Текст книги "Разбитые мечты (ЛП)"

Автор книги: Джеймс Тейт

Соавторы: Ева Джеймин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 19 страниц)

четырнадцать

БИЛЛИ

Группе предстояло многое уладить с Брендой и их командой юристов, не последним из которых была временная должность Анджело в качестве басиста «Беллероуз». Я все еще не могла понять, как легко он согласился на эту роль, но, наверное, он просто хотел насолить Джованни. Его отец разрушил мечты Анджело о том, чтобы стать рок-звездой, когда ему было восемнадцать; возможно, сейчас у него был шанс все исправить. Даже всего на два месяца.

Я оставила их наедине с их деловыми обсуждениями и торопливыми репетициями треков, решив вместо этого подняться наверх и посмотреть фильм с Ви. Она оставалась тихой и задумчивой весь фильм, затем, как только принцесса поцеловала своего принца в финальной сцене, она повернулась ко мне и объявила, что поедет с нами в турне.

Каким-то образом это решение сняло напряжение в моей груди, и я удивила себя, обняв ее. Сестры в беде и все такое, было бы неправильно оставлять ее здесь.

После фильма я забралась в кровать Ретта и заснула под тихие звуки музыки «Беллероуз». Джейс не терял времени и уже вовсю гонял Анджело, проверяя, справится ли он с ролью, и я его не винила. Анджело былчертовски талантлив. Наследие Фло оказалось в надежных руках.

Позже ночью мой беспокойный сон рассеялся, когда Ретт скользнул ко мне в постель, его холодные руки забрались мне под футболку и заставили меня дрожать.

– Ты холодный, – пробормотала я, крепче прижимаясь к нему, вместо того чтобы отстраниться. – Положи руки на мои груди, они всегда теплые. – Правдивая история.

Он усмехнулся, но сделал, как я сказала. Только он воспользовался возможностью поиграть с моими сосками своими ледяными пальцами, и это по-настоящему разбудило меня.

– Тебе не хочется спать? – Спросила я, зевая, нетерпеливо выгибаясь навстречу его прикосновениям.

Его губы нашли мою шею. – Хотел. Теперь нет. Ты спишь в моей футболке, Торн?

– Конечно, – ответила я, улыбаясь в полутьме, где света было ровно столько, чтобы разглядеть его лицо. – Они мои любимые.

– Ммм... – Он поцеловал меня в подбородок, его руки задрали футболку. – На моем полу она смотрится лучше. – Он снял ее через мою голову и швырнул через комнату. – Так-то лучше. – Снова положив руки мне на грудь, он поцеловал меня в шею.

Полоска света прорезала спальню, когда кто-то открыл дверь, но она быстро исчезла снова, когда дверь закрылась. – О, упс, – сказал Грей с сильным сарказмом в голосе, – это не моя спальня. Как неловко. – Затем он все равно забрался к нам в постель.

– Грей... – Ретт разочарованно застонал. – Мы говорили об этом. Тебе нужно...

– Делиться. Я знаю. Сообщение получено, громко и четко. – Он убрал одну из рук Ретта с моей груди и заменил ее своим ртом. – Видишь? Делюсь. – Он подмигнул мне, затем обвел кончиком языка мой напряженный сосок.

Я ахнула, облизывая губы в предвкушении. Эта ночь только что приняла интересный оборот, это точно.

Ретт издал раздраженный звук. – Это не... – Он со вздохом замолчал. – Послушай, я не… не увлекаюсь этим. Билли? Тебе решать, детка.

Приоткрыв губы, я смотрела между ними широко раскрытыми глазами. – Серьезно?

Ретт в замешательстве прищурился. – Конечно. Всегда решать тебе. Ты готова проверить способность большого, эгоистичного ребенка вести себя хорошо?

Весело ухмыльнувшись, я переключила свое внимание на Грея, который краем глаза поглядывал на Ретта. – Я не эгоист, просто наверстываю упущенное.

– Он прав, – согласилась я, – так что, думаю, мы дадим ему шанс.

– Ну и дела, спасибо, – протянул Грейсон, но я притянула его лицо к своему, схватив за волосы, целуя его так сильно, что у меня перехватило дыхание. Он издал сексуальное урчание напротив моих губ, и я протянула руку, чтобы запутаться пальцами в бирюзовых волосах Ретта. Когда Грей оторвался от моего рта, чтобы снова пососать сосок, я нетерпеливо прижалась губами к губам Ретта.

