Текст книги "Разбитые мечты (ЛП)"

Автор книги: Джеймс Тейт

Соавторы: Ева Джеймин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 19 страниц)

двадцать четыре

БИЛЛИ

Мой поцелуй с Анджело длился всего несколько жарких, украденных мгновений, но этого было достаточно, чтобы потрясти меня до глубины души. Когда песня сменилась, мы естественным образом отдалились друг от друга, наши тела двигались в такт, и вскоре я уже танцевала – и терлась – с Реттом, пока проходящая мимо официантка раздавала нам желейные шоты. Когда я снова обернулась, Анджело нигде не было видно. Как и Ви.

Неприятная лента беспокойства обвилась вокруг моей груди, но я быстро убедила себя, что они просто пошли за выпивкой. Или пописать. Или еще что-нибудь. Кроме того, я была настолько пьяна, что было легко забыть и простопотеряться в моменте. Музыка, свет, напитки… Руки Ретта. Я была так зависима от его прикосновений, что забыла, где мы находимся, пока вспышка фотоаппарата не осветила танцпол рядом с моим лицом.

– Черт, – вздохнул Ретт. – Нам нужно идти. Сегодня здесь слишком много камер.

Джейс сидел один за нашим столиком с бокалом в руке и хмурым выражением лица. Когда Ретт спросил, где все были, Джейс просто пожал плечами и одним глотком допил свой напиток.

– Мы закончили? – спросил он, поднимаясь со своего места с тем же дерьмовым выражением лица, которое все еще хмурило его лоб.

Я была достаточно пьяна, чтобы затеять с ним драку из-за этого, но здравый смысл возобладал, когда я вспомнила, что камеры телефонов были повернуты в нашу сторону. Поэтому я прикусила язык и позволила им вывести меня из клуба, пока рука Ретта собственнически лежала у меня на плечах.

Казалось, сработало еще больше вспышек, когда наша охрана подъехала на машине, но, возможно, я просто была параноиком. Может быть, это были обычные клубные огни? Джейс разговаривал по телефону, его пальцы порхали по экрану, пока он ждал, когда мы с Реттом заберемся на заднее сиденье, прежде чем сесть с другой стороны от меня.

– Я сказал остальным, что мы возвращаемся в отель, – объявил он, когда наш водитель отъехал от клуба. Эта машина не была просторным лимузином, на котором мы все приехали, просто стандартным затемненным внедорожником, что означало, что я втиснулась на крошечное среднее сиденье с двумя большими, татуированными, потными рок-звездами по обе стороны от меня.

Можно ли менядействительно винить за воспоминания о нашем единственном тройничке? Я была всего лишь человеком, к тому же подвыпившей.

– И мы уже в «Грязной Истине», – простонал Ретт, выдернув меня из моих сексуальных мыслей. Судя по всему, его голова была занята совсем другим, потому что он уставился в экран телефона с раздражением. – На этот раз они подписали фотографии как присланные кем-то другим, так что у нас до сих пор нет зацепок, кто стоит за блогом.

– Что пишут? – Спросил Джейс, открывая свой собственный телефон. – «Беллероуз» отыграли дерьмовый концерт, а потом пошли на вечеринку? Не очень-то... – Он замолчал, когда страница загрузилась. – О, понятно.

– Что? – Спросила я, вглядываясь в его экран. Затем тяжело вздохнула. – Ах. Это.

Кто-то сфотографировал меня и Анджело, когда мы страстно целовались прямо посреди танцпола, и прикрепил это рядом – в контраст или, может, в дополнение – с фотографией, где я целуюсь с Реттом. Учитывая мое узнаваемое платье, было очевидно, что оба снимка сделаны в одну и ту же ночь.

– Черт возьми, – пробормотал Ретт.

Джейс ничего не сказал, просто перевел свой угрюмый взгляд в окно. На мгновение я подумала, что Ретт разозлился на меня, но то, как он сжал мое колено, убедило меня, что это запись в блоге, а не мой поцелуй с Ангелом, заставила его трястись от ярости.

