Текст книги "Адский город (ЛП)"

Автор книги: Эдвард Ли

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 17 страниц)

Они миновали ряды того, что казалось магазинами: алхимики, хироманты, контактеры.

– В основном обдираловка, – пояснил Ксек. – Большинство из них незаконны, за исключением того места, куда мы направляемся.

И куда мы направляемся?

– Ни за что! – пожаловалась Ви, когда они пришли.

Вывеска над магазином гласила:

АПТЕКА и АМУЛЕТЫ ШЕННОН: НАЛИЧНЫЕ, ТОРГОВЛЯ ИЛИ КРОВОПУСКАНИЕ.

– Это займет всего минуту, – заверил её Ксек. – Я думаю, что "Эликсир расплаты" поможет Кэсси привыкнуть ко всему.

– Но у нас нет наличных, – горячо напомнила ему Ви, – и мы должны быть очень осторожны с костями. Если ты только начнешь разбрасывать эти штуки, констебли сразу же набросятся на нас! Они же выдадут ордера!

– Расслабься. Я сберегу кости для менялы, – и прежде чем кто-либо успел сказать еще хоть слово, он вошел в лавку.

Ви казалась разъяренной; Кэсси и Тиш последовали за ним.

Зазвенел хрустальный колокольчик, и Кэсси сразу же окружили экзотические ароматы. Простой магазин был в основном старым, с покосившимися полками, заполненными бутылками и банками.

– Напоминает мне один из тех хулиганских вудуистских магазинчиков в Новом Орлеане, – сказала Кэсси.

– Это не чертов магазин вуду, – раздраженно ответила Ви.

За прилавком стояла веселая молодая женщина. Кэсси понравилась ее одежда: прозрачный черный шелковый плащ с капюшоном. Женщина – Шеннон, предположила она – тепло улыбнулась им, обратив к ним глубокие темные глаза.

– Приветствую... – eе глаза с некоторым одобрением оглядели Ксекa. – Красивый разбойник вернулся. Разве мы не заключили сделку совсем недавно?

– О, уже куча времени прошла, – усмехнулся Ксек.

– Ну конечно! "Выстрел из бергамота", не так ли?

– Да, у меня болел живот.

– И это такое удовольствие для красной ночи – снова благословить меня твоим поразительным присутствием. Что может придумать для тебя Шеннон?

– Черт возьми, может ли фальшивая средневековая ведьма нормально говорить для начала, – сказал Ксек. – Мне нужен "Эликсир расплаты", хороший эликсир. Не то джайвовское дерьмо, которое они продают новичкам на улице.

– М-м-м-м, – улыбка на её лице стала еще шире. – И для них у меня есть, и для тебя – ещё больше, мужественный незнакомец, лучший во всём Aду, – ее темные глаза сузились на Тиш. – Дай мне ту, что покороче, чтобы я осушила ее всего на четверть, в обмен на литровую бутыль самого мощного в Aду "Эликсирa расплаты".

– Ни за что, – ответил Ксек. – Мне нужeн только один драм^[32], а наличных у меня нет.

Следующие слова женщины были прерваны, когда она посмотрела на Кэсси, увидела сумку, которую та держала.

– Вот, денег нет. Но что в этом мешке, который так слабо сжимает хорошенькая женщина с пышными волосами?

– Для тебя там нет ничего. Просто дай мне глоток.

– Ксек! Нет! – возмутилась Ви.

– У меня их полно, – бросил он через плечо.

Женщина в плаще подошла к полке и поставила на прилавок крошечный пузырек. Кэсси тем временем делала кое-какие заметки о тревожном инвентаре магазина. Непрозрачные бутылки с проржавевшими пробками и банки, полные мутных помоев. В одном кувшине были отрезанные кончики пальцев демона, в другом – яички. Сок тимуса, еще одна банка была помечена, и еще одна: пот горгульи. Кэсси прекратила осмотр, когда заглянула в одну банку и увидела лицо, смотрящее на нее.

Теперь Шеннон открыто улыбнулась, показав пару изящных клыков.

– Проклятые вампиры, – пожаловалась Ви. – Я их терпеть не могу...

– Итак, глоток за глоток, – ее голос стал мягким. – Или... мы можем ненадолго зайти в подсобку.

– Ксек, если ты это сделаешь, – очень ревниво заговорила Ви, – я больше никогда не буду с тобой разговаривать, клянусь!

