Текст книги "Противостояние Риперу (ЛП)"
Автор книги: Джоанна Уайлд
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 20 страниц)
– Очевидно, нет, – сказал он, пожимая плечами. – Думаю, она уже получила то, что хотела.
– Дай угадаю, здесь ты расскажешь мне, сколько раз ты заставил ее кончить?
Он ухмыльнулся.
– Нет, хотя, если ты хочешь подробностей, то я могу тебе их рассказать, – сказал он. – Мне нравится, как ты думаешь. Грязно. Но ей нужны были деньги. Она милая девушка и у нее небольшие проблемы. Я помогаю ей, и она решила помочь мне.
Это застало меня врасплох.
– Она… проститутка?
Он покачал головой.
– Она человек. Постарайся не быть такой субъективной – нехорошо осуждать таких женщин, Лондон. Разве нет?
Он насмехался надо мной, и я фыркнула.
– Отпусти меня.
– Поцелуй меня.
– Мы уже обсуждали это, – сказала я, чувствуя, как у меня сжалась грудь, потому что я хотела, чтобы он прикоснулся ко мне. Как он это делал? Он пытался поцеловать меня сразу после секса с другой женщиной, а я почему-то до сих пор не дала ему по яйцам. Что со мной не так? Наверное, это из-за водки, решила я. Определенно водка. – Я не думаю, что это хорошая идея.
– О да, ты все еще встречаешься с хорошим заместителем шерифа, – сказал он низким рычащим голосом. – Ты уже трахаешься с ним?
– Вообще-то, нет. Я встречалась с ним. И рассталась с ним вчера.
Это застало его врасплох, и он отступил назад, изучая мое лицо.
– Без шуток?
– Без шуток, – твердо сказала я, воспользовавшись его удивлением, чтобы проскользнуть под его рукой и убежать через кухню. – Жаркое в духовке. Когда сработает таймер, ты можешь достать его и закинуть булочки на пятнадцать минут. В холодильнике тебя ждет салат, и я выставлю счет за продукты. До встречи.
– Ты и правда думаешь, что я позволю тебе сбросить бомбу и просто уйти отсюда?
Я пожала плечами.
Попробовать стоило.
– Мне нужно работать, Риз. Я рассталась с Нейтом, потому что между нами что-то было не так. Это не значит, что у нас с тобой все хорошо – это значит лишь то, что мне нужно побыть одной какое-то время. Джессики нет уже больше недели. Это большие перемены, и мне не хочется говорить об этом ни с тобой, ни с кем-либо еще.
– Мы не закончили.
Я засмеялась.
– Мы и не начинали, – прямо сказала я ему. – Я не такая, как ты. Я не могу заниматься случайным сексом.
Конечно, можешь, прошептала распутная часть моего мозга. Просто попробуй!
Мисс Миата еще даже не вышла из дома, твердо напомнила я своему мозгу. Не будь такой шлюхой!
– Откуда ты знаешь, что у тебя не может быть случайного секса? – спросил он. – Это весело. Когда ты в последний раз пробовала это сделать?
Я уставилась на него.
– Серьезно, когда это было?
– Не твое дело, – огрызнулась я.
– Ну, если передумаешь, ты знаешь, где меня найти, – сказал он мне. Шэрон вернулась в дом и улыбнулась мне, обхватив Хейса за талию. Она что-то прошептала ему на ухо, потом поцеловала его, а затем посмотрела на меня.
– Приятно было познакомиться, – сказала она мне с искренней улыбкой. – Может быть, мы как-нибудь увидимся в клубе?
Я пожала плечами, потому что сказать, что я бы предпочла проглотить битое стекло, было не совсем уместно.
Как она могла быть такой дружелюбной при таких обстоятельствах?
Это казалось неправильным.
Перестань быть такой осуждающей… Слова Риза эхом отдавались в моей голове.
– Ладно, я ухожу, – сказала она. – О, и Пик? Кажется, с туалетом что-то не так, просто предупреждаю. Жаркое пахнет фантастически, Лондон. Я слежу за углеводами, так что хорошо, что эти булочки еще не испеклись!
С этими словами она дерзко помахала мне пальцем и ушла, весело напевая. Конечно, она следила за своими углеводами. Такие девушки, как она, всегда следили.
