Текст книги "Ничего, кроме обольщения (ЛП)"

Автор книги: Джоанна Линдсей

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 23 страниц)

Глава 36

Кэти, смеясь, выбежала из воды. Она и Бойд играли в ней, как дети, хотя в поцелуях, которыми они обменивались в омывавших их волнах, не было ничего детского. Но она первый раз плескалась в океане, или любом другом большом водоеме такого рода, кроме прошлой ночи, когда Бойд высадил ее на острове, о чём она все еще ничего не помнила.

Бойд был поражен, когда она сказала ему:

– Это хорошо, что я еще не совсем проснулась, когда покидала корабль, иначе я могла бы удариться в панику, потому что не умею плавать.

– Что значит – ты не умеешь?

– Мне никогда не выпадал случай научиться, потому что мы жили в глубине страны.

Конечно, из-за того, что он сам вырос в гавани, Бойд мог посчитать ее неумение плавать довольно странным. Она уже знала, что его семья и их судовая компания находятся в Бриджпорте, что на побережье, но услышала много больше во время их совместного ланча выброшенной на берег рыбой.

Она даже сказала ему:

– Я однажды почти побывала в твоем городе с моим отцом. Партия товара, который он заказывал со склада в Бриджпорте, задержалась, и он хотел узнать, почему. Он согласился взять с собой меня, и на следующий день мы уже должны были отбывать, но тут прикатили фургон с его заказом, и мы никуда не поехали. Я была очень разочарована.

Было так удивительно, что они росли так близко друг от друга и в то же время их миры были совершенно разными. Ее отец только однажды покупал товары в Бриджпорте. Обычно он приобретал нужный ему ассортимент в Дэнберри, который был поближе.

Но что, если бы они встретились намного раньше? Стали бы они друзьями? Заметили ли бы они вообще друг друга? Скорее всего, нет. Он был, по крайней мере, лет на десять старше ее. И точно так, как сейчас их возраст не имел никакого значения, он был важен тогда, когда она еще была ребенком, а он уже был мужчиной.

Но она действительно удивила его своим заявлением о том, что не умеет плавать, и он спросил ее:

– Ты не боишься находиться в воде?

Они стояли в воде уже по талию, и она совершенно не думала ни о какой опасности, когда бежала с ним, взявшись за руки.

– С тобой рядом, конечно же, нет. Мы уже знаем, что ты прекрасно плаваешь за нас двоих.

Она была дразнящей. Ей просто не приходило в голову, что нужно опасаться океана. Но он беспечно взглянул на берег, ссылаясь на свой героизм. Это показалось ей нечестным, но всего лишь на мгновение. И тогда он попытался научить ее плавать. Каким же это было поражением! Она была слишком возбуждена, развлекаясь, чтобы уделять должное внимание уроку плавания, и он вскоре бросил попытку.

Кэти улеглась на песке, чтобы дать солнцу просушить ее. Бойд опустился на колени рядом с ней и начал отряхиваться от воды, как собака, заставив Кэти завизжать, когда на нее попали капли воды, летевшие с его волос.

– Ты сделал это специально!

– Ты заметила? – усмехнулся он, совершенно не раскаявшись.

Она усмехнулась тоже. Он был такой разный. Мягкий, игривый, дразнящий, полный улыбок, то мальчишеских, то сексуальных. Ей нравился такой Бойд. Возможно, даже слишком сильно.

– Где твоя длинная ночная рубашка? – спросил он, глядя мимо нее на их небольшой лагерь. – Раз уж мне нравится, как ты беззастенчиво щеголяешь передо мной своим роскошным телом, я не хочу видеть, как оно загорает.

Она хихикнула.

– Щеголяю? Так значит, я это делала? У меня совершенно точно не было ничего подходящего для плаванья из одежды, так что же теперь?

– Я знаю, что это довольно приятный сюрприз, обнаружить, что ты совершенно ничего не надеваешь под свою ночную рубашку.

– Чтобы спать? Пожалуйста, – сказала она сухо, – я спала бы голой, если бы у меня не было служанки, которая постоянно будит меня по утрам.