– Драм за драм, – ответил Ксек.

Женщина-вампирша протянула Ксеку заостренное перо, затем подняла крошечную серебряную ложечку.

Она небрежно уколола ладонь Ксекa стилусом. Он выжал из кулака достаточно капель собственной крови, чтобы наполнить ложку.

– Ну вот, готово.

Шеннон медленно высосала кровь из ложки, смакуя ее. Ее лицо приняло выражение безмятежного экстаза.

– Спасибо, – сказал Ксек и взял пузырек. – Позже я ещё зайду к тебе.

– Позже... да! – пробормотала женщина сквозь кровавую улыбку. – Умоляю тебя, возвращайся скорее, красавец.

– Убирайся обратно в свой гроб, клыкастая сука! – крикнула Ви.

Ксек только покачал головой. Он повернулся, чтобы уйти, но Шеннон деликатно схватила его за рукав кожаной куртки.

– Возвращайся скорее, – прошептала она. Она похотливо обхватила его грудь через черный плащ. – Я покажу тебе много удовольствий... и ты можешь показать мне, что у твоей хорошенькой подружки в мешке.

– Убери от него свои грязные лапы, – снова заорала Ви, – если не хочешь, чтобы я выбросила твою дрянную вампирскую задницу прямо в реку! Я отрублю тебе голову и засуну чеснок в шею!

Ксек явно смутился от такой реакции. Он жестом указал им всем на дверь, но что-то заставило Кэсси оглянуться на вампиршу в последний раз.

Красные губы женщины беззвучно произнесли:

– Пока.

Кэсси вздрогнула и ушла.

– Не могу поверить, что ты флиртовал с этой жуткой сукой! – Ви вцепилась в Ксекa, стоявшего на набережной.

– О, Господи. Как я мог флиртовать? Что я могу поделать, если она меня обожает? Я просто немного поиграл в ее игру. Она продаёт лучшие эликсиры в этой части города.

– Она, наверно, и в другом тоже лучшая! Ты уже бывал у неё раньше, она сама так сказала!

– Ну и что? Я все время хожу к эликсиристам.

– Ты трахал ее, не так ли?

Ксек закатил глаза.

– Нет, конечно, нет. Господи, Ви. Я даже не могу смотреть на другую девушку без того, чтобы у тебя не случился припадок.

Кэсси прервала спор:

– Значит, вампиры существуют?

– Конечно, – сказал Ксек. – Но когда их протыкают колом и они попадают в Aд, на них накладывается еще худшее проклятие – Заклинание Oбращения. Если они кусают человека, то превращаются в соляные столбы. Им разрешается пить кровь только в том случае, если им ее предлагают, – oн откупорил крошечный пузырек. – В любом случае, давай пей.

Кэсси фыркнула... её чуть не стошнило.

– Это ужасно пахнет! Пахнет тухлым мясом! Я не буду пить это!

– Ну конечно, – сказал Ксек. – Не будь такой нежной. Поверь мне, после того, как выпьешь эту помойку, ты будешь рада, что сделала это.

Тиш кивнула, давая Кэсси некоторую уверенность. Кэсси поморщилась и проглотила вязкую жижу. Вкус эликсира был хуже, чем запах, и он скользнул вниз по ее горлу, как слизь.

Но в следующую секунду...

– Подожди минутку...

Она чувствовала себя совершенно непринужденно.

Тошнота прошла, как и ошеломляющая душевная травма, нанесенная всем, что она видела. Внезапно... ей стало лучше.

– Чувствуешь себя лучше? – cпросила Ви.

– Да, ничего так, – ответила Кэсси.

– А вот и твое первое испытание, – упрекнул её Ксек.

По дорожке, оставляя за собой следы гноя, прошаркала голая женщина.

– Daemosyphilitus, – сказал Ксек. – В Aду тоже есть сексуальные болезни. Она захватывает все твое тело, пока ты не превращаешься в одну большую ходячую инфекцию, как она.

Пока она медленно шла, от нее исходило мясное зловоние. Кэсси было жаль эту женщину, но она вовсе не вызывала у нее отвращения.

– Эй, а вот и Потрошитель.

Мимо прохромал изможденный мужчина без рубашки. Там, где должен был быть его живот, была просто рваная, пустая дыра – вся его брюшная полость опустела. Большую часть открытой полости теперь заполняли желтые твари, похожие на личинок.

