Текст книги "Противостояние Риперу (ЛП)"

Автор книги: Джоанна Уайлд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 20 страниц)

Я нашла Риза, Хоса, Бам-Бама и Скида сидящими за кухонным столом и пьющими кофе. Часы над духовкой показывали восемь утра. Все они были изможденными, с налитыми кровью глазами и обросшими щетиной, а выражение их лиц не было радостным.

– Привет, – тихо сказала я. Риз посмотрел на меня, и что-то промелькнуло в его взгляде. Затем он чуть отодвинул стул и похлопал себя по колену. Я подошла и села на колени, прислонившись удобно к его груди.

– Как Эм?

– Она в порядке, – сказал он. – В ближайшее время мы собираемся вернуться в больницу. Ранее меня выставили, видимо, им надо провести какие-то тесты или что-то в этом роде. Она хочет тебя видеть.

Не знала, что на это ответить.

– Ты позволишь мне навестить ее?

– Да, милая. Учитывая, что ты спасла ее гребаную жизнь, с тобой ей, наверное, безопаснее, чем со мной. Никто из нас даже не заметил, что что-то не так. Хотя я должен предупредить тебя, там ее сестра. Кит тот еще дьяволенок, и она спрашивала о тебе.

Отлично. Впервые встречусь с его второй дочерью, выглядя выжатой как лимон.

– Как Хантер?

– Нормально, – сказал Скид. – Однако ему тяжело было слышать о наших потерях.

– Эм нуждалась в нем, – сказал Риз, его голос был тверд. – У кого есть проблемы с этим, может обсудить со мной.

– Ни у кого нет с этим проблем, Пик, – ответил Скид, и по его тону я поняла, что они уже не в первый раз обсуждают этот вопрос.

– Ребята, будете завтракать? – весело спросила я. – Есть ли у нас время?

– Хантер сказал, что позвонит, – сказал мне Риз. Очевидно, его беспокоило ожидание «разрешения» встретиться с дочерью.

– Значит, завтрак.

Я высвободилась и подошла к холодильнику, осматривая его содержимое. Выбор был не велик… Но были яйца и хлеб. Я заглянула в кладовку и нашла немного сиропа. Двадцать минут спустя у меня были горячие французские тосты, приготовленные на электрической сковороде, что, похоже, понравилось ребятам. Затем, все, кроме Риза, покинули кухню, что было либо удобно, либо крайне неудобно, в зависимости от того, как трактовать ситуацию.

– Ну, как Джессика? – спросил он, когда я начала мыть посуду. К моему удивлению, он подошел и взял полотенце, чтобы помочь протереть. Это не соответствовало всей атмосфере «Альфа-самец» последних нескольких дней, но, думаю, даже самый мужественный из мужчин постарается помочь, если его сначала накормить.

– Все еще спит, – сказала я. – Не знаю, сколько времени пройдет, прежде чем она расскажет о том, что случилось. Ты заметил, как она нервничала?

– Да, – сказал он. – Не лучшая сцена.

Ничего лучше не могла придумать, так что сказала.

– Мы еще не говорили о том, что будет дальше, – сказала я нерешительно. – Безумие, но ты понимаешь, что прошло всего чуть больше недели с тех пор, как мы впервые переспали?

– Кажется, что дольше, – сказал он, забирая тарелку из моих рук. – Чертовски многое происходит слишком быстро.

– Сложно осмыслить все… – медленно произнесла я и повернулась к нему, склонив голову набок. – Мне нужно знать – мы оставили в прошлом то, как я поступила с тобой? Потому что я не понимаю, как ты смог смириться с чем-то подобным. Я уже говорила тебе, как мне жаль, но я не могу изменить того, что произошло. Я пойму, если ты не сможешь меня простить.

– Забудь, детка.

– Но…

– Я не в восторге от того, что ты сделала, но понимаю, почему. И не считаю, что сделаешь это снова. Забудь. Об. Этом. – Я быстро моргнула, мои глаза наполнились слезами.

– Спасибо. – Он хмыкнул, и мы продолжили мыть посуду еще несколько минут. Но я не могла расслабиться, потому что оставалось еще одно незавершенное дело, и его реакция на него могла многое мне сказать.