– Это было странно, – пробормотала я.
– Это была та, кто чувствует себя комфортно в своей сексуальности и не беспокоится о том, что все переосмысливает. Тебе стоит попробовать. Это веселее, чем дуться. Да и работы меньше.
– Мне действительно пора идти.
– Увидимся в четверг, – сказал он. – Дай мне знать, во сколько тебя ждать, и я постараюсь одеться… Если ты не передумаешь?
Я ничего не ответила, выходя из кухни, и его смех последовал за мной через дверь.
Когда-нибудь я буду той, кто заставит его чувствовать себя неловко, решила я. Я не знала, когда и как, но с нетерпением ждала этого. Это казалось справедливым, учитывая все обстоятельства.
Лондон
Мой телефон пискнул, когда я вылила ведро грязной, после швабры, воды. Было девять утра, и у моей команды был еще час, чтобы закончить уборку стрип-клуба. Хейс сдержал свое обещание, и, по словам Гейджа – большого Рипера, управляющего этим местом, – мы получим контракт на длительный срок, если ему понравится то, что он увидит.
Я была там, чтобы быть чертовски уверенной, что ему понравится то, что он увидит.
Это означало вычистить каждый дюйм этого места. Не то чтобы нам приходилось заходить так далеко каждый раз, когда мы приезжали, но я хотела начать все на правильной ноте. Я вытащила телефон и с удивлением увидела, что это Джесс. Ого…
Поднять ее до полудня было практически Божьим деянием.
Джессика: Привет, Лони. Как дела?
Я: Хорошо. Работаю. Что случилось?
Джессика: У тебя есть время для телефонного звонка? Я хочу поговорить. Здесь не все так хорошо.
Я нахмурилась, мое горло сжалось.
Я: Секунду.
Поставив ведро, я вышла из подсобки и прошла через пустой клуб. Вдалеке слышался гул пылесоса, когда моя команда пробиралась через VIP-комнаты в задней части клуба. Гейдж сидел за одним из столов, глядя на меня с вопросом на лице.
– Просто быстрый телефонный звонок, – сказала я ему, толкая входную дверь и выходя на парковку. Телефон прозвонил три раза, прежде чем Джессика взяла трубку.
– Лони?
– Привет, детка, что случилось? Тебе нужно к врачу? Ты уехала, оставив страховую карточку, но я могу выслать всю информацию прямо сейчас, если она тебе нужна.
– Нет, ничего такого, – быстро сказала она, и я почувствовала, что немного расслабилась.
– Вчера вечером у меня была небольшая температура, но я думаю, что это просто грипп. У меня был кашель.
– Будь осторожна, – предупредила я ее, как будто она нуждалась в напоминании. Она чертовски хорошо знала, что не стоит играть с инфекцией. Шутки ради, в последний раз она провела в отделении интенсивной терапии три дня под капельницей с антибиотиками, с последующим хирургическим наблюдением.
– Я осторожна, – нерешительно ответила она.
– В чем дело? – спросила я, стараясь, чтобы мой голос звучал нейтрально. – Ты можешь мне сказать.
– Я думаю, что ты, возможно, была права насчет мамы, – тихо сказала она. – Вчера вечером у них была большая вечеринка. Пришло много парней, и они были не очень хорошими.
– В каком смысле?
– Двое из них загнали меня в угол в гостевом домике, – прошептала она. – Я совсем не девственница, но это было по-другому, Лони. Со мной никогда никто так не обращался. Они не слишком много сделали, но только потому, что я убежала и заперлась в кладовке. Это было ужасно.
Она замолчала. Я хотела потребовать больше информации, но почувствовала, что она находится примерно в трех секундах от того, чтобы сорваться.
По крайней мере, она позвонила мне.
– Ты хочешь вернуться домой? – спросила я, заставляя свой голос оставаться спокойным и ровным. – Я знаю, что у нас были разногласия, но здесь ты будешь в безопасности. Может быть, мы сможем найти для тебя способ жить самостоятельно, где ты сможешь быть независимой и в то же время в безопасности.
Она всхлипнула, и я поняла, что она плачет.
– Мне так жаль, Лони, – прошептала она. – Я не хотела верить тебе. Я действительно сглупила.
