Текст книги "Кто твой папочка (ЛП)"

Автор книги: Дженни Бара

Соавторы: Бриттани Николь
сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 19 страниц)

Глава 38

Лола

Звук захлопнувшейся входной двери сопровождается знакомым звоном.

– Фаззи Ваззи вернулся, – объявляет Эми, словно мы не все уже до боли знакомы с мелодичным звоном колокольчика на его ошейнике. – Так умно было повесить на его ошейник колокольчик, чтобы он никого не пугал.

– Ага, – я киваю, плотно сжав губы, чтобы не рассмеяться. Или не разрыдаться. Даже не знаю, чего хочется больше. – Брайан говорит, что люди перестают пялиться, как только слышат звон.

– Точно, – соглашается Эми, совершенно не улавливая сарказм в моем голосе.

– Черт побери. Сюда, – шипит Брайан из коридора. – Нет, не в мой кабинет.

Фаззи тащит Брайана мимо двери конференц-зала.

– Черт!

– Перестань так говорить, – выскакивает из кресла Кэл и бросается вдогонку. – Фаззи путает это со своим именем!

Я даже не пытаюсь сдерживать смех. Кот живет здесь уже неделю, и, похоже, на имя «Черт» откликается гораздо охотнее, чем на «Фаззи».

Старая диванная развалина болотного цвета в кабинете Брайана – та самая, которую он хотел выбросить, – стала любимым лежаком Фаззи. Как бы мой босс ни ненавидел этот диван, кот его просто обожает.

– Он ко мне туда не заходит, – появляется Кэл, понуро опустив плечи. – До сих пор любит дядю Брайана больше.

– У тебя есть Мерфи, у Салли – Ти Джей, – напоминает Эми. – Думаю, он это чувствует. И, наверное, ощущает, как одинок Брайан.

Я зажмуриваюсь, стараясь дышать ровно. Просто не могу ее слушать.

– Кэл, – говорю я, – Фаззи постоянно играет с тобой.

– Это правда. И... – он кладет руки на бедра, разворачивается кругом, – у нас тут нет дивана. – Опускается в кресло. – Может, стоит это исправить. – Под столом его ступня скользит вверх по моей голени. – На диване куда удобнее, чем на столе. Ты согласна?

Он двигает бровями вкрадчиво.

Я делаю большие глаза, нарочито хмурюсь и бросаю выразительный взгляд на Эми. Мы на работе. Я четко обозначила границы, но Кэл, похоже, решил их полностью стереть.

– Эймс, сходи посмотри, что нужно Салли, – предлагает он.

– Зачем? Вы опять собираетесь трахаться? – она встает, тяжело вздыхая. – Если да, только не в кабинете Брайана. Он до сих пор жалуется на то, что вы там натворили.

Кэл хохочет, а я заливаюсь краской.

Как только мы остаемся одни, я кидаюсь вперед в кресле.

– Не верю, что ты ему рассказал!

Кэл улыбается, как ни в чем не бывало.

– Он спросил, я не мог соврать.

– Мог, – выпаливаю я сквозь зубы. – Очень даже мог!

– Ладно, Лола, – его голос становится умиротворяющим. – В следующий раз совру ради тебя.

– Никакого «следующего раза», – бурчу я, уткнувшись в экран компьютера.

От едва ощутимого прикосновения к шее я вздрагиваю и зажимаю рот рукой, чтобы не вскрикнуть. Этот коварный тип вдруг оказывается прямо за моей спиной, нависает близко.

Его губы медленно скользят по моей шее, и, как бы я ни старалась не реагировать, по коже пробегают мурашки.

– И таких «следующих раз» будет очень, очень много, – его низкий шепот заставляет мой живот предательски сжаться.

– Мы работаем, мистер Мерфи, – напоминаю я, и голос звучит слишком прерывисто на мой вкус.

– О-о, я обожаю, когда ты становишься такой официальной, – он прикусывает мой воротничок.

