по спине. Сердце заколотилось сильнее, дыхание перехватило. Эта тьма, это ощущение непонимания, где заканчивается твоё тело и начинается небытие… Когда мрак не снаружи, а внутри, когда…
Я знала эту тьму. Не так давно она заполняла лёгкие, выжигала вены, ломала кости... От воспоминания по коже побежали мурашки, лоб покрылся холодным потом, а в груди заныло так, будто опять начиналась трансформация.
– Нет, – выдохнула я, а из глаз потекли слёзы. – Нет, только не снова...
Замерла, боясь сделать вдох. Внутри всё сжалось от ужаса.
«Светлячок. – Голос в голове прозвучал ровно, без обычной насмешки. – Это Лабиринт. Просто темно. Дыши».
– Ты... это не ты?
«Не я».
Мгновение. Другое. Третье.
Боль не пришла.
Я Вдохнула. Выдохнула. Тьма не влилась внутрь, ломая сущность. Где-то далеко мерно капала вода – кап, кап, кап. Звук отдавался эхом, будто Лабиринт переговаривался сам с собой.
Острожный шаг. Под ногой глухо хрустнуло. Я шла по камням, покрытым тонким налётом слизи. Ещё шаг. Рука вытянулась вперёд, пальцы коснулись холодной, влажной стены. Похоже, с мелкими трещинами.
В голове сам собой начался отчёт шагов. Раз, два, три... Остановилась. Прислушалась.
Тишина. Такая плотная, что от усилий зазвенело в ушах. Только кап, кап, кап.
Ещё несколько шагов. Стена кончилась, и пальцы провалились в пустоту. Поворот. Я завернула, снова нашла стену, снова пошла.
В темноте потерялось время. Может, мало прошло, а может, и малый час.
Сердце всё ещё колотилось, но страх понемногу отпускал. Тьма была просто тьмой. Камень – просто камнем.
И тут впереди вспыхнул свет.
Такой яркий после черноты, что ударил по глазам, заставив зажмуриться и отшатнуться к стене. Резануло болью, за закрытыми веками заплясали алые пятна. Дух едва не покинул тело от неожиданности.
– Барышня, – раздалось рядом. – Вы здесь?
Глаза распахнулись, и я увидела принца Лан Чжуна, который стоял в двух шагах. На его раскрытой ладони горел огненный шар. Пламя танцевало, не обжигая, и разгоняло тьму вокруг.
Я кивнула, не в силах вымолвить и слова.
Свет озарил пространство, оказавшееся широким каменным коридором. Потолок терялся где-то вверху. Впереди виднелась развилка.
Рядом с нами воздух сгустился, и из ниоткуда появились ещё трое.
Девушка в зелёном ханьфу, та самая, что играла на нефритовой флейте. Красивая, с идеальной кожей и длинными волосами, убранными в высокую причёску. Она огляделась спокойно, без тени страха.
Следом вышел знакомый заклинатель в синих одеждах школы Грозового Облака, который насмехался надо мной в очереди. Широкие плечи, грубое лицо, руки без оружия. Только на пальцах множество медных колец с тусклыми камнями. Он хмуро осмотрелся, сплюнул на пол и скрестил руки на груди.
Третьей появилась худенька девушка в белых одеждах школы Нефритового Лотоса. В её руках ходил ходуном длинный, тонкий меч. Она вздрогнула, окинула нас взглядом и прижалась спиной к стене.
– Все целы? – спросил принц.
Заклинатель в синем кивнул. Девушка в белом пискнула: «Да». Девушка в зелёном просто повела плечом.
Я тоже кивнула.
Принц поднял огненный шар повыше. Свет разогнал тьму ещё дальше, но коридоры уходили в темноту, и конца им не было видно.
– Надо зажечь свои огоньки, – сказал заклинатель из Школы Грозового Облака. – Так надёжнее.
Он щёлкнул пальцами, и на его ладони вспыхнул слабый, но ровный белый свет. Девушка в белом сосредоточилась, и кончик её меча засиял мягким голубым. Девушка в зелёном провела ладонью вдоль флейты, и та засветилась изнутри изумрудным, разгоняя мрак вокруг.