– Давай не будем сейчас об этом беспокоиться. Я могу прилететь туда сегодня днем, забрать тебя и привезти домой.
– Тебе не нужно этого делать, – сказала она. – Но, если ты купишь мне билет домой, я найду способ расплатиться с тобой. Я могу взять такси до аэропорта, у меня еще есть немного наличных. Но не раньше завтрашнего дня. Мама сказала, что хочет, чтобы я сегодня пошла с ней по магазинам или еще куда-нибудь. Она собирается в поездку, я думаю. Я бы предпочла уехать, когда ее не будет рядом. Не думаю, что смогу выдержать с ней большую ссору – ей это не понравится. Она ведет себя очень странно.
Я отчаянно хотела броситься на помощь, но заставила себя отступить. Только то, что она обратилась ко мне за помощью, было уже большим делом. Джессика не нуждалась в дополнительном давлении.
Боже, я ненавидела это. Все это.
– Первым делом, я найду тебе билет на завтрашний рейс домой. Хорошо?
– Может быть, около полудня? – тихо спросила она. – Так будет лучше. К тому времени она уже уедет. Здесь вокруг полно парней… У некоторых из них есть оружие, Лони. Я думаю, ее парень может быть наркодилером, или типа того. Он очень богат, но я не могу понять, как он зарабатывает свои деньги.
Я закрыла глаза и глубоко вздохнула.
– Вполне возможно, – сказала я. – Она никогда не разбиралась в мужчинах. Не задавай вопросов, хорошо? Ты же не хочешь привлечь внимание таких людей.
– Ты злишься на меня?
Как ответить на такой вопрос?
– Я больше беспокоюсь о тебе, – сказала я, наконец. – Я хочу, чтобы ты была в безопасности и счастлива. Ты выбрала не самый лучший способ добиться этого, но я невероятно благодарна, что с тобой все в порядке. Давай оставим все как есть, хорошо?
– Я люблю тебя, Лони.
– Я тоже тебя люблю, детка. Береги себя сегодня и пиши мне каждые пару часов, поняла? Просто будь на связи и дай мне знать, что с тобой все в порядке. И следи за температурой. Если что-то будет не так, звони девять-один-один и вызывай скорую. Не беспокойся о счетах или о чем-либо еще. Просто позаботься о себе.
– Хорошо, – прошептала она.
Я завершила звонок и потерла шею.
– Чертовски охренительно, – пробормотала я, сопротивляясь желанию швырнуть телефон через всю парковку. Мне хотелось биться обо что-нибудь или ударить машину. Вместо этого я прислонилась спиной к стене, пару раз стукнулась о нее головой, чтобы сконцентрироваться.
– У тебя все в порядке? – спросил Гейдж, выходя за дверь. Его поза была непринужденной, но взгляд был острым. Я пожала плечами.
– Как обычно, – сказала я. – Семейная драма, что-то в этом роде. Не волнуйтесь – это не имеет отношения к бизнесу и не повлияет на нашу работоспособность.
Он медленно кивнул, затем придержал для меня дверь. Я улыбнулась ему и прошла, готовая к осмотру подсобных помещений. Возможно, я не могла контролировать что-то еще в своей жизни, но я могла контролировать уборку этого стрип-клуба.
Жаль, что я уже почистила свою духовку.
Может быть, духовку Риза нужно хорошенько вымыть?
Я могла бы сходить туда позже и проверить… С тем же успехом можно написать ему и посмотреть, сработает ли смена расписания, потому что завтра днем я все равно буду в аэропорту. Если он хотел, чтобы я приехала второй раз на этой неделе, ему просто придется проявить гибкость.
Семья превыше всего – даже такой большой, тупой байкер, как Риз Хейс, должен это понимать, верно?
Риз
– Твоя девочка сегодня хорошо поработала.
Слова Гейджа эхом звучали в моей голове, пока я ехал домой. Я не был уверен, что Лондон может считаться моей девочкой, но я хотел ее – и не для быстрого траха. Вчера она была чертовски расстроена, и я не мог ее винить.
Я терся об Шэрон перед ней, как последний мудак.