– Правда, у меня сегодня куча работы. Просто завал. – Я отчаянно борюсь с разгорающимся внутри желанием, но из моих губ все же вырывается жалобный всхлип.

– Дай мне пятнадцать минут и потом мы оба погрузимся в работу до конца дня, – обещает он.

Внутри меня вспыхивает сладкое волнение, но прежде чем я успеваю сдаться, входная дверь распахивается и громко захлопывается.

– Привееет!

Мое тело напрягается до предела. Слишком знакомый голос.

Я резко отстраняюсь от Кэла.

– Что моя мама тут делает?

Он хмурится, искренне не понимая.

– Есть кто-нибудь? – раздается голос моего отца.

В горле встает ком, сердце уходит в пятки.

– Оба?!

Может, я и преувеличиваю. Мои родители не ужасные люди. Совсем нет. Просто они не разделяют моего стремления к ответственности и планированию.

Они живут, куда ветер подует, не замечая, какой хаос приносят, когда рушат чужие расписания и идеальный порядок.

– Ты в порядке? – Кэл внимательно смотрит на меня, в глазах – тревога.

– В порядке, – обреченно выпрямляюсь, приглаживаю юбку и иду к входу.

– Лола! – мама, болтавшая с Эми, бросается ко мне.

Она обнимает меня так крепко, что ее длинные светлые волосы закрывают мне лицо, а сама она раскачивается из стороны в сторону, переполненная своей вечной неугомонной энергией.

– Привет, мама, – бормочу я, когда она наконец меня отпускает.

– Лапушка, – папа заключает меня в объятия. Но он не раскачивается – он поднимает меня над землей, прогибается назад, и его кожаная куртка странно трещит между нами. – Как моя девочка?

– Готова быть поставленной обратно, – говорю я.

Он смеется и осторожно опускает меня на пол.

Ну они и парочка. Мама – в рваных джинсах, с какой-то кружевной блузкой под джинсовкой. Папа – весь в коже с ног до головы. И у обоих одинаковые массивные черные ботинки. Это относительно новый образ. В детстве они больше походили на хиппи, а в мои подростковые годы – на готов. Обычно такие фазы проходят у детей, но не в моей семье. У нас я была единственной стабильной.

Два года назад они открыли для себя страсть к мотоциклам. И, как всегда, полностью погрузились в новое увлечение. По крайней мере, пока не найдут новое.

– Что вы здесь делаете? – вопрос вырывается слишком резко, и я тут же морщусь. Звучало скорее как обвинение.

– Встречаемся с друзьями неподалеку. А потом едем вдоль побережья любоваться листьями, – папа пожимает плечами. Вид у него такой, будто ему плевать на листья – главное, мотоцикл.

– Листовничество, – поправляет мама. – Мы едем в Вермонт на листовничество.

Я опускаю подбородок. Да, это в их духе. Но...

– То есть вы здесь, потому что?.. – я даю фразе повиснуть в воздухе.

– Когда поняли, что будем проезжать мимо твоего нового офиса, решили заехать на денек, – поясняет мама.

Мое сердце уходит в пятки.

– На денек?

– Конечно, – радостно щебечет она. – Мы же хотим повидать нашу дочку.

– Но я работаю, – напоминаю я. И они не позвонили. Не написали. Не отправили голубиную почту, чтобы я могла заранее все спланировать.

– Ой, ерунда, – мама отмахивается. – Конечно, ты можешь отпроситься на остаток дня.

В этом всегда и заключалась проблема. Карьера, обязательства – все это для них пустой звук. Они никогда не понимали моего стремления к порядку и ответственности.

– Дези, Джун, – из конференц-зала выходит Кэл – расслабленный, как всегда. Он жмет руку отцу и целует маму в щеку. – Какой чудесный сюрприз.

– Все слова из твоего рта звучат волшебно с этим акцентом, Кэл, – восторженно восклицает мама.

