Текст книги "Кто твой папочка (ЛП)"

Автор книги: Дженни Бара

Соавторы: Бриттани Николь
сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 19 страниц)

Глава 31

Кэл

– Лола, – пропеваю я её имя, как всегда, растягивая слоги, только бы увидеть улыбку на её красивом лице.

Но эта женщина в последнее время делает всё, кроме того чтобы улыбаться, и это меня бесит.

– Пойдешь со мной на обед?

Она выдыхает коротко и сердито, не отрывая взгляда от экрана компьютера.

Большинство мужчин, наверное, сочли бы это сигналом перестать пытаться, но меня это только подстегивает.

Телефон издает сигнал – новое письмо. Она снова переслала мне то самое сообщение, которым последние две недели отвечает на все мои попытки сблизиться.

Да, уже две недели прошло с нашего свидания/несвидания – она утверждает, что это не было свиданием, а я не согласен – и всё это время она делает вид, будто у неё нет на меня ни минуты.

Но я мазохист, так что открываю почту и читаю её сообщение.

Переслано: Напоминание о профессиональном поведении

В компании «Мерфи и Мэхон» действует строгий запрет на любые личные отношения между сотрудниками. Это включает свидания, ночевки и совместные завтраки. В случае нарушения – вы будете немедленно уволены.

С уважением,

Брайан Мэхон, управляющий партнер компании «Мерфи и Мэхон»

Кто вообще сделал этого придурка управляющим партнером? Наверное, стоит всё-таки начать внимательнее слушать на собраниях. Политика компании идиотская. Формально она существует уже много лет, но никто её не соблюдал. И как бы её соблюдать, если когда-то Салли и Слоан работали вместе? Не могу представить, что мой брат приложил руку к тому, чтобы снова всё закрутилось. Особенно после того, как Слони как-то раз у него ночевала.

Я не из тех, кого легко остановить. Мигнув ей ресницами, спрашиваю:

– Какой у тебя любимый фрукт?

Лола яростно забивает пальцами по клавишам и мой телефон снова издает сигнал. Ещё одна копия этого чертового письма.

До безумия мило наблюдать, как она изо всех сил старается мне сопротивляться. Но правила Брайана – бред. Он их проталкивает только потому, что сам несчастен и всё ещё не может забыть девушку из колледжа.

Этому человеку нужно влюбиться. Но найти женщину, которая согласится любить такого зануду, почти невозможно. Особенно если он сам палец о палец не ударит, чтобы открыться миру. Он даже разговаривать не хочет с Беккетом Лэнгфилдом, который сам себя называет «заклинателем любви». Особенно после того, как выяснил, что зум-встреча, которую я для них организовал, была не по планированию наследства, а романтическая консультация.

Беккет вообще уверен, что будет жить вечно – его слова, не мои – так что смерть пока не планирует.

В общем.

– Лола, – снова пропеваю я.

Она поднимает руку, останавливая меня.

– Хватит. Я ваш сотрудник, мистер Мерфи.

Я издаю сухой, совершенно безрадостный смешок.

Это тоже новое. Теперь она обращается ко всем нам, включая Брайана, только по фамилии.

И Брайан бесится. Лола вроде как соблюдает его правила, но вокруг него она выстроила целую стену.

Он запретил любые личные отношения, и она ухватилась за это. Годы они начинали с того, что пили кофе и болтали у него в кабинете. А теперь? Всё, что он от неё слышит – это: «Доброе утро, мистер Мэхон. Вам что-нибудь нужно?» Если он пытается разговорить её, она вежливо напоминает ему о политике компании – чуть вежливее, чем мне – и уходит.

– А вы – предмет моего вожделения, мисс Карузо.

Закрыв глаза, она тяжело выдыхает. Словно молча мечтает, чтобы я перестал быть таким замечательным. Словно хочет забыть ту ночь, что мы провели вместе. И невероятный следующий день. Как будто если она закроет глаза на то, что прямо перед ней стоит мужчина, умоляющий хоть о капле её нежности, то сможет выключить собственные чувства.

Но я-то знаю лучше. Она этого хочет. Она так же потеряна, как и я. И Брайан со своими тупыми правилами не остановит меня.

Просто этот болван делает всё гораздо сложнее.

– Кэл, перестань. Пожалуйста. Я уже сама заказала себе извинительные тюльпаны, безглютеновое печенье и кексы, клубнику в шоколаде и сертификат в безумно дорогой спа. Сколько бы подарков ты мне ни дарил – у нас ничего не получится. Для тебя это игра, а я потеряю работу, если поддамся.

