Текст книги "Кто твой папочка (ЛП)"

Автор книги: Дженни Бара

Соавторы: Бриттани Николь
сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 19 страниц)

Глава 14

Кэл

Хотя я уже официально освоился в роли отца и привык к нашей новой жизни в Нью-Джерси, о некоторых моих соседях по квартире того же сказать нельзя. Прошло две недели, а Брайан ворчит сильнее, чем когда-либо.

– Что этот мужик делал в нашей квартире? – рявкает он, нависая над конференц-столом, весь сплошной ком негативной энергии.

А, понятно. Наверняка наткнулся на того парня, которого я нанял для одного домашнего проекта.

– Когда у тебя в последний раз был пердюль-тюль в кровати?

Брайан хмурится. А вот Ло прыскает. Этот звук пробирает меня до мурашек.

– Что? – в его тоне такая угроза, что ясно – он не прочь мне что-нибудь сломать.

Я делаю вид, что не замечаю.

– Ну, ты понял, когда у тебя в последний раз твой дружок занимался... спортом?

Он выпрямляется и проводит рукой по челюсти.

– Да твою ж мать.

Я ухмыляюсь Лоле, а потом продолжаю издеваться над Брайаном.

– Ну, там... перепихон, тра-ла-ла, жаркий марафон, ночной заплыв. Что-нибудь из этого знакомо?

Лицо у него красное, в пятнах, как будто он вот-вот взорвется. Он мечется взглядом между мной и Лолой, потом резко выдыхает.

– Почему ты ему улыбаешься?

Она тут же стирает улыбку, губы выпрямляются в тонкую линию.

– Я не улыбаюсь.

Черт побери. Мне хочется перелететь через стол и врезать этому козлу за то, что он стер с ее лица эту чудесную улыбку.

– Улыбалась, – на лбу Брайана проступают глубокие складки.

– Тебе лучше перестать это делать, – говорю я и, махнув рукой, отталкиваюсь от стула и встаю.

Брайан тяжело вздыхает.

– Боюсь даже спросить. Что – это?

– Ну, гримасничать наоборот? – я бросаю взгляд на Лолу, ожидая подтверждения, что термин подходит.

Ее губы снова чуть приподнимаются, будто она изо всех сил сдерживает улыбку, и она просто кивает. А вот Брайан, наоборот, вылетает из комнаты, бушуя и требуя моего брата.

Я давлю в горле смех, наблюдая за ним.

– Так кто был в квартире? – голос Лолы тихий, едва слышимый на фоне того, как Брайан орет в кабинете моего брата.

Я разворачиваюсь к ней и понимаю, что только что совершил огромную ошибку.

Лола всегда красива. Я никогда не мог игнорировать ее присутствие, а она – всегда без труда игнорировала мое. Это меня бесило, поэтому я выбрал другой путь – дразнил и подкалывал ее. Так труднее делать вид, что меня не существует, и мне самому проще – ведь тогда есть оправдание ее раздражению.

Но сейчас она совсем не выглядит раздраженной. На губах – легкая улыбка, в изумрудных глазах – восторг, словно она хочет разделить секрет, который я собираюсь раскрыть. Как будто не просто терпит меня, а ценит мое присутствие. Это сводит с ума. Я мог бы смотреть на нее весь чертов день. Сделал бы почти все, лишь бы утонуть в этих глазах. Утонуть в том чувстве, которое она будит в моей груди.

– Служба безопасности, – слова сами срываются с губ, разрушая чары.

Она моргает, словно тоже только что вышла из грез, и наклоняет голову в недоумении.

Я облокачиваюсь на дверной косяк, скрестив руки на груди, сдерживая порыв подойти к ней ближе. Здорово работать в одном офисе с Лолой. Хотя не уверен, что она со мной согласна.

– Зачем?

– Хотел поставить камеры в квартире. Чтобы после школы, когда Мерфи и Ти Джей будут дома, они могли спокойно тусоваться наверху, а мы не переживали за их безопасность. К мадам Эсмеральде весь день толпы народу ходят.

– Логично.

– И если Мерфи ночью проснется...

Лола нахмуривается.

– Подожди. Ты поставил камеры ВНУТРИ квартиры?

– Ло! – орет Салли.