Да. Мне нравилось когда мной делятся, и всегда нравилось. Джейс и Анджело были живым доказательством этого.

– Я полагаю, только в этот раз, – поддразнил Ретт, целуя меня в шею, пока пальцы Грея играли с резинкой моих трусиков. – Но не сходи с ума, Грей, если наши мечи скрестятся. Такие вещи случаются тремя способами, и это не значит, что ты мне нравишься. Понятно?

Грейсон тихо рассмеялся у меня под ребрами, его дыхание щекотало кожу, но его ответное: – Отвали, – было грубым и серьезным, как будто он был искренне зол на Ретта.

– Тсс, – поддразнила я, толкая Ретта на кровать. – Меньше болтовни, больше лизания киски, Сильвер.

Ретт издал потрясенный звук, уставившись на меня в тусклом свете. – Что ты сказала, Торн?

– О да, у Билли грязный рот в постели, – промурлыкал Грей, его длинные пальцы поглаживали мое разгоряченное лоно через ткань нижнего белья. – Ты не знал? Ты многое упустил.

Я сморщила нос, снова борясь со смущением. – Ретт...

– Да, нет, я не против. Мне это нравится. Билли говорящая грязные словечки... милая. – Затем он сделал, как я приказала, и скользнул дальше по кровати, чтобы расположиться у меня между ног. Ухмыльнувшись нам, он стянул с меня трусики, одновременно поднимая мои ноги над головой, затем устроил меня широко раздвинутой.

Я захныкала, когда он дразнил меня, очень медленно проводя кончиком языка по моему центру, но Грейсон быстро заглушил мои звуки своими глубокими поцелуями. Ретт лизнул меня более медленно, и я дернулась ему в лицо.

– Терпение, Торн, – усмехнулся он, удерживая мои бедра на месте своими грубыми руками. Гребаные гитаристы и их сила пальцев. Его губы сомкнулись вокруг моего клитора, его язык двигался по нему в ровном ритме, как будто он слушал музыку в своей голове, пока он доводил меня до грани безумия и обратно, и Грей поцеловал меня, совершенно бездыханную и слабую.

Задыхаясь, я прикусила губу Грея зубами. – Грей, – простонала я. – Я хочу попробовать тебя на вкус.

– Да? – задумчиво произнес он, проводя большим пальцем по моей и без того припухшей нижней губе.

Я нетерпеливо кивнула, когда Ретт скользнул своими длинными пальцами музыканта в мою киску и заставил меня извиваться. – Да. Пожалуйста. Можно мне отсосать у тебя, Грей?

– Господи, блядь, – пробормотал Ретт, уткнувшись в мою киску, и Грей обменялся со мной озорной усмешкой.

– Можешь, – согласился Грей. – Но не так. Я бы беспокоился, что ты задохнешься.

Ретт усмехнулся. – Не льсти себе.

Тем не менее, Грейсон приподнялся, чтобы опереться спиной о спинку кровати, и стянул спортивные штаны, обнажив свою массивную эрекцию, кончик которой уже блестел от предварительной спермы.

– О черт, – Ретт закашлялся. – Чем ты там поливаешь эторастение. Ну молодец, чувак.

Я не смогла сдержать смех, высвободилась и перекатилась на живот между ног Грейсона. Взволнованная, я обхватила рукой его основание и удивилась, что кончики моих пальцев не могут соприкоснуться.

– Прекрати пялиться на мой член и заставь Билли кончить, Сильвер, – приказал Грей, наклоняясь, чтобы шлепнуть меня по заднице намного сильнее, чем это было необходимо. Я взвизгнула, но поднялась на колени, задрав задницу, как, я догадывалась, он от меня хотел.

Ретт проследил за перемещением, дразня пальцами мою киску сзади. – Да, сэр, – пробормотал он. – Властный.

Грей застонал, когда я сомкнула губы вокруг толстой головки его члена, и Ретт воспринял это как знак возвращаться к работе. Он, не колеблясь, трахал языком мою киску сзади, и мне было трудно заглушать собственные стоны, когда мой рот был полон члена Грея. Как будто, действительно полный. Я не могла втиснуть даже половину его члена, и это серьезно раздвигало границы моего горла.