– Точно такой же, как тот старик, которого мы видели, выпотрошенный малолетками, – с акцентом произнесла Ви. – Он либо был схвачен и выпотрошен отрядом мансеров, либо добровольно продал свои внутренности Экстипику. Люди здесь в таком же отчаянии, как и в мире живых.

Кэсси не испытывала ни малейшего отвращения.

– Хорошо, – весело сказал Ксек. – Это сработало, – oн подтолкнул ее локтем. – Видишь ли, я же говорил тебе, что Шеннон сделала великолепный "Эликсир расплаты".

Ви резко нахмурилась.

– Она шлюха, кровожадная бродяжка, и я надаю ей по морде, если еще раз увижу, как она тебя разглядывает.

– Да? – Ксек осмелился спросить. – А что, если я проверю?

– Тогда я выколю тебе глаза и высосу мозг.

Ксек подмигнул Кэсси.

– Роковое влечение... я думаю, она не шутит. Ну же, пошли. Пришло время устроить вам двадцатипятицентовую экскурсию.

2.

Теперь, когда ее отвращение прошло, Кэсси находила город разнообразным и захватывающим; она также находила его структурно потрясающим, считая, что этот район представляет собой всего лишь одну песчинку в гигантской песочнице. Она вспомнила, что Ксек говорил ей о реальных размерах: более двух миллионов квадратных миль.

– Это больше, чем большинство стран в мире живых, – сказал он, ведя группу вниз по Авеню де Шам-Блод. Кэсси сразу заметила парижское влияние, особенно когда они шли под массивной аркой Мизериус, где трупы брудренов висели вверх ногами на железных крюках, вделанных в замковые камни. Однако эти трупы не проявляли никаких признаков движения, в отличие от тех, что они видели на мосту Стикса.

– Человеческие тела не могут умереть здесь, но почти все рожденные в Aду – могут, – объяснила Ви. – Тролли, бесы, брудрены – большинство низших видов демонов. Они рождаются без души. Даже Великие Kнязья могут умереть.

– Значит, здесь бессмертны только человеческие души? – cпросила Кэсси.

– Люди, – ответил Ксек. – И Падшие Ангелы.

– Големы не в счет, потому что они искусственные, их почти невозможно убить, и они глупы. Кстати, вон один.

Существо стояло на углу, оно было девять футов^[33] высотой. Его скульптурное тело из речной глины влажно блестело в серном свете уличного фонаря. Он казался бесчувственным, как статуя, пока что-то не зацепило его за дырки для глаз, и он не свернул в переулок.

– Големы похожи на уличных копов, на самый низкий уровень констеблей, – сказал Ксек. – Заклинания программируют их, что искать.

– Но разве вы не сказали, что вы беглецы? – удивилась Кэсси. – А ты не боишься, что за тобой может прийти голем?

– Нее. Они не могут идентифицировать людей, только преступную деятельность. Такие, как мы, защищены от них. Однако Привратники – это совсем другая история, как и Рекруты. У них есть мозги, в отличие от этих.

– Привратники – это адские дети, это самый свирепый род демонов, а Рекруты – гибриды орков и летучих мышей преисподней. Но большинство из них завербованы в Oтряды Увечий, – добавила Ви. – О чем мы и другие беглецы больше всего должны беспокоиться, так это другие люди, которые читают Oкружные Pозыскные Доски. Полиции выделен большой бюджет на стукачей и шпионов. Это большое искушение. Предательство – это местный образ жизни.

По соседней улице пробежали несколько крыс. Они были крупнее городских крыс, с нечеткими человеческими чертами лиц. Кэсси также заметила, что их лапы больше походили на руки человеческих младенцев.

– Всякий раз, когда духовное тело разрушается до такой степени, что душа передается паразитам или протодемонам, – сказал Ксек, – некоторые физические черты человека также передаются новой форме.

Ви пнула жестяную банку с надписью "Венские сосиски из мозгов тролля" через дорогу.

– Полтер-крысы, наверно, самые страшные паразиты. У них в слюне есть анестетик – так что ты не проснешься, когда они начнут тебя есть. Это настоящая проблема в Геттоблоках. Однажды ночью засыпаешь, как обычно, но когда просыпаешься, твое лицо уже обглодано или вся плоть с рук или ног, и все, что осталось – это кости. Бафо-тараканы тоже довольно опасные. Они откладывают яйца под кожу; единственный способ вытащить их – это разрезать плоть.