– Брак хорош тем, что служанки перестают это делать.

Кэти напряглась. Он не собирался разрушать это идиллическое свидание, затрагивая серьезные темы, не так ли?

– Тайрус может кого угодно законно обвенчать в море.

Он мог.

– Это большая честь для него. Но пока Грейс не желает прекращать свой флирт с нашим новым кучером, а я почти уверена в том, что она этого не желает, дополнительные услуги Тайруса нам не понадобятся.

Он просто уставился на нее. Она испытала неловкость под его взглядом. Ну почему он не может просто наслаждаться этим временем вместе с ней и дать всему остальному идти своим чередом?

Она попыталась вернуть его к возникшему ранее игривому настроению.

– О, ты имел в виду меня? – легко сказала она, но он не собирался шутить по этому поводу.

– Кэти…

– Не начинай. Пожалуйста. Это была шутка. Мы могли бы сделать это снова когда-нибудь, даже без разрушения корабля перед этим. Но ничего не изменилось. Я уже говорила тебе, что еще не готова к браку.

– Ты не можешь придерживаться того плана, что установила для своей жизни. Не после сегодняшнего дня, он принес столько изменений.

– Не было ничего подобного. И если ты горишь о моей девственности, – она фыркнула, – я что, действительно похожа на тех дамочек, что падают в обморок от ее потери?

– Ты похожа на самую заносчивую женщину в мире, вот на кого ты похожа!

– Ну, спасибо! Я стараюсь!

Она вскочила на ноги и отправилась на поиски своей одежды. Спорить с ним, когда на ней совсем ничего нет, совершенно невыносимо. Они вообще не должны спорить. Ну почему он такой упрямый?

Она ожидала, что он последует за ней, чтобы проводить к лагерю. Он не сделал этого, и когда она обернулась, чтобы убедиться, что он сидит там, где она оставила его, у нее даже возникло чувство, что она знает почему. И даже это осознание приводило ее в бешенство сейчас, потому что она подозревала, что придется обязательно что-то делать с его упертостью.

Кэти была слишком взвинчена, чтобы застегнуть даже половину пуговиц прежде, чем вернуться к нему, чтобы обвинить:

– Скрываешь доказательство того, что даже будучи взбешенным из-за меня, ты все еще меня хочешь?! Ха! Ты хуже волокиты. Признай это, ты постоянно ищешь себе девицу.

Он встал, чтобы показать ей, насколько точным было ее предположение. Она покраснела до корней волос. Но это не было единственным эффектом, которое на нее произвело доказательство его желания.

– Ты действительно думаешь, что это имеет отношение к кому-то еще, кроме тебя?

Эти слова окончательно решили все. Она бросилась к нему, обвивая руками его шею, обхватывая ногами бедра. Она попала точно в цель и стонала от удовольствия. Она была там, где хотела быть.

– Сейчас я смею заставить тебя спорить со мной и дальше, – сказала она прежде, чем поцеловать его.

Ей всего лишь требовалось удержаться после этого. Он сделал все остальное. Но она никогда не делала ничего столь агрессивного в своей жизни. Это было ее ошибкой, воспламенившей ее еще сильнее. Это было то, что он представлял себе, и эти ощущения были столь сильными, что невозможно было ими управлять. Кажется, он сходит с ума от желания гораздо сильнее, чем она.

Глава 37

Было уже далеко за полдень, солнце начало клониться к горизонту. Ни у одного из них больше не было желания спорить еще. Любовные ласки отобрали все силы и эмоции, оставив после себя ощущение пьянящей слабости.

Ей не хотелось оставлять их спор открытым, но она не знала, как можно заставить его понять, что если она и решится выйти за него замуж, сделать последний шаг, то не сейчас. Сейчас было не время.

Они сидели рядом на берегу, соприкасаясь плечами, просто наблюдая, как катятся волны. Он держал ее ладонь в своих руках, что отчасти удовлетворяло ее желание прикоснуться к нему. На горизонте все еще не было никакого судна. Если их не найдут до захода солнца, то будет здесь так же холодно ночью, как и на палубе корабля? Они могли согревать друг друга своим теплом, но это могло доставить кое-какие неудобства без какого-нибудь укрытия.