– Вот же не хватает селектора, – бурчит она, закрывая глаза и делая глубокий вдох, будто ищет остатки терпения. Ее лицо успевает разгладиться, но Салли снова ревет, как будто мы не слышали его с первого раза.

Лола упирает ладони в стол и поднимается на ноги. Когда она выпрямляется, с ее губ срывается отчаянный, измученный вздох.

– Хватит! – рычу я.

Глаза Лолы широко распахиваются от удивления, она смотрит прямо на меня.

Черт.

– Не тебе, – поспешно добавляю я. – Никогда не тебе.

Сжав челюсть, я врываюсь в кабинет брата. Салли один, хмурится на экран компьютера. Похоже, Брайан уже выложил ему все свои жалобы. Я тут же разворачиваюсь и иду к закрытой двери Брайана, пару раз громко стучу, а потом, не дожидаясь ответа, распахиваю ее.

– Собрание партнеров. В кабинет Салли. Живо, – отрезаю я, слова короткие и резкие. Я киплю.

Брайан поднимает голову, но я уже развернулся и пошел обратно к брату.

– Ты сейчас на меня рявкнул? – в голосе Брайана появляется что-то вроде изумленного веселья.

Я указываю на стул перед столом Салли.

– Садись.

Брайан отшатывается.

– Прошу прощения?

– Садись, – повторяю я, сдерживая злость.

– И что это за цирк? – недовольно рычит Салли. Как всегда, он ведет себя так, будто его время ценнее всех остальных.

Я засовываю руки в карманы и смотрю на них обоих.

– Вы двое доводите Лолу до белого каления.

Брайан тычет в себя пальцем.

– Мы доводим ее до белого каления?

Салли сужает глаза.

– Что с Ло? Ло!

Я захлопываю дверь и указываю на него.

– Вот это! Прекрати.

Салли переводит взгляд с меня на Брайана, брови сдвинуты.

– Что именно? Что я прошу ее делать свою работу? Нам нужно работать, Кэл, – он откидывается на спинку кресла. – По крайней мере, кое-кто из нас работает.

Я игнорирую его укол. Я свою работу делаю. Может, у меня уходит на это меньше времени, чем у них, но это не моя проблема. Я никогда не умел бездельничать и не собираюсь начинать только ради того, чтобы они чувствовали себя лучше на фоне своей неэффективности.

– Мы не будем орать на Лолу. Если хочешь что-то – поднимай зад и говори ей лично.

И, о чудо, на лице этого зануды Брайана мелькает тень улыбки.

Салли тяжело выдыхает.

– У меня нет времени бегать туда-сюда каждый раз, когда мне что-то нужно. Лола не против.

– Она против, – парирую я. – И мы не можем ее потерять.

Одна мысль о том, что она вернется в Нью-Йорк, как постоянно грозится, сжимает мне грудь, не давая дышать.

Брайан откидывается на спинку стула.

– Она обещала девяносто дней.

Девяносто? Нам же нужна она на все триста шестьдесят пять! Черт побери, все хуже, чем я думал.

Я сжимаю зубы, качая головой.

– Значит, нам нужно дать ей повод остаться. – Достаю из кармана рацию и бросаю ее брату. – Вот.

Он ловит ее и недоуменно поднимает.

– Что это?

– Рация, – отвечает Брайан, но голос у него звучит так, будто он сам не уверен.

– Да. Также известная как нью-джерсийская офисная система связи, – поясняю я.

Салли хмурится еще сильнее.

– Что?

– Я куплю еще две. Когда вам понадобится Лола, вы просто нажимаете кнопку сбоку и говорите: «Прошу прощения, Ло», – я сверлю его взглядом, – и только когда она подтвердит, что вы не мешаете ей работать, озвучиваете просьбу.

Они оба молчат, пару секунд изучая меня. Наконец, синхронно кивают.

Я разворачиваюсь и выхожу. Уже почти у порога слышу, как Брайан окликает меня:

– Кэл, тебе звонили из отдела опеки. Придут в течение сорока восьми часов.

При упоминании службы по защите детей и обеспечению их благополучия у меня стынет кровь. Я резко оборачиваюсь:

– Зачем?

Брайан пожимает плечами.

– Суд должен утвердить условия проживания Мерфи. Убедиться, что все безопасно. Это стандартная процедура.

Мы с ними руководим одной из самых престижных семейных юридических фирм в стране, а теперь я стою по другую сторону – жду, пока судья решит, безопасно ли моему сыну со мной. Это чуждо. Неправильно.