От досады в её голосе у меня сжимается грудь. Она имеет полное право злиться – я сам зол не меньше. Хотелось бы, чтобы она направила эту злость на того, кто виноват по-настоящему. Брайан – вот проблема, а не я. И он заплатит за то, что заставляет её так себя чувствовать.

Но сейчас я не могу обещать ей, что она не потеряет работу, хотя Брайан никогда не рискнул бы её уволить. И если я буду и дальше давить, ничего не выйдет.

– Прости, – встаю и задвигаю стул. – Я постараюсь вести себя лучше.

Её зеленые глаза округляются от удивления.

– Тебе что-то нужно, прежде чем я исчезну с твоих глаз?

Я готов на всё, лишь бы снять груз с её плеч.

Она прикусывает губу, будто и правда собирается о чём-то попросить, и, чёрт, у меня внутри всё замирает от предвкушения.

Может, она хочет на прощание поцелуй? Массаж спины? Или даже тайный орга…

– Можешь узнать, что так долго возится дезинсектор? Как только очистят мое рабочее место, мы перестанем торчать тут, как в камере. – Она обводит рукой конференц-зал. – Это упростит нам жизнь.

Ага. Потому что, как бы я ни жаждал быть ближе к ней, она предпочла бы видеть меня как можно реже.

Последняя надежда, за которую я цеплялся, угасает, но я всё же сохраняю ровное лицо и улыбаюсь.

– Конечно. Займусь этим прямо сейчас.

Похоже, теперь мне действительно придется позвонить дезинсектору. Шесть недель я это откладывал, но если Лола хочет…

Чёрт, даже моя песенка больше не может меня развеселить.

– Зачем ты вообще нас сюда притащил, если даже не собираешься брать себе слаш? – с подозрением спрашивает Ти Джей, сидя напротив и шумно потягивая свой красно-синий напиток через огромную трубочку.

У Мерфи коктейль только синим слоем, и, в отличие от кузена, он не спешит, медленно смакуя этот замороженный, до отказа напичканный сахарным сиропом напиток.

– А-а-а! – стонет Ти Джей, хлопает себя по лбу и зажмуривается. – Мозг замерз! Ай, почему это всегда со мной происходит?

Мерфи тихо смеется. Я пытаюсь сделать то же самое, но это бесполезно.

Я в депрессии. Даже коктейль с красным красителем не поднимет мне настроение. Я хочу встречаться с Лолой. Хочу проводить с ней время. А она только и мечтает, чтобы я исчез.

– Ты не ответил на мой вопрос, – не унимается Ти Джей и снова делает огромный глоток.

Я тяжело вздыхаю. Лгать я не умею. Да и сил придумывать какую-нибудь удобную отговорку для того, что давит на грудь, нет.

– Лола больше не хочет сидеть со мной, – произношу наконец.

Вот. Простой ответ. И понятный для его возраста.

Ти Джей согласно кивает, и по его подбородку стекает фиолетовая капля.

– Брайс тоже сказал, что не хочет сидеть со мной за ланчем, а мой папа сказал…

Он тараторит, но я его почти не слышу – только замечаю, как резко вытянулось лицо Мерфи. Черт. Какая же я сволочь, что завел разговор о Лоле при нем.

Они с ней близки. Он не раз намекал, что хотел бы, чтобы она проводила с нами больше времени, даже ночевала у нас. И я его поддерживал. Сам только рад был подталкивать её к этому.

Мальчик уже слишком многое потерял. Его родная мать даже звонки не берет. Последнее, что ему нужно, – это бояться, что ещё один важный для него человек исчезнет из его жизни.

Когда поток слов у Ти Джея иссякает, я поднимаю руку.

– Нет, всё не так. Просто у неё много работы, а я слишком болтливый. – Я встречаюсь взглядом с Мерфи и добавляю: – Она будет совсем рядом, в конце коридора. Никуда она не денется.

Ти Джей широко улыбается.

– Конечно не денется. Это же Лола. Она была рядом всю мою жизнь.

Мерфи делает долгий глоток из своего стакана, не поднимая на меня глаз.

Будто его это убеждает не больше, чем меня самого.

Похоже, мы оба по уши влюблены в Лолу Карузо.

