Текст книги "Разбитые мечты (ЛП)"
Автор книги: Джеймс Тейт
Соавторы: Ева Джеймин
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 19 страниц)
двенадцать
РЕТТ
После того, как Ви изложила нам свою версию событий, посвятив нас в эту кровавую войну мафии, назревающую за закрытыми дверями, настроение у нас было спокойное. Всем нужно было все обдумать, и я был на сто процентов уверен, что смогу думать наилучшим образом, когда Билли будет в моей постели.
К моему разочарованию, Грей, очевидно, пошел ва-банк с моей девушкой и попросил ее остаться на ночь. Как будто он был ребенком. Кто, блядь, столбит другого человека? Она же не последний пончик, черт возьми, она былачеловеком.
Ладно, я разозлился, потому что он добрался до нее раньше меня, и мои жалобы о том, что я не могу заснуть без нее, остались без внимания.
Грей просто отмахнулся от меня и запер дверь. Затем дал мне большую дозу моего собственного лекарства.
– Напомни мне еще раз, зачем нам вообще нужен барабанщик в «Беллероуз»? – Я ворчал Джейсу за кофенамного раньше, чем кому-либо из нас хотелось бы просыпаться. Условия для сна шестерых из нас в доме с четырьмя спальнями тоже не были идеальными, и Джейс последние несколько ночей валялся на диване.
Джейс зевнул, потирая глаза. – Правда? Думаю, мы прекрасно обойдемся без него. Как ты собираешься это сделать? Придушить его подушкой или...?
– Доброе утро! – Пропела Билли, влетая в кухню с раскрасневшимся лицом и растрепанными, явно после бурной ночи, волосами. – О, как вкусно пахнет. – Стон, который она издала, понюхав недавно сваренный кофе, был чистым сексом, и Джейс подавился глотком, который только что сделал.
Я ухмыльнулся, слишком хорошо зная, почему он ерзал на своем месте и избегал зрительного контакта. Джейс, несмотря на все свои дерьмовые протесты, сильно хотел Билли. Их маленькая перепалка с взаимным "ненавистным сексом" только все усугубила.
Так ему и надо за то, что он эгоцентричный придурок.
– Вот, – предложил я Билли, – возьми мой, я только что приготовил. – Ее благодарной улыбки было достаточно, чтобы осветить самый темный уголок ада, и я наклонился, чтобы принять ее сладкий поцелуй.
– Спасибо, Зеп, ты мой герой.
Джейс фыркнул, но я проигнорировал его. – В любое время, Торн. – Затем я запустил пальцы в ее растрепанные волосы и притянул ее обратно для более тщательного поцелуя, зная, что это разорвет Джейса изнутри. Сосунок.
Она издала еще один из тех сексуальных стонов, от которых мой член мгновенно затвердел, а затем неохотно отстранилась. – Не искушай меня, – пожаловалась она, надув губы. – Мне нужно принять душ и переодеться, или я опоздаю на сеанс к доктору Кэндис. Ты все еще можешь отвезти меня, верно?
Верно. Ее прием у психиатра. Я бросил быстрый взгляд на Джейса и с удовлетворением увидел вину, написанную на его лице, затем кивнул Билли. – Конечно. Я присоединюсь к тебе в душе, чтобы сэкономить время, если хочешь.
Ее ответный смех показался мне чистым, неразбавленным крэком. – Хорошая попытка, Зеп. Мы оба знаем, что из-за этого я опоздаю на сеанс. Я буду готова через двадцать минут, хорошо?
– Через тридцать, – парировал Грейсон, заходя на кухню и подхватывая Билли на руки. Ее кофе разлетелся, кружка разбилась об пол, а Грей даже глазом не моргнул, просто перекинул мою девочку через плечо и исчез обратно наверху. Ублюдок.
Я посмотрел на беспорядок, который он оставил после себя, и вздохнул. – Нет, все в порядке! – Я крикнул им вслед. – Я уберу здесь, хорошо? – Единственным ответом, который я получил, было хлопанье двери его спальни и визг Билли. Везучий ублюдок.