– Да, все без ума от его акцента, – сухо подтверждаю я. – Но как бы я ни рада вас видеть, – наглая ложь, – мне правда нужно работать.

– Ну конечно, ребята могут тебя прикрыть на один день, – папа поворачивается к Кэлу. – Разве нет?

Я отчаянно смотрю на него, умоляя взглядом не выдавать меня.

– На самом деле, – говорит он, даже не глядя в мою сторону.

Черт.

– Так получилось, что у меня как раз есть билеты, которые вам понравятся, – он достает сложенный лист бумаги. – Сегодня по Гудзону проходит тур по местам, где водятся призраки.

Мамино лицо озаряется восторгом.

– Я всегда мечтала встретить призрака!

– Это в нашем списке желаний, – кивает папа.

– Великолепно. У меня как раз три билета.

– Три? – у меня срывается писк.

– Слышала, лапушка? – папа хлопает Кэла по спине. – Ты тоже поедешь! Молодчина, Кэл!

Он издает нервный смешок.

– Эм... вообще-то, Лола не сможет сегодня пойти, но три билета здесь не случайно.

У меня сердце замирает. Он что, серьезно собирается пойти вместо меня? Это безумно мило, но если эти трое проведут вместе целый день, то, скорее всего, закончат где-нибудь в Тимбукту, потому что им это покажется забавным приключением.

– У нас есть один призрак, – произносит он. – Думаю, вам он понравится.

Я стону.

– Призрак? – мама косится на меня, губы дергаются в предвкушении. – Ты не говорила, что у тебя есть призрак, Лола. Как увлекательно!

– Его зовут Себастьян, и он байкер. Я подумал, что ему будет интересно поехать с вами в тур на мотоциклах.

– Ну и поворот событий, Джун, – грохочет папа.

Мама кивает, сияя на Кэла, а я выдыхаю с облегчением.

– А вы точно не хотите поехать с нами? – уточняет она.

– К сожалению, это были последние три билета, – Кэл пожимает плечами. – Но Фаззи и я проводим вас до выхода. – Он свистит, как будто кот действительно откликнется.

Когда ничего не происходит, я беру коробку с лакомствами, которую мы держим тут на всякий случай, и потрясаю ею. Через пять секунд огромный зверь появляется в дверях.

– Боже мой! – мама взвизгивает. – Какой красавчик! Лола всегда мечтала о кошке, знаете?

Кэл, сунув руки в карманы, гордо кивает.

– Вот почему я подарил ей самого лучшего кота на свете.

– Это твой кот? – папа поднимает бровь в мою сторону.

Я пожимаю плечами. Честно говоря, я уже сама не знаю. Я каждый день гоняю Салли, чтобы он кормил Фаззи, напоминаю Брайану выгуливать его каждые пару часов. И слежу, чтобы он не сбежал. Хоть уборку лотка я и делегировала парням, по факту этим занимаюсь я. Так что, пожалуй, да – это мой кот.

Мама опускается на колени, и кот тут же подходит, трется головой о ее щеку.

– Какой хороший мальчик, – сюсюкает она.

– Он еще и трюки умеет, – Кэл выпрямляется, гордый как никогда. – Сейчас принесу его поводок и мяч – покажем, как мы играем в волейбол на парковке.

Мама болтает без умолку, пока они выходят, а папа, уже у двери, поворачивается ко мне:

– Мы потом заедем за тобой, Лола, и пойдем ужинать.

Когда они наконец уходят, я вяло плетусь к столу и падаю в кресло с глубоким вздохом. Возможно, это была самая легкая встреча с родителями за всю мою взрослую жизнь. Сделав глубокий очищающий вдох, я возвращаюсь к компьютеру и продолжаю работать над сертификатом, который нужно передать клиенту до обеда.

– Черт, – через несколько минут ругается Брайан.

– Перестань его так называть, – говорит Кэл, появляясь в дверях. Он засовывает руки в карманы и входит в комнату. – Ты на меня злишься?