Но мысль о том, как Лондон и Эванс кувыркаются вместе обнаженными, поселилась в моей голове, как вирус. Мне хотелось разбить все на хрен каждый раз, когда я представлял это, но я не мог прекратить это… Маленькая невинная месть казалась справедливой в то время, учитывая, что я мудак. Потом она объявила, что рассталась с ним. Я был потрясен, потому что, очевидно, Лондон была не из тех женщин, которые стравливают мужчин друг с другом. Я вроде забыл, каково это. Теперь я уважал ее еще больше и чувствовал себя ничтожеством по сравнению с ней. Трахаться с Шэрон было глупо и по-юношески.
Лондон снова превращала меня в глупого ребенка, и это не хорошо. По крайней мере, похоже, что это работало в обе стороны – она не выиграла наград зрелости за выходку в туалете… Хотя я смеялся до упаду, когда наконец догадался, в чем дело. Хизер тоже часто устраивала подобные выходки.
Мне нужно позвонить Лондон. Или, может быть, мне стоит просто прийти к ней домой, потому что она, вероятно, не будет отвечать на мои звонки.
Это отстой. Все это.
Мне нравились свидания на одну ночь – просто и быстро, а не какая-то школьная ерунда, когда мы вертелись вокруг друг друга, вместо того чтобы перейти к делу.
Не мог не задаться вопросом, какие еще могут быть осложнения. Сможет ли она справиться со мной в постели, с настоящим мной. Я не привык сдерживаться, и, если женщины не могли этого вынести, я их отпускал.
К черту.
Если я заполучу Лондон, то будь я проклят, если отпущу ее только потому, что ситуация стала напряженной. Я повернул на последнем повороте и заметил на подъездной дорожке фургончик службы уборки.
Какого хрена?
У меня была маленькая, но навязчивая фантазия, что она решила, что не может больше ни дня прожить без моего члена глубоко внутри, и что я найду ее голой и ждущей в спальне.
Да, точно.
Более вероятно, она там впрыскивает в мою зубную пасту стрихнин.
Я припарковал свой Харлей рядом с ее машиной, изучая ее. У нее был только один грузовик, и управлять им было просто отстойно. Как управлять особенно дерьмовой баржей. Мне было интересно, ездила ли она раньше на байке, понравится ли ей это. Было в ней что-то такое – сдержанность, чувство долга, которое, казалось, никогда не подведет… Она мало времени уделяла себе, и я готов поспорить, что не так уж часто оно у нее появлялось.
Посади я ее на заднее сиденье моего байка, и готов поспорить, что ее трусики станут мокрыми.
Ну, или это, или она в ужасе убежит. И то, и другое могло бы сработать… Да, мне определенно нужно было прокатить ее, и сейчас было самое время. Сегодня первое утро, когда я смог, наконец, забрать его из мастерской. Огромное облегчение потому что, когда я не мог ездить на нем, я словно не мог дышать. В некоторые годы зима длилась вечно, и к весне мы все немного сходили с ума.
Ничто не сравнится с первой поездкой в году.
Я достал телефон – и, конечно, она звонила. Чертовски здорово, должно быть, я не слышал телефон в церкви.
В эти дни за столом мы только и говорили о картеле, который уже почти год продвигался на нашу территорию. Они напали на несколько наших клубов и убили президента «Дьявольских Джеков» шесть месяцев назад. Какое-то время мы находились на грани полномасштабной войны, но в последнее время все затихло, по крайней мере, внешне.
Я знал, что «Джеки» были на юге и уничтожали конкретные цели. Риперы тоже вносили свою лепту, потому что никто не мог нас кинуть и остаться безнаказанным.
Теперь во всех домах были установлены полноценные системы безопасности, и мы набирали проспектов, из постояльцев клуба, на испытательный срок, которые нас поддерживали. Рано или поздно эта война с перестрелками должна была начаться.
Мы будем готовы к этому. Приближающиеся выходные станут важной частью этой подготовки – со всего региона приедут представители «Джеков», «Серебряных ублюдков» и «Риперов», чтобы обсудить стратегию и, надеюсь, организовать совместное наступление. Мы не могли просто вечно прятаться или ждать, пока они сами дадут нам бой.
Я пролистал свой телефон и нашел сообщение, которое она отправила, когда я не ответил на звонок.