– Я просто говорю, – протянул Джейс, потягивая кофе из все еще нетронутой кружки, – небольшое убийство между друзьями – не самое худшее. Я подержу его, если ты хочешь перерезать ему горло.
Заманчиво. Действительно чертовски заманчиво. За исключением того, что мы с Джейсом оба знали, что ни один из нас не сможет успешно удержать Грейсона, даже будучи должным образом мотивированными. Чертов мускулистый мудак.
– Чье горло мы перерезаем? – Спросил Анджело, зевая, опускаясь на одно из стульев за столом рядом с Джейсом. Он выбросил свою трость, предпочитая вместо этого ковылять. – Если это Грейсон, рассчитывайте на меня. Что там произошло? – Он кивнул на беспорядок на полу, и я застонал. Он не уберется сам.
Спустя целых сорок минут кухня сверкала чистотой, а Билли опаздывала на назначенную встречу.
– Прости, прости, прости, – выпалила она, слетая вниз по лестнице со скоростью миллион миль в час, все еще застегивая рубашку. – Я здесь! Поехали!
Я улучил момент, чтобы показать оба средних пальца в высшей степени самодовольному и удовлетворенному Грейсону, спускающемуся по лестнице, затем последовал за Билли в гараж, где у меня уже был готов к выезду внедорожник Грея. Двое сотрудников нашей службы безопасности находились в другой машине неподалеку, ожидая, чтобы последовать за нами.
– Я позвонил им заранее, – сказал я ей, когда мы выезжали за свежеукрепленные ворота Грейсона. – Они знают, что ты немного опоздаешь, и сказали, что все в порядке.
Она вздохнула с облегчением. – Спасибо, Ретт, ты мой спаситель. Честно, я даже не понимаю, куда ушло время; все шло по плану, а потом… – Она покраснела.
Я закатил глаза. – А потом Грейсон пустил твой "поезд" под откос. Я понимаю. Я сам почти хотел выбить дверь и придушить его, но не могутак злиться, когда сам делал с тобой то же самое… сколько раз? Пожалуй, это даже понятно. – Не то чтобы мне это нравилось, но с моей стороны было несправедливо дуться.
Она прикусила губу, вся ее атмосфера излучала неуверенность. – Это странно? – спросила она тихим голосом. – Это так, не так ли? Я не должна...
– Тебе не следует сомневаться в своих чувствах, Торн. Мы все большие мальчики; мы можем справиться со своей ревностью. В чем мы все согласны, так это в том, что тобойстоит поделиться. Никто из нас не был бы счастлив уйти в этот момент. – Я протянул руку и переплел свои пальцы с ее, слегка сжав их для уверенности. – Поверь мне, детка, это сработает. В конце концов. Когда Грей перестанет быть эгоистом.
Ее улыбка была озорной. – Мы не дали тебе уснуть прошлой ночью?
Я болезненно рассмеялся. – Ты прекрасно знаешь, что не дали. Во многих смыслах этого слова. В какой-то момент я даже услышал, как ты сказала: "Перестань заставлять меня кончать; мы разбудим Ретта", и Грей ответил: "Хорошо, так ему и надо".
Ее лицо покраснело. – Вау. Тонкие стены, да?
– Как папиросная бумага.
Однако, пока мы ехали, она держала меня за руку, и я составил мысленный план, как напомнить ей, какРетт Сильвер мог бы заставить ее кончить, прежде чем мы вернемся в дом Грея. Как только мы свернули на парковку перед кабинетом доктора Кэндис, Билли растерянно вздохнула и повернулась ко мне, слегка нахмурившись.
– Что ты имел в виду, когда сказал, чтомы все согласны? Ты имел в виду себя и Грейсона, верно?
Она была такой чертовски милой. – Да, детка. Именно это я и имел в виду. – Если это то, что поможет ей чувствовать себя спокойнее. – Давай, зайдем.