– Сильвер, я просил тебя кое-что сделать, – громыхнул Грей несколько минут спустя, – а ты этого не сделал. Тебе нужна помощь?

– Пошел ты, Тейлор, – пробормотал Ретт, выныривая, чтобы глотнуть воздуха. – Я не торопился.

– Не надо, – прорычал он. – Она справится.

Обоже, у меня внутри все затрепетало от этого. Ретт, очевидно, согласился со своим товарищем по группе, потому что он усилил свою атаку. Зарывшись лицом у меня между ног, он посасывал и щелкал мой клитор, в то время как пальцами трахал мою киску достаточно сильно, чтобы я чуть не потеряла равновесие. Однако другой рукой он крепко сжимал мое бедро, так что, когда я неизбежно достигла кульминации несколькими мгновениями позже, он смог удержать меня на месте – по-настоящему удержал меня там и продлил оргазм так, как я даже не подозревала, что это возможно.

Я застонала и задрожала, но Грей уже схватил меня за волосы и с силой прижал мое лицо к своим бедрам, чуть не задушив меня членом. Не то чтобы я жаловалась, но я также была почти уверена, что он прочувствовал больше зубов чем бы хотел.

– Черт возьми, это было горячо, – усмехнулся Ретт, наконец отпуская меня. Грей сделал то же самое, позволив мне глотнуть воздуха, в то время как все мое тело дрожало, как едва застывшее желе.

Грей убрал волосы с моего лица, затем с ухмылкой вытер мой мокрый рот. – Как у нас дела, Колючка? Нравиться когда тебя делят?

Я облизала губы, пробуя его на вкус, а затем улыбнулась. – Пока все хорошо.

– Хорошо, тогда нам лучше продолжить. Иди сюда. – Он притянул меня ближе, усадив на свои бедра, когда расположил свой кончик у моего входа. – Вот так, малышка, легко и спокойно. Ты можешь принять его всего прямо сейчас. – Он решительно опустил меня на свой внушительный ствол, не останавливаясь, пока мои бедра не встретились с его, и я застонала от того, какойполной это сделало меня.

Когда Грей начал двигаться подо мной, Ретт оказался совсем рядом, наклонил мое лицо к своему и крепко поцеловал. Наши языки танцевали вместе, его пирсинг в губе придавал нашим поцелуям особую пикантность, в то время как Грей неторопливо входил в меня снизу, как будто у него было все время в мире. Как будто я не собиралась кончать снова только из-за того, насколько он меня растягивал. Угол, под которым он двигался, также творил невыразимые вещи с моими внутренностями. Как будто его толстая головка просто терлась взад-вперед о мою точку G.

– Грей! – Я протестующе пискнула, когда мой оргазм продолжал нарастать, но он просто крепко держал меня, его руки легли на мои бедра, удерживая в плену.

– Кончай для меня, Колючка. Тогда я позволю Ретту порезвиться.

Черт возьми, как я могла отказаться от подобного приказа? Что-то в этой формулировке – позволить Реттупорезвиться – должно было меня напугать. Или, по крайней мере, что бы сработал мой феминистский инстинкт, верно? Нет, я просто обнаружила, что погружаюсь в пьянящий, вызывающий покалывание на коже оргазм, который заставил меня кричать от голодных поцелуев Ретта.

– Хорошая девочка, – похвалил Грейсон, когда я извивалась у него на бедрах. – Ты такая красивая, когда разбиваешься вдребезги, Билли, как чертов сон.

– Моя очередь, – прорычал Ретт, схватив меня сзади за бедра. Он поднял меня прямо с бедер Грейсона – и с его члена, – затем бросил к спинке кровати. Схватив руками мои бедра, он широко расставил мои ноги, затем глубоко погрузил свой проколотый член в мое все еще пульсирующее влагалище.

Я вскрикнула от удовольствия, и Грей, ухмыляясь, посмотрел на меня сверху. Я так возбудилась, что даже не понимала, где верх, а где низ, но кого это, черт возьми, волновало? Яфантастически проводила время, помогая мальчикам научиться делиться.

– Черт, Торн, – простонал Ретт, входя в меня, – ты такая невероятная. Это тело просто потрясающее. Как думаешь, ты сможешь принять больше?

– Больше? – Я ахнула, уставившись на него широко раскрытыми от возбуждения глазами.