– Итак… сегодня утром я нашла для нас домик, который можно арендовать. Мы сможем въехать сразу, как только вернемся – моя соседка Даника уже ждет нас с ключами, и там есть мебель. Я и мои девочки перестанем тебе мешать.

Риз очень аккуратно поставил тарелку и повернулся ко мне лицом, скрестив руки. Я продолжала мыть посуду, что было сложнее делать, чем можно было подумать, когда он стоял там, с лицом подобным граниту.

– Ты пытаешься бросить мою задницу? – спросил он, его голос был низким и холодным. Я уронила губку и встретилась с ним взглядом, нервно вытирая мокрые руки о бедра.

– Не знаю, – призналась я. – Я так не думаю, но я также не знаю, какие у нас отношения. Я имею в виду, мы договорились встречаться исключительно друг с другом, потом я попыталась застрелить тебя, затем ты угрожал перерезать мне горло, а в завершение мы вместе отправились убивать. Это за пределами моего жизненного опыта, Риз. Означает ли «Забудь об этом», что мы все еще пара, или значит, что мне не стоит беспокоиться о том, что ты убьешь меня и спрячешь мое тело в лесу? Прямо сейчас мне это непонятно.

Выражение его лица смягчилось.

– Я вроде, как надеялся, что мы могли бы перейти к чему-то немного менее хреновому. Может посмотреть несколько фильмов, побыть вместе и приготовить барбекю у меня дома? У нас был трудный старт, но мы также быстро преодолели многое. Знаешь, мы с Хизер не совершали совместных убийств, пока не прожили в браке добрых пять лет. Думаешь, Джесс была осложнением? Представь, что ты стреляешь в картель, а рядом с тобой две дошкольницы.

Святые угодники.

Его рот скривился, а затем он протянул руку и мягко сжал мою челюсть.

– Лондон, я шучу. Это дерьмо не нормально. Ничего из этого. Но это не шутка – нам обоим за многое придется ответить, но я надеюсь, что ты дашь мне еще один шанс, и, может быть, я смогу сделать то же самое для тебя? Нет причин переезжать, милая. Мне нравится, что ты рядом. Очень нравится.

Я изучала его лицо, стараясь не поддаться его великолепным глазам. Они всегда притягивали меня – ни один мужчина не должен быть таким красивым. Но дело было не только во мне.

– Джесс необходимо место, где можно восстановиться, – мягко сказала ему. – У тебя в клубе постоянно кто-то есть, а теперь она боится мужчин. Мне тоже нужно немного пространства. Все произошло слишком быстро, и я хочу быть уверена, что мы делаем это по правильным причинам. Иногда нужно сделать шаг назад, чтобы двигаться вперед.

– Ты звучишь, как слова с магнитика на холодильнике, – сказал он напряженным голосом. – Я не собираюсь бросать нас, Лондон. То, что мы создали, другое. Настоящее. Я хочу этого, и ты тоже.

– Снять собственное жилье – это не значит отказаться от нас, – ответила я. – Но у нас едва было время, чтобы появились мы. В среду у нас был секс, а в субботу я уже шпионила за тобой. Во вторник я получила приказ убить тебя. Все, чего я хочу, немного личного пространства, пока мы разбираемся в нас, независимо от того, чем это может закончиться. Начнем с этого.

– Мне это не нравится.

Я сузила на него глаза.

– Хизер всегда делала то, что ты ей говорил? – он замолчал, и я подумала, не было ли поднятие этой темы ошибкой. Но он заговорил…

– Хизер почти никогда не делала того, что я ей говорил, – признался он. – На глазах у клуба? Конечно. Но ей также нравилось держать нож рядом с кроватью. Всегда говорила, что я волен трахаться с кем хочу, при условии, что я понимаю, что ночь, когда я приду домой с запахом другой женщины, будет ночью, когда она убьет меня во сне.

Я сдержала улыбку, глядя на него сквозь ресницы.

– Похоже, она была чертовски хорошей женщиной.

– Была. Но она мертва, и ты тоже чертовски хорошая женщина, Лондон. Возвращайся домой со мной.