– Как ты думаешь, нам повезет еще с рыбой на обед?

– Я думаю, что мы будем спасены к тому времени, или ты уже проголодалась? Сегодня ты была весьма активна.

Она усмехнулась тому определению, которым он описал ее страстность.

– Я просто думала о всяких «а что если…». Нам стоило бы потратить немного времени на сооружение хоть какого-то укрытия, прежде чем стемнеет. И, возможно, поискать немного фруктов, на случай если морской прилив принесет только воду сегодня вечером. Уверена, здесь должно быть кое-что, во всей этой растительности.

– Вижу, у тебя не много-то веры в Тайруса.

– Ты думал, что он найдет нас к полудню, но уже намного позже.

Он облизнул палец и поднял его вверх, чтобы определить направление ветра. Был не больше, чем легкий ветерок.

– Ветер мог быть против него, – предположил он. – Ему, видимо, пришлось сделать крюк, чтобы и дальше придерживаться этого курса. Мне нужно будет соорудить большой костер, если мы будем здесь, когда стемнеет.

– И укрытие?

Он закатил глаза.

– Хорошо, давай собирать ветви пальм, но только около берега. Мы должны оставаться на берегу, здесь нас заметит любое судно, которое будет проходить мимо.

Он помог ей подняться на ноги, но вместо того, чтобы отпустить ее и приняться за работу, он сжал ее в объятиях.

– Ты можешь быть самой заносчивой, упрямой женщиной, которую мне доводилось встречать, но ты также единственная, с кем бы я хотел прожить остальную часть моей жизни. Это все, что я хотел сказать тебе по этому поводу.

Он ушел, оставив ее смотреть себе в спину буквально с отвисшей челюстью. Он уже буквально забрался ей под кожу, и она не сомневалась, что это и был его план.

Она отправилась в противоположную от него сторону и принялась за работу. Песок за целый день нагрелся под палящим солнцем и был немного горяч для ее босых ног, но зато под пальмами росла трава, поэтому она передвигалась довольно быстро.

Он помахал ей рукой, чтобы она присоединилась к нему, поэтому ей пришлось преодолеть весь этот путь снова.

– Мы справимся со всем быстрее, если разделимся, – сказала она, наконец поравнявшись с ним.

– Тогда мы не справимся быстрее. Мне необходима твоя компания.

Было довольно трудно противиться в ее опьяненном настроении.

– Хорошо, только чур мне достаются все самые легкодоступные ветки.

– Я думаю, что мы найдем все необходимое у основания стволов.

Десять минут спустя они возвращались к тлеющему костру, оставленному без внимания, с полной охапкой веток в руках. Он немедленно принялся разжигать костер снова. А она села, чтобы наблюдать за ним.

– Я должна задать тебе один вопрос, не увязнув при этом в бессмысленном споре. Ты смог бы ждать меня?

Она думала, что ей придется внести объяснения, но, похоже, его мысли витали недалеко от этого же вопроса.

– Это подразумевает, что ты все же хочешь выйти за меня – в конечном итоге, – очень осмотрительно заметил он.

– Я никогда не говорила, что не хочу…

– Я знаю, просто не сейчас. Но ты не хочешь взглянуть на все более широко. Брак вовсе не поставит точку в твоем путешествии, взамен он подарит тебе кого-то, с кем можно все это разделить, по крайней мере, в моем случае. Ты действительно думала, что я потребую, чтобы ты поставила крест на всех своих планах? Мне принадлежит судно, Кэти, и, если ты хочешь, я отвезу тебя куда угодно.

Он шел на все уступки. От этого ее глаза едва не наполнились слезами, так внезапно эмоции нахлынули на нее. Но он упустил одну деталь, которую никак нельзя было игнорировать.

– Брак подразумевает детей, а детям нужно постоянство. Они не могут все время скитаться по миру на корабле. Я не готова махнуть рукой на свои путешествия, когда я их только начала, не готова заводить семью раньше, чем планировала.