Губы Ретта изогнулись в злобной усмешке. – Не разыгрывай невинность, Билли Беллероуз; ты знаешь, о чем я говорю. – Чтобы подчеркнуть свою точку зрения, он вышел, перевернул меня на живот, затем снова погрузился в мою киску. Однако на этот раз его указательный палец одновременно обвел мою задницу.

Я пискнула от удивления, хотя абсолютно точно знала, что именно это он имел в виду.

– Хорошо? – Спросил Ретт, проверяя, прежде чем продолжить.

– Да! – Я ахнула, откидываясь на него.

Он издал тихий стон, затем протолкнул палец глубже, в то время как его бедра двигались в ритме. – Черт, – выдохнул он, и я издала все виды звуков, за которые мне наверняка пришлось бы краснеть позже. – Тебе это нравится?

Моим ответом была лишь приглушенная мешанина звуков, когда я вцепилась зубами в одеяло и закатила глаза. Черт возьми, он собирался заставить меня кончитьснова.

– Она близко, – прокомментировал Грей, и я подняла глаза, чтобы увидеть его всего в нескольких дюймах от себя с членом в руке. Он встретился со мной взглядом и медленно, дразняще погладил свой гладкий ствол. – Заставь ее кончить, Сильвер, а потом передай обратно.

Я даже не могла с этим поспорить. Палец Ретта двигался в такт его члену, и мгновение спустя я взорвалась. На этот раз я увидела звезды, и мои ноги подкосились. Не то чтобы кто-то возражал. С тихими похвалами и сладкими поцелуями парни перевернули меня на спину, и Грей снова занял позицию у меня между ног.

– Вы, ребята, убьете меня, – простонала я, когда он протолкнул свою плоть обратно между моих набухших складочек. – Смерть от оргазма.

– Есть способы и похуже, – усмехнулся Ретт, устраиваясь рядом с моей головой, в то время как Грей обвил мои ноги вокруг своей талии.

Я ухмыльнулась безумной улыбкой. – Верно. – Затем я наклонилась и взяла Ретта в рот, в то время как Грей принялся доказывать свою точку зрения, заставляя меня кончитьснова. Было ли это вообще возможно? Конечно, нет.

Каким-то образом они вдвоем доказали, что это не только возможно, но и что я способна набольшее, прежде чем каждый из них достиг предела своего самоконтроля. Мой грязный рот снова был в силе, и я умоляла их кончить мне на сиськи одновременно – в чем они оба были чертовски счастливы мне угодить.

В конце концов, мы все рухнули липкой, потной, бескостной кучей на кровать. Наше тяжелое дыхание эхом разносилось по комнате, и я не могла припомнить, чтобы когда-нибудь в жизни была так чертовскиудовлетворена. "Делиться" было определенно моим самым большим увлечением.

– Черт возьми, – прошептала я, восстановив дыхание.

– Что? – Ретт пробормотал, приоткрыв одно веко, чтобы скрыть замешательство.

Я ответила ему озорной улыбкой. – Ты никогда не трахал меня в задницу.

Грей издал звук, похожий на то, что он только что подавился, и плечо Ретта затряслось от смеха.

– В следующий раз, детка, – пообещал Ретт, наклоняясь, чтобы запечатлеть сладкий поцелуй на моих губах. – Со смазкой. Я обещаю. Я, не Грей. Он причинил бы такой ущерб, который разрушил бы все на долгие дни.

Грей только хмыкнул в знак согласия. – Верно. Ты можешь разогреть ее для меня на своем члене-карандаше, Сильвер.

Я усмехнулась, потому что это было далеко не точно, и Ретт перегнулся через меня, чтобы шлепнуть Грея по голой заднице. Черт... мне это нравилось? Да.

Кровать затряслась от беззвучного смеха Грея, но Ретт проигнорировал его, прижимая меня к себе, даже не вздрогнув от месива, все еще покрывавшей мою грудь. Он просто зарылся лицом в мои волосы, вздыхая, как будто был блаженно счастлив. Как и я.

– Ты невероятна, Билли Беллероуз, – прошептал он.

Я удовлетворенно вздохнула. – Мне нравится, как вы, ребята, произносите мое имя, – призналась я. – Как будто это больше, чем имя. Как будто это молитва. – Я помолчала, обдумывая это, затем усмехнулась. – Хорошо, что я взяла фамилию своего отца. Звучало бы совсем не так, будь я Билли Пионка.