– Я буду приходить к тебе в гости, – сказала я, выдержав его взгляд. – С ночевкой. Как тебе такой вариант? Мы сможем лучше узнать друг друга, сделать это правильно. Однажды мы уже сделали неправильно, но если то, что у нас есть, настоящее, то наличие у меня собственного жилья не убьет это. Когда мы будем готовы, мы сможем поговорить о том, чтобы жить вместе.

Его руки оставались скрещенными, но он кивнул.

– До осени, – медленно сказал он. – После этого соглашение отменяется. – Улыбаясь, я обняла его за шею и притянула его голову к себе для поцелуя. Он позволил мне, но не ответил. Я отстранилась.

– Серьезно, Риз? Дуешься? – он нахмурился.

– Когда ты так говоришь, это звучит так по-детски.

Я не ответила.

– Черт, – пробормотал он, затем обнял меня, крепко прижимая к себе. Его губы коснулись моих, и я открылась для него. Потребность и желание вспыхнули с новой силой, и я хотела большего, чем его язык внутри. Я поняла, что хорошо, что мы поговорили, прежде чем начали целоваться. В противном случае я бы сделала все, что он попросил, потому что целоваться с Ризом было так хорошо. К тому времени, как Хос вошел в кухню и прочистил горло, Риз прижимал меня к стене, обхватившей его обеими ногами за талию.

– Звонила твоя дочь, – объявил Хос. – Она готова, чтобы ты ее навестил. Сказала, не забудь про Лондон. Может, мне перезвонить ей и сказать, что ты слишком занят, трахаясь на кухне? – Риз замер, застонав, когда я начала хихикать. Затем он прислонился лбом к моему, закрыв глаза.

– Дети, – пробормотал он. – Чертовски вовремя. Как всегда.

Он опустил меня, и я поправила свою одежду. Хос не отвернулся и не дал нам даже намека на уединение. Нет. Он просто стоял там и ухмылялся, как настоящий придурок.

– Тебе нравится смотреть? – спросила я его.

– Да, черт возьми, я люблю смотреть. А разве не все любят?

Риз бросил на него взгляд, который, казалось, заставил его ухмыльнуться еще больше.

– Хорошо, давай проведаем Эм, – сказала я, потянув Риза за руку. – То, что она уже большая девочка, не значит, что ей не нужен папа.

Риз закатил глаза, а затем одарил меня странной, почти застенчивой улыбкой.

***

– Привет, папа, – тихо сказала Эм, когда мы вошли в ее больничную палату. Она выглядела бледной и слабой, но ее глаза сияли, и ей все же удалось улыбнуться Ризу.

Хантер стоял рядом с ней, его глаза были внимательными и обеспокоенными. Он все еще был крутым байкером, которого я впервые встретила в Кёр-д'Алене, но это не означало, что он не был предан своей девушке. Он готов на все ради дочери Риза – я видела это в его глазах.

Я решила, что он мне нравится, несмотря на то что он запер меня в подсобке.

– Привет, детка, – сказал Риз, отпустив мою руку, когда мы подошли к ее кровати, стоявшей у окна. У Эм не было соседей по палате. Я задалась вопросом, было ли это потому, что ей повезло, или Хантер напугал медсестер, чтобы они предоставили палату ей одной.

Наверное, лучше не спрашивать.

Риз наклонился и поцеловал ее в лоб, затем сел на кровать рядом с ней. Я встала рядом с ним, что должно было вызвать чувство неловкости, но почему-то этого не произошло.

Я была просто счастлива видеть Эм живой и здоровой.

– Я слышала, ты спасла мою задницу, – сказала мне Эм, ее глаза были полны благодарности. Ни намека на осуждение или настороженность – она, очевидно, понятия не имела, что я была пленницей, когда обнаружила ее истекающей кровью. Полагаю, это была секретная информация, что меня очень успокаивало. Я бы не хотела, чтобы она узнала, что я пыталась убить ее отца. У меня было чувство, что она затаит злобу.

– Я сделала все, что могла, – тихо сказала я. – Ты напугала меня – я думала, что мы можем потерять тебя. Как ты себя чувствуешь сейчас?

– Слабо, – ответила она. – Печально. Они сказали мне, что это была девочка. Это странно… Я была немного напугана, когда увидела положительный тест на беременность, но я полюбила ее. Я хотела ее. Не могу поверить, что ее больше нет.