Ти Джей настаивает, чтобы мы по возвращении зашли к его отцу, а потом мы заглядываем в конференц-зал, где я улыбаюсь Лоле. Изо всех сил стараюсь выглядеть предельно спокойно, надеясь убедить Мерфи, что у нас всё в порядке.

Через пару минут Ти Джей уже скачет по комнате, как сумасшедший, и затащить его наверх становится просто нереально. Пока я пытаюсь отлепить его от потолка, по ощущениям именно так, меня останавливает Эми с вопросом насчет ходатайства, которое она подала и которое суд отклонил.

Когда я наконец объясняю ей, что она подала его не в тот суд, мой брат уже орет, чтобы я привел детей в порядок. Как будто я сам не пытался это сделать всё это время.

И тут я замечаю, что Ти Джея нигде нет, а Мерфи смотрит на меня с круглыми глазами. Короче, всё катится к черту, и я полностью проваливаюсь в этой родительской теме. Взъерошиваю его волосы, всё ещё не понимая, почему он снова замкнулся в себе.

– Ты не знаешь, где Ти Джей?

Он мотает головой, и темные пряди падают ему на глаза. Похоже, давно пора сводить мальчишку к нормальному парикмахеру.

– Я его найду, – говорит он. – Лоле нужна твоя помощь.

Сердце у меня подпрыгивает.

– Правда? – я подаюсь назад, заглядывая в конференц-зал.

Там только Эми, Лолы нет.

– Ага, – он указывает на кладовку. – Она там. Бормочет что-то про то, что будет делать, если на нее выпрыгнет божья коровка и напугает. Ей нужна бумага для копировального аппарата, но она не может достать коробку.

– А, ясно. – Я поправляю галстук, выпрямляю манжеты. – Ладно, ты ищи Ти Джея, а я помогу Лоле. Потом поднимемся наверх, и я помогу вам устроиться с домашкой. Договорились?

Мерфи серьёзно кивает.

– Договорились.

Я бодро направляюсь к кладовке, настроение явно улучшается – Лола наконец-то попросила меня о помощи. Я уже и не помню, когда это было в последний раз. Если подумать, кроме того случая, когда она просила меня позвонить дезинсектору, по-моему, она никогда ни на что на меня не рассчитывала.

С размахом открываю дверь. Когда свет врывается внутрь, она облегченно выдыхает:

– Слава богу…

Но договорить не успевает, как дверь с грохотом захлопывается за моей спиной, и нас окутывает тьма.

Глава 32

Лола

Я обхожу Кэла, нащупывая дверную ручку, но слишком поздно – теперь мы оба в ловушке. Всё же дергаю её, будто именно этого и не делала, безрезультатно, еще до того, как появился Кэл.

– Черт, – выдыхаю я. Уже пять минут стучу по стенам, но никакого толку.

Кладовка находится у стены, которая выходит на улицу, а не возле офисов, так что даже если парни и слышат грохот, скорее всего, думают, что это шум с улицы.

– Дверь что, запирается снаружи? – Кэл трет подбородок. Даже при тусклом свете старой лампочки, болтающейся на потолке, видна щетина. Обычно он всегда гладко выбрит, но в последние дни, похоже, ему просто не до этого. Или он слишком устал. С каждым днем его яркость гаснет все больше.

Я понимаю его – я тоже не лучше. Каждое утро, когда приходится отталкивать Кэла, я становлюсь раздраженнее. И чем дальше мы отдаляемся, тем сильнее болит сердце.

Это почти невыносимо – работать рядом с ним и не касаться. Не стремиться вызвать его улыбку. Не смеяться, когда он шутливо говорит: «Всё, что захочет Лола».

– Не знаю, Кэл, – фыркаю я. Гораздо легче сорваться на него, чем поддаться этой тяге. – Но я уже как минимум пять минут заперта здесь.

С одной стороны помещения шкафы и рабочая поверхность, с другой – полки, и места на двоих здесь едва хватает. Между нами всего три шага. Господи, как же тянет их преодолеть.

Я собираю всю свою силу воли, как делала каждый день последние две недели, и остаюсь на месте.

– Почему ты не попросила Мерфи открыть дверь, вместо того чтобы звать меня? – Он осматривает верхние полки над моей головой. Они пустые – я слишком низкая, чтобы дотянуться. – Что ты хотела достать?

– Без понятия, о чем ты говоришь, – скрещиваю руки и пячусь назад. – Мерфи и Ти Джей играли в догонялки, шумели как сумасшедшие. Я поймала Ти Джея и отправила его наверх, потому что они уже сводили Салли с ума. На поиски Мерфи ушло время. Когда я его нашла, он сказал, что ты попросил меня достать несколько пачек бумаги для копировальной машины. Я зашла и дверь захлопнулась за мной.

Кэл резко разворачивается к двери и устало трет лоб.

– Мой сын замешан.

Я вздыхаю и опускаю руки.

– Да они просто играли. Вели себя как дети. Мерфи ничего плохого не делал, – я по привычке кладу ладонь ему на спину, чувствуя, как напряжены его мышцы.

– Нет, Лола. – Он вырывается из моего прикосновения и скрещивает руки на груди – такой закрытый жест совершенно не в его духе, обычно он всегда открыт и весел. – Мой сын замешан. Он запер нас здесь нарочно.

Рука зависает в воздухе, сердце сжимается – он никогда раньше так от меня не отстранялся.

– Что? – выдыхаю я.

– Он специально нас запер, чтобы мы остались вдвоем. Он знает, что меня убивает то, что ты не хочешь… – он резко опускает голову и мотает ею. – Не хочешь того, чего хочу я. И на что надеется Мерфи.

– Я… – боль в груди становится острее. Потому что, черт возьми, я этого тоже хочу. Но сказать не могу. Ставки слишком высоки. Я отворачиваюсь и сглатываю слова.

– Лола, – он берет мою руку, заключая её в обе свои ладони. Его тепло пробегает по коже, успокаивая меня. – Я не могу позволить, чтобы мой сын оказался в центре всего этого. Он не должен страдать. – Он вздыхает, отпускает меня и отходит назад, опираясь на столешницу, взгляд его уходит куда-то мимо моего плеча. – Так что, как бы мне ни хотелось провести остаток жизни, гоняясь за тобой, если ты правда не хочешь быть со мной, то пора всё закончить.

И вот теперь мое сердце официально раскололось на две половины. Мир уходит из-под ног, и я хватаюсь за единственное, что знаю наверняка.

– Я не то чтобы не хочу быть с тобой.

Он резко втягивает воздух и переводит взгляд на мое лицо – смесь надежды и сомнений в глазах.

Я разворачиваюсь и запрыгиваю на столешницу рядом с ним, чтобы наши плечи соприкоснулись.

– Но ставки очень высоки, Кэл.

Он поворачивается, внимательно меня изучая, но не перебивает.

– Мы работаем вместе. И Салли с Брайаном рассчитывают на нас, – я склоняю голову, избегая его взгляда. – И у тебя никогда не было отношений, которые длились бы больше недели, не то что месяцев.

– Потому что я никогда их не хотел… до этого момента. – Его голос – едва слышный шепот, полон печали, которую я никогда не могла себе представить у беззаботного Кэла. Там ещё и поражение. И этого достаточно, чтобы осколки моего сердца начали осыпаться. Я хочу, чтобы он смеялся. Улыбался. Хочу быть тем человеком, который приносит ему радость, а не боль.

Мысль о том, что придется работать с ним бок о бок весь следующий год и при этом больше не иметь возможности делать его счастливым, ужасает. Это больнее, чем потерять юридическую фирму. Чем искать другую работу. Чем лишиться ежедневного ворчания Брайана и Салли, к которому я уже привыкла.

– Кэл, я… – я не знаю, как это объяснить. Какие слова подобрать.

– Всё в порядке, – его плечи опускаются, он натягивает на губы самую жалкую пародию на улыбку. – Всё, что захочет Лола. – Он отстраняется.

– Нет. Подожди. – Я хватаю его за рубашку и тяну к себе.

В его глазах вспыхивает огонек, но он быстро берет себя в руки.

– Будь очень осторожна с тем, что сделаешь дальше, – его шепот касается моих губ.

Тепло его тела, осознание того, чего я на самом деле хочу, накрывает меня с головой. Я улыбаюсь уголками губ.

– Шшшш, ты всё испортишь.

И целую его, надеясь, что хоть этот поцелуй скажет за меня то, что я пока не могу произнести вслух.

Глава 33

Кэл

Еще до того, как её губы коснулись моих, я уже улыбаюсь. Чертова женщина только что использовала против меня мою же шутку.