Я качаю головой.

– Я скорее должна называть тебя своим героем. Мне еще никогда не удавалось так быстро избавиться от родителей. Обычно, когда они появляются, они катком проезжаются по моему дню.

Он облокачивается на стол рядом со мной.

– Ты сказала, что хочешь сегодня работать, а чего хочет Лола...

Я хватаю его за галстук и притягиваю к себе. Когда наши губы встречаются, я вздыхаю ему в рот:

– Спасибо.

– Все, что угодно, – это одно слово звучит как клятва.

– А вдруг ты сможешь избавить меня еще и от ужина? – спрашиваю я с надеждой.

– Вряд ли, – он чмокает меня в губы и отстраняется. – Но если ты не против, чтобы Мерфи пошел с нами, мы можем присоединиться.

Очень заманчиво, но Мерфи, скорее всего, умрет от скуки.

– Парней сегодня вечером не будет дома?

– Салли едет в город на встречу с терапевтом Ти Джея, а у Брайана ужин с Беркширами.

Я тяжело вздыхаю. Ненавижу тащить Мерфи куда-то, но не могу отрицать, что хочу, чтобы они были рядом.

– Если Мерфи будет не против, я бы очень хотела, чтобы вы пришли.

Он одаривает меня своей убийственной улыбкой и произносит свою любимую фразу:

– Чего хочет Лола.

Эти слова словно проникают в меня, обвиваются вокруг моего сердца, и у меня предательски щиплет глаза, а в носу появляется характерное жжение.

Глава 39

Кэл

Я врываюсь в кабинет Брайана, прерывая какой-то телефонный звонок, и киваю в сторону кабинета Салли.

– Собрание партнеров. Срочно.

Кажется, Брайан чувствует надвигающийся крах моей психики, потому что мгновенно заканчивает разговор и отодвигает стул.

– Что случилось?

Я качаю головой, не желая говорить хоть слово, пока мы не окажемся за закрытой дверью. Только когда мы втроем оказываемся в кабинете Салли, я выдыхаю:

– Родители Лолы здесь.

Глаза Брайана мечутся между мной и дверью.

– И ты прячешься, потому что?..

– Черт возьми, я только что говорил с Лэнгфилдом, – бурчит мой брат, глядя на телефон, который только что положил.

Я упираю ладони в колени и пытаюсь вдохнуть. Думаю, я реально начинаю гипервентелировать.

– Эй, что происходит? – доносится голос Брайана, будто издалека, потому что в ушах у меня стоит звон.

– Воды, – сиплю я, хватаясь за горло.

– Черт, – Салли вскакивает и сует мне под нос бутылку. Я подозрительно на нее смотрю, а потом все же хватаю, когда понимаю, что она запечатана. Руки трясутся, пока я залпом выпиваю половину.

– Черт – что? – спрашивает Брайан. – О боже, ты уже успел сделать что-то, чтобы ее обидеть? Я же тебя предупреждал.

Салли усмехается и поднимает руку.

– Спокойно, это не то.

– Так кто-нибудь мне скажет, что происходит?

Я закатываю глаза и пытаюсь хоть чуть-чуть расслабиться.

– Он никогда не встречался с родителями девушки, – с насмешкой поясняет Салли.

– Правда? – Брайан смотрит на меня, будто это невозможно.

– Я не встречаюсь. Я не... – я отчаянно машу руками. – Не делаю такого!

– Понятно, – протягивает Брайан медленно, с таким осуждением, что хочется сквозь землю провалиться.

– И это не просто девушка, – говорю я. – Это Лола. Она пригласила меня и моего сына поужинать с ее родителями.

У Брайана округляются глаза.

– Серьезно? Это не похоже на Лолу. Она... – он резко обрывает себя, понимая. – Ни хрена себе. Так это ты тот самый парень!