Всю оставшуюся дорогу до отеля никто не произнес ни слова, и мое пьяное возбуждение почти прошло к тому времени, как наш водитель подъехал к вестибюлю. Джейс выпрыгнул первым, затем протянул руку, чтобы помочь мне. Я взяла ее, благодарная за то, что могла не показывать свои трусики всем, кто мог смотреть. Я попала в более чем достаточное количество статей о сплетнях, которых мне хватило бы на всю жизнь, если бы я не воспользовалась этим классическим приемом.

Но, по крайней мере, на мне были трусики.

Когда мы вошли в вестибюль пятизвездочного отеля, рыжеволосый парень дернул подбородком в сторону Ретта, как будто знал его. Ретт издал тихий звук удивления, затем поцеловал меня в волосы и сказал, чтобы я поднималась наверх с Джейсом. Он слегка подтолкнул нас в направлении лифтов, и Джейс коснулся рукой моей поясницы, чтобы я продолжала двигаться.

– Кто это был? – Нахмурившись, спросила я, когда мы вошли в лифт, который открыл коридорный.

Джейс подождал, пока двери закроются, оставив нас одних, прежде чем ответить. – Не знаю. Наверное, торговец травкой.

Его тон был жестким и холодным, как будто он злился на меня. Я сморщила нос и сложила руки под грудью. – В чем твоя проблема, Адамс? Раньше ты был весь такой в "прощениях иблагодарности за песню", а теперь ведешь себя так, словно я только что пнула твоего щенка.

Его голова повернулась, глаз дернулся от возмущения, когда он уставился на меня. Затем он ударил рукой по кнопке аварийной остановки, и лифт, содрогнувшись, полностью остановился.

– Мояпроблема? – воскликнул он, почему-то недоверчиво. – Это что шутка такая?

Я моргнула. – Эм. Нет? – Я упускала из виду что-то важное, я была почти уверена в этом. Может быть, я все еще была пьянее, чем думала, потому что мой мозг не складывал кусочки воедино.

– Тыневероятна! – взревел он, вскидывая руки и поворачиваясь ко мне лицом. Два шага вперед, и он оказался в моем личном пространстве, загнав меня в угол лифта. – Ты правда настолько слепа, Билли? У тебя вообще нет ни малейшего понятия, почему я сейчас злюсь? Совсем никакого? Ты умная девочка, Роза. Подумай.

Я тяжело сглотнула, не в силах оторвать от него глаз, когда он смотрит прямо мне в душу. Облизнув губы, я попыталась мыслить рационально. Когда он превратился из спокойного и расслабленного в угрюмого и напряженного? Блог? Нет, он уже был ворчливым до того, как мы сели в машину. Значит, это должно быть произошло в клубе...

– Ты злишься, что я поцеловала Анджело, – сказала я тихим, неуверенным голосом. Это не могло быть из-за Ретта, так как он все время целовал меня и ему было насрать на всех, кто был поблизости и видел это. Но Ангел... это было что-то новенькое. Неожиданное, но не в плохом смысле.

Джейс издал дикий звук. – Бинго.

Я нахмурилась, и мой гнев вспыхнул. – Почему? Какое, черт возьми, тебе до этого дело? Или ты просто разозлился, что это было так публично, и теперь блог посвящен моей личной жизни, а не твоему треку-сюрпризу из нового альбома? Который ты, блядь, украл, я могла бы добавить.

Лицо Джейса исказилось от ярости, и его кулак врезался в зеркало позади меня. – Господи, Роза! Ты не настолько наивна, так что не играй в игры. Этоважно, потому что... – Он замолчал со звуком разочарования, его обжигающий взгляд оторвался от моего лица, когда он склонил голову.

– Джейс, – прошептала я, протягивая руку, чтобы коснуться его щеки и заставить его снова поднять глаза. – Что между нами происходит? Я даже не знаю, на каком мы этапе. С тех пор, как... – С тех пор, как в самолете, когда ты и Анджело утешали меня так, как могли только вы двое. Когда мы втроем разделили боль нашей общей потери и отпустили часть обиды по этому поводу...