Это мой сын. Если бы Бренди рассказала мне о нем, я бы не пропустил все эти годы, и тогда не было бы нужды вмешиваться суду. Не пришлось бы никому решать, достоин ли я права воспитывать собственного сына. Я не сделал ничего – абсолютно ни-че-го, – чтобы у суда были хоть какие-то сомнения.

Она его бросила. И это ей стоило бы объяснять.

Ошарашенный и злой, я глубоко вдыхаю и выхожу из кабинета. На ходу врезаюсь в Лолу. Мы сталкиваемся, она отшатывается назад, едва не падая с каблуков. Я машинально хватаю ее за руки, чтобы удержать.

– Черт побери, ты в порядке? – я наклоняюсь, всматриваясь в ее лицо.

Она моргает, глядя на меня, но молчит.

– У тебя сотрясение? Нужно вызвать врача? Салли!

Через мгновение появляется мой брат. Брайан тоже.

Салли криво ухмыляется, поднимая бровь и переводя взгляд на мои руки, все еще сжимающие плечи Лолы.

– Думал, мы больше не орем, – протягивает он.

– Засранец, – бормочу я, не отрывая глаз от растерянного лица Лолы. – Я врезался в Лолу. Она не разговаривает. Нам вызвать врача?

– Я в порядке, – она вырывается из моих рук, забирая с собой свое мягкое, теплое тело. – Ты просто меня напугал.

– Еще бы. Я чуть тебя с ног не сбил.

Она качает головой, не соглашаясь, но молчит, и на ее лице снова появляется привычная маска равнодушия.

Брайан встает между нами, внимательно осматривая ее.

– Ты точно в порядке?

– В порядке, – выдыхает она раздраженно.

Я чувствую, как меня заливает волна облегчения, но тут же ее смывает новый прилив страха. Давление подскакивает, я обхожу их и резко бросаю:

– Пойду проверю квартиру.

– Проверить квартиру? – Салли прищуривается. – Это новый эвфемизм для кофе-брейка?

– Нет, – рычу я. – Если из опеки придет кто-то, хочу, чтобы там было идеально чисто и все на своих местах.

Я качаю головой. Да какая, к черту, разница? Все равно все решать им – достаточно ли я хорош, чтобы быть отцом Мерфи. И все знают, что я – нет.

Он заслуживает лучшего. Он заслуживает больше, чем этот дом.

Сердце колотится, боль в груди усиливается. Черт, вот так и чувствуется сердечный приступ? Это то, что испытал мой отец перед смертью? Вряд ли. Он, наверное, был слишком занят своей рыжей молодухой, чтобы паниковать вот так...

– Кэл, – Лола подходит ближе и мягко берет мою руку, которой я почти в ярости тру грудь. – Может, мы выйдем на улицу и пройдемся?

Я моргаю, глядя на нее, завороженный ее изумрудными глазами. Она – мой островок спокойствия посреди шторма.

– Они не могут забрать Мерфи.

– Кэл, – начинает Брайан.

– Не заберут, – Лола качает головой. – Пойдем, пройдемся. Я тебе все объясню.

– Можешь подняться со мной наверх и осмотреть квартиру? Скажешь, если нужно что-то доделать?

Она одаривает меня той самой мягкой, теплой улыбкой, которую я видел у нее, когда она общается с детьми. Улыбкой, которую я мечтал увидеть в свой адрес.

– Да, Кэл, пойдем наверх.

На автопилоте я следую за ней по лестнице, не в силах оторвать взгляд от ее покачивающихся бедер.

На втором этаже я указываю на одну из камер, которые недавно установили.

– Видишь?

Она кивает и облизывает губы.

– Очень безопасно.

Я смотрю на квартиру глазами инспектора из опеки. Замечаю увядающие растения по углам и морщусь.

– У меня не выходит их выращивать. Наверное, лучше убрать, пока не завяли совсем, – я опускаю голову и делаю шаг к ближайшему цветку.

Лола останавливает меня, схватив за руку.

– С растениями все нормально. Им просто нужно чуть больше воды.

Она отпускает меня и идет на кухню, где наполняет стакан водой.

– Мужик сказал, что их надо опрыскивать, – показываю я на пульверизатор, пока она аккуратно поливает землю у корней.