Я жалко киваю, потому что да, это я. Каким-то чудом, каким-то гребаным образом, я добился того, что эта девушка – та, что всегда всех отталкивает, даже меня – не только согласилась быть моей девушкой, но и ищет у меня поддержки, даже когда рядом ее родители. Она пригласила нас на ужин. Это огромный шаг. Да, для кого-то такие вещи ничего не значат, но только не для Лолы.

– Так что мне делать?

Салли пожимает плечами и, сунув руки в карманы, опирается о стол, изучающе глядя на меня.

– Что – что тебе делать? Просто идешь на ужин. Очаровываешь их, как ты умеешь очаровывать всех. Если кто и справится с этим, то только ты.

Брайан кивает.

– Честно говоря, это как раз твое амплуа. Не понимаю, чего ты боишься. К тому же, ее родители простые, легкие на подъем. Они тебя всегда любили.

Я стискиваю зубы. Для меня этого недостаточно. Я хочу, чтобы все прошло идеально.

Салли отталкивается от стола и похлопывает меня по спине.

– У тебя все получится. Слушай, даже родители Слоан меня любили. Так что у тебя все в кармане.

– Только вот Слоан ненавидит своих родителей. Много пользы тебе это принесло, да?

Салли снова опирается на стол, но уже без энтузиазма.

– Понятия не имею, что теперь делать. Кажется, она полностью меня отрезала.

Я тяжело сглатываю. Мне это совсем не нравится. Но сейчас я могу справляться только с одним семейным кризисом за раз. И мой приоритет – сделать так, чтобы Лола сегодня чувствовала себя хорошо, чтобы ее семья относилась к ней с уважением. А уже потом я помогу Салли.

– Я правда ценю, что ты согласился, – говорит Лола Мерфи. Мы сидим за столиком, ждем ее родителей, которые, естественно, опаздывают.

Мерфи пожимает плечами.

– Кэл сказал, что я могу заказать что угодно. А ты все не перестаешь говорить про стейк в этом месте, так что я выберу самый большой, – он кивает на блюдо со стейком за стеклом прямо возле нашего столика.

Я забронировал столик в «Бернсе», ведь мы с Лолой так и не дошли сюда вместе, да и, как она говорит, ей нужна доза безглютеновых дрожжей – странная у меня девушка. И еще это место идеально подходит для знакомства с родителями... если они вообще появятся.

– Даже огромный стейк не стоит того, что мне предстоит пережить из-за моих родителей, – бурчит Лола. Потом смотрит на Мерфи, словно оправдывается. – Они просто не совсем такие, как я. Их... слишком много.

Мерфи, этот маленький дьявол, ухмыляется, и черт, я горжусь тем, как сильно он сейчас похож на меня. Потом он указывает на меня.

– Мои – тоже.

Лола неожиданно громко смеется, и этот звук – самый сладкий из всех, что я слышал. И это чувство в груди... наблюдать, как они подшучивают надо мной вместе, как он только что снова назвал меня своим родителем... Да, пока я для него просто Кэл, но мы движемся в правильном направлении. Один день за раз.

Сегодня Лола распустила волосы. Она все чаще носит их так, и я без ума от этого. Не потому, что ей надо было меняться, а потому что она сама стала счастливее. И эти чертовы веснушки сводят меня с ума под мягким светом лампы над столиком.

Черт, я просто одержим ею.

– Боже, простите, что опоздали, – раздается голос ее матери у меня за спиной.

Я бросаю взгляд на Лолу, беззвучно говорю «ты справишься» и жду, пока она улыбнется, прежде чем встать. Затем поворачиваюсь и дарю ее матери свою самую обаятельную улыбку.

– Вы пришли точно вовремя, Джун.

Мама Лолы, удивительно похожая на нее, только с лицом, которое носит следы и солнечных лучей, и частого смеха, расцветает, увидев меня.

– Кэл, я не знала, что ты тоже будешь.