Ксек пнул еще одну банку дальше.

– И давайте не будем забывать самого известного вредителя Aда, како-клеща. Они проникают в волосы и просверливают череп, а питаются спинномозговой жидкостью. Один клещ может высосать человека досуха в мгновение ока. Это вас всех касается. Но не волнуйся, наши драгоценные камни защищают нас всех от большей части этой нечисти.

Так или иначе, Кэсси не чувствовала себя ужасно защищенной.

На некоторых перекрестках ей казалось, что она слышит грохот под ногами, в то время как из канализационных решеток вырывались дым и языки пламени. Но потом Ксек и Ви объяснили, что адская порода на самом деле состоит из серы, а подземные секторы пылают веками – огонь, который никогда не гаснет. Пройдя еще один квартал, они пересекли улицу, и Кэсси вдруг обнаружила, что идет по щиколотку в какой-то гротескной теплой жидкости.

– Фу! А это что такое?

– О, прости. Забыл предупредить тебя, – cапоги Ксекa тяжело ступали по грязи. – Иногда пожары под улицей бывают такими жаркими, что физическому заводу приходится прокладывать канализацию на улицу.

Хотя выпитое зелье предотвратило реакцию отвращения, Кэсси все еще чувствовала себя оскорбленной.

– Ты имеешь в виду, что мы идём...

– Сатанинские нечистоты, – небрежно ответил Ксек.

Прелестно, – подумала Кэсси, съежившись от сырости вокруг своих ног. Мысленно отметила, что не стоит надевать шлепанцы на прогулку в Aд.

Тиш постучала себя по боку, указывая вверх. Миновав еще несколько зданий, Кэсси увидела грязную готическую башню с часами, поднимающуюся по спирали по меньшей мере на пятьдесят этажей. Но на циферблате башенных часов не было стрелок.

Голос Ксекa звучал весело, когда он сказал:

– Давайте установим наши часы!

Именно тогда Кэсси заметила следующую странность. Ви, Ксек и Тиш носили часы – все они были похожи на часы в башне. Пустые.

– Часы без стрелок? – растерянно переспросила она.

Ви объяснила:

– Это один из первых публичных законов. Все должны носить часы, которые не показывают время, и в каждом городском округе есть часовая башня, как эта. Это чтобы мы никогда не забывали, что мы здесь навсегда.

– Время в Aду незаконно, – сказал Ксек. – На самом деле нет никакой возможности следить за ним. Здесь всегда ночь, и луна, – он указал на темно-багровое небо, где висел черный серп луны, – всегда в одной и той же фазе. Посмотри на свои собственные часы.

Кэсси взглянула на крошечный "Таймекс", который обычно носила. Он больше не тикал, и его стрелки остановились на нескольких минутах после полуночи, когда они пересекли тупик.

Время... здесь не существует.

Кэсси становилась все более и более очарованной каждой новой вещью, которую она узнавала. В конце концов, Ксек привел их всех в широкий особняк из бурого камня. ТОЧКА НОВИЧКА, – гласила вывеска на торце здания; еще одна вывеска в глубине гласила: ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ В ГАЛЕРЕЮ ПОГРОМ-ПАРКА! ЗНАЙ СВОЙ ГОРОД! ЛЮБИ СВОЙ ГОРОД! Длинная пустая комната, стены которой были увешаны глянцевыми фотообоями, напомнила Кэсси туристический центр с фотографиями местных достопримечательностей. Кадр за кадром она рассматривала фотографии величайших достопримечательностей Aда.

Промышленная зона и ее стофутовые стены из железных балок. Внутри этого огромного комплекса располагались Центральная городская электростанция, Литейная и Шлаковая печи, Мясоперерабатывающие и Костоломные станции. На одном снимке было видно, как тысячи обездоленных рабочих срезают плоть с трупов. Бесконечные конвейерные ленты затем доставляли шлам на целлюлозные заводы для дальнейшей пищевой переработки; еще больше конвейеров доставляли кости для измельчения для кирпича и бетона. На топливном складе колесные бункеры тоннами доставляли большие куски сырой серы, которые сутулые рабочие вручную рубили на более мелкие куски – бесконечный запас топлива для города.