– Ты действительно не знаешь, что между нами, Роза? – Его голос был хриплым и полным боли. – Я скучаю по тебе. Я всегда скучал. Ичерт, наблюдать, как ты целуешь Ангела, как будто все было прощено, как будто последних восьми лет никогда не было, я так завидовал, что готов был пробить стену кулаком. Каждый раз, когда я вижу, как Ретт прикасается к тебе, целует тебя, любит тебя, мне хочется совершить убийство. Все. Чертово. Время. И он мой лучший друг. Ты знаешь, что это делает со мной, Роза? Я разрываюсь внутри, испытывая жажду убийства по отношению к этим парням, которых считаю своими братьями, а ты не хочешь иметь со мной ничего общего. Мы иногда трахаемся, когда ссоры становятся слишком сильными, а потом ты ведешь себя так, будто ничего не было. А я тем временем медленно теряю рассудок и свое сердце, а ты... – Он горько рассмеялся: – Ты просто появляешься, выглядя как гребаный сон, а потом целуешь Ангела... вместо меня.

Мое сердце колотилось так сильно, как будто я только что пробежала марафон, мой рефлекс "дерись или беги" наполнил меня адреналином, когда Джейс заговорил. Моя ладонь все еще лежала на его щеке, и я не смогла бы оторвать ее, даже если бы захотела. Но я этого не хотела. Я хотела уступить напряжению между нами и показать Джейсу, что забочусь о нем больше, чем он думает.

Однако эта мысльужаснула меня. Секс втроем и случайные связи – это одно. Влюбиться по уши в четырех парней сразу? Это была совершенно другая лига. Черт возьми, это был совершенно другойвид спорта. Не говоря уже о том, насколько разрушенной я была бы, если бы Джейс разбил мне сердце на этот раз.

Я молчала слишком долго, и Джейс разочарованно вздохнул, качая головой. – Забудь об этом. Смешивание травки и алкоголя сводит меня с ума; вероятно, завтра я ничего из этого не вспомню.

Это небрежное пренебрежение пронзило меня, как зазубренный нож, и я схватила его за шею, прежде чем он успел отвернуться.

– Джейс, не надо… – Мой протест превратился во вздох, когда его рот врезался в мой. Это было не то, чего я хотела, когда схватила его, но я и не отталкивала его. Ни в коем случае. Моя спина выгнулась, когда его язык нырнул мне в рот, как будто мое тело активно пыталось раствориться в нем. Но Джейс продолжал сжимать руками поручни лифта по обе стороны от моей талии, как будто не верил в то, что сделает, если прикоснется ко мне не только губами.

Это приводило в бешенство.

– Джейс... – На этот раз я произнесла его имя со стоном, и он потерял контроль. Его руки обхватили меня за талию, приподнимая, пока моя задница не уперлась в угол поручней, подтягивая меня к нему для поцелуев.

Я обхватила его ногой, притягивая ближе, затем хрипло выдохнула, когда его твердость коснулась моего естества. Он уже был так возбужден, и после всего, что он только что сказал, после всей уязвимости, которую он только что обнажил, мои лучшие суждения вылетели прямо в окно.

– Черт возьми, Роза, – простонал он мне в губы, его тело покачивалось рядом со мной, как будто он хотел заставить меня кончить через одежду. – Мы не можем продолжать это делать. Я так сильно хочу трахнуть тебя. Прямо здесь.

Я облизала его губы, затем поцеловала, чтобы снова привлечь его к себе. – Сделай это, – прошептала я, когда мы оба оторвались друг от друга, чтобы глотнуть воздуха. – Трахни меня, Джейс. Я хочу снова почувствовать тебя внутри себя. – Чтобы подбодрить его, я быстро расстегнула его ремень и расстегнула пуговицу на джинсах. К черту здравый смысл, я хотела вернуть своего Джейса.

– Черт, – выдохнул он, – я никогда не мог сказать тебе – нет.

Он скользнул руками под мое платье, задирая его вверх по моим бедрам, когда я обхватила ладонью его член. Неистовыми движениями Джейс оттянул в сторону край моих трусиков и погрузил свои пальцы внутрь меня, двигая ими несколько раз, когда снова прижался губами к моим. Он поцеловал меня глубоко, его язык соответствовал темпу движения его руки, затем прикусил мою нижнюю губу зубами, когда я застонала в знак поощрения.

Мгновение спустя он взялся пальцами за свой член, даже не потрудившись снять с меня нижнее белье. Он просто отвел кружево в сторону, когда входил, и все мое тело задрожало от экстаза.