Я здороваюсь с ней и ее мужем – он почти на две головы ниже меня, в кожаной куртке и тех же темных джинсах, что и сегодня утром.

Лола тоже выходит их поприветствовать, а затем жестом подзывает Мерфи.

– А это сын Кэла, Мерфи.

Мерфи протягивает руку, как взрослый, и мне приходится отвернуться, чтобы не расплыться в гордой улыбке. Мой мальчик. Он такой невероятный. Мне до сих пор больно от того, что он слишком рано научился быть таким самостоятельным, слишком взрослым для своих шести лет. Но я уже понял – это его суть. И я буду это принимать.

– Очень приятно познакомиться, – говорит он.

Джун толкает мужа локтем и, взяв руку Мерфи, сияет.

– Ты слышал? Он сказал, что рад нас видеть! – Она переводит взгляд на Лолу, а потом на меня, улыбка становится шире. – Подождите... вы встречаетесь?

Я не знаю, что ответит Лола, поэтому даю ей решать самой. Когда она обнимает меня за талию и кладет голову мне на грудь, я едва не умираю от счастья на месте.

– Да. Давайте закажем ужин, и вы расскажете нам о своем туре, – говорит Лола и берет Мерфи за руку, возвращаясь с ним к столу.

Ни один из нас не может оторвать глаз от них. Мы с ее родителями заворожены этой простой сценой.

– Ты ей на пользу, – шепотом произносит Джун, не сводя глаз с Лолы.

Я отодвигаю ей стул, жду, пока она сядет, и устраиваюсь между Лолой и ее матерью. Мерфи садится рядом с Дези. Мы – словно щит, защищающий Лолу, чтобы она сохранила спокойствие этим вечером.

– Она даже волосы распустила. Такая расслабленная, – Джун качает головой и вздыхает. – Нам никогда не удавалось ее раскрепостить. Похоже, именно ты ей был нужен.

Лола листает меню с Мерфи и не слышит этих слов, но я все равно отвечаю:

– Она – на пользу мне. Думаю, она нужна нам всем. Немного равновесия для нашего хаоса, разве нет?

Дези усмехается, наклоняясь через жену.

– Я-то не знаю, что такое равновесие, мы с Джун просто живем, куда ветер подует. Но, может, ты прав. Ты тоже выглядишь счастливым. Держи нашу девочку в таком же хорошем настроении и мы все станем чуточку уравновешеннее.

Лола фыркает.

– О чем вы там шепчетесь? Не вздумайте продать меня за корову, папа.

Мерфи хихикает, а я подмигиваю ей.

– Конечно, нет. Ты явно стоишь дороже. Может, тигра и пары рыбок.

Она закатывает глаза, но улыбается. И черт, как же она прекрасна, когда улыбается.

Ее родители правы. Я думаю, я действительно на пользу Лоле. Думаю, мы втроем – я, Мерфи и Лола – приносим друг другу только хорошее.

Глава 40

Лола

Как и следовало ожидать, Кэл без труда очаровал моих родителей. Его терпение, с которым он слушал их истории о призраках, заслуживало восхищения, а мама и папа были в восторге от Мерфи.

В конце вечера мама заявила, что Мерфи напоминает ей меня в его возрасте. Я понимаю, почему. Хотя надеюсь, дело не в том, что, даже будучи шестилетним мальчиком в окружении взрослых, он кажется самым ответственным из всех. Больше всего на свете я хочу, чтобы Мерфи никогда больше не чувствовал себя так. Не с Кэлом рядом.

– Ты сегодня почитаешь мне, Лола? – спрашивает Мерфи, выходя из ванной уже в пижаме.

В груди распускается тепло.

– Ни за что не пропущу. Не терпится узнать, что будет дальше с летающими ботинками.

Голубые глаза Мерфи сияют.

– Мне тоже.

– Летающими ботинками? – Кэл выпрямляется, наклоняясь вперед.