Лондон: Планы изменились. Я буду у тебя сегодня днем. Кое-что намечено на завтра.
На сегодня тоже кое-что намечалось. Мой член.
Господи, теперь я буду отпускать пошлые шуточки.
Черт, как подросток.
Стоя у входной двери, я почувствовал едкую, ужасную вонь, которую помнил из ее дома в прошлые выходные. Я повернул ручку и шагнул внутрь, чтобы увидеть Лондон, стоящую на табурете в гостиной и сердито вытирающую пыль с коллекции оружия над камином. На ней были обрезанные шорты и черная майка – прямо из эротического сна… если не считать этой ужасной вони, наполнявшей воздух.
Она поднялась на цыпочки, одной рукой упершись в каминную полку, когда потянулась выше. Ее майка задралась, обнажив узкую полоску кожи, и я сдержал стон.
Проклятье.
Мне нужно было либо трахнуть ее, либо уволить, потому что это промежуточное дерьмо не для меня. Конечно, Гейдж хотел, чтобы ее команда работала в «Лайн» постоянно, так что, полагаю, это означало, что увольнение исключено.
Ладно. Я приму удар на себя и трахну ее.
– Я чищу твой камин, – громко объявила она, повернувшись ко мне лицом, положив руки на бедра. Поза была чистым вызовом. Готовая ринуться в бой. Ну, я и подумать не мог, что ей это шло – огонь в глазах и все такое.
Я бы выбил огонь из нее, прямо сейчас. Мой член принял это к сведению, напрягаясь настолько, что мне стало не по себе, и я решил, какого черта. Нет времени лучше, чем сейчас.
– Какая муха тебя укусила? – спросил я. Лондон нахмурилась.
– Я просто пытаюсь делать свою работу. Я должна была приехать завтра, но вместо этого поеду в аэропорт. Джесси возвращается домой.
Интересно.
– Ты, кажется, не слишком рада этому, – сказал я, неторопливо направляясь к ней через всю комнату. Я остановился примерно в трех футах от нее, так что мои глаза оказались на уровне ее груди. Она фыркнула, затем повернулась и подняла руки, чтобы дотянуться тряпкой до одного из верхних ножей. Это заставило ее сиськи покачиваться над полкой, зрелище, которое мой член очень оценил.
– Парень моей кузины, явно, какой-то преступник, – сказала она напряженно. – Думаю, это место кишит страшными отморозками. Парочка из них загнала Джесс в угол прошлой ночью, напугав ее. Она говорит, что до завтра она в безопасности, но я хотела бы, чтобы она вернулась домой сегодня вечером. Она сказала, что напишет мне, но не сделала этого.
Я замер.
– Ты знаешь что-нибудь об этих парнях?
Она повернулась ко мне, качая головой. По ее лбу расплылось пятно грязи, а ярко-рыжие волосы растрепались, как будто она только что встала с постели.
Неплохое зрелище.
– Ничего, но я знаю, что хочу причинить им боль. Она сказала, что мне не стоит туда лететь. Наверное, это хорошо, потому что мне не нужно провести остаток жизни в тюрьме, а именно там я окажусь, если доберусь до этих ублюдков.
– Так ты вместо этого приехала сюда? Не знаю, как к этому относиться, милая.
Она положила руки на бедра.
– Завтра меня здесь не будет, и я не хочу, чтобы ты обвинил меня в отказе от нашей сделки.
Да, точно.
– Так ты думаешь, что я такая сволочь, что не позволю тебе оторваться от дел, чтобы встретить твою племянницу из аэропорта? – спросил я, стараясь не ухмыляться тому, что она была холодна. Когда случалось дерьмо, она приезжала сюда, потому что, хотела быть рядом со мной. Возможно, она не была готова признать это, но это не меняло того, что происходило на самом деле.
– Ты – придурок, который занимался сексом у меня на глазах.
– Да, я тот еще кусок дерьма – одинокий мужчина, трахающий добровольную партнершу в уединении собственного дома. Иногда я засыпаю в слезах, настолько мне стыдно за свои поступки.
– Ты хочешь сказать, что это было всего лишь совпадение? – потребовала она.
Я рассмеялся.