– О черт, – ахнула я, когда он наполнил меня своим членом. – Джейс, с тобой так хорошо.

Он слегка отстранился, затем толкнулся обратно с такой силой, что я вскрикнула. – Потому что, Роза, эта киска была создана для меня. Помнишь наш первый раз?

Господи. Как я могла забыть? Мы были глупыми детьми, возившимися с дерьмом, которого не понимали… как любовь ивечность. Но каким-то образом Джейс сделал это волшебным. Это было то дерьмо, которое я никогда не могла забыть, независимо от того, сколько неприязни пронеслось между нами.

Застонав, я задрала его футболку, обнажив пресс, который был на слишком многих рекламных щитах. Я хотела большего. Я хотела его обнаженным, в постели, полностью моим. Но прямо сейчас я довольствовалась тем, что могла получить. Не то чтобы это было трудно.

– Возможно, это должно стать моим новым планом, – проворчал он, прижимая меня к углу лифта. Его зубы прошлись по нежной коже моей шеи, как будто он собирался разорвать мне горло. – Трахать тебя так основательно, что бы ты не смогла вспомнить все то жестокое дерьмо, которое я наговорил. Заставлять тебя кончать так сильно и так часто, что все, о чем ты будешь думать, когда слышишь мое имя, это о том, какхорошо тебе со мной.

Это звучало как отличный план. Надежный. Мне понравился новый план.

– Роза, черт... – Джейс схватил меня за задницу своими огромными руками, крепче прижимая к себе и трахая меня глубже.

Удовольствие, охватившее меня с того момента, как мы начали целоваться, усилилось, интенсивность была такой сильной, что у меня закружилась голова. – Джейс, я уже собираюсь кончить, – выдохнула я. – Если ты намереваешься наказать меня, сейчас самое время уйти.

Пожалуйста, не надо. Пожалуйста, пожалуйста, перестань поворачиваться ко мне спиной. Просто позволь нам начать исцеляться. Одним оргазмом за раз.

Словно прочитав мои мысли, он нежно поцеловал меня в губы, а одна его рука скользнула к моей шее и сжала подбородок. – Я покончил с этим, Билли. Ты не заслуживаешь наказания. Не от меня. Никогда. Все, что я могу сейчас сделать, это извиниться.

Если его извинением был умопомрачительный секс и сногсшибательная кульминация... то он чертовски хорошо справился. Мгновение спустя я разлетелась на куски, вскрикивая от его поцелуев и извиваясь в его объятиях. Мой оргазм спровоцировал его, и с несколькими проклятиями он кончил секундой позже, его член подергивался внутри меня, пока он наполнял меня своим освобождением.

Какое-то мгновение мы просто оставались такими, какие были, он был глубоко внутри меня, мои ноги обвивали его талию, а наши лбы покоились на плечах друг друга, когда мы судорожно глотали воздух. Затем в кабине лифта раздался треск статических помех, всего за долю секунды до того, как из динамика донесся голос.

– Эм, это Джоран из службы безопасности отеля. Мы заметили, что лифт не двигался уже довольно давно. Там все в порядке?

Мое лицо вспыхнуло, паника охватила мои легкие, когда я оттолкнула Джейса. Как можно плавнее я поправила трусики и платье обратно на место и соскользнула на пол.

Джейс нахмурился, небрежно застегивая джинсы. – Да, конечно, – протянул он, пытаясь поймать мой взгляд. Но я была в ужасе. Было чертовски очевидно, чтоДжоран из службы безопасности отеля точно знал, что здесь только что произошло. Подозрение подтвердилось, когда я заметила камеру слежения в углу напротив нас с горящим зеленым светодиодом.

Сначала я целуюсь с Анджело и Реттом в переполненном ночном клубе, а теперь меня застукали трахающейся с Джейсом в лифте отеля? Они были «Парнями из Беллероуз», а я была «Шлюхой из Беллероуз». Черт возьми, о чем я только думала?

Я не думала. В этом-то и заключалась проблема.

Напряженная и пристыженная, я молча нажала кнопку остановки, снова приводя лифт в движение.

