Текст книги "Путь в Эльдорис (СИ)"
Автор книги: Екатерина Елизарова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 17 (всего у книги 25 страниц)
Хмурый маленький темноволосый смуглый старичок Деззар был ворчлив и неприветлив, но дело свое знал. Тренируясь с ним, я овладела не только маскировкой или, как ее еще называли, пологом (кстати сказать, давшимся мне достаточно легко благодаря тому, что я приблизительно помнила, как делал его Лив), но и защитными чарами, которые хоть и требовали намного больших затрат сил, но и были куда эффективнее, чем просто маскировка, особенно в условиях открытого боя. Понять принцип и выпустить из себя защитный купол оказалось нелегкой задачей, но я с ней в итоге все-таки справилась, а Деззар начал смотреть на меня не то настороженно, не то уважительно. А на третий день вообще заявил, что я поразительно талантливый юный маг и что он истинно дивится моим способностям, которые в отличие от любого эльдорийского мага я приобрела совсем недавно, но при этом уже овладела ими не хуже многих из них. Сама же я, надо сказать, обучаясь у Деззара, еще полнее осознала всю глубину пропасти, разделяющую меня с такими магами, как он, или, скажем, Лив. Да, у меня действительно получалось намного лучше и быстрее, чем в те предыдущие мои попытки, но я не знала ничего! Не знала и не умела. И мне казалось, чтобы научиться всему и стать способной помочь этому миру, мне придется потратить целую жизнь.
А целая жизнь в таком режиме была бы, пожалуй, недолгой. Мой новый Наставник не позволял мне даже подумать об отдыхе на протяжении всего светового дня (а он был здесь куда длиннее, чем обычный) и нехотя отпускал только на обед. Если бы не Регги, мой котенок оставался бы некормлен и одинок сутками, потому как, едва распрощавшись с Деззаром, я бежала на поздний ужин, а потом, уже лежа в постели, пыталась еще некоторое время отрезать тот пронзительно серый канал, сковывающий мою голову болью, но неизменно терпела неудачу и проваливалась в недолгое и абсолютно черное беспамятство. А с рассветом все начиналось снова.
На четвертый день обучения мы перешли к нападению. У стихии воды оно было не самой сильной стороной, но кое-что могла и вода. Заморозка мне далась еще проще, чем полог, эту магию, хоть и спонтанно, я уже успела испробовать на Земле, не говоря о тех бесплодных попытках, когда меня учил Лив. И дело, конечно, было не в бездарности Наставника, но в моей неспособности в то время понять сам принцип осознанного владения силой (если не считать нескольких аспектов, которые, если подумать, в легкой форме и так всегда были со мной). Идея создания водного шара вокруг жертвы мне не понравилась по своей сути, и я отвергла ее еще в зачатке. Вода в других ее жидких проявлениях выходила у меня неплохо, но казалась недостаточно эффективной в сражении.
– Если ты не будешь ограничивать себя только стандартными проявлениями самой воды, а научишься сочетать ее с другими, то сможешь создать нечто более интересное и эффективное, чем водная плеть или ледяной шар.
– Вы умеете сочетать стихии? – поразилась я.
– Это возможно, но у меня нет в этом необходимости. В разных случаях я использую ту из них, что больше подходит. Для боя больше годится огонь.
– Все?
– Да. Цвет моего одеяния говорит о равной степени сильном владении всеми стихиями.
– Значит ли это, что вы можете обучить меня не только магии воды?
– Какая же еще стихия тебя заинтересовала?
– Огонь.
– Хм. Огонь дается магам водной стихии нелегко, – сказал он. – Или не дается вообще. Что именно ты хочешь попробовать?
– Ну... например, огненный шар.
Старейшина насупился, но возражать не стал.
– Шар? Ну смотри, – сказал он и над его ладонью в одно лишь мгновение вспыхнул полыхающий сгусток.
Зрелище это зачаровывало, только вот как сделать такой самой? Без дров и спичек?
Я сосредоточилась и напряглась, представляя точно такой же шар. Только вот один из открытых мною законов магии гласил: чем больше ты напрягаешься с целью что-то создать или почувствовать, тем меньше получается.