– Это ты пришла раньше, – напомнил я ей. – Но да, признаю. Я решил сделать так, чтобы продержать здесь Шэрон весь день. Не собирался трахать ее у тебя на глазах, но я не был разочарован, когда ты вошла и увидела это. Я был чертовски зол, Лондон. Я был рядом с тобой, когда ты в этом нуждалась, я заботился о тебе, а потом ты назвала меня именем другого мужчины. Для протокола, одно из самых моих нелюбимых имен.
Ее глаза расширились, рот открылся, затем закрылся.
– Ты придурок.
– Нет, я засранец. Хочешь ругаться по-взрослому, используй взрослые слова.
– Отвали, – прошипела она, и, клянусь, ее волосы начали левитировать, как у Медузы. Ладно, возможно, она просто покачала головой, но в любом случае это было горячее, чем ад. Бой был веселым, но мы потеряли достаточно времени. Пора проникнуть в ее тугую киску и проверить, так ли хорошо она обхватывает меня, как представляло мое воображение.
Я обхватил ее за талию и поднял со стула, прижав к себе, и направился в спальню.
– Что ты делаешь?
– Хватит прелюдий. Пора переходить к делу, детка.
– Я не твоя детка. Опусти меня!
– Этого не случится.
Она начала брыкаться, что было бы гораздо эффективнее, если бы ее ноги могли достать до любой части моего тела из такого положения. Не первое мое родео. Затем она ударила меня, пытаясь вырвать мою руку, обнимающую ее за талию.
– Осторожнее, не хочу уронить тебя.
– Боже! Как ты можешь так поступать? Это нечестно – ты слишком сильный по сравнению со мной. Я ненавижу тебя!
Я решил, что то, как я мог так поступать, было чертовски очевидно, так что это не требует ответа. Хорошо, что так, потому что она впилась ногтями в мою руку так сильно, что, кажется, пошла кровь.
– Хватит играть, Лондон.
Мы прошли через кухню. Дверь моей спальни была открыта. Я захлопнул ее за нами, затем потянулся, чтобы запереть ее, потому что, будь я проклят, если потерплю, чтобы нас прервали в этот момент.
Затем я бросил ее на кровать.
Лондон отпрыгнула назад, как краб, прижавшись к изголовью с широко раскрытыми глазами.
– Что с тобой не так? – спросила она, задыхаясь.
– Я возбужден, – сказал я, звуча как ни в чем не бывало. Я сел на край кровати и стянул ботинки. Схватив футболку, я стянул ее через голову и бросил на комод.
Затем я встал и схватился за штаны.
Лондон снова пискнула.
– Дверь вон там, – сказал я. – Запирается изнутри, так что не похоже, что ты здесь в ловушке. Если хочешь уйти, уходи. Иначе снимай одежду.
Я стянул штаны, член вырвался на свободу и ударился о мой живот. Она вздохнула, и я улыбнулся, потому что знал, что этот вид был хорош.
– Одежда? – напомнил я ей.
Она села, затем как бы обернула себя чувством собственного достоинства, как тяжелым плащом, как будто это могло защитить ее.
Это не так.
– Давай поговорим об этом, – сказала она тихо. – Мы должны установить некоторые правила, понять, куда будем двигаться.
– Мы собираемся трахаться. Потом, наверное, сделаем это еще раз. После этого я угощу тебя ужином, но только, если ты будешь вести себя хорошо.
– Я принесла ужин с собой, – пробормотала она.
– Господи, ты была бы идеальной, если бы у тебя не было палки в заднице.
Я прополз вперед по кровати, схватил ее за лодыжки и резко дернул вниз. Она вскрикнула, но не стала сопротивляться, когда я поймал ее руки и прижал их к кровати, над ее головой. Затем я наклонился, чтобы поймать ее губы, – мне нужно было посмотреть, действительно ли она так хороша на вкус, как я помнил.
Так и есть.
Я глубоко просунул язык, закрыв глаза, наслаждаясь тем, что наконец-то оказался внутри ее тела. Сначала она лежала пассивно. Затем ее язык начал играть с моим, игра в догонялки, которую я мог бы продолжать часами, если бы мой член не был в огне. Раздвинув ее ноги, я устроился между ними, с трудом понимая, что мне грозит серьезный ожог от джинсов на члене.