Джейс разочарованно вздохнул, проводя рукой по лицу. Затем, когда мгновение спустя двери открылись, он просто стоял там, вместо того чтобы выйти.

– Джейс, – пробормотала я, останавливаясь у дверей лифта. – Что ты делаешь?

Он поднял голову, его глаза встретились с моими с мучительным блеском. – Направляюсь обратно. Может быть, если я подцеплю фанатку «Беллероуз», я наконец смогу трахнуть кого-нибудь, кто не будет выглядеть так, будто ненавидит себя, когда мы закончим.

Не дожидаясь моего ответа, он нажал кнопку закрытия двери, и я застыла в шоке, когда он исчез из виду.

Я облажалась. Снова. История моей чертовой жизни на данный момент.

двадцать пять

РЕТТ

Перелет в Эдинбург был напряженным. Грейсон, появившийся всего за несколько минут до взлета, был в самом конце, молчаливым наблюдателем, предоставив всем остальным заниматься их драмой.

Я не был уверен, какой у него был план с Билли – он ни с кем из нас не разговаривал, – но мой брат так долго существовал лишь на периферии. Сейчас он давал ей время, но еще не долго, и он заставит ее выслушать его объяснение. То, которое все мы были готовы услышать.

Джейс появился совершенно пьяный, его наполовину несла охрана, и я бы разбил его гребаное лицо, если бы он и так не выглядел так хреново. Вернувшись прошлой ночью в гостиничный номер, после того как я раздобыл немного качественной травки, и обнаружил Билли рыдающей в подушку, я воспламенился. Если бы Джейс был где-нибудь поблизости, появилась бы новая гребаная история для «Грязной Истины».

– Он пошел к поклонницам, потому что я облажалась, – рыдала моя маленькая Торн, и хотя я очень сомневался, что Джейс делал что-то еще, кроме как топил свои печали – ублюдок был по уши влюблен в мою девушку, – я все еще злился за нее, особенно потому, что она снова винила себя за то, что, без сомнения, было обоюдно сомнительным поведением.

Теперь она свернулась калачиком рядом со мной, и я укрыл ее одеялом, позволяя ей задремать. Полет сегодня был недолгим, всего чуть больше часа, но Билли была совершенно измотана. Я сделал пометку связаться с Брендой и убедиться, что доктор Кэндис записала ее на прием по видеосвязи.

Джейс был значительной частью демонов в прошлом Билли, и как раз тогда, когда она училась справляться с ними, было не время отступать на десять шагов.

Черт, мне и самому стоило бы записаться к этому доктору. Возможно, я попрошу об этом Бренду.

Отправив сообщение нашему менеджеру, – которое она получит только после посадки, – я расслабился на сиденье и нежно провел рукой вверх-вниз по волосам Билли. Анджело, который сидел напротив с Ви, поймал мой взгляд и одними губами спросил: – С ней все в порядке?

Я пожал плечами, потому что, черт возьми, что я мог сказать? Она была не в порядке. И ни с кем из нас не было, черт возьми, все в порядке. Но мы давно привыкли жить в этой темной стороне жизни и всегда как-то выбирались из нее.

И сейчас справимся.

Другого выхода не было.

Билли продолжала спать, проснувшись только тогда, когда мы приземлились. – Черт, – прохрипела она, садясь и проводя рукой по лицу. – Я вообще отключилась.

Откинув назад прядь ее спутанных волос, я выдавил из себя улыбку. Когда жизнь была самой мрачной, нужно было улыбаться как можно ярче. Иногда это даже обманывало твой разум, заставляя верить, что настоящее счастье не за горами. – Мы скоро будем в отеле, милая. Ты сможешь выспаться там.

Она покачала головой, прежде чем зевок растянул ее лицо. – Черт, черт. Нет, я не буду спать. Я хочу увидеть Эдинбург. Это мой первый выезд из Америки и, возможно, последний. Я не хочу ничего пропустить в этом головокружительном туре.

Не было ни малейшего гребаного шанса, что это будет ее последним. Я бы повез ее по всему миру столько раз, сколько она захочет. У нас был последний альбом, который мы задолжали нашему звукозаписывающему лейблу, а потом мы могли взять небольшой отпуск и пересмотреть наши приоритеты. Мой, черт возьми, больше не был «Биг Нойз». Если Джейс не выбьет для нас нормальный лейбл, я уйду в другое место.