– Моей невестке Эми прекрасно удается воспитывать детей на борту судна моего брата. Они плавают вместе с детским врачом и их домашним учителем.

– Это чудесно для нее, что она не возражает, но я путешествую на корабле лишь потому, что мне необходимо добраться туда, куда нужно. И меня совершенно не прельщает море как неотъемлемая часть жизни, как у тебя, например. Слишком много ветра, воздух слишком соленый, и довольно часто я думала, что действительно буду страдать от морской болезни, как мой кучер мистер Тобби, хорошо еще, что она быстро проходит.

У него был заготовлен ответ и на это.

– Я буду готов бросить море, когда и ты бросишь. Я практически уже принял решение обосноваться в Англии в этом году. По крайней мере, таково было мое желание, пока ты не вошла в мою жизнь. И у тебя там тоже есть семья.

– Нет, ее нет.

– Но я думал…

– Я тоже. Но они не хотят иметь ничего общего со мной, и так же, как они не признавали мою мать, так и я теперь не признаю их.

– Мне жаль.

Она пожала плечами.

– Я в порядке.

Она не была в порядке, но она не хотела говорить об этом даже больше, чем не хотела говорить о браке. И все же они обсуждали это снова. И она снова проигрывала в этом словесном поединке. Он переделывал ее планы, и это пугало. Хотя у него были ответы на будущее – и она совсем не возражала против идеи осесть в Англии когда-нибудь – прямо сейчас он не получил нужного ему ответа. Потому что его не было. Если они поженятся сейчас, то она может забеременеть, если уже не успела. Почему нет, ведь она такая же сильная, как и Бойд. И это положит конец ее путешествию. Надолго.

Но, о Боже, выйти за него, чувствовать его прикосновения каждый день… вместо того, чтобы покончить со всем этим, ведь она это и должна сделать! Она позволила себе этот день непередаваемого счастья, но она не должна позволить этому повториться снова. Если только она не хочет выйти за него сейчас.

Бросить весь мир ради него? Когда он даже не любит ее? Ее чувства кричали ей поступить именно так, что было явным показателем того, что у нее та же проблема, что и у него. Она просто не в состоянии здраво рассуждать, стоя так близко к нему.

Она уже собиралась сказать ему, что ей нужно хорошенько все обдумать, когда увидела корабль на горизонте.

Глава 38

– Уйди с берега, Кэти, быстро. Не спорь, а просто сделай это!

Приказ не спорить совершенно не помешал ей это сделать.

– Но ты сказал, что мы должны высматривать Тайруса, чтобы он нашел нас!

– Это не «Океанус».

– Как ты можешь сказать наверняка с такого расстояния? – Из-за резкого перехода от восторга от скорого спасения до замешательства и прилива паники ее тон повысился.

– Это двухмачтовая бригантина, тип судна, наиболее любимая пиратами в этом крае.

Ему больше ничего не пришлось говорить. Она бросилась к кустам позади них. Он выбрал момент и всыпал несколько пригоршней песка в их небольшой костер, а потому совсем немного дыма вырвалось вверх. Он также бросил ветви, которые они собрали у самой низкой пальмы. Таким образом, все выглядело так, будто ветви сами просто склонились к земле. Тогда он захватил свои ботинки и камзол, чтобы не оставлять следов своего пребывания, и скрылся за тем же кустарником, что и она.

Она лежала лицом вниз, поглядывая из-за песчаных наносов на берегу. Судно, казалось, плавно плыло вдоль острова.

– Они не увидели нас, – она пыталась казаться уверенной, но ее шепот разрушил эффект.

– Трудно сказать пока.

– Но зачем им смотреть в этом направлении, если они все равно плывут таким маршрутом?

Она указала пальцем в том направлении, где проплывала бригантина уже в стороне от острова. Бойд мельком взглянул на нее, начал было что-то говорить, но потом передумал. И это колебание взволновало ее больше, чем те слова, которые он мог бы произнести.

– Что? – требовательно спросила она.

– Ничего. Ты была права.