Мы выскочили из машины на охраняемой стоянке, охрана в нескольких шагах впереди нас. Я натянул кепку на свои светлые волосы, прежде чем проводить Билли внутрь. Когда мы зарегистрировали ее в регистратуре, женщина сказала нам, что доктор Кэндис ждет, поэтому я сразу же отвел Билли в ее кабинет.
Я уже сказал Билли, что подожду ее в комнате ожидания, поскольку никто из нас не хотел, чтобы она возвращалась к машине одна. Не сейчас – после того, как Ви рассказала об Альтиссимо, работающих вместе с Уилсонами. Хотя Билли больше не была "беременной", она все еще оставалась для них угрозой. Или незавершенным делом.
Охрана оставалась бдительной возле входной двери, и я делал все возможное, чтобы полностью игнорировать их присутствие.
Администратор вернулась через минуту и предложила мне кофе, который я с благодарностью принял. Билли превращала меня в трезвого человека, живущего при дневном свете, и это было странно.
Устроившись на одном из удобных диванов в фойе доктора Кэндис, я достал свой телефон. Сеансы Билли длились час, так что я мог поработать над песнями, которые мы загрузили в нашу общую облачную папку, пока ждал. Это было не так просто, как держать гитару в руках, но я достаточно хорошо слышал музыку в своей голове.
Примерно через полчаса на мой телефон пришло сообщение от Джейса. За ним быстро последовало от Грейсона, затем Бренды и снова Бренды.
– Что за чертовщина творится сейчас? – Пробормотал я, открывая сообщение Джейса.
Джейс: Братан, проверь «Грязную Истину». Что за хуйня?!
Из меня вырвался болезненный стон, и я проигнорировал другие сообщения, пока заходил на сайт дерьмового блога. Я ожидал увидеть шумиху о том, что Билли проходит курс терапии, или, может быть, снимок папарацци, на котором я захожу в здание, и дикую историю о том, как я лечусь после наркозависимости месяц назад.
Так было бы лучше.
«Беллероуз» возвращаются в тур, – гласил заголовок последней статьи.
– Что, блядь, это такое? – Я сплюнул, затем просмотрел содержимое поста.
Несмотря на недавние слухи вокруг печально известной рок-группы «Беллероуз», их лейбл «Биг Нойз Рекордс» объявил, что группа возобновляет прерванный тур со всеми новыми датами и городами, которые будут указаны на "ТиккетВизард" позже сегодня. Наш источник сообщает нам, что группа рада завершить свой тур в честь недавно скончавшейся Флоренс Фостер, а все оставшиеся гонорары за возобновленный тур будут переданы в наследство мисс Фостер.
Желчь подступила к моему горлу, и я быстро вернулся к сообщению Джейса и нажал на значок вызова.
– Что за хуйня? – Я зашипел, когда он ответил. – Скажи мне, что это чушь собачья.
– Я бы хотел, – ответил мой лучший друг с дрожащим от ярости голосом. – Бренда в панике, но она не отрицаетни хрена. Так что...
– Черт! – Я закричал, затем мгновенно поморщился и одними губами извинился перед администратором. К счастью, кроме моей охраны, которая хорошо привыкла к моему языку, в приемной никого не было, чтобы стать свидетелем моего срыва. – Джейс, мыне собираемся возвращаться в тур прямо сейчас.
– Не могу не согласиться, – огрызнулся он в ответ. – У нас даже нет больше полноценной группы, и я, например, отказываюсь позволить «Биг Нойз» назначить случайного басиста на место Фло.
Фу, от одного только предположения об этом у меня закипела кровь.
– Зачем им это делать? – Спросил я резким шепотом, низко опустив голову, когда администратор с любопытством посмотрела на меня. – В этом нет никакого смысла. После взрыва бомбы?
– Я не знаю, братан. Я, блядь, не знаю. Бренда сейчас едет сюда; я серьезно надеюсь, что у нее есть ответы, потому что я в растерянности. – Он измученно вздохнул, шепча проклятия на выдохе.
Я взглянул на часы. У Билли оставалось еще полчаса до конца сеанса, но я мог прервать ее. – Мы сейчас вернемся.