– Мне так жаль.

Эм кивнула, ее глаза покраснели. Я посмотрела на Хантера и увидела тени на его лице. Очевидно, они оба хотели ее. Я надеялась, что у них будет еще один шанс… Внематочная беременность может нанести большой вред.

– Ты устала, малышка? – спросил Риз, протягивая руку, чтобы взять Эм за руку. – Хочешь немного отдохнуть? Мы можем пойти подождать снаружи.

– Нет, – сказала она, сжимая его пальцы. – Я рада, что ты здесь.

– Привет, Риз, – произнес новый голос, и я подняла глаза, чтобы увидеть девушку, стоящую в дверном проеме. Это должно быть Кит, дочь, с которой я еще не была знакома. Я узнала ее по фотографиям, хотя все они были сделаны до того, как она обрела свой нынешний стиль. Она выглядела как пин-ап Бетти Пейдж: винтажная одежда, черные волосы, красная помада и поведение крутой девчонки.

Как и Эм, она была сногсшибательна, но совсем по-другому.

Риз встал и подошел к ней. Она бросилась в его объятия и крепко сжала его, когда он поднял ее, чтобы обнять. Он говорил мне, что ей нравится устраивать ссоры с ним – и у меня было ощущение, что называть его по имени было частью этой привычки… Но, очевидно, когда все летит к чертям, семья Хейс старалась держаться вместе. После долгих секунд он позволил ей опуститься на пол, и она стояла, улыбаясь ему с оттенком уязвимости на лице. Затем ее глаза нашли меня и сузились.

– Это она? – спросила она, резким голосом. Эм тяжело вздохнула, а Хантер закатил глаза.

Пора вмешаться и разрядить обстановку.

– Я Лондон Армстронг, – сказала я четким, дружелюбным голосом, подойдя и протягивая руку. – Ты, должно быть, Кит. Я видела так много твоих фотографий, но ни одна из них не была свежей. Мне нравится твой образ – настоящая классика.

Она фыркнула, ясно давая понять, что для того, чтобы завоевать ее, потребуется нечто большее, чем лесть.

Хорошо. Тогда я попробую другую тактику.

– Риз, хочешь, я пойду и принесу всем кофе? – спросила я. – Дам вам возможность побыть с семьей вместе?

Он поднял бровь, но Кит выглядела торжествующей. Очевидно, она думала, что напугала меня. Это не так, но я не хотела с ней ссориться. Эм была ее сестрой, а Риз – ее отцом – это касалось их, а не меня. Я видела эту девушку насквозь. Под воинственностью скрывался страх и неуверенность. Ей нужно было знать, что я здесь не для того, чтобы отнять у нее отца, и лучшим способом было дать им уединиться.

Они могли бы насладиться моментом без меня.

– Я помогу тебе, – неожиданно сказал Хантер. Я удивленно кивнула. До этого момента я бы поставила сотню баксов на то, что он ни за что не покинет эту палату.

Интересно.

Он последовал за мной по коридору.

– Кафетерий в той стороне.

Мы начали идти, погрузившись в комфортную тишину. Я понятия не имела, зачем он пошел со мной, но, если бы мне нужно было знать, он бы что-нибудь сказал. Я чувствовала, что моя роль здесь – поддерживать, а не задавать вопросы.

– Им нужно провести время вместе, – сказал он наконец. – Они близки, но Кит и Риз любят ругаться. Как два уличных кота. Наше присутствие там просто дает им еще одну причину для ссоры, а Эм это не нужно.

Я рассмеялась, покачав головой, когда все встало на свои места.

– Они не самая простая семья, не так ли?

– Ты даже не представляешь.

Мы купили кофе и медленно понесли его обратно, но, несмотря на все наши старания, на выполнение поручения ушло около двадцати пяти минут. Я постучала в дверь и осторожно открыла ее. Эм лежала на кровати, Кит примостилась рядом с ней поверх одеяла. Риз сидел возле окна, непринужденно откинувшись в кресле. Он положил одну лодыжку на колено, наблюдая за своими девочками, которые тихо шептались друг с другом.

Затем он поднял на меня глаза и улыбнулся, бледно-голубые глаза были полны тепла, на его лице была написана явная гордость.