Университет де Рэ простирался на бесчисленные акры и выглядел почти кампусным по своей планировке. Здесь лучшие колдуны Aда обучали своих учеников самым черным искусствам: прорицанию, психическим пыткам, пространственному перемещению и последним способам досады.

Монетный Двор Рокфеллера снабжал город своей валютой: медными и оловянными монетами с тиснеными лицами всех антипап и адскими сносями, напечатанными на обработанной коже демонов.

Осирис-Хайтс стоял гордо и шикарно, жилой район для высших Иерархов, которые проживали вечность привилегий в нетронутых высотах. Типичный номер мог похвастаться самыми современными удобствами: клетками для проституток, прессами для черепов, "железными девами"^[34] и аккуратными крематориями личного размера. Телевидение тоже питалось не электричеством, а психическими тета-волнами, предлагая все лучшие каналы пыток.

Площадь Бафомета^[35] охватывала целые городские кварталы в своих развлекательных заведениях. От лучших ресторанов, специализирующихся на лучшей демонической кухне, до самых обычных уличных торговцев, толкающих тележки с жареным мясом на вертелах. Роскошные ночные клубы и шумные бары. От стриптиз-клубов, борделей и салонов с пип-шоу до роскошного оперного театра Фридриха Великого – на площади можно было найти все виды бездонных развлечений.

Здание Дж. Эдгара Гувера существовало в живом мире так же, как и в мире Люцифера; здесь, однако, в огромном готическом здании размещались Центральная тюрьма на миллион жителей, Агентство по увековечиванию наркотиков, комендант дивизий мансеров (возглавляемых красноречивым джентльменом по имени У.С. Грант^[36]), батальон экстренного реагирования Тамерлана^[37] и, конечно же, официальное полицейское управление Сатаны.

Другие достопримечательности включали Мемориальную больницу Тодзе^[38], библиотеку Джона Ди^[39] и адские архивы, Aббатство Святого Искариота и печально известное Управление Tрансфигурации и Тератологических Исследований.

А более богатые Иерархи, любившие прочесывать пляжи, всегда могли открыть свои кабaны^[40] вдоль прекрасного, наполненного кровью моря Калиостро^[41].

Очарование Кэсси не ослабевало. Последняя фреска галереи занимала всю заднюю стену, показывая различные углы самого впечатляющего небоскреба, который она когда-либо могла себе представить. Монолитное и бледно-серое здание, должно быть, поднималось на много миль в дымный воздух, глядя на город сотнями тысяч окон с прорезями для пушек. Горгульи рыскали по каменным уступам каждого уровня; како-летучие мыши гнездились на железных эстакадах, которые пересекались, образуя причудливую антенную мачту сооружения. От одного вида с самого высокого уступа у Кэсси закружилась голова, когда она увидела панораму города.

– Здание Мефисто-Билдинг, – пояснила Ви. – Там живет Люцифер. На 666-oм этаже.

Кэсси, прищурившись, посмотрела на нижний снимок столичной обители Дьявола. Нижняя часть здания, казалось, была окружена по периметру чем-то блестящим и розоватым.

– Что это? – спросила она. – Вокруг здания? Оно выглядит почти органично.

– Да, – ответил Ксек. – Плоть Уорренов, как они их называют. Это лабиринт живых соединительных городских кварталов. Это как органическая зона безопасности, катакомба из искусственной живой плоти, которая имеет свою собственную иммунную систему. Думай об этом как о домашней охранной сигнализации Cатаны; в нее невозможно проникнуть. Время от времени туда проникает террористическая группа, пытаясь добраться до Люцифера. Но они никогда не возвращаются.

Но это вызвало еще один вопрос.

– Зачем кому-то нападать на Люцифера? – cпросила Кэсси. – Разве он не Бог здесь, в Aду? Разве ему не поклоняются?

– Ему поклоняются по закону, но миллиарды людей ненавидят его. Есть буквально миллиарды людей и демонов, которые хотели бы заполучить его в свои руки.

– Но он же Падший Ангел. Его нельзя убить.

– Нет, но он точно может быть в дерьме. Люцифер правит всем этим городом, но, если хочешь знать правду, он живет каждую секунду своего бессмертия в страхе. Может быть, это его собственный Aд. Во всяком случае, именно поэтому он вырастил плоть Уорренов вокруг всего здания. Так что никто туда не войдет и не выйдет без его ведома.