– Нет, – отрезал Джейс. – Дай Билли закончить сеанс. Ей это нужно. Это может подождать. Просто... сначала позаботься о ней, а потом все уладится само собой.
Я облизал губы, испытывая искушение прокомментировать это, но передумал. – Хорошо, – вместо этого согласился я. – Тогда мы вернемся через час. А пока вытяни кое-какие ответы из Бренды. И для протокола? Яне поеду в турне.
– Мы на одной волне, братан. Мы с Греем разберемся с этим. – Он закончил разговор, и я снова прочитал эту дурацкую статью со сплетнями. И еще раз. Ктобыл этим мудаком, и откуда они брали эту информацию?
Мне оставалось только надеяться, что это – в отличие от остальных – чистый вымысел. Интуиция подсказывала мне, что это не так.
тринадцать
БИЛЛИ
Терапия проходила намного лучше, когда я не была саркастичной, упрямой стервой. Кто бы мог подумать? – Я так горжусь тем, как далеко ты продвинулась за неделю, Билли, – сказала доктор Кэндис, провожая меня до двери. – Твоя готовность открыться мне будет иметь решающее значение. Увидимся на следующей неделе.
– Увидимся на следующей неделе, – согласилась я, уже с некоторым нетерпением ожидая этого.
Когда я вышла в зону ожидания, Ретт стоял возле двери, как будто был готов выйти отсюда. Это место заставляло его нервничать? Я надеялась, что нет, потому что я все еще прикидывала, как незаметно предложить ему попробовать терапию. Даже если это было не с доктором Кэндис.
– Готова идти, Торн? – спросил он с напряженным выражением лица.
Я кивнула. – Да, определенно. Все в порядке? – В нашем мире стоило задать этот вопрос. Даже если большую часть времени ответ мне не нравился.
– Нет, – быстро ответил он. – Я расскажу тебе в машине.
В груди у меня все сжалось, а желудок скрутило в тот же миг. Нет ничего хуже от беспокойства, чем необходимость ждать, когда поступят плохие новости. – Все живы, верно? – Торопливо прошептала я, беря его под руку. Администратор попрощалась, но мы уже были за дверью, Ретт подгонял нас. Его охрана поспешила встать перед нами, и я совершенно забыла, что они с нами, пока они не заняли свои обычные позиции по обе стороны и немного впереди нас.
– Живы и здоровы, – он избавил меня от страданий. – Это снова дерьмо группы.
Часть моей паники прошла. Не вся, конечно, потому что «Беллероуз» была довольно важной частью их жизней, и это сделало ее огромной частью моей жизни сейчас. По иронии судьбы.
На этот раз я была той, кто ускорил шаг, торопя нас к месту парковки, и когда Ретт придержал для меня дверцу, я практически нырнула на пассажирское сиденье. Мрачные черты Ретта немного смягчились, когда он улыбнулся. У него была красивая улыбка. Но времени растворяться в нем, как мне хотелось, не было. Нет. Мне нужны были ответы.
Как только мы пристегнулись, а охрана осталась в машине позади, Ретт выехал со стоянки. Я повернулась на своем сиденье. – Выкладывай.
Он усмехнулся, и это еще немного разрядило напряжение. Никто бы не стал смеяться, если бы это было действительно серьезно, верно? – Появился новый пост в «Грязной Истине». В нем говорится, что мы возвращаемся в тур. Что совершенно хреново, учитывая, что случилось с Флоренс меньше трех недель назад.
– Разве вы не закончили последнее турне? – Спросила я, сбитая с толку.
– Мы закончили североамериканскую часть этого проекта, – сказал Ретт. – Но у нас была целая куча международных концертов по всей Великобритании и Европе, которые были отложены на неопределенный срок, когда тебя похитили. Затем, после смерти Фло, мы решили все отменить. Билеты были возвращены и все такое. По крайней мере, так нам сказали.
Откинувшись на сиденье, я уставилась в переднее окно, наблюдая за проплывающим мимо ледяным пейзажем. – Кто, блядь, вообще ведет эти «Грязные Истины»? Я имею в виду, такое ощущение, что они знают о нашей жизни больше, чем мы сами. Как им удается всегда быть на шаг впереди или, по крайней мере, идти в ногу с нами?
Пальцы Ретта сжались на руле, прежде чем он глубоко вздохнул. – Мы были заняты другим серьезным дерьмом, происходящим, но, возможно, пришло время нам проявить немного интереса к «Грязной Истине». Немного поднадавить, чтобы выяснить, кто этим заправляет.
– Грейсон был бы хорошим вариантом, – предположила я. Прежде чем передумать. – На самом деле, у него и так слишком много дел, так что, может быть, кто-нибудь другой.
– Мы что-нибудь придумаем, – сказал мне Ретт, делая еще один крутой поворот, который вывел нас на дорогу к дому Грейсона. – А пока нам нужно обсудить этот тур с Брендой и «Биг Нойз». Мы ни за что на свете не сможем отправиться заграницу, когда все это происходит, и я более чем счастлив повторить это громко и ясно, когда мы проведем нашу встречу.
Когда мы заехали на подъездную дорожку, он нажал кнопку, открывая ворота безопасности и отключая сигнализацию. Мы немного постояли на месте, пока не стало ясно, что можно заезжать внутрь. Наша охрана не последовала за нами. Они размещались неподалеку и были на связи, готовые приехать в любой момент, когда понадобятся «Беллероуз». Удобства богатых и знаменитых.
Удобства и вещи первой необходимости.
Ретт припарковался и подошел к моей двери еще до того, как я закончила отстегиваться. Когда он распахнул ее, то просунул руку внутрь и поднял меня с сиденья, крепко обнимая. – Как прошла терапия, Торн? Мне следовало спросить об этом в первую очередь.
Наслаждаясь теплом и уютом рядом с ним, я ненадолго закрыла глаза. – Сегодня было хорошо. Мы еще больше углубились в мое прошлое, и она предупредила меня, что это может на некоторое время усугубить кошмары, но в конечном итоге приведет к большему исцелению. Это марафон, а не спринт, и, надеюсь, нет кратчайших путей к тому, чтобы покончить с прошлым.
– Логично, – тихо сказал Ретт. – Прошлое – это то, что не дает мне уснуть, и я начинаю думать, что эта терапия могла бы быть именно тем, что мне нужно, чтобы часть этого дерьма тоже ушла.
Оторвав голову от его груди, я посмотрела в его ясные зеленые глаза. На этот раз никаких признаков наркотиков или алкоголя в его организме. – Я действительно думаю, что это действительно могло бы помочь, даже если ты добиваешься поразительного прогресса самостоятельно.
Черты его лица ненадолго омрачились тенями. – У меня бывают хорошие и плохие дни. Но рядом с тобой большинство – хорошие, так что давай так и оставим. Ты можешь быть моим терапевтом, моей терапией и моим способом исцеления. Меня бы это устроило.
Гребаные музыканты. Они умели обращаться со словами. Конечно, само собой разумеется, что яникоим образом не обладала квалификацией или оборудованием для того, чтобы быть чьим-либо терапевтом, но я знала, о чем он говорил. На данный момент он не был готов сделать этот шаг. Хотя, может быть, когда-нибудь.
Мы обменялись коротким поцелуем, а затем он позволил мне самой встать на ноги и взял меня за руку, когда мы вошли в дом. В отличие от вчерашнего приезда с Греем, сегодня было много шума.
Что-то вроде крика.
–... гребаного способа, которым ты можешь заставить нас сделать это.
– Похоже, Джейс в фантастическом настроении, – пробормотал Ретт. – Угадай с двух попыток, с кем он разговаривает.
Расправив плечи, я приготовилась к тому, во что мы собирались вляпаться. – Есть ли у Джейса какое-нибудь настроение, кроме крикливого эмо-мудака? И я предполагаю… Анджело или Бренда.
Анджело и Джейс, возможно, снова стали друзьями, но они всегда спорили как вспыльчивые, накачанные тестостероном придурки. Я бы с удовольствием сказала, что была прохладным, успокаивающим бальзамом между ними, но я была совершенно уверена, что была топливом для их костров.
Когда мы вошли в гостиную, мое второе предположение оказалось верным. Бренда стояла посреди комнаты, зажав пальцами правой руки переносицу, и качала головой. – Это не в моей власти, Джейс. Я спорила и прошлась по контракту вдоль и поперек. Мы буквально не можем выйти из этого, если только ты не хочешь, чтобы на вас подали в суд на миллионы долларов.
Джейс тоже был на ногах, расхаживая взад-вперед. Грейсон сидел в кресле, Анджело и Ви – на диване, и все они молча наблюдали за схваткой. Грей был единственным, кто, казалось, заметил, как мы вошли, остальные были слишком сосредоточены на Бренде и Джейсе.
– В контракте есть пункты об эмоциональном отпуске, – парировал Джейс. – И смерть, блядь, одного из участников группы должна подпадать под такой пункт.
Бренда отпустила переносицу и глубоко вздохнула.
– Я тоже это оспаривала, но вы уже использовали эту возможность в первый раз, когда попросили перенести тур. – Она заметила нас с Реттом и жестом позвала в комнату, показывая, чтобы мы сели. – Я рада, что вы все здесь, – продолжила она, когда мы устроились. – Понимаю, что это совсем не те новости, которые кто-либо из нас хотел услышать, и я никогда не видела, чтобы лейбл был настолько упрямым в подобных обстоятельствах, но ничто из того, что я сказала или сделала, не убедило «Биг Нойз» отказаться от этого решения.
Я повернулась к Анджело. – Риччи теперь владеют «Биг Нойз». Ты говорил со своим отцом? Почему он так упорно настаивает на этом международном турне?
Анджело на мгновение замолчал, прежде чем глубоко вздохнуть. – Я не разговаривал с ним, но уже могу догадаться, что он ищет отдачу от своих инвестиций. Я уверен, что слияние обошлось дорого, а «Беллероуз» – популярная группа «Биг Нойз». Это все из-за денег, и поверьте, ему наплевать на то, что вы все горюете.
У меня вырвался мрачный смешок. – Да уж, нам ли, блядь, не знать. У этого человека никогда не было сердца, и уж точно сегодня оно у него не появится.
Ретт подался вперед в кресле, увлекая меня за собой, потому что его рука все еще обнимала меня.
– Итак какие у нас варианты?
Бренда обвела взглядом комнату, и, если честно, я бы сказала, что она искала выпивку. Я действительно не виню ее. – Вариант первый: поехать в тур, отыграть его, закончить этот чертов альбом и как можно скорее разорвать отношения с «Биг Нойз». Вариант второй: отказаться и посмотреть, насколько далеко мы сможем зайти, прежде чем они действительно подадут в суд. Вариант третий: я инициирую сложное судебное разбирательство в надежде остановить все это до того, как вам придется уезжать. Мы можем сослаться на исключительные обстоятельства, которые аннулируют часть условий контракта, и молиться, чтобы нам попался сочувствующий судья, которого еще не подкупила корпорация Риччи.
Джейс, казалось, немного успокоился, когда ему представили эти варианты. Черт знает почему, потому что все они звучали плохо. – Каковы шансы выиграть в суде? – Спросила я ее.
Выражение лица Бренды оставалось мрачным. – Честно? Не очень. Вы знаете, что я выбила для вас максимально выгодный контракт, но такого развития событий я просто не могла предусмотреть. И если мы доведем это до суда, все ваши имена снова окажутся в центре внимания – и в негативном свете. Это может повлиять на будущие предложения от лейблов, а это важно, учитывая, что вы хотите разорвать отношения с «Биг Нойз».
Как я и думала, особых вариантов нет.
– Как долго они будут отсутствовать в туре? – Тихо спросила я. – Если они продолжат.
– Два месяца, – быстро ответила Бренда. – Около дюжины площадок, и билеты уже проданы. Их выложили вчера, а к утру все было распродано.
Эти ублюдки поставили группу в положение, когда они не могли отказаться, не подведя своих поклонников снова.