Она тихо смеется.

– Может, попробуем действительно полить, а не пшикать? Вдруг поможет.

– А если они его заберут? – вопрос срывается шепотом. Это все, что я могу выдавить.

Она снова улыбается своей мягкой улыбкой, и я впитываю ее, как спасение.

– Тебе станет легче, если я объясню, на что они смотрят и как проходят такие проверки?

Я судорожно киваю, чувствуя благодарность, застрявшую в горле. Юридически я понимаю, как это все устроено. Но внутри – потерян.

– Это обычная процедура, – говорит она спокойно. – Ты его отец, но они хотят убедиться, что ему комфортно с тобой и что о нем заботятся, особенно учитывая, что вы только познакомились. Это похоже на процесс воссоединения, только...

– Только мы никогда не были вместе, чтобы воссоединяться, – перебиваю я, и злость прорывается наружу. Я столько всего пропустил.

Лола кивает.

– Да. Но тебе не о чем волноваться. Ты делаешь все, что нужно... ну, кроме дохлых растений.

У меня вырывается смешок. Эта женщина умудряется успокоить даже самого тревожного человека.

Лола возвращается на кухню за новым стаканом воды.

– Они зайдут, поговорят с тобой, посмотрят комнату Мерфи, сделают быстрый осмотр квартиры и спросят о его распорядке, – рассказывает она, отщипывая сухие листья у другого растения. – Потом понаблюдают за вами вместе и уйдут. Потом два месяца – тишина. И потом придет письмо, что дело закрыто. Без рекомендаций по дальнейшему сопровождению.

– И все?

Она кивает, встречаясь со мной взглядом.

– И все. Все будет просто супер-пупер.

Я улыбаюсь.

– Ты сейчас подражаешь моей фишке с рацией?

Она смеется и качает головой.

– Наверное, у меня плохо выходит, но да. Сработало?

– Ты только что назвала меня суперменом?

– Нет. «Супер-пупер» значит, что все будет хорошо.

Я хитро наклоняю голову.

– Нет, я уверен, ты только что назвала меня суперменом.

– Ты... – она шумно выдыхает и качает головой.

– Супермен, я знаю. Ты уже сказала, – поддеваю я.

Она фыркает и идет за очередным стаканом воды.

– Осторожнее, Лола. Будешь продолжать так улыбаться и я решу, что ты меня любишь.

Она опускает голову, стоя у раковины, пытаясь скрыть улыбку.

– Не люблю.

Двадцать четыре часа спустя ее прогноз сбывается. Встреча с опекой проходит спокойно, без происшествий. Теперь остается только ждать того самого письма.

Как минимум два месяца. Лола напомнила мне об этом. Шестьдесят дней.

А она обещала Брайану девяносто.

Я не могу этого допустить. Лола не может уехать. Не сейчас, когда она наконец-то улыбается мне. Так что я использую следующие шестьдесят дней не только для того, чтобы лучше узнать своего сына, но и чтобы убедить Лолу остаться.

Глава 15

Лола

– Ло.

Рация трещит, выдергивая меня из оценки рисков, которую Салли велел перечитать.

Не уверена, что джерсийская «система внутренней связи» лучше, чем орать через весь офис – разве что им стало проще сгружать на меня еще больше. Но то, как Кэл меня защитил? Да, это было мило. Для Кэла – нетипично.

Может, это был прежний Кэл. Новый Кэл, который объявился, как только мы переехали в Джерси, – он правда милый. И мне это даже нравится.

– Ло, ты тут? – повторяет Брайан. – Мне нужно, чтобы ты вытащила приложения с A по U по Камбрано.

Легкость, которая было во мне, спускает воздух со свистом. Двадцать одно приложение. Пустяки.

Сжимаю зубы. С утра на меня уже повесили три письма, уведомление о ходатайстве и эту чертову оценку рисков. И еще даже не обед.

Похоже, они уверены, что я волшебница и могу делать по шесть дел сразу.

Хватаю эту дурацкую штуку и мну ее в руках.

– Нет, – говорю, не до конца уверенная, что держала кнопку достаточно долго. – На это я не свободна. – На всякий случай добавляю.

Сколько я себя помню, у каждого из ребят был свой помощник, плюс два ассистента и младшие юристы на черновую работу. А теперь – только я. Так что придется учиться поднимать зад и тянуть часть тяжестей самим. Вообще-то я собиралась сегодня обучить их новой копировальной машине. Как они сдали экзамен на адвоката, если документ отсканировать не могут?