Хотя вряд ли она могла сделать хоть что-то, чтобы испортить этот момент. Ничто не способно погасить ту чистую радость, что захлестывает меня сейчас. Ни неопределенность будущего. Ни то, что мы заперты в кладовке, которая слегка пахнет плесенью.

Потому что Лола меня поцеловала. И всё еще целует.

Я притягиваю её к себе и крепко обнимаю. Это совсем не похоже на страстные поцелуи после благотворительного бала. И намного сильнее того, что было наутро.

Это чувство – как возвращение домой. Уют. Как будто впервые в жизни рядом со мной есть человек, на которого я могу полностью положиться. Женщина, созданная специально для меня.

Она прикусывает мои губы и обвивает ногами мои бедра, притягивая меня ближе. Между одним поцелуем и другим это комфортное ощущение перерастает в желание. Страсть прорывается во мне, как неуправляемый поезд.

Я запускаю пальцы в её волосы и слегка дергаю, заставляя её посмотреть на меня.

Она тяжело дышит, её теплое дыхание обжигает мою кожу.

– Это по-настоящему? – спрашиваю я. Мне нужно знать это, прежде чем я окончательно потеряю голову.

Потому что с Лолой почти невозможно не потерять голову. Я бы без раздумий разрушил всю свою жизнь ради этой женщины. И сделал бы это с радостью. Но не если это причинит боль моему сыну. Прежде чем мы зайдем слишком далеко, мне нужно знать, что она уверена.

– Это по-настоящему, Кэл. Ты мне нравишься, – её зеленые глаза ищут мои, в них смешались неуверенность и желание. – Очень.

В восторге, я осыпаю её губы короткими поцелуями.

– Да? Ну и насколько я тебе нравлюсь?

Она фыркает и качает головой.

– Достаточно. Только не зазнавайся.

– Лола, – я обхватываю её лицо ладонями. – Я уже наполовину влюблен в тебя. Обещаю, я справлюсь с тем, что ты меня любишь.

Её губы приоткрываются, и срывается удивленный вздох, будто её шокировалось мое признание. Неужели она не замечала всё это время? Не слышала, как я говорил, что мой сын влюбляется в неё? Если бы я не чувствовал того, что чувствую сейчас, самым разумным было бы отступить.

Она не призналась в любви открыто, но если она хотя бы немного чувствует то же самое и готова дать нам шанс, тогда у нас есть надежда. Надежда, что я смогу дать Мерфи всё, чего он заслуживает.

Я мягко подталкиваю её подбородок двумя пальцами, закрывая её рот.

– Возможно, я поспешил, но я хочу, чтобы ты знала, где я сейчас. И чего я хочу для нас.

Она шумно сглатывает и кивает.

– Ладно.

– Ладно? – надежда повисает между нами, почти осязаемая.

На её лице медленно расплывается самая прекрасная улыбка.

– Ладно. – И снова её губы находят мои.

Да, теперь ничто не сможет испортить этот момент.

Вне себя от счастья, я подхватываю её на руки и кружу. Сложновато не врезаться в полки в этой крошечной кладовке, но меня переполняет любовь, и мне нужно как-то её выплеснуть. Мы смеемся, целуемся, дразним друг друга, пока узкий луч света не разрезает темноту кладовки. Дверь распахивается шире и тут же грохочет раздраженный голос Брайана.

– Какого черта вы тут делаете?

Ну всё. Быть отчитанным этим придурком, вот что способно испортить момент.

Я ставлю Лолу на пол, но не отпускаю и не отвожу взгляд.

– Ладно? – спрашиваю я снова.

Потому что теперь, когда мы стоим на свету – под яростным взглядом Брайана – мне нужно знать, что она готова к тому, что я собираюсь сделать.

Лола не колеблется ни секунды.

– Да.

Мне стоит огромного труда не схватить её и не закружить снова. Вместо этого я сплетаю наши пальцы и разворачиваюсь к Брайану, сияя, как идиот.

– Лола и я теперь вместе.

Челюсть у него дергается, он шумно выдыхает через нос.

– Мне сейчас некогда разбираться с вами. Хендерсон не явился в аэропорт с сыном, и теперь судья Сандерс требует, чтобы обе стороны немедленно собрались у неё в кабинете и выяснили, почему этот идиот, как говорит её помощник, «никогда не слушает, что ему велено делать».

Лола хмурится.

– Почему Крейг не привел Ларсона?

Брайан раздраженно выдыхает.

– Говорит, что если приведет, его бывшая не вернет мальчика. Она давно мечтает увезти его в Мичиган, и Крейг уверен, что она просто исчезнет с ним.