– А как насчет басиста? – Спросил Грейсон, и это были первые слова, которые я услышала от него с тех пор, как мы вернулись домой. – Судя по тому, что ты сказала ранее, нам придется уехать в начале следующей недели, чтобы прибыть вовремя и разобраться со всеми аспектами международного турне. У нас нет басиста, не говоря уже о том, чтобы у кого-то было время выучить наш сет-лист.
На следующей неделе! Твою мать. Поехала бы я с ними? Мысль о том, что я два месяца никого из них не увижу, вызывала у меня желание свернуться в чертов клубок и выплакать глаза. Но сегодня никому из них это не было нужно, так что я буду держать себя в руках. Во всяком случае, так долго, как смогу.
– «Биг Нойз» проводят прослушивания, и у нас есть для вас три варианта на выбор...
– Нет, – перебил Джейс. – Я уже могу сказать тебе, что все три варианта – "нет". Единственный, кого я рассмотрю, – это Анджело.
Он указал на своего старого друга, а затем скрестил руки на груди, как будто, черт возьми, он со всем разобрался.
Лицо Анджело ничего не выражало, но он оставался неподвижен.
Бренда моргнула, прежде чем покачать головой. – Джованни ни за что не позволит ему поехать с вами в тур в составе группы. Ему не нравилось, что его сын увлекался музыкой.
Анджело медленно кивнул. – Совершенно верно. Если бы он мог физически вырезать это из меня ножом, на мне было бы куда больше шрамов. Но в данном случае я, вероятно, могу аргументировать свое участие, потому что теперь это актив Риччи. Несмотря на наше нынешнее отчуждение, он прежде всего бизнесмен.
Выражение неподдельного удивления осветило лицо Бренды. – Ты действительно рассматриваешь это? Присоединишься к группе в этом туре?
Я довольно хорошо знала Анджело, и было очевидно, что это решение дается ему нелегко. Я едва не ахнула, когда он перевел взгляд с Бренды на меня. Только на меня. Полное внимание напряженного мужчины – то, чего я по-настоящему не ощущала до недавнего времени – буквально пронзило меня. С тех пор как между нами что-то изменилось.
– Да, – тихо сказал он. – Один-единственный шанс стать рок-звездой. Я бы им воспользовался.
Бренда испытала такое гребаное облегчение, что казалось, она вот-вот заплачет, когда провела рукой по лицу. – Ладно, я этого не ожидала. Но это хорошо. Черт, черт. Мне нужно все срочно организовать. Частные самолеты с вашим оборудованием и сценическим сетапом вылетят уже завтра, а ваш – будет готов к среде. Это позволит вам прибыть в Дублин как раз к первому концерту. «Биг Нойз» готовили это гораздо дольше, чем давали нам понять, и сейчас просто бросают вас в самую гущу событий. – Группа никак не отреагировала на это, но я почувствовала их напряжение, когда она продолжила. – Вам придется смириться с джетлагом, но все наладится. – Она громко хлопнула в ладоши. – Ладно, собирайте сумки; остальное можно купить по дороге. И убедитесь, что у Билли есть паспорт, даже если придется заплатить кому-то, чтобы он ночевал в офисе.
Мое сердце сделало глупый переворот в груди от осознания того, что Бренда предполагала, что я поеду. Но история с паспортом остановила меня. – Сейчас праздники, – тихо сказала я. – Паспортный стол вообще открыт?
– У нее есть паспорт, – коротко ответил Анджело. – Я организовал его, когда мы начинали наш маскарад. На всякий случай...
Он позволил этой фразе затихнуть, но всем нам было ясно, что он имел в виду.
На случай, если нам пришлось бы бежать.
И мечта о рок-звездной жизни рушилась под давлением реальности. При других обстоятельствах два месяца в Европе могли бы стать именно той отсрочкой, в которой мы нуждались от реальности нашего мира. Но кто-то – или несколько человек – хотели нашей смерти, и без безопасности на нашей родной земле они могли бы просто добиться успеха.