Я отстранился и улыбнулся ей. Ее щеки раскраснелись, глаза сияли, а ее блестящие рыжие волосы лежали на подушке, как поток лавы.
– Мне нравится цвет твоих волос, – сказал я, сдвигаясь в сторону, чтобы провести рукой по ее животу.
Пуговица ее джинсовых шорт расстегнулась достаточно легко, и ее бедра приподнялись, чтобы встретить мои пальцы, когда они нашли ее клитор.
Чертовски мокрая. Красивая.
– Спасибо, – пробормотала она. – Не думала, что ты заметил. Ты ничего не сказал в тот день.
– О, я заметил.
– Святое дерьмо, как хорошо… – прошептала она.
– Я делаю все, что в моих силах.
Ее грудь быстро поднималась и опускалась, дыхание участилось. Я скользил пальцами вверх и вниз, погружаясь в ее киску, а затем надавливая внутрь и вверх, в то время как мой большой палец продолжал гладить клитор. Наконец я отстранился, и она захныкала, протестуя.
К черту это медленное дерьмо.
– На тебе слишком много одежды, – сказал я. – Сними все, потому что иначе я начну срывать вещи.
Лондон
«Сними все, потому что иначе я начну срывать вещи».
У меня чуть не случился сердечный приступ.
Риз позволил бы мне выйти за дверь, если бы я попросила. Я знала, что он это сделает… Но если я уйду, то могу никогда не вернуться, а за последние пять минут я четко осознала, что хочу прийти (игра слов come: прийти, кончить) сюда во всех смыслах этого слова.
Он задрал мою рубашку, обнажив красный атласный бюстгальтер, который я решила надеть во время уборки его дома без особой на то причины. Риз ртом поймал мой сосок, и я совсем забыла о том, что нужно снимать вещи.
Это было прискорбно. Он не шутил насчет одежды.
Видимо, сосать меня через ткань было недостаточно, потому что несколько секунд спустя он поймал центральную застежку моего лифчика и разорвал его пополам. Мои груди вырвались на свободу, и тут я почувствовала жар его рта, втягивающего меня обратно, глубоко. Его пальцы зарылись в мои шорты, нашли мой клитор и стали тереть его так сильно, что это должно было быть больно. Но вместо этого мне было очень, очень хорошо.
Потребность росла из моего центра, посылая мурашки по всему телу. Я не могла думать, но, черт возьми, могла чувствовать. Мне было хорошо. По-настоящему хорошо. Лучше, чем я помнила секс, а я помнила секс как нечто очень приятное.
Риз переключился на другую мою грудь, и каким-то образом я пришла в себя достаточно, чтобы протянуть руку между нами и обхватить его твердую длину.
Его член.
Мне понравилось это слово, правда понравилось. Оно мне очень нравилось, и мне нравился тот факт, что я могла использовать его сколько угодно. Я хотела видеть его чаще.
– Я хочу твой член, – сумела прошептать я, и Риз замер.
Затем все изменилось.
Раньше он был сдержанным, если не сказать нежным. Теперь с этим было покончено. В считанные секунды он перевернул меня на живот, и тут я почувствовала, как с меня срывали шорты вниз. Я не совсем уверена, что случилось с моими трусиками, но через мгновение его рука оказалась у меня под животом и подняла меня на колени.
Я едва успела перевести дыхание, как почувствовала головку его члена у своего входа. Впрочем, ненадолго. Он резко вошел в меня, что было более чем удивительно, потому что у меня не было секса уже много лет.
– Святое дерьмо, – прохрипела я, и он затих, давая мне привыкнуть к ощущению его длины глубоко внутри. Я чувствовала себя прижатой, пронзенной… уязвимой. – Боже мой, я не могу поверить, что ты только что сделал это.
– Поверь, – пробормотал он, пальцы снова нашли мой клитор. Он играл с ним, а я извивалась, прижимаясь к нему каждый раз, когда он находил нужную точку.
– Черт…, – простонал он. Затем его бедра подались назад, и он начал двигаться во мне. Он не был нежным, и когда он вошел в меня, я задохнулась, потому что мужчина был большим, и это было больно, но на удивление хорошо.
Я уже говорила, что прошло много времени?