– Ага. Наденешь их и можешь парить, – Мерфи раскидывает руки и носится по комнате.

Низкий смех вырывается у Кэла.

– Звучит потрясающе.

– Ага, – мальчик пожимает плечами, – только сын Гермеса может их носить.

Глаза Кэла прищуриваются.

– Гермес – это бог воров?

– Путешественников, – говорю я.

– И того и другого, – поправляет Мерфи, выпрямляясь.

– Ну что, мой маленький путешественник, пошли в кровать, – я обнимаю его за плечи.

– Стой. – Он выскальзывает из моих рук и бросается к Кэлу. Обхватывает его руками, и глаза Кэла расширяются. – Спокойной ночи. Даже если ты не можешь подарить мне летающие ботинки, ты все равно самый классный папа.

Кэл крепко прижимает его к себе, часто моргая.

У меня перехватывает горло, а слезы подступают к глазам, когда я наблюдаю за этим моментом. Кэлу наверняка было непросто ворваться в жизнь сына вот так, но он справляется с ролью отца блестяще.

– Пошли, – Мерфи отпускает папу и пролетает мимо меня.

Когда он уже под одеялом, а я устроилась рядом с книгой «Похититель молний» в руках, он тяжело вздыхает.

В груди сжимается – от него вдруг повеяло грустью.

– Все в порядке?

– Можно я кое-что спрошу?

– Всегда, – уверяю я, закрывая книгу. – Что случилось?

Голубые глаза, так похожие на Кэла, опускаются, взгляд упирается в одеяло, а пальцы теребят ткань.

– Моя мама… она звонила? Или писала?

Этот вопрос разрывает меня на куски. Мальчик уже несколько месяцев здесь и ни разу не говорил с единственным человеком, на которого, казалось бы, должен всегда рассчитывать.

Я почти уверена, что ответа нет, но точно не знаю. Обняв его, я прижимаю к себе.

– Надо спросить у Кэла, но он ничего не говорил. Думаю, нет.

Его маленькое тело вяло прижимается ко мне, и сердце мое трескается пополам.

– Даже если она не звонила, это не значит, что ей все равно, – мягко говорю я. – Мои родители любят путешествовать. Им бы хотелось, чтобы я была с ними, когда они уезжают. Но, как ты должен ходить в школу, я должна работать. Это не значит, что мы не скучаем друг по другу.

– Я скучаю по ней, – шепчет он, закинув голову, и в его глазах вспыхивает боль. – Но мне здесь нравится.

– А нам нравится, что ты здесь, – обещаю я. – Уверена, твоей маме тоже нравилось, когда ты был с ней. Люди по-разному показывают свою любовь. Иногда это не всегда понятно, но обычно они любят нас так, как умеют. Это может означать, что с кем-то мы просто веселимся, а на кого-то можем положиться. Понимаешь, о чем я?

Мерфи внимательно меня изучает, уголки губ опущены. Лицо – слишком взрослое для его возраста.

Еще пару месяцев назад я и представить не могла, что скажу такое, но слова теперь сами срываются с губ:

– Кэл всегда будет рядом с тобой. Это я могу обещать. Он может быть тем еще придурком, но он хочет быть для тебя не только веселым папой. Он хочет быть тем, кому ты сможешь довериться. Не забывай об этом. – Я сглатываю комок в горле. – Думаю, что, оставив тебя с отцом, мама сделала то, что для тебя лучше. Она знала, что так ты сможешь ходить в школу и что рядом всегда будет кто-то, кто тебя любит.

Он кивает.

– А как думаешь, Кэлу будет неприятно, если я скажу, что скучаю по ней? – Его глаза затуманиваются. – Что хочу увидеть ее, когда она вернется?

Я решительно качаю головой.

– Он никогда не расстроится. – Я крепче прижимаю его к себе. – У Кэла огромное сердце. Он никогда не осудит тебя за то, что ты унаследовал его от него. Ты свободен любить того, кого хочешь любить.