Я хмурюсь.

– Она может так сделать?

Кроме юрфака, у меня почти нет опыта в делах об опеке. Это сфера Брайана. Я – по финансовым вопросам.

Но сейчас я слушаю предельно внимательно. Я готов изучать это с рассвета до заката. Потому что только сейчас до меня дошло, что мать может просто исчезнуть с сыном. Что мать Мерфи может вернуться и забрать его у меня.

– Именно поэтому судья хочет всех у себя. Хочет услышать, что скажет адвокат его бывшей.

– Ладно, – говорю я, незаметно снова сплетая пальцы с Лолой, – но зачем я нужен? Это же не похоже на случай с оранжевым тюремным комбинезоном.

Брайан рычит, сжимая кулаки.

– Конечно нет. Но если ты хочешь впечатлить судью, советую стереть помаду со своего лица.

Я ухмыляюсь, проводя большим пальцем по губам. Стирать доказательства поцелуев Лолы я не собираюсь.

– Почему ты сам этим не занимаешься?

– Потому что мне нужно забрать Крейга, привести его и Ларсона в аэропорт и посадить их, черт возьми, на самолет.

В принципе, логично. Всё это не моя стихия.

– То есть мне придется идти в суд?

– У нас нет младших юристов, которых можно послать, так что да, Кэл, тебе придется идти в суд. Плюс… – его взгляд падает на наши сцепленные руки.

– Плюс это твоя Судья Эспадрилья, – просто говорит Лола.

Моя ухмылка сползает.

– И она тебя любит.

Это глупое прозвище и все мои шутки бьют меня под дых. Сердце замирает, и я поворачиваюсь к Лоле лицом.

– Ты же понимаешь, что я пошутил тогда, когда сказал, что «снимаю» судей?

– Мне всё равно, что ты там делаешь, – бурчит Брайан. – Мне нужно, чтобы ты сделал так, чтобы Хендерсона сегодня не посадили. И пока ты этим занимаешься, добейся приказа, обязывающего его бывшую вернуть мальчика к концу недели. Думаешь, справишься?

Я выпрямляюсь, злясь.

– Конечно справлюсь.

– Отлично. – Он отступает и держит дверь открытой.

Прежде чем Лола успевает выскочить из кладовки, я притягиваю её к себе.

– Но я этим не займусь, пока ты не извинишься перед Лолой за то, что был таким придурком последние две недели.

– Кэл, – шипит она, безуспешно пытаясь вырваться.

Брайан фыркает.

– Это нелепо. Я всего лишь напомнил о политике компании. Которую вы оба, между прочим, нарушили.

Лола замирает рядом со мной.

– Политике компании, которую написал главный придурок.

– Хоть бы на английском ругался, когда ведешь себя как идиот, – бурчит Брайан.

– Я и ругаюсь на английском, ты, – я судорожно ищу слова, – большой… говнюк.

Он кашляет, давясь смехом.

– Это оскорбление, да?

– Господи, вы оба… – прекрасная женщина рядом со мной сердито выдыхает и снова пытается оттолкнуть меня.

Я качаю головой и прижимаю её еще ближе.

– Нет. Он должен извиниться и дать обещание.

– Теперь еще и обещание? – ворчит Брайан.

– Да. Лола – лучший помощник, что у нас был.

Брайан кивает, сжав губы в тонкую линию.

– Согласен.

– И она не должна бояться, что потеряет работу. – Он шумно втягивает воздух, но прежде чем успевает возразить, я поднимаю ладонь. – Независимо от того, с кем она встречается.

Он ставит руки на бедра и сверлит меня взглядом.

– Разумеется, но…

– Никаких «но». Ты хочешь, чтобы я занялся этим слушанием?

Он закатывает глаза к потолку и стоит так несколько секунд. В конце концов, тяжело выдыхает:

– Да, Кэл. Хочу, чтобы ты этим занялся.

– Тогда скажи ей это.

Лола бледнеет, словно хочет провалиться сквозь землю.

Брайан наклоняет голову, явно готовясь наехать на неё. Но, разглядев выражение её лица, выпрямляется, и его собственное лицо становится серьезным.

Отлично. Пусть почувствует себя виноватым за то, что заставил её хоть на секунду усомниться в себе.

– Твоя работа в безопасности, Лола, – произносит он медленно и искренне. – Что бы ни случилось. Я скорее уволю его, чем тебя.