А, да. Потому что они зажравшиеся придурки.

Брайан возникает в дверях.

– С какого черта – нет?

– Она готовит мое дело по домашнему насилию на завтра, – Салли протискивается мимо него и шлепает на мой и без того заваленный стол стопку бумаг. – Полицейские отчеты.

Я коротко киваю, хотя у меня, кажется, дым из ушей.

– По твоим письмам: правлю и заливаю в JEDS плюс отправляю бумажные копии, – говорю я Брайану. – По ходатайству у меня есть уведомление, проект приказа и подтверждающее заявление. По твоему ходатайству сделала вручение и пошлины. До конца дня нужно будет добить письменные вопросы по Дженсен. Плюс я делаю вот это для Салли. – Выдыхаю и тру виски. – Так что, нет, Брайан, приложения я не потяну.

Он вздыхает, плечи опускаются.

– Ты мой помощник.

– Раньше – да. И снова буду, если мы выберемся из этой дыры, но ближайшие, – я щурюсь на календарь на стене с обратным отсчетом, – шестьдесят восемь дней я принадлежу всем вам.

– Никто никуда не уйдет еще год, – Салли сверлит Брайана взглядом и тычет пальцем в бумаги, которые швырнул на мой стол. – Все, что мне нужно просмотреть, пометь красным. Желтым – если, по твоему мнению, тянет на приложение.

Протискиваясь мимо Брайана, он процедит:

– Я верну и фирму, и семью. Год, Брайан. Ни днем меньше.

Брайан глядит ему вслед и оборачивается ко мне только после того, как дверь Салли с грохотом захлопывается.

– То есть приложения я правда тяну сам?

Я не успеваю ответить: колокольчик на входной двери звякает, сообщая, что пришел Кэл.

Сама собой я косо гляжу на один из двух мониторов передо мной.

10:22.

Позже обычного.

– Лола, – распевает он.

Брайан ухмыляется и отступает. Через мгновение Кэл буквально впархивает в комнату. На нем голубая рубашка на пуговицах, натянутая на плечах так, что прекрасно видно, насколько он подкачан. Отсюда видно: не брился, лишь легкая тень на скуле.

Черт возьми. Кажется, он хорошеет с каждым днем. Бесит до невозможности.

– Я пришел с пакетом просыпашкек-вкусняшек и с лучшим подарочком-приятностью.

Брайан фыркает. А мне, признаться, нравится. «Подарочек-приятность». Я опасно близка к смешку, но вовремя одергиваю себя.

Я и правда докатилась до того, что улыбаюсь его дебильным рифмам?

У Кэла в глазах искорки – словно он читает мои мысли. Черт. Надеюсь, нет. Узнай он, как сильно он мне нравится, был бы невыносим.

– Готова? – он растягивает эту до нелепости красивую улыбку. – Давай, Лола, пора радоваться.

Он обходит стол и ставит меня на ноги. Когда я выпрямляюсь, он не отступает. Наоборот, склоняется ко мне, а его голубые глаза искрятся.

От него исходит тепло – слишком приятное, а запах убаюкивает. Я замираю, не в силах отступить.

Взгляд опускается на мои губы, его губы приоткрываются.

Жгучее, до костей, желание прижаться к нему накрывает меня с головой.

– Кто у нас в холле? – голос Брайана выбивает меня из транса, и я быстро отстраняюсь от мужчины, который мутит мне голову.

Я его не люблю, напоминаю себе. Верно?

– Это Эми Рейнольдс? – голос Брайана доносится уже дальше, но выше на пару тонов – чистый ужас.

Меня захлестывает та же волна, стоит услышать имя. Эми Рейнольдс? Хуже стажерки в истории «Мерфи и Мэхон» не было.

Я обегаю стол и выхожу в коридор. Брайан стоит у его начала, и точно – у самой двери брюнетка в короткой юбке и на запредельно высоких каблуках.

– Сюрприз, – говорит Кэл у меня за спиной. – Я привел подмогу. Связался с нашей любимой стажеркой – она рада помочь.

Кивнув, та бросает взгляд по лобби, и ее улыбка тут же увядает.

– Ты не сказал, что офис такой мерзкий, Кэл.