– Проходите, – сказал он.

Я взглянула на Кит, но она проигнорировала меня. Эм подмигнула, похлопав по краю кровати. Я подошла и неловко села на крошечный кусочек свободного места, гадая, что ждет меня в будущем с этой семьей.

Есть только один способ узнать это.

– Кому кофе?

Месяц спустя

Лондон

Я наклонилась вперед к зеркалу в ванной, аккуратно нанося тушь на свои светлые ресницы. За дверью ванной было слышно, как Мелли и Джессика о чем-то спорят – домик был всего около тысячи квадратных футов, и я была очень, очень рада, что Мелани через несколько недель переедет в студенческое жилье. Не была уверена, сколько еще я смогу это вынести. Громкая музыка зазвучала, когда я расчесывала волосы, и резко сменилась на рэп, когда я наносила помаду. Это значит, что Джессика контролирует стерео. Музыка снова сменилась, и я поняла, что за пределами крошечной ванной начинается настоящая музыкальная битва. Бросив еще один быстрый взгляд на себя – не идеально, но сойдет – я вышла, готовая начать кричать. Но не успела я это сделать, как музыка полностью прекратилась. Обе девушки стояли в гостиной, уставившись друг на друга. В последнее время Мелани начала противостоять Джессике, чего я всегда желала. Теперь я жалела об этом, потому что жила в зоне боевых действий.

– Ты чертова идиотка, – прорычала Джессика. Я глубоко вздохнула, готовясь отчитать ее. Мелани опередила меня.

– Не говори со мной в таком тоне.

– Буду, если это правда. Я видела то письмо. Он просто еще один мудак, который гоняется за кисками, и писать ему в тюрьму – это безрассудно и жалко. Ты умнее меня, так почему бы тебе не вести себя соответственно? – у Мелли отвисла челюсть, и у меня тоже.

Затем раздался звонок в дверь. Мелани протопала мимо меня в их общую комнату, оставив Джессику стоять в центре гостиной, с горящими от ярости глазами. Звонок прозвенел снова, и я решила, что они уже взрослые девочки и могут разобраться во всем сами. Схватив свой рюкзак, я подошла к двери и открыла ее. Затем я улыбнулась, потому что все снова было хорошо.

Риз был здесь.

Риз

Господи, она великолепна.

Я взял Лондон за руку и вытащил ее на крыльцо, чтобы поцеловать, потому что мне не хотелось разбираться с девчачьей драмой, которая назревала в доме. А там назревала серьезная драма – после воспитания Эм и Кит я, блядь, чувствовал запах этого дерьма в воздухе.

К счастью, сладкая мягкость губ Лондон с лихвой компенсировала девчонок и их игры. Мои руки обхватили ее задницу, поднимая ее вверх и прижимая к своему телу. Как всегда, мой член был рад видеть ее, как и я сам.

Через окно зазвучала рэп-музыка, но быстро прекратилась. В этот момент начался визг.

– Мы должны убраться отсюда, – прорычал я, таща Лондон к своему полностью загруженному байку. Будучи умной женщиной, она не стала спорить. Пусть девчонки убивают друг друга без свидетелей – это были наши выходные, и они, на хрен, не испортят их для нас. Пять минут спустя мы съехали с дороги на шоссе, направляясь на север, к канадской границе. За последний месяц Лондон стало удобнее ездить со мной, что в основном было здорово… Хотя я немного скучал по тому, как она раньше цеплялась за меня, словно от этого зависела ее жизнь. Теперь она чувствовала себя достаточно комфортно, чтобы поднять руки, рассекая ими воздух, пока мы летели по дороге.

Когда мы вернулись, ситуация некоторое время была напряженной. Кое-что между мной и ею, но в основном мы просто улаживали дела клуба. Пэйнтеру и Паку грозил тюремный срок, как ни крути, а из трех потерянных братьев один был из московского отделения, расположенного в девяноста милях к югу от Кёр-д'Алена. Он был хорошим человеком, и я знал его больше десяти лет. Лондон приехала со мной на похороны. Может, наши отношения и были новыми, но она заслужила немалое уважение, когда убила того ублюдка Медину на складе. На поминках она тоже держалась хорошо, и после них каждый брат спросил меня, почему она еще не моя старуха. Сложно ответить на этот вопрос.