– Что? – Спросил Грейсон, поднимая голову, чтобы посмотреть на меня.

Я тяжело зевнула, одурманенная слишком большим количеством оргазмов. – Мм-хмм, это фамилия моей мамы. Пионка. Марейка Пионка. Да, и Беллероуз – гораздо лучшее названия для рок-группы.

Ретт напевал себе под нос успокаивающую мелодию, нежно целуя меня в шею. – Мне все равно, какая у тебя фамилия, главное, чтобы ты всегда была моей.

Слезы счастья навернулись мне на глаза, и я закрыла их, чтобы сдержать их. Я не могла придумать места, где бы я предпочла быть, чем свернуться калачиком в тепле любви Ретта и Грейсона. Сон пришел быстро и легко, и на этот раз мои сны не разбились вдребезги, превратившись в кошмары.

пятнадцать

БИЛЛИ

В момент между сном и бодрствованием я предвкушала, как чудесно будет чувствовать себя в объятиях двух рок-звезд. Моих рок-звезд.

Ретт и Грей полностью разрушили мое тело прошлой ночью, и спокойный сон после этого был именно тем, что мне было нужно, чтобы проснуться отдохнувшей и готовой разобраться с любым дерьмом, которое должно было обрушиться на нас сегодня. Потому что мы все знали, что там будетвся эта чушь собачья.

Однако, когда я открыла глаза, то обнаружила, что Грейсона нет, его сторона кровати остыла и явно была пустой уже большую часть ночи. Ретт все еще обнимал меня, и я старалась не чувствовать себя неловко из-за того, что Грей сбежал ночью. Может быть, здесь и было немного тесновато с нами троими и его гигантской задницей.

У парней были кровати размера "king-size", но нам, возможно, придется вложить деньги во что-нибудь более индивидуальное... на заказ.

– Доброе утро, детка, – сонно сказал Ретт, притягивая меня ближе и прижимаясь губами к моей шее. Мои глаза на мгновение закрылись, пока я наслаждалась этим объятием, но секунду спустя раздался стук в дверь, и, к нашему обоюдному удивлению, это был Анджело, который позвал меня.

– У нас ранняя утренняя репетиция, Сильвер. Тебе нужно выйти отсюда.

Ответом Ретта был стон, но он не закричал в ответ, как мог бы сделать с Джейсом. – Сейчас выйду, – прохрипел он, еще раз прижимаясь губами к моему горлу и небрежно прокладывая дорожку из поцелуев к моей ключице и выпуклости груди. Анджело, должно быть, ушел, потому что стука больше не было, и я только протянула руки, чтобы провести ими по груди Ретта, когда он приподнялся, его сонный взгляд встретился с моим. – К сожалению, они правы. Если нам придется отправиться в тур с новым басистом, нам нужно использовать каждую секунду репетиций. Но я вернусь к тебе позже, Билли Беллероуз.

Я рассмеялась, растягиваясь на кровати так, что мои сиськи торчали в идеальной дразнящей позе. – Я буду ждать тебя здесь, Ретт Сильвер.

От его сдавленного стона по моему телу пробежала дрожь, но каким-то образом нам обоим удалось избежать этого момента лишь коротким поцелуем, а затем он ушел в душ. Я оставила его за этим занятием, зная, что не должна мешать их репетиции. Было важно, чтобы этот международный тур прошел хорошо, и от осознания того, что Ангел выйдет с ними на сцену, и я стану свидетелем этого, у меня перехватило дыхание.

Мое прошлое и мое настоящее столкнулись так, как я никогда не ожидала.

Когда Ретт появился, он, к сожалению, был одет, скрывая все эти великолепные татуировки и пирсинг. Хотя сопротивляться ему было немного легче, и, черт возьми, я должна быть удовлетворена после прошлой ночи. Но, если уж на то пошло, весь этот секс и оргазмы только заставили меня хотеть большего. То, что мы сделали вместе, разрушило меня так, что я почувствовала себя почти по-новому. С Джейсом и Анджело… мы были подростками, пытающимися разобраться в своей сексуальности. Ретт и Грей были далеко не неопытными подростками, это уж точно.

– Ты сейчас пойдешь в душ? – Спросил Ретт, присаживаясь на край кровати. – Или будешь спать?