Все посмотрели на меня.
Я замерла. Ци ворочалась тяжёлым комом, не желая слушаться. Попытка вытолкнуть её в пальцы провалилась, во флейту – тоже. Только противное тепло разлилось в груди, но наружу не вышло.
Принц смотрел с лёгким беспокойством. Девушка в зелёном скользнула взглядом по моим рукам и отвела глаза. Девушка в белом сглотнула и уставилась в пол. Заклинатель в синем хмыкнул, но ничего не сказал, но по взгляду его читалось: «Ну да, чего ещё ждать от девчонки».
– И так светло, – сказала я.
Никто не возразил. Но все подумали.
Заклинатель в синем ещё раз оглядел меня с ног до головы и отвернулся к коридору. Сделал шаг вперёд, но вдруг замер, прислушиваясь. Где-то в глубине переходов раздался глухой стон – то ли ветер, то ли сам Лабиринт вздыхал. Парень дёрнул плечом и шагнул вперёд.
– Пойдём вместе? – спросил он у принца. – Или каждый сам за себя?
– Вместе, – ответил Лан Чжун. – В Лабиринте безопаснее держаться группой.
– Только называться нельзя, – вдруг подала голос девушка в белом. – Слышали? В Лабиринте можно потерять не только дорогу, но и собственное имя. Стоит назвать себя вслух, и тьма, как голодный зверь, проглотит его, а вместе с именем заберёт и прошлое.
Она говорила быстро, запинаясь, и каждое слово будто давалось ей с трудом. Заклинатель в синем фыркнул.
– Детские сказки.
– Не сказки, – возразила девушка в зелёном. Голос её звучал ровно, без тени страха. – Мой наставник знал одного заклинателя, который вошёл сюда и вышел через три дня. Он помнил всё – техники, заклинания, даже то, какой чай любил пить по утрам. Но не помнил, как его зовут. Так и жил потом без имени, а через год умер.
Тишина повисла в коридоре. Мы невольно переглянулись. Девушка в белом ещё сильнее вжалась в стену, будто боялась, что тьма уже тянется к ней.
– Поэтому имени своего не называйте, – закончила хозяйка нефритовой флейты. – Ни своего, ни чужого.
Принц кивнул, соглашаясь.
– Тогда будем друг к другу обращаться как-то иначе. По школам, например.
– Скучно, – буркнул заклинатель в синем, но спорить не стал. Его я про себя поименовала грубияном.
Вдруг промелькнула мысль: принц ведь знает, как меня зовут, а здесь, в Лабиринте, ни разу не произнёс. Только «барышня». Значит, тоже верит, что имя может стать смертельной ловушкой.
От этой мысли стало почему-то тепло. И странно. Он знает и молчит. Бережёт.
Я покосилась на него. Лан Чжун смотрел в коридор, и лицо его в свете огненного шара казалось спокойным и сосредоточенным.
Имени моего он не назовёт. И я его имени не назову. Даже мысленно постараюсь обходиться без него, хотя внутри всё равно звучало: пятый принц Лан Чжун...
Но здесь, в этой тьме, лучше всё забыть.
Девушка в зелёном поднесла флейту к губам и тихо протяжно заиграла. Всего одну ноту. Звук поплыл по коридорам, разбегаясь эхом. Сначала он был чистым и ясным, но, ударяясь о стены, дробился, менял тональность, будто Лабиринт играл с ним, перебрасывая из одного прохода в другой.
Через несколько мгновений эхо вернулось. Такое искажённое, словно пришло из самой глубины земли.
– Направо, – сказала хозяйка нефритовой флейты.
Все послушно свернули в указанную сторону, признавая знание заклинательницы звука.
Камень под подошвами шуршал. Вдалеке всё ещё капала вода. Но это почему-то не могло разбавить тишину, такая густая она была, а, наоборот, подчёркивала её.
– Вы знаете легенды об этом месте? – тихо спросила Нефритовый Лотос. Её голос дрожал.
Грубиян хмыкнул, но ответить не успел – девушка в зелёном заговорила первой. Так спокойно её звучал ровно, будто она не шла в Лабиринте, а сидела в учебном зале.
– Говорят, этот Лабиринт вырезали не люди и не духи. Его создала сама тьма, когда училась принимать форму. Стены здесь не простые. В каждом камне спит печать, в каждом шве между плитами заключены нити мрака.
Я невольно посмотрела на стены. Обычный камень. Но после её слов показалось, что он действительно дышит.
– Если прислониться ухом, – продолжила рассказчица, – можно услышать, как где-то в глубине дышат забытые страхи.
– И много ты слышала? – усмехнулся грубиян из Школы Грозового Облака.
– Достаточно, чтобы не проверять.
Принц шёл впереди, освещая дорогу. Огонь на его ладони горел ровно, но тени от него плясали на стенах, рождая причудливые фигуры.
– Ещё говорят, – добавил Лан Чжун, не оборачиваясь, – что Лабиринт не стоит на месте. У него нет плана. Стены двигаются, коридоры перестраиваются, чтобы поймать человека в ловушку. Многие входили сюда с картами, которые рисовали прошлые участники, но ни одна не совпала.
– Значит, идём наугад? – спросила Нефритовый Лотос.
– Значит, слушаем, – поправил принц и кивнул на девушку в зелёном. – Как Кай Синхэ. Звук флейты указывал ему путь.
Я посмотрела на красавицу. На эмблеме у её пояса была изображена флейта, обвитая плющом. Школа Изумрудной Лозы. Конечно. Кто же ещё будет так хорошо играть.
Она поймала мой взгляд и чуть заметно улыбнулась. Тепло, без насмешки.
– Не смотрите на меня так, – сказала она тихо. – Я только пробую. Настоящий мастер был Кай Синхэ.
– А вы кто по школе, напомните? – вдруг спросил грубиян, глядя на меня. – Вы же тоже играете на флейте.
Я замялась. Называть школу было можно, это не имя, но…
– Школа Девяти Напевов, – ответила я, хотя прекрасно помнила, как грубиян называл её перед отправлением в Лабиринт.
Он хмыкнул. Опять это хмыканье.
– Никогда не слышал.
– Значит, плохо слушали, – буркнула я. – Это у музыкантов должен быть хороший слух, остальным простительно его не иметь.
Принц не смог сдержать смешок. Девушка в зелёном прикрыла рот ладонью, пряча улыбку. Девушка в белом испуганно переводила взгляд с меня на грубияна. Тот нахмурился, но ничего не сказал, только дёрнул плечом и ускорил шаг, оказавшись впереди всех, будто хотел доказать, что ему не страшно.
Коридор петлял, иногда сужался так, что приходилось идти боком, иногда расширялся до размеров зала. Стены были покрыты странными письменами, которые загорались и гасли, стоило отвести взгляд.
Один раз грубиян остановился и провёл рукой по такому знаку. Тот ярко вспыхнул и погас, оставив после себя тёплый светящийся след на ладони. Парень стряхнул его, будто обжёгся, и больше к стенам не прикасался.
– А правда, – снова подала голос Нефритовый Лотос, – что здесь можно встретить тех, кто вошёл раньше и не вышел?
– Правда, – ответил грубиян. – Только это уже не люди. Тени. Они повторяют твои движения, шепчут твоим голосом и пытаются увести в тупик.
Голос его звучал мрачно, и даже он сам, кажется, поверил в свои слова. Нефритовый Лотос пискнула и схватилась за рукав зелёного ханьфу.
– Не слушай его, – мягко сказала Изумрудная Лоза. – Он пугает.
– Предупреждаю.
Я шла молча. Внутри было пусто, холодно и немного страшно, хотя пока, кроме колкостей, бояться было нечего. Но не могло же испытание Лабиринтом быть таким простым?
«Почему ты идёшь со всеми? – Голос Хэй Фэна звучал лениво, но в лени этой чувствовалось напряжение. – Пристроилась за чужим огоньком, за чужой флейтой, терпишь насмешки. А ещё недавно хотела всё делать без чужой помощи. Доказать свою самостоятельность. То, что ты делаешь, совсем не похоже на то, что ты недавно совершенно искренне заявляла».
Я стиснула зубы.
«Это другое».
«Что именно другое? Я пытаюсь понять, как в таком маленьком, хрупком теле умещается столько противоречий. Ты хочешь быть сильной, но при этом не хочешь. Хочешь делать всё сама, но не прочь, чтобы вели. Бесишься, когда я вмешиваюсь, но беспокоишься, когда не вмешиваюсь. Жаждешь славы, но стыдишься, когда получаешь».
«Ты ничего не понимаешь!»
«Не понимаю, – согласился Хэй Фэн. – Я видел тысячи людей, как совершенствовавшихся, так и нет... Ни никто из них не был настолько непоследователен. Такое вместилище противоречий я встречаю впервые. Скоро с ума сойду».
Внутри разлилось тёплое, едкое чувство. Злорадство.
«Сходи, – ответила я. – Может, хоть так от тебя избавлюсь».
«Нет. Просто внутри тебя будет безумный демон».
«То есть сейчас ты оплот здравомыслия?»
«О, поверь, ты не хочешь знать, что будет, если я потеряю контроль».
Ответить на это было нечего, прошлось сделать вид, что это не слов не нашлось, а задуманное презрительное молчание. Зато Хэй Фэн молчать не стал:
«Я пока пойду, прогуляюсь. Не наделай глупостей».
Опять мне ничего не оставалось, как промолчать, хотя внутри что-то тревожно сжалось, словно в обществе демона было лучше, чем без него. Безопаснее.
Но рядом с принцем Лан Чжуном мне же нечего было бояться? Нечего?
Тени, отбрасываемые нашими огоньками, на секунду взметнулись вверх и тут же опали, но как будто стали чуть менее плотными. Это демон ушёл? Ответа не было, а спрашивать у него я не стала.
Впереди показалась развилка. Три коридора уходили в темноту.
Изумрудная Лоза поднесла флейту к губам. Длинная, чистая нота поплыла во тьму, разбегаясь по проходам.
Сначала было тихо. Потом звук начал возвращаться обрывками, словно Лабиринт пережёвывал его и выплёвывал обратно. Из левого коридора донеслось глухое, сдавленное эхо, будто нота ударилась во что-то мягкое и увязла. Из правого отозвалось звонко, многократно рассыпаясь на десятки мелких отголосков. Из центрального не пришло ничего. Тишина проглотила звук целиком.
Хозяйка нефритовой флейты опустила инструмент и нахмурилась.
– Странно, – сказала она тихо. – Центральный будто не хочет отвечать. Или хочет, чтобы мы думали, что его нет.
Принц посмотрел на неё.
– Твой учитель говорил что-то про такие ловушки?
– Говорил, – она помедлила. – Иногда Лабиринт притворяется глухим. Заманивает.
– Тогда какой выбираем?
Она снова поднесла флейту, сыграла короткую, как взмах руки, трель.
Из правого отозвалось насмешливое эхо. Из левого – глухой звук. Центральный снова промолчал.
– Я не знаю, – призналась она. – В легендах Кай Синхэ шёл туда, откуда не было эха. Но легенды... они легенды. И вряд ли это тот же самый поворот, про который там говорится.
– Значит, направо, – решил принц. – Там хоть что-то есть. Молчание слишком подозрительно. А в левом проходе, возможно, какая-то зыбь.
Свернули направо. Коридор был шире прежнего, стены здесь покрывала мелкая рябь, словно камень когда-то был жидким и застыл волнами. Огонь принца выхватывал из темноты то выступающий угол, то глубокую трещину, то непонятные знаки, сложенные в ровные строки. На одной из стен знаки вдруг ярко вспыхнули все разом, осветив всё вокруг на мгновение, а потом погасли, оставив после себя волну тёплого воздуха.
Шли молча. Только шаги и дыхание.
Я краем глаза следила за тенями. Они послушно ложились за нами, но казались чуть бледнее, чем раньше. Демон ушёл и пока не возвращался. И от этого внутри было пусто и тревожно, хоть я и твердила себе, что так лучше.
– А где тот, в синем? – вдруг спросила Нефритовый Лотос. – Из Школы Грозового Облака?..
Мы остановились и принялись оглядываться так, словно в этом широком пустом переходе действительно можно было не заметить человека.
Но никого, кроме нас четверых, тут не было.
Коридор позади уходил во тьму, пустой и тихий. Только призванный свет дрожал, отбрасывая пляшущие тени.
– Когда он отстал? – принц нахмурился. – Я не слышал.
Я тоже не слышала. Только что его шаги звучали сзади – тяжёлые, уверенные, а теперь... тишина.
– Может, повернул не туда? – робко предположила Нефритовый Лотос. – На перекрёстке.
– Он шёл сразу за мной. Я чувствовала его присутствие ещё совсем недавно… – растерянно пробормотала Изумрудная Лоза.
Она обернулась, всмотрелась в темноту, но там никого не было.
– Лабиринт не любит большие группы, – тихо произнёс принц. – Говорят, он старается разделить людей, чтобы каждому досталось своё испытание.
– И что теперь? – не удержалась от вопроса я.
– Ничего. Идём дальше. Если он силён, справится сам. Если нет... – Принц не договорил.
Нефритовый Лотос всхлипнула, но смолчала.
Пошли дальше. Но теперь каждый оглядывался, прислушивался к дыханию соседей.
Я считала. Принц шёл впереди. За ним девушка в белом. Потом я. Потом Изумрудная Лоза.
Раз, два, три, четыре.
Раз, два, три, четыре.
Когда в очередной раз обернулась, девушки в зелёном за спиной не было. Я моргнула, думая, что показалось. Но нет – там, где только что мерцал свет её флейты, теперь была одна тьма.
– Она... – начала я и осеклась.
Принц резко становился и закрутился на месте. Посветил назад – пусто. Только стены и тьма.
– Я не слышала шагов, – прошептала Нефритовый Лотос. – Она просто... исчезла.
Принц сжал челюсть. Помолчал.
– Она способная заклинательница, – сказал он, наконец. – Её учитель – один из сильнейших наставников в Серединных землях. Она справится.
– Откуда вы знаете? – вырвалось у меня.
– Мы давно знакомы. Она не пропадёт.
Принц, я и Нефритовый Лотос остались втроём.
– Надо идти, – поторопил Лан Чжун. – Чем дольше стоим, тем больше шансов, что Лабиринт нас разлучит.
Пошли быстрее. Принц шагал первым, освещая путь. За ним, почти вплотную, пристроилась Нефритовый Лотос и мелко дрожала, сжимая свой светящийся меч, но старалась не отставать. Я замыкала шествие, то и дело оглядывалась назад.
Тьма за моей спиной была плотной, как стена, но казалось, что в ней кто-то есть. Или что-то.
Я всматривалась, щурилась, но ничего не видела. Лишь отблески огня принца, плясали на стенах и полу.
Вот только стоило посмотреть вперёд, как между лопаток начинало зудеть, словно кто-то пристально глядел в спину. Я снова оборачивалась, всматривалась, ощущение уходило, но стоило повернуться к спутникам, как мгновенно возвращалось.
Раз. Другой. Третий.
Когда в очередной раз повернула голову вперёд, замерла.
Нефритового Лотоса не было. Она только что шла между мной и принцем и всхлипывала. Я чувствовала, как дрожит воздух от её страха. А теперь ничего и никого. Только слабый трепет, будто эхо её испуганного дыхания. Я даже не поняла, когда это случилось. В мгновение, когда я оглянулась, Лабиринт и забрал её?
– Стойте! – крикнула я.
Лан Чжун обернулся. Посветил огнём назад.
Пусто.
– Где она?
Я только головой покачала. Горло сдавило.
Принц прошёл мимо меня, осветил стены, пол, даже потолок, но там ничего не было. Ни щели, ни прохода, ни следа.
– Не знаю. Я только что... я оглядывалась назад, а когда посмотрела вперёд...
Принц помолчал. Лицо его в свете огня казалось спокойным, но вокруг губ залегла складка.
– Лабиринт, – сказал он глухо. – Разделяет. Каждому своё испытание. Может, она справится, а может, и нет. Идём.
В груди колотилось. Руки дрожали. Я вдохнула, пытаясь справиться со страхом.
Не кричать. Не бежать. Не сходить с ума.
Дышать.
Вдох. Выдох.
Она пропала. Она была между мной и принцем, и вот её нет. Это может случиться с каждым. Со мной.
– Идём, – повторил Лан Чжун.
Я кивнула. Говорить не могла, потому что голос бы сорвался.
Принц развернулся и зашагал дальше. Я постояла мгновение, всматриваясь в темноту, откуда только что слышалось дыхание испуганной девушки. Потом догнала Лан Чжуна. Держалась так близко к нему, что в ином месте это выглядело бы неприличным.
Мы шли молча. Я смотрела на его спину, на ровную линию плеч, и внутри теплело оттого, что он рядом. Но тут же холод сжимал сердце: а если Лабиринт заберёт и его? Если я останусь одна? Он сильный, он справится. А я? Страх сдавил горло, и я шагнула ещё ближе, будто это могло защитить.
Коридор ещё больше расширился. Стены раздались в стороны, стало просторнее, но опаснее. Слишком много места для тьмы. Я старалась не отставать, но всё равно то и дело поворачивалась назад, чувствуя тот же настойчивый взгляд. И была уверена, что это не демон.
Тишина. Только шаги и дыхание.
И вдруг откуда-то сбоку, из-за стены, донёсся тонкий, испуганный крик.
– Помогите! Пожалуйста! Кто-нибудь!
Нефритовый Лотос. По спине пробежали мурашки страха, руки затряслись.
Принц остановился. Повернул голову к стене, за которой голос продолжал звать на помощь. На лице его мелькнуло сомнение, он перевёл взгляд на меня, потом снова на стену. Губы сжались.
– Я пойду. Где-то должен быть проход.
Он не сомневался в том, что делает, а у меня пол под ногами словно покачнулся. Холод пробежал по спине.
Лан Чжун шагнул в боковой коридор, которого я раньше не замечала. Потом обернулся. Взгляд его задержался на мне всего на мгновение, но в нём было... Будто он хотел сказать что-то ещё, но не сказал.
– Жди здесь и никуда не уходи, а то разминёмся. Я скоро вернусь.
От огненного шара отделился маленький язычок и завис у моего плеча.
– Держись света. Я быстро.
И скрылся в проходе.
Я осталась одна.
Свет от огонька горел ровно, но казался таким маленьким в этой огромной тьме. Я смотрела на него и считала удары сердца. Раз, два, три...
Из прохода не доносилось ни звука. Ни шагов, ни голосов, ни криков девушки. Будто всё это поглотила тьма.
Четыре. Пять. Шесть.
А если Лабиринт забрал и его? Если принц не вернётся? Если я уже осталась одна, с этим крошечным огоньком, который рано или поздно погаснет?
Семь. Восемь. Девять.
Я шагнула к проходу. Остановилась. Лан Чжун сказал ждать. Если я пойду за ним, мы разминемся. Он вернётся, а меня нет. Искать меня он не будет, решит, что Лабиринт забрал.
Десять.
Но если он не вернётся?
Пятнадцать, шестнадцать, семнадцать…
Тишина давила. В какой момент Нефритовый Лотос перестала кричать? До того, как принц ушёл или после? Или Лан Чжун её нашёл, или стены заглушили, или...
Я не знала.
Стояла и считала.
Двадцать пять, двадцать шесть, двадцать семь...
Огонёк мигнул. Я замерла, глядя на него, молясь про себя всем небесным духам, каких только знала: «Пожалуйста, не гасни, пожалуйста, ещё немного, он скоро вернётся...»
Тридцать восемь, тридцать девять...
Огонёк мигнул снова, теперь отчётливее, свет стал тускнеть, будто кто-то невидимый дул на него из темноты. Я попыталась собрать ци, чтобы подпитать его, но сила не слушалась, только противно заныло в груди.
Свет погас.