Однако этот уик-энд был посвящен не ответам на вопросы. Речь шла не о клубе, не о девушках и не о чем-то, связанном с картелем. Нет, речь шла о том, чтобы отдохнуть, провести время вместе, может быть, напоить мою девочку и воспользоваться ею.

Идеально.

Было еще рано, когда мы добрались до моего любимого кемпинга на реке Пак. Называть ее рекой было небольшим преувеличением, по крайней мере, в это время года. Река Пак питалась талыми водами, и к концу лета ее глубина в любом месте не превышала фута. Она протекала по лесистой долине, центральное русло проходило через широкую местность с округлыми скалами, небольшими песчаными отмелями и водопадами высотой не более двух-трех футов. Наш кемпинг не представлял собой ничего особенного – просто небольшая полянка среди деревьев с кострищем рядом с рекой. Я приезжал сюда с детства. Должно быть, это одно из самых великолепных мест на земле. Не терпелось поделиться им с Лондон. Я развел костер, пока она раскладывала спальные мешки. Зажигать его было еще рано, но это было прекрасно, потому что у меня были другие планы. И нет, я не говорю о том, чтобы трахнуть ее, хотя это тоже было в списке.

– Ты готова повеселиться? – спросил я, и она улыбнулась мне в ответ.

– Что у тебя на уме?

– Когда ты в последний раз стреляла из водяного пистолета? – она непонимающе уставилась на меня. – Водяной пистолет, милая. Пластиковый? Накачиваешь, вода разбрызгивается?

– Я знаю, что это такое, Риз.

– Отлично. Я не смог привезти большие на байке, но маленькие тоже хороши. Я дам тебе фору, потому что ты новичок в этом деле. – С этими словами я достал пластиковый пистолет, который привез для нее. Он был неонового оранжево-зеленого цвета и вмещал около двух чашек воды. Более чем достаточно для хорошей борьбы, особенно если учесть, что мы будем в реке. Легко перезаряжать.

У нее отвисла челюсть.

– Ты серьезно привел меня сюда для водного боя? Я думала, это романтические выходные?

Я приподнял бровь, смотря на нее.

– Дорогая, ты должна посмотреть на это с моей точки зрения. Я стреляю метко, твоя футболка промокает, потом я могу поплавать с тобой в воде. Скажи мне, что это не романтично? – Лондон фыркнула, но я увидел намек на игривость в ее глазах. Да, она была согласна. Я бросил ей пистолет и отвернулся. – У тебя есть время, пока я не досчитаю до ста, – громко сказал я ей. – И будет лучше, если ты сбросишь обувь. Камни не острые, но скользкие, и есть много мест, где можно идти только по воде. А теперь беги, если не хочешь, чтобы это была действительно короткая игра. Вверх по реке есть водоем, где мы можем поплавать, и, если ты доберешься туда раньше, чем я тебя поймаю, ты выиграешь. Если ты попадешь в меня из пистолета, я должен буду остановиться и снова сосчитать до десяти. Если я попаду в тебя, я получу поцелуй. Раз. Два. Три. Четыре… – Поскольку я мудак, я остановился на пятидесяти. Незачем облегчать ей задачу.

Повернувшись к реке, я посмотрел вверх по течению. Ее не было видно, что не было большой неожиданностью. До места купания было всего полмили, но из-за камней и изгибов реки Пак идти до него дольше, чем можно было подумать. Я наклонился и наполнил свой пистолет, затем зарядил его, готовый к действию, когда начал подниматься вверх по реке. Через пять минут я все еще не видел ее. Было много способов играть в эту игру – если бы она просто рванула вперед как можно быстрее, она, вероятно, обошла бы меня. Но это было бы не так весело, и я знал Лондон. Она не смогла бы устоять перед засадой. Первый выстрел был нанесен из ниоткуда. Я только успел зайти за поворот, как холодная вода ударила мне в голову. Я услышал ее истерический смех, но закрыл глаза и начал считать. Быстро. Теперь я знал, что она рядом, и внимательно слушал, не раздастся ли плеск. Когда я снова открыл их, она все еще была в пределах досягаемости, поэтому я поднял пистолет и выстрелил ей в спину. Она повернулась ко мне с воплем.