– Огонь пронизывает все вокруг, просто прикажи ему показаться, – посоветовал Деззар. Я зажмурилась, пытаясь представить крупинки невидимого огня вокруг меня, а потом услышала треск, шипение и недовольное ворчание старика.
– И это, ты полагаешь, похоже на огненный шар?
Я открыла глаза и едва сдержалась от смешка. Все и до того смуглое лицо Старейшины было покрыто толстым слоем черной сажи, из которой выглядывали недовольные глаза.
– Простите, Деззар, – сказала я, улыбаясь. – Я не специально, честно. Кажется, карма все-таки настигла вас.
– Что?
– У вас есть понятие кармы? Закона причин и следствий? Вы не лучшим образом обошлись со мной тогда, на Совете, а теперь вот вам же и приходится учить меня и терпеть при этом кхм... некоторые неудобства.
Деззар проявил стойкость истинного Старейшины и ничего гадкого в ответ мне не сказал, только ушел на время, чтобы привести себя в порядок, а я, воспользовавшись неожиданным перерывом, решила привести в порядок свои мысли.
Я была здесь уже несколько дней и, конечно, провела эти дни не без пользы, но... картина происходящего на Эльдорисе не прояснилась нисколько за это время. Куда делись теперь и зачем пытались убить меня на Земле эльдорийские маги, охотившиеся за Эдом? Чем мешаю я коганцам, решившим откачать из полного магии и благоденствия мира всю его силу? Из-за чего именно начались неполадки с погодой еще раньше, и, если дело в чрезмерно накопленном эфире, то где его искать?
Вернувшегося Деззара я заметила не сразу, а когда заметила, увидела, что тот внимательно на меня смотрит и, судя по всему, тоже размышляет.
– О чем вы думаете, Старейшина? – спросила я. Мое отношение к нему успело порядком измениться за эти дни, и прежнего зла я на него не держала.
– О тебе, о чем же еще. Ты определенно перевернешь тут все с ног на голову.
– И вас это не радует?
– Радует-не радует. По-другому уже все-равно не получится. Что ж, давай огненный шар снова. Только на этот раз с открытыми глазами и плавно.
В этот день Старейшина Деззар отпустил меня пораньше, чем удивил и обрадовал не только меня, но и Реглифа с Луной. Эти двое, ставшие неразлучными спутниками, встретили меня счастливым вилянием хвоста и мурлыканьем. Ужинали мы с ними вместе, по-походному устроившись под открытым небом. И не хватало нашей дружной компании только Лива, которого за этот день я так ни разу и не увидела.
Перед самым сном уже привычно разделяя потоки и экспериментируя с серым, я долго не могла оторвать взгляд от самого мощного и сияющего из всех – того, что принадлежал Ливу. Тоска сковала сердце. Я здесь. Я так близко и снова так далеко. Я назвала себя глупой собственницей и низкой эгоисткой, но так ничего и не смогла поделать с засевшими внутри чувствами и желанием быть рядом с ним. Беспрерывно и очень близко.
Потом я вспомнила о его Арлаине, данном обете и статусе мудрого Наставника и заснула, так ничего и не добившись по сути, в состоянии полного смятения и раздора в душе.
Ночью я ворочалась больше обычного и урывками сна слушала Лива, Деззара, Ивонга и Аманга, то сплетающихся в один образ Наставника, то разделяющихся на самих себя, и неизменно твердящих мне о внутреннем покое, без которого я не смогу добиться успеха в разрешении своей проблемы и овладении магией на должном уровне. Потом я судорожно искала этот самый покой, но никак не могла найти. И чем усиленнее я начинала искать, тем больше тревоги, жара и смятения разрасталось у меня внутри.
В момент, когда я в очередной раз проснулась и не успела еще тут же опять провалиться в сон, мне почудилось, что в отведенном мне закутке кто-то есть.
– У тебя жар, ати, – услышала я голос Лива и почувствовала его прохладные руки у себя на лбу. – Давай прогуляемся, а то я боюсь, что ты оставишь от палатки одни угольки.