Когда мы приземлились, машины уже ждали нас на взлетно-посадочной полосе, и мы в мгновение ока оказались на пути в отель. Не беспокоиться о багаже или проходить что-либо, кроме таможни, было преимуществом в этой жизни. В машине со мной была Билли, Анджело и Ви. Она почти прижалась лицом к окну, наблюдая, как мимо нас проносится неземное очарование Эдинбурга.

Было нетрудно представить, что именно такая версия города существовала сотни лет назад. Здесь было видно так много истории и старинных зданий, вплоть до замка на вершине холма. Наш отель был одним из самых красивых в регионе, с видом на замок мирового класса из каждого окна.

По крайней мере, так сказала нам Бренда, когда просматривала наше расписание перед самым отъездом.

Лицо Билли было очаровано, когда она, наконец, повернулась ко мне, когда мы въехали на парковку. – Пожалуйста, скажи мне, что мы можем придумать способ выбраться и исследовать этот город. Мне абсолютно необходимо знать каждую долбаную историю и событие, которые произошли на этих мощеных улицах.

Анджело издал тихий смешок. – Никогда не думал, что моя Белла окажется любителем истории. Разве ты раньше не засыпала на уроках истории по крайней мере четыре раза в неделю?

Какое-то мгновение она свирепо смотрела на него, прежде чем это превратилось в смиренный смех. – Послушай, что я могу сказать. Шестнадцатилетняя Билли интересоваласьдругими вещами. История действительно не была приоритетом.

Я узнал это выражение лица Анджело, и мне повезло, что я нашел способ спокойно отнестись к нашему соглашению, потому что он был мужчиной, который явно знал, какимидругими вещами она тогда увлекалась. Но их совместная история была единственным фактором, который заставлял меня ревновать. Не то, чтобы девятнадцатилетний я был чертовски хорош для шестнадцатилетней Билли с милым личиком. Тогда я был испорченным ребенком, и я бы привнес это в ее жизнь. Теперь я научился крепко держать прошлое под замком, чтобы оно не разрушило мое будущее.

Но если я действительно хотел хорошего будущего, мне нужно было разобраться с прошлым конструктивным образом. Не деструктивным.

Отсюда мое сообщение о докторе Кэндис.

На которое ответила Бренда, когда мы подошли к забронированным для нас номерам.

Мамаджер: Я за все договорилась, Сильвер. У тебя будет встреча после Билли. Горжусь тобой.

Это "горжусь тобой", ударило сильнее, чем, черт возьми, следовало бы. Моя травма нуждалась в Кэндис, это уж точно.

Сильвер: Спасибо, мама!

Она терпеть не могла, когда я называл ее мамой, поэтому, конечно, мне приходилось делать это по крайней мере каждый второй раз, когда мы общались по смс.

Мамаджер: Пошел ты нахуй, сопляк.

Она была настоящей мамой не только для своего нового маленького фрукта из промежности. Даже если она была всего на пару лет старше Грея.

– Все в порядке? – Спросила Билли, взглянув на телефон в моей руке.

Я ободряюще улыбнулся и запечатлел поцелуй на ее губах. – Абсолютно. Бренда подтвердила твою встречу с доктором Кэндис по видеосвязи сегодня днем.

Ее брови поползли вверх. – Опять? Да, наверное, мне это нужно, да?

Сжав ее пальцы, я вздохнул. – Кажется, это действительно помогает тебе, Торн. Ты не стала такой одержимой убийством Грея, как я бы, и, честно говоря, я действительно впечатлен тем, как ты справляешься со своими чувствами. – Я заколебался, потом вспомнил, с кем разговариваю. Если я не мог рассказать Торн, я определенно не смог бы справиться с разговором со случайным терапевтом. – Я попросил Бренду тоже назначить мне встречу.

Ее губы приоткрылись от удивления, затем она обхватила меня руками и крепко прижала к себе. Это сказало все, что мне было нужно, чтоона также гордилась мной за то, что я сделал этот шаг к улучшению психического здоровья. И это значило для меня весь гребаный мир.