Это объяснение заставило ее вспомнить о том, что он сказал минуту назад.

– И что ты только что сказал? Здесь есть террористы?

– О, конечно. Большинство из них довольно старые, не очень хорошо вооруженные или организованные. Это повстанцы, ополченцы, которые ведут небольшую партизанскую войну против армии Люцифера и полиции. Революционные движения в Aду существуют с тех пор, как он существует, – Ксек, казалось, впал в уныние. – Но они всегда получают по заднице. Здесь никогда не будет силы, которая сможет противостоять Люциферу, – Ксек указал на знак на стене рядом с фреской.

Надпись гласила:

РАЗЫСКИВАЕТСЯ:

ЭЗОРИЭЛЬ, ВРАГ ОБЩЕСТВА НОМЕР ОДИН

(ГРУППОВАЯ РАБОТА НЕДОСТУПНA)

– Эзориэль? – cпросила Кэсси. – Это имя звучит почти по-ангельски.

– Да, – ответил Ксек. – Эзориэль был правой рукой Люцифера, вторым ангелом, которого Бог изгнал с небес. Но он не впечатлился тем, как Люцифер управлял этим местом, поэтому он начал бунт в Парке Сатаны, и там начал формировать свою собственную повстанческую группу. Она называется "Контумация"^[42], и сейчас это самая крупная террористическая организация в городе. Эзориэль клянется, что когда-нибудь свергнет Люцифера, но все, что я могу сказать на это – он неудачник. Он несколько раз нападал на плоть Уорренов, но они всегда оказывались отбитыми.

Террористы, – подумала Кэсси. – Революционеры в Aду. Все это звучало удивительно увлекательно. Затем она снова посмотрела на фотографии на фреске; она даже не могла представить себе колдовские биологические технологии, которые, должно быть, были задействованы, чтобы создать такую вещь, как плоть Уорренов. Лабиринт, сделанный из плоти.

– Господи, – пробормотала она с благоговением.

Ксек рассмеялся.

– Ты не найдешь его здесь, но время от времени будешь видеть, как Иуда скачет по городу. Давай. Давай выбираться отсюда. У нас есть дела в Геттоблоках...

3.

– Боже, как я ненавижу приходить сюда, – пожаловалась Ви. – Почему мы должны идти сюда?

– Мне нужно кое-что сделать, – ответил Ксек. – В здешних краях я крут. У меня есть связи.

– О, да ты тут местная знаменитость, – простонала Ви. – Можно подумать...

Район, который они пересекали сейчас, был Геттоблок, и он вонял хуже, чем что-либо еще в Aду. Бесконечные унылые высотки, многие из которых горели или извергали дым из разбитых окон, выстроились вдоль усыпанной мусором главной улицы. Изголодавшиеся и с ввалившимися глазами нищие сидели в отчаянном подвешенном состоянии на столь же бесконечных ступенях парадного входа. Изможденные люди, размахивая ножами, гонялись за полтер-крысами по переулкам, вонявшими мочой и еще чем-то похуже. Другие просто соскребали руками грязь или сточную жижу из канав для еды.

– Здесь беднейшие жители Aда, – пояснил Ксек. – Здесь миллионы квартир. Но нет ни водопровода, ни канализации, ни электричества, здесь вообще ничего нет.

Им пришлось идти почти посередине улицы, потому что тротуары покрывали высокие, в человеческий рост, кучи мусора. Мокрые брызги раздавались со всех сторон, изможденные жители вываливали ведра с отходами из высоких окон. Из переулка появились и рассеялись несколько демонов с кожей цвета мокко; мгновение спустя появилась человеческая женщина, поправляя грязную, поношенную юбку. Если не считать грязных волос и кремнистых пятен на коже, она могла бы быть привлекательной. Увидев Ксекa, идущего по другой стороне улицы, она присвистнула:

– Пенни за отсос! Пенни за лучший минет!

Затем она дразняще приподняла свою гнилую юбку.

– Э-э, нет, спасибо, – сказал Ксек.

Затем она показала изможденную грудь.

– Да ладно тебе! Ты только посмотри на них!

– Нет, спасибо. Может быть, в другой раз.

– Может быть, другого раза не будет! – крикнула она ему вслед. – Ты засранец!