– Это я могу, – сказала я, окончательно просыпаясь и радуясь этой возможности побыть с ним.
Мы вышли в темноту спящего лагеря, и, вдохнув свежий прохладный ночной воздух, я почувствовала, что с каждой минутой мне становится лучше.
"Если бы не вода, то воздух был бы подходящей для меня стихией", – подумала я.
Пройдя через весь лагерь, мы, к моему удивлению, вышли из него и направились к тому самому озеру, в котором я купалась. Лив держал меня за руку на протяжении всего пути, а потом, не отпуская руки, усадил на холмистый берег рядом с собой. Он поднял голову и некоторое время смотрел на звезды, а я смотрела на него.
– Тебе плохо, – сказал он и опустил голову. – А я боюсь снова потерять тебя, – все еще не смотря на меня, он крепко сжал мою руку.
– Я не уйду, Лив.
Он наконец посмотрел на меня, и успевшими привыкнуть к темноте глазами в блеклом свете звезд, отраженных в необычной воде, я увидела его, показавшиеся печальными и растерянными.
– Мне казалось, это только все усложнит, и никому не будет лучше. Потом, когда ты исчезла, я понял, как был неправ. Как отчаянно я желал тогда иметь еще хотя бы одно мгновение, чтобы ты могла услышать меня. А теперь я опять делаю то же самое!
– Лив... – прошептала я. Мне стало нестерпимо горько от того, что ему плохо, от запоздалого понимания, что ему во всей этой ситуации куда хуже, чем мне. Зачем слова, когда я и так знаю, что...
– Я люблю тебя, – сказал он и потянулся всем своим светом ко мне.
– И я люблю тебя, – прошептало мое сердце, приоткрывшись. В груди поднималась уже знакомая голубая волна, стремящаяся окутать его и сплестись воедино, но я лишь робко и нежно прикоснулась к нему, давая понять свои чувства, но не выпуская на волю их все.
Потом положила голову ему на плечо, закрыла глаза и поняла, что наконец обрела тот самый внутренний покой. Я не знала, как нам быть дальше и что делать с его обетом. Боялась напугать и оттолкнуть неосторожным прикосновением, но в душе моей наступил мир. Он тоже любит меня! А мне нет больше надобности скрывать то, что и так давно очевидно, пытаясь создать видимость дистанции. Этот мучительный барьер теперь разрушен.
Теплый свет струился от Лива прямо мне в сердце, а я притихла в его объятьях намного более робко, чем когда-то, и грелась в его лучах.
Мы просидели так до самого рассвета, не сказав больше ни слова и даже не пошевелившись, словно боясь спугнуть вдруг окутавшее нас счастье.
– Пойдем, а то Деззар поднимет весь лагерь на уши, если ты не придешь на занятие.
Грусть от того, что учит меня теперь не Лив, и мне снова придется расстаться с ним на целый день, кольнула, но тут же растаяла в лучистой улыбке Лива.
– Ты простишь меня за него?
– Он не так плох, – сказала я, поднимаясь.
– Это хорошо, ати, но больше никакого Деззара.
– Лив... ведь это, – я выделила "это", – не помешает тебе учить меня?
– До сих пор не мешало, – улыбнулся он. – Я давно должен был сказать, – добавил он, подойдя вплотную, заглядывая в глаза и обдавая мое лицо теплом своего дыхания. Я же всерьез смутилась, понимая, что от его близости меня бросает в жар.
"Может, теперь все будет и сложнее", – подумала я и, собравшись с духом, обогнула Лива и быстро пошла в сторону лагеря.
– Не отставай! – обернувшись, бросила я.
Лив ухмыльнулся и пошел следом. Мой Лив.
– Огненный шар у меня так и не получился, – сказала я, когда, позавтракав, мы пришли на площадку для практических занятий.
– И не надо. Ты сможешь делать куда более эффективные вещи и больше тебе подходящие.
– Мне в голову ничего не приходит. Чем может удивить в бою вода?