Я уже знала, что мое тело слишком взвинчено, чтобы спать, поэтому я заставила себя принять сидячее положение. – Душ, определенно. – Я медленно улыбнулась ему. – Значит, теперь ты знаешь, где я буду, если тебе станет одиноко.

Ретт покачал головой, выглядя так, словно в следующую секунду собирался сорвать с себя одежду. – Ты соблазняешь меня, как никто другой. Возможно, я приду искать тебя, Торн, так что будь чертовски готова.

Спустив ноги с кровати и выпрямившись во весь рост, я, покачивая бедрами, направилась в ванную. – Я всегда готова, Зеп, – бросила я через плечо. – Всегда.

Влажный жар на внутренней стороне моих бедер мог свидетельствовать об этом, и поскольку парни кончили мне на грудь прошлой ночью, было только одно объяснение тому, что я все еще была такой влажной. Я была готова ко второму раунду.

Или это был третий? Я имею в виду, это был седьмой раунд оргазмов...

Без разницы.

Стонущий смех Ретта последовал за мной в ванную, и когда я закрыла дверь, я еще несколько секунд слышала его, прежде чем звук стих. Похоже, сегодня он собирался быть хорошим мальчиком и пойти порепетировать. Возможно, это к лучшему. Меньше всего мне было нужно, чтобы сюда ворвался Анджело и вытащил его за ирокез.

Отрегулировав температуру воды до почти обжигающей, которую я использовала для утреннего душа, я встала под струю и закрыла глаза, наслаждаясь ощущением текущей по мне воды. Скоро я вымоюсь, но это была моя любимая часть душа, когда мне просто требовалась секунда, чтобы существовать.

Я растворилась в этом моменте, и только когда небольшая струя прохладного воздуха коснулась моей задницы, я поняла, что я здесь больше не одна.

Ладно, тогда, возможно, Ретт все-таки не собирался бытьхорошим мальчиком.

– Я думала, тебе нужно попрактиковаться, – пробормотала я, собираясь повернуться, но его сильная хватка на моих бедрах удержала меня от движения. Ретт толкнул меня вперед, к плиткам, и в следующую секунду я распласталась на твердой поверхности. – Черт, – простонала я, откидываясь назад на твердую длину, которая прижималась к моей заднице.

– Всю гребаную ночь, – прорычал низкий голос. Низкий, знакомый голос, который определенно не принадлежал Ретту.

Что за дерьмо на самом деле? Этот ублюдок.

На этот раз я дернулась сильнее, но не с теми намерениями, что раньше. Джейс прижимал меня своим телом, горячая вода лилась на нас обоих.

– Всю гребаную ночь ты кричала из-за них, – прорычал он, наклоняясь к моему уху. – Точно так же, как ты кричала из-за меня и Анджело. Это быланаша роль в твоей жизни, а не Ретта и Грейсона.

Его пальцы скользили по изгибу моей задницы, и я была близка к тому, чтобы разрыдаться – не от страха или беспокойства, а от ощущения его прикосновения еще раз. Когда его пальцы скользнули вниз по моей попке, он согнул их так, что они скользнули в мое влагалище, поглаживая меня резкими движениями. – О чем я тебя предупреждал насчет того, чтобы позволять другим прикасаться к тому, что принадлежит мне.

– Черт, – выдохнула я, вода ослепила меня и заполнила рот и нос. – Я не твоя, придурок.

Его пальцы проникли глубже, и все мое тело задрожало. – Одна часть тебя лжет, – сказал Джейс с мрачным смешком. – Твой рот или твоя киска?

Дрожь усилилась, и я была готова кончить против своей воли – предательское тело – когда Джейс замедлил свои движения. – О нет, детка. Ты пока не можешь кончить. Ты будешь страдать, как я последние двенадцать часов.

– Это было не двенадцать часов, – пролепетала я. – Максимум один.

Он усмехнулся. – Прошлой ночью, и позапрошлой, и в тот раз, когда ты исчезла с Грейсоном. Прошло так многоодних гребаных часов, что я не уверен, сможешь ли ты достаточно страдать только в этом душе. Я думаю, тебе нужны ночи страданий.

– У меня были гребаные годы, – выпалила я в ответ с печальным всхлипом. – Годы.

Джейс сделал паузу, давление на мою спину немного ослабло. Мне удалось развернуться в его объятиях, желая встретиться с ним лицом к лицу, хотя я знала, что это была чертовски ужасная идея – смотреть ему в лицо, не тогда, когда мне нужно было сопротивляться его чарам.