– Ты жулик, ты не досчитал до… – я выстрелил ей в лицо, прежде чем она успела закончить фразу, а затем стал приближаться к ней по воде. Идти по гладким, круглым камням было неудобно, но у меня длинные ноги, так что это не заняло много времени. – Я быстро считал, – самодовольно сказал я ей. – И ты должна мне два поцелуя.

Она уставилась на меня, но, когда я поймал ее за шею и притянул к себе, чтобы забрать свой приз, она не протестовала. Через долгие секунды мы разъединились, хватая ртом воздух. Ее мокрая футболка плотно прилегала к ее сиськам.

Выдающиеся.

Затем она наклонилась вперед, чтобы на этот раз поцеловать меня. Я закрыл глаза, наслаждаясь нежным прикосновением ее губ и…

– Твою мать!

Сучка выстрелила мне в член из своего пистолета, в упор.

Лондон начала смеяться и побежала вверх по реке, крича мне в ответ.

– На этот раз ты считаешь по-настоящему, придурок! Иначе я заберу у тебя пистолет.

К тому времени, как мы добрались до маленького водоема, мы оба промокли насквозь, так что не было смысла оставаться в одежде. Глубина была всего около трех футов, а ширина – около десяти, так что плавать мы не могли, что меня вполне устраивало. Вместо этого мы плескались друг на друга, потом поборолись, а в следующий момент я понял, что сижу под каскадом воды, а Лондон скачет на моем члене.

Лучшая. Игра. На. Свете.

Позже той ночью я лежал на спине, глядя на звезды, Лондон лежала на моей руке, одну руку положив мне на грудь.

– Если бы мы только могли остаться здесь навсегда, – тихо прошептала она. – Там, где нас никто не найдет, и нам ничего не нужно делать. Боже, девочки сводят меня с ума.

– Мелли скоро уедет, – напомнил я ей. Над нами пронеслась звезда, потом еще одна. – Мы с Хизер приезжали сюда каждый год в это время, чтобы посмотреть на поток Персеиды. Видишь это? Они будут падать всю ночь.

– Да, – прошептала она. – Ты часто думаешь о ней?

Я обдумал вопрос, пытаясь подобрать правильные слова.

– Иногда. Но о тебе я думаю гораздо чаще. После ее смерти я поклялся, что у меня никогда не будет другой старухи. Я просто не мог свыкнуться с этим, до этой минуты. Но у нас все по-настоящему, правда? Ты тоже это чувствуешь?

Она секунду не отвечала.

– Я тоже это чувствую, – согласилась она.

– Ты готова объявить об этом официально? – спросил я. Она покачала головой, теребя свои волосы. Запах был приятный.

– Пока нет. Знаю, звучит глупо, но давай оставим это между нами еще на некоторое время. Просто маленький секрет, которым мы не должны делиться ни с кем другим. Все постоянно рассчитывают на нас, и это никуда не денется… но пока давай не будем говорить им об этом. – Я сомневался. Хотел, чтобы обо всем стало известно, чтобы все знали, что Лондон – моя женщина, по-настоящему. Я чертовски гордился ею. Но также все понимал.

– Значит, в конце лета? Осталось всего две недели, милая.

– Звучит прекрасно.

– Сколько еще ты собираешься оставаться в этом крошечном домике, когда у меня есть целый дом, который только и ждет тебя?

Она фыркнула от разочарования.

– В тот день, когда Мелли съедет, я соберу свои вещи. Я там схожу с ума.

– А как же Джессика?

– У нее есть планы. Я вроде как разрываюсь из-за них. Я хочу, чтобы она была со мной… но я также знаю, что она не будет счастлива у тебя дома. Она еще не готова вернуться к такой жизни. Но я очень горжусь ею за то, что она понимает, что должна двигаться дальше, принимая собственные решения.

– Правда? Что она собирается делать?

– Она переезжает к Мэггс Дуайер.

– Старухе Болта?

– Нет, бывшей Болта, – твердо сказала она. – Она довольно категорична в этом вопросе. Она руководит программой в общественном центре для детей с особыми потребностями. Джесс работает там волонтером уже несколько лет, и она решила поступить на программу специального образования в колледже. Мэггс дает ей работу на неполный рабочий день и комнату в аренду. Это идеальный вариант по многим причинам.