К счастью, у Риза «Пикника» Хейса были волшебные пальцы, потому что к третьему разу, когда он заполнил меня, я потеряла всякое ощущение времени и пространства. Все, что я могла чувствовать, это давление, нарастающее во мне, сосредоточенное на моем клиторе, и восхитительное трение его толчков о переднюю стенку моего влагалища.
Мой вибратор определенно не мог составить конкуренцию Ризу.
Затем меня посетила ужасная, ужасная мысль.
– Я не принимаю противозачаточные.
– На мне презерватив, – проворчал Хейс. – И я сделал вазэктомию.
Хм. Как я могла не заметить, как он его надевал?
Я не чувствовала его, наверное, потому что была чертовски мокрой. Риз поймал мой клитор в свои пальцы, почти ущипнув его, что должно было быть чертовски больно, но, вполне возможно, было самое удивительное, что кто-либо когда-либо делал со мной.
Этого было достаточно, чтобы я кончила.
Я задыхалась, мои мышцы сильно сжимали его, когда я кончала. Он застонал. Затем его руки схватили меня за бедра, что было очень кстати, потому что все мое тело перестало функционировать, и я рухнула.
Риз проигнорировал мое душевное и физическое падение, высоко подняв мою задницу для проникновения, вбиваясь в меня все быстрее и быстрее, по мере того как он приближался к своему собственному освобождению. Затем я почувствовала новый прилив ощущений и поняла, что, возможно, я способна достичь Святого Грааля для всех женщин – множественных оргазмов.
– Поднимись на руки, – резко приказал мне Хейс. Каким-то образом я заставила себя подняться, удивляясь, что у меня хватило сил. Его рука схватила меня за волосы и дернула назад. Я закричала и встала на колени, упершись руками в спинку кровати
– О Боже, – задыхалась я, удивляясь, что от интенсивности переживаний глаза могут буквально закатиться в голову. На этот раз я кончила сильно, без долгого нарастания ощущений или мягкого разогрева. Нет. Просто взрыв похоти и удовлетворения, сдерживаемый как животное в доме мужчины, с которым я даже не встречалась.
Великолепно.
Риз пульсировал глубоко внутри меня, когда кончал. Затем он затих, моя задница плотно прижалась к его паху, его пальцы впились в меня так сильно, что я подумала, что позже найду синяки.
Эта мысль заставила меня хихикнуть.
У меня может быть сексуальная травма!
Риз вышел из меня и снял презерватив. Я рухнула на живот, все еще задыхаясь и размышляя, могу ли я просто немного поспать. Притвориться, что внешний мир не существует, и что Джессика снова не в дерьме.
Его большая, мускулистая рука обхватила меня, притягивая обратно в колыбель своего тела.
– Это было очень мило, – пробормотала я, закрыв глаза.
– Мило? Думаю, я оскорблен, – ответил он, хотя голос его звучал чертовски самодовольно. Его рука обхватила мою грудь, небрежно играя с моим соском, пока мы лежали в тишине.
– Завтра у меня все будет болеть… – сказала я, зевая. – Но оно того стоит.
– Болеть? Я не был настолько груб с тобой.
– Нет, просто прошло некоторое время.
– Как давно?
– Ну, мой бывший муж ушел шесть лет назад, когда я получила опеку над Джесс, так что… шесть лет.
Рука Риза перестала двигаться.
– У тебя не было секса шесть лет? – спросил он недоверчивым голосом.
Я нахмурилась.
– Не стоит так реагировать.
– Как?
– Как будто я фрик.
– Ты не фрик, милая, – ответил он. – Но должен признаться, я удивлен. Ты великолепна.
Я вздохнула.
– Матери-одиночки, которые занимаются бизнесом, не ведут сказочную общественную жизнь, Риз, – сказала я ему.
– Что ж, рад, что ты выбрала меня, чтобы прервать засуху, – сказал он, наконец. – Ты не так уж плоха для девчонки, у которой нет практики. Я бы дал тебе шесть из десяти.
Я игриво шлепнула его по руке, и он крепко сжал меня.
– Ладно, пусть будет девять из десяти, – прошептал он, целуя меня в макушку. – Я оставляю последний балл в надежде, что в следующий раз ты сделаешь мне минет.