– Мы потеряли годы из-за тебя, Беллероуз, – выпалил он мне в ответ. – Мы потеряли время, ребенка и настоящую гребаную любовь. И все потому, что ты была трусихой.

В чем-то он был прав, и у меня просто не было сил больше с ним спорить.

– Прости, Джейс, – тихо сказала я. Зная, что было ошибкой прикасаться к нему, но мне все равно нужно было это сделать, я положила руку ему на грудь. – Я сделала неправильный выбор, и я сожалела и расплачивалась за это восемь гребаных лет. Мы можем, пожалуйста, забыть об этом, хотя бы сейчас? Я никуда не собираюсь уходить.

На этот раз его усмешка была менее язвительной. – Я поверю в это, когда увижу.

Каждая частичка меня была полна решимости доказать, что он неправ. – Что ты на самом деле здесь делаешь? – Спросила я, убирая руку с его груди. – Чего ты хочешь?

В следующий момент его руки оказались у меня под задницей, когда он поднял меня и прижал спиной к стене. – Мне нужно трахнуть тебя, – сказал он, уткнувшись лицом в изгиб моей шеи. Его губы прижались к моей коже, а затем впились зубы, больно укусив. – Мне нужно выбить это из головы, чтобы я мог играть музыку.

Он толкнулся вверх, и даже без предварительных ласк я была достаточно влажной, чтобы он скользнул в меня без особой боли. Наши стоны потонули в струящейся по нам воде, и когда Джейс приподнял меня, чтобы снова толкнуться, на этот раз с большей силой, я всхлипнула и едва сдержала крик. Он сказал, что хочет вытрахать меня из себя, но для меня каждый раз, когда мы были вот так вместе, мне становилось все труднее отстранить себя от Джейса.

От чувств, которые никогда никуда не уйдут.

Любовь и ненависть были для нас так близки, что иногда это было одно и то же.

Сильные руки Джейса прижимали меня к месту, так что я могла только впиваться ногтями в его плечи и держаться, пока он снова и снова врывался в мою киску – твердая плитка упиралась в мою спину, а между ног был еще более твердый мужчина.

Я старалась не кончать. Я пыталась сопротивляться каждой клеточкой своего тела, но это было невыполнимой задачей, поскольку наслаждение вихрем закружилось в моем животе. Мои крики были громче, чем я того желала, и теперь все точно знали, где находится их пропавший солист.

Поскольку они должны были сейчас тренироваться.

– Моя, – грубо сказал Джейс, ослабляя хватку, так что только стена за моей спиной и мои ноги вокруг его талии удерживали меня от падения на кафельный пол. Он уперся обеими руками в стену над моей головой, и его бедра двигались так быстро, трахая меня с такой силой, что я даже не могла отдышаться между толчками.

Мягкие, умоляющие слова ободрения слетели с моих губ, что, казалось, только подстегнуло Джейса двигаться быстрее. – Ты снова кончишь для меня, – потребовал он.

– Вот тебе и заставил меня страдать, – сумела выдавить я.

Джейс покачал головой. – Я понял, что ты страдаешь, когда даю тебе это, а потом снова забираю. А теперь, блядь, кончай.

Я повиновалась почти мгновенно, прижимаясь к нему всем телом, когда мои стоны снова превратились в крики. Он тоже издал низкий стон, и я поклялась, что, черт возьми, он прошептал мое имя, когда кончил внутри меня, сделав несколько последних жестоких толчков.

Прежде чем бурлящее удовольствие в моем теле хоть немного утихло, он выскользнул из меня и опустил на пол. Его прикосновение было нежным, когда он оставил меня распростертой на полу в душе, и когда он повернулся и ушел, не сказав больше ни слова, я почти пожалела, что он просто не бросил меня. Это было бы менее болезненно, чем то, что он обращался со мной так, словно я была случайной шлюхой.

Я понимала, почему Джейс пытался вычеркнуть меня из своей головы, изгнать из своей души и вытравить демонов нашего прошлого. Я прекрасно это понимала и даже не злилась.

Не тогда, когда у нас было столько общего, через что еще предстояло пройти.

Но главный вопрос был в другом – переживу ли я его способ терапии?

Хотя бы с тем, что осталось от моего сердца и души.