– Болту это не понравится, – размышлял я. – Он пытается вернуться к ней. Если Джесс будет рядом, это не облегчит ситуацию.

– Не Болту решать.

Справедливо.

– Итак две недели, и ты вся моя.

Она кивнула, зевая.

– При условии, что ты все еще хочешь меня.

– Да, чертовски, хочу тебя.

Она издала довольный звук, и мы снова замолчали. Над головой пронесся еще один метеор. Дыхание Лондон замедлилось, и она задремала.

Привет, детка, – прошептала Хизер. – Помнишь, как мы приезжали сюда вместе? Две маленькие девочки, прижавшись друг к другу, всю ночь смотрели на падающие звезды? Ты сказал им, что это люди, летящие в небеса на ракетах.

Да, я помню.

Я все помню, хотя это причиняло такую боль, что иногда мне хотелось стереть эти воспоминания. Но сегодня вечером? Сегодня они были прекрасны.

Она хороша для тебя – вот чего я хотела. Когда-нибудь, когда у Эм и Кит будут дети, ты привезешь их сюда ради меня, хорошо? Скажи им, что бабушка Хизер присматривает за ними… А потом скажи, что бабушка Лондон подарит им еще больше любви, потому что они такие особенные дети, что заслуживают ее вдвойне.

Я сглотнул.

Лондон зашевелилась рядом со мной, и я вдохнул ее аромат. Чистый и свежий, ее волосы еще немного влажные после реки.

Я буду скучать по тебе, – сказал я Хизер. – Но пришло время отпустить тебя.

Она не ответила. В темноте промелькнула еще одна звезда, и Лондон подняла голову.

– Ты в порядке, Риз?

– Я люблю тебя.

Молчание.

– Ты никогда не говорил мне этого раньше.

– Не был готов. Теперь готов.

– Я тоже тебя люблю.

Она снова прильнула к моему телу, и я почувствовал себя так хорошо, что почти забыл о существовании этого ощущения. Темнота окружала нас, нарушаемая только метеоритным дождем.

Я ждал, что Хизер что-нибудь скажет.

Ничего.

Теперь были только Лондон и я.

И мне было хорошо.

Тринадцать месяцев спустя

Южная калифорния

Пак

– Не могу решить – сначала напиться, а потом потрахаться, или наоборот?

– Заткнись на хрен, – пробормотал Пак, уставившись в потолок. Он лежал на верхней койке, пытаясь не обращать внимания на надоедливого болтуна, с которым он и Пэйнтер делили камеру. По крайней мере, у них была камера. Учитывая, насколько переполненной была тюрьма, у половины парней вообще не было собственного места.

– Да, я начну с секса, – продолжал Фэстер, не обращая внимания на угрозу в голосе Пака. Парень был полным идиотом, но, по крайней мере, он был безвреден. За прошедший год им с Пэйнтером пришлось отбиваться от парней из картеля по меньшей мере раз в месяц. Надоедливый сокамерник – это лучше, чем быть зарезанным во сне. – Однажды я видел одну цыпочку, которая…

– Если ты сейчас же не заткнешься, я отрежу тебе член, – пробормотал Пак.

Фэстер рассмеялся, потому что они разговаривали об этом по крайней мере раз в день в течение последних шести месяцев. Но сегодня они были в строгой изоляции, а это означало, что Пак не мог сбежать от этого маленького засранца.

Пэйнтер весело фыркнул на другом конце камеры, потому что он прекрасно знал, как сильно этот человек действует Паку на нервы.

– Как насчет твоей девушки? – спросил Фэстер у Пэйнтера, резко сменив направление. – Она может рассказать что-нибудь интересное? Я все думаю о ней в голубом сарафане, который был на ней на той фотографии. Знаешь, на той, где у нее сиськи как бы проглядывают? Клянусь, это были ее соски. Они хороши на вкус? Держу пари, что да. – Пак закрыл глаза и покачал головой. У Фэстера совсем не было гребаного чувства самосохранения.

Пэйнтеру не нравились вопросы о его девочке. Это была не новая территория.