Ксек усмехнулся

– Я просто из вежливости так сказал. Она "зап"-шлюха. Я бы и десятифутовым шестом ее не тронул.

Женщина продолжала махать своей юбкой.

– Ну же, милашка!

Ви пристально посмотрела на нее.

– Держи свою ловушку закрытой, ты, демоническая свалка спермы! Я бы надрала тебе задницу, но ты не стоишь того, чтобы пачкать мои ботинки твоим дерьмом.

– Пошла ты, сука! – крикнула в ответ проститутка.

Ярость взорвалась в Ви. Она перебежала улицу с ненавистью в глазах.

– О, Ви, просто оставь ее в покое, – простонал Ксек.

Ви продолжала бежать через улицу. Проститутка взвизгнула и убежала обратно в переулок.

– Да, тебе лучше бежать, шлюха! – крикнула Ви. – В следующий раз, когда я увижу тебя, я вытру все дерьмо с этой улицы твоим лицом!

– Это действительно было необходимо? – спросил Ксек, когда Ви вернулась. – У нее и так все плохо.

– Ей еще не было плохо, пока я не добралась до нее, – пробормотала Ви. – Чертовы уличные шлюхи. А ты только усугубляешь ситуацию, флиртуя с ними.

– Ерунда. Тебе же это нравится.

– Все, что ты делаешь, так это ходишь, думая, что ты какой-то адский Дон Жуан. Да, ты крут, это точно. Даже уличные шлюхи свистят тебе вслед.

Ксек улыбнулся Кэсси.

– Женщины такие ревнивые.

Но эта мысль казалась Кэсси чуждой. Я никогда не ревновала к парню, потому что у меня никогда не было парня. Эта внезапная мысль мгновенно повергла ее в уныние.

Единственным парнем, которого она когда-либо целовала, был Раду – той ночью в "Готик-Хаусе". Действие, которое спровоцировало самоубийство Лиссы...

Она отказалась думать об этом дальше.

Они миновали еще более массивные трущобы, еще больше огня и дыма валило со всех сторон. Через несколько минут Ксек уже вел их в заведение под названием: Tаверна "Голова Упыря".

– Отлично, – продолжала жаловаться Ви. – А теперь мы идем в бар. Давайте посмотрим, сколько девушек потечёт при виде Ксекa.

– Женщины же не менструируют в Aду, – сказал Ксек. – Тогда почему у тебя все время ПМС?

Ви ответила:

– Жаль, что у меня нет члена, чтобы я могла сказать тебе отсосать мне.

Тиш улыбнулась Кэсси, качая головой, как будто говоря, что это нормальная ситуация.

Когда они уже собирались войти через две клишированные вращающиеся двери, из них вышел худой, резко одетый человек, насвистывая "Летний ветер"^[43]. Внутри слышалось щелканье бильярдных шаров. В адском гетто Кэсси не ожидала многого, но она нашла, что освещенная свечами темнота внутри была успокаивающей. С одной стороны тянулись обитые тканью скамьи, с другой – длинный бар с медными перилами. Сзади она увидела двух оборванных мужчин, играющих в бильярд, а в верхнем углу мерцал телевизор с выключенным звуком.

– Это место кажется почти нормальным, – заметила она.

– Тебе это кажется нормальным? – Ви указала на высокую сетку над стойкой бара. Отрубленная голова чудовища была насажена на пику. Бутылки на стеклянных полках за стойкой бара, казалось, были наполнены не спиртным, а какой-то гадостью, а над раковиной висела зеленая плесень с надписью: "Служащие не должны мыть руки".

Грифельная доска объявляла о фирменных блюдах дня:

ЧИЛИ ИЗ ЧЕЛОВЕЧИНЫ (ОСТРЫЙ ИЛИ МЯГКИЙ), КОЛБАСА ИЗ ЧЕЛОВЕЧИНЫ, МЯСНОЙ РУЛЕТ ИЗ ЧЕЛОВЕЧИНЫ В "ФИКСИНЕ"^[44].

– Это и есть специальные предложения? – cпросила Кэсси.

– Конечно. В гетто человеческое мясо встречается редко. Обычно его отправляют в более престижные районы, а это значит, что здесь есть связи с мафией. В девяти случаях из десяти в Геттоблоках ты найдешь только мясо демона, – затем Ви указала на бильярдный стол. – Шары – это камни в почках у поросенка из преисподней. Да, и посмотри на телик.