Наша служба безопасности и новаявременная замена Бренды до сих пор работали как хорошо смазанный механизм, так что серьезных задержек с расселением в наши гостиничные номера не было. Для нас был забронирован номер в пентхаусе, но поскольку в нем было всего три спальни, Грейсон и Ви оба выбрали номера этажом ниже.

Анджело запаниковал при мысли убрать Ви с глаз долой – прямо сейчас за ее голову назначена награда, – но после приватной беседы с Грейсоном он оставил эту тему.

– А где Билли будет спать? – Спросил Джейс, опускаясь на огромный диван, словно он был каким-то древним божеством.

– Нетвое сраное дело, Адамс, – огрызнулась Билли в ответ. – Не волнуйся, твоя постель будет свободна для любых новых поклонниц, которых ты захочешь трахнуть сегодня вечером.

Выражение лица Джейса затуманилось от гнева, его щеки запылали, и Анджело бросил любопытный взгляд на них двоих. Билли, однако, не ждала язвительного ответа; она просто показала Джейсу средний палец и удалилась в спальню, куда один из сотрудников отеля только что доставил наши сумки.

– Братан, – сказал я со вздохом, качая головой. – Зачем ты это делаешь?

Глаза Джейса сузились. – Делаю что?

Я закатил глаза и направился в спальню, закрыв за собой дверь. Анджело мог разобраться с идиотским бредом Джейса. На самом деле, в моих интересах было, чтобы он облажался с Билли, потому что это означало, что я мог оставить ее при себе. Пока.

Было просто отвратительно видеть ее боль и знать, что причиной этой боли был мой лучший друг.

Джейс был таким идиотом.

– Как ты думаешь, у нас есть время прогуляться перед моим сеансом с доктором Кэндис? – Спросила Билли с надеждой на лице. – У меня такое чувство, что нельзя почувствовать связь с городом из машины, не то что когда ходишь по улицам.

Я улыбнулся, плюхаясь на кровать. – Ты не представляешь, как сильно я хочу сказать "да", детка. Но здесь небезопасно без полудюжины охранников, и это само по себе привлекает больше внимания. И… Я просто действительно не хочу рисковать твоей безопасностью.

Ее лицо вытянулось от разочарования, и желание снова заставить ее улыбнуться едва не заставило меня передумать. Но после статьи в «Грязной Истине» о ее поцелуе с Анджело… это было слишком рискованно. Бренда предупредила всю группу, что Билли подвергается серьезной критике со стороны фанатов «Беллероуз», и не в хорошем смысле.

– Мне жаль, – искренне сказал я, протягивая руку, чтобы притянуть ее ближе. – У славы действительно есть свои недостатки. Может быть, когда этот тур закончится, я смогу привезти тебя сюда обратно на каникулы. Мы сможем маскироваться и притворяться нормальными людьми без шумихи вокруг «Беллероуз», затмевающей каждый шаг.

Ее улыбка потеплела. – Звучит превосходно.

Пару часов мы просто отдыхали вместе в нашем номере, смотрели фильмы с разовой платой за просмотр и заказывали закуски в номер. Затем я снабдил ее ноутбуком и веб-камерой для сеанса с доктором Кэндис.

– Ты не хочешь остаться? – спросила она тихим голосом, когда я натягивал ботинки, чтобы оставить ее в покое. Мои брови удивленно приподнялись, и она сморщила нос. – Я имею в виду, тебе не обязательно уходить. Я не говорю о том, о чем мне все равно было бы неудобно сказать при тебе.

Я мгновение колебался, поддавшись искушению. Но, в конце концов, я покачал головой. – Нет, тебе не нужно, чтобы я подслушивал и ставил тебя в неловкое положение. Но моя сессия после твоей, так что я вернусь до того, как ты закончишь. Просто собираюсь надрать задницу Грею за его дерьмовую игру на барабанах в Дублине.

Это... И мне нужно было настроиться на то, чтобы самому поговорить с врачом. Я все еще не был до конца уверен, хватит ли у меня духу довести это до конца… но я должен был попробовать. Ради Билли и ради себя. Я был обязан использовать свои шансы по максимуму – теперь я это понимал. Лучшей формой мести было счастье.

Эй, из этого мог бы получиться классный текст для песни.