– Так-то лучше. – Я поворачиваюсь к Лоле. – Правда, дорогая?

Она качает головой, но тут же тихо смеется.

– Ты сумасшедший, ты в курсе?

– В курсе. – Я обхватываю её за шею, притягиваю и мягко целую.

На миг просто наслаждаюсь тем, что мы дышим одним воздухом.

– Мы ещё не закончили тот разговор, что начали раньше, – шепчу я и дарю ей напоследок еще один поцелуй, прежде чем вывести из кладовки.

Проходя мимо кабинета брата, отбиваю пальцами короткий ритм по дверному косяку:

– Салли, ты присматриваешь за детьми, пока я не вернусь.

Я пересекаю границу штата Нью-Джерси только после восьми вечера. Судья смогла принять нас лишь после четырех, а потом мы еще час просидели в её кабинете. После этого я провел целый час на телефоне с Брайаном и нашим клиентом, убеждая его, что всё будет в порядке и что его сын вернется к концу недели. А потом меня еще два часа держала пробка.

Если бы я не был так на взводе от мыслей о Лоле, то уже всерьез беспокоился бы, что засну за рулем.

Семейное право – жестокая сфера. Я готов работать с финансами хоть каждый день. Если я проигрываю – клиент злится, и на этом всё. Но как, черт возьми, Брайан справляется с осознанием того, что любая ошибка может стоить ребенку жизни, нормального детства или семьи?

А что делать, если у обоих родителей есть веские аргументы? Ведь немногие изначально ставят цель быть плохими родителями. Иногда всё упирается не в желание, а в то как.

Как нам воспитывать этого ребенка? Как дать ему лучшую поддержку? Как этот человек может любить моего ребенка сильнее, чем я? Я должен принимать решения, потому что лучше всех знаю своего ребенка.

Это невероятно выматывает. Сегодняшние события окончательно убедили меня, что я выбрал правильную сторону – там, где нет детей.

Как, черт побери, Лола и Брайан справляются с этим каждый день? Нет ни единого шанса, что я смог бы вести такие битвы изо дня в день.

Теперь угрюмый характер Брайана стал для меня чуть более понятен. Если он постоянно погружен в такую муть, неудивительно, что у него хронически плохое настроение. И вполне ясно, почему он не верит, что я настроен на серьезные отношения с Лолой.

Мне придется доказать ему, что мы с Лолой – не такие, как те другие пары.

Лола. Я хочу увидеть её так же сильно, как хочу увидеть Мерфи после такого отвратительного вечера. Нажимаю кнопку на руле и продиктовываю Салли сообщение, чтобы узнать, не спит ли Мерфи. Я ненавижу пропускать момент, когда он ложится спать. И нам определенно нужно поговорить о том, что он нас запер в кладовке. Но если он уже спит, то я использую этот шанс, чтобы заехать к Лоле. Потому что нам тоже нужно поговорить.

Я: Только что вернулся в Джерси. Мерфи не спит?

Салли: Ло только что его уложила.

Сердце подпрыгивает, когда её имя произносит роботизированный голос навигатора.

Лола у нас дома? Я жму на тормоз и беру телефон, чтобы перечитать сообщение.

Я: У нас дома?

Салли: ??? А где еще Мерфи мог бы спать? Да, у нас. Ло принесла продукты, приготовила ужин, сделала с Мерфи уроки и сейчас читает ему книгу перед сном.

Салли: Не знаю, что там у вас происходит, но если ты когда-нибудь меня послушаешь, пусть это будет этот раз: не просри всё.

Я издаю смешок, совершенно выбитый из колеи. Никто и никогда не делал для меня ничего подобного. Она пришла и позаботилась о моем сыне, когда меня не было рядом. Накормила его, проследила, чтобы он сделал уроки, и почитала ему перед сном.

И она всё ещё там.

Я сжимаю руль, отчаянно желая вдавить педаль в пол, чтобы добраться домой как можно скорее. Но красный свет насмехается надо мной.

Я: Не дай ей уйти.

Салли: Похоже, она и не собирается. Мерфи спит, а она с Брайаном сидит на кухне и разговаривает.

Черт. Я оглядываюсь влево, вправо, и, убедившись, что моя машина единственная на дороге, со свистом пролетаю на красный.

Есть только один человек, который может всё испортить. И на этот раз это не я.

Брайан лучше бы не испортил это.