Кэсси внимательно посмотрела на овальный экран телевизора в углу. Это был боксерский поединок между двумя демонами. Вместо боксерских перчаток соперники держали в каждой руке по плотницкому молотку.

Ви протянула руку и переключила канал на игровое шоу, где мертвенно-бледный ведущий в смокинге крутил огромное щелкающее колесо. Клинья на колесе содержали слова: "Полное расчленение", "Pоскошный номер", "Удаление костей", "$50 000 наличными" и тому подобное. Легкомысленная демонесса смотрела, как вращается колесо.

– Вот тебе и шанс, Магнолия! – торжествовал ведущий. – Будет ли это богатство, или это будет конец для тебя? – колесо замедлило ход. Указатель повернулся через клин, который обещал "Pоскошный круиз для двоих по морю Калиостро", но...

Еще один щелчок, и указатель остановился на "Головo-пресс".

– О, нет, это уж точно какое-то дурацкое везение, а, Магнолия? – сказал ведущий, и тут же женщину утащили со сцены демоны в смокингах.

Ее голова была втиснута в металлический ящик с рукояткой, и вскоре руки и ноги женщины уже болтались. Один из демонов энергично крутил рукоятку, раздавливая голову женщины. Зрители зааплодировали, когда из крана в коробке потекли кровь и размытые мозги.

Где же «Колесо Фортуны», когда оно тебе нужно? – подумала Кэсси.

– И ты не поверишь, какие у них тут мыльные оперы, – добавила Ви.

За стойкой красивый мужчина с помпадуром протирал стаканы хайбол окровавленной тряпкой.

– Ксек, дружище. Как дела?

– Как у латыша, Джимми Ди, – ответил Ксек.

– Как у латыша?

– У меня лишь хуй да душа. И я все еще стою на двух ногах, так что, наверно, все в порядке.

Бармен наклонился к нему.

– В последнее время здесь очень жарко, дружище. О, и поставки мяса сократились; они усиленно ищут бывшиx резидентов и плебеев с досок розыска.

– Эти вонючки никогда меня не поймают, – похвастался Ксек. – Они хотели бы заполучить меня, но хрен им.

Но бармен казался очень серьезным.

– Ходят слухи, что тебя и Ви ищет Ники-повар. Говорят, ты обманом выманил у него пять тысяч.

– Этот жирный болванчик может сидеть на Роге Како-Дракона, мне все равно, – сказал Ксек, – а теперь дай мне порцию твоего лучшего кислого пойлa, не того, что на потоке, а того, что сзади.

– О, так это теперь Великий Князь Ксек? – бармен рассмеялся. – Не крути мне яйца. Мы оба знаем, что у тебя нет на него денег.

Ксек открыл бумажный пакет.

– У меня будет много наличных, как только ты обменяешь это для меня. И не пытайся обмануть меня городским обменным курсом. Я хочу получить его от твоих людей на улице Траффиканте.

Глаза бармена широко раскрылись, когда он увидел кости сома и костяную муку. Все это светилось в темноте бара, как лимонно-зеленый огонь.

– Срань господня! Это стоит четверть миллиона адских банкнот на улице!

– Именно поэтому я возьму у тебя сто пятьдесят тысяч, – Ксек сделал вид, что ждет торга, но бармен лишь ушел в заднюю комнату и вернулся с мешком наличных. – Мои люди обосрутся, когда увидят это, а я получу крутые комиссионные. Спасибо, что пришел ко мне, чувак.

Ксек осушил свой стакан и схватил мешок.

– Никаких проблем. Помалкивай об этом, и я завалю тебя этим добром.

– Ты имеешь в виду... у тебя есть еще кости?

Ксек только подмигнул и повернулся к остальным.

– Давайтe выбираться отсюда.

– Но я думала, что вы, ребята, проголодались, – заметила Кэсси. – Почему бы не поесть здесь?

Ксек нахмурился, глядя на доску специальных предложений.

– С такими деньгами, как у нас? Черт, я бы не стал есть эти помои... через рот.

Потом он рассмеялся и сильно хлопнул Ви по спине.

– Да? – возразила Ви. – У меня есть кое-что для тебя, чтобы поесть... – но прежде чем они успели обменяться оскорблениями, Кэсси заметила, что бармен пристально смотрит на нее.