– Нет, не была, – сказала она, и ее голос совсем уж панически задрожал. – Скажи мне, почему я не была права?

Он вздохнул.

– Берберские корсары не только ищут торговые суда с грузами. Они также промышляют поставками рабов турецким султанам. Даже на их огромных судах на веслах сидят рабы. То, что они обнаружили бы нескольких человек на пустынном берегу безо всякого жилища поблизости, стало бы для них только легким уловом, и потребовало бы всего краткой остановки, чтобы пустить небольшую группу в лодке.

– Рабы? Знаешь ли, я просто шутила по поводу гарема. Не могу представить себя там. Правда.

– Я знаю, – он взял ее за руку и поднял на ноги. – Пойдем, я должен найти подходящее место, чтобы спрятать тебя, пока я не разберусь со всем этим.

– Пока ты что? – завопила она.

Она оглянулась, чтобы увидеть то, о чем он говорил. Двухмачтовое судно поворачивало вокруг своей оси и направлялось к острову.

– Возможно, они всего лишь забыли кое-что там, откуда прибыли, и вот теперь просто возвращаются.

– Хватит изводить себя, Кэти! Я не позволю, чтобы с тобой что-то случилось, обещаю.

Это прозвучало как заверение, однако он не учел ее богатое воображение. Прекратить изводить себя? В следующее мгновение она уже тараторила.

– О чем тут заботиться? Они прибывают, они оглядываются вокруг, ничего не находят и уплывают прочь.

– Это был бы идеальный вариант, – согласился он. – Как бы долго они не пробыли на пляже. Но если они высаживаются на берег в поисках нас – то скажем так, я предпочитаю прямо встретить неприятность, прежде чем они найдут нас.

– Ты будешь драться с ними? Но как? – допытывалась она. – У нас ведь нет оружия.

Он поднял крепкую ветвь, которую тащил за собой. Она чем-то напоминала изогнутую дубину.

– Теперь есть.

О, конечно, он собирался напасть на кровожадных, и, без сомнения, хорошо вооруженных пиратов с палкой? Но тут она поняла, что не хотела бы видеть его перед пиратами вообще, даже если бы у него и было самое лучшее оружие. Ей была невыносима сама мысль о том, что он может быть ранен.

– Давай просто поспешим на противоположную сторону острова, – предложила она.

Он остановился, чтобы схватить ее за плечи.

– Один из нас должен остаться на этом берегу, и это, конечно же, будешь не ты. Если Тайрус появится на горизонте и увидит пришвартованный корабль пиратов, то он скорее всего решит искать нас в другом месте. Так что, если они захотят потратить много времени на наши поиски, то я избавлюсь от первой группы, которую они пошлют, а потом и от второй… если они пришлют ее. Надо надеяться, что они остановятся на этом, а потом последуют своей дорогой дальше.

– А пираты станут преследовать «Океанус», если он прибудет раньше, чем они уберутся отсюда?

– Только если они очень, очень глупы. Корабли Скайларк очень хорошо вооружены для таких вот непредвиденных обстоятельств. Разве мы уже не затрагивали эту тему?

Она расплывчато припоминала кое-какие его рассказы. Он продолжал тащить ее, пока они не вышли на удобную тропу. Она сдерживала все возгласы, готовые сорваться с ее губ, потому что она ступала босыми ногами на сосновые шишки. Высокие сосны, другие деревья, кустарники, выросшие в высоту много больше, чем она сама, тропические виноградные лозы – все это теперь обеспечивало солидный слой зелени, по которой они с легкостью шли. И неудивительно, что никто не хотел бросать якорь у этого берега, потому что в пределах видимости не было обитаемой земли.

– Спрячься в тех кустарниках, присядь на корточки и не высовывайся до тех пор, пока я не вернусь за тобой. И если ты все же в состоянии вести себя тихо, то сейчас самое время проявить эти способности, – добавил он, подмигивая.

И он немедленно покинул ее. Потребовалось всего пять минут, чтобы ей все это совершенно надоело. Допущение, что она какая-то балаболка, было довольно грубым, и она мысленно ворчала по этому поводу в течение десяти минут, каждая из которых отвлекала ее внимание от пиратов. Он это преднамеренно сделал? Нет, она сомневалась в этом.