Впервые в жизни я согласна с каждым ее словом.

– Но мы же купим цветы, – оживляется она. – И розовые подушки на диван. Будет просто вау. – Плескает в ладоши. – Ооо, а еще можно кофейный бар.

– Было бы классно, – поддакивает Кэл. Оборачивается ко мне, брови вскинуты. – Здорово же, что она с нами?

Раздражение, которое этот мужчина стабильно вызывает, возвращается и расползается по венам. Да он издевается. Она же тупее всех вместе взятых.

Я глубоко вдыхаю, заставляя себя не сорваться.

– Кэл, можно тебя на минутку?

Он засовывает руки в карманы.

– Конечно. Что такое?

Стиснув зубы, я разворачиваюсь и шагаю по коридору:

– В кабинет Брайана.

– Сейчас вернусь, – чирикает Кэл у меня за спиной.

– Я знаю, что ты скажешь, – начинает он, заходя следом. – Но нам разрешен только один оплачиваемый сотрудник. Формулировки траста в этой части бетонные. Это обходной путь.

Входит Брайан и закрывает дверь.

– Стажер – здравая мысль.

Я сверлю его взглядом. Предатель просто не хочет разгребать собственную бумажную рутину.

Фыркаю.

– Только не Эми. С ней у меня работы прибавится.

Брайан чешет подбородок.

– Она и правда была худшей из всех.

– Серьезно? – хмурится Кэл, брови съезжаются.

Склоняю голову и скрещиваю руки.

– Не помнишь, как она отправила судье список ланча, а защищенное распоряжение – в забегаловку?

Лицо у него ничего не выдает.

Я взмахиваю рукой.

– Нет? Тогда не помнишь и то, что, когда я это у нее выяснила, она сказала: «Как странно».

– Я все уладил. Судья не в обиде, – Кэл усмехается. От этой усмешки у меня чешутся руки ударить его. – Достаточно было бутылки вина и провести со мной вечер.

Я запрокидываю голову и стону.

– Нельзя такое людям рассказывать.

– Я рассказываю тебе. Ты – не «люди». – Он одаривает меня обворожительной улыбкой.

На меня это не действует. Не в этой ситуации. Сам факт, что он ходит на свидания, бесит. И меня бесит, что это меня бесит.

Я впечатываю в начальника взгляд.

– Он ничуть не лучше Эми.

Брайан вздыхает.

– Я просто подшучиваю, – голос Кэла слишком легкомысленный для этой ситуации. – Я бы никогда не пригласил судью на свидание. Это была ее помощница. – Он продолжает, даже не замечая, что такая «оговорка» ему совсем не помогает: – В общем, поверь, все будет круто. Ну же, дай ей шанс.

Он распахивает дверь, и я нехотя иду за ним в холл, где Эми стоит, запрокинув голову и глядя в потолок. Ее длинные волнистые волосы падают почти до талии.

Мы все переводим взгляды туда же, и, как по сигналу, сверху раздается глухой удар.

– Оно, типа, упадет? – спрашивает она.

– Нет, – отвечает Кэл. – Это просто Себастьян. Наш призрак.

Мне стоит огромных усилий не фыркнуть. Конечно же, он купился на байки мадам Эсмеральды о призраке.

– Круто, – Эми тут же улыбается, поверив без колебаний. – Хочу с ним познакомиться.

– У нас нет никакого чертового призрака! – орет Салли из кабинета. – Перестаньте это повторять, иначе Слоан и Ти Джей никогда не согласятся сюда переехать!

– Салли, – спокойно произносит Кэл, – по сравнению с остальными проблемами, которые тебя ждут, призрак – самое безобидное.

Салли выходит в коридор, красный как рак. Но прежде чем он успевает продолжить свой гневный спич, Кэл хватает со стола в холле маленький оранжевый мячик и бросает в голову брата.

Салли ловит его и сверкает глазами.

– Просто хотел тебя развеселить. Давай-ка превратим эту грустную мордашку в счастливую.

Фыркнув, Салли снова скрывается в кабинете, а дверь с грохотом захлопывается.

– Думаете, призрак сможет вселиться в наши тела и дать нам суперсилы? – спрашивает Эми. – Это было бы просто вау.

– Видишь, она – находка, – Кэл улыбается мне.

А я смотрю на них и не могу поверить, что это – моя жизнь.