– Зная тебя, Тания, я уверен, что когда возникнет необходимость, все придет к тебе само. И идеи, и способы их воплощения. Тебе нужен толчок. Помнишь, как с порталом?
– Да уж... – смутилась я.
Лив, такой непохожий на себя, беззастенчиво и хитро смотрел на меня.
– Ты учить меня собираешься?
– Да. Я хочу, чтобы ты показала мне то, чему научилась с Деззаром, доработать, если нужно, защиту – это главное, а потом попробуем вновь снять тот канал. Ты хорошо справляешься, но мне эта головная боль уже порядком надоела.
– Что? Опять?
– Ну... да, – сказал он и с сомнением посмотрел на меня, видимо, пытаясь понять, обижусь ли я и в этот раз.
– Почему я так не чувствую тебя? – спросила я.
Лив заметно помрачнел.
– Это, – он показал на косу. – Хуже любого блока. Я потом тебе объясню. Сейчас нужно поработать с защитой.
– Как скажете, Наставник, – согласилась я, выпуская купол. – Нападай!
На душе у меня теперь было много спокойнее, чем раньше, но бесстрастно взирать на эту гадкую серую присоску я просто не могла. Лив велел сохранять внутренний покой и гармонию, но чем больше я смотрела на поток, тем ощутимее впадала в раздражение. Мне хотелось сбросить, отрезать эту связь со злыми мучителями.
"Связь..." – вдруг подумала я и потянулась вслед потоку, уходя вдаль в поисках его источника.
Уноситься так далеко было страшновато, вдруг не смогу вернуться, но мне слишком рьяно хотелось избавиться от них. Только вот никаких "их" увидеть я не смогла. Канал уперся в слепящую серую стену. Хотя я и так прекрасно знала, кто наслал на меня эту напасть, наткнуться на такой вот барьер было для меня разочарованием.
"Я не уйду", – сказала я громко и почувствовала, как стена слегка завибрировала, а через мгновение услышала голос, такой же неприятный и режущий, как и сама стена.
"Ты стоишь у нас на пути, девочка".
Ну вот опять, и чем же я им помешала?
"Не знаю, что вы там напридумывали, – сказала я, отчего-то перестав опасаться их и даже почувствовав облегчение. – Но повторяю, я больше не уйду".
"Твое решение – твоя жизнь", – услышала я, и стена растаяла, а вместе с ней исчез и серый канал. Вот так просто.
Я открыла глаза и с недоумением уставилась на Лива.
– Чувствуешь? Они ушли. Не нравится мне это. А вдруг теперь они перейдут к плану Б?
Глава 4. Западня
– Сегодня попробуем порталы. У них много ограничений, они отнимают силы, но порой только вовремя созданный портал может спасти из передряги. В общем-то, у тебя это не должно вызвать затруднений.
– Не должно? Думаешь, я смогла переместиться на Эльдорис и стала асом? А я между тем не уверена, что смогу это повторить теперь. Я не знаю, как это вышло!
– Знаешь. Все твои предыдущие порталы были сделаны скорее спонтанно, чем сознательно, но уверен, что ты отлично помнишь, как создала последний, – сказал Лив, прищурившись.
– Ну... да. Потоки. Опять потоки... так запутаться можно, но выглядят они совсем иначе, чем те, которые связи.
– Да, верно. Межпространственные потоки мы тоже называем просто потоками для упрощения.
Лив пытался объяснить мне принципы межпространственного координирования, но понять их мне удалось лишь весьма поверхностно, а когда речь зашла о временной составляющей, мне показалось, что мой учитель и сам не до конца понимает то, о чем рассказывает.
– Да... раньше я полагал, что временные координаты скорее условность и дополнение к пространственным, компенсация погрешности токов времени в разных реальностях, но теперь, после того, как ты оказалась в родном мире в то же самое время, из которого и исчезла... я не готов учить тебя, пока до конца не разберусь сам.
Я пригорюнилась. Что же это получается, он теперь не уверен в теории и не сможет применять на практике?
– Нет, – сказал как всегда подслушивающий мои распахнутые настежь мысли Лив. – Ты меня неправильно поняла. Я не готов учить тебя пошатнувшейся фундаментальной теории. Но без нее можно обойтись, если ты видишь поток, иначе говоря, у тебя есть ориентиры.
– Но тогда я смогу телепортироваться только туда, где уже бывала?
– Посмотрим. Возможно, у тебя получится настроиться не только на знакомые места, но и людей. А большего нам сейчас и не надо.
– Ладно. Куда-нибудь недалеко, да? К Деззару на урок?
– Ха-ха-ха, к Деззару на урок у тебя точно не получится.
– Это почему же?
– Не думаю, что ты туда хочешь, а тебе ведь нужен толчок.
– Тогда к Эду. Я хочу его увидеть. И переживаю, как у него дела.
– Эд в порядке, Тания. Я тебе говорил, теперь он может действительно постоять за себя в случае чего, к тому же принца не покидает охрана из сильнейших магов. Не говоря о том, что мы сразу почувствовали бы, если бы что-то случилось. А вот портал прямо к нему сделать непросто. Он может исчерпать все силы и для первого раза явно излишен. Еще идеи?
Я задумалась. К Луне, не светилу, конечно, а к моей Луне, но повода никакого нет, с Регги она в полной безопасности, этот нянька не оставляет ее ни на минуту. Куда тогда?
Я закрыла глаза и позволила восприятию унестись так далеко, как ему угодно, прочувствовать все ниточки, связывающие меня со знакомыми мне людьми. И нащупала. Маленький мальчик по имени Маркус, похоже, опять попал в беду. Ему было страшно и немного больно.
– Не знаю, смогу ли я понять, как перенести нас обоих, – сказала я Ливу.
– Ничего. Я тебя отслежу.
– Хорошо, – согласилась я. Легкое волнение охватило меня, но образ малыша, нуждающегося в помощи, придавал и сил, и храбрости. – Вперед.
Волна пробежала по телу, и, ведомая указующей нитью, я тотчас оказалась напротив мальчика.
"Надеюсь, я его не напугала", – запоздало подумала я, всматриваясь в безразличные глаза. Когда портал открывают для кого-то, не владеющего подобной магией, то выглядит он, как рамка, прорезавшая пространство, и выход на месте прибытия – приблизительно так же. А вот как выглядело мое появление сейчас, я не знала. Просто появилась из ниоткуда? Или сначала возникла искра, как тогда в поезде, когда меня хотели убить? Надо спросить у Лива.
Вся эта галиматья о внешнем виде порталов пронеслась у меня в голове в считанные секунды, пока я наконец не сообразила, что столь отрешенный вид Маркуса при моем появлении, не может быть признаком нормы. За спиной мальчика в отчего-то начинающихся посреди дня сумерках я увидела что-то большое и темное. Я подняла глаза выше и разглядела ухмыляющееся лицо здоровенного черноволосого демона, иначе не скажешь. Он отшвырнул мальчишку в сторону и, продолжая ухмыляться и получать явное удовольствие от ситуации, смотрел на меня своими бледно-голубыми глазами – единственным, что напоминало в нем тех, кто, несомненно, послал его.
– А вот и ты, – промурлыкал он.
Исчадие смотрело на меня, как здоровенный кот на маленькую мышку, собираясь перед тем, как съесть, вдоволь насладиться игрой.
Но потом вдруг отвлеклось и несколько огорченно уставилось на что-то в стороне от меня. Я же, почувствовав знакомое присутствие,испугалась. Испугалась за Лива, который непременно вступит в неравный бой. Названный мною демоном излучал мощные потоки силы, а еще... парил над поверхностью земли! Невысоко, так, что я заметила эту странность не сразу, но испугалась всерьез – такого мне не приходилось видеть ни разу. И он собирался убить меня, а теперь еще и Лива. Но сдаваться без боя не в моих правилах. Я вытянула перед собой руки и позволила силе плавно течь через меня. Я начала плести, связывая воедино тонкие искристо-голубые ниточки, выходящие из пальцев и ладоней, но внезапно почувствовала сильный толчок в грудь и полетела назад. В буквальном смысле полетела. На огромной скорости, прорезая спиной воздух, я уносилась далеко назад и вверх. На лету я увидела Лива, окруженного радужным сиянием (щит, о котором сама я даже не вспомнила), его огненные всполохи и серебристые молнии, исходящие от кого-то еще в стороне.
"Ну уж нет", – подумала я и, сжав челюсть, послала напряжение всему телу, пытаясь затормозить. Воздух, густой, словно эфир, не давал мне упасть, но потоком уносил все дальше.
"Густой..." – пронеслось в голове, и я начала цепляться за него руками, как будто прорезая гигантское желе, окружающее меня. Начало получаться, скорость стала снижаться, и вскоре я почти остановилась, все еще как бы паря в высоте.
"И что теперь?"
Я собралась с силами и, оттолкнувшись ногами, быстро полетела назад, моля ветер помочь мне скорее достичь места сражения. Я летела! И даже обстоятельства, этому способствующие, не могли затмить той бури чувств, что вызывал во мне полет. Сердце мое наполнялось восторгом и трепетом. И рвалось в бой.
Я приземлилась почти в том самом месте, откуда отшвырнул меня демон. Тот и не думал куда-то уходить. С довольной ухмылкой он поджидал свою игрушку. Второго противника взял на себя его товарищ, так что он мог насладиться игрой.
"Но даже если я мышка, у меня есть острые зубки", – подумала я и, не дожидаясь очередного удара, стала собирать все свои силы, чтобы напасть. Я чувствовала струи приливающей магии и догадывалась, что висящая на шее жемчужина ярко мерцает, отдавая мне все накопленные резервы.
Демон, не торопясь, будто с ленцой, перекидывал большой полупрозрачный шар из руки в руку и гадко улыбался, продолжая смотреть на меня, как слон на моську, с интересом наблюдая за моими пасами. Когда последняя капля силы была собрана, и я уже собиралась ударить ею в нахальную физиономию, то каким-то шестым чувством вдруг поняла, что этого недостаточно. Моих собственных сил не хватит, чтобы одолеть его. И в то же самое мгновение пришло понимание, как действовать.
Я вскинула руки и, обратя свой взор на далекие тучи справа за спиной чудовища, послала импульс всей накопленной мощипотоком шквального ветра в сторону туч, призывая стихии прийти мне на помощь. И почти сразу увидела, как серые небесные кучи обретают форму гигантского всадника с мечом и в латах, сидящего на темно-сером грозовом коне. Оглушительный грохот прокатился по округе, заставив замереть не только моего врага, но и беспрерывно посылающих друг в друга струи пламени, серебристые плети и молнии Лива и его противника – одного из холодных магов, практически неразличимого в окружении переливчатых щитов. Грозовой конь встал на дыбы, всадник его поднял вверх поблескивающий меч и направился в нашу сторону, стремительно приближаясь и устрашая уже одним своим видом.
Коганцы растерялись, и противник Лива пропустил удар, пошатнувший его щит. Демон же, сменив усмехающееся выражение лица на недоуменное, так и не успел напасть всерьез. Выкинутый мною щит не пришлось испытать в бою. Грозный всадник лишь только замахнулся извергающим громадные молнии мечом, как тот исчез, буквально растаяв в пространстве, будто его и не было. Второй же прошел в серебристую раму, захлопнувшуюся сразу за ним. Вот и все. Бой был окончен, а я все еще жива.
Я посмотрела на Лива. Выглядел он неважно. Темные тени залегли под глазами, цвет лица серый.
– Никогда не видел ничего подобного, – сказал он ошарашенно и осел на землю. – Что это было?
– Какой-то демон, – сказала я, но увидев, что Лив смотрит вверх, поняла, что он имеет в виду другое. – Ааа... это стихии, – сказала я. – Воздух и вода.
– Как тебе это удалось? Ты призвала стихию!? Да еще не одну, а две в единой форме. Почему всадник? – спросил он, взглянув на меня и снова уставившись в небо.
– Не знаю, – пожала плечами я. – Наверное, у меня в подсознании именно такой образ защитника и спасителя. Рыцарь на коне, – сказала я и тоже посмотрела в небо, где грозный всадник, сотканный из темных туч, начал постепенно размываться обратно в кучистые облака.
– Надо уходить. Вдруг они надумают вернуться, – сказал Лив и поднялся. Его пошатывало, и я сильно сомневалась, что он сможет уйти в таком состоянии далеко и тем более сделать портал. Я же, напротив, была полна сил, будто это сражение влило их в меня, а не отняло. Только вот все уроки по созданию порталов напрочь вылетели у меня из головы. Как теперь вернуться в лагерь?
"Ладно, как-нибудь разберусь, только вот Лив совсем плох..." – подумала я и пошла к нему.
– Поцелуй меня, Лив, – попросила я, подойдя совсем близко и нежно заглядывая в глаза.
– Тания, – вяло улыбнулся он. – Не может это немного подождать?
– Ты думаешь, я недостаточно долго ждала? – подбадривая его лукавой улыбкой, спросила я.
– Ну хорошо, – шутливо улыбнулся он в ответ и, взяв меня за плечи, притянул к себе.
В первые несколько секунд я позабыла вообще обо всем, растекаясь теплой лужицой от его прикосновений. Потом открылась ему сильнее, ускоряя и многократно усиливая обмен энергией, естественный для поцелуя.
– Я люблю тебя, – прошептала я и, отстранившись, окинула его взглядом. Тени под глазами исчезли, и вид он приобрел вполне бодрый.
– Тания, ты не думаешь, что теперь мне понравится целовать тебя постоянно?
– На то и расчет, – подмигнула я. А потом внезапно вспомнила то, о чем должна была подумать давным давно. – Лив, мальчик!
Маркус лежал на траве в нескольких метрах от нас и был без сознания.
– Он жив, не волнуйся. Но его оглушило магическим всплеском или, возможно, каким-то целенаправленным воздействием.
– Что же делать?
– Ждать. Нужно дать время его организму переработать магию и прийти в норму.
– Думаешь, это не опасно? Не надо пытаться привести его в чувство?
– Думаю, нет. Но лучше показать его лекарю. Отнесем его в лагерь.
– Хорошо. А его мать?
– Сообщим, что он у нас, – сказал Лив и поднял мальчика на руки. – Пойдем.
Портал назад Лив сделал сам, перемещать в первый раз помимо себя еще двоих я бы точно рисковать не стала, а Лив, похоже, успел полностью восстановить силы.
– Что такое? – спросил он, когда мы переместились. – Тебя что-то озадачило?
– Ну да. Просто не ожидала такого сильного эффекта от... кхм... поцелуя, – сказала я.
– Знаешь, я, признаться, тоже. Ты поделилась силой, и ее с лихвой хватило на нас двоих, и это с учетом боя.
Маркуса отнесли в палатку к лекарю, который подтвердил слова Лива о том, что мальчику нужно время, чтобы восстановиться, и пообещал за ним присматривать. Мы же разделились: Лив пошел докладывать о произошедшем Алерию, а я... пошла к Деззару. С кем еще я могла поговорить о сочетании магии разных стихий? Да и вообще, в отсутствии Ивонга, я начала воспринимать этого Старейшину как человека, которому могу задавать вопросы и даже рассчитывать на некоторые ответы.
– Старейшина, – поклонилась я, заходя в шатер.
– Тания, – поклонился тот в ответ. – Ты сияешь ярче обычного, что-то случилось?
"Что это, значит, интересно, "сияю"?" – подумала я, но решила даром не терять время и спросить об этом как-нибудь в другой раз.
– В общем-то да, случилось. Меня опять пытались убить.
Деззар сперва вскинул удивленно брови, а потом нахмурился и начал мрачнеть все сильнее.
– И у тебя есть догадки, почему?
– Нет, Деззар, ни единой.
– Кхм, кхм... Будь осторожна, девочка, сильнее коганцев я не встречал магов. Как же тебе удалось выстоять? – вдруг поднял на меня глаза он.
– Я сочетала стихии, – не без гордости ответила я. – Точнее, нет, я призвала их. Сразу две, и они ушли.
– Призвала стихии? Что ты имеешь в виду?
Я, как смогла, объяснила Деззару. Удивление в процессе моего рассказа сменялось на его лице недоумением и даже изумлением.
– Не думал, что это возможно, – сказал он после некоторого времени, проведенного в сосредоточенном молчании. – Вероятно, в этом все и дело. Тебя не сдерживают наши ограничения. А вот кем же было то создание, что напало на тебя? Оно совсем не похоже на тех выходцев с Когана, которых нам доводилось лицезреть раньше.
– Не знаю, Деззар. Но в том, что существо – одно из них, я не сомневаюсь. У него те же глаза. Даже несмотря на то, что они полны эмоций, не свойственных холодным магам, есть в них что-то общее.
Мы помолчали еще немного, и я решилась на прямой вопрос.
– Деззар, скажите, у вас нет предположений, почему с того самого момента, когда я натолкнулась в своем мире на Эда, то есть на принца Эданора, меня все время кто-то пытается убить? Кому и чем я так мешаю?
– Мотивы коганцев мне неведомы, нам вообще известно о них крайне мало, а по поводу истории с принцем... Кое-кто из Совета оказался слишком честолюбив и возжелал не спрашивать дозволения, а указывать другим сам. Хотя, на мой взгляд, просто оставить тебя на Земле было бы куда проще и милосерднее, чем пытаться убить. Значит, была еще какая-то причина.
– Постойте, Деззар. Вы так говорите, будто бы знаете того мага, что возжелал власти и смерти принца.
– О, твой Наставник и сам давно бы мог догадаться, если бы не чтил так свято его память и не отгораживался от Совета.
– О чем вы? В Совете знают, кто отступник?
– Ну, не то чтобы знают, мы не имеем права выставлять такие обвинения, но разговоры идут. Мы думали, он или погиб, или ушел в глубокое подполье, и даже начали забывать ту историю, но около года назад некоторые из нас, те, кто был ему ближе, почувствовали его вибрации. Он вернулся на Эльдорис. И через какое-то время начались неполадки с климатом, которые почти никто просто не хотел замечать. Почти никто, но не все. Ливолис пытался противостоять, но как будто не видел, с кем имеет дело.
– Почему же вы ничего не делаете, если знаете, кто это? – возмутилась я.
– А что мы можем? Будь у нас даже официальное признание, что покушался на принца и испортил погоду Денриан, это не помогло бы нам его отловить. К несчастью, мы не представляем ни где он прячется, ни как именно ему это удается.
– Что вы только что сказали? – глаза мои поползли на лоб. – Дядя Ливолиса Денриан?!
– Да, именно так. Только не думаю, что тебе стоит обсуждать это с Ливолисом. Со времени смерти Арлаины... он замкнулся и ни разу не касался этой темы вообще.
"Какой ужас, – подумала я. – Его дядя, смерть возлюбленной, в которой по сути виноват сам Денриан".
– Деззар, ваши отношения с Ливолисом, я имею в виду весь Совет Старейшин, стали такими напряженными после этого?
– Да. Нам не удалось изобличить и наказать врага и не удалось закрыть портал. Мы не нашли выход, а он потерял...
– Да, понимаю... Но почему же тогда он так тепло отзывается о своем дяде? Если то, что вы говорите – правда?
– Не знаю, что сказать тебе. Ты вправе верить тому, во что тебе верится, Тания. А еще лучше тебе самой докопаться до истины. А Ливолис не обсуждал эту тему с Советом ни разу, и не думаю, что пожелает. Да и кому от этого станет лучше?
Я ушла от Старейшины в полной растерянности. Кому и чему верить? Как такое вообще может быть: в Совете подозревают человека, но никто не пытается его обличить и обезвредить. Денриан – очень сильный маг, так сказал Лив. Он думает, что тот, возможно, ушел к эвинам! Но если то, что сказал Деззар – правда, то Денриан был на Земле? Преследовал Эданора между мирами? Хотел убить?