Но когда какая-то птица пронзительно закричала где-то рядом, до нее начали доходить и другие звуки живой природы. То, что она поняла, так это, что Бойд фактически оставил ее в тупике. Не имея длинного ножа или чего-то другого в этом роде, она ни за что не смогла бы прорубать себе дорогу в кустарниках, если бы пришлось, за исключением той стороны за ее спиной, где пираты уже наверняка спускались на берег. Сколько времени прошло? Она была уверена, что Бойд собирался совершить что-то глупое, позволить поймать себя или убить. И тогда они отправятся на поиски ее.

С этой тревожной мыслью Кэти поднялась на ноги и направилась к берегу, но не сразу прошла к тому месту, где располагался их лагерь. Как только она обнаружила небольшой лаз слева от себя, она тут же продолжила свой путь в этом направлении. К счастью, на ее пути больше не возникали тупики. Листва не была такой густой ближе к берегу. Кэти также подняла все камни, которые смогла найти по пути, складывая их в импровизированный карман из низа юбки. Она не собиралась быть совершенно беззащитной.

Когда она ушла далеко вниз от берега, она решила вернуться назад к берегу. Таким образом, она по крайней мере могла бы наблюдать за судном пиратов и за всем, что там происходит. А, может, оно уже уплыло? Она должна надеяться.

Однако судно все еще было там, стояло на якоре довольно близко. Еще чуть-чуть, и оно село бы на мель. И одна маленькая лодка лишь только сейчас стала стремительно двигаться по направлению к берегу. Сколько времени им понадобится, чтобы добраться сюда?

Берег не был одной прямой линией. Он был довольно изогнут, хотя и недостаточно, чтобы образовать залив или бухту, и их лагерь располагался прямо в центре этой арки. Она была достаточно далеко, и это позволяло ей высоко поднять голову, чтобы рассмотреть, где их засыпанный костер. Там же была вытащенная на берег лодка. И она была пуста. Что же, получается, что та лодка, которая подплывает, вовсе не первая? Тогда, где же все из этой лодки? Никого не было на берегу в этот момент. Берег был абсолютно пуст, за исключением этой пустой лодки. И где же Бойд?

То, что ей сейчас следовало бы сделать, это направиться в противоположную сторону, но ее переполнял страх, страх за Бойда. Она непременно должна знать, что с ним все в порядке. И пока она не увидит все собственными глазами, она ни за что не пойдет куда-то, кроме как на его поиски.

Приседая и зажимая в кулаке край своего самодельного мешка с камнями, она перебегала от дерева к дереву, держась в тени листвы, мелкими перебежками быстро приближаясь к лагерю. Когда она прижалась к земле на полпути, она наткнулась еще на одну лодку!

Ее тянули от самого песка до кустарника, за которым она спряталась. Большая, сломанная, покрытая листвой ветвь прикрывала лодку сверху так, будто ее пытались спрятать. Зачем? И сколько еще лодок пираты собирались прислать? Здесь уже было три. Неужели у них действительно была такая огромная команда? Или, возможно, в каждой лодке прибыло всего по нескольку человек? В этом есть здравый смысл. Бойд мог бы легко справиться с двумя мужчинами за один заход.

Какая-то частица ее страха покинула ее, хотя и недостаточная для того, чтобы заставить ее повернуть назад. Но слово попалось ей на глаза прежде, чем она успела перебежать к другому кустарнику. Аккуратно нарисованная белая надпись на одном из двух деревянных бортов лодки, всего лишь одно слово. Склонившись совсем близко к лодке, она никак не могла ошибиться. «Океанус».

Она смотрела. И смотрела. Она собиралась убить его. Смысл был такой ошеломляющий! Нет, она не собиралась касаться этой мысли! Не сейчас. Она чувствовала, как ее затапливает жаркая волна эмоций. Яростный гнев. Она отогнала его прочь и глубоко вздохнула. Она собиралась убить его. Позже. Если пираты еще не успели этого сделать.