290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » Я угнала его машину (СИ) » Текст книги (страница 12)
Я угнала его машину (СИ)
  • Текст добавлен: 10 декабря 2019, 00:30

Текст книги "Я угнала его машину (СИ)"


Автор книги: Джессика Франсес






сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 14 страниц)

– Ты не собираешься убивать меня? – нервно говорю я.

– Нет, милая, тебя не убью. Ты больше стоишь живая, – усмехается он, впрочем, кажется, я вижу замешательство в его глазах.

– Ты собираешься отдать ее этим ублюдкам? Ты знаешь, что они с ней сделают? – орет Зандер. Всплеск энергии поднимает его на колени, пока его не сбивают обратно на пол.

– Прекрати бить его! – кричу я, испугавшись, потому что в этот раз он не открывает глаза. Он уже мертв?

Я судорожно начинаю искать пульс, но я едва могу это сделать, потому что мои руки сильно трясутся. Кен что-то бормочет себе под нос, он стоит спиной ко мне, нашаривая что-то на диване.

Это мой шанс убежать, но как же я могу оставить Зандера? И если уж совсем честно, каким образом я могу помочь ему? Есть ли какой-то способ это сделать?

Мне нужно найти помощь, и раз уж я не могу доверять полиции, мне нужна помощь друзей Зандера. У меня с собой нет телефона, так что я тянусь в карман Зандера и нащупываю там телефон. К несчастью, прежде чем я успеваю схватить его, Кен разворачивается, держа в руке пистолет.

– Нет! – Чувствуя абсолютную беспомощность, я укладываю голову Зандера к себе на колени. – Как ты можешь? Зандер хороший. Он был лучшим другом твоего сына!

Не удостоив меня вниманием, он дважды стреляет Зандеру в грудь. Его тело содрогается от обоих выстрелов, но даже не открывает глаз.

– Спасибо, милая. Не знаю, смог ли бы я сделать это, если бы ты не прикрыла его голову. От этого кошмары будут более сносными, – холодно заявляет Кен, прежде чем его голос становится более резким от злости. – А теперь, блядь, вставай.

– Ублюдок! – кричу я, когда он быстро хватает меня за руку и заставляет подняться на ноги.

Со всей злостью я пытаюсь оттолкнуться от него. Я толкаюсь, царапаю и бью его, но все, что он делает, это неожиданно отталкивает меня, от чего я практически падаю на задницу. Мне требуется вся моя собранность, чтобы устоять на ногах, а затем, еще до того, как я успеваю даже моргнуть, он наносит удар сбоку мне по голове.

Я только смутно помню, как упала на пол, пришла в сознание лишь, когда меня бросили в какое-то маленькое помещение. Я медленно осознаю, что нахожусь в багажнике машины.

Слезы катятся по лицу, и это заставляет меня чувствовать себя еще более бесполезной. Я не смогла ничего сделать, чтобы предотвратить то, что сделали с Зандером, и теперь он мертв. Теперь Ван лишился всех близких. Его жизнь никогда уже не будет прежней. И теперь уже существует большая вероятность того, что он не оправится.

Что до меня... Не сомневаюсь в том, с кем я вскоре столкнусь.

Вопрос лишь в том: как долго мне придется страдать, прежде чем меня убьют?

Глава 11

Понятия не имею, сколько времени я уже заперта в багажнике. Минуты? Часы? Дни? Не знаю. Все, что я знаю: как бы долго это не длилось, это всё равно недостаточно долго. Слишком уж быстро машина останавливается, выключается зажигание, а затем свежий прохладный воздух пахнул мне в лицо, поскольку багажник, в конце концов, открывают.

Губы пересохли, кожа стала влажной от пота, а мои кости превратились в желе.

Мне, наверное, следовало быть сейчас в ужасе. Я должна, по крайней мере, хоть что-то чувствовать. Но все, что я ощущаю, – это оцепенение.

Меня особо не волнует, что меня вытаскивают из багажника. Меня не волнует, что меня бесцеремонно бросают перед кем-то ужасающе знакомым. Меня не волнует, что Брайан пристально осматривает меня. Меня не волнует, что он замахивается и дает мне пощечину, от чего моя голова врезается в бок машины. Даже боль от удара быстро исчезает в пустоте.

Никогда прежде не чувствовала себя такой отстраненной, и теперь задаюсь вопросом: хорошо ли это?

Очевидно же, что ничего веселого в моем будущем не ожидается. Не помогут даже мысли о моем недавнем прошлом, так что, почему бы просто не оставаться в своих собственных мыслях? Почему бы не продолжать пребывать в этом оцепенении?

– …точно не накачал ее наркотой? – проплывает в голове голос Брайана.

– Нет же, просто вырубил ее. У нее, наверное, сотрясение. Если она нужна тебе живая для чего бы ты ни задумал, возможно, не стоит бить ее по голове впредь, – просто говорит Кен.

Брайан ворчанием отвечает на это.

– Достал файл?

– Да, – он рыщет в кармане и вытаскивает флешку. Мгновение он смотрит на нее, возможно, в очередной раз обдумывая, надо ли что-то с ней делать. Затем делает выбор и отдаёт ее Брайану.

– Уверен, что других копий нет?

– Зандер сказал, что это единственная копия, прежде чем я застрелил его. Он пытался скинуть дело. Говорил, что это принесло ему слишком много проблем.

Я медленно моргаю, пока эти слова укладываются в моей голове.

Зандер никогда не говорил ему такого. По сути, Кен этого и не спрашивал. Он намеренно лжет, потому что облажался, и пытается это скрыть? Или он надеется, что где-то эта копия всплывет, и этих ребят все же схватят?

Он сказал Зандеру, что не является частью всего этого, но это наверняка не так. Он бы не стал убивать Зандера и привозить меня Брайану, если бы не был связан с этой шайкой. Может быть, часть его хочет, чтобы его поймали.

Тогда почему бы не оставить Зандера в живых?

– Что ж, взрыв гребаного здания заставляет людей понервничать. Отличная работа, кстати.

Когда Брайан делает Кену комплимент, я понимаю, что предательство Кена простирается куда дальше.

– Как на счет тебя, сучка? – Брайан садится на корточки передо мной, хватает меня за горло твердой рукой. – У тебя есть другие копии?

Затем он сжимает руку, перекрывая мне подачу воздуха, и зловеще улыбается. Чувствуется, что он наслаждается этим. Я мотаю головой – совсем немного, насколько могу.

А он просто пялится, наблюдает, как мои глаза начинают слезиться.

Ничего не могу поделать с паникой, борясь за вдох. Мои руки рефлекторно хватают и царапают его руки, но он слишком силен.

Почему я вообще сопротивляюсь? Разве не лучше умереть здесь и сейчас, чем потом и так, как он запланировал для меня?

– Я мечтал о том, чтобы ты побывала здесь со мной. Я так много раз трахал свой кулак, лишь только подумав о том, что буду делать с тобой, – шипит он, отпуская меня.

Я, наконец, втягиваю воздух, горлу больно, и я закашливаюсь. Легкие горят, кожа зудит, а желчь внутри меня грозит вырваться наружу, и я пытаюсь подавить рвоту.

– Я сделал то, о чем меня попросили. Я хочу получить свои деньги, – требует Кен, совершенно не встревоженный ни сказанными Брайаном словами, ни его действиями по отношению ко мне.

– Тебя не волнует, чем мы тут занимаемся? – спрашивает его Брайан, с каплей подозрительности в голосе.

– Да мне насрать, что вы тут делаете. Я только что убил лучшего друга моего сына, мне определенно не заботит, что будет с женщиной, которую я никогда не встречал раньше, – у Кена отстраненный голос.

– Хорошо. Я, возможно, свяжусь с тобой, если в дальнейшем нам понадобится твоя помощь.

Глаза Кена сужаются.

– Свяжешься? Я не понимаю, зачем...

– Сегодня ты убил человека. Теперь ты у меня в кармане, – безжалостно заявляет Брайан.

Кен сверлит его взглядом, но дальнейших комментариев не следует. Возможно, он чувствует, что ситуация ухудшается.

– А теперь скройся. Тебе нужно позаботиться о том, чтобы прикрыть убийство. Получишь свои деньги завтра, – выдает Брайан.

Кен садится в машину и уезжает, не сказав ни слова. Я все еще прибываю в оцепенении.

Это, наверно, слабость с моей стороны – хотеть остаться в этом состоянии. Существует какая-нибудь книга правил, в которой говорится, что я должна быть сильной?

– Пойдешь сама или мне придется тащить тебя?

Видимо, он ждал моего ответа слишком долго, потому что вцепился в меня и потянул по пыльному полу склада.

Я царапаю его руки, пытаясь освободиться, брыкаюсь, отталкиваюсь от пола, чтобы встать.

Когда он отпускает меня, понимаю, что это не потому, что я хорошо сопротивлялась, а потому что мы дошли до новой двери.

Он вытаскивает ключ и открывает замок, и как только стальная дверь отворяется, отголоски плача и стонов эхом отзываются внутри меня.

Брайан поднимает меня, придавливает меня к дверному косяку, вжимаясь в меня, упираясь своим стояком в мою талию.

– Как бы мне ни хотелось начать наше веселье сейчас, ты вызвала кучу головной боли у многих людей. Поэтому мне придется подождать со своим развлечением, пока не появятся остальные. У тебя будет живая публика.

Я дрожу, поскольку его слова вызывают волну ужаса. Затем я борюсь за свою отстраненность. Она нужна мне. Я не смогу это пройти без нее.

– Моя прелесть такая тихая? – он тянется и поглаживает мое лицо. Спустя некоторое время его пальцы впиваются в мою щеку, а затем он бьет меня кулаком в подбородок, отчего моя голова так резко дергается, что у меня начинается головокружение. – Не стоит беспокоиться; ты в мгновение ока начнешь кричать. Все кричат. – Затем он пихает меня в помещение.

В какой бы ад я только что не шагнула, он покрыт мраком. Впрочем, безошибочно можно определить плач и стоны боли.

Где я?

Как только эта мысль посещает мою голову, Брайан включает потолочный свет.

Картинки, которые я вижу, поражают меня, и я понимаю, что как бы долго ни жила, не важно, будь это совсем краткий промежуток времени, я никогда не забуду этого.

Девять женщин, все в клетках, все голые, все избитые и все кажутся мертвыми изнутри.

– Как много раз я мечтал причинить тебе боль, когда мы встречались. Знаешь, ты прекрасно вписываешься в ряд этих портретов. Ни семьи, ни близких друзей, работа, которую можно делать в одиночестве. Твоя временная работа делает тебя такой же забываемой, как и любую из этих женщин. Ты можешь умереть сегодня, и никого это не будет волновать. Так много раз мне хотелось привезти тебя сюда, – он кажется опечаленным этим. – Но я знал, что мне не найти такой же дуры, как ты.

– Ты никогда не задавала вопросов. Никогда не интересовалась, почему у нас так мало секса. Тебя не волновало, что я оставляю тебя на несколько недель за раз. Ты была отличным прикрытием. Так что мне приходилось сдерживаться. Но сейчас? Сейчас я могу делать все, что захочу, и всем будет плевать. Ты ничего не стоишь.

Его слова разжигают злость внутри меня. Но то, что действительно поддерживает во мне огонь гнева, это лицезрение всех этих женщин, запертых тут. Вот что он думает об этих женщинах? Что они никчемные, ничего не стоят?

Он ошибается.

Это он никчемный. Это он – больной придурок, у которого поехала крыша. По нему уж точно никто не будет скучать, если он пропадет.

– Почему ты такой? – спрашиваю я. Мой голос звучит спокойней, чем я ожидала, без заиканий и сбоев.

– Какой такой? Умный? Изобретательный? Несокрушимый? – Его грудь раздувается от каждого ложного утверждения.

– Почему ты наслаждаешься тем, что причиняешь людям боль?

– Потому что это весело. Потому что это возбуждает. Потому что в моих руках власть, и ты в моей милости, – он бьет меня по голени, от чего я теряю равновесие и падаю на колени. Прежде чем я прихожу в себя, он встает передо мной, хватает за голову, заставляя повернуться к его ширинке. – Прямо сейчас я мог бы заставить тебя отсосать мне, и у тебя не было бы выбора. Я мог бы поставить в ряд двадцать мужиков, и ты бы занималась нами, одним за другим.

Я пинаю его ноги, со всей своей силы вырывая голову из его рук. Но он прав: я ничего не могу сделать, чтобы освободиться.

– Я могу прожечь дыры в твоей коже. Могу отодрать ногти, один за другим. Я могу сделать все, что захочу, и ты уж точно не сможешь остановить меня, – он будто витает в облаках.

Как только он отпускает меня, я отползаю подальше, в спешке ударяясь спиной в одну из клеток.

По тому, что я видела на том видео, я знала, что Брайан чудовище. Но знать и видеть самой – совершенно разные вещи.

– Ты болен! – кричу я. Крики страха заполняют помещение.

– Возможно. А может, я просто не боюсь признать то, какие мы на самом деле.

– Нет, ты просто больной ублюдок! – огрызаюсь я.

Он быстро приближается ко мне, но в последней момент огибает меня и направляется к двери в клетку за мной. Внутри женщина, которая даже не кажется живой, и уж точно никак не в состоянии постоять за себя.

Войдя в клетку, он хватает ее руку и ставит в позицию, которая ему нравится, в ту, которая оставляет ее ноги разведенными, а ее уязвимой. Его глаза смотрят в мои, и я не вижу ни намека на человечность в них. Только истинное зло.

– Эта вскоре отправится в мусорку. Может, выпущу немного пара с ней. Дам посмотреть, что тебя ожидает.

Желчь поднимается в горле от его предложения.

Как только его взгляд опускается на бедную женщину, я маниакально начинаю искать способ помочь ей. Должен быть способ!

Мои глаза цепляются за что-то блестящее, что-то, что находится всего в паре метров, на столе.

Я вскакиваю на ноги, молясь, чтобы кости окрепли и удержали меня на ногах, пока я ищу подходящее оружие. Я нахожу поистине варварские и отвратительные инструменты, но один предмет выглядит более обещающим, чем остальные. Электрошокер для скота.

Я не проверяю его, боясь, что шум привлечет его внимание.

Оглядываясь назад, я вижу, что его руки обхватывают горло практически бессознательной женщины, пока он вдалбливается в нее. Штаны Брайана опущены до колен.

Он настолько увлечен, что я могла бы запросто добраться до двери, и, возможно, даже выбраться наружу, где бы, черт возьми, мы не находились. Возможно, я смогла бы даже спрятаться и избежать того, что ожидает меня, но я не могу так поступить. Я не могу оставить гнить этих женщин здесь.

Вместо этого я спешу обратно, шагаю в клетку и прикладываю шокер к его выставленной на показ заднице.

Он кричит, когда его бьет током с силой, которой я не ожидаю, поэтому от удивления я бросаю шокер. К счастью, боль и шок вызывают у Брайана паралич. Затем он падает на женщину, которая до сих пор не издала ни единого звука. Единственная причина, по которой я знаю, что она еще жива, это ее слезы, стекающие по лицу.

– Теперь ты в порядке. Я помогу тебе, – уверяю ее и, используя ногу, чтобы скинуть Брайана с нее. Непредвиденные последствиями этого – мне приходится лицезреть его хозяйство, поскольку он падает на спину.

Сейчас его тело начинает расслабляться, а кулаки сжиматься, когда он начинает садиться. Я думала, что заряд тока будет иметь более длительный эффект.

Решив, убить обоих зайцев одним выстрелом, я тянусь вниз, подбираю шокер и снова бью его током. Убедившись, что он без сознания, еще до того, как отключить шокер, так же убеждаясь, что он больше не сможет пользоваться той частью себя, которую я вижу.

Это вообще возможно – спалить пенис? Потому что, судя по запаху это вполне вероятно.

Я тянусь к его штанам, которые сейчас находятся в районе щиколоток, и нахожу связку ключей и телефон. Перекладываю все к себе в карман, затем бережно пытаюсь вывести женщину из клетки.

У меня нет никакой одежды, чтобы дать ей, ни одеял, чтобы предложить ей защиту, но, думаю, ее это не особо волнует теперь.

Остальные женщины внимательно наблюдали за мной, некоторые глазели на меня с надеждой, а других похоже даже не волновало, что их могут скоро освободить. Я запираю Брайана внутри клетки, как только мы выходим оттуда, и чувствую небольшое облегчение от того, что он заперт. Затем, я ввожу пин-код на его телефоне. По крайней мере, хоть что-то хорошее вышло из моих встреч с ним.

Но как только мои пальцы проходятся по ключ-замку на его экране, я теряюсь в том, что делать. Позвонить 911 и рискнуть тем, что меня могут соединить не с теми людьми? Понятия не имею, сколько крыс служит в правоохранительных органах. И я не знаю номеров Саши, Деклана или Джоуи. Я даже не знаю номера Вана. На веб-сайте указан только номер офиса, который не принесет мне сейчас пользы, потому что их здания там больше нет.

Кому мне позвонить?

Я прокручиваю контакты Брайана, понимая, что каждый человек там, вероятно, такой же как и он.

Что мне делать?

Оглядываясь по сторонам на эти клетки и замученных женщин, я принимаю решение. Знаю, это рискованно, но надеюсь, я не облажаюсь. Так что я набираю 911, пока иду и открываю каждую клетку.

Некоторые женщины спешат наружу, а другие не двигаются ни на сантиметр к предлагаемой свободе.

Когда отвечает оператор 911, я говорю ей, что мне нужна полиция, девять машин скорой помощи, пожарные и бригада саперов. Говорю ей, что здесь захват заложников. Говорю, что повсюду мертвые тела, и что склад полон краденых вещей. Я даже заявляю, что вижу планы террора и карты практически всех главных городов Америки.

Я говорю все, что только могу придумать, чтобы привлечь сюда все службы, чтобы не было способа сохранить все в тайне, замять шумиху. Этого должно хватить, ведь так?

Когда меня спрашивают о моем местонахождении, у меня нет ответа. Я просто обещаю, что не стану вешать трубку, чтобы они смогли отследить звонок. Затем я прошу найти адрес одного детектива, Кена Смоука. Зандер должно быть мертв, но я уж точно не позволю Кену избавиться от его тела. Зандер хороший человек и заслуживает достойных похорон, пусть это единственное, что я могу для него сделать сейчас.

После того, как я озвучила все это оператору, я делаю судорожный вдох, как раз в тот момент, когда Брайан начинает приходить в себя.

Поначалу это тихие стоны и легкие подергивания тела. Затем звуки становятся громче, а потом он и вовсе начинает кричать от боли.

Женщины вокруг меня начинают трястись от страха, многие сворачиваются калачиком. Все они слишком напуганы, чтобы бежать.

– Ты гребаная сука! Я убью тебя. Я...

Остальные его слова были оборваны, поскольку дверь в эту адову дыру открылась, и внутрь вошли трое мужчин. Они выглядят такими же удивленными, как и я, и мое сердце болезненно пускается вскачь, когда они так же удивляются, увидев Брайана в клетке мучающимся от боли, удивленными от того, что некоторые женщины освобождены, и просто от моего присутствия тут. Чем они на самом деле не удивлены, так это кучкой обнажённых, замучанных женщин.

– Какого хера, Брай? Что происходит? – спрашивает один из них, когда другие достают свои пистолеты и направляют на нас.

Тогда мое сердце замедляется, и я снова ощущаю, как отрешенность накрывает меня. Помощь, которая уже на пути сюда, прибудет слишком поздно. Она не успеет вовремя. Она не успеет остановить все это.

Я отталкиваю отрешенность и стойкий приступ страха, и хватаюсь за свой гнев. Как можно так близко подобраться к освобождению этих женщин и допустить, чтобы эти придурки смогли лишить нас этой свободы! Эти женщины достаточно настрадались, и они будут освобождены отсюда, проклятье!

– Все кончено, – говорю уверено. – Вы, ребят, можете быть либо частью спасательной группы, либо арестованными за убийство, так же как и за другое дерьмо, что вы делали, – говорю им. И голос мой звучит храбрее и увереннее, чем я себя чувствую.

– На колени, – орет тот же мужчина.

– Я не шучу, – я держу в руке мобильник со всё ещё светящимся экраном мобильника. – Это место уже вероятно оцеплено. Вы действительно хотите, чтобы вас взяли с этим? – я посылаю молчаливую молитву о том, что мои слова восприняли как правду.

К сожалению, надеяться на помощь через минуту после звонка бессмысленно, но раз уж они не знают, как давно я звонила, у меня возможно получится выкрутиться из этого положения.

– Брешешь, – кричит мужчина, а его друг слева стреляет, и пуля проносится слишком близко от моей головы. – На колени, или мой друг не промажет в следующий раз!

Я оглядываюсь и вижу, что все женщины, которые были достаточно сильны, чтобы самостоятельно выйти из клеток, уже стоят на коленях. Вот только все они трясутся, многие плачут, а некоторые просто распластались по полу.

В них не осталось ни капли борьбы. А я дала им надежду, что все может закончиться хорошо, только у них эту надежду отняли.

Мне просто нужно, чтобы эти придурки продолжали болтать. Мне нужно, чтобы они продолжали говорить, пока не приедет подмога. Поэтому я становлюсь на колени, все еще крепко держа мобильник, когда поворачиваюсь к ним лицом, ожидая, чего они захотят дальше.

– Что ты сделала с Брайаном? – спрашивает один из мужчин с пистолетом.

– Спалила его член. Хочешь, попробую это и на тебе? – усмехаюсь я, надеясь, что они не заметят, как меня трясет, хотя телефон в моей руке рушит эти надежды.

– Тупая сука. Тебе уже была гарантирована смерть, но сейчас ты только отодвинула время ее прихода.

– И как много других здесь было?

Вместо того, чтобы ответить мне, их лидер подает сигналы своим парням. Один движется к клетке, в которой заперт Брайан, перебирая собственные ключи в поисках нужного. Второй направляется ко мне.

Он пинает подальше электрошокер, который я оставила в паре метров от себя, а затем вырывает мобильник из моих рук и бросает его на пол, после чего раздавливает ногой.

Надеюсь, у спасателей было достаточно времени отследить мой звонок.

– Нужно перебираться отсюда. Бери его и суку. Убей остальных. Поедем в запасное место.

Мои легкие наполняются воздухом, чтобы выразить весь мой протест, но ни одно слово так и не вырывается из моего рта, потому что неожиданно и совсем не нежелательно, в дверном проеме, все еще занятом главарем во всем своём бородатом великолепии появляется Дэклан, и вырубает его. Затем он быстро хватает его оружие и стреляет в плечо мужчине, стоящему рядом со мной, от чего тот роняет свой пистолет. Оружие падает в нескольких метрах от нас. Это не мешает ему потянуться к ноге, под брючину, здоровой рукой в попытке достать новый пистолет. Дэклан просто вновь стреляет в него, прямо в грудь.

Когда мужчина падает, он заваливается прямо на меня, и теплая кровь течёт прямо на меня, пока пытаюсь спихнуть его мертвое тяжелое тело с себя.

В то же время раздается еще один выстрел. Понятия не имею, хорошо это или плохо, но внезапно Дэклан склоняется надо мной, кажется, нисколько не обеспокоенный весом трупа, который снимает с меня.

– Слава Богу! – плачу я, позволяя помочь ему поднять меня, а затем я крепко обнимаю, поскольку меня, наконец– то, заполняет облегчение.

– Блядь, похоже, мы вовремя сюда добрались, – говорит он, нежно похлопывая меня по спине. – Ты ранена?

– Нет, – трясу головой, а его мохнатая борода щекочет мне лоб. Всё больше слез катится по моему лицу и эта вся ситуация наконец-то начинает доходить до моего разума. – Но Зандер, он... он...

– Он позади тебя, – заканчивает Дэклан.

Я так шокирована его словами, не понимаю, что они означают.

– Что?

– Он позади тебя. Честно говоря, он сейчас смотрит на меня такими глазищами... Не думаю, что он рад, что ты обнимаешь меня так долго, – впрочем, Дэклан нисколько не ослабил своих объятий. Возможно, он боится, что я могу потерять сознание в любую секунду...

Я слегка мотаю головой, слезы ненадолго прекращают бежать.

– Зачем ты говоришь так? Он мертв! – срываюсь я, рассерженная тем, что он делает из этого шутку.

– Тогда он выглядит довольно хорошо для мертвеца.

– Ава, – голос Зандера доносится из-за спины, и я спешно разворачиваюсь, практически падая от того, головокружения, вызванного резким движением. Зандер тянется, чтобы вернуть мне равновесие, хотя Дэклан так и не отпустил меня.

– Как?.. Я же видела, как он попал в тебя, – упрекаю его, хотя бесспорно счастлива от того, что он жив. А может меня просто слишком сильно били по голове, и мне это снится?

– Да, и это чертовски больно, – затем он трет себя по груди, морщась.

– Как же ты выжил? – Зандер может казаться неуязвимым: сначала пережил взрыв бомбы, потом в него дважды стреляли. Но никто не может быть настолько везучим или пуленепробиваемым.

– На мне был бронежилет. Я одеваю его, если предполагается какая-то опасность. Не думал, что он снова мне понадобится, после той ночи, когда забирали флешку. А затем мой офис взорвали. Хотя он и не спас бы меня от этого, но мог бы защитить от некоторых стекол. Я решил, что буду надевать бронежилет, каждый раз, как буду покидать дом. Думал, что это перебор, одевать его на встречу с Кеном, но пообещал себе, что ради Вана больше не буду рисковать. Если бы я знал… – Он мотает головой, боль отражается на его лице. Видимо, он думает о предательстве. – Я бы никогда не взял тебя туда, если бы думал...

– Так значит, ты... ты жив? – задаю дурацкий вопрос. Я же разговариваю с ним, конечно же, он жив!

– Ага. К счастью, он не решился стрелять мне в голову, – говорит он, возвращая меня к тому моменту, когда я чувствовала себя такой бесполезной, такой беспомощной. Я не могла сделать ничего, кроме как укрыть собой голову Зандера. Кен сказал, что так ему было проще стрелять в него, когда он не видел лица жертвы. Но, оказывается, он просто не смог бы попасть в голову, даже если бы захотел.

– Твоя голова?.. – я осматриваю подсохшую кровь и темный синяк на лбу.

– Поболит некоторое время. Вероятно, придется проверить ее, но я переживу. Он?.. – его голос ломается. – Ты ранена?

Прежде, чем я успеваю ответить, Брайан снова начинает проклинать все на свете, все еще держась за свои причиндалы. Зандер бросает на него сердитый взгляд, немедленно делая шаг в его сторону, без сомнения готовый сделать что-нибудь, чтобы заткнуть его, и неважно, что тот все еще заперт в клетке.

Второй мужчина истекает кровью на полу, его ключи лежат рядом. Ещё один мужчина, раздававший команды, кажется, вырублен надолго.

– Я держала электрошокер у его хозяйства, пока он не отрубился. Кажется, это больно, – говорю я Зандеру, который удивляет меня смехом.

– Блядь, да уж, – он дарит мне еще одну широкую улыбку, прежде чем снова стать серьезным. – Ты точно в порядке?

Чувствую, как Дэклан проходит мимо. Он, должно быть, уходил за одеялами, потому что сейчас укутывает женщин и помогает им сесть или встать.

Я слышу звуки сирен вдалеке, они становятся громче. Кто-то уже приближается, и очень надеюсь, что они на нашей стороне.

– Я в порядке, кажется. Я запросила помощи... ну, у всех. Не знала, кому можно доверять.

Зандер тихонько смеется.

– Слушали твой звонок в 911, пока ехали сюда, – он шагает вперед, наконец-то сокращая разрыв между нами, и нежно обхватывает мое лицо. – Ты все правильно сделала. Здесь будет столько правоохранительных органов, что нет ни малейшего шанса прикрыть все их дела. – Он легонько проходится большим пальцем по моей больной щеке. – Здесь, кажется, отекает. Он ударил тебя? – его голос больше напоминает рычание.

– Неважно, – я отмахиваюсь от этого, мое облегчение тянет меня вниз, когда происходящее начинает укладываться в голове. – Не могу поверить, что ты в порядке. Я думала... Я была уверена, что ты мертв, – теперь я плачу, все эмоции снова бьют из меня, а Зандер обхватывает меня руками и притягивает к себе, удерживая от падения.

– Пойдем, выйдем отсюда на свежий воздух, – предлагает он.

– Но остальные, – говорю сквозь слезы. – Нужно помочь им.

– Ты уже помогла. Помощь практически приехала. Они достаточно скоро окажутся здесь. – Зандер берет меня на руки, словно принцессу (не уверена, насколько уместна данная аналогия), и выносит из этого пропитанного ядом помещения наружу. Меня удивляет, что снаружи сейчас светло, потому что солнце всходит.

– Где мы?

– Недалеко от И-94, рядом с границей Висконсина.

Дерьмо, как же долго меня везли в том грузовике!

– Как близко вы были, когда я позвонила в 911?

– Близко… Джерри удалось удаленно отследить номер Кларка по тем номерам, что ты дала. Мы бы приехали раньше, но это было непросто. Джерри пришлось взломать довольно серьезную кодировку, чтобы сделать это. Даже знать не хочу, сколько законов он нарушил при этом.

– А разве вы не могли сделать это все раньше? И посмотреть, где бывал Брайан?

– Мы так и не могли быть точно уверенными, когда он соберется сюда. Дэклан проследил за ним до бара, где они меняли машины. А это значит, что его машина никогда не была замечена в этой местности или зафиксирована на камерах. Нам не удавалось проследить за ним после бара. Добавь к этому то, что он запросто мог выяснить, что его GPS отслеживают, и если бы это произошло, следующим, что бы он сделал, была смена телефона или хотя бы номера. Тогда эта дорога была бы потеряна для нас в будущем, в такой ситуации, как сейчас.

Я киваю, кладя голову Зандеру на грудь, и ценя ощущение его, живого и сильного, больше, чем когда-либо. Вытираю глаза, но еще больше безмолвных слёз заливают лицо.

– Уже дважды я считала тебя погибшим. Дважды ты обманул смерть, – говорю ему дрожащим голосом.

– Я был уверен, что тоже потерял тебя. Давай больше не делать такого друг с другом, ладно? – Он прижимает меня к себе. Его слова произнесены с легкостью, но значение их довольно весомо.

– Хорошо.

Сирены теперь звучат громче, остаются считанные минуты до появления первых полицейских машин. И вот они уже с визгом останавливаются возле нас.

Нам говорят поднять руки вверх, и Зандеру приходится опустить меня на землю, пока он объясняет, что происходит. За это время прибывает ещё больше полицейских машин, а так же две пожарные. Мне не видно ни одной скорой, но позже мне объяснят, что они ожидают на безопасном расстоянии, пока не будет установлено, что тут безопасно.

Я указала, что здесь бомба, пожар и заложники. Плюс они слышали выстрелы в конце моего звонка до того, как теперь уже мертвый мужчина разбил мобильник и прервал связь.

В душе я застонала от того бардака, который устроила, солгав о слишком многом во время звонка на номер 911, и о факте, что этот кошмар закончится в ближайшее время.

Когда место преступления очистили и ситуацию в каком-то роде прояснили, меня засыпали бесчисленным количеством вопросов. Не только на складе, но также и в ближайшем полицейском участке. Зандера и Деклана так же забрали, но, по крайней мере, женщин осмотрели медики и доставили в больницы. Сомневаюсь, что их душевное состояние когда-либо будет прежним, но хотя бы их тела вылечат. Мы добрались до них вовремя.

Все остальное размыто. Вопросы, еще больше вопросов, и, наконец, доктор пришел, чтобы проверить мои раны. У меня только синяки и ссадины, ничего серьезного, но они ещё больше подтверждают мою историю.

Меня разделили с Зандером, но как только мне позволили увидеться с ним снова, он рассказал мне, что Джерри отправил часть видео, там, где Брайан хорошо виден, в каждый полицейский участок по электронной почте, чтобы не было, ни единого шанса скрыть, что он не был таким уж хорошим.

Я не слышала ничего о его самочувствии, и мне на самом деле просто плевать на это. Я надеюсь, его член отсох, и он проведет весь остаток своей никчемной жизни в тюрьме.

Прошли практически целые сутки, прежде чем нам наконец-то позволили уйти, и я просто валюсь с ног.

Джоуи забрал нас, и я смутно помню, как ехала на заднем сиденье вместе с Зандером, потому что стоило мне опустить голову на плечо Зандера, как я тут